Слово о полку Игореве — перевод Василия Жуковского

(8 голосов4.3 из 5)


Слово о полку Игореве

Не при­лично ли будет нам, братия,
Начать древним складом
Печаль­ную повесть о бит­вах Игоря,
Игоря Святославича!
Начаться же сей песни
По были­нам сего времени,
А не по вымыс­лам Бояновым.
Вещий Боян,
Если песнь кому сотво­рить хотел,
Рас­те­кался мыс­лию по древу,
Серым вол­ком по земле,
Сизым орлом под облаками.

Вам памятно, как пели о бра­нях пер­вых времен:
Тогда пус­ка­лись десять соко­лов на стадо лебедей;
Чей сокол доле­тал, того и песнь прежде пелась:
Ста­рому ли Яро­славу, храб­рому ли Мстиславу,
Сра­зив­шему Редедю перед пол­ками касожскими,
Крас­ному ли Роману Святославичу.
Боян же, бра­тия, не десять соко­лов на стадо лебе­дей пускал,
Он вещие пер­сты свои на живые струны вскладывал,
И сами они славу кня­зьям рокотали.

Нач­нем же, бра­тия, повесть сию
От ста­рого Вла­ди­мира до нынеш­него Игоря.
Натя­нул он ум свой крепостью,

Изост­рил он муже­ством сердце,
Рат­ным духом исполнился
И навел храб­рые полки свои
На землю Поло­вец­кую за землю Русскую.
Тогда Игорь воз­зрел на свет­лое солнце,
Уви­дел он вои­нов своих, тьмой от него прикрытых,
И рек Игорь дру­жине своей:
«Бра­тия и дружина!
Лучше нам быть поруб­лен­ным, чем даться в полон.
Сядем же, други, на бор­зых коней
Да посмот­рим синего Дона!»

Вспала князю на ум охота,
А зна­ме­нье засту­пило ему желание
Отве­дать Дона великого.
«Хочу, — он рек, — пре­ло­мить копье
На конце поля поло­вец­кого с вами, люди русские!
Хочу поло­жить свою голову
Или выпить шело­мом из Дона».

О Боян, соло­вей ста­рого времени!
Как бы вос­пел ты битвы сии,
Скача соло­вьем по мыс­ленну древу,
Взле­тая умом под облаки,
Сви­вая все славы сего времени,
Рыща тро­пою Тро­я­но­вой через поля на горы!
Тебе бы песнь гла­сить Игорю, оного Олега внуку:
Не буря соко­лов занесла чрез поля широкие —
Галки ста­дами бегут к Дону великому!
Тебе бы петь, вещий Боян, внук Велесов!

Ржут кони за Сулою,
Зве­нит слава в Киеве,
Трубы тру­бят в Новеграде,
Стоят зна­мена в Путивле,
Игорь ждет милого брата Всеволода.

И рек ему буй-тур Всеволод:
«Один мне брат, один свет свет­лый ты, Игорь!
Оба мы Святославичи!
Сед­лай же, брат, бор­зых коней своих,

А мои тебе готовы,
Осед­ланы пред Курском.
Метки в стрельбе мои куряне,
Под тру­бами повиты,
Под шело­мами взлелеяны.
Кон­цом копья вскормлены,
Пути им все ведомы,
Овраги им знаемы,
Луки у них натянуты,
Тулы отворены,
Сабли отпущены,
Сами ска­чут, как серые волки в поле,
Ища себе чести, а князю славы».

Тогда всту­пил князь Игорь в зла­тое стремя
И поехал по чистому полю.
Солнце дорогу ему тьмой заступило;
Ночь, гро­зою шумя на него, птиц пробудила;
Рев в ста­дах звериных;
Див кли­чет на верху древа:
Велит при­слу­шать земле незнаемой,
Волге, Помо­рию, и Посулию,
И Сурожу, и Корсуню,
И тебе, исту­кан тьмутараканский!
И половцы него­то­выми доро­гами побе­жали к Дону великому.
Кри­чат в пол­ночь телеги, словно рас­пу­щенны лебеди.
Игорь рат­ных к Дону ведет!
Уже беда его птиц скликает,
И волки угро­зою воют по оврагам,
Клек­том орлы на кости зве­рей зовут,
Лисицы бре­шут на черв­ле­ные щиты…
О Рус­ская земля! Уж ты за горами
Далеко!
Ночь меркнет,
Свет-заря запала,
Мгла поля покрыла,
Щекот соло­вьи­ный заснул,
Гали­чий говор затих.
Рус­ские поле вели­кое черв­ле­ными щитами прегородили,
Ища себе чести, а князю славы.

В пят­ницу на заре потоп­тали они нече­сти­вые полки половецкие
И, рас­се­ясь стре­лами по полю, помчали крас­ных дев половецких,
А с ними и злато, и паво­локи, и дра­гие оксамиты,
Орт­мами, епан­чи­цами, и кожу­хами, и раз­ными узо­ро­чьями половецкими
По боло­там и гряз­ным местам начали мосты мостить.
А стяг черв­ле­ный с белою хоругвию,
А челка черв­ле­ная с древ­ком серебряным
Храб­рому Святославичу!

Дрем­лет в поле Оле­гово храб­рое гнездо —
Далеко залетело!
Не роди­лось оно на обиду
Ни соколу, ни кречету,
Ни тебе, чер­ный ворон, невер­ный половчанин!
Гзак бежит серым волком,
А Кон­чак ему след про­кла­ды­вает к Дону великому.

И рано на дру­гой день кро­ва­вые зори свет поведают;
Чер­ные тучи с моря идут,
Хотят при­крыть четыре солнца,
И в них тре­пе­щут синие молнии.
Быть грому великому!
Идти дождю стре­лами с Дону великого!
Тут-то копьям поломаться,
Тут-то саб­лям притупиться
О шеломы половецкие,
На реке на Каяле, у Дона великого!
О Рус­ская земля, далеко уж ты за горами!
И ветры, Стри­бо­говы внуки,
Веют с моря стрелами
На храб­рые полки Игоревы.
Земля гремит,
Реки текут мутно,
Прахи поля покрывают,
Стяги глаголют!
Половцы идут от Дона, и от моря, и от всех сторон.
Рус­ские полки отступили.
Бесовы дети кли­ком поля прегородили,
А храб­рые рус­ские щитами червлеными.

Ярый тур Всеволод!
Сто­ишь на обороне,
Пры­щешь на рат­ных стрелами,
Гре­мишь по шело­мам мечом харалужным;
Где ты, тур, ни про­ска­чешь, шело­мом зла­тым посвечивая,
Там лежат нече­сти­вые головы половецкие,
Поруб­лен­ные кале­ными саб­лями шлемы аварские
От тебя, ярый тур Всеволод!
Какою раною подо­ро­жит он, братие,
Он, поза­быв­ший о жизни и почестях,
О граде Чер­ни­гове, зла­том пре­столе родительском,
О свы­чае и обы­чае милой супруги своей Гле­бовны красныя.

Были веки Трояновы,
Мино­ва­лись лета Ярославовы;
Были битвы Олега,
Олега Святославича.
Тот Олег мечом кра­молу ковал,
И стрелы он по земле сеял.
Сту­пал он в зла­тое стремя в граде Тьмутаракане!
Молву об нем слы­шал дав­ний вели­кий Яро­слав, сын Всеволодов,
А князь Вла­ди­мир вся­кое утро уши заты­кал в Чернигове.
Бориса же Вяче­сла­вича слава на суд привела,
И на кон­скую зеле­ную попону поло­жили его
За обиду Олега, храб­рого юного князя.
С той же Каялы Свя­то­полк после сечи увел отца своего
Между угор­скою кон­ни­цею ко свя­той Софии в Киев.
Тогда при Ольге Гори­сла­виче сея­лось и вырас­тало междоусобием.
Поги­бала жизнь Даж­дь­бо­жиих внуков,
Во кра­мо­лах кня­же­ских век чело­ве­че­ский сокращался.
Тогда по Рус­ской земле редко ора­таи распевали,
Но часто гра­яли враны,
Трупы деля меж собою;
А галки речь свою говорили:
Хотим поле­теть на добычу.

То было в тех сечах, в тех битвах,
Но битвы такой и не слыхано!
От утра до вечера,

От вечера до́ света
Летают стрелы каленые,
Гре­мят мечи о шеломы,
Тре­щат хара­луж­ные копья
В поле незнаемом
Среди земли Половецкия.
Черна земля под копытами
Костьми была посеяна,
Полита была кровию,
И по Рус­ской земле взо­шло бедой!..

Что мне шумит,
Что мне звенит
Так задолго рано перед зарею?
Игорь полки заворачивает:
Жаль ему милого брата Всеволода.
Билися день,
Бились другой,
На тре­тий день к полдню
Пали зна­мена Игоревы!
Тут раз­лу­чи­лися бра­тья на бреге быст­рой Каялы;
Тут кро­ва­вого вина недостало;
Тут пир докон­чили бес­страш­ные русские:
Сва­тов попоили,
А сами легли за Рус­скую землю!
Пони­кает трава от жалости.
А древо печалию
К земле преклонилось.
Уже неве­се­лое, бра­тья, время настало;
Уже пустыня силу прикрыла!
И встала обида в силах Даж­дь­бо­жиих внуков,
Девой вступя на Тро­я­нову землю,
Кры­льями всплес­нула лебедиными,
На синем море у Дона плескался.
Про­шли вре­мена, бла­го­ден­ствием обильные,
Мино­ва­лися брани кня­зей на неверных.
Брат ска­зал брату: то мое, а это мое же!
И стали кня­зья гово­рить про малое, как про великое,
И сами на себя кра­молу ковать,
А невер­ные со всех сто­рон при­хо­дили с побе­дами на Рус­скую землю!..

Стр. 1 из 3 Следующая

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Открыть весь текст
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки