Приди и виждь — монах Варнава (Санин)

Приди и виждь — монах Варнава (Санин)

(6 голосов4.7 из 5)

Глава первая

1

…Пре­фект пре­то­рия под­нял руку, и разом уста­но­ви­лась тишина.

Импе­ра­тор Деций при­ка­зал срочно собрать Совет по делу чрез­вы­чай­ной важности.

Соб­ственно, в тот, 249‑й год, каж­дое сове­ща­ние в импе­ра­тор­ском дворце было чрезвычайным.

Совсем недавно «Веч­ный Город», как гордо име­но­вал себя Рим, пышно отме­тил свое тыся­че­ле­тие. Но вот теперь вслед за празд­ни­ками насту­пали ужас­ные будни.

С Востока все явствен­ней доно­си­лось ляз­га­нье све­же­вы­ко­ван­ного ору­жия и нетер­пе­ли­вое ржа­ние бое­вых коней: то напо­ми­нала о себе Риму при­хо­дя­щая в былую мощь Пер­сид­ская Империя.

Южные гра­ницы все громче и громче огла­шали побед­ные кличи вар­ва­ров. Сама же Рим­ская Импе­рия сотря­са­лась от внут­рен­них неурядиц.

Нужно было немед­ленно спа­сать государство.

Дво­рец быстро запол­нялся вызван­ными людьми, боль­шин­ство из кото­рых были воен­ные. Мель­кали алые полосы сена­тор­ских одежд, поблес­ки­вали золо­че­ные доспехи посе­дев­ших в сра­же­ниях лега­тов. Лишь сто­яв­шие вдоль стен камен­ными изва­я­ни­ями гер­манцы-тело­хра­ни­тели сохра­няли невоз­му­ти­мое спокойствие.

Все теря­лись в догадках.

- Что за спешка? — только и слы­ша­лось кругом.

- Что произошло?

- Не готы ли вторг­лись в наши пределы?

- А может, новый мятеж?

- Только не это! — болез­ненно помор­щился самый ста­рый легат.

- Одно дело рубиться с вар­ва­рами, и совсем дру­гое — со своими!

- Попы­та­юсь раз­уз­нать что-нибудь через цезаря! — пообе­щал моло­дой три­бун с озор­ными гла­зами, увя­зы­ва­ясь за пере­се­кав­шим залу стар­шим сыном импе­ра­тора, но эта попытка не имела успеха.

- Проще полу­чить ответ у его ста­туи! — вер­нув­шись, сооб­щил он, кивая в сто­рону пло­щади, где на пье­де­стале памят­ника преж­него импе­ра­тора срочно высе­кали имя нового[1]. — Если, конечно, докричишься!

- Ну и язык у тебя — ост­рее меча! — неодоб­ри­тельно пока­чал голо­вой ста­рый легат.

- А чего ему бояться? — встрял в раз­го­вор один из штаб­ных командиров.

- Он с цеза­рем в приятелях!

- Нашел, чему зави­до­вать! — три­бун неожи­данно нахму­рился. – Или забыл, что язык – это обо­ю­до­ост­рый меч? Где теперь вер­ные дру­зья преж­них августов?..

Он не договорил.

- Импе­ра­тор цезарь Гай Мес­сий Квинт Траян Деций бла­го­че­сти­вый, счаст­ли­вый Август! — тор­же­ственно воз­гла­сил импе­ра­тор­ский номенклатор.

Двери мед­ленно отво­ри­лись. В залу, в сопро­вож­де­нии началь­ника лич­ной гвар­дии — пре­фекта пре­то­рия Вале­ри­ана, вошел Деций, оде­тый в пур­пур­ный плащ. Назван­ный Тра­я­ном в честь сво­его зна­ме­ни­того пред­ше­ствен­ника, он энер­гично при­вет­ство­вал отса­лю­то­вав­ших ему вое­на­чаль­ни­ков и при­гла­сил их сесть.

Это был чело­век, осно­ва­тельно потре­пан­ный годами и воен­ными доро­гами. Хотя седые волосы его, по моде, заве­ден­ной послед­ними импе­ра­то­рами, были коротко постри­жены, а бородка ско­рее напо­ми­нала щетину, он отли­чался от них ари­сто­кра­ти­че­скими мане­рами и не столь гру­быми чер­тами лица.

Речь его была по-сол­дат­ски про­ста, но чув­ство­ва­лось, что он снис­хо­дил до нее, чтобы его лучше пони­мали собрав­ши­еся. Взгляд был власт­ным и в то же время недоверчиво-подозрительным.

Как обычно, Деций начал с послед­них сооб­ще­ний, посту­пив­ших с гра­ниц Рим­ского мира.

Дело про­яс­ня­лось на ред­кость мед­ленно. Вое­на­чаль­ники и про­кон­сулы, впол­уха слу­шая назва­ния кре­по­стей, под­верг­шихся напа­де­нию вар­ва­ров, пони­мали, что их вызвали сюда не из-за этого.

Импе­ра­тор, сде­лав неболь­шую паузу, про­дол­жал о труд­но­стях внутри самой Империи.

- Спа­се­ние только в одном! — раз­ру­бил он воз­дух реб­ром ладони.

- В воз­рож­де­нии ста­рого рим­ского духа, в без­жа­лост­ном иско­ре­не­нии всего, что уга­шает его!

Собрав­ши­еся ожи­ви­лись, стали слу­шать внимательней.

А когда импе­ра­тор сооб­щил, что нака­нуне вече­ром полу­чил сек­рет­ное посла­ние Сената, под­дер­жав­шего его пред­ло­же­ние укре­пить власть с при­ме­не­нием чрез­вы­чай­ных мер, поняли: вот оно, главное!

Деций не желал повто­рять печаль­ной уча­сти своих пред­ше­ствен­ни­ков. Взять, к при­меру, хотя бы трех из послед­них вла­дык Рим­ского мира. Ни один из них не сумел надолго удер­жаться на выс­шем гребне вла­сти. Оче­ред­ной шторм смы­вал его кро­ва­вой вол­ной в без­дну смерти, вме­сте с сыно­вьями, женами и бли­жай­шими друзьями.

Да и зачем далеко ходить за при­ме­ром? Вон — сам Деций: отпра­вив­шись на Дунай по при­казу импе­ра­тора Филиппа Араба усми­рять под­няв­шие мятеж вой­ска, вскоре сам раз­вер­нул копья этих сол­дат про­тив закон­ного владыки.

Чем дольше гово­рил он сей­час, тем яснее ста­но­ви­лось: этот август хочет наве­сти в Импе­рии такой поря­док, кото­рый исклю­чит воз­мож­ность нового мятежа.

- Чтобы под­нять пре­стиж импе­ра­тор­ской вла­сти и укре­пить един­ство в госу­дар­стве, — ска­зал, нако­нец, самое глав­ное Деций. — Необ­хо­димо по всей Импе­рии при­не­сти жертву гению импе­ра­тора. Моему гению! — обводя запо­ми­на­ю­щим взгля­дом при­сут­ству­ю­щих, весомо уточ­нил он.

- Этим будет засви­де­тель­ство­вана бла­го­на­деж­ность всех предо мной и Отечеством!

- Нако­нец-то! — раз­да­лись одоб­ри­тель­ные выкрики.

- Давно пора наве­сти поря­док в государстве!

- А то скоро на новые импе­ра­тор­ские плащи и баг­ря­нок не оста­нется![2] — съяз­вил моло­дой трибун.

Деций дал знак Вале­ри­ану. Пре­фект пре­то­рия под­нял руку, и разом уста­но­ви­лась тишина.

- С этой целью в озна­чен­ный день, под наблю­де­нием спе­ци­аль­ной комис­сии, во всех про­вин­циях будет при­не­сена такая жертва. Отка­зав­шимся, если вдруг тако­вые най­дутся — пытки, в слу­чае упор­ства — смерть. Вот под­пи­сан­ный мною соот­вет­ству­ю­щий эдикт. После дора­ботки мело­чей, при­ка­зы­ваю доста­вить его во все концы Рим­ского мира!

- Пора­зи­тельно — как можно соста­вить доку­мент, реша­ю­щий судьбу госу­дар­ства, всего за одну ночь?! — шепо­том, но так, чтобы это слы­шал импе­ра­тор, обра­тился к соседу чинов­ник с хит­ро­ва­тым лицом, и тот, еще более гром­ким шепо­том ответил:

- Так у него же глав­ный совет­ник — Валериан!

- Неиз­вестно, кто из этих льсте­цов достиг боль­шего — Деций ведь тоже в свое время был пре­фек­том пре­то­рия у про­шлого авгу­ста! — шеп­нул моло­дому три­буну ста­рый легат, но только так тихо, что этого не слы­шали ни сидя­щий рядом штаб­ной офи­цер, ни погля­ды­вав­ший на них про­кон­сул, ни тем более импе­ра­тор, кото­рый, дав знак о пре­кра­ще­нии Совета, в сопро­вож­де­нии Вале­ри­ана поки­нул залу, чтобы отбыть вскоре к месту бое­вых действий…

2

Как ни был увле­чен Крисп, слух его уло­вил при­бли­жа­ю­щи­еся шаги…

…Было ран­нее утро, когда Крисп, сын импе­ра­тор­ского курьера Мар­целла Фор­ту­ната, спу­стился по камен­ным сту­пе­ням кра­си­вого, воз­вы­шав­ше­гося над всем квар­та­лом дома. Отца вызвали ночью на службу, и он спро­сил у под­ме­тав­шего дорожки при­врат­ника, не воз­вра­щался ли тот из дворца.

- Нет, гос­по­дин! — низко покло­нился две­на­дца­ти­лет­нему маль­чику ста­рый раб.

- А где Скавр?

- Гос­по­дин управ­ля­ю­щий пошел торо­пить пова­ров с завтраком!

Крисп остался дово­лен обо­ими ответами.

Он огля­дел сно­вав­ших по двору рабов, убе­дился, что им нет до него ника­кого дела, и быст­рыми шагами пошел по тро­пинке к вид­нев­ше­муся в глу­бине сада дере­вян­ному домику. Здесь он толк­нул рукой пре­да­тель­ски заскри­пев­шую дверь и, еще раз огля­нув­шись, ныр­нул в тем­ный проем.

Стр. 1 из 32 Следующая

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Открыть весь текст
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки