Митрополит Зосима (1490–1494)

Во время пребывания на митрополичьей кафедре святителя Геронтия в Русской Церкви получило начало распространение ереси жидовствующих. Так называли ее современники, так она именуется и в дореволюционной историографии. В советской историографии появилось другое название – новгородско-московская ересь, в основу которого был положен топографический принцип ее распространения⁵⁵²³. Современный исследователь так говорит о данной ереси: «В настоящее время под названием «жидовствующие» принято понимать еретическое движение, существовавшее в последней трети XV – начале XVI в[ека] в Новгороде и Москве. „Жидовствующими“ („жидовская мудрствующими“) еретики названы в посланиях Новгородского архиепископа Геннадия (Гонзова) и „Просветителе“ Иосифа Волоцкого. Наименование указывает на связь учения еретиков с иудаизмом»⁵⁵²⁴.

Местом возникновения и распространения ереси явился Великий Новгород. 8 ноября 1470 года, еще во время святительства Митрополита Филиппа, в Новгород из Киева прибыл князь Михаил Александрович (Олелькович; † 1481)⁵⁵²⁵. Это был последний служебный князь в Новгороде, приглашенный новгородцами. Интересно отметить, что мать Михаила Олельковича была дочерью Московского князя Василия I Дмитриевича († 1425) и сестрой Василия II Тёмного († 1462). Во время межкняжеской смуты в Москве в 30–40-х годах XV века она принимала бояр Василия II, бежавших из Москвы от Д. Щемяки. Польский король Казимир IV (1427–1492), сын Ягайло, приходился Михаилу Олельковичу двоюродным дядей⁵⁵²⁶. Приглашение князя Михаила явилось результатом активизации политики пролитовской партии в Великом Новгороде. Для данной партии – верхушки Новгорода – характерны прозападные симпатии, и она, как отмечается, «вольно или невольно» служила «проводником инакомыслия с Запада»⁵⁵²⁷. Приглашенный князь недолго пробыл в Великом Новгороде, но последствия его пребывания весьма пагубно сказались в русской истории.

В свите приглашенного в Новгород князя находился «жидовин Схария»⁵⁵²⁸. Через некоторое время в Новгород к Схарии на помощь для более успешного ведения еретического прозелитизма приходят помощники. Преподобный Иосиф Волоцкий († 1515; память 9 сентября) так говорит об этом в своем труде «Просветитель»: «Потом приидоша из Литвы инии жидове, им же имена – Осиф Шмойло-Скарявей, да Моисей Хануш»⁵⁵²⁹. Кроме того, по свидетельству одного Хронографа, в Новгород прибыли «торгом» также другие соплеменники лекаря-проповедника⁵⁵³⁰. Схария со своими помощниками стали распространять учение по преимуществу среди духовенства. Они смогли совратить двух новгородских священников, Дионисия и Алексия, а те в свою очередь своих жен и детей. Новообращенные выражали даже желание обрезаться по иудейскому обычаю, но в целях конспирации Схария не позволил им этого делать. Единственное, на что они согласились, – священника Алексия переименовали в Авраама, а его жену нарекли Саррою⁵⁵³¹. После совращения этих двух «попов» сведения о Схарии и его помощниках в русских источниках исчезают и дальнейшее распространение ереси происходит усилиями двух ревностных адептов еретического вероучения.

В историографии предпринимались усилия к идентификации новгородского ересиарха. Г. М. Прохоров отождествляет его с таманским князем Захарией Гвизольфи. Позднее Московский князь Иоанн III «в период покровительства жидовствующим» приглашал Захарию в Москву⁵⁵³². Исследователь определяет его вероисповедную принадлежность к караимству⁵⁵³³. Представители караимства, иудейской секты, не признавали авторитета раввинов в определении моральных и догматических принципов в толковании Закона Моисеева и опирались только на сам Закон.

Одновременно с Захарией Гвизольфи существовал также Захария Скара Гуил Гурсис. К. В. Айвазян, не соглашаясь с мнением Г. М. Прохорова, говорит о наложении сведений о разных исторических лицах: «...вызывает сомнение... созданный путем контаминации отдельных сведений о Захарии Гвизольфи, Захарии Скаре и ересиархе Захарии Схарии обобщенный образ энциклопедически образованного и богатого аристократа»⁵⁵³⁴. З. Гвизольфи, как имеющий генуэзские корни, не может быть отождествлен с новгородским проповедником. Именно «жидовина» Захарию Гурсиса Московский князь в конце 80-х годов XV века хотел видеть у себя на службе в Москве, что отмечено в посольской документации⁵⁵³⁵. Инок из монастыря на Сенном острове Ладожского озера писал в послании государеву послу, который общался с ним в Крыму: «И ты, господине Дмитрей, коли был еси послом, и говорил еси с тем жидовином с Захариею с Скарою. И я, господине Дмитрей, молюся тебе: что еси от него слышил словеса добры или худы, то пожалуй, господине, отложи их от сердца своего и от уст твоих якоже некоторое скаредие»⁵⁵³⁶. Данного Захарию армянский исследователь отождествляет с лицом, входившим в свиту князя Михаила Олельковича⁵⁵³⁷. К. В. Айвазян усматривает в ереси жидовствующих также армяно-павликанский элемент. Позднее родоначальник ереси в Великом Новгороде был «отождествлен с киевским астрономом Захарией бен Ароном га-Когеном»⁵⁵³⁸. О месте его пребывания писал преподобный Иосиф: «...живый в граде Киеве»⁵⁵³⁹. В таком случае представляется более логичным нахождение в свите Киевского князя жителя Киева, астрологические знания которого явились основой нападок на православных.

Что же представляла из себя данная ересь? Очевидно, главным преткновением для православных явилось ожидание конца мира в конце XV века в связи с окончанием седьмой тысячи лет, что, в свою очередь, явилось поводом для нападок и критики в адрес православных со стороны еретиков⁵⁵⁴⁰. Отсюда вытекали вопросы верности хронологии и все последующие проблемы. По мнению жидовствующих, Христос еще не родился, «сего ради подобает Закон Моисеев держати»⁵⁵⁴¹, истинная вера – это вера иудейская, а христианство – ложная вера, и поэтому они отрицали все христианские догматы и установления. Они отрицали прежде всего Святую Троицу, следовательно, когда Христос придет на землю, то, по их мнению, Он будет Сыном Божиим только по благодати, а не по естеству. Христос же, Которого признают христиане, является лишь простым человеком. Еретиками отрицалось почитание Богоматери, Животворящего Честного Креста и икон, святых угодников и их мощей, апостольских Писаний, не признавались Таинства, посты, праздники, отрицалось православное монашество. Еретики говорили, «яко седмь тысящу лет скончася, и Пасхалиа прейде, а втораго Христова пришествия несть, и писаниа отечьская суть ложна, подобает сих огнем сожещи. И не токмо отечьская писания хуляще, но и апостольская... Апостоли оубо написаша, яко Христос родися в последняя лета, и оуже тысоуща и пять сот лет прейде по Христове рождестве, а втораго пришествиа несть, и апостольская Писаниа ложна суть»⁵⁵⁴². Явление преподобному Пахомию Великому († 348; память 15 мая) Ангела в схиме, вручившего ему устав монашеской жизни, было ложным: «...аще бы Ангел Божий, светел бы явился, но понеже черн явися, се есть знамение бесовскаго действа»⁵⁵⁴³. Еретики учили «звездам смотрити и строити рожение и житие человеческое, а Писание Божественое презирати, яко ничтоже суще и непотребно человеком, простейших же на жидовство оучахоу»⁵⁵⁴⁴.

Преподобный Иосиф Волоцкий считал, что ересь жидовствующих явилась не столько ересью, сколько полным отступничеством от православной веры, поэтому он называл совратившихся злейшими еретиками и отступниками, каких не было в Русской Церкви со времени Крещения Руси⁵⁵⁴⁵. А. В. Занемонец отмечает, что «соприкосновение и общение различных культур обыкновенно приводит не только к возрастанию знаний друг о друге, но нередко и к созданию синкретических религий или религиозных движений»⁵⁵⁴⁶. На Руси таким местом, по мнению исследователей, явился Великий Новгород, более активно общавшийся с Западом в силу своего географического положения.

Следует отметить, что подобная проблема вставала и в других регионах православного мира. В 1337 году в Константинополе рассматривался вопрос Солунского грека Хиония, который «по-иудейски мудрствует»⁵⁵⁴⁷, – говорится в документе. Первоначально данный вопрос рассматривался в самой Солуни, но не был решен, и затем суд продолжился в столице Византии, где вместо обвинений еретика фессалоникийские судьи были вынуждены защищаться «от выдвинутых Хионием против них обвинений в неправомыслии», но были оправданы⁵⁵⁴⁸.

Несколько позднее в Болгарии прошли Соборные заседания, так как «умножились бяху ереси в Болгарии, и наипаче иудейский народ с превеликим дерзновением хулил христианскую веру, Христа и Пречистую Его Матерь»⁵⁵⁴⁹. Первопричина оказалась в правящем доме, после того как царь Иоанн Александр отправил свою супругу в монастырь и вступил второй раз в брак с Саррой, принявшей крещение с именем Феодора. В связи с этим ее соплеменники активизировали выступления против Христовой веры, надеясь на царицу, «яко от рода их сущу и царствующу»⁵⁵⁵⁰. Но их надежды не оправдались, так как новая царица приняла Святое Крещение искренно и много приложила усилий для блага православной веры, так что ее имя было внесено в Синодик наряду с благочестивыми царями и царицами⁵⁵⁵¹. В 1360 году в столице Болгарии Великое Тырново под председательством царя Иоанна Александра с сыновьями Шишманом и Асенем и Патриархом Феодосием (ок. 1349–1362) состоялся Собор. В принятых соборных постановлениях «были осуждены и преданы анафеме все прежние и нововозникшие ереси»⁵⁵⁵². Таким образом, необходимо отметить, что данные еретические проблемы были характерны не только для Руси.

Исследовательница Э. А. Гордиенко рассматривает ересь стригольников и ересь жидовствующих в едином историческом развитии западных вольнодумств и пишет: «В этом контексте термин „жидовствующие“ должен быть отнесен лишь к самой последней стадии ереси, развивавшейся в течение всего XV в[ека] и имевшей корни в инакомыслии разных толков более раннего времени... Находясь в русле общеевропейских реформационных идей, новгородские вольнодумцы призывали к созданию дешевой Церкви, отвергая внешние формы культа»⁵⁵⁵³. А. И. Алексеев пишет, что «иудейский прозелитизм предстает как довольно распространенное явление в Средневековье. Более того, прозелитизм для иудейских общин Восточной Европы являлся необходимым элементом выживания»⁵⁵⁵⁴. Иудейскую пропаганду активизировало падение Византии⁵⁵⁵⁵. Отмечается также, что в XV веке возрастает элемент антииудейской полемики в древнерусской литературе⁵⁵⁵⁶.

Ересь жидовствующих является отступничеством от христианства, каковы же причины успеха этой ереси на Руси? Ересиарх Схарий, который, как говорится в «Просветителе», выучился «всякому злодейства изобретению, чародейству же и чернокнижию, звездозаконию же и астрологы»⁵⁵⁵⁷, умел преподнести и доказать превосходство своих взглядов, унизив православное вероучение. Впоследствии к этим обстоятельствам добавилось также высокое покровительство еретикам в государстве.

Расползанию лжеучения по стране способствовали также неоднократные «выводы» (т.е. отселения) Московским государем новгородцев в различные города Русского государства, на места которых переселялись жители из центральных областей. После присоединения Новгорода подобные «выводы» осуществлялись в несколько этапов в 1476–1482, 1483–1488, 1489–1499 годах⁵⁵⁵⁸. В 1480 году, то есть через десять лет после того, как ересь появилась в новгородских пределах, она проникла в Москву. В Великий Новгород приехал «миром» великий князь Иоанн III⁵⁵⁵⁹. Он обратил внимание на местных протопопов Алексия и Дионисия, которые были тайными сторонниками ереси. Князь взял их с собой в Москву, назначив Алексия в Успенский собор, а Дионисия – в Архангельский⁵⁵⁶⁰. Оказавшись в Москве, протопопы продолжили пропаганду своего вероучения, стали отвращать от Православия местное духовенство и влиятельных лиц, «тайно... сеюще семя скверное, и многыя душа погубиша и в жидовство отведоша»⁵⁵⁶¹, – говорит преподобный Иосиф Волоцкий. Они совратили посольского дьяка Феодора Курицына, его брата Ивана Волка, купца Семёна Клёнова и других. Об их влиянии говорит волоцкий игумен: «Толико же дерзновение тогда имеяху к державному протопоп Алексей, и Феодор Курицын, яко никто же ин»⁵⁵⁶².

Характерной особенностью поведения еретиков была большая скрытность распространяемого ими учения: открыто говорилось только среди доверенных и близких лиц. Благодаря этому ересь очень долго не была обнаружена. Выявлены были еретические шатания довольно случайно только в 1487 году, когда в Великом Новгороде в корчме во время ссоры некоторые еретики «почали урекатись вопьяне»⁵⁵⁶³. Смысл «уреканий» был доложен святителю Геннадию, что очень встревожило его. Это произошло через три года после его архиерейской хиротонии и через 17 лет после появления ереси в Новгороде.

Архиепископ сразу начал производить розыск. Преподобный Иосиф Волоцкий так характеризует антиеретическую деятельность Новгородского владыки: «...яко лев поущен бысть на злодейственныя еретикы оустремибося яко от чаща Божественных Писаний, и яко от высокых и красных гор пророческых и апостольских учений, иже ногты своими растерзая тех скверны оутробы, напившаяся яда жидовскаго»⁵⁵⁶⁴. Иерарх сразу же доложил об этом в Москву Митрополиту Геронтию и великому князю. Князь Иоанн III ответил святителю Геннадию в грамоте: «...того беречи, чтоб то лихо в земли не распростерлося»⁵⁵⁶⁵.

Деятельный святитель Геннадий, видя, что активная борьба с ересью не ведется, обратился за содействием к епископу Сарскому Прохору (1471–1492), который затем, после кончины святителя Геронтия и до интронизации Митрополита Зосимы, исполнял обязанности местоблюстителя⁵⁵⁶⁶. Он пишет ему, что послал Митрополиту материалы, свидетельствующие о ереси, а также молитвословия еретиков. Новогородский владыка говорит об одном раскаявшемся еретике и подчеркивает: «И только бы поп Наум не положил покаяния, да и во христьянство опять не захотел, ино было как мочно то все уведати по их клятве, как они отметаются своих велений»⁵⁵⁶⁷. Он акцентирует внимание на проблемах хронологии и называет книгу «Шестокрыл», которую еретики изучают, «да тем прелщают християнство, мня, яко с небеси знамение сводят»⁵⁵⁶⁸.

Новгородский владыка пишет также послание епископу Нифонту Суздальскому (1484–1508). В нем он призывает посмотреть посланную «Прохорову грамоту в первую»⁵⁵⁶⁹. Таким образом, кроме известной грамоты, епископу Прохору была послана из Новгорода как минимум и вторая. В послании владыке Нифонту Новгородский святитель призывает, «чтобы тому делу потщался исправление учинити, занеже ныне как продлилось то дело – обыск ему не крепок чинитца»⁵⁵⁷⁰. В грамоте указываются также примеры святотатственного глумления еретиков над иконами и крестами⁵⁵⁷¹. Заканчивается грамота словами: «Противень послал Нифонту епископу Суздальскому, да Филофею епископу Пермьскому в одны речи о еретицех с Семеном... Лета 96 (1488) генваря»⁵⁵⁷². Получил подобную грамоту и епископ Филофей Пермский (1471–1501). Сообщаемые иерархом сведения о кощунствах еретиков позволяют говорить, «что иконоборчество жидовствующих следует трактовать как сознательное поругание христианских святынь, ценность... которых для христиан осознавалась членами еретического сообщества. Поругание икон было публичным... о чем говорит наличие ллногочисленных свидетелей, и имело значение эмоционально окрашенного ритуала, объединяющего еретиков»⁵⁵⁷³.

Благодаря приложенным усилиям святителя Геннадия в начале 1488 года при Митрополите Геронтии в Москве был созван Собор, рассмотревший материалы, представленные Новгородским архиепископом. Предполагается, что Собор смог состояться благодаря отсутствию деятельного покровителя еретиков – дьяка Ф. Курицына, который находился в то время в Венгрии⁵⁵⁷⁴. На этом Соборе трое еретиков были приговорены к торговой казни. В Воскресенской летописи под 1488 годом читаем: «Того же лета биша новгородцкых попов кнутием, приела же их владыка Генадей из Новагорода Великого, что поругалися иконам пианы, и посла их к владыце опять»⁵⁵⁷⁵. В последовавшей затем грамоте Новгородскому владыке великий князь сообщал об осуждении трех клириков, которые «дошли градские казни» и были отправлены в Великий Новгород с владычным князем И. Кривоборским⁵⁵⁷⁶. Князь предписывает раскаявшихся еретиков предавать церковным прещениям, а нераскаявшихся передавать великокняжеским наместникам для наказания. Об этом же одновременно писал владыке и Митрополит Геронтий⁵⁵⁷⁷. Таким образом, Собор отреагировал на призывы святителя Геннадия, а на Руси узнали о существовании ереси в Великом Новгороде⁵⁵⁷⁸.

Согласно соборному предписанию, святитель Геннадий продолжал поиски, выявляя еретиков. О результатах своих расследований Новгородский иерарх сообщил в Москву. Однако Митрополит Геронтий «о том великому князю не подокучил, да тем еретикам конца не учинили»⁵⁵⁷⁹. Еретики, которых ему удалось обнаружить, проявляли большое упорство и изворотливость, ни в чем не признаваясь. Иерарх выдал подозреваемых на поруки, а они, воспользовавшись свободой, сразу же побежали в Москву, где находились высокие покровители еретиков. Архиепископ Геннадий, узнав об их побеге, послал в Москву письменные показания священника Наума и еретические книги молитв. Но в Москве очень спокойно отнеслись к данной проблеме.

Следует признать, что Митрополит Геронтий не оказал деятельной поддержки владыке Геннадию в вопросе полного искоренения ереси, и поэтому ему пришлось вести борьбу в одиночку. Объяснить это можно личной неприязнью Митрополита Геронтия к архиепископу Геннадию в прошлом, когда он был еще чудовским настоятелем. Кроме того, глава Церкви был уже в преклонных годах и к тому же у него были сложные отношения с великим князем Иоанном III. В результате такой несогласованности действий властей покаявшиеся еретики опять возвращались в ересь и бежали из-за преследования из Новгорода в Москву, где чувствовали себя в безопасности.

После церковного Собора произошли изменения в составе епископата. «В лето 6997. Владыка Ростовский остави архиепископию, иже был князь Оболенский»⁵⁵⁸⁰, – говорится в летописи. Позднее Новгородский владыка писал, что ему даже не сообщили об оставлении кафедры Ростовским архиепископом: «..мене туто и в поминки не учинили; а се гонцы ежедень гоняют, о мелких делех, с Москвы до Новагорода в три дни»⁵⁵⁸¹. Неожиданно ушедшему на покой архиепископу Ростовскому Иоасафу (1481–1488; † 1514) святитель Новгородский Геннадий написал послание, укоряя иерарха за оставление им кафедры⁵⁵⁸². Далее он пишет: «А отнеле же князь велики Володимер Киевьскый крестил всю землю Рускую, а тому 500 лет с летом, а того ни в слуху не бывало, чтобы быти в Руси какой ереси»⁵⁵⁸³. Он отмечает изворотливость еретиков, клянущихся в своей принадлежности к Православию, «а того всего своего лихово дела» заперлись⁵⁵⁸⁴. Поэтому автор говорит, что их иудейство «смешано с месалианскою ересью: сиа главы в правилех у себе изнайдешь»⁵⁵⁸⁵. Ниже иерарх продолжает: «А что они кленутся без страха, а то в 19 главе тех же ересей месалианскых явлено. А что недостойно служать Божественную литургию, а то явлено в 12 главе тех же ересей»⁵⁵⁸⁶. Архиепископ Геннадий имеет в виду творение святителя Епифания Кипрского († 403; память 12 мая) «О ересех», которое входило в состав Кормчей книги⁵⁵⁸⁷.

Святитель отмечает такую особенность: еретики стремятся к рукоположению в священный сан, чтобы, используя авторитет священного сана, «кого, как мощно, в свою ересь привести»⁵⁵⁸⁸. Он говорит о помощи государевых бояр в вопросе выявления еретиков, но деяниям Московского Собора 1488 года он дал негативную оценку: «И как мню, ныне вы положили то дело ни за что, как бы вам мнится, Новъгород с Москвою не едино Православие»⁵⁵⁸⁹. Он просит иерарха посоветоваться со старцем Паисием Ярославовым († 1501) и преподобным Нилом Сорским († 1508; память 7 мая) о предстоящем окончании седьмой тысячи лет. Касаясь важной проблемы хронологии, святитель говорит о своих занятиях этим вопросом, об изучении «Шестокрыла», распространенного у еретиков. Он высказывает интересную мысль о седмеричности этого века. Пояснение этому понятию можно найти в послании Д. М. Траханиота Новгородскому владыке, написанному в это же время: «А уже седмая тысяща съвръшается, то подобает съвръшитися и от иных седмиц или одной, или двем, или и всем. Сиречь седмь лет или 70 или 700, или въкупе седмию тысящи и 777, вяще, еже кто весть»⁵⁵⁹⁰.

Причины хронологических разногласий христиан с иудеями автор видит в различии священных текстов. При этом он касается вопроса переводов Священного Писания начиная с перевода при Египетском царе Птоломее Филадельфе и последующих переводчиков. В конце своих соображений по этому поводу владыка пишет: «Мы же таковое изложение почитающе, и 70-тих и двоих прилежим паче, яко разно языку преложение сътворшим един коегождо разум и беседу издаше. Ино нынешнее жидова еретическое предание дръжать, псалмы Давыдовы или пророчьства испревращали по тому, как им еретицы предали – Акила, и Симмах, и Феодотион уже по Христове пришествии и по пленении их, а не якоже нам предали святии апостоли и святии отци тех от мудрых, еже превели жидовьскы Закон на еллинскы за 300 лет преже Христова пришествиа»⁵⁵⁹¹. В конце святитель Геннадий возвращается к вопросу хронологии и просит архиепископа Иоасафа обсудить этот вопрос со старцами Паисием и Нилом и чтобы они потом «отписали о том» ему⁵⁵⁹². Архиепископ также хочет их видеть у себя в Великом Новгороде, одновременно он спрашивает адресата о различных книгах, есть ли они на Белоозере, так как «те книги у еретиков все есть»⁵⁵⁹³.

В Москве еретикам активно покровительствовал посольский дьяк Феодор Курицын. Это был весьма влиятельный человек в государстве. В 1497 году он скрепил грамоту великого князя Иоанна III и Дмитрия-внука, «на которой впервые появился новый герб Русского государства – двухглавый орел»⁵⁵⁹⁴. Ранее около четырех лет (1482–1485) он пробыл в Молдавии и Венгрии. Как предполагает К. В. Айвазян, в Венгрии он мог общаться с армянами-павликианами⁵⁵⁹⁵, мог встречаться в Крыму и с Захарием Скарой⁵⁵⁹⁶. Вместе с ним прибыл в Москву «угрянин Мартынко», участвовавший в еретическом движении⁵⁵⁹⁷. На обратном пути через Крым дьяк был задержан турками, но затем при содействии хана был отпущен на Русь. Характеризуя его деятельность, можно сказать, «что при его непосредственном участии ведутся переговоры и заключается дружественный союз между Иваном Васильевичем и Венгерским королем Матвеем Корвином; благодаря ему завязываются впервые дружественные сношения с Турецким султаном Баязетом II; при его посредстве устраивается брак Елены Ивановны с Литовским великим князем Александром; наконец, он старается о заключении родственного и дружественного союза с Германским императором Максимилианом»⁵⁵⁹⁸.

После возвращения осенью 1485 года Фёдора Курицына из Венгрии и Молдавии вокруг него сформировался кружок, который стал главным оплотом еретиков в Москве. К еретичествующим примкнула даже невестка великого князя Елена Волошанка († 1505), жена его старшего сына Иоанна Молодого († 1490). Она была дочерью Молдавского господаря Стефана III Великого († 1504) и Киевской княжны Евдокии Олельковны († 1472). Архиепископ Геннадий писал Митрополиту Зосиме, что «стала беда с тех мест, как Курицын из Угорския земли приехал, да отселе еретицы сбежали на Москву; а писано в подлиннике, что протопоп Алексей, да Истома, да Сверчек, да поп Денис, приходили к Курицыну, да иные еретицы, да он то у них печалник, а государьской чести попечения не имеет»⁵⁵⁹⁹. Преподобный Иосиф в своем труде «Просветитель», говоря о еретиках, неоднократно называет имена трех главных лиц: «...иже тмами проклетаго Алексеа, глаголю, душетленнаго протопопа, сатанина прьвенца, и Дениса антихристова попа, и Федора Курицина»⁵⁶⁰⁰.

Сохранилось несколько текстов и рукописей, созданных еретиками: свод по всеобщей истории – «Еллинский летописец», переписанный московским еретиком Иваном Чёрным⁵⁶⁰¹ (сбежавшим в Литовскую Русь до Собора 1490 г.). Архиепископ Геннадий говорит о нем: «...что книгы пишет»⁵⁶⁰², а преподобный Иосиф Волоцкий характеризует его: «...якоже именем такоже делы»⁵⁶⁰³. Дьяк Иван Волк Курицын, брат Ф. Курицына, переписал также канонический сборник – Кормчую книгу – с выписками из «Мерила праведного», его имя зашифровано в конце рукописи⁵⁶⁰⁴. Правила в его Кормчей изложены не в хронологическом, а в систематическом порядке⁵⁶⁰⁵. Данный сборник, можно сказать, свидетельствует об «интересе еретиков к кодификационным вопросам: памятник этот включал... «Русскую правду» и мог играть известную роль в подготовке Судебника 1497 г[ода], составленного в период наибольшего возвышения братьев Курицыных»⁵⁶⁰⁶.

Наиболее известным памятником письменности, вышедшем из еретических кругов, является так называемое Лаодикийское послание дьяка Фёдора Курицына⁵⁶⁰⁷. В начале текста помещено философское введение, в котором последующее изречение «начинается с того слова, каким оканчивалось предыдущее... «Душа самовластна, заграда ей вера. Вера – наказание...». Затем следует тайнопись в квадратной таблице, и в конце – подпись автора⁵⁶⁰⁸. Зашифрованность авторской подписи, несомненно, способствовала сохранению Послания в рукописной традиции в последующее время. Говоря о данном произведении, почетный член МДА Ф. Лилиенфельд пишет, что «Фёдор Курицын... мог находиться под влиянием идей каббалистов»⁵⁶⁰⁹. С именем Ф. Курицына связывается появление в древнерусской письменности «Сказания о Дракуле воеводе», в котором говорится о жестокостях «мутьянского» воеводы Дракулы⁵⁶¹⁰.

В историографии отмечается, что литература, получившая распространение среди еретиков, сформировалась в XV веке в Великом княжестве Литовском⁵⁶¹¹. Интересно отметить, что в книжности Литовской Руси было известно и «Лаодикийское послание» Ф. Курицына⁵⁶¹². Обращает на себя внимание перечень запрещенных книг, указанных в материалах Стоглавого Собора 1551 года (Глава 41, вопрос 22)⁵⁶¹³. Исследователи древнерусской книжности отмечают, «что уточнение сведений о любой книге, указанной в списке „Стоглава“, отыскание ее текста или хотя бы ссылок на нее в составе других сочинений должно рассматриваться как важный шаг вперед в деле прояснения вопроса об идеологии „жидовствующих“»⁵⁶¹⁴.

Временами еретики несли естественные потери, о которых говорит преподобный Иосиф Волоцкий. Дьяк «Истома», по его словам, «оученик Алексеев, растерзается оудицею Божиа гнева, скверное бо его сердце, иже седми лукавых духов жилище, съгни, и чрево его прогни»⁵⁶¹⁵. Его учитель, пишет подвижник, «Алексей, глаголю, протопоп, изверже свою скверную душу в руце сатане... Прежде же умертвиа его своим вохвованием подойде⁵⁶¹⁶ державнаго, да поставит на Великом престоле святительском сквернаго съсуда сатанина, его же он напои яда жидовского, Зосиму глаголю сквернаго»⁵⁶¹⁷.

После кончины Митрополита Геронтия († 28 мая 1489) Первосвятительская кафедра вдовствовала, так как нового Митрополита не выбирали полтора года. В течение полутора лет еретики плели интригу, направленную на то, чтобы на митрополичью кафедру поставить человека, который будет покровительствовать им. Наконец в 1490 году был избран настоятель Симоновского монастыря – архимандрит Зосима (Брадатый)⁵⁶¹⁸.

Митрополит Зосима родился, очевидно, в конце первой половины – середине XV века, во время становления автокефалии Русской Церкви. Его прозвище Брадатый позволяет предполагать его родственные отношения с государевым дьяком Стефаном Брадатым, который упоминается в источниках с середины XV века⁵⁶¹⁹. Предполагается, что будущий Митрополит происходил «из среды великокняжеских дьяков» и имел навыки писца-профессионала⁵⁶²⁰. Монашеский постриг он принял, очевидно, в Симоновой обители, с которой был связан род Брадатых⁵⁶²¹. По крайней мере, в 1485 году мы видим старца Зосиму уже симоновским настоятелем⁵⁶²²; таким образом, в сан архимандрита его возвел Митрополит Геронтий (1473–1489). Ко времени настоятельства архимандрита Зосимы исследователи относят желание святителя Геронтия оставить митрополию в 1484 году, «съеха в монастырь на Симоново, и с собою ризницу и посох взя, понеже белен: и оздраве и хотя опять на митрополию»⁵⁶²³.

Сын великого князя Иоанн Иоаннович († 1490) 10 марта 1485 года выдал грамоту с требованием к наместникам Соли Галичской не «нарушать» прежние великокняжеские грамоты «у Симановского архимандрита у Изосимы и у братьи», пока он не выдаст новую свою грамоту архимандриту⁵⁶²⁴. Привилегии Симонову монастырю при этом сохранились, что Л. И. Ивина объясняет известностью и авторитетностью архимандрита Зосимы, «ставшего вскоре Митрополитом Московским»⁵⁶²⁵. Верейский и Белозерский князь Михаил Андреевич († 1486) дал архимандриту Зосиме жалованную грамоту, освободив жителей монастырских владений на Белоозере от уплаты податей «на три годы», предоставив им также судебную независимость от княжеской администрации⁵⁶²⁶.

За время настоятельства архимандрита Зосимы в Симонов монастырь были куплены «селища» Лодыгинское и Лопаткино в Можайском уезде, благодаря чему обитель сделала «значительное приращение к уже имевшимся владениям»⁵⁶²⁷. В купчей грамоте названы насельники обители: старцы Феогност казначей, Антоний келарь, Антоний (Чабуков), Алексий (Скамеиников), Досифей (Курицын), Кассиан (Бородатый)⁵⁶²⁸. В отношении последнего А. И. Алексеев высказывает предположение, что он мог быть в родственных отношениях с симоновским настоятелем⁵⁶²⁹, а старец Досифей, очевидно, был в родственных отношениях с посольским дьяком. При архимандрите Зосиме разбирался также вопрос о собственности монастырских земельных владений, который был решен в пользу обители⁵⁶³⁰. Будучи симоновским настоятелем, архимандрит Зосима предоставил во владение двум просителям монастырское село Шишкинское в Дмитровском уезде на три года. По истечении трех лет они просили монастырь продлить им срок пользования имениями еще на два года, но получили отказ. Однако просители настаивали на своем, и возникло судебное дело, при решении которого обращались к бывшему настоятелю, к тому времени уже ставшему главой Церкви⁵⁶³¹.

После кончины святителя Геронтия, когда митрополия еще вдовствовала, было завершено построение Благовещенского собора в Кремле, «на великого князя дворе, а свящал Васьян, епископ Тферскии, да Прохор, епископ Крутицкии»⁵⁶³². Освящение было совершено 9 августа, а 20 августа «священна бысть Василии Велики Кисариискии церковь, придел оу Благовещениа»⁵⁶³³ – очевидно, теми же иерархами. Одновременно в Москве полагается начало Новоспасскому монастырю: «Того же лета повелениемь великого князя Ивана Васильевичь архимандрит Спаскои Арон начя ставити на новом месте Спаскии монастырь, над рекою Москъвою, близко Кроутици»⁵⁶³⁴, – говорится в летописи. Спасский монастырь в Кремле был основан князем Даниилом († 1303; память 4 марта) в XIII веке. В результате начавшихся работ при Иоанне III Спасский монастырь оказался вблизи дворцовых зданий. Поэтому монастырь был перенесен на берег Москвы-реки близ резиденции Сарских владык и стал называться Спас-на-Новом, или Новоспасским, а в Кремле остался только храм Спаса-на-Бору⁵⁶³⁵.

Данные события, отмеченные летописцами, являются звеньями большой градостроительной работы в Московском Кремле, начало которой было положено в 1472 году попыткой построения нового здания Успенского собора. Затем, после вступления Иоанна III в брак с Софией Палеолог, в Москве появляются итальянские мастера-архитекторы. «В 70–80-е годы XV в[ека] началась перестройка всего городского центра: соборов, великокняжеского дворца, кремлевских башен и стен. Перенимая былое величие древних столиц Руси – Киева и Владимира, Москва должна была синтезировать в себе все богатство местных культурных традиций и на этой основе стать новым градостроительным образцом. Вместе с тем реконструкция Москвы преследовала цель выразить ее претензию на роль нового «Третьего Рима» – оплота Православия»⁵⁶³⁶. Исторически первым итальянским мастером-архитектором был прибывший на Русь Аристотель Фиораванти. «С 1490 г[ода] строительные работы в Кремле возглавил... итальянский мастер, выходец из семьи известных миланских архитекторов и скульпторов – Пьетро Антонио Солари»⁵⁶³⁷.

Некоторые обстоятельства строительно-планировочных работ в Кремле вызвали критику со стороны святителя Геннадия, о чем он писал Митрополиту Зосиме сразу после его интронизации. Прежде всего он порицает перенос храмов из Кремля. «Да еще паки сверх того и кости мертвых выношены на Дорогомилово, ино кости выносили, а телеса ведь туто остались, в персть разошлись; да на тех местех сад посажен»⁵⁶³⁸. Исключение допустимо, он пишет, только для угодников Божиих, мощи которых извлекаются из земли и служат духовному утверждению людям «и на почесть градовом»⁵⁶³⁹. Автор сообщает, что вынос храмов из Кремля вызвал поношение даже в Киеве в иудейской среде⁵⁶⁴⁰.

Наконец на Первосвятительский престол был избран новый Предстоятель Русской Церкви. Предполагается, что в продвижении симоновского настоятеля на Первосвятительскую кафедру большую роль сыграли его симпатии к жидовствующим, его поддерживал протопоп Дионисий. Современный исследователь считает, что придворный характер движения еретиков «и открывавшиеся через него карьерные возможности стали главными причинами присоединения З[осимы] к жидовствующим»⁵⁶⁴¹.

Летопись XVII века называет Митрополита Зосиму учеником протопопа Алексия и Фёдора Курицына⁵⁶⁴². В летописи так говорится о поставлении нового главы Русской Церкви: «В лето 99. Возведен бысть на двор митрополичь архимандрит Симоновъскыи Зосима.. месяца сентября в 12, а поставлен на Митрополию всея Руси того же месяца 26 в неделю»⁵⁶⁴³. Новгородская летопись характеризует его, «яко достойна суща управляти Б(о)гом поруч(е)ное ему стадо»⁵⁶⁴⁴.

Архиепископ Геннадий Новгородский не был приглашен в Москву на избирательный Собор нового Предстоятеля Русской Церкви. Он прислал свою единосоветную грамоту, выражая согласие со всеми: кто будет избран, «той всем нам будет отец и учитель, да всему православному христианству пастырь и учитель, и аз с вами с своею братьею со архиепископы и епископы о том великом и божественом дели во единой воле и хотении»⁵⁶⁴⁵. В Лицевом летописном своде избранию главы Церкви посвящены три миниатюры: прибытие иерархов в Москву «повелением благовернаго и Христолюбиваго великаго князя», прибытие их к великому князю и вручение единосоветной грамоты архиепископа Геннадия Митрополиту Зосиме, который изображен в архиерейской мантии⁵⁶⁴⁶.

В летописях почти сразу после сообщения об интронизации главы Церкви говорится о Соборе против еретиков. Митрополит Зосима хотя и симпатизировал еретикам, но активно противодействовать общей атмосфере в Церкви не мог. Поэтому как только был выбран и поставлен новый Митрополит, вскоре, 17 октября 1490 года, собрался Собор для осуждения еретиков. На Соборе также присутствовали известные в то время белозерские старцы: Паисий Ярославов и преподобный Нил Сорский⁵⁶⁴⁷. Архиепископ Геннадий Новгородский опять отсутствовал на соборных заседаниях, так как его не пригласили. В грамоте, написанной перед Собором в Москву новому Митрополиту, святитель Геннадий неоднократно сожалеет о своем отсутствии на Соборе: «...велиши свершено от Москвы отписыватись⁵⁶⁴⁸, да чтоб ми тебе своего отца не видати, ни паки тебе челом ударити»⁵⁶⁴⁹. Он упоминает о своем желании прибыть на интронизацию и говорит о наказе Московского князя «о его великих делех, а велел ми того беречи, а к Москве ехати не велел»⁵⁶⁵⁰. Более того, иерарх удивлен, что с него потребовано архиерейское исповедание веры: «...того в постатье⁵⁶⁵¹ не бывало, что владыка на себе в другую Исповедание дает», о чем он пишет в грамоте Митрополиту Зосиме⁵⁶⁵².

В процессе подготовки материалов к Собору в окружении святителя Геннадия было отредактировано «Списание» святителя Стефана Пермского против стригольников⁵⁶⁵³. В летописи читаем о Соборе: «Тое же осени октября в 17 повелением великого князя Ивана Васильевеча всея Руси архиепископ Тихон Ростовскыи, епископ Нифонт Суздальскыи, Семион Рязаньскыи, Васиан Тверьскыи, Прохор Сарскыи, Филофеи Пермьскыи, архимандриты и игумени и весь священный Собор Русскыя Митрополия, собороваша на Захариа черньца и на новогородского протопопа Гаврила и на Деонисиа попа Архаггельскаго и на Максима попа Иоановъского и на Василья попа Покровъского и на Макара дьякона Никольского и на Гридю дьяка Борисоглебъского и на Басюка зятя Деннсьева и на Самуху дяка Никольского. И Митрополит Зосима и епископи и весь священный Собор обыскав их ереси по архиепископовым по Генадьевым подлинным спискам, яже присылал к Геронтию Митрополиту, и от святыя Церкви отлучиша, в заточенье их разослаша»⁵⁶⁵⁴. Интересно отметить, что еретики при допросах на Соборе проявляли большое упорство, не выдавая друг друга. Они сумели симулировать коллективное умопомешательство «и Быша яко во изступлении ума»⁵⁶⁵⁵ для того, чтобы не были выявлены единомышленники. В Лицевом летописном своде на четырех миниатюрах изображены Соборные заседания, на пятой – поругание еретика⁵⁶⁵⁶. Наконец, показано утверждение православной веры: на фоне собора перед престолом, за которым написана Ветхозаветная Троица, торжественно предстоят справа Митрополит с иерархами и слева великий князь с боярами⁵⁶⁵⁷.

В послании Митрополиту Зосиме, написанном перед Собором, архиепископ Геннадий приводит пример ревности о чистоте христианской веры на Западе, о чем рассказал ему «посол цесарев про Шпанского короля, как он свою землю очистил, и яз с тех речей и список к тебе послал»⁵⁶⁵⁸, – писал иерарх. В этом списке описывается, как благодаря жестким мерам Испания была очищена «от ересей жидовскыих», которые распространились «в великих людех, в бискупех, и в архимандритех, и в попех, и в церковных людех, и в мирянех в многых почало прозябати»⁵⁶⁵⁹.

Летопись называет девять человек, осужденных на Соборе 1490 года. О первом осужденном – Захарии – святитель Геннадий писал в конце грамоты, направленной новому Митрополиту⁵⁶⁶⁰. Этот Захарий был игуменом Немчиновского монастыря в Псковской области⁵⁶⁶¹. Архиепископ Геннадий называет его стригольником: он три года не причащался, так как не признавал достоинство духовенства. Святитель Геннадий «велел... ему отца духовнаго принята, да и Причастие имата», но тот бежал в Москву⁵⁶⁶², где примкнул к жидовствуюшим еретикам⁵⁶⁶³. Предполагается, что он был «учеником Зосимы еще в бытность того архимандритом» Симонова монастыря⁵⁶⁶⁴. В Москве «стригольник», подобно византийскому Хионию, стал всячески поносить святителя Геннадия, для этого он посылал письма в Новгородскую епархию, чтобы его скомпрометировать. Возможно, в связи с его клеветой Митрополит Зосима и потребовал от святителя Геннадия вновь архиерейское исповедание православной веры⁵⁶⁶⁵. Необходимо отметить, что решения данного Собора на судьбе московских еретиков никак не отразились.

А осужденный на Соборе архангельский протопоп Дионисий спустя месяц «зле изверже скверную и еретическую свою душу», а также и «Захар чернец»⁵⁶⁶⁶. Скончались они в темнице «и никого же от православных не прельстиша»⁵⁶⁶⁷, – писал преподобный Иосиф Волоцкий. Известно, что первый принес покаяние: «Иже о Святем Дусе избранному пастырю словесных овець святейшему архиепископу Зосиме Денисьище з горькими слезами челом бьеть... заблужшаго скотьски и от пути истиннаго... своим произволением настави, государь, на путь истинный, научи мя, государь творити волю Божию»⁵⁶⁶⁸.

Поскольку же на Соборе не было главного обличителя ереси, то принятое соборное осуждение не положило конца дальнейшему существованию ереси на Руси. Между тем святитель Геннадий требовал осуждения всех еретиков и их казни, так как они каялись притворно и затем продолжали придерживаться еретических взглядов и он уже не верил их покаянию. «А толко ныне о тех еретацех конца не учините, – писал святитель Геннадий иерархам-участникам Собора 1490 года, – ино то уже явьствено вере нашей попрание»⁵⁶⁶⁹. После соборного осуждения еретиков и наказания их в Новгороде ересь, однако, не прекратилась, так как главные их покровители – Митрополит Зосима и дьяк Ф. Курицын – пребывали в Москве.

Таким образом, на Соборе было осуждено девять еретичествующих, и их направили в Великий Новгород. Архиепископ Геннадий распорядился, чтобы их встретили заранее перед Новгородом, посадили на коней лицом к хвосту, надели на головы берестяные остроконечные шлемы с мочальной кисточкой и с надписью «Се есть сатанино воинство»⁵⁶⁷⁰. В таком виде осужденные появились в Великом Новгороде, их водили по городу и укоряли, потом привезли на городскую площадь, и здесь были сожжены их шлемы⁵⁶⁷¹.

По мнению Я. С. Лурье, это было позаимствовано святителем Геннадием из практики испанской инквизиции и является «свидетельством мстительной изобретательности»⁵⁶⁷² Новгородского иерарха. Академик Д. С. Лихачёв возражает на это: «Я думаю, что в „церемонии“ казни еретиков не было ни заимствования, ни личной изобретательности, а была в значительной мере традиция древнерусского изнаночного мира (ср. вполне русские, а не испанские «материалы» одежд: овчина, мочала, береста)»⁵⁶⁷³. Все было сделано для большего устрашения еретиков, которых затем заключили в темницу.

Святитель Геннадий, очевидно, позаботился о внесении имен осужденных в Синодик для возглашения им проклятия во время богослужения в первую Неделю Великого поста⁵⁶⁷⁴. Ю. К. Бегунов пишет: «Анафематствование «жидовствующих» было одним из первых русских добавлений в текст Синодика, переведенного с греческого в XV в[еке]»⁵⁶⁷⁵.

На том же Соборе 1490 года нужно было также избрать епископа на вдовствующую Коломенскую кафедру, но свою повольную грамоту на избрание Коломенского иерарха владыка Геннадий не прислал в Москву, ссылаясь на то обстоятельство, что он не может никому доверять, пока не решится вопрос о еретиках, опасаясь, как бы на Коломенской кафедре не оказался еретик или тот, кто имел с ними общение⁵⁶⁷⁶. Тем не менее 18 ноября последовала хиротония Коломенского епископа Авраамия (1490–1501)⁵⁶⁷⁷, избранного из игуменов Николо-Угрешской обители. При этом летопись отмечает: «...а Новогородцкии архиепископ Геннадеи грамоты своей поволные не прислал на его поставление»⁵⁶⁷⁸.

После своей интронизации Митрополит Зосима в 1490 году на основании Соборного приговора написал поучение «всему православному християньству, на еретики обличение и [из] сана изверьжение и от святыя Божии Церкве отлучение», прямо направленное против еретиков⁵⁶⁷⁹. Он говорит о воззрении осужденных еретиков: «...учат держати книги отметныя⁵⁶⁸⁰, и похваляют в себе отреченный Ветхий Закон, и веру жидовьскую хвалят»⁵⁶⁸¹. Он же говорит об обстоятельствах, предшествовавших Собору. В Архангельском соборе собрались на службу иерархи и «ту ж во храме обретесь поп Деонис наугородець, стоя в ризах, хотяше с ними ж служити»⁵⁶⁸². Они потребовали его ухода и в ответ услышали с его стороны поношения в адрес Новгородского владыки. После этого с ведома великого князя начались соборные разбирательства, на которые позднее пришел и сам князь со всей своей свитой. В конце Поучения говорится: «И о сем Сьборе заповедываем всем вам православным христьаном: от сего дни наперед к сим ересником и прелестником аще кто учнет к ним приставати, или с ними единомудрьствовати и похваляти их, или кто какими делы учнет за них стояти да им помогати, или кто еще учнет ту же ересь въздавати, на тех на всех буди от всего священнаго Собора неблагословение и проклятье»⁵⁶⁸³.

Именем Митрополита Зосимы надписан текст «о отреченных книгах»⁵⁶⁸⁴, то есть список запрещенных книг. В конце упоминаются также недопустимые священнодействия: «крещати в три Отцы, и в три Сыны, и в три Духы, или не погружают, но обливають»⁵⁶⁸⁵ и проч. Завершается данный текст словами: «А се писано из Молитвенника Митрополита Киприана всея Русин»⁵⁶⁸⁶. В Сказании о отреченных книгах Митрополита Зосимы упоминается Собор, очистивший Церковь от еретиков, поэтому составление Сказания ставится в один контекст с Собором 1490 года. Но данное сообщение о Соборе повторяет текст из рукописи середины XV века Данила Мамырева⁵⁶⁸⁷. Митрополиту Зосиме, как предполагается, была известна Кормчая книга со статьей «О Богумиле попе», который также упомянут в Сказании о отреченных книгах⁵⁶⁸⁸. Составление поучения «православному християньству» и Сказания о отреченных книгах, по мнению Ф. М. Ильинского, является свидетельством его «правоверия»⁵⁶⁸⁹.

Созыв Собора 1490 года показывает, что некоторая борьба с распространившейся ересью при Митрополите Зосиме велась. Наряду с этим можно также говорить о строительной деятельности главы Церкви. Осенью 1491 года «ноября в 13 с(вя)щ(е)на быс(ть) ц(е)ркви на Симановском дворе Введение С(вя)тыа Б(огороди)ца»⁵⁶⁹⁰. Как симоновский постриженник, Митрополит Зосима, несомненно, позаботился о построении нового храмового здания на монастырском подворье в Кремле⁵⁶⁹¹. В 1493 году «Митрополит Зосима постави три келлии камены с подклеты на своем дворе»⁵⁶⁹².

За время своего первосвятительства Митрополит Зосима рукоположил двух угрешских настоятелей во епископы: вскоре после своей интронизации – вышеупомянутого Коломенского епископа Авраамия и 4 мая 1493 года Сарского епископа Силуана (1493–1496), который, говорится в летописи, был поставлен «на Крутицоу Преосвященным Митрополитом Изосимою»⁵⁶⁹³.

Сохранился актовый материал того времени, отражающий деятельность главы Церкви. Спустя две с половиной недели после своей интронизации Митрополит Зосима дал жалованную грамоту митрополичьему Благовещенскому Сновидскому монастырю, что под Владимиром⁵⁶⁹⁴. Глава Церкви освободил Благовещенский монастырь и приписной к нему Успенский «на Любце, в Медушской десятине» монастырь от уплаты митрополичьих податей, предоставив им судебную самостоятельность. Митрополит запретил въезд к ним различных лиц на праздничные торжества, помог территориально решить вопрос с построением мельницы «на реце на Рпени». Грамота была подписана Митрополитом Зосимой и позднее подтверждалась его преемниками⁵⁶⁹⁵. Митрополит Зосима решил спорный вопрос о принадлежности монастырю святых Константина и Елены двух деревень⁵⁶⁹⁶. Он пожаловал своих бортников митрополичьими землями, обязав их поставлять ежегодно к празднику Рождества Христова мёд; «а привозят тот мой оброчный мед на мой погреб на Москву сами»⁵⁶⁹⁷, – говорится в грамоте.

В день начала работы Собора против еретиков глава Церкви выдал жалованную грамоту троицкому игумену Афанасию (1489–1490), которого летописи называют среди участников соборных заседаний. Митрополичьей грамотой храмы в монастырских селах освобождались от уплаты пошлин, а также от суда митрополичьих десятинников. Духовенству этих храмов предписывалось давать к празднику Рождества Христова только в митрополичью казну по шесть алтын⁵⁶⁹⁸.

В сохранившейся документации митрополичьего Новинского монастыря также имеются свидетельства об административно-хозяйственной деятельности Митрополита Зосимы. 10 ноября 1491 года митрополичий дворецкий Сахарусов дал по «господинову слову Зосимы Митрополита» грамоту С. Микифорову, согласно которой он поселился на «пустоши»⁵⁶⁹⁹ Новинского монастыря, будучи освобожден от уплаты податей на четыре года⁵⁷⁰⁰. В 1492 году Митрополит дал в пожизненное владение три монастырских пустоши Григорию, сыну Дмитрия Лыкова. «Да у грамоты рука Митрополита Зосимы»⁵⁷⁰¹. Со своей стороны названный Григорий дал Митрополиту Зосиме грамоту с обязательством давать ежегодно новинскому игумену подать – «полтину», обещая не присваивать предоставленные ему владения, которые после его кончины вернутся в монастырское ведение⁵⁷⁰². По благословению Митрополита Зосимы у Новинского монастыря было куплено «Нетягово селище», которое со временем, если пресечется род покупателя, должно отойти в собственность монастыря⁵⁷⁰³.

В пожизненное владение получил монастырские угодья в Переславском уезде Семён Васильев. В связи с этим он написал грамоту «своею рукою» и положил ее «в государя своего казну в Митрополичю»⁵⁷⁰⁴. Г. И. Киселёв, получив в пожизненное владение церковные имущества в Муромском уезде, также дал грамоту Митрополиту с обещанием не присваивать их⁵⁷⁰⁵. Митрополит Зосима подтвердил грамоту святителя Филиппа I, данную Покровскому монастырю в Переславском уезде⁵⁷⁰⁶.

Сохранилась переписка святителя Геннадия с Митрополитом Зосимой, которая свидетельствует, что епархиальный архиерей мог не соглашаться с мнением главы Церкви о дьяках-двоеженцах⁵⁷⁰⁷. Иерарх возражал против посвящения кандидатов-двоеженцев в церковнослужители, допуская единственное исключение – для часовни, где нет освященного престола с антиминсом, «в тех-то двоеженец поет да и простой поет»⁵⁷⁰⁸. В конце грамоты иерарх пишет о необходимости созыва Соборов: «И ты б, господин отец, от тех неподобных дел наших безсмертных душ поберегл, занеже велено съеждатися на всяк год к тобе своему отцу, да соборне исправление учинить недоведомым вещем с нами своими детми и сослужебники, да того бы смущения не было; и хотя пак⁵⁷⁰⁹ мне нелзе у тебя у своего отца побывати, и ты пожалуй нас своим благословением навести»⁵⁷¹⁰.

Между тем посольский дьяк Ф. Курицын, используя свое влияние на Московского государя, не только покровительствовал еретикам, но и активно противодействовал главному борцу с ересью. Осужденному в 1490 году чернецу-«стригольнику» Захару была найдена замена. Феодор и Иван Курицыны совратили в жидовство некоего старца Кассиана и убедили государя отправить его настоятелем в новгородский Юрьев монастырь⁵⁷¹¹. Здесь он вместе со своим братом Самочерным «вся еретики и отступники к себе собираше со дерзновением, не бояшебося архиепископа Геннадия, понеже помощь имеяше Феодора Курицына... И многа сквернения и поругания содеяша на Божественыя церкви, и на вся священныя вещи, и на все православное християньство»⁵⁷¹², – пишет о них преподобный Иосиф Волоцкий. Они поганили своими нечистотами вино и мел, а затем посылали их «ко всем православным христианом»⁵⁷¹³. Поэтому их поступки преподобный Иосиф сравнивает с действиями императора Юлиана Отступника (361–363), который повелел окропить идоложертвенной кровью все продукты на торжищах в конце первой седмицы Великого поста, чтобы посрамить православных. Новгородские еретики кощунствовали также над иконами и просфорами, говорится в «Просветителе».

Февралем 1492 года⁵⁷¹⁴ датируется следующее событие в Церкви: «Того ж году князь Иван Васильевичь обмысля с Митрополитом и со владыками, пожаловал владыку Филофея Пермского, дал ему Митрополит Зосима из своей митропольи на Вологде в городе и на посаде все свои церкви, а Генадей епископ Новгородцкий из своей архиепискпьи дал ему тако ж все свои церкви на Вологде же, и в городе и на посаде, ко Пермской епископьи впрок неподвижно со всеми церквами и пошлинами. Того же месяца владыка Филофей наехал⁵⁷¹⁵ на свою епископью на Вологду августа 3»⁵⁷¹⁶. Как справедливо отмечает А. И. Тарасов, изъятие вологодских владений из новгородской юрисдикции «следует рассматривать как меру, направленную против Новгородского архиеп[ископа] Геннадия»⁵⁷¹⁷. Позднее, во второй половине XVI века, Вологда становится кафедральным градом епархии, изначально именовавшейся Великопермской⁵⁷¹⁸.

С приближением 1492 года нападки еретиков на православных усилились, так как в этом году исполнялось семь тысяч лет от сотворения мира по византийской эре, а в Восточной Церкви считалось, что в этом году наступит кончина мира⁵⁷¹⁹. О приближении последних времен ранее писали Митрополиты Киприан и Фотий⁵⁷²⁰. Еще ранее святителю Стефану Пермскому († 1396; память 26 апреля) возражали «нецыи невегласы»: зачем создавать новую азбуку, если жить осталось всего сотню лет?⁵⁷²¹ Апокалиптические настроения усиливались человеческими переживаниями, так как на глазах у одного поколения пала тысячелетняя православная Византия и турки продолжили свое наступление на Балканах.

В 1408 году закончился тринадцатый Индиктион⁵⁷²² и Пасхалия была затем продолжена до 1492 года, то есть до 7000 лет, – напротив которого была сделана приписка: «Зде страх! Зде скорбь! Аки в распятии Христове сей круг бысть, сие лето и на конце явися, в неже чаемь всемирное Твое пришествие»⁵⁷²³. Об ожидании конца света свидетельствуют записи писцов в Пасхалии под 1459 годом, за 33 года до 1492-го⁵⁷²⁴. «До сих пор цикл древнерусского Типикона определялся уже готовыми таблицами, сведенными византийскими или балканскими компутистами. Теперь же, после падения Византии, нужно было самостоятельно продолжить рядовую Пасхалию, минуя подводные камни високосных годов»⁵⁷²⁵.

Завершению текста Пасхалии 7000 годом преподобный Иосиф дает негативную оценку: «Сиа убо собою умысливше неции, а не от святых апостол, ниже от Богоносных отец наших и учителей, ниже от святых седми Събор Вселеньских, кто известно сказа или изобрете: сего ради сиа слаба и некрепка»⁵⁷²⁶. Подвижник приводит также сведения об истории формирования православного Месяцеслова: первоначально была создана Пасхалия, а затем «святии отци законоположиша и оуставиша Святци на весь год»⁵⁷²⁷.

Когда же кончина мира с наступлением 1492 года не последовала, то возникла нужда в продолжении Пасхалии на последующие годы. Этим занялся сам Митрополит Зосима, а также привлек Новгородского архиепископа Геннадия и Пермского епископа Филофея. Таким образом, 7000 год от «сотворения мира» был временем напряженной работы русских пасхалистов: начало следующего, 7001 года сопровождалось утверждением новой Пасхалии Митрополитом Зосимой, которая, как отмечается, была составлена в сентябре – ноябре 1492 года⁵⁷²⁸. Думается, дату составления Пасхалии Предстоятелем Церкви можно уточнить. Он ссылается на молитвы «святых отец седмаго Собора, иже в Никеи»⁵⁷²⁹, память которых совершается 14 октября. В летописи читаем о Соборном утверждении Пасхалии: «В лето 7001. Ноября в 27. Зосима, Митрополит всея Русии, на Москве соборне изложил Паскалью на дватцать лет, прислал на Вологду владыце Филофею Пермьскому и Вологодцкому за своею пописью, а владыце Филофею тако же соборне велел о том поискати. И владыка пообыскав, ино пришли по митрополичи же Паскальи, и послал к Митрополиту Зосиме свою Паскалью на 19 лет за своею подписью за пермьскою»⁵⁷³⁰. Епископ Пермский Филофей рассчитал Пасхалию, очевидно, в марте – августе 1492 года⁵⁷³¹.

В сентябре – декабре 1492 года архиепископ Геннадий Новгородский тоже составляет пасхальные данные и, рассылая их по епархии, отмечает: «...писал к нам отец нашь Зосима, Митрополит всея Руси, свою Пасхалью, написав на двадцать лет, а нам велел к себе прислати также написав Пасхалью, на колко лет възможем»⁵⁷³². Новгородский архиепископ составил Пасхалию на семьдесят лет, «занеже та семьдесят лет прообразует век человеческаго живота»⁵⁷³³. Иерарх пишет, что в митрополичьей Пасхалии указаны также праздники. В предисловии к своей Пасхалии архиепископ Геннадий отмечает, что «неции мнеша, яко скончяваеме седмой тысяще, быти и скончяние миру»⁵⁷³⁴.

Составленная Митрополитом Зосимой Пасхалия получила некоторое распространение в древнерусской книжности. Она была разослана всем архиереям того времени, и ее «тираж», можно сказать, составлял «несколько десятков» экземпляров⁵⁷³⁵. В Троице-Сергиевом монастыре при игумене Симоне (1490–1495) присланная Пасхалия вошла в состав монастырской рукописи⁵⁷³⁶. В предисловии к своей Пасхалии глава Церкви писал о времени ее составления: Господь прославил потомка крестителя земли Русской «благовернаго и христолюбиваго великаго князя Ивана Васильевича, государя и самодръжца всея Руси, новаго царя Констянтина, новому граду Константину – Москве и всей Русской земли, и иным многым землям государя»⁵⁷³⁷. Как пишет М. А. Дьяконов, в предисловии к Пасхалии, очевидно, «впервые высказана мысль о перенесении на Москву прежнего значения столицы Византийской империи»⁵⁷³⁸.

В историографии встречаются утверждения, что на Руси был распространен мартовский новый год⁵⁷³⁹ и на данном Соборе – или же в конце XV века – был сделан переход с распространенного на Руси мартовского новолетия на византийское сентябрьское⁵⁷⁴⁰. Это мнение восходит к труду Н. М. Карамзина и является ошибочным, так как на Руси в действительности использовался византийский сентябрьский новый год, хотя наряду с ним могли сосуществовать и другие, которые со временем вышли из употребления⁵⁷⁴¹.

Можно предполагать, что Митрополит Зосима исполнял служение-печалование перед государем. В ноябре 1493 года в заточении скончался «князь Андрей Васильевичь Волшей, а седел в тюрьме на Москве, на Казенном дворе великого князя, два года и 47 дней; и положиша его в церкви Архангела Михаила на Москве у северных дверей»⁵⁷⁴². Историк В. Н. Татищев говорит, что Митрополит Зосима безуспешно ходатайствовал об узнике⁵⁷⁴³. На миниатюре Лицевого летописного свода изображен Митрополит Зосима, погребающий князя⁵⁷⁴⁴.

Московский князь Иоанн III в детстве пережил межкняжеский конфликт, и после кончины его старшего сына Иоанна Иоанновича в 1490 году возросла вероятность повторения такой же ситуации. Исследователь данного политико-династического вопроса пишет: «На протяжении всей истории Московского дома Калиты постоянно велась борьба за укрепление наследования Мономахова венца от отца к сыну... Очевидно, что в целях исключения повтора гражданских войн (брат-то был хорош, но вот какими бы могли быть его... потомки, ибо прошедшие гражданские войны были войнами двоюродных братьев) Иван III, видимо, посчитал, на старости лет, что береженого Бог бережет, и счел за благо арестовать проявлявшего некоторую независимость Угличского государя»⁵⁷⁴⁵. Пострадали также и дети князя Андрея – Иоанн и Дмитрий⁵⁷⁴⁶. Первый провел много лет в заточении в Спасо-Прилуцком монастыре под Вологдой и в конце своей жизни принял монашество с именем Игнатий († 1523; память 19 мая). Его изображение имеется на северо-западном столпе Архангельского собора, оно обращено «к месту погребения его отца, Андрея»⁵⁷⁴⁷. Судьба князя Андрея, названного в народном сознании «Горяем»⁵⁷⁴⁸, вписывается в контекст европейской династической политики того времени⁵⁷⁴⁹. После заточения опального князя Угличский удел был присоединен к владениям великого князя. Позднее, в 1497 году, Иоанн III «с великими слезами» просил прощения у иерархов за смерть своего брата⁵⁷⁵⁰.

Ересь на Руси продолжала существовать, и владыка Геннадий обратился к преподобному Иосифу Волоцкому, привлекая его к борьбе с еретиками. Волоцкий игумен начал писать известный полемический труд, состоящий из 16 слов, который в первой половине – середине XVII века стал именоваться «Просветителем»⁵⁷⁵¹. Он получил распространение в древнерусской письменности и «охотно переписывался на протяжении столетий»⁵⁷⁵². Первоначально волоцкий игумен описывает историю ереси, ее распространение и затем критически разбирает еретическое вероучение.

В «Просветителе» автор говорит о негативной роли Митрополита Зосимы, который обрушился на своих обличителей, стал отлучать их от причастия, клириков лишать сана, перед князем он клеветал на этих людей, чтобы князь предавал их гражданским наказаниям⁵⁷⁵³. Ниже преподобный Иосиф посвятил в своей книге целое слово пагубной деятельности Митрополита Зосимы⁵⁷⁵⁴. В послании Суздальскому епископу Нифонту (1484–1508), которое восходит к тексту «Просветителя»⁵⁷⁵⁵, волоцкий игумен призывает Суздальского владыку, подобно древним иерархам, противостать лжеучению, появившемуся «в последняя сиа лета и во времена, лютейшая паче всех времен»⁵⁷⁵⁶. Он говорит о прениях повсюду в обществе по поводу веры, инспирированных детьми еретиков «и от их учеников». Данное послание игумена является ответом на послание епископа Нифонта, в котором он спрашивал о действенности проклятия православному со стороны еретика, имеющего иерархический сан. Автор убедительно пишет по этому поводу: «И мнози еретицы прокляша християн, и не последова им Божественый суд, но сами проклята Быша»⁵⁷⁵⁷. Таким образом, преподобный Иосиф подчеркивает, что проклятие, наложенное еретиком на православного, не имеет силы.

Волоцкий игумен отмечает: «...на престоле святем, идеже Божествении святателие и чюдотворцы Петр и Алексей и инии мнози велиции православнии святателие посажени Быша, на том престоле ныне седит скверный и злобесный волк, оболкийся в пастырьскую одежду, иже чином святитель, а произволением Июда предатель и причастник бесом»⁵⁷⁵⁸. Преподобный именует жидовствующих еретиков отступниками от христианства, письменно клеймит Митрополита Зосиму, называя его Иудой-предателем, «скверным пастырем», предтечей антихриста, «волком в овечьей шкуре», которого не бывало в древности среди отступников⁵⁷⁵⁹. Он обвиняет также главу Церкви в различных тяжких грехах. Преподобный Иосиф, ссылаясь на своего брата Вассиана, приводил «собственные слова» главы Церкви, отрицающие бессмертие души: «Несть деи втораго пришествия Христова, нет, деи, Царствия Небеснаго святым; умер, деи, ин умер, по та места и был»⁵⁷⁶⁰. Интересно отметить, что в рукописи, принадлежавшей Митрополиту Зосиме, в «статье Дионисия Ареопагита прямо подчеркнута мысль: „праведных молитва в нынечно житии, а несть молитва по смерти“»⁵⁷⁶¹.

Митрополит Зосима пробыл недолго на кафедре. Окончанию его первосвятательства предшествовало следующее событие. В 1493 году 16 июля в Кремле ближе к вечеру от удара молнии на Успенском соборе загорелся верх «маковици болшия, тес под железом, у соборныя церкви Успения Пречистые на Москве, а внутри церкви мало попалило на царских дверех, да половина опоны сгорела на амбоне, да два болванца древяных розразило под амбоном; а верх вскоре угасиша»⁵⁷⁶². 17 мая 1494 года Митрополит Зосима удалился с Первосвятительской кафедры. Новгородский архиепископ Геннадий говорит о подробностях оставления им кафедры в своей повольной грамоте на избрание ему преемника: «Зосима Митрополит, своея ради немощи, оставил стол Рускиа митрополия и, пришед в святую великую соборную церковь, пред всеми омфор свой на престоле положил, и свидетеля на то Господа Бога нарицая, яко невозможно ему к тому святительская действовати, ни Митрополитом нарицатися, и отойде в монастырь в смиреноиноческое жительство»⁵⁷⁶³.

Это событие нашло отражение и в летописях. В Никоновской летописи под 1494 годом читаем: «Тоя же весны, маиа 17, Митрополит Зосима оставил митрополию не своею волею, но непомерно пития держашеся и о Церкви Божии не радяще, и тако сниде в келлию на Симанове и оттоле к Троице в Сергиев монастырь»⁵⁷⁶⁴. Очень резко об этом говорится в Хронографе: «Тое же весны ереси ради и многого ради скврънениа и пьяньства сведе с митропольи Зосиму на Симонов маиа в 17»⁵⁷⁶⁵. В Кратком монастырском летописце указана другая дата сведения его с престола: «В лето 7003-го... месяца февраля в 9 день князь велики Иван Васильевич снял с Митрополита с Изосимы сан да послал его к Тро[и]це в заточение»⁵⁷⁶⁶. В Лицевом летописном своде изображен уход Митрополита Зосимы, и на второй миниатюре – его прибытие в Троицкий монастырь⁵⁷⁶⁷. Историк А. А. Зимин отмечает, что в это время в Москве отсутствовали князья В. И. Патрикеев и С. И. Ряполовский, а также дьяк-еретик Ф. В. Курицын, которые отправились «ратифицировать мирный договор с Литовским княжеством»⁵⁷⁶⁸.

Таким образом, после оставления кафедры Митрополит Зосима первоначально поселился в Симоновском монастыре, а затем был направлен в Троице-Сергиев монастырь. В некоторых летописях в конце сообщения об оставлении им престола говорится о трех местах его пребывания: «В лето 7002. Месяца маиа 17 день Митрополит Зосима остави митрополью... иде на Симаново, а оттоле к Троице в Сергеев монастырь, а оттоле на Белоозеро»⁵⁷⁶⁹. Нахождение в двух монастырях и затем в конечном пункте, то есть на Белоозере, – процесс, требующий определенного времени, но некоторые летописи не возвращаются к личности Митрополита Зосимы после сообщения о его удалении в Троицкий монастырь.

В Троицкой обители бывший Митрополит мог находиться не менее двух лет, известны некоторые обстоятельства его пребывания там. В одной из троицких рукописей имеется приписка: «Сия святая [книга] Откровение Ивана Богослова и Евангелиста Апокалипьсис, да в ней служба толковая, да иных приписей много без числа, мудрых без меры. А сия книга Зосимы Митрополита всея Руси»⁵⁷⁷⁰. Исследователь А. Ю. Григоренко, обративший внимание на эту рукопись, приводит некоторые «приписи» из нее и делает вывод: «Общее их направление очевидно: чистота церковной жизни, осуждение монастырских стяжаний, праведные дела»⁵⁷⁷¹. Автор высказывает предположение, что Митрополит Зосима „был одним из основателей духовно-политического движения Руси, известного нам под названием «партии нестяжателей“»⁵⁷⁷².

Весной 1496 года «Митрополит бывшои Зосима в Сергееве манастыри причащался Божественных Таин, став на орлеце и во всем святительском чину»⁵⁷⁷³. Это было вопреки его же обещанию, данному при оставлении кафедры, что описывал святитель Геннадий Новгородский. Подобным образом, когда в 1539 году в результате боярского своеволия с кафедры был сведен Митрополит Даниил, то уже после интронизации своего преемника, Митрополита Иоасафа, он написал отреченную грамоту, в которой говорится: «...отрекохся митрополии и всего архиерейскаго действа отступих... и ныне се отхожу от митрополии и отрекаюся всего архиерейскаго именования»⁵⁷⁷⁴. Во время описанного летописью события, связанного с Митрополитом Зосимой, в Троицком монастыре настоятеля не было, так как игумен Серапион к тому времени был возведен на Новгородскую кафедру (15 января 1506), а его преемник, игумен Досифей II (1506–1507), как отмечает Е. Е. Голубинский, называется в актах в сентябре 1506 года⁵⁷⁷⁵. Однако о поведении бывшего Митрополита могло стать известно в Москве, и некоторые летописи отметили такой необычный факт. Можно предположить, что после этого последовала жесткая реакция: его перевод на жительство в островной монастырь на Кубенском озере.

Известно, что в 1510 году «бывший» Митрополит Зосима прислал из Спасо-Каменного монастыря в Ферапонтову обитель Книгу поучений святителя Григория Богослова с Толкованиями Никиты Ираклийского, которая ныне хранится в Вологодском музее. Во вкладной записи говорится: «Лета 7019 месяца декабря 15 дал сию глаголимую книгу Богослов Григорий старец Изосима Митрополит бывшей Московьской в Ферапонтов монастырь в ограду Белаозера своей душе на память и своему роду, а привез от него с Каменного старець Федосей Мансур при игуменьстве Селиверьстове при старце Осафе при бывшем при владыке при Ростовьском»⁵⁷⁷⁶. Это позволяет думать, что бывший Митрополит пребывал в Спасо-Каменной обители, где и скончался после 1510 года⁵⁷⁷⁷.

В Иконописном подлиннике указаны его краткие – впрочем, ошибочные – биографические данные, а также сведения о его внешности: «Преосвященный Митрополит Зосима поставлен в лето 7000, был на престоле 11 лет и сведен бысть за некое преткновение. Был Симонова монастыря архимарит. Подоб(ием) сед, брада на конце шире Григория Богослова, в шапке, сакос зелен, амфор и Еуангелие»⁵⁷⁷⁸.

Следующий Митрополит в Русской Церкви после удаления Митрополита Зосимы был избран только через полтора года. Это время еретики опять интриговали в связи с вопросом о замещении митрополичьей кафедры. Наконец, 20 сентября 1495 года, на Всероссийскую кафедру был поставлен из троицких игуменов Митрополит Симон. Подобно Митрополиту Геронтию, радикальную борьбу против еретиков он начал не сразу. По всей вероятности, первоначально он не смог противостоять влиянию Ф. Курицына.

Покровитель еретиков дьяк Фёдор Курицын оставался неуязвимым. «Того бо державный во всем послушаше»⁵⁷⁷⁹, – написал о посольском дьяке в своей книге «Просветитель» преподобный Иосиф Волоцкий. Архиепископ Геннадий в это время молчал, ибо Ф. Курицын восстановил против него великого князя. События конца 90-х годов значительно повлияли на дальнейшую судьбу и распространение ереси.

Московский князь Иоанн III первоначально был женат на тверской княжне Марии Борисовне. Мария «тверитянка» († 1467) родила ему сына – Ивана Молодого (1458–1490), который являлся наследником великого князя. Иван Иванович был женат на Елене, дочери Молдавского господаря Стефана III Великого († 1504)⁵⁷⁸⁰. Княжич был даже соправителем своего отца. Но в 1490 году он неожиданно скончался, и перед Иоанном Васильевичем встал вопрос о преемнике-наследнике престола: внук Дмитрий или же сын от второго брака с Софией Палеолог Василий? Государь медлил с решением данного вопроса. Образовались две партии: одна за Василия, другая за Дмитрия⁵⁷⁸¹. Жидовствующие, естественно, ориентировались на Дмитрия, с его матерью Еленой Стефановной Волошанкой. Православные во главе с преподобным Иосифом Волоцким стояли за Василия. Но успеха первоначально добились сторонники Дмитрия-внука, сына Ивана Молодого и Елены Стефановны⁵⁷⁸². Это был не только семейный конфликт. Елена, дочь Стефана Великого, воспитанная в Молдавии, где было немало гуситов, сочувственно относилась к Ф. Курицыну и его товарищам и симпатизировала еретикам. Она была вовлечена в ересь; великий князь позднее признавался преподобному Иосифу: «А Иван, деи, Максимов и сноху у мене мою в жидовство свел»⁵⁷⁸³. Это, несомненно, усиливало проеретическое влияние на Московского государя.

В 1498 году по указу Иоанна III на великокняжеский престол венчан был его внук Димитрий (1483–1509)⁵⁷⁸⁴. Но уже через год произошла перемена, так как князь Иоанн III узнал о политических интригах главных сторонников Елены, каковыми были его двоюродный брат Иоанн Юрьевич со своим сыном Василием – князья Патрикеевы и князь Ряполовский. В силу политических интриг они вооружились против сына Иоанна III Василия и жены Софьи Палеолог. Поэтому в 1499 году великий князь повелевает казнить Ряполовского, а отец и сын Патрикеевы были пострижены в монашество. После этого князь примирился со своей женой Софией и сыном Василием⁵⁷⁸⁵. В 1500 году он объявил Василия великим князем Новгорода и Пскова, а через два года возвел его на великокняжеский престол всея Руси. В апреле 1502 года Елена Волошанка († 1505) с сыном Димитрием († 1509) оказались под арестом, одновременно брат волоцкого игумена, старец Вассиан (Санин), был возведен в настоятели Симоновой обители (1502–1506). Преподобный Иосиф пишет ему послание о Святой Троице, раскрывая Ее действие в Ветхом Завете и приводя мысли святых отцов⁵⁷⁸⁶.

Не ранее 1500 года умер дьяк Ф. Курицын, к этому времени возросло влияние на великого князя преподобного Иосифа Волоцкого, что позволило православным во главе с митрополитом Симоном прояснить князю Иоанну III пагубную сущность еретического учения. Весной 1502 года состоялась встреча великого князя и преподобного Иосифа Волоцкого⁵⁷⁸⁷. Князь признался преподобному, что знал о ереси, и игумен просил его начать разбирательство против нее⁵⁷⁸⁸. Волоцкий игумен начинает рассылать полемические послания, призывая активно бороться с ересью⁵⁷⁸⁹.

А. И. Алексеев пишет, что «розыск ереси начался в 1502 г[оду], причем главным местом действия стал Симонов монастырь, а главным информатором Иосифа – [его] родной брат Вассиан Санин. Совпадение указанной даты с разрешением династического кризиса в пользу будущего Василия III дает основания для вывода о том, что подлинные причины, побудившие начать борьбу с ересью, коренились в падении придворной партии Дмитрия-внука и Елены Стефановны. Исходя из того, что информация, дискредитирующая Митрополита Зосиму и Фёдора Курицына, могла быть получена только после смены властей в Симоновом монастыре, приходим к выводу, что началом работы над «Просветителем» стал 1502 г[од], а к 1504 г[оду] памятник уже существовал в объеме 14 „слов“»⁵⁷⁹⁰. В своем труде преподобный Иосиф «сумел мобилизовать огромный материал древнерусской книжности в целях антиеретической полемики, изложенной языком доступным всем интересующимся»⁵⁷⁹¹.

В ноябре – декабре 1504 года специально против еретиков был созван Собор Русской Церкви⁵⁷⁹². На этом Соборе архиепископа Геннадия также не было, и главным обвинителем выступил преподобный Иосиф Волоцкий. Преподобный Иосиф Волоцкий на Соборе поднимает перед князем вопрос о казни еретиков. Волоцкий игумен пишет, что «Божественая Писания повелевают покаяния приимати по своей воли, а не по нужи кающихся»⁵⁷⁹³. Об этом же волоцкий игумен позднее писал в послании государю о еретике Клёнове, осужденном на Соборе⁵⁷⁹⁴.

Против смертной казни еретиков выступали заволжские старцы, их позиция была обоснована в «Ответе кирилловских старцев»⁵⁷⁹⁵. А. И. Алексеев полагает, что на его написание мог повлиять сведенный с престола Митрополит Зосима: «у бывшего Митрополита было много поводов опасаться за свою судьбу в период, когда шли следствие и казни еретиков»⁵⁷⁹⁶. Московский князь Иоанн III долго колебался, как поступить, но примеры Византийских императоров, их указы против еретиков, внесенные в Кормчую книгу, – все это одержало верх⁵⁷⁹⁷.

После этого Собора был объявлен розыск по городам для того, чтобы выявить всех еретиков и собрать их в Москву. Ю. К. Бегунов приводит в целом следующие цифровые данные о еретиках: «По-видимому, в новгородском кружке 80-х – начала 90-х годов было не менее 33 членов, восстанавливаемых поименно. В московском кружке до Собора 1490 г[ода] было не менее 26 членов, из них восстанавливаются поименно только 7... Итого в общей сложности в новгородско-московском движении участвовало не менее 70 человек»⁵⁷⁹⁸. Собор принял решение о предании еретиков различным казням и проклятию. Брат Ф. Курицына Иван Волк Курицын, зять протопопа Алексия Иван Максимов, юрьевский архимандрит Кассиан с братом Иваном Чёрным и другие были преданы сожжению. Некоторым из осужденных урезали языки и всех их разослали в заточение по монастырям.

Еретики, осужденные на Соборах 1490 и 1504 годов, предавались проклятию в едином анафематствовании в Чине Православия в первую Неделю Великого поста⁵⁷⁹⁹. В преддверии венчания на царство Михаила Феодоровича в 1613 году была составлена особая редакция Чина Православия, которая включает имена 43 еретиков. «В этом списке имя Зосимы возглавляет список еретиков»⁵⁸⁰⁰, однако в монастырских Синодиках-помянниках его имя продолжает поминаться⁵⁸⁰¹.

В литературе были попытки дать положительную характеристику роли Митрополита Зосимы в истории, при этом говорилось о тенденциозности свидетельств преподобного Иосифа и святителя Геннадия, а также о проявлении «московского абсолютизма» великого князя. Исследователь начала XX века пишет: «Добродушный Митрополит Зосима был чужд того крайнего ригоризма, каким заявили себя Иосиф, арх[иепископ] Геннадий и их приверженцы»⁵⁸⁰².

Принятые после Собора 1504 года твердые меры побудили еретиков к раскаянию, и ересь жидовствующих вскоре прекратила свое существование, несколько оживившись после кончины преподобного Иосифа Волоцкого († 1515). Ранее он писал Московскому князю Василию III (1505–1533) послание, призывая его показать «ревность благочестия»⁵⁸⁰³. На основании послания Новгородского святителя Макария (1526–1542) прекращение ереси связывается с именем великого князя Василия III⁵⁸⁰⁴. Об этом же говорит инок Зиновий Отенский, новгородский богослов XVI века⁵⁸⁰⁵.

Ниже прилагается документ Собора 1490 года, осудившего еретиков.

Соборный приговор 1490 года

Господин Пресвященный Зосима Митрополит всея Руси, и архиепископ, и епископи, и архимандрита, и игумени, и протопопи, и весь, иже о них божественный и священный Събор.

Речью глаголю вам, прелестником и отступником веры Христовы: тебе Захарие черньцю, и тобе Гаврилу протопопу новогородскому, и тобе Максиму попу, и тобе Денису попу, и тобе Василью попу, и тобе Макару дьякону, и тебе Гриди дьяку, и тобе Басюку дьяку, и тобе Самухе дьяку, и всем вашим единомыслеником, мудрьствующим с вами злую вашу оканную и проклятую ересь, что есте чинили в Великом Новегороде злая и проклятая дела неподобная. Мнози от вас ругалися образу Христову и Пречистые образу, написанным на иконах, а инии от вас ругались кресту Христову, инии от вас на многиа святыя иконы хулные речи глаголали, а инии от вас святыя иконы щепляли и огнем сжигали, а инии от вас крест силолоен⁵⁸⁰⁶ зубы искусали, а инии от вас святыми иконами и кресты о землю били и грязь на них метали, а инии от вас святыя иконы в лоханю метали, да иного поруганна есте много чинили над святыми образы написанных на иконах.

А инии от вас на Самого Господа нашего Исуса Христа Сына Божья и на Пречистую Его Богоматерь многиа хулы изрекли. А инии от вас Господа нашего Исуса Христа Сыном Божиим не звали, а инии от вас на великих святителей и чюдотворцев да и на многих преподобных святых отец хулные речи износили, а инии от вас всю седмь Соборов святых отец похулиша А инии от вас во вся говениа ели мясо и сыры и яйца и млеко, и меж говениа в среду и в пятницю також ели мясо и сыр и яйца и млеко; а вси есте чли суботу паче въскресениа Христова А инии от вас въскресенью Христову и Его святому възнесенью не веруют. Ино все то чинили есте по обычаю жидовскому, противясь Божественному закону и вере христианстей.

И о тех всех безаконных ваших делех были есте испытании сыном моим о Святем Дусе Геннадием архиепископом Новогородским. Да и на Соборе есте перед ним и перед великого князи бояры стояли, да сказывалися есте архиепископу и бояром перед Собором во всех тех злых делех повинни, да и записи есте архиепископу на собя в том подавали и прощения есте в том у архиепископа просили. И Генадий архиепископ, с тех списков ваших речей, переписав подлиникы, да прислал сюде к господину и сыну моему великому князю Ивану Васильевичи) всея Руси, да и к прежебывшему брату нашему Геронтию Митрополиту всея Руси на обличение злых дел ваших прелестных. И вы паки, приехав на Москву здесе били есте челом государю великому князю на Генадиа архиепископа о том, что, рекши, он вас имал и ковал и мучил изо (и)мениа, да грабил животы ваши. Да и здесе есте живучи на Москве те же ерестная дела делали потому ж, как есте чинили в Новегороде.

И господин мой о Святем Дусе князь великый Иван Васильевич всея Руси и с архиепископом, и с всеми епископы, да и со всем священым Собором, и с многыми своими бояры и дьяки, выслушав грамот да и списков Генадиа архиепископа Новогородскаго, да о ваших злых ерестных делех спрашивали есмя вас, и вы ся перед нами запрели, а на Генадиа архиепископа многиа есте хулы говорили. А что перед нами в Соборе здешние люди добрыя да и священници свидетельствовали на вас на лице о вашем безчинии и о поругании и о хуле на святы иконы, и вы того всего позапрелися есте, ино то есте сущии прелестници и отсупници веры Христовы. И за те ваша злыа жидовьскиа дела по божественым и священым правилом святых апостол и святых отец господин пресвященый Зосима Митрополит всея Руси и о Святем Дусе сынове его и съслужебници, Тихон архиепископ Ростовскый, да вси епископи и весь иже о них божественый священый Собор, вас всех ересников осудиша, а вас священиков из сану извергоша, и всех вкупе от святыя Церкви отлучиша.

(Долгов С. О. Московский Собор 1490 года против жидовствующих по новооткрытым документам // ЧОИДР. М., 1902. Кн. 3. Отд. 2. С. 123–125)