Главная » Алфавитный раздел » Антихрист » О безбожии и антихристе
Распечатать Система Orphus

О безбожии и антихристе

( О безбожии и антихристе 3 голоса: 5 из 5 )

Профессор А.Д. Беляев

 

Ириней Лионский, Ипполит Римский, Ориген

Учение Апостола Павла о времени второго пришествия Христова и о явлении прежде «дня Христова» или «дня Господня» человека греха столь важно само по себе, a ожидание в первые века христианства скорого пришествия Христа было столь сильно, что не удивительно, если христиане стали обращать самое серьезное внимание на это учение с самого раннего времени и старались понять и объяснить это учение, привлекавшее к себе внимание самою таинственностью своею.

Действительно, хотя мы не находим изъяснений этого учения ни у мужей апостольских, ни у Иустина Мученика, однако все-таки не только в третьем веке, но даже и во второй половине второго века некоторыми отцами и учителями Церкви даны были объяснения важнейших предметов разсматриваемого учения Апостола Павла. Конечно, это не были систематические толкования всего разсматриваемого учения Апостола Павла об антихристе и дне Христовом и писаны они были не с нарочитою целью изъяснить его: это были краткие изъяснения только некоторых изречений этого отдала Послания, высказанные мимоходом, попутно, при раскрытии напр. вообще учения об антихристе, или о втором пришествии Христа, или при изъяснении параллельных мест Библии. Правда, принимая во внимание свидетельство Епифания Кипрскаго, что Ориген написал толкование на всеСвященное Писание, за исключением Апокалипсиса, должно полагать, что разсматриваемый отдел был истолкован систематически уже в первой половине 3-го века. Но, к сожалению, толкование Оригена на Второе Послание к Фессалоникийцам не сохранилось. За недостатком систематического толкования имеют большую цену и отрывочные замечания, дошедшие до нас от столь раннего времени, тем более что они принадлежат перу столь знаменитых писателей, как Ириней, Ориген, Тертуллиан.

Святой Ириней Лионский, раскрывая учение об антихристе на основании предсказаний Иисуса Христа, изложенных в Евангелиях, книги пророка Даниила, Апокалипсиса и других библейских книг, приводит и изъясняет также и некоторые речения из 2-й главы Второго Послания к Фессалоникийцам. Именно, он утверждает и доказывает, что храм, в котором сядет антихрист, есть храм Иерусалимский; а самого антихриста он называет богоотступником (apostata), возглавляющим в себе диавольское богоотступничество (diabolicam apostasiam) и имеющим открыто показать свое богоотступничество (apostasiam). Понятий удерживающего и держай Ириней не изъясняет. Но, на основании таинственного предсказания книги Даниила о четвертом звере, он признаком пришествия антихриста полагает разделение царства между десятью царями, причем тот, кто устрашит и подчинит их себе и в имени которого будет заключаться число 666, и будет антихрист. Царства этого Ириней не называет прямо Римским, но назвавши его владычествующим ныне, он ясно указал на Римское царство. К этому должно прибавить, что Ириней, держась учения о тысячелетнем земном царстве Христа, т. е., будучи хилиастом, полагал, что Иисус Христос придет со славою и откроет это царство в шеститысячный год по сотворении мира и тогда же умертвит антихриста, после того, как исполнятся три с половиною года царствования последнего. Следовательно, начало царствования антихриста Ириней относил к 5997 году от сотворения миpa. Хотя прямо он и не называет этого года, но это ясно вытекает из его слов. Именно, в одном месте он говорит: «день Господень, как тысяча лет, а как в шесть дней совершилось творение, то, очевидно, оно окончится в шеститысячный год»; а несколько ниже он говорит, что по истечении трех лет и шести месяцев царствования антихриста «придет Господь с неба на облаках в славе Отца, и антихриста и повинующихся ему пошлет в озеро огненное, а праведным даст времена царства, т. е. успокоение, освященный седьмой день, и возстановит Аврааму обещанное наследие, царство»…

Близко примыкавший к Иринею в учении об антихристе, хотя и не державшийся хилиазма, святой Ипполит Римский приводит разсматриваемое нами место из Второго Послания к Фсссалоникийцам полностью в своем сочинении: «Сказание о Христе и антихристе», § 63. Но, к сожалению, он именно только приводит слова Апостола, не изъясняя их ни одним словом. Тем не менее то обстоятельство, что он приводит их в сочинении об антихристе, имеет большую важность, как свидетельство о том, что Ипполит, подобно всем отцам и учителям Церкви, ни мало не сомневался, что человек греха есть антихрист. А если бы он слов Апостола не привел, то протестанты, без сомнения, не упустили бы случая построить догадки, что или в бывшем у Ипполита кодексе Библии совсем не было 2-го Послания к Фессалоникийцам, или что Ипполит слов Апостола не относил к антихристу.

Ориген раскрывает учение Апостола Павла об антихристе в Толковании Евангелия от Матфея, в Толковании на Евангелие от Иоанна и в Беседах на книгу Чисел. В содержащихся здесь кратких замечаниях об антихристе обнаруживается своеобразный взгляд этого учителя на антихриста, не похожий на мнения и учение об этом предмете всех прочих отцов и учителей Церкви.

При своей склонности находить в Писании таинственный смысл и изъяснять Писания аллегорически, Ориген применил этот способ толкования и к учению Писания об антихристе. По-видимому, он склонен был понимать антихриста, как безличное начало, как ложь, противоположную истине и Логосу и истребляемую Логосом. «Когда, разсуждает Ориген, лицемерно показывающий себя Логосом не есть Логос и объявляющий себя истиной есть не истина, а ложь, но называет себя истиной, тогда Логос, вооружившись против лжи, уничтожает ее духом уст Своих и истребляет явлением пришествия своего. И смотри, нельзя ли это, сказанное Апостолом в Послании к Фессалоникийцам, изъяснить духовно? Ибо уничтожаемое духом уст Христа, сущего Слова, и истины, и мудрости, что есть иное, как не ложь? И что истребляется явлением пришествия Христа – Мудрости и Слова, как не все то, что объявляет себя мудростью, а обретается в тех, из которых Бог берет для наказания, мудрых в коварстве своем, а не истинною мудростью». Ориген, по-видимому, отождествляет антихриста с действием заблуждения, которое, по словам Апостола, будет у людей во времена антихриста. Вот его слова:«Худший из всех, человек греха, сын погибели, говорится у Павла, послан будет от Бога; ибо за это, говорит, пошлет им Бог действие заблуждения» (2Сол.2:11. 12).

Аллегорическое понимание слов Апостола об антихристе Ориген обнаруживает и в Толковании на Евангелие от Матфея. Он говорит, что храм означает Писание, «и поэтому антихрист, который противится и превозносится над всем, что называется Богом, и садится в храме Божием, есть ложное слово, имеющее вид истины и извлекающее из Писаний доказательства нечестивых догматов, равно как антихрист есть и тот, кто противится и садится на кафедру Писаний и на здание их, показывая себя, как будто он есть Бог; и всегда в речах еретиков должно видеть антихристов, сидящих в храме Писаний и от себя самих желающих умиротворить тех, которые их слушают, как будто каждый из них сам есть Бог Слово в Писаниях».

А с другой стороны Ориген говорит об антихристе, как об одном определенном лице. Так, в том же Толковании на Матфея он говорит, что если храм в Иерусалиме будет опять выстроен, то только для антихриста. В Беседах на книгу Чисел Ориген говорит, что гордый и превозносившийся, описанный пророком Исаиею1, есть диавол и тот, кто есть как бы единородный его и о ком написано, что он превозносится над всем, что называется Богом, или что чтут, так что в храме Божием сядет, показывая, как будто он есть Бог. В Толковании на Евангелие от Матфея, предположение, что так как Евангелие уже проповедано во всем мире, то можно думать, что наступает конец, Ориген опровергает словами Апостола, что день Господень не настанет до тех пор, пока не придет сначала отступление, и не откроется человек греха, сын погибели. Очевидно, Ориген был убежден, что раньше второго пришествия Христова явится антихрист, человек греха, под именем которого он в этом случае разумеет уже не ложь, не еретическое учение, а определенную личность. Но в след за тем Ориген прибавляет: «Это мы изложили согласно простому преданию». А далее Ориген излагает нравственный смысл учения Писания о пришествии Христа и под пришествием Христа разумеет отображение и обнаружение свойств Христа в христианах. Такой нравственный смысл Ориген отличает от смысла буквального, обыкновенного, простого, принятого в предании, или даже противополагает последнему.

Это место более чем какое другое, дает возможность понять взгляд Оригена на антихриста, взгляд двойственный. Вообще двойственность взгляда на один и тот же предмет у Оригена не редкость. Допуская в одних и тех же местах Писания кроме буквального смысла смысл аллегорический, таинственный, или же нравственный, Ориген естественно на многие предметы, о которых говорит Писание, смотрел двояко, и одна и та же вещь для него по буквальному пониманию означала одно, а по аллегорическому толкованию означала другое. Кроме того, Ориген хотя высоко ценил церковное предание и уважал простую веру, но рядом с верою и преданием он ставил еще богословское знание, умосозерцание; а так как содержание личного богословского созерцания у богато одаренного Оригена далеко выходило из пределов церковного предания, то отсюда опять неизбежно вытекала некоторая двойственность не только в понимании Писания, но и вообще в богословии Оригена. Такого рода двойственность обнаружилась и в учении его об антихристе. И как в других случаях, где Ориген в одно и то же время верен преданию и является оригинальным мыслителем, не легко определить, как он смотрел на предмет: так должно сказать это и об его учении об антихристе. Мы предполагаем, что Ориген в словах Апостола об антихристе находил двоякий смысл: буквальный и таинственный. Апостол, так мог думать Ориген, учил, что явится некогда антихрист, как действительный человек, как одна определенная личность; но, описывая характер и действия этого человека, Апостол изобразил еще иного антихриста, духовного, который есть не что иное, как ложь и в особенности лживое учение еретиков. Если мы правильно понимаем взгляд Оригена на антихриста, то этого знаменитого учителя отнюдь нельзя признать предшественником в учении об антихристе ни русских безпоповцев, ни тех протестантов, которые признают антихристом папство и не ожидают явления антихриста, как одного определенного лица. Прибавим еще, что так как Орнген таинственному смыслу Писания придавал более высокое значение, нежели буквальному, и так как Оригену приходилось почти впервые раскрывать таинственный смысл, то понятно, что он более говорит об антихристе, как начале лжи и зла, нежели об антихристе – лице.

Допуская обычный взгляд на антихриста, как человека, которого еще нет, но который некогда явится, Ориген касается и вопроса о времени его пришествия, но, к сожалению, слишком кратко. Он говорит об этом в Толковании на Евангелие от Матфея, в том месте, о котором мы уже упоминали, а именно при изъяснении предсказания Иисуса Христа о кончине миpa. Указывая на проповедание Евангелия всем народам, как на признак наступления конца, и утверждая, что теперь еще многие народы не слыхали евангельской проповеди, Ориген добавляет: «А если кто желает неосновательно утверждать, что Евангелие уже проповедано по всей земле, во свидетельство всем народам, и что потому можно сказать, что уже пришел конец, то говорить это – большое безразсудство и свойственно человеку неразумному, как об этом свидетельствуют Павел во Втором Послании к Фессалоникийцам, говоря: Да не обольстит вас никто никаким образом, как будто бы настоит день Господень; ибо пока не придет сначала отступление и не откроется человек греха, сын погибели и прочее, не будет день Господень». Таков взгляд простого предания, т. е. взгляд общепринятый, которого не чуждается и Ориген. Из слов Оригена, что он изложил это согласно простому преданию, видно, что в его время по общему взгляду признавались следующие положения: человека греха еще нет, нет и отступления; так как отступление и явление человека греха будут предшествовать дню Господню, то этот день еще не наступает. Ясно, что во время Оригена явление человека греха признавалось фактом единовременным и имеющим наступить пред самым вторым пришествием Христовым, а сам человек греха считался единоличным, а не коллективным человеком, т. е. одним лицом, не множеством лиц. Вопроса о том, когда же начнется отступление и когда явится человек греха, Ориген не решает. Но, по-видимому, он склонен был относить то и другое к тому времени, когда проповедано будет Евангелие царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам. Понятий об удерживающем и держай Ориген не коснулся. Если он действительно написал не дошедшее до нас Толкование Второго Послания к Фессалоникийцам, то, конечно, он там объяснил эти слова; но как объяснил – не известно.

Кирилл Иерусалимский, Ефрем Сирин, Иоанн Златоуст, Феодорит, Феодор Мопсуестский, Иоанн Дамаскин

Между тем как от второго и третьего веков дошли до нас только отрывочные разъяснения некоторых изречений разсматриваемого нами учения Апостола, четвертый и последующее века дают нам систематические последовательные толкования Второго Послания к Фессалоникийцам, которые, конечно, содержат полные изъяснения учения Апостола и об антихристе. Но не прекратились в это время также и изъяснения собственно этого одного учения, или некоторых пунктов его.

Святой Кирилл Иерусалимский хотя и не написал последовательного истолкования разсматриваемого отдала Послания, но объяснил почти все изречения его в Пятнадцатом Огласительном Слове, в котором изъясняется седьмой член Символа веры. Перечисляя и раскрывая на основании Писания различные признаки приближения второго пришествия Христа и находя осуществление их уже и в свое время, он говорит и о признаках, указываемых Апостолом Павлом в словах об антихристе. По учению Кирилла сначала будет отступление, потом явится антихрист, а затем уже придет Христос. Отступление же, по его мнению, есть еретичество, отступление от правой веры, и такое отступление Кирилл находил в свое время. «Поэтому, – обращается Кирилл к своим слушателям, – должно ожидать врага, и он начал уже отчасти посылать своих предшественников и готов придти за добычею. Посему наблюдай за собою человек и охраняй душу. Церковь… предварительно сказывает об антихристе до его пришествия. При тебе ли оно будет не знаем; или после тебя, также не знаем. Но для тебя хорошо знать это и предостерегаться». «Имеешь признаки антихристовы: не сам один помни их, но и всем сообщай без зависти… Ибо тайна беззакония уже в действии (2Сол.2:7). Устрашают меня брани народные; устрашают меня церковные расколы; устрашает меня взаимная ненависть братий. О, хотя и сказано это, но да но будет, чтобы это исполнилось над нами! Однако будем осторожны!» А на основании предсказания книги Даниила о четвертом звере, имеющем десять рогов и одиннадцатый малый рог, Кирилл явление антихриста признает одновременным с падением Римского царства. По его мнению, антихрист придет, «когда исполнятся времена Римского царства, и уже приблизится кончина мира. Вдруг возстанут десять Римских царей, царствующих, может быть, в разных местах, но в одно и тоже время, а после них одиннадцатый будет антихрист, который с помощью волшебного коварного искусства захватит себе Римскую державу; он усмирит трех прежде него царствовавших, имея уже под своею властью остальных семерых». Значения слов:удерживающее и держай, Кирилл не разъясняет.

В учении Кирилла с заметною силою и явно обнаруживается опасение близости пришествия антихриста. Хотя он и не утверждает решительно, что антихрист непременно скоро придет; однако он прямо заявляет и доказывает, что все признаки наступления антихристова царствования и приближения конца мира на лицо, убеждает слушателей твердо помнить признаки антихриста, сообщать понятие о них другим, быть осторожными, и выражает пламенное желание, чтобы антихрист не пришел в его время. Слова Кирилла исполнены тревожного ожидания страшных дней царствования антихриста. Но не смотря на твердое убеждение, что все признаки приближения антихристова царствования уже осуществились, не смотря па живейшее чувство опасения, почти уверенности в том, что бедственное время антихристово близится, Кирилл в решении вопроса о времени пришествия антихриста поступает с мудрою осторожностью. «Церковь, – говорит он, – предварительно сказывает об антихристе до его пришествия. При тебе ли оно будет, не знаем; или после тебя, также не знаем. Но для тебя хорошо знать это и предостерегаться». Кирилл не осмеливается утверждать, что антихрист придет скоро, или что он придет не скоро; а убеждает только знать и помнить библейские предсказания о признаках приближения царствования антихриста, наблюдать жизнь и события своего времени, размышлять о том, не близко ли уже царствование антихриста, и остерегаться.

Святой Ефрем Сирин написал Толкование всех Посланий Апостола Павла, но краткое. Изъясняет он и разсматриваемое нами место, но не подробно и не полно. Под удерживающим или присутствующим, он разумеет силу апостольства и проповедание и постепенное распространение учения христианского до дня, в который откроется Сын в свое время. Точно также и слово держай он изъясняет так, что пока не упразднится ветхозаветное богопочитание, которое и есть держай, и не распространится Евангелие по вселенной, дотоле не придет день Господень. В объяснение слов Евангелия: во всех народах прежде должно быть проповедано Евангелие (Марк. 13:10), он говорит, что «прежде явления антихриста проповедано будет это Евангелие по всей вселенной».

Это толкование Святаго Ефрема Сирина имеет некоторые особенности, отличающие его от толкований того же места других отцов и учителей Церкви.

Так, между тем как все вообще отцы и учители Церкви понималиудерживающее и держай как нечто задерживающее, препятствующее, Ефрем Сирин первому, а также, по-видимому, и второму выражению приписывает значение присутствования, существования. Существует и производится дело апостольства, состоящее в проповедании и распространении Евангелия, христианского учения, это и есть удерживающее. Остается еще ветхое, нехристианское богопочитание, оно и есть держай. Кстати заметим, что почти все последующие богословы до современных включительно утверждают, что эти выражения Апостола означают задержку, препятствие; но некоторые, впрочем очень немногие, полагают, что они означают собственно то, что владычествует, обладает, имеет у себя.

Другая особенность толкования Ефрема Сирина та, что под именем того, о ком Апостол говорит, что он откроется в свое время, святой отец разумеет Иисуса Христа, тогда как все вообще богословы, за исключением очень немногих, находят здесь указание на антихриста.

Общий взгляд Ефрема Сирина по вопросу о времени пришествия антихриста тот, что антихрист явится не раньше, чем как проповедано будет и распространится Евангелие по всей вселенной и упразднится нехристианское служение Богу.

Подробное изъяснение разсматриваемых слов Апостола дает Святой Иоанн Златоуст. По учению его, Апостол здесь говорит об антихристе и «отступлением называет самого антихриста, так как он имеет погубить многих и привести к отступлению, а словами о тайне беззакония Апостол указал на Нерона, как на прообраз антихриста» («Беседы на Второе Послание Святого Апостола Павла к Фессалоникийцам», Беседа 3, § 2).

«Хорошо сказал он, – говорит Златоуст, – тайна; потому что (Нерон) не так ясно и безстыдно (выдавал себя за Бога), как (антихрист). И так, если еще прежде того времени, говорит, нашелся человек, который не много в злобе уступал антихристу; то что удивительного в том, если со временем явится (настоящий антихрист)? Говорил таким образом прикровенно и не хотел прямо указать на него (Нерона) не из страха, но чтобы научить нас тому, что мы не должны навлекать на себя чрезмерной вражды, когда ничто нас к этому не принуждает» (Там же, Беседа 4, § 1). На вопрос: «что такое удерживающее, т. е. препятствующее, явиться ему» (антихристу)? Златоуст отвечает: «Одни полагают, что под этим (должно разуметь) благодать Святаго Духа, а другие – Римское государство. С этими – последними я больше соглашаюсь. Почему? потому что если бы (Апостол) хотел говорить о Духе, то не выразился бы об этом не ясно, но (сказал бы) определенно, что теперь препятствует ему (антихристу) явиться благодать Святаго Духа, т. е. дарования. Кроме того, надлежало бы уже ему придти, если тогда он должен придти, когда оскудеют дарования, потому что они давно оскудели2.

Но так как (Апостол) говорит это о Римском государстве, то понятно, почему он только намекает на это и до времени говорит об этом прикровенно…. Ибо если бы он сказал, что в непродолжительном времени разрушится Римское государство, то тогда немедленно его, как возмутителя, стерли бы с лица земли, и всех верующих, как живущих и подвизающихся для сего» (Беседа 4, § 1).

То же объяснение Златоуст применяет и к слову держай, говоря: «когда прекратится существование Римского государства, тогда он (антихрист) придет. И справедливо. Потому что до тех пор, пока будут бояться этого государства, никто скоро не подчинится (антихристу); но после того, как оно будет разрушено, водворится безначалие, и он будет стремиться похитить всю – и человеческую и божескую – власть. Подобно тому, как прежде сего были разрушаемы царства, именно: Мидийское – Вавилонянами, Вавилонское – Персами, Персидское – Македонянами, Македонское – Римлянами: так это последнее разрушено будет антихристом, а он сам будет побежден Христом и более уже не будет владычествовать. И все это с большею ясностью передает нам Даниил» (Беседа 4, § 1).

В толковании Златоуста есть мнения, существовавшие ранее его и широко распространенные. Таковы следующие: отступлением назван антихрист, тайною беззакония – Нерон, удерживающее и держай означают Римскую империю, или благодать Святаго Духа. Так как эти мнения не принадлежат самому Иоанну Златоусту, и не он первый высказал их, а они были в то время ходячими мнениями, то о них уместно будет высказать суждение не теперь, а при общей характеристике святоотеческого учения об антихристе и времени его пришествия.

Но, разумея под удерживающим и держай Римское царство, Иоанн Златоуст высказал это мнение с такими особенностями, которых нет у других, державшихся того же мнения. Особенность его мнения о держай иудерживающем та, что препятствием для явления антихриста он признает собственно страх, который люди питали к римской власти, и непобедимую силу этой власти, внушавшей покорность. Характерными чертами Римского царства и римского народа были строгая законность, строгая военная дисциплина. Римляне выработали столь полное, точное и строгое право, т. е. законы, какого не было ни у какого другого народа, и осуществляли это право в самой жизни. По силе правовой законности и по строгости дисциплины Римляне далеко превосходили все народы. Благодаря этим свойствам Римляне покорили весь тогда известный мир и держали покоренные народы в подчинении себе, как в железных тисках. Воевать с этим народом, или бунтовать против него было страшно. Карфаген, боровшийся с Римом, Иудея осмеливавшаяся бунтовать против него, были не только разбиты, но буквально убиты, разрушены, уничтожены, стерты с лица земли. Многие другие и притом сильные народы и царства были побеждены Римом и сделались рабами его. Вот эту то железную силу и непобедимое могущество Рима, внушившие всем народам страх к этому царству, Иоанн Златоуст и признает препятствием для явления антихриста. И так как силу, которою Рим покорил все народы и все их держал в подчинении и страхе, составляли твердая, основанная на строгих законах, власть, правовой порядок, законность и дисциплина; то ослабление этих свойств римского духа и римского народного и государственного строя должно ослабить страх в народах к Риму, вывести их из рабской покорности ему и вместе с тем привести вообще к упадку государственной власти и силы законов, т. е. к анархии, к самоволию и безначалию. Безначалие, как противоположная государственной власти и законному порядку сила, проложит путь антихристу. Златоуст прямо и говорит, что по разрушении Римского царства водворится безначалие, при котором антихристу легко и удобно будет захватить в свои руки власть. А возможности смены и замены Римской империи другим каким либо царством Златоуст не допускал, потому что он, как и другие отцы и учители Церкви, на основании таинственных видений, изложенных в книге Даниила, видений истукана и четырех зверей, признавал четвертое царство последним и именно Римским царством.

Мнение Златоуста об удерживающем и держай имеет то преимущество перед однородными мнениями других богословов, что он не просто подудерживающим и держай разумеет Римскую империю, а объясняет каким образом эта империя задерживает явление антихриста.

Блаженный Феодорит, написавши хотя и краткие, но обстоятельные толкования на четырнадцать Посланий Апостола Павла, делает разсудительное изъяснение слов Апостола об антихристе. – Подобно Златоусту он утверждает, что «отступлением Апостол назвал самого антихриста, дав ему это имя по делам его; потому что покусится всех довести до отступления от истины».

О тайне беззакония этот учитель говорит следующее: «Иные утверждали, что Нерона назвал Апостол тайною беззакония и делателем злочестия. Но думаю, что Апостол этим обозначил породившиеся ереси; потому что диавол, отвлекши чрез них многих от истины, приготовляет погибель обольщения. А тайною беззакония назвал их потому, что сеть беззакония они имеют скрытою, а сам диавол отторгает людей от Бога явно. Поэтому-то пришествие его Апостол и назвал явлением. Ибо, что всегда приготовлял тайно, тогда провозгласит явно и открыто».

В вопросе об удерживающем и держай Феодорит не признает удовлетворительным ни одного из двух объяснений, приводимых Златоустом, и предлагает свое мнение.

«Не возможно, говорит он, совершенно прекратиться благодати Духа. Ибо лишенным благодатной помощи как можно победить ухищрения антихриста? С другой стороны, и Римскому царству не будет преемствовать другое царство; потому что под четвертым зверем и божественный Даниил дал разуметь Римское царство, А в нем возник малый рог, творящий брань со святыми (Дан.7:21). Это и есть тот самый, о ком божественный Апостол изрек пред сим сказанное. Думаю, что божественный Апостол говорит ни о том, ни о другом; а считаю истинным утверждаемое другими».

Феодорит совершенно правильно признает совершенно невозможным полное прекращение действия благодати даже и при антихристе. Но его критика мнения, что удерживающее есть Римское царство, не совсем удачна. Он или не вполне понял это мнение, или он разбирает мнение, несколько отличное от приведенного Златоустом. Златоуст вовсе не допускает смены Римского царства каким либо иным, пятым, царством, а, напротив, по его словам, за падением Римской монархии водворится совершенное безначалие. Таким образом, он вовсе не противоречит пророчеству Даниила о четырех всемерных царствах, последним из которых признается Римское царство, а даже прямо ссылается на это пророчество, которым самое мнение нисколько не опровергается.

Показавши, что Апостол говорит не о благодати Святаго Духа и не о Римском царстве, Феодорит противополагает этим двум мнениям третье мнение. «Признаю, говорит он, истинным утверждаемое другими. Бог всех определил, чтобы антихрист явился во время кончины (мира). И так не допускает ему явиться ныне Божие определение».

«Но думаю, продолжает он, что сказанное имеет еще и другой смысл. Так как божественный Апостол знал изречение Господне, что должно быть проповедано Евангелие всем народам, и тогда придет конец (Мф.24:14), но видел также, что преобладает еще служение идолам; то, следуя учению Владыки, сказал, что сначала сокрушится сила суеверия и повсюду возсияет спасительная проповедь, и тогда явится сопротивник истины».

И несколько ниже, изъясняя слова: только удерживающий ныне, пока из среды будет (взят), Феодорит говорит: «должно прекратиться обольщение суеверия и проповедану быть Евангелие».

В другом своем сочинении Феодорит следующим образом изъясняет слово удерживающее: «Явился бы уже он (антихрист), если бы не препятствовала ему божественная благодать и не назначила пришествия его в приличное для того время». А слово держай изъясняет так, что Божие определение воспрещает явиться ему. Ибо, по Божественному предсказанию, должно Евангелию быть проповеданным у всех народов и потом уже явиться ему» (антихристу).

Сопоставляя эти изъяснения и не допуская, чтобы Феодорит противоречил самому себе, мы полагаем, что под благодатью он разумеет благую волю Божию, или определение Божие, а не благодатные дары, действующие в Церкви, в каковом смысле употребляет это слово Златоуст в вышеприведенном толковании.

Что под именем удерживающего разумеется определение Божие, это собственно мнение Феодора Мопсуестскаго. Принадлежа к одной школе с Феодором Мопсуестским, т. е. к антиохийской, Феодорит не мало заимствовал мыслей у этого толкователя Писания, и в частности взял у него объяснение удерживающего, что удерживающее означает определение Божие. В настоящем случае он этого и не скрывает. Он не поименовал Феодора, а неопределенно сказал, что так утверждают «другие», вероятно, потому, что это мнение было высказываемо, или разделяемо и другими тогдашними богословами. Что удерживающее означает дары Святаго Духа (разумеет мнение Севериана Габальского), «это не представляется мне убедительным, говорит Феодор, ибо они уже прекратились. А означает оно то, что между тем как диавол желал бы совершить это (явление антихриста) уже и теперь, Бог препятствует ему, так как назначено время для кончины века, когда он и должен явиться. Апостол и называет удерживающим это определение Божие и потому прибавил: чтобы открылся он в свое время. Ибо, сказавши: тайна уже в действии, он показывает, что если диавол и не производит еще явного отступления, но втайне многое уже и теперь делает, постоянно стараясь чрез своих отторгнуть от благочестия приверженных к вере».

Святой Иоанн Дамаскин, излагая кратко учение об антихристе в своей догматике, приводит и разсматриваемые нами слова из Второго Послания к Фессалоникийцам, но изъясняет их очень мало. О времени пришествия антихриста он говорит так: «Необходимо, чтобы прежде было проповедано Евангелие у всех народов (Мф.24:14); и тогда явится беззаконник». Таким образом, в вопросе о времени явления антихриста Иоанн Дамаскин примыкает отчасти к мнению Феодорита.

Вот и все, что написано отцами и учителями Восточной Церкви в разъяснение разсматриваемых слов Апостола Павла об антихристе.

Тертуллиан, Викторин Петавийский, Иероним, Августин, Сульпиций Север, Лактанций, Амвросиаст

Обращаемся к западным или латинским отцам, учителям и писателям Церкви. Из них высказали свои мнения по поводу или в разъяснение разсматриваемых слов Апостола Павла Тертуллиан, Викторин Петавийский, Иероним, Августин, Сульпиций Север, Лактанций, Амвросиаст. Только один Амвросиаст написал толкование на Второе Послание к Фессалоникийцам; все прочие сейчас упомянутые богословы разсматривают учение Апостола Павла об антихристе мимоходом, в сочинениях, посвященных изложению совсем других предметов. Впрочем Иероним хотя и не написал толкования на Второе Послание к Фессалоникийцам, но все-таки разсматриваемый отдел его изъяснил подробно и нарочито.

Тертуллиан, по-видимому, первый высказал мнение, которое потом повторяли сотни богословов, мнение, будто удерживающее и держай означают Римское царство. «Кто это, объясняет он слово держай, как не Римское царство? Уничтожение его, разделенного десятью царями, приведет антихриста».

В другом своем сочинении Тертуллиан говорит, что Римская империя будет стоят до тех пор, пока стоит мир.

Слова Тертуллиана о разгроме Римской империи чрез раздробление на десять частей дают повод думать, что Тертуллиана к этому мнению о держай привело предсказание книги Даниила о четвертом звере, означающем четвертое всемирное царство.

Святой Викторин, Епископ Пиктавийский и мученик, касается слов Апостола об антихристе в сочинении: «Scholia in Apocalypsin Beati Ioannis». Назвавши, при изъяснении первой главы Апокалипсиса, того, кого Господь Иисус убиет духом уст Своих, антихристом, Викторин, изъясняя слова 11-й гл. 7 ст. Апокалипсиса о звере, выходящем из бездны, разумеет под этим зверем антихриста и показывает, когда и где он явится, и кто он будет. «После того, – разсуждает он, – как совершатся многие бедствия, в конце выйдет из бездны зверь… А что он был в царстве Римском и был из числа цезарей, об этом свидетельствует и Павел Апостол; ибо он говорит Фессалоникицам: Кто ныне держит, да держит, пока из среды будет, тогда явится беззаконник, тот, коего пришествие по действию сатаны в знамениях и чудесах ложных (2Сол.2:7, 8). И чтобы знали, что придет тот, кто тогда был владыкою, прибавил: тайна беззакония уже приготовляется (9 ст.), т. е. коварство, которое он совершит, тайно производится».

Из этих слов Викторина видно, что держай, по его мнению, есть римский император; а припоминая легенду о Нероне, мы находим в них ясный намек на то, что антихристом будет не кто иной, как Нерон. Далее, объясняя 17-ю главу Апокалипсиса, Викторин в восьмом звере видит Нерона и в то же время признает этого зверя антихристом. Кроме того, и в словах из 13-й главы Апокалипсиса, что одна из голов зверя, выходящего из моря, как бы смертельно была ранена, но эта смертельная рана исцелела, по мнению Викторина, говорится о Нероне. Из слов Викторина, что десять царей примут царскую власть тогда, когда Нерон двинется с Востока, видно, что он верил, будто Нерон не убит, а скрывается где-то на Востоке, и в свое время явится как антихрист. А основываясь на словах Апостола Павла о держай и на предсказаниях книги Даниила и Апокалипсиса о десяти рогах, означающих десять царей, Викторин полагал, что Римская империя будет существовать до самого пришествия антихриста, и что разделение ее между десятью царями совпадет по времени с явлением антихриста.

Блаженный Иероним учение Апостола Павла об антихристе довольно обстоятельно изъяснил в письме к Алгазии. Алгазия предложила Иерониму одиннадцать вопросов относительно одиннадцати изречений из Евангелий и Посланий Апостола Павла, разъяснение которых было ей желательно. Последний из этих вопросов был: «Что означает то, что Апостол пишет к Фессалоникийцам: Пока не придет сначала отступление и не откроется человек греха, и прочее? Отвечая на этот вопрос, Иероним дает следующее объяснение учения Апостола.

Апостол, – говорит Иероним, – выводит Фессалоникийцев из заблуждения, будто уже настоит день Господень, «и излагает то, чего должно ждать прежде пришествия Христа, чтобы, когда увидят те действия, узнали бы антихриста, т. е., человека греха…» «Пока, говорит, не придет сначала отступление…, так что все народы, которые подчинены Римской империи, отложатся от нее, и откроется, т. е. покажется человек греха, которого предвозвещают все слова пророков…»; «пока, говорит, не будет опустошена сначала Римская империя, и не придет предварительно антихрист: дотоле не придет Христос, Который потому и придет так, чтобы уничтожить антихриста…» «И ныне, что удерживает, знаете, чтобы открылся в свое время, т. е. какая причина того, что антихрист не является теперь, вы прекрасно знаете. А не желает открыто сказать, что Римская империя будет разрушена потому, что сами те, которые владычествуют, считают ее вечною. Ибо если бы он открыто и смело сказал, что антихрист не придет до тех пор, пока не будет предварительно разорена Римская империя, то это показалось бы достаточною причиною воздвигнуть гонения на возникавшую тогда Церковь».

А слова: Тайна беззакония уже действует, только кто держит ныне, пусть держит, пока от среды будет, и тогда откроется тот беззаконник, по мнению Иеронима, имеют следующий смысл: «Во многих бедствиях и беззакониях, которыми Нерон, нечестивейший из цезарей, утеснял мир, заключается зародыш пришествия антихриста, и что после будет делать этот, это отчасти осуществляется в том; только что Римская империя, которая ныне владеет всеми народами, устранится и из среды будет, тогда и придет антихрист, источник беззакония».

Августин Блаженный относительно последнего гонения на Церковь, имеющего быть от антихриста, говорит: «Обыкновенно спрашивают: когда это будет?» По мнению Августина, это «вопрос совершенно неуместный». «Если бы нам нужно было, разсуждает он, знать об этом, то кому лучше, как не самому Богу – Наставнику, сказать бы о том спрашивавшим Его ученикам?.. Но Он сказал им: не ваше дело знать времена и сроки, которые Отец положил в Своей власти (Деян.1:7). Не о часе конечно, или дне, или годе, а о времени спрашивали они, когда получили этот ответ3. Таким образом, мы напрасно стали бы разсчитывать и определять года, которые еще остаются сему веку, когда из уст Истины слышим, что знать это не наше дело. Некоторые впрочем говорили, что от вознесения Господа до Его последнего пришествия может пройти четыреста, другие – пятьсот, а иные – даже и тысяча лет. А как каждый из них обосновывает свое мнение – разъяснять это и долго, и нет надобности. Ибо они пользуются человеческими догадками, а не указывают что-либо несомненное из авторитета канонического Писания. Поистине всем им, разсчитывающим этот предмет по пальцам, развязывает пальцы и повелевает успокоиться Тот, Кто говорит: не ваше дело знать времена и сроки, которые Отец положил в Своей власти».

Слова Апостола о тайне беззакония, об удерживающем и о держай Блаженный Августин признает столь темными, что не решается и толковать их. «Но, говорит он, не скрою, однако же, человеческих догадок, какие мне пришлось слышать, или читать». «Никоторые думают, продолжает он, что в этом случае речь шла о Римской империи, и что Апостол Павел не хотел писать об этом открыто из опасения подвергнуться клевете, будто он недоброжелательно относится к этой империи, в которой надеялись видеть царство вечное, так что, говоря: тайна беззакония уже в действии, он подразумевал будто бы Нерона, действия которого казались уже действиями антихриста. Поэтому иные делали предположения, что Нерон воскреснет и будет антихристом. А другие полагали, что он и не убит, а скорее скрыт, чтобы считали его убитым; и что в то самое время, как считается убитым, он скрывается живым в цвете тех же самых лет, какие имел, пока в свое время откроется и возстановится на царство. Но такого рода предположения, – делает оценку их Августин, – мне кажутся слишком странными».

«Что же касается, – говорит Августин, – слов Апостола: Только держай нынеда держит, пока из среды будет, то в них не без основания видят речь о самом Римском царстве, как если бы было сказано: только повелевающий ныне да повелевает, пока из среды будет, т. е. пока не выбудет из среды. И тогда откроется беззаконник. Никто не сомневается, что этим именем Апостол назвал антихриста».

«А иные думают, что и слова Апостола: удерживающее знаете, и тайна деется, относятся не к кому другому, как к злым и притворным, которые находятся в Церкви, пока не возрастут до такого числа, что составят для антихриста великий народ; и что это и есть тайна беззакония, так как представляется скрытым. А верующих Апостол увещевает, чтобы они пребыли твердо в вере, которую содержат, говоря: Только держай ныне да держит, пока из среды будет, т. е. пока не выйдет из среды Церкви тайна беззакония, которая ныне скрыта. Думают, что к этой самой тайне относится то, что говорит Евангелист Иоанн в своем Послании: Дети! Последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаем из того, что последнее время. Они вышли от нас, но не были наши; ибо если бы они были наши, то остались бы с нами (1Ин.2:18. 19). И так, говорят, как прежде конца, в тот час, который Иоанн называет последним, вышли из среды Церкви многие еретики, которых он называет многими антихристами: так и тогда выступят оттуда все, которые будут принадлежать не Христу, а тому последнему антихристу, и тогда он явится».

Легенда о Нероне несколько в ином виде излагается у Сульпиция Севера,современника Августина4

В беседе со святым Мартином5, когда мы спросили у него, говорит Сульпиций Север, о кончине века, то он нам открыл следующее: «Предварительно придут Нерон и антихрист. Нерон, подчинивши себе десять царей, будет владычествовать в западных странах света и учинит там гонение, принуждая поклоняться языческим идолам. Антихрист же сначала захватит власть над Востоком и сделает своею резиденциею и столицею царства Иерусалим. Он возсоздаст город и храм. Гонение его будет в том, что он будет принуждать людей отрекаться от Христа Бога. Он объявит себя Богом и повелит всех обрезывать по закону. Наконец и сам Нерон погибнет от антихриста и таким образом во власти антихриста окажутся вся земля и все народы, пока нечестивый не будет погублен пришествием Христа. Несомненно, что антихрист, зачатый злым духом, уже родился, находится в отроческом возрасте, и как только возмужает, захватит власть. Идет восьмой год, как мы это слышали от него, заканчивает свой разсказ Сульпиций Север».

Этот разсказ помещен во «Втором Диалоге» Сульпиция Севера. А в своем сочинении «Священная история» этот писатель говорит о Нероне следующее: «Не известно, сам ли он себя умертвил, но известно, что тело его пропало. Поэтому стали верить, что хотя он сам себя поразил мечем, но, излечивши свою рану, остался жив, согласно с тем, что о нем написано: и смертельная рана его исцелела (Откр.13:3). К концу века он будет послан, чтобы осуществить тайну беззакония».

По поводу легенды о Нероне должно заметить, что после смерти этого императора – изверга распространилась молва, будто он не умер и опять явится. Об этом говорит Тацит в своей Истории и Светоний в Жизнеописании Нерона. Эта молва распространилась как среди язычников, так и среди христиан. У христиан легенда о Нероне потерпела некоторые изменения. Между тем как одни из них, подобно язычникам, верили, что Нерон не умер, а продолжает жит, скрываясь где то в Азии, откуда опять явится в свое время, другие полагали, что хотя он убит, но некогда воскреснет и опять явится. Другое существенное добавление к легенде у христиан было сделано то, что они в лице Нерона, имеющего придти из Азии, или воскреснуть, стали ждать антихриста. Вероятно, эта легенда о Нероне, как антихристе, сложилась и была распространена среди простых христиан, среди черни, склонной к суеверию. Но Нерон своими безпримерными жестокостями нагнал такой ужас на население Римской империи, одно имя его и память о нем так пугали воображение, что этой легенде давали веру и образованные люди, даже некоторые писатели христианские. Однако лучшие богословы не доверяли этой легенде. Напр., Августин прямо называет слухи о Нероне, имеющем придти в качестве антихриста, странными. Другие знаменитые богословы древности признавали антихриста только предшественником или прообразом антихриста, а это показывает, что они не верили, будто он явится вторично в виде настоящего антихриста. Но навеянный зверствами Нерона страх и приводящая в содрогание память о нем так были сильны и столь долго жили в населении Римской империи, что они отпечатлелись в творениях богословов даже позднейших веков. Напр., отцы и учители Церкви четвертого и пятого веков полагали, что Апостол тайною беззакония назвал Нерона, не смотря на то, что Апостол написал свое Второе Послание к Фессалоникийцам тогда, когда Нерон был только наследником престола и не начинал еще тиранствовать. Точно также прообразом антихриста многие отцы признавали именно Нерона, а не Калигулу, Домициана, Диоклетна, или иных жестоких римских императоров.

Лактанций, церковный писатель четвертого века, касается вопроса о времени пришествия антихриста в самом важном и обширнейшем из своих сочинений: «Божественные наставления». Будучи хилиастом, Лактанций полагал, что мир в настоящем своем состоянии должен существовать шесть веков, т. е. шесть тысяч лет. Как Бог, пред очами Которого, по словам пророка, тысяча лет как один день, трудился шесть дней, творя настоящий мир: так вера в Него и истина должны утруждаться в борьбе против злобы шесть тысяч лет. И как Бог, совершивши дела свои, почил в седьмой день и благословил его: так в конце шеститысячного лета вся злоба на земле упразднится, тысячу лет будет царствовать правда и будут тишина и покой от трудов, которые мир уже давно переносит. И как некогда в шестой день Бог сотворил из земли человека смертного и несовершенного, чтобы он жил в этом мире тысячу лет: так ныне в шестой великий день из сего земного века Словом Божиим созидается человек совершенный, т. е. святой народ, чтобы, будучи оживотворен Богом, в этом же самом мире владычествовал тысячу лет».

Описывает Лактанций и то, как совершится конец этого утрудившегося, изнемогшего и одряхлевшего от старости мира, описывает так. На земле в конце шестого века будут ужасные бедствия и нечестие, которые произойдут от того, что управляющее ныне миром римское имя истребится, царство перейдет опять в Азию, и снова Восток будет владычествовать, а Запад будет в подданстве ему. Как ни велико и как ни сильно царство Римское, однако и оно падет; потому что нет ничего, созданного человеческими руками, что не могло бы быть и разорено человеческими силами, ибо дела смертных смертны. И прежде другие государства долго процветали, однако пали, и вся власть от них перешла к Римлянам; и сколько последние превосходят прочие царства, столько большему падению и подвергнутся, так как больше имеют тяжести к падению те, которые выше прочих. В подтверждение своего мнения о падении Рима Лактанций ссылается на Сенеку, который времена Рима разделил на века или возрасты: младенческий, отроческий, юношеский, мужеский и старческий, который уже начался с тех пор, как Рим, раздираемый внутренними войнами, опять возвратился к монархическому образу правления, которое он имел в младенчестве. А за старостью последует погибель. И что это будет скоро, это открывают предсказания пророков под прикрытием других имен, чтобы не легко кто уразумел. А Сивиллы даже явно говорят, что погибнет Рим, и притом судом Божиим, так как ненавидел имя Божие и, враждуя против правды, умертвил людей, любящих правду. И Гистасп, древнейший царь Мидийский, передал на память потомству удивительный сон, истолкованный прорицающим отроком, что сгибнет с земли Римское царство и имя, и предрек он это прежде, чем основался этот Троянский народ.

А чтобы кому падение Римской империи не показалось невероятным, Лактанций объясняет и способ, каким оно произойдет. Царство это, по мнению Лактанция, чрезвычайно распространится, но величайшее могущество царства, разделенное между многими, уменьшится: возникнут нескончаемые раздоры и губительные войны; возстанут одновременно десять царей, которые разделят между собою всю землю, но не для управления, а для погубления. Они, чрезмерно умноживши войско и оставивши хлебопашество, что составляет начало разорения и поражения, все разорят, истощат, пожрут. Тогда с крайних пределов северной страны внезапно возстанет против них сильнейший враг. Он трех из них, которые будут тогда владеть Азиею, истребит, а прочие заключат с ним союз, и он сделается над всеми ними начальником. Это и будет антихрист. Этот, имея непреодолимую силу, причинит никогда небывалые бедствия всему миру, все извратит, перемешает, осквернит, расхитит, разрушит, умертвит; изменивши имя царства и перенеся столицу, – подразумевается из Рима, – он воздвигает свое собственное царство. Настанет тогда ужасное время.

Эти мнения свои Лактанций основывает на Священном Писании и на предсказаниях светских пророков, согласных с небесными предсказаниями. То, что он говорит, это предвозвестили «как все пророки Духом Бoжиим, так и прорицатели по внушению демонов». Светскими пророками Лактанций называет книги Сивиллины, из которых он приводит очень часто и притом в точном виде изречения, а также и другие предсказания, в роде упомянутого сновидения Гистаспа. Из Священного же Писания Лактанций извлекает большею частью мысли, а не буквальные слова. В частности он не изъясняет слов Апостола Павла об антихристе и даже не ссылается на них, хотя, по-видимому, они были ему известны, как не делает он ссылок и на другие книги Священного Писания и на места в этих книгах, когда берет из них мысли или доказательства для своих мыслей. Не смотря на это, приведенные нами мысли Лактанция должны занимать немаловажное место в истории толкования слов Апостола об антихристе и в вопросе о времени пришествия последнего. Дело в том, что огромное большинство богословов древних и средневековых и некоторые из новых и новейших под удерживающим и держай разумеют Римскую империю и предвестником приближения царствования антихриста считают упадок, или разрушение ее, и мнение это признавалось наилучшим, да и теперь имеет приверженцев; а между тем никто из богословов, древних, средневековых и новых, не изложил этого мнения так подробно, как Лактанций, и потому его слова дают возможность лучше уяснить и оценить сущность этого мнения.

В частности, из слов Лактанция мы получаем ясное понятие о том, до какой степени в древности было непоколебимо убеждение в неразрушимости и вечности Римской империи. «Боюсь говорить, но скажу, так как это будет», так начинает Лактанций свою речь о падении Римской империи. «Никто не должен удивляться, говорит он далее, что царство, с таким трудом основанное, столь долго и столь великими мужами увеличиваемое, такими богатствами укрепленное, некогда однако падет». И затем он усиленно доказывает возможность и необходимость падения Римской империи. Чрезвычайное, непобедимое могущество Римской империи, сломившей сопротивление всех своих врагов и распространившей свою власть почти на всю тогда известную вселенную, внушало людям мысль, что если раньше Рим остался непобедимым, то кто же победит его теперь, или в будущем, когда он владеет всем миром, и враждебные ему народы ничтожно малы в сравнении с ним? И так как язычники не имели определенных понятий о том, что наступит некогда кончина мира, то мысль о непобедимости и неразрушимости Римской империи сама собою перешла у них в мысль о вечности этой империи. Эта мысль укоренилась и распространилась среди язычников, подданных Римской империи, тем легче, что она льстила самолюбию не только природных Римлян, но и многих других народов, давно вошедших в состав Римской империи и потому почти совсем утративших чувство национальной особности и самостоятельности, привыкших считать эту империю своею. Мысль о неразрушимости Римской империи очень легко перешла от язычников и к христианам; потому что почти все христиане первых веков были подданными Рима, жили среди язычников, многие сами были первоначально язычниками, или по крайней мере принадлежали к язычеству деды и отцы их. Но так как христиане твердо знали, что на землях нет ничего вечного, и что здешний мир некогда кончится, то у них мысль о вечности Римской империи получила существенное видоизменение: они признавали эту империю вечной в том смысле, что она не будет разрушена до конца мира. Принявши такую форму, эта, унаследованная от язычества, мысль тем легче могла удержаться у христиан, что она не только не противоречила библейско-христианским понятиям, но и находила подтверждение в пророчествах книги Даниила, в содержащихся в этой книге объяснениях значения четырехсоставного истукана, виденного во сне Навуходоносором, и четырех зверей, виденных Даниилом. Отцы и учители Церкви, которые изъясняли эти видения, были убеждены, что железно-глиняные ноги истукана и четвертый безъменный зверь означают Римское царство. А так как четвертое царство, означаемое четвертым или безъменным зверем, в книге Даниила представляется последним царством, за которым последует кратковременное царствование антихриста и затем вечное царство святых, царство Божие; то отцы и учители Церкви были убеждены, что Римское царство не будет разрушено, будет существовать до конца миpa, точнее – до явления антихриста. Это убеждение вполне согласовалось с общим мнением о неразрушимости Римской империи. Идея, мысль толкования отчасти была вызвана этим общим мнением и в свою очередь укрепляла в умах последнее.

Широкое распространение унаследованного от Римлян мнения о вечности Римской империи и твердое убеждение в существовании ее до последних времен мира, до царствования антихриста, основанное частью на мнении о неразрушимости мира, частью на близком к этому мнению изъяснении пророчеств книги Даниила, сами собою и почти неизбежно подсказывали богословам, когда они с недоумением спрашивали: что означаютудерживающее и держай антихриста? тот ответ, что явление антихриста задерживается Римскою империею, что он не может явиться, пока она существует, и явится, как только существование ее прекратится. Напр., такое именно решение вопроса об удерживающем и держай невольно напрашивается при чтении тех глав сочинения Лактанция «Божественные наставления» (14–19 главы Седьмой книги), из которых мы сейчас извлекли мысли о том, что Римская империя не вечна, но все таки просуществует до антихриста, хотя сам Лактанций об удерживающем и держай даже и не упоминает.

Лактанций старается выяснить и причины падения Римской империи. Он указывает две главные причины разрушения этого царства: во-первых, одряхление и естественное истощение от старости, которая неизбежно должна наступить как для всего миpa, так и в частности для Римской империи; во-вторых, чрезмерное расширение ее, последствием которого будет распадение ее на враждующие между собою части, именно она распадется на десять царств. Ближайшими же и, так сказать, производными, второстепенными причинами разрушения Римской империи он считает чрезмерное усиление воинственного духа у правителей, умножение войн и упадок мирных занятий, в особенности упадок земледелия. Вообще о причинах разрушения Римской империи Лактанций говорит подробнее, чем другие древние богословы, находившие в падении этой империи предвестие антихристова царствования.

Лактанций высказался определенно и о том, какой вид будет иметь Римская империя в то время как явится антихрист. По взгляду Лактанця раньше явления антихриста она будет только ослаблена раздроблением на части, междуусобиями, войнами, но, хотя и истощенная, будет еще существовать. Только уже антихрист завоюет ее, затем уничтожит ее имя и оснует царство свое и устроит иную столицу в своем царстве. Напротив, у других богословов, древних и новых, мы не находим ясного и определенного мнения о том, будет ли существовать Римская империя, и если будет существовать, то какой вид будет она иметь при явлении антихриста.

В заключение о Лактанции должно заметить, что хотя он и самое прозвание свое «Лактанций» получил за свое увлекательное, приятное и живительное красноречие6 и хотя сочинения его блещут умом, изобилуют разнообразными сведениями и изложены красноречиво, но важного богословского авторитета сочинения его не имеют; потому что в них христианские понятия перемешаны с языческими представлениями, истинные богословские мнения с ложными суждениями. Сделавшись христианином в позднем возрасте своей жизни, Лактанций не успел ни обнять христианское учение в достаточной полноте, ни окончательно отрешиться от языческих мнений. Поэтому он не причислен не только к отцам, но и к учителям Церкви, и есть только церковный писатель. Если, тем не менее, мы уделили изложению и оценке его мнений значительное место, то только потому, что его мнения о времени, причинах и способе разрушения Римской империи были ходячими в то время мнениями и, будучи изложены у него обстоятельно, помогают лучше понять и правильнее оценить краткие мнения о том же предмете отцов и учителей Церкви и позднейших богословов.

Между сочинениями, которые прежде приписывали святому Амвросию, Архиепископу Медиоланскому, но которые, по мнению многих новых ученых ему не принадлежат, есть «Толкования на тринадцать Посланий Святого Павла» (Толкования на Послание к Евреям не имеется). Иные приписывали это сочинение Святому Иларию Поатьерскому, но в сущности не известно, кто автор его, и потому его называют Амвросиастом. В этом сочинении истолковано и учение Апостола Павла об антихристе – не обширно, но и не очень кратко. Здесь говорится, что Апостол предостерегает людей, чтобы они не могли быть обманно доведены до поклонения диаволу, который, являясь под именем Спасителя и обманывая святых, стремится к тому, чтобы ему поклонялись, домогается обольстить верующих во Христа. Чтобы безстыднейший сатана не имел времени или случая для обольщения, которое он замышляет, Апостол обозначил время и признаки пришествия Господа; потому что Господь придет не прежде, как наступит отпадение от Римского царства, и явится антихрист, который умертвит святых, а Римлянам будет возвращена свобода, однако под его именем.

Удерживающим и держай, Апостол, по мнению Амвросиата, назвал то самое, о чем он прежде выразился прикровенно в словах: пока не наступит сначала отступление. Нет еще отпадения от Римской империи, нет разслабления и упадка ее, это значит, что антихрист еще не может явиться, отсутствие упадка этой империи задерживает его, он явится после упадка ее.

Тайна беззакония, по взгляду Амвросиаста, началась с Нерона, который из ревности к идолам умертвил Апостолов, по внушению отца своего диавола, и продолжилась до Диоклетиана, а в самое недавнее время до Юлиана; потому что этими правителями пользуется сатана, чтобы в то же время чрез сонмище богов подделываться под явление единого истинного Бога для обольщения людей, пока будет стоять Римское царство; это и есть то, о чем Апостол сказал: пока от среды будет.

Общий взгляд на учение отцов Церкви об антихристе

После изложения и оценки мнений каждого из святых отцов и учителей Церкви и писателей церковных об отступлении и тайне беззакония, об удерживающем и держай, о человеке греха, о времени и обстоятельствах его пришествия, и о втором видимом пришествии Христа, сделаем общую характеристику и общую оценку их учения об этих предметах.

На некоторые из этих предметов или на некоторые стороны в этих предметах все или почти все они имели одинаковый взгляд; в разсуждении же других предметов они разногласили. Иные вопросы они решали твердо и без колебания, другие – предположительно; а самый трудный вопрос о значенииудерживающего и держай иные из древних богословов совсем обходили, или даже прямо признавали его неразрешимым.

С замечательным единодушием все они до одного, без всякого сомнения и колебания, учили, что во второй главе Второго Послания к Фессалоникийцам Апостол говорит о втором видимом и славном пришествии Иисуса Христа, которое они представляли не иначе, как имеющим сопровождаться воскресением мертвых. Исключения не составляют ни Ориген, ни хилиасты. Ориген хотя и понимал пришествие Христа духовно, как отображение и вселение Христа в душах верующих, но не отрицал и буквального понимания учения Писания о втором пришествии Христа, пришествии видимом и имеющем быть пред кончиною мира. И хилиасты утверждали, что Иисус Христос придет видимым образом, пред концом настоящего состояния мира, после чего настанет тысячелетнее царствование Христа и святых на земле.

Точно также все они, без единого исключения, и без тени сомнения, учили, что раньше второго пришествия Христова, непосредственно перед ним, явится и будет царствовать антихрист, что антихристом будет одно определенное лицо, один человек, и что именно его, а не кого-либо другого, Апостол назвал человеком греха, беззаконником и сыном погибели.

Что Апостол в разсматриваемом месте говорит о втором видимом пришествии Иисуса Христа, имеющем быть пред самою кончиною миpa, и о явлении пред этим пришествием антихриста, это всем древним богословам казалось столь ясным и безспорным, что им даже и в голову не приходило, чтобы слова Апостола могли быть понимаемы как либо иначе, нежели как они их понимали. «Ни у кого нет сомнения, что Апостол сказал это об антихристе», говорит Блаженный Августин. «Между тем как темные слова Апостола (об удерживающем и держай), говорит тот же учитель, толкуют один так, другой иначе, нет, однако, сомнения в том, что Апостол сказал то, что Христос не придет судить живых и мертвых дотоле, пока сначала не придет противник Его антихрист для обольщения омертвевших душою». Да и действительно, непредубежденный, безпристрастный читатель и толкователь Послания не может не видеть с первого же взгляда, что Апостол говорит о втором видимом пришествии Христа для суда над живыми и умершими и о предваряющем это пришествие явлении антихриста. Отмечаем эти черты святоотеческого толкования особенно в виду мнений некоторых свободомыслящих ученых новейшего времени, которые, вопреки прямому и ясному смыслу слов Апостола о втором пришествии Христа и о явлении антихриста и согласному пониманию их почти всеми богословами, древними и новыми, толкуют их превратно, и не находят в них учения ни о втором видимом пришествии Христа пред кончиною мира, ни об антихристе.

Почти все древние богословы полагали, что Апостол отступлением назвал самого антихриста, и даже в некоторых латинских кодексах Библии вместо discessio (отступление) было поставлено слово refuga, что значит беглец, каковым названием обозначали антихриста, как беглеца или отступника от истины. Но Амвросиаст отличает отступление от антихриста и под отступлением разумеет упадок Римской империи, который будет предшествовать явлению антихриста. Кстати скажем, что почти все богословы последующих веков под отступлением не разумели антихриста.

Все древние богословы, за исключением одного Ефрема Сирина, в словах Апостола о лице, которое откроется в свое время, видели указание на антихриста, а Ефрем Сирин полагал, что это сказано о Христе. Кого разумел в этих словах Апостол – антихриста, или Христа, этот вопрос и доселе решается различно. Но огромное большинство богословов находит здесь указание на антихриста.

Все древние богословы, по-видимому, не полагали различия между выражениями удерживающий и держай, и думали, что обо выражения означают один и тот же предмет. По крайней мере из их толкований не видно, чтобы они в этих словах находили обозначение двух различных предметов.

Наконец, все они, за исключением Ефрема Сирина, соединяли с этими словами понятие о препятствии, о задержке, а не понятие о владычестве и обладании, или о существовании.

Но отцы и учители Церкви и церковные писатели разногласили в решении двух вопросов: кого или что назвал Апостол тайною беззакония и что он разумел под удерживающим и держай.

Одни из них полагали, что Апостол тайною беззакония назвал еретиков; другие видели в этих словах указание на тех жестоких римских императоров, которые гнали христиан; а иные думали, что он прикровенно обозначил одного из этих гонителей, наиболее ужасного, Нерона. Это последнее мнение грешит анахронизмом. Пo общепринятому мнению Второе Послание к Фессалоникийцам написано в 53-м году и во всяком случае не позже 54-го года. Между тем Нерон в 54-м году только что вступил на престол. Притом в первые годы своего царствования Нерон, притворно, или искренно, был правителем благородным, кротким и благотворительным; жестокость он стал проявлять несколькими годами позже; а гонение на христиан началось только со второй половины 64-го года, после того, как Нерон сжег Рим в июле 64-го года. Поэтому если не предполагать, что Апостол о будущем говорит как о настоящем, то в 53-м году он не мог о Нероне сказать: тайна беззакония уже в действии.

Большинство отцов и учителей Церкви и церковных писателей под удерживающим разумели Римскую империю, a под взятием держащего от среды – раздробление и разрушение ее, имеющее произойти при антихристе, или перед антихристом. Основания этого мнения следующие: а) Распространено мнение, что четвертое царство, виденное Даниилом под образом четвертого безъименнаго и страшного зверя, есть Римское царство; а по книге Даниила это царство представляется последним из всемирных царств, и из него возникает антихрист; б) во времена отцов Римская империя была таким могущественным царством, обнимавшим концы известной тогда вселенной, что из всех действующих на земле сил она казалась наиболее способною задержать явление антихриста; в) прикровенность речи Апостола о задерживающем явление антихриста наводила на догадку, что говорить об этом предмете открыто было нельзя, опасно, а для христиан страшной и опасной силою, кроме враждующих, но не особенно опасных Иудеев, было в то время правительство Римской империи.

Это мнение об удерживающем и держай в древности было самым распространенным и казалось если не несомненным, то наиболее вероятным из всех мнений. Но время показало его несостоятельность. По крайней мере в том виде, какой оно имело у древних, защищать его в настоящее время весьма затруднительно, если не невозможно. Сначала, и притом очень скоро, под ударами варварских народов пала Западная Римская империя, а потом и Восточная. Правда, титул так называемой Священной Римской империи в средние века, еще раньше падения Восточной Римской империи, в 800 году, перешел к основанной Карлом Великим франкской или немецкой монархии, и государи этой империи сначала ездили даже в Рим короноваться железною короною. Но в 1806 году эта империя была раздроблена и уничтожена Наполеоном, который образовал из нее Германский Союз, состоявший из множества мелких королевств и княжеств. Этот Союз, равно как и Австрия не носили уже титула Римской империи. В наши дни немецкие владения опять объединились под главенством Пруссии; но теперешняя Германская империя не называется Римскою, а по вероисповеданию большинства своих подданных не имеет ничего общего с католическим Римом и даже враждебна ему. В старину иные русские Москву и Россию называли третьим Римом; но это название не привилось. В настоящее время никто из ученых не употребляет этого названия, а народу оно даже совсем не известно. Да и действительно, что общего у православной России с Римом? Конечно, так называемый вечный город, бывшая столица всемирной Римской империи, стоит и теперь. Но современный Рим есть не больше, как темница папы, ничтожная столица безсильного Итальянского королевства, жалкая тень славного и могущественного древнего Рима. Можно ли к нему и к тому царству, во главе которого он стоит, приложить слова Иоанна Златоуста: «пока будут бояться этого государства, дотоле никто скоро не подчинится антихристу?»7. Если Римская империя уже не существует, взята от среды, а между тем антихрист еще не явился, то осталось ли какое либо основание считать ее препятствием для явления антихриста, задерживающею его пришествие силою?

Да и само по себе это мнение имеет некоторые несообразности. Так, с одной стороны говорится, что пока существует Римская империя, дотоле антихрист явиться не может: она – препятствие для его явления; грозная сила ее мешает ему захватить владычество; с другой стороны, приверженцы этого мнения утверждают, что царство Римское будет разрушено антихристом. Но если так, то нельзя уже сказать, что пока существует Римское царство, антихрист явиться не может, а явится только тогда, когда оно будет взято от среды, т. е. разрушено. Затем, признавая Римскую империю силою, задерживающею явление антихриста, сторонники этого мнения в то же время считали Нерона за прообраз антихриста. Но Нерон был Римским императором, и в лице его Римское царство было силою благоприятствующею, а вовсе не препятствующею явлению антихриста. Эту мысль можно выразить общее. Римская империя, как и всякая вообще политическая сила, может задерживать явление антихриста только в том случае, если она проникнута духом, противоположным духу антихриста; если же она становится сродною с ним по духу, то она может даже благоприятствовать явлению антихриста. Следовательно, Римская империя, сама по себе, как только политическая сила, не может служить препятствием для явления антихриста, она может быть или не быть таковым препятствием в зависимости от условий не политического характера.

«Наши толкователи, – говорит об отцах Церкви Епископ Феофан, – удерживающею антихриста силою, между прочим, считали и Римское царство. В их время, когда Римское царство еще существовало, можно было на то указывать, основываясь на пророчестве Даниила. В наше время какой-нибудь вес можно давать подобной мысли разве только в таком случае, если под Римским царством разуметь царскую власть вообще и это таким образом: царская власть, имея в своих руках способы удерживать движения народные и держась сама христианских начал, не попустит народу уклониться от них, будет его сдерживать. Как антихрист главным делом своим будет иметь отвлечь всех от Христа, то и не явится, пока будет в силе царская власть. Она не даст ему развернуться, будет мешать ему действовать в своем духе. Вот это и есть удерживающее. Когда же царская власть падет, и народы всюду заведут самоуправство (республики, демократии), тогда антихристу действовать будет просторно. Сатане не трудно будет подготовлять голоса в пользу отречения от Христа, как это показал опыт во время французской революции. Некому будет сказать veto – властное. Смиренное же заявление веры и слушать не станут. И так, когда заведутся всюду такие порядки, благоприятные раскрытию антихристовых стремлений, тогда и антихрист явится. До того же времени подождет, удержится»8. Впрочем, Епископ Феофан это мнение об удерживающем, даже и в таком измененном и преобразованном виде, не считает ни наилучшим, ни выражающим мысль Апостола вполне. Сам он полагает, что под удерживающим должно разуметь определение Божие и спасительную силу Божию, а именем держай означается Сам Бог9.

Мнение Феодора Мопсуестского, что осуществлению желания диавола явиться в лице антихриста, до определенного времени препятствует Бог, и чтоудерживающее есть определение Божие, в силу которого антихрист может явиться только пред кончиною мира, конечно, справедливо; но оно слишком обще и не дает определенного и точного представления об удерживающем. Ведь и всякое событие в мире и в человеческой истории совершается не иначе, как по определению, или по попущению Божию. Что антихристу препятствует явиться до времени определение Божие, это – истина, но истина отвлеченная, лишенная конкретного содержания.

По-видимому, это сознавал Блаженный Феодорит: принимая мнение Феодора, он находит нужным дополнить его. Дополнение это в том и состоит, что он в отвлеченную формулу вносит конкретное содержание. По его мнению, определение Божие состоит в том, что раньше последнего времени бытия мира, когда явится антихрист, будет проповедано Евангелие всем народам. При таком понимании под удерживающим должно разуметь не просто определение Божие о том, чтобы антихрист явился в свое время, а определение, состоящее в том, чтобы антихрист явился не раньше, чем будет проповедано Евангелие всем народам.

Такое толкование слов Апостола об удерживающем имеет то важное преимущество, что оно находит опору в словах Иисуса Христа: И проповедано будет сие Евангелие царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам; и тогда придет конец (Мф.24:14). А характерная черта этого конца, как видно из непосредственно следующих слов, состоит в поставлении мерзости запустения на святом месте; а это поставление мерзости запустения на святом месте есть начало конца, начало царствования антихриста. Таким образом несомненно, что антихрист придет не раньше, чем совершится проповедание Евангелия по всей земле, всем народам. Но отсюда еще не следует с несомненностью, что и Апостол словами удерживающее и держайназвал определение Божие о проповедании Евангелия всем народам. Проповедание Евангелия всем народам – это один признак приближения времени антихриста, указанный Иисусом Христом; а взятие от среды удерживающего – это, быть может, совсем иной признак наступления того же времени, указываемый Апостолом. Ведь и Иисус Христос указал не один, а несколько признаков приближения и наступления последнего времени, в которое явится антихрист. Если под удерживающим должно разуметь определение Божие о проповедании Евангелия по всей земле, то под взятием держащего от среды нужно будет разуметь исполнение определения Божия, окончательное совершение определенного Богом дела – проповедания Евангелия; но об исполнившемся определении Божием и о совершившемся в силу его факте не удобно сказать: будет взято от среды. Это был бы оборот речи странный и нескладный.

Если же под держащим разуметь существование язычества, идолопоклонства, а под изъятием из среды держащего – совершенное уничтожение идолопоклонства, имеющее совершиться чрез распространение Евангелия по вселенной, силою определения Божия; то при таком понимании возникает иное затруднение. Проповедание Евангелия во свидетельство всем народам, как и самый способ выражения показывает, означает, что не останется на земле ни одного народа, который не слыхал бы евангельской проповеди. Бог сделает это для того, чтобы никто из людей не мог на суде оправдываться в вине идолослужения тем, что он не знал и не слыхал евангельской проповеди и потому не мог сделаться христианином. Но слова о проповедании Евангелия по всей вселенной во свидетельство всем народам не означают, что все люди до одного примут проповедь и все сделаются христианами. Отцы и учители Церкви, напр. Ириней, Златоуст, Феодорит и другие, прямо говорили, что антихрист будет запрещать и уничтожать и идолослужение; следовательно оно будет существовать и при антихристе, то есть, при явлении его не все люди будут христианами. Поэтому о язычестве нельзя сказать, что когда оно будет взято от среды, тогда и явится антихрист.

Сообщаемое Августином мнение, будто удерживающее есть не что иное, как тайна беззакония, которая означает злых и лицемерных людей, находящихся в Церкви, а взятие держащего от среды означает явное отпадение от Церкви злых, имеющее быть в последние времена, противоречит некоторым местам Писания. Правда, пред пришествием антихриста некоторые члены Церкви отступят от веры и, следовательно, явно отделятся от Церкви (1Тим.4:1). Но вообще тогдашние люди, хотя отрекутся силы благочестия, однако вид его будут сохранять (2Тим.3:5), т. е. видимо они не выйдут из Церкви, будут называться и даже казаться христианами. Конечно, они будут отделены от Церкви судом Божиим, но для людей этот суд не очевиден, и следовательно для людей такие мнимо верующие будут оставаться тайной беззакония до самого антихриста, не будут явно, видимо отделившимся от Церкви стадом.

Наибольшего внимания заслуживает толкование, которое под удерживающим и держащим разумеет Святаго Духа, или же благодать. Если под взятием от среды держащего разуметь совершенное прекращение действия благодати в роде человеческом и совершенное отступление от него Святаго Духа, то в таком виде мнение это никак нельзя признать истинным. Не только пред явлением антихриста, но даже и при самом антихристе будут избранные, ради которых даже сократятся дни антихриста (Мф.24:22); с детьми Церкви, сохраняющими заповеди Божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа, со святыми диаволу и антихристу придется вести войну (Откр.12:17; 13 7;Дан.7:21). Следовательно, люди, исполненные благодати Святаго Духа, будут и при антихристе. Будет существовать тогда и Церковь, хотя и в пустыне (Откр.12:14–16), и Иисус Христос будет пребывать в ней до скончания века (Мф.28:20).

Как видно из слов Иоанна Златоуста, иные под удерживающим разумели не вообще благодать, а только один из видов проявления благодати, именно, чрезвычайные духовные дарования. Златоуст и в этом виде признает мнение несостоятельным, так как в его время чрезвычайные духовные дарования уже оскудели, а антихрист еще не являлся.

Но если под взятием из среды держащего мы станем разуметь не совершенное удаление от рода человеческого Святаго Духа, не полное отнятие благодати и не окончательное прекращение чрезвычайных духовных дарований, а необыкновенное оскудение даров ее; то в таком виде разсматриваемое мнение нельзя не признать наилучшим.

Свои мнения об удерживающем древние высказывали большею частью предположительно и не скрывали, что открыть истинный смысл слов Апостола об удерживающем очень трудно. Даже столь авторитетный, опытный, искусный и проницательный толкователь Священного Писания, как Святой Иоанн Златоуст, из двух известных ему мнений об удерживающем отдает только некоторое предпочтение одному пред другим: «с этими последними (разумеющими под удерживающим Римское государство), говорит он, я больше соглашаюсь». Другой превосходный толкователь Писания Блаженный Феодорит, отрицая мнения, с которыми не согласен, говорит: «как думаю», и излагая свое мнение, говорит: «полагаю». Блаженный Августин, не смотря на свое глубокое понимание и обширное знание Писания, не смотря на свойственное ему остроумие и глубокомыслие, признает слова Апостола об удерживающем на столько темными, что мнения о нем называетдогадками, а сам совсем отказывается от объяснения их. «Так как, говорит он, Солуняне, по словам Апостола, знали то, что он сказал им, то он не захотел говорить об этом открыто. А потому мы, не знающие того, что они знали, при всем желании своем не в состоянии уяснить себе того, что разумел Апостол; это тем более, что последующие слова его делают смысл еще более темным. Ибо что значат выражения: Тайна беззакония уже в действии. Только держай ныне да держит, пока от среды будет, и тогда явится беззаконник?Признаюсь, что я вовсе не понимаю этих слов». Темные слова Апостола, говорит он ниже, толкуются гадательно, одним так, другим иначе».

Изъяснение позднейших православных богословов учения об антихристе

К святоотеческим толкованиям учения Апостола Павла об антихристе и времени его пришествия присоединим изъяснения этого учения и всех позднейших православных богословов. При этом должно сознаться, что число православных богословов, которые истолковывали это учение, не велико; да и эти немногие не сказали почти ничего существенно нового, что не было бы сказано святыми отцами. Средневековые восточные богословы повторяли, иногда буквально, мнения святых отцов, а новейшие богословы в своих мнениях об антихристе и о времени его пришествия частью подражали святым отцам, частью – новейшим западным богословам.

Из средневековых богословов Восточной Церкви учение Апостола Павла об антихристе и времени его пришествия разсматривали и изъясняли Экумений, Епископ Триккский, Феофилакт, Архиепископ Болгарский, и монах Евфимий Зигабен, – все трое в своих комментариях на Второе Послание к Фессалоникийцам.

Экумений в изъяснении разсматриваемого учения Апостола Павла подражает Златоусту и Феодориту.

По его мнению, отступлением Апостол назвал антихриста, потому что он многих отторгнет от Христа, или же само отпадение от Бога. Тайна беззакония– Нерон, как прообраз антихриста. Проявилась она и в еретиках: Маркионе, Манесе и их последователях. Антихрист придет в определенное и назначенное ему Богом время, – именно тогда, когда искоренится заблуждение, владычествующее на земле, и прекратится идольское обольщение; ибо это и Господь предрек, сказавши: И проповедано будет cиe Евангелие царствия по всей вселенной, во свидетельство всем народам; и тогда придет конец(Мф.24:14). Удерживающее – это то, что препятствует явиться антихристу, задерживает его. Что же оно такое? Римская империя. Посему то Апостол и сказал об этом прикровенно, чтобы не раздражить римских владык, а если бы говорил о Святом Духе, то сказал бы прямо. Но другие под удерживающимразумеют Святаго Духа и полагают, что после того, как Он отойдет из среды по причине человеческих грехов, будет иметь в ней место тот беззаконник, откроется и возстанет, когда никто не будет препятствовать ему. Держай – трон и цари Римские, которые ныне препятствуют явиться антихристу; а когда они придут к концу, и римское владычество падет, тогда явится антихрист, произведет возмущение и покусится захватить власть не только человеческую, но и Божескую; он совершенно разрушит Римскую империю. Когда, таким образом, приблизится время, назначенное Божиим определением, и когда наступит полный конец того, что теперь удерживает беззаконника, тогда он откроется скоро и без всякого замедления.

Должно прибавить, что Экумений заимствовал у Златоуста и у Феодорита, и преимущественно у первого из них, не только главные мысли толкования, но и многие подробности. Но в изъяснении слова отступление к заимствованному у отцов и учителей Церкви мнению он присоединяет другое мнение, а именно, что это слово означает отпадение от Бога, и не отдает предпочтения первому мнению пред этим. Отмечаем эту особенность в толковании Экумения потому, что с течением времени мысль о том, что под отступлением должно разуметь отпадение людей от Бога, широко распространилась и почти совсем вытеснила старое мнение, будто Апостол отступлением назвал антихриста. Экумений не дал этой мысли преимущества пред старым мнением, но по крайней мере он поставил ее наравне или почти наравне с ним.

Феофилакт Болгарский при изъяснении учения Апостола Павла об антихристе почти буквально повторяет слова Златоуста. Согласно с Златоустом он утверждает, что отступление есть антихрист, а тайна беззакония – Нерон, что удерживающее означает препятствие, под которым должно разуметь Римское государство, что держай также означает Римское государство, и что пока оно не будет взято от среды, т. е. разрушено, до тех пор не явится антихрист; а когда оно будет разрушено, тогда водворится безначалие, и антихрист будет стремиться похитить власть человеческую и Божескую. Как царства, существовавшие раньше Римского, были разрушены одно другим: так и это последнее царство будет разрушено антихристом. Феофилакт перечисляет и другие мнения об удерживающем и держай, при чем не полагает различия между этими двумя понятиями. Некоторые, говорит он, разумели под выражением держай идолослужение, другие – определение Божие, предназначившее антихристу открыться в определенное ему время, а иные – Духа Святаго, благодать Его, или духовные дарования. «Но ты, обращается Феофилакт к читателям, следуй толкованию святого Иоанна, как более истинному».

Златоусту же следует в изъяснении разсматриваемого библейского учения и Евфимий Зигабен, разумея под отступлением антихриста, под тайною беззакония Нерона, под удерживающим и держай Римское царство и поясняя, что это царство названо удерживающим или препятствующим потому, что сила его препятствует явиться антихристу теперь же, а когда оно будет сокрушено, тогда откроется антихрист, и это будет в предназначенное ему время.

В новейшее время в Восточной Церкви хорошее толкование разсматриваемого отдала Писания дано Епископом Феофаном.

«Слово отступление говорит он, одно, без пояснения, от чего и какое, не дает определенного понятия. Потому сам собою рождается вопрос, что здесь разумеет Апостол?…. Так как слово cиe не пояснено здесь каким-нибудь прибавочным словом, то смысл его следует определять течением речи. Следующие за ним слова: человек беззакония, превозносяйся паче всякого богаи проч., дают разуметь, что и отступление будет в том же роде, совершится т. е. в области религиозно-нравственной…. Апостол, очевидно, говорит о том отступлении, которое совершится в последние дни, пред вторым пришествием Господа. Отступление людей в ложные веры и в нехристианские настроения сердца подготовят почву для вырождения антихриста и арену для его действования. Но не это отступление тут разумеется, а то, которое произведет антихрист. Он, явясь и усилясь, завершит отступление внутреннее видимым отступлением. Это будет громкое отступление, единое, вполне достойное такого имени, почему и стоит у Апостола с определенным членом. Потому же, может быть, оно не пояснено у него и другим каким прибавочным словом, как потом Юлиана именовали отступником, не поясняя от чего. Таким образом, в словах Апостола: аще не прийдет отступление прежде и явится человек беззакония, не два периода означаются, а одно последнее время, в которое совершится то и другое. Святые отцы это и выражали, разумея под отступлением отступника, антихриста, имеющего произвести общее отступление. От него в зависимости ставит отступление и сам Апостол Павел, как видно из ст. 9 и далее, и Святой Иоанн Богослов в Апокалипсисе (13, 14 и д.). Инославные, западные толковники отступили от мысли Святого Павла, разумея здесь то – подготовительное – отступление»10.

Полагая, что в речении об удерживающем (и еще о тайне беззакония) заключается главная мысль Апостола, что оно одно не дает определенного понятия и открывает пространное поле догадкам, и что потому безопаснее всего придержаться отеческих мнений, Феофан делает из них следующие выводы: «Когда Евангелие пройдет по всем народам, обитающим на земле, и выберет из них всех способных принять его, и ради того освятиться и переродиться благодатью Святаго Духа, тогда не для чего будет более оставаться настоящему порядку вещей, придет кончина мира, или последние дни, в кои определил Господь снова придти сотворить суд над всеми живущими на земле…. Сему пришествию Господа, по Апостолу, будет предшествовать явление антихриста, в котором Бог попустит раскрыться злу во всей широте и силе, чтоб обнаружились и сами себя обличили те, которые суть его части. Таким образом, после того, или вместе с тем, как Божиих всех уже выдаст род человеческий и больше их ожидать нечего, и не божии все выступят на лицо, сбросив личину: тогда жатва будет готова…

Как созревание жатвы имеет свой определенный срок: так и эти последние явления имеют свое Богом определенное время. И добро и зло уже засеменено, развивается, растет. Созреет же и то и другое в свое время. Раньше того определенного срока сему быть нельзя. Теперь, как на вопрос, почему жатели не являются на поле, прямой ответ тот, что время еще не пришло, жатва не готова: так и на вопрос: почему не видно тех чаемых мировых событий, прямой ответ: еще не пришло Богом определенное проявлению их время. Но сюда же принадлежит и явление антихриста. Следовательно и он не является по той же причине. И вот что удерживает его. Божие определение, как сказали Блаженный Феодорит и за ним Блаженный Фотий, которое одно выдвигает события на сцену мира, или отодвигает их назад, не в угоду кому либо, а по своему непостижимому для нас плану мироправления».

«Некоторые из целей мироправления Богу угодно было открыть нам в Слове Своем. Применив их к нашему предмету, можем и в них видетьудерживающее антихриста. Мир стоит за тем, чтобы вложенная Господом в род наш, – как квас в тесто, – сила спасения произвела свое слово. Сила спасения – Божественное Слово и благодать, приемлемые верою и проводимые в жизнь самоотверженною ревностью о богоугождении…. Когда сии силы выберут с земли весь гожий материал, и царство Божие вполне созиждется, тогда спасение Господне совершит свое дело, и настоящему порядку вещей не за чем будет оставаться… Тогда конец; тогда же и явление антихриста. Отсюда удерживающее его явление будет то, что еще не совершила вполне своего дела сила спасения, Господом вложенная в род наш. Ее продолжающееся действие удерживает его. Перестанет она действовать, тогда и он выступит на среду. Разложив это общее на части, составляющие его, получим: мешает явиться антихристу то, что еще не всеми слышано и не всеми принято Евангелие, и что благодать Духа Святаго еще пребывает, и еще имеет дело в роде человеческом. Из святых отцов и учителей Церкви одни – одну, другие – другую сторону действующей во спасение наше силы выставляли удерживающею явление антихриста. Но это то же, как бы каждый из них указывал обе, ибо они неразлучны».

По мнению Феофана, «удерживающее и держай означают одно и то же, только с двух сторон: там определение Божие, а здесь – Самого Бога и Господа, приводящего в исполнение свое определение».

«Слова: от среды будет, не значат: уничтожится, престанет быть, а устранится, сойдет со сцены, прекратит свою сдерживающую деятельность».

«И тогда, когда т. е. не станет удерживающего, или он отстранится, сойдет со среды, – явится, выступит на среду, родится и начнет действоватьбеззаконник».

«Под словом: тайна беззакония, Апостол дает разуметь нечто особенное. Есть у сатаны свои глубины (Апокал. 2, 24), свои скрытные замыслы и планы, все в духе сатанинском…. Тайна в том, что замыслы его еще не открылись. Прежде он действовал так, теперь начал иначе, а как? еще не видно. Иначе же он начал действовать потому, что и Бог иначе воздействовал на род человеческий в Господе Иисусе Христе. До пришествия Христова он применился уже, как сбивать с пути людей, а теперь, видя, как отовсюду теснит его крест Христов, только начал свои противокозненности. Если возьмем во внимание тайну благочестия, о которой говорит тот же Апостол в другом месте, то по противоположности можем навесть, и в чем тайна беззакония. Тайна благочестия в воплощении Бога: Бог явися во плоти (1Тим.3:16)… Bера в это разрушает царство греха, сатанинское. Тайна беззакония, придуманная сатаною, будет ухищрение сатаны подрывать и извращать сию веру… Это злобудет расти, и Сын человеческий пришедши едва ли обрящет веру на земле (Лк.18:8). Вот какая тайна тогда откроется и придет в явь!… Неверие есть движущая скрытная сила беззакония, тайна в нем кроющаяся…. Указанная кознь сатаны уже в действии, уже явились антихристы предшественники… Мог бы явиться и главный антихрист, но есть некто удерживающий его. Кто? Бог и Господь наш Иисус Христос. Его воплощение еще не совершило своего дела…. Когда спасительная сила Его совершит свое дело, тогда и тому сыну погибели позволено будет выступить. Моменты сии сокрыты в советах Божия промышления. Можно потому говорить, что эти то советы Божии и определения и удерживают явление антихриста».

Толкование Феофана в основных мыслях не содержит ничего нового, что не было бы раньше него высказано древними или новыми богословами. Тем не менее, оно выдвигается из ряда других толкований талантливым раскрытием заимствованных им основных мыслей. Суждения его здравы; мысль ясна, тверда, изобильна и глубока; изложение образно, выразительно, изящно и общепонятно. Мы разсмотрели чуть не сотню толкований этого отдала Послания и в числе их толкование Феофана, безспорно, занимает одно из первых мест.

Однако мы не можем согласиться с мнением его, будто под отступлением должно разуметь не то отступление от веры, которое будет предшествовать антихристу, а то, которое произведет сам антихрист. Если бы это было так, то Апостол упомянул бы сначала о человеке греха, а потом об отступлении. Но на самом деле он сначала говорит об отступлении, а потом о человеке греха, – потому, конечно, что сначала будет отступление от веры, а потом откроется человек греха. Без сомнения, последний еще более усилит богоотступление. Но об этом отступлении, которое произведет антихрист, говорится дальше, в 9, 10, 11 и 12 стихах. Нельзя доказать, что Апостол словом отступлениеобозначил то самое отступление, о котором он говорит в стихах 9–12, между тем как поставление этого слова раньше слов: и откроется человек греха,побуждает и даже обязывает видеть в этом слове указание на отступление, предваряющее антихриста, а не производимое им самим.

Из других русских современных богословов обсуждаемое учение Апостола Павла изъясняют Н. Виноградов11 и Д. Глаголев12.

Оба они под удерживающим разумеют государство, государственный, нравственно-правовой порядок, силу закона; а в слове держай находят указание на высшего носителя законного порадка, т. е. царя или правительство. В частности, по мнению г. Виноградова мысль обудерживающем удобно и законно представлять «под образом нашего, строго-сообразного с законом и установившимися изстари священными обычаями и преданиями, государства и его силы». Этими словами он указывает на нашу Россию. Кроме того, г. Виноградов делает следующее существенное пополнение своего взгляда. Основываясь на истине, открытой в Священном Писании, что Ангелы хранители есть не только у лиц, но у целых стран и народов и их верховных правителей, он говорит: «С мыслию о таких Ангелах, охранителях нравственного миропорядка, мы под удерживающимбезпорядочную и анархическую личность антихриста разумеем государство, государственную силу, но не иначе, как укрепляемую чрез добрых духов силою благодатною, божественною, – под держай же противника Христова подразумеваем наивысшего представителя, или верховного главу государства, имеющего особого покровителя и блюстителя Ангела той страны или того народа, к которому принадлежит этот представитель» (137–139 стр.). Допускает это дополнение и Д. Глаголев, но только потому, что оно не устраняет основного его взгляда на удерживащюее и держай, а существенным это дополнение он не признает потому, что «Апостол имел в виду дать Фессалоникийцам наглядный признак близости дня Господня» (165–166 стр.).

Так как многие отцы Церкви под удерживающим и держай разумели не государственный порядок и не царей вообще, а именно Римскую империю и римских цезарей, то г. Виноградов и о. Глаголев вынуждены были показать отношение своих взглядов к этому древнему мнению, не оставленному, даже и до настоящего времени. По мнению г. Виноградова, «Святой Апостол Павел хотя для живого примера и мог иметь в виду при мысли о держай иудерживающем римского цезаря, но не терял при этом и общей точки зрения» (136 стр.). По мнению о. Глаголева, во времена Апостола удерживающеезаключалось, очевидно, в строе Греко-Римской империи, поэтомуудерживающим был не кто иной, как римский император. Но в последующую эпоху таким удерживающим мог оказаться уже не император Рима, а кто либо другой. (162 стр.)

Взгляды обоих этих богословов на смысл удерживающего и держай не оригинальны, а заимствованы ими у новейших протестантских ученых: Олсгаузена, Лютардта, Гофмана, Оберлена. Мысль об Ангеле-хранителе народа или царства, как удерживающем, взята у Гофмана и Лютардта.

Наконец должно упомянуть о статье М. Богословского: «Человек беззакония. История толкования 2 Солун. 2, 1–12», напечатанной в Православном Собеседнике за 1885 г., т. 2. Правда, автор, как видно и из самого заглавия статьи его, преследует исключительно историческую задачу и потому сам не сделал изъяснения не только всего разсматриваемого отдала Послания, но не высказал своих взглядов даже на главнейшие предметы речи Апостола. Но за то его статья представляет первый и единственный в русской богословской литературе опыт исторического обозрения толкований важного учения Апостола Павла об антихристе, – обозрения хотя краткого и отрывочного, но все-таки, для первого опыта, довольно полного и снабженного по местам мимолетными критическими замечаниями.

 

Примечания

1 В 14-й главе книги пророка Исаии собственно изображен царь Вавилонский, но в этом изображении таинственно описан и диавол, превознесшийся до того, что возмечтал быть подобным Вышнему, и низвергнутый за это в преисподнюю.

2 Разумеет чрезвычайные духовные дарования, как-то: дар чудотворения, исцеления, пророчества, языков и проч., которые имели многие верующие во времена Апостолов, о чем говорит Апостол Павел в Первом Послании к Коринфянам, в главе 12-й.

3 Но из связи речи в Деяниях Апостолов видно, что Апостолы думали, что Господь возстановит царство Израиля чрез несколько дней, или вообще в самом скором времени, и, по-видимому, ждали точного ответа на свой вопрос.

4 Сульпиций Север, пресвитер в Аквитании, муж ученый, родился в 352 г., а Августин, епископ Иппонийский, родился в 354 г.

5 Мартин, епископ Турский, родился в 316 или в 317 г., умер в 397 или в 400 году.

6 Лактанций, происходя от латинского слова lacteus, что значит молочный, не есть ни имя, ни фамилия этого писателя, а прозвание, данное ему за красноречие.

7 Беседы на Второе Послание к Фессалоникийцам. Беседа 4, § 1.

8 Беседовательное толкование Второго Послания к Солунянам Епископа Феофана. Москва. 1873 г. Стр. 71. Феофан (Говоров), бывший Епископ Тамбовский (1859–1863 г.), а потом Владимирский (1863–1866 г.), в 1866 году удалился на покой в Вышенскую пустынь Тамбовской епархии, где последние 23 года своей жизни подвизался в затворе. Умер 79 лет от роду 6-го января 1894 года. За свои многочисленные и превосходные ученые литературные труды Епископ Феофан возведен был в звание доктора богословия. Особенно много написал он сочинений, проповедей, писем, размышлений и изречений по содержанию и характеру нравоучительных, назидательных, аскетических. Из ученых его трудов важны толковательные: изъяснение Посланий Апостола Павла (кроме Послания к Евреям), шестопсалмия и псалмов 33 и 118. Кроме того, у него есть сочинения по Евангельской истории, догматико-полемические и критические. Не мало перевел он творений отцов греческих, преимущественно аскетических.

9 Там же. Стр. 67–76.

10 Беседовательное толкование Второго Послания к Солунянам. Епископа Феофана. Москва, 1873 г. стр, 58–61.

11 «О конечных судьбах мира и человека. Критико-экзегетическое и догматическое изследование. Н. Виноградова». Москва. 1887 г. Стр. 132–139. Есть и второе, исправленное, издание книги с тем же заглавием, вышедшее в 1889 г.

12 «Второе Великое путешествие святого Апостола Павла с проповедью Евангелия. Опыт историко-экзегетического изследования. Законоучителя Тульского Епархиального Училища священника Д. Глаголева». Тула. 1893 г. Стр. 161–166.

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru