Приглашаем Вас пройти Православный интернет-курс — проект дистанционного введения в веру и жизнь Церкви.

протоиерей Николай Малиновский

Приготовление рода человеческого к принятию Искупителя

Приготовление рода человеческого к принятию Искупителя началось тотчас по грехопадении прародителей. С этого времени и до призвания Авраама в родоначальники избранного народа все люди были приготовляемы одинаково, т. е. одними и теми же способами и средствами. Но от призвания Авраама до явление Христа Спасителя иначе был приготовляем народ Израильский (преимущественно путем сверхъестественным), иначе все остальные народы, уклонившиеся в язычество. 397

§ 68. Период общего приготовления – от Адама до Авраама.

Первообетование искупления, как восстановление завета Бога с человеком, – Приготовление рода человеческого к принятию Искупителя началось откровением людям тайны искупления. По объявлении суда правды Своей над преступниками заповеди, Бог дал падшим и надежду на спасение чрез утешительное обетование о Семени жены, имевшем некогда сокрушить главу змия обольстителя. И вражду положу между тобою и между женою, говорил Бог змию в присутствии обольщенных им, и между семенем твоим и между семенем ее (у LXX – καὶ ἀνὰ μέσον τοῦ σπέρματός σου καὶ ἀνὰ μέσον τοῦ σπέρματος αὐτῆς). Оно будет поражать тебя в голову (Αὐτός σου τηρήσει κεφαλήν), а ты будешь жалить (τηρήσεις) его в пяту (Быт.3:15). В этом приговоре искусителю содержится благодатное обетование: 1) разрушение союза между искусителем и искушенными, который сам собою образовался через грех человека (через грех человек вошел в согласие с диаволом, сделался рабом греха, – Ин.8:34) и которого человек уже не мог расторгнуть собственною силою: вражду положу между тобою и между женою; – 2) продолжения борьбы со злом, как с семенем искусителя (родом злых людей – чад диавола) в избранном потомстве прародителей, как в семени жены: вражду положу... между семенем твоим и между семенем ее; – 3) наконец, решительной победы над искусителем, которая будет одержана семенем жены в лице необыкновенного Потомка прародителей, как вождя и главы всего избранного потомства их: оно будет поражать тебя в голову, т. е. в конец сокрушит твою силу (змий, у которого раздавлена голова, не может более жалить), лишит силы (κατάργηση) имеющего державу смерти, то есть диавола (Евр.2:14), а ты будешь жалить его в пяту, т. е. будешь до окончательного поражения своего стремиться вредить Ему. но не можешь принести вреда существенного, будешь жалить Его, но только в пяту, не имея силы и возможности сделать Ему более опасную рану. 398 Что в заключительных словах обетования под семенем жены разумеется определенное лицо, это видно из того, что оно противополагается уже не семени змия, а самому змию. Так понимали эти слова и LXX. Они не согласовали местоимения, относящегося к слову семя (τὸ σπέρμα), в роде среднем, как следовало бы поставить его, а поставили это местоимение в роде мужеском – Αὐτός, т. е. Он (по слав. – Той), разумея под этим семенем, очевидно, определенное лицо мужеского рода. 399 Подтверждением такого понимания может служить и объяснение апостолом подобного же обетования о семени Аврааму (Гал.3:16). Кто именно будет это победоносное Семя жены, первообетованием еще не дается ясного понятия об этом. Но необычайность дела, которое совершит Семя жены, дает видеть в этом семени нечто необычайное, – Существо могущественнейшее, высшее духа злобы, наименование же Его семенем жены, а не мужа, как в обычае (т. е. относить семя или потомство к мужу) всего рода человеческого и особенно в древних родословиях (Быт.10; 1Пар.1–9; Мф.1:1–16), прикровенно указывает «на потомство, которое выше природы, на чудесное рождение сына от жены без мужа, на рождение Христа-Богочеловека от Девы» (митр. Филарет). 400 В первообетовании дается также понять, что победа Семени жены над диаволом будет соединена с некоторою со стороны Победителя жертвою и страданиями низшей стороны Его существа (а ты будешь жалить его в пяту). Таким образом, в первообетовании Божием содержатся основные истины евангелия, почему справедливо отцы церкви назвали его первоевангелием (πρῶτον εὐαγγέλιον).

Давая обетование, Господь хотел предохранить души первых людей от гибельного отчаяния, в которое они могли впасть, услышав страшный приговор о самих себе. В какой мере оно было понято первыми людьми, этого, конечно, определить нельзя, но во всяком случае понято и принято ими, как обетование спасения и жизни рода человеческого. Это видно из того, что Адам в силу такого понимания виновницу смерти своей назвал жизнью (евр. Ева, в пер. LXX – ζοή), ибо она стала матерью всех живущих (Быт.3:20), а Ева своего несчастного первенца назвала Каином, сказав: приобрела я человека от Господа (4:1), чего не могло быть без живой веры в обетование спасения.

Такое обетование есть восстановление завета Божия с человеком, разрушенного грехопадением первых людей. Завет этот называется благодатным, так как человеку ниспослан дар спасение даром, не только без всякой заслуги с его стороны, но и вместо вечного осуждения за вину его, ибо каждый человек, как грешник, подлежит гневу и суду Божию (Рим.5:8; Еф.1:7; 2:4–5). Он отличается от первобытного завета тем, что тот был завет видения и непосредственного общения с Богом (а вместе состоянием блаженства в раю), а этот – завет веры в Искупителя и надежды на будущее блаженство. Жившие до явления Искупителя спасались или чаяли получить спасение верою в Него, как Грядущего – подобно тому, как и мы спасаемся верою в Него, как пришедшего Искупителя. Как заключенный с родоначальником всего человеческого рода, он простирался на всех без исключения потомков Адама, на людей всех времен и всех народов. Но человек вступать в этот союз должен был свободно, свободно принимать дары благодати и подчиниться необходимым, для сохранения их условиям. Отселе вера в Искупителя, как чаяние Его предшествия и, по этой вере, покаяние пред Богом и надежда на Бога должны были сделаться законом жизни и деятельности человека.

Промыслительные действия к распространению и сохранению между людьми первообетования, веры и благочестия. – С дарованием людям обетования о великом Потомке-Избавителе, смотрение (οἰκονομία) Божие о человеке естественно должно было состоять в сохранении и распространении между людьми спасительного чаяния пришествия Искупителя и вообще в охранении веры и благочестия между людьми, при необходимости для них борьбы с диаволом и его семенем. Средствами для этого, кроме общепромыслительных действий Божиих в мире, служили: наказания, постигшие прародителей и их потомков за грех (изгнание из рая, обречение на изнурительные труды, смерть телесная и другие бедствия), явления и откровения Божий людям, некоторые чудесные события, как чудесное переселение Еноха от земной жизни к небесной, без подчинения закону телесной смерти (Быт.5:24; ср. 4Цар.11:5; 2Кор.5:4; Евр.11:5), чем дан для всех родов образ покаяния и праведной жизни вместе с наградою за эту жизнь (Сир.44:15), 401 долголетие допотопных патриархов (от 700 до 900 л. и более), способствовавшее сохранению и распространению между людьми обетований об Избавителе и преданий о первобытных блаженных временах и др. 402 Особенное же значение в ряду приготовительных средств имели: 1) жертвы, 2) потоп и 3) смешение языков и рассеяние племен.

I. Происхождение жертв восходит к первым временам человеческого рода. Каин и Авель, сыны Адама, уже приносили жертвы Богу, и притом Авель – от первородных стада своего (Быт.4:3, 4). Первая жертва, вероятно, принесена была еще в раю (конечно, по грехопадении прародителей). Догадываются, что кожаные одежды, в которые облек Бог Адама и жену его, сделаны были из кожи животного, принесенного в жертву. 403 Невероятно, чтобы сам Авель изобрел жертвенное богослужение. Разум сам собою никогда не мог прийти к мысли кровью животного умилостивлять гнев Божий за беззакония человеческие. В средстве, очевидно, нет ничего соответствующего цели. Жертва Авеля необходимо наводит на мысль, что приносить в жертву первородных Авель научился от Адама, Адам – от Бога, а Бог явил в них Агнца, закланного от основания мира (Откр.13:8). Жертвенное богослужение распространилось во всем человеческом роде и жертва сделалась необходимою принадлежностью религией всех народов, всех времен. Воспитательное значение жертв в деле приготовления людей к Искупителю, особенно в их чистом виде, состояло в следующем. В своей жертве человек видел, что оброк или наказание греха есть смерть. Заклание жертвенного животного изображало ему его собственную повинность смерти. Следовательно, жертва напоминала человеку, или вводила его в сознание своих грехов (Евр.10:3), виновности пред Богом, повинности смерти. С таким сознанием пробуждалась потребность и желание избавления от греха и смерти, а это естественно обращало человека верою и упованием к прообразуемому жертвою Избавителю, Который некогда Сам Себя принесет в жертву для спасения людей. Вместе с сим жертва предохраняла от отчаяния и ниспадения в бездну зла, ибо с жертвою соединялась вера, что жертвенною кровью неповинного может быть смягчен гнев небесного правосудия и что в крови обитает примиряющая сила, потому что без пролития крови нет прощение грехов (Евр.9:22). У народов языческих истинный смысл жертв затемнился; на языческих алтарях не мало пролито было и человеческой крови, и самые жертвоприношения сопровождались необузданным развратом под видом жертвенного служения божеству. Но вера в умилостивительную и искупительную силу не погибла и в языческих представлениях о жертве. Даже в самых чудовищных формах языческих жертвоприношений сказывается сознание того, что сами люди недостойны приблизиться к Богу, что они погрешили против Бога и тем заслужили смерть, и что искупить вину и примирить с Богом может добровольная искупительная жертва.

II. Всемирный потоп был вызван чрезвычайным развитием зла и греха на земле, готовых заразить все человечество, к тому времени весьма размножившееся. 404 Злое семя в лице потомков Каина готово было подавить добро в лице благословенного потомства Сифа. Вся земля сделалась позорищем насилий, преступлений, разврата и нечестья. Но земля растлилась пред лицем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями. И воззрел Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила путь свой на земле (Быт.6:11–12). Греховная беспечность и самозабвение достигли в них такой степени, что люди не вразумились и не пришли к покаянию и после возвещенного им за 120 л. грядущего наказания за нечестие и даже при ясных признаках наступления потопа (Мф.24:33, 39). Своею нераскаянностью и отделением от источника жизни – Бога злое семя людей само себя обрекло на смерть. Когда потопные воды омыли землю от греховных скверн, Бог дал обновленному миру торжественное обещание – не посылать на землю наказания подобного потопу. 405 Человечество, в лице Ноя получив от Бога благословение на размножение, могло народиться в новом виде. Но вместе с сим Богу угодно было не без мудрых целей сократить и продолжительность жизни послепотопного человечества (Фарра, отец Авраама, жил всего 205 л., а с течением времени еще более сократилась жизнь человека).

III. В послепотопном человечестве злое семя, особенно в лице потомков Хама, снова выступило наружу. Хамиты и другие с ними племена возымели высокомерное предприятие построить город и воздвигнуть башню до небес, т. е. до небесных облаков. Сосредоточение человечества около одного всемирного центра угрожало опасностью нового всеобщего развращения, как пред потопом. Вредное нравственное влияние т. н. всемирных городов (в древности Вавилона, впоследствии Рима и др.), где скоплялась и откуда распространялась по всему миру нравственная зараза, не подлежит никакому сомнению. Вследствие этого в планах Божественного провидения решено было рассеяние племен по разным частям света и смешение языков. При рассеянии по разным странам если бы в каком-либо народе развилось нечестие, извращение религиозно-нравственных понятий, то, при разобщенности жизни и отсутствии общего языка, оно не заразило бы другие племена; погибали бы только зараженные грехом отдельный ветви членов рода, а остальной род человеческий мог оставаться целым и продолжать свою историческую жизнь, осуществляя в ней промыслительные планы Божии о спасении людей от греха. Даже если бы и все, за исключением одного племени или семейства, развратились и отпали от Бога, то и тогда бы Бог чрез это племя или семейство мог спасти весь род человеческий. Но чтобы рассеянье племен достигло своей цели и навсегда сделалась невозможною всемирная централизация, необходимо требовалось разделение языков. Различие языка во все времена служило и служит, самым действительным средством разделения народов, – более действительным, чем географическая пространства. В св. Писании поэтому рассеянье племен связывается со смешением языков, как следствие с причиной. 406

Смешением языков и рассеяньем народов закончилась общая история первобытного человечества и положено начало истории отдельных народов. Древний мир стал жить разрозненною народною жизнью; народная обособленность была основною характеристическою чертою всей его истории и всего его духовного развития. Это разделение на отдельные племена и народности не препятствовало им оставаться верными первоначальной истинной религии, хранить и исполнять завет Божий. Разрозненные народы во всех поясах земли могли признавать единого истинного Бога и прославлять Его на всех языках, помнить обетования Божии об Искупителе, данные Адаму и Еве и в нравственной своей жизни по природе законное делают (Рим.2:14). Но древний мир не осуществил этой возможности. Столетий чрез 7–8 после потопа на земле повсеместно распространилось нечестие. Появилось язычество, которое охватило все племена земные, в соединении с глубоким нравственным растлением. Только немногие избранные помнили завет Божий и чтили Бога Адамова и Ноева (напр. Мелхиседек, Авимелех, Авраам, Лот). Без особенного Божия попечения весь мир скоро сделался бы языческим и вера в обетованного Избавителя совершенно исчезла бы. Тогда Господь, не желая допустить вторичной гибели рода человеческого, благоволил снова спасти людей от губившего их греха чрез создание Себе нового народа среди мира, погруженного в нечестие и идолопоклонство, дабы этот народ послужил тайне спасения и всего человечества.

§ 69. Приготовление народа еврейского

Новый народ, воздвигнутый Богом, был народ еврейский. Родоначальником этого народа был Авраам, – муж чистой и твердой веры, сын Фарры, из потомства Симова. Избрав Авраама быть родоначальником нового народа, Бог отделил его от прочих людей, чтобы воспитать в нем отца верующих и обещал ему, еще бездетному, произвести от него великий народ, благословить его, возвеличить имя его и, наконец, воздвигнуть ему Семя, в котором будет благословение для всех народов земли (Быт.12:1–4). С избранием Авраама приготовительные действии Божии к искуплению сосредоточились в одном избранном племени, в потомстве Авраама, сделавшемся наследственным уделом Божиим из всех народов земли (Втор.9; Исх.19:5).

Особенное попечение Божие об этом народе Писание изображает весьма наглядно, когда сравнивает еврейский народ с виноградником, который насадил Сам Бог, а промыслительные действия Божии о внутреннем благоустроении этого народа и ограждении его от вредных языческих влияний уподобляет заботам о винограднике виноградаря, который обнес его оградою, очистил от камней, насадил в нем отборные виноградные лозы, построил посреди башню и выкопал в нем точило (Ис.5:1–7; сн. Иер.2:21; Мф.21:33–15). Главнейшими воспитательными средствами к выполнению этим народом своего назначения быть хранителем истинного богопознания и обетований об Искупителе и послужить тайне спасения всего человеческого рода, были: I) дарованное этому народу божественное откровение вообще и в особенности откровение тайны спасения через обетования и пророчества о Мессии; II) прообразы о Нем, особенно обрядовые; III) закон, – нравственный и гражданский и IV) вся беспримерная, исполненная чудес, история этого народа.

I

Создав Себе в потомстве Авраама новый народ, Бог воспитывал его посредством откровения вообще. Остальные народы не способны были к принятию откровений непосредственно от Бога, доступным для них оно могло сделаться только через посредство других людей. Но среди еврейского народа всегда были мужи, которые являлись достойными и способными быть органами Божественного откровения для сообщения его всему своему народу и всем язычникам. И Бог многократно и многообразно говорил к Израилю (Евр.1:1), чтобы привести этот народ, а через него и все человечество, к Искупителю. Многих откровений Божиих и богоявлений удостоились сами патриархи еврейского народа. Потом Бог торжественно даровал потомству Авраама письменный закон чрез Моисея и посылал целый ряд пророков (посылал всякий день с раннего утра – Иер.7:25; сн. Ам.3:7), которые, по вдохновению от Духа Св., устно и письменно изрекали людям слова Иеговы. Истины веры и нравственности были сообщаемы Израилю постепенно, сообразно со степенью его восприемлемости и духовным развитием. Эти истины суть те же истины, что и истины религии новозаветной, с тем различием, что в ветхом завете не дано этим истинам – догматическим и нравственным – такого полного и ясного раскрытия, как в новом завете. Понятно значение откровения Божия для приготовления людей к принятию Искупителя.

Но особенную важность в этом отношении имело откровение тайны домостроительства человеческого спасения, для служения которой и призван был народ еврейский. Учение о спасение человека составляет основную мысль ветхого завета, можно сказать, душу ветхозаветной религии, – центр, около которого сосредоточивается и вероучение, и нравоучение, и культ богослужебный, и, наконец, самая жизнь народа. Для воспитания веры в будущего Избавителя или Мессии служили прежде всего обетования и пророчества о Мессии, в которых с постепенностью раскрывалось и уяснялось общее откровение этой тайны, данное прародителям. 407 Приведем главнейшие из них в порядке времени возвещения их людям. 408

а) Обетования и пророчества о Мессии от призвания Авраама до Давида.

Не многочисленны относящиеся к этому времени обетования и пророчества об Искупителе, но в них существенно новыми чертами восполняется образ Его, начертанный в первоевангелии. Первообетование о Семени жены Бог благоволил подтвердить уже родоначальникам еврейского народа, – Аврааму, Исааку и Иакову. – Заключая завет с Авраамом, Бог, с благословением умножить семя его, как звезды небесные и как песок морской, изрек ему: благословятся в тебе все племена земные (Быт.12:3) и впоследствии, при жертвоприношении Исаака, изъяснил ему, что это благословение есть благословение в семени его: и благословятся в семени твоем все народы земли (22:18). Это обетование в последнем виде было повторено Исааку (26:4) и Иакову (28:11). Смысл обетования тот, что от Авраама, Исаака и Иакова произойдет Семя или такой великий и необыкновенный Потомок, чрез которого благословятся все народы земли. Очевидно, ни к кому другому, кроме Мессии, это обетование относиться не может. Никто из потомков Адама, по причине греховности (Еф.2:3) и тяготеющего над каждым проклятия, не может сделаться источником благословения не только для всех, но и для себя. Равно ни весь происшедший от Авраама народ, ни отдельные лица его благословением для народов не были. Народами хананейским евреи принесли только одно опустошение, а для других народов были полезны лишь тем, о чем говорится в обетовании – служением тайне спасения всего человечества. Что под Семенем благословения разумеется именно Искупитель, Который, призвав все народы в Свое царство, действительно стал предметом благословения всего мира, в этом удостоверяет и ап. Павел, когда говорит: Аврааму даны были обетования и семени его. Не сказано: и потомкам, как бы о многих, но как об одном: и семени твоему, которое есть Христос (Гал.3:16). Так объяснял это обетование и ап. Петр пред иудеями (Деян.3:25–26), так (т. е. относящимся к Мессии) оно было понимаемо и самими иудеями как до пришествия Христова, так и после. В этом обетовании таким образом первоевангелие о семени жены – Сокрушителе змия восполняется указанием, что Мессия произойдет от Авраама через Исаака и Иакова, и что Он будет источником благословения для всех народов.

В пророчестве Иакова еще более частными чертами изображается Семя жены. Патриарх Иаков, благословляя пред смертью своею сыновей своих и желая сказать, что будет с ними в грядущие дни, при пророчественном благословении Иуды, между прочим предрек ему: не оскудеет князь от Иуды и вождь (у LXX – ἄρχων ἐξ Ιούδα καὶ ἡγούμενος) от чресл его, дóндеже (ἕως ἐαν т. е. пока не, а не после того как) приидут отложеная ему (τὰ ἀποκείμενα αὐτῷ, в евр.– schiloh): и той чаяние языков, или по переводу с еврейского: не отойдет скипетр (ebp. schevet) от Иуды и законодатель (евр. mechokek) от чресл его, доколе не приидет Примиритель (евр. Schiloh), и Ему покорность народов. (Быт.49:10). В пророчестве указывается на царственное величие и власть потомства Иуды и особенно того лица, которое произойдете из этого потомства. Скипетр от Иуды и законодатель (или вообще законодательная власть), как знаки царского достоинства, не отнимутся от Иуды до тех пор, пока не придете из потомства его Тот, Который будет иметь значение schiloh (или, по другому чтению, – schelloh) – Примирителя и Которому покорятся все народы. Таким лицом не могли быть ни Давид, ни Соломон, ни кто-либо другой из царей колена Иудина, но именно Мессия, царство Которого есть царство над всеми народами, и владычество которого есть владычество мира и счастья для верующих в Него, – Который в ветхом завет изображается Князем мира (Ис.9:6), водворяющим мир на земле (11:6–9), а в новом – миром нашим (Еф.2:14; Рим.5:1; Лк.2:14) и источником, мира (Ин.14:27). Ему одному была предвозвещена покорность народов другими обетованиями и пророчествами ветхого завета (Пс.2:8; Ис.11:10). Само время, в которое, по пророчеству Иакова, должен наступить конец для царства Иуды, может быть не другое какое-либо, а именно время пришествия Мессии и начало Его царства. К Мессии и Его царству относило пророчество Иакова предание не только христианское, но и иудейское (в древних таргумах schiloh передается именно словом Мессия). Таким образом по смыслу этого пророчества: 1) Мессия произойдет от державного племени Иуды, 2) придет тогда, когда, когда Иуда перестанет иметь своих правителей и царей, 3) по пришествии Его царство Иудино заменено будет всемирным царством покорных Искупителю народов. Дополнение последней черты о покорности Мессии всех народов дано в пророчестве Валаама о звезде, имевшей воссиять от Иакова, и жезле, имеющем восстать от Израиля (Числ.24:17–18). Хотя ближайшим образом оно исполнилось на Давиде (2Цар.8:2, 14; Пс.59:10; 107:10), но христианское предание относит оное преимущественно к Мессии.

Через Моисея, пророка Божия и вождя народа еврейского, Господь Бог дал такое утешительное предсказание Израильтянам: Я воздвигну им Пророка (евр. navi – един. ч.) из среды братьев их, такого как ты, и вложу слова Мои в уста Его, и Он будет говорить им все, что Я повелю Ему; а кто не послушает слов Моих, которые [Пророк тот] будет говорить Моим именем, с того Я взыщу (Втор.18:18–19). То же пророчество с наставлением – Его слушайте повторил и от своего имени Моисей (Втор.18:15). Ни один из пророков, которые впоследствии являлись среди народа израильского, не был подобен Моисею. Моисей был не только возлюбленнейший и приближеннейший к Богу пророк, с которым Иегова говорил устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях (Числ.12:6–8; Втор.34:9–12), но и вождь, освободивший народ свой от ига фараонова, а также законодатель и посредник (Гал.3:19) или ходатай между Богом и народом, ходатайствовавший за него при заключении ветхого завета между Богом и народом, и, наконец, чудотворец. Эти черты существенно отличают Моисея от всех пророков, бывших во все продолжение времени – от смерти его до И. Христа. 409 В возвещаемом пророке, подобном Моисею, очевидно, предуказывается тот необычайный пророк, который не только был подобен Моисею, верному слуге Божию (Евр.3:5), но и превосходил его, как Сын в доме Его (ст. 6), Единородный Сын, сущий в недре Отчем (Ин.1:18; 10:30 и др.), И. Христос – Законодатель (Иак.4:12) и ходатай нового завета (Евр.9:15; 12:24), – лучшего в сравнении с ветхим (8:6), Вождь и Начальник спасения нашего (2:10), избавившего нас от власти тьмы (Кол.1:13) мысленного фараона – диавола. Только Ему одному Бог требовал послушания словами Моисея – Его слушайте (Мф.17:5) и за непослушание Ему именно, согласно пророчеству Моисея, наказал весь преступный иудейский народ разорением и рассеяньем по всему миру (Втор. 28 гл.; сн. 32 гл. и Лев. 26 гл.). Не иначе, как пророчеством Моисея надобно объяснять и то общее ожидание великого пророка, которое было распространено между современниками Господа (Ин.1:45; 4:25; 6:14; Лк.7:16). Это пророчество, без сомнения, имел в виду и Сам И. Христос, когда говорил: он (Моисей) писал о Мне (Ин.5:46; сн. Лк.24:4). К Мессии относили оное ап. Петр и первомученик Стефан (Деян.3:22–24; 7:37).

Таковы главнейшие обетования и пророчества о Мессии от призвания Авраама до Давида. Нельзя не видеть мудрой постепенности, с какою Бог давал избранникам Своим откровения о Мессии (сначала в общих, а потом и более частных), располагая тем к более глубокому уразумению оного.

б) Пророчества о Мессии в Псалтири.

Во времена царственного пророка Давида образ Мессии обозначен новыми и еще более частными чертами. Через пр. Нафана Бог возвестил Давиду, что Спаситель мира произойдет из потомства его и будет Царем духовного, вечного царства: восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его. Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его на веки. Я буду Ему отцом, и Он будет Мне сыном… Царство Твое на веки пред лицем Моим, и престол Твой устоит во веки (2Цар.7:12–14, 16; сн. Лк.1:32; Деян.2:30; Евр.1:5). Получив от Бога отрадное обетование о великом своем Потомке, царственный пророк (бывший и лично прообразом Мессии) постоянно воспевает в псалмах грядущего Спасителя. Это обетование, а также личное преобразовательное значение Давида давали основание и другим псалмопевцам говорить в своих гимнах о Грядущем. Учреждение в народе новой, не бывалой до того времени царской власти, в связи со свойствами царствования Давида и Соломона (могущество, слава их, а при Соломоне – и мир), давало образы к раскрытию царского достоинства Мессии и величия вечного духовного царства Его. Но вместе со славою Мессии у псалмопевцев, особенно у самого Давида, находятся поразительные по своей ясности предъизображения уничижения и страданий Мессии, вообще Его первосвященнического служения. В новозаветных книгах приводится и прилагается ко Христу и Его церкви очень много пророчеств из Псалтири, а некоторые из псалмов являются пророчественно-мессианскими во всем своем объеме или в значительной части своего содержания (Псалмы: 2, 8, 15, 21, 39, 44, 67, 68, 71, 86, 88, 49, 108, 109 и 117). Величие лица Мессии, царства и славы изображены преимущественно в псалмах 2, 44, 71 и 109, состояние уничижения и страданий Его – в псалмах 21, 39 и 68. Укажем главнейшие, наиболее ясные и прямые пророчества Псалтири о лице и служении Спасителя.

Обетованный Искупитель называется в Псалтыри (2:2, 6) прямо Мессией – Христом (евр. Maschiach, греч. Χριστός, рус. Помазанник), – Христом не в том нарицательном смысле, как помазанниками назывались в ветхом завете цари (не только еврейские, как напр. Саул в 1Цар.21:7, 11, Давид во 2Цар.12:21, 25, но и языческие – Ис.45:1; Дан.9:25), первосвященники (Исх.29:7; 28:41; Лев.4:3, 5, 16), пророки (3Цар.19:16), а в значении собственного имени Спасителя – Мессии, совмещающего в Себе, как едином, самом достойном помазаннике, служение первосвященника, пророка и царя (Мф.26:63; Рим.1:4, 8, 32; Деян.13:34). Помазал Тебя, Боже (Elohim), Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих (Пс.44:8). О лице Мессии в Псалтири предвозвещается, что Он имеет божественное достоинство: Господь сказал Мне, говорит Мессия от Своего лица: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя (Пс.2:7). Он называется Сыном Божиим не в том несобственном смысле, как, напр. потомки Сифа (Быт.6:1), судьи (Пс.81:6, 16), цари (2Цар.7:14), весь Израиль (Исх.1:22), а в особенном и исключительном смысле – единородного Сына Божия. Давид исповедует Мессию Господом, имеющим вечное бытие от Бога: Сказал Господь (Iehovah) Господу (Adonai, имя Божие, соответствующее – Κύριος, Господь, Владыка): седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих.... Из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое (Пс.109:1, 3). Но Мессия-Бог имеете воспринять на себя человеческую природу от царственного семени Давида и Соломона (44:17–18; 11:1; 88:30; 131:11). Он будет прекраснее сынов человеческих (44:3).

О царственном величии и могуществе Мессии в Псалмах возвещается подробно и нередко в образах, взятых от земных царств. Мессия имеет явиться могущественным, славным Царем над Сионом. Он Сам говорит о Себе: Я помазал Царя Моего над Сионом, святою горою Моею; возвещу повеление: Господь сказал Мне: Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя; проси у Меня, и дам народы в наследие Тебе и пределы земли во владение Тебе (2:6–8). Царство Мессии – царство вечное: престол Твой, Боже (Elohim), вовек (44:7); семя его (Давида) пребудет вечно, и престол его, как солнце, предо Мною, вовек будет тверд, как луна (88:37–38; сн. 5 и 30 ст.). Целью царствования Мессии будет распространение на земле истины, кротости и правды: Препояшь Себя по бедру мечом Твоим, Сильный, славою Твоею и красотою Твоею, и в сем украшении Твоем поспеши, воссядь на колесницу ради истины и кротости и правды, и десница Твоя покажет Тебе дивные дела... Жезл (скипетр т. е. Царя-Мессии) правоты жезл царства Твоего. Ты возлюбил правду и возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже (Elohim) , Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих (44:4–5, 7–8). – Во дни его процветет праведник, и будет обилие мира (71:7). Царство Мессии будет простираться от моря до моря и от реки (реки т. е. Евфрата) до концов земли; падут пред ним жители пустынь, и враги Его будут лизать прах; цари Фарсиса и островов поднесут ему дань; цари Аравии и Савы принесут дары; и поклонятся Ему все цари; все народы будут служить Ему (71:8–11). Все концы земли увидели спасение Бога нашего (97:3; сн. 2:8; 46:9; 85:9; 106:3 и др.). Замыслы врагов, царей и народов земных против Господа и Христа Его с целью «расторгнуть узы их и свергнуть с себя оковы их» будут тщетными: Господь поругается им… и яростью Своею приведет их в смятение… П оразит их жезлом железным; сокрушишь их, как сосуд горшечника (Пс.2:4, 5, 9). Господь одесную Тебя. Он в день гнева Своего поразит царей; совершит суд над народами, наполнит землю трупами, сокрушит голову в земле обширной (109:5–6). Все враги царства Мессии будут положены в подножие ног Мессии (109:1; сн. 44:6). Члены царства Мессии будут наслаждаться полнотой духовных благ: они будут лицезреть Бога, наслаждаясь блаженством в деснице Твоей (15:11; 16:15; 35:8–9); сердца их вследствие общения с Богом живым (17:47; 41:3; 83:3), Источником жизни (35:10; 41:9), будут живы пред Господом во век века (21:27); душа их будет жива (68:33); грехи их будут прощены, они будут очищены от всех беззаконий (44:4; 38:9, 50; 129:3–4; 18:13–14) и потому будут испытывать духовную радость и веселие (5:12; 39:17). Нищие, кроткие, убогие, гонимые праведники и все страдальцы земли найдут удовлетворение личных сердечных потребностей – спасение и блаженство (71:2–7, 13–16; 9:33; 139:13). И будет имя Его (Царя-Мессии) благословенно во веки,... и благословятся в Нем вся колена земная (т. е. спасены будут от греха и примирены с Богом чрез Мессию), вси язы́цы ублажать Его... Вся земля исполнится славы Божией (ц.-слав. – 71:17, 19), Как царство духовное, царство Мессии называется у псалмопевцев жилищем Господним (14:1), жилищем праведников (117:15–20), святою горою Господнею (14:1; 42:3), царством праведников (144:18–20; 35:11) и святых (109:4).

Подробно предначертан в псалмах и образ Мессии-Страдальца первосвященника, имеющего Самого Себя принести в умилостивительную жертву за грехи мира. Клялся Господь и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека (109:4) Жертвы и приношения Ты не восхотел; Ты открыл мне уши (тело же свершил ми еси – в ц.-слав. Библии; тело уготовал Мне – Евр.10:5); всесожжения и жертвы за грех Ты не потребовал. Тогда я сказал: вот, иду; в свитке книжном написано о мне: я желаю исполнить волю Твою, Боже мой (39:7–9; сн. 68:31–32). По объяснению апостола (Евр.10:5–10) в этих словах Мессии, изреченных устами Давида, указывается на отмену ветхозаветных жертв и замену их телом И. Христа, единожды навсегда принесенным, на Голгофе за грехи всех людей. Жизнь Мессии, принявшего человеческое тело, изображается в псалмах жизнью Праведника-Страдальца. Будучи лично невинным и праведным рабом Иеговы (68:5–7, 18; 21:10–11), ревнующим о доме Божием (68:10), возвещающим о милости и истине Его в собрании великом (39:10, 11), Мессия, по пророчествам псалмов, будет испытывать тяжкие и несправедливые гонения. У Него врагов более, нежели волос на голове (68:5); от них Он будет терпеть презрение, уничижение, посрамление, уподобление червю (21:7; 68:20). Особенно же много указаний в псалмах на последние события земной жизни Спасителя: предсказывается вход Его в Иерусалим (8:3; 117:26), злоумышления иудеев (11:2–5; 40:6–9; 118:3–5), предательство Иуды (7:15–16; 37:12; 40:7, 10). Обстоятельства страданий И. Христа изображаются в псалмах с такою поразительною точностью, что некоторые изречения писаны царственным пророком как бы у самого подножия Голгофы и креста, так что между событием и пророчеством видно иногда не только полное, но даже буквальное соответствие (напр. ср. Пс.21:2, 8, 9 с Мф.27:39, 43, 46; Пс.21:19 с Ин.19:24). Искупитель представляется в псалмах страждущим не за Себя, но ради нас (68:5; 71:4, 12; 87:8; 137:8), долготерпеливо переносит уничижения и тяжкие страдания (30:10, 11; 21:15, 16; 54:5–6; 68:2–30; 108:22–24), лжесвидетельство (34:11, 12), заушение и бичевания (37:18), посмеяние (108:25), пригвождается ко кресту (67:19; 87:16), напояется желчью и оцтом (68:22), взывает к Отцу (21:2; 141:2–4), умирает (87:5), погребается (21:16; 87:7), одежды Его разделяются по жребию (21:19). Предуказываются в псалмах и последующие события, а именно: сошествие Его во ад (15:10; 29:4; 67:5; 87:6, 16; 106:16), воскресение (15:8–10; 11:6), вознесение на небо и сидение одесную Бога, дабы покорить под ноги Себе врагов Своих (Пс.23:7; 109:1).

в) Предсказания пророков.

После времен Давида среди народа Израильского сияло подобно светильнику слово пророческое (2Пет.1:19). Предсказания пророков о Мессии, о Христовых страданиях и о последующей за ними славе (1Пет.1:10, 11), многочисленны и разнообразны. Приведем главнейшие и очевиднейшие предсказания пророков: 1) о лице Мессии, 2) Его служении, 3) происхождении по плоти и 4) обстоятельствах Его жизни.

I. О лице Мессии пророки, подобно псалмопевцами, учили, что Он будет Бог и человек. Учение о божестве Мессии раскрывалось всеми пророками в разных степенях ясности. Так, пр. Исаия усвояет Мессии наименование Еммануил (7:14), что, по объяснению евангелиста (Мф.1:23), значит с нами Бог (евр. Emmanuel составлено из слов: em – с, anu множ. ч. от ani – я и El – Бог). Он же говорит о Мессии: нарекут имя Ему: Чудный, Советник, Бог крепкий (евр. el gior), Отец вечности, Князь мира (Ис.9:6), Бог и Господь (40:3, 10). Пр. Иеремия свидетельствует: вот имя Его (Мессии), которым будут называть Его: Господь (Jehovah) оправдание наше (23:6; 33:16). Пр. Малахия называет Ангела завета, имеющего явиться в храме, Господом (3:1). У пр. Варуха о Мессии говорится: Бог наш явился на земле и обращался между людьми (3:36–38). Пр. Михей усвояет Ему божественное свойство вечности: Которого происхождение из начала, от дней вечных (5:2). Пр. Даниил, хотя и называет Мессию подобным сыну человеческому, но усвояет Ему божественную вечную власть (7:14).

Что Мессия будет и человеком, это предполагается предсказаниями пророков о месте и способе рождения Мессии от Девы, о роде, из которого Он произойдет и различных обстоятельствах Его жизни. Особенно знаменательно наименование Его у пр. Даниила Сыном человеческим, какое так часто прилагал к Себе явившийся Мессия (встречается в евангелиях 85 раз). В этом наименовании дается прямое указание, что Он примет на Себя природу всех людей, почему каждый в отдельности человек, к какой бы народности ни принадлежал, будет родствен Ему по плоти, как Адаму, и что Он будет в собственном и строгом смысле человеком, истинным человеком, – таким, каким должен быть человек (се человек Ин.19:5), – безгрешным. 410

II. Служение Мессии пророки, согласно более ранним обетованиям и пророчествам, изображают трояким: пророческим, первосвященническим и царским, но в более подробных и частных чертах.

а) Явление Мессии, как пророка и пророка всемирного, т. е. не для одних только иудеев, но и для всех народов, имеющего возвестить новый закон, яснее других предсказали великие пророки Исаия и Иеремия.

Пр. Исаия свидетельствует от лица Мессии, что Его пришествие будет иметь целью благовестие: Дух Господа Бога на Мне, ибо (οὗ ἕνεκεν – можно передать и так: ради чего, почему) Господь помазал Меня, благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение и узникам открытие темницы, проповедывать лето Господне благоприятное и день мщения Бога нашего, утешить всех сетующих (Ис.61:1–2). Пророчество, это отнес к Себе Сам И. Христос, засвидетельствовав в Назаретской синагоге: ныне исполнилось писание сие, слышанное вами. И все засвидетельствовали Ему это, т. е. все согласились (Лк.4:13–22). Частнее пр. Исаия предуказывал, что деятельность пророка-Мессии откроется в земле Завулоновой и земле Невфалимовой, в Галилее языческой: народ, ходящие во тьме, увидит свет великий, на живущих во стране и тени смертной свет воссияет (Ис.9:1–2; сн. Мф.4:13–16). Мессия возвестит истину Божию не иудеям только, но и всем народам: Он будет в завете для народов, во свете для язычников (42:6; 49:6; сн. Лк.2:32), солнцем правды (Мал.4:2), на закон Его (у LXX – на имя Его) будут уповать все острова или народы (Ис.42:4; 52:10; 55:4). В чертах особенно выразительных раскрывается всемирное значение пророческого служения Мессии в пророчестве Исаии о явлении и возвышении горы Господней: будет в последние дни, говорит пророк, гора дома Господня (т. е. Сион, на которой построен храм Иерусалимский, будет поставлена во главу гор) будет поставлена (ἐμφανές – будет видимою, славною, известною для всех) и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы. И пойдут многие народы и скажут: придите, и взойдем на гору Господню, в дом Бога Иаковлева, и научит Он нас Своим путям (путям жизни, Богом указанные и к Богу ведущие) и будем ходить по стезям Его; ибо от Сиона выйдет закон, и слово Господне – из Иерусалима. И будет Он судить (можно думать в смысле Ин.3:8) народы… (2:2–4; сн. Мих.4:1–5). По предъизображением того же пророка с явлением Мессии земля будет наполнена ведением Господа, как воды наполняют море (11:9; сн. Авв.2:3, 4, 14; 3:13).

По предсказанию пр. Иеремии, Мессия – пророк возвестить людям именно новый закон, отличный от данного чрез Моисея, а не возобновит только древний, Моисеев: Вот наступают дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды новый завет, не такой завет, какой Я заключил с отцами их в тот день, когда взял их за руку, чтобы вывести их из земли Египетской; тот завет Мой они нарушили, хотя Я оставался в союзе с ними, говорит Господь. Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. Плодами этого завета будут всеобщность боговедения и прощение грехов (Иер.31:31–35; сн. 32:37–40; Ис.42:6; 49:8; Евр.8:6–13). В приведенных пророком словах Божиих дается понять, что отличие нового завета от ветхого состоять будет, во 1-х, в том, что ветхий завет был прерван, следовательно, имеет временный характер, и, значит, новый завет будет вечным, (что выражено пророком и прямо в 35–37 ст.; сн. Дан.9:27; Евр.8:6–13); во 2-х, в том, что заповеди нового завета начертаны будут в мыслях и в сердце, а не на каменных скрижалях, как заповеди ветхого завета (2Кор.3:3), при чем всем вступившим в этот завет будут прощены грехи, они будут людьми Божиими, а Бог будет их Богом (33 ст.). На последнюю отличительную черту нового завета – духовно нравственное перерождение человека не раз указывали и друге пророки. Так Иегова устами пр. Иезекииля говорит: И окроплю вас чистою водою, и вы очиститесь от всех скверн ваших, и от всех идолов ваших очищу вас. И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой (Иез.36:26–28; сн. Иоил.2:28–29).

А пр. Малахия предсказывал, что Мессия вместо ветхозаветных жертв и, следовательно, обрядового закона Моисея установит новую чистейшую жертву, которая будет приноситься во всех странах мира (1:10–11).

б) О первосвященническом служении Мессии пророки предсказывали, что Мессия, как иерей необыкновенный, не по чину Ааронову, а по чину Мелхисидекову, имеет принести и жертву необыкновенную, – Самого себя, и не за грехи личные, а за грехи всего мира. Кратко это предъуказано в пророчестве Даниила: и по седминах шестидесяти двух потребится (предан будет смерти) помазание (χρίσμα – вместо Χριστός; подобно сему – спасение вместо Спаситель у Ин.4:22; Ис.40:5), и суд не будет в нем, т. е. хотя и не будет в Нем никакой вины (ц.-слав.; в русском перев. – И по истечении шестидесяти двух седмин предан будет смерти Христос, и не будет). Но особенно ясно и подробно предъизобразил существо и обстоятельства служения Мессии-Первосвященника пр. Исаия, – евангелист ветхого завета (Иероним), написавший пророчество о сем как будто у креста божественного Страдальца. Содержание его пророчества (52:13–15; 53:1–8) следующее: указав от лица Иеговы, что раб Иеговы, т. е. Мессия весьма прославится, но не вдруг, а пройдя сначала скорбный путь унижения и великих страданий (52:13–15), пророк так изображает сами страдания и унижение Мессии: Кто поверил слышанному от нас (т. е. нашей проповеди) , и кому открылась (т. е. сделалось очевидным) мышца Господня (т. е. всемогущество Божие) ? Ибо Он взошел пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. 6 Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас. Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих. От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? ибо Он отторгнут от земли живых; за преступления народа Моего претерпел казнь (Ис.53:1–8). 411 О Его погребении пророк говорит почти как очевидец. Ему назначили гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи во устах Его (9 ст.).

в) Ясными и подробными чертами пророки изображали и образ Мессии, как славного и могущественного Царя, победителя и Судии непокорных и враждебных народов земли. Вот, наступают дни, говорит Господь, и восставлю Давиду Отрасль праведную, и воцарится Царь, и будет поступать мудро, и будет производить суд и правду на земле. Во дни Его Иуда спасется и Израиль будет жить безопасно (Иер.23:3–6; сн. 33:14–17; Ос.3:5; Мих.5:2). Могуществу Царя-Еммануила, по пророчеству Исаии, нет предела (Ис.9:7). И владычество Его (Мессии), говорит пр. Захария, будет от моря до моря и от реки до концов земли (Зах.9:10). Цари и князья Ему поклонятся (Ис.49:7). Ему (сыну человеческому) дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему; владычество Его – владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится (Дан.7:13–14). Он будет судить народы по Своему всеведенью (Ис.11:2–3; Зах.11:5–7), будет их всех переплавлять и очищать, как серебро и золото, будет для них как огонь и щелок (Мал.3:1–3). Народы и царства, которые не захотят Ему служить, погибнуть и совершенно истребятся (Ис.60:10–12). Царство Мессии во веки не разрушится, и не будет передано другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно (Дан.2:44). Для членов царства Мессии – для народа Божия настанут дни благоденствия, мира и справедливости (Ис.2:4; 11:4; 42:3–7; 61; Иез.34:24–31; Мих.4:3–5; Иер.23:5; 33:15).

В изображениях Мессии как славного Царя, Победителя и Судии непокорных и враждебных народов земли, у пророков, как и у псалмопевцев, нередки образы, взятые от земных царств. На основами этих изображений современные Христу иудеи и даже нынешние Иудеи представляют Мессии царем земным, славным победителем, который будто бы внешним оружием покорить их владычеству все прочие народы, а Его царство – всемирным, земным царством, имеющим доставить иудеям земное благосостояние, славу и богатство. Но изображения царства Мессии в образах, взятых от земных царств, были допускаемы только с той целью, чтобы сделать более понятными предсказания о царстве Мессии для такого грубо-чувственного народа, как иудейский. В действительности все пророки предрекали, что Мессия будет Царь в смысле духовном, Царь царства нравственного. Многочисленны пророчества, которые предвозвещают в Мессии царя мирного и кроткого, имеющего повсюду водворить мир между иудеями и язычниками и основать царство всеобщей любви и тишины, света и любви, царство не от мира сего (Ин.18:36), духовное и благодатное.

Пр. Исаия, предвозвещая власть и славу Мессии, называет Его Князем мира (Ис.9:6), также Отроком, на Котором Дух Иеговы, но Который и трости уже надломленной не преломит и льна курящася не угасит (42:1–3). Мир, который водворится в царстве Мессии, пророк изображает в таких поразительных образах: И будет препоясанием чресл Его (Мессии) правда, и препоясанием бедр Его – истина. Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. И корова будет пастись с медведицею, и детеныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи. Не будут делать зла и вреда (Ис.11:5–9). Он же изображает царство Мессии, как царство света и боговедения (Ис.60:1–3; 11:9).

Пр. Михей называет Мессию – великого царя до краев земли – миром, т. е. водворителем мира (5:3–5). Под вечною Его державою, по словам пророка, перекуют они мечи свои на орала и копья свои на серпы; не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать (4:3).

Пр. Захария предъизображает Мессию – Царя над Сионом, – Царем кротким и спасающим, праведным, Который истребит колесницы у Ефрема и коней в Иерусалиме, и сокрушит бранный лук; и возвестит мир народам (9:9–10). Владычество Мессии над народами будет основано не на победах и завоеваниях (Ос.1:7), а на свободной покорности Ему народов. К Нему обратятся язычники (Ис.11:10), Он будет чаянием или желанием всех народов земных (Агг.2:8), будет князем-пастырем (Иез.34:23–24). О духовном характере царства Мессии свидетельствует изображение и наименование оного у пророков царством святых (Дан.7:18, 27; 12:3; ср. Ис.4:2–3; 50:21).

III. Предсказания пророков о происхождении Мессии по плоти касаются: рода, из которого Он произойдет, образа и места Его рождения, а также времени Его явления миру.

По предсказаниям пророков, Мессия имел произойти от корене Иессеова, из рода Давидова. – И произойдет, говорит пр. Исаия, отрасль (ῥάβδος – прут, точнее с евр. – ветвь, отпрыск) из корня Иессеева (с евр. точнее – от усеченного дерева, собственно ствола, – предъуказание того униженного состояния, в котором род Давидов находился в год рождения Спасителя мира, сына Давидова), и ветвь произрастет от корня его; ипочиет на нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия; и страхом Господним исполнится (Ис.11:1–3; сн. 10 ст.). Пр. Иеремия называет Его отраслью Давида (23:5; 33:15). Пр. Иезекииль, возвещая в Мессии пастыря с владычественною властью князя в Израиле, называет Его Давидом (Иез.34:23, 24), в смысле происхождения Его от Давида.

Рождение Мессии имело быть рождением чудесным, сверхъестественным. Се Дева (евр. ha-almah, у LXX – ἡ παρθένος, в Вульгате – virgo) во чреве приимет, говорил пр. Исаия Ахазу и с ним всему народу иудейскому, и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил (Ис.7:14). Евр. слово almah – дева – и по производству, и по употреблению этого слова в Писании означает деву, не по возрасту только, но и по состоянию, деву непорочную, чистую. 412 LXX перевели евр. almah словом παρθένος (как приводится и у Мф.1:23; сн. Откр.14:4) и тем засвидетельствовали, что должно разуметь, – и древние иудеи действительно разумели, – под almah деву в собственном смысле, а не какую-либо молодую женщину, как хотят разуметь позднейшие их потомки. При этом в словах пророка содержится предьуказание на рождение сына не вообще непорочною девою, а определенною и известною девою (член ha пред almah в евр. тексте, как и в перев. LXX – ἡ παρθένος), известною, конечно, не современникам пророка, а Духу Божию, глаголавшему чрез пророка. Такое понимание пророчества Исаии, т. е. в смысле прямого указания на чудесное рождение Мессии от чистейшей и непорочной предъизбранной Богом Девы, подтверждается и теми именами и свойствами, каковые усвояет пророк имеющему родиться от Матери Девы младенцу, именно: Еммануил, далее – Чудный, Советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира (Ис.9:6; сн. 8, 10 ст.). Наконец, обстоятельства, при которых произнесено это пророчество (нападение на Иудею при Ахазе царей израильского и сирийского и их намерение возвести на престол Давида новую династию), и цель оного – дать членам дома Давидова знамение, и знамение величайшее (7:11, 16), которое бы удостоверяло, что совет царей сирийского и израильского не сбудется, подтверждает мессианский характер предсказания Исайи. Сообразно с такою целью пророк своим напоминанием устрашенным Ахазу и народу известного обетования Божия о происхождении Мессии из дома Давидова указывает, что не может погибнуть царь Ахаз и с ним дом Давидов, а, предсказывая чудесное рождение Мессии, в этом дает и знамение того, что дом Давидов не погибнет от врагов, что спасение царя и народа от истребления будет так же чудесно, как чудесно родится Еммануил от Девы. Только при таком понимании предсказания пророка оно является знамением. Но оно не было бы знамением и знамением высочайшими, если бы пророк указывал иудеям на обыкновенное рождение, по законам природы, какого-либо младенца, вообще на какое-либо обыкновенное событие того времени. 413

Место, где имел родиться Мессия, предъуказал пр. Михей, в следующих словах: и ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? из тебя произойдет Мне Тот, Который должен быть Владыкою в Израиле и Которого происхождение из начала, от дней вечных (Мих.5:2). Древнее иудейское предание всегда относило это пророчество к Мессии. На вопрос Ирода: где должен родиться Мессия? Иудейские первосвященники и книжники ответили: в Вифлееме, и в подтверждение привели это пророчество (Мф.2:4–6). Так думал и весь народ иудейский (Ин.7:42). Вечность происхождения Старейшины исключает возможность отнесения пророчества к кому-либо другому, кроме Мессии.

Время пришествия Мессии было предвозвещено с особенною точностью через пр. Даниила, когда народ иудейский находился в плену Вавилонском. Отчасти пророк предъуказал это в своем истолковании виденного Навуходоносором сна (2:26–47). Под камнем, отторгнувшимся от горы, раздробившим истукана, сделавшимся великою горою и наполнившим всю землю, по словам пророка, надлежало разуметь всеобъемлющее царство, которое во веки не разрушится и будет стоять вечно. Бог имел воздвигнуть это царство после того, как разрушится царство Навуходоносора (золотое), такая же участь постигнет и еще два царства (серебряное и медное), – а во дни четвертого царства, частью крепкого, частью хрупкого (железные и глиняные ноги и пальцы ног), откроется царство такое, которое во веки не разрушится: оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно (44 ст.). 414 Но точнейшее определение времени открытия этого царства и явления Мессии содержится в пророчестве о седминах. Сожалея о своих соотечественниках, томившихся в плену, пророк усердно молил Господа помиловать согрешивший народ и сократить ему наказание (70-летие плена, предсказанное Иеремией – 25:11–13; 29:10). В утешение ему явился вестник судеб Божиих – архангел Гавриил и открыл величайшую тайну, – не избавление только народа иудейского от плена, но явление на земле Христа и избавление всего рода человеческого от рабства диаволу: седмьдесят седмин определены для народа твоего и святаго города твоего, возвещал небесный вестник мужу желаний, чтобы покрыто было преступление (потеряло силу, и упразднен грех), запечатаны (забыты или прощены) были грехи и заглажены (смыты) беззакония, и чтобы приведена (водворена в мир) была правда вечная, и запечатаны были видение и пророк (закончатся ветхозаветные откровения и пророчества, исполнившись в Мессии), и помазан был Святый святых. Итак знай и разумей: с того времени, как выйдет повеление о восстановлении Иерусалима, до Христа Владыки семь седмин и шестьдесят две седмины; и возвратится народ и обстроятся улицы и стены, но в трудные времена (обстроятся улицы и стены, но в трудные времена). И по истечении шестидесяти двух седмин предан будет смерти Христос, и не будет (т. е. хотя и не будет в Нем никакой вины ср. Ис.53:8–9); а город и святилище (т. е. храм) разрушены будут народом вождя, который придет, и конец его будет как от наводнения, и до конца войны будут опустошения (т. е. потом град и святилище разрушены будут народом вождя, который придет, и истребятся, как потопом, и до конца войны предопределены опустошения). И утвердит завет (т. е. новый) для многих одна седмина, а в половине седмины прекратится жертва и приношение (т. е. совершится отмена ветхозаветных жертв и приношений), и на крыле святилища (храма) будет мерзость запустения, и окончательная предопределенная гибель постигнет опустошителя (т. е. и близ крыла или кровли храма будут поставлены мерзости опустошителя, и даже до кончины времени предастся, т. е. храм вместе с градом, опустошению – Дан.9:24–27). Под седминами в пророчестве разумеются не седмины дней или недели (см. Втор.16:9: ср. Дан.10:2), равно и не седмины иудейских субботних годов (Лев.25:8, 10–11), а седмины лет, т. е. круг субботнего года – семилетия (Быт.29:27; Лев.25:3–5), следовательно, семьдесят седмин составляют круг времени (70х7 л.) в 490 лет. Счисление седмин должно начинать с того времени, как вышло повеление о восстановлении Иерусалима (25 ст.). По наиболее принятому мнению таким повелением был четвертый из указов царей персидских относительно иудеев (второй Артаксеркса Лонгимана), данный на имя Неемии (Неем.2:1–17) и им приведенный в исполнение, что было в 453 г. до Р. X. по христианскому счислению. 415 С этого времени до Христа Владыки семь седмин и шестьдесят две седмины (т. е. 7х7=49 л. и 62х7=434 л.), т. е. всего 483 г., значит не до года рождения Христа Владыки, а до года крещения Его в 30-летнем возрасте пред выступлением на открытое мессианское служение роду человеческому в 15-й год Тиверия Кесаря (Лк.3:1, 21), в 30-й год по нашему счислению. В половине последней – 70-й седмины должен предан будет смерти Христос и упразднить жертвы, т. е. совершится принесение в жертву Мессии, Который вместо ветхозаветных жертв установил и повелел совершать в Его воспоминание таинство евхаристии (Лк.22:19). И это произошло спустя 3,5 года по выступлении Мессии на общественное служение, т. е. в полседмины. А вся 70-я седмина должна утвердить завет для многих: и кровью Мессии, пролитою за нас на кресте в половине седмины, утвержден новый завет (сия чаша есть Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается – Лк.22:20); в первую же половину седмины Он Сам непосредственно призывал к участию в новом завете всех сынов Израиля, проповедуя во Иудеи, Галилеи и Самарии, а во вторую (3,5 года), – по смерти и воскресении Его, всюду возвещали евангелие Его апостолы. После этого (без точного указания, когда именно, но по связи с событиями 70-й седмины) уже имело наступить запустение ветхозаветного святилища. Начало этому запустению положили римляне в 70 г. по Р. X. (см. Мф.24:15; Лк.21:20), и оно имеет продолжаться, по словам пророчества, до скончания мира. 416

Хотя не с такою точностью, как у пр. Даниила, определяется время пришествия Мессии и у пророков Аггея и Малахии, именно, что Мессия имеет прийти во второй иерусалимский храм. Пр. Аггей, утешая народ, при построении второго храма встречавший постоянные препятствия и даже готовый оставить начатые работы, предрек, что слава этого храма будет боле славы первого: придет Желаемый всеми народами, и наполню дом сей славою, говорит Господь Саваоф… Слава сего последнего храма будет больше, нежели прежнего… и на месте сем дам мир (2:7, 9). По пророчеству Малахии, последнего из пророков, внезапно придет в храм Свой (т. е. второй иерусалимский храм) Господь, Которого вы ищете, и Ангел завета, Которого вы желаете; вот, Он идет, говорит Господь Саваоф (3:1).

IV. Наконец, пророки с чрезвычайною подробностью предвозвестили многие частные обстоятельства жизни Мессии и Его служения. Так, они предсказали, что Ему будет предшествовать Предтеча, уготовляющий путь (Ангел его, пророк Илия – у Мал.3:1; 4:5; глас вопиющего в пустыне – у Исаии 40:3–5), что Ему принесут дары и поклонятся волхвы, цари востока (Ис.60:6), что на Него низойдет Дух Святый (Ис.11:1–3; 42:1; 61:1). что Он будет творить чудеса, давать зрение слепым, слух глухим. исцелять всякие болезни, воскрешать мертвых (Ис.26:19; 35:3–6), что Он совершит кроткое и смиренное вшествие во Иерусалим на жребяти (Зах.9:9), будет предан за 30 сребреников (Зах.11:12–13). будет подвергнут ранам, заушением, заплеваниям (Ис.50:6) и безропотно будет переносить страдания (Ис.53:7), после чего ученики Его рассеются, как овцы без пастыря (Зах.13:7), будет прободен гвоздями и копьем (Зах.12:10; 13:6; Иер.11:19), что смерть Его будет сопровождаться великими знамениями в природе – солнце померкнет и потрясутся основания земли (Ам.8:9; Агг.2:7; сн. Иоил.2:10, 31; Зах.14:6–7), что по смерти Он воскреснет в третий день (Ос.6:2; Соф.3:7; Ис.63:11) и вознесется на небо (Зах.14:4), на верующих в Него обильно изольются дары Духа Святого (Иоил.2:28–29; Ис.44:3; 59:21; Иез.36:25–27).

Таковы главнейшие пророчества ветхого завета о Мессии. В них настолько подробно предначертаны образ Мессии и Его великое служение, что на основании одних пророчеств можно бы написать полную евангельскую истории. Потому-то воскресший Спаситель, беседуя с учениками на пути в Еммаус, говорил им с упреком: о, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки (Лк.24:25 и след.).

Ложность рационалистических мнений о мессианских пророчествах. – Со стороны рационалистов и вообще неверующих в возможность и действительность сверхъестественного откровения, с давних пор (с половины XVIII в.) высказывались и повторяются доселе возражения против богооткровенного происхождения мессианских пророчеств. Идея о Мессии будто бы имеет вполне человеческое происхождение в израильском народе. Обычно объясняют ее происхождение внешними историческими обстоятельствами, в каких находился еврейский народ, и их исключительностью. Евреи, говорят, более, чем все другие известные народы, имели основания и поводы жаловаться на свою судьбу. Уже в Египте они сделались рабами. После освобождения от рабства египетского и поселения в земле отцов снова многократно до времен царей подпадали под иго иноплеменников. Под управлением царей они только короткое время пользовались полною независимостью, пока их государство не разрушено было Салманассаром и Навуходоносором. Затем наступили – плен персидский, зависимость от египетских и сирийских царей, наконец, совершенное покорение и разрушение их царства Римом и рассеяние народа. При таких обстоятельствах им оставалось надеяться и ожидать, что за свои страдания они будут награждены и прославлены, что все другие народы подпадут под их власть, что Иерусалим, куда соберутся все племена, будет первым городом в мире и религия Иеговы будет господствующею на всей земле, явится божественный муж, который на веки утвердит над народами силу Израиля и прославит его царство. Чем больше страдали евреи, тем сильнее развивалось это ожидание. Явились воодушевленные, «магнетически возбужденные» пророки, которые предсказывали близкое наступление этих желанных времен. – Теми же бедствиями объясняется и происхождение пророчеств о страждущем Мессии. Страждущий Мессия будто бы есть не иное что, как олицетворение или поэтическое изображение страданий народа или отдельных лучших его представителей – праведников. Но такой взгляд на пророчества совершенно произволен. Начало пророчеств относится к тому времени, когда еще евреи не страдали. Содержащейся в нем взгляд на Мессию и Его царство далеко не таков, какой вырабатывается в подобных случаях. Мессия, по пророчествам, есть не грозный завоеватель, а покоритель сердец путем правды и мира, не в блеске и роскоши восседающий на престоле Давида, а страждущий за грехи мира. Его царство не есть царство одних иудеев, а царство всеобщее, одинаково всем доступное. Ни ветхозаветной религии и закону Моисея, ни Иерусалиму не усвояется в нем никаких преимуществ. Напротив, Иерусалим по пророчествам имел быть разрушенным, а религия имела быть обновлена и заменена высшей, совершеннейшей. Образ страждущего отрока Иеговы также не соответствует олицетворениям страданий народа или отдельных праведников. По изображениям пророков, мучения и страдания Мессии – Святого Святых (Дан.9:24) – имели искупительное значение для всех людей, иудеев и язычников, Его смерть – умилостивительная жертва Богу за грехи всего мира; она имела упразднить ветхозаветные жертвоприношения, Сам Он вечный первосвященник, Бог и человек. Эти и подобные черты Мессии-Страдальца не приложимы ни к кому из обыкновенных людей, ни к целому народу, а только к Искупителю мира.

II

Бог, снисходя к чувственным понятиям народа еврейского, изображал пред ним тайну будущего искупления людей не только в слове и письмени пророческом, но и в более ясной и живой картине прообразований. Прообразование (τύπος) есть такое же, как и пророчество, предвозвещение или предъизображение Мессии и Его царства, только не словами переданное, а заключенное в лицах, событиях и священных вещах и действиях ветхого завета. Преобразование так относится к прообразуемому, как тень – к телу, или как очерк (основные черты задуманного изображения) – к картин (Кол.2:17: Евр.8:5; 10:1). Посему прообразования давали возможность до некоторой степени познавать и сами действительные предметы, тенью которых они были, подобно тому, как по тени, которую дает тело, можно в некоторой степени определить его величину и очертание, движения и направления. Достоверность существования в ветхом завет таких прообразов не может подлежать никакому сомнению. На них неоднократно указывали Сам И. Христос и Его апостолы (особенно ап. Павел в посл. к Евреям). Прообразы в ветхом завет многочисленны. Разделяют оные обыкновенно на 1) исторические и 2) обрядовые. Первые представляются в истории ветхозаветных лиц и событий, последние – в законе обрядовом, который называется сенью грядущего. 417

I. Из исторических лиц и событий ветхого завета, прообразовавших новозаветные времена, достаточно указать на те только, которые особенно отмечены или Самим И. Христом, или Его апостолами. Таковы: Адам, родоначальник смертных, как образ нового Адама, родоначальника небесных (1Кор.15:48–49; сн. Рим.5:14), Ной с его ковчегом, как образ Христа с церковью (1Пет.3:20, 21), Медхиседек, царь Салимский, с его таинственным происхождением, с его священством, как образ Христа с Его непостижимым рождением и вечным священством (Евр.7:1–3), Измаил, сын рабыни и Исаак, сын свободной, как образ двух заветов: завета ветхого, рождавшего в рабство, и завета нового, рождающего в свободу (Гал.4:21–31), Моисей, совмещавший в лице своем священническое, царское и пророческое достоинство, как образ Христа, совмещавшего в большей степени те же достоинства (Евр.3:1–7), И. Навин, входящий в землю обетованную, как образ Христа, спасающего (Евр.4:8), Давид, с его кротостью, страданиями, победою над врагами, как образ кроткого Христа – страждущего и прославленного, называемого у пророков иногда прямо Давидом (Иер.30:9; Иез.34:24–25; Ос.3:5), Соломон с его мирным и славным царствованием, как образ мирного и славного царства Христова (Мф.12:42; Лк.11:30), пр. Иона, с его тридневным во чреве китове пребыванием, как образ Христа тридневно воскресшего (Мф.12:39, 40), пр. Илия, с его ревностью по славе Божией, как образ Иоанна Крестителя (Мф.17:12) и с его чудным вознесением, как образ Христа во славе вознесшегося.

Не отдельные только лица, но и весь израильский народ в некоторых обстоятельствах своей жизни прообразовал И. Христа. Так ев. Матвей, повествуя о возвращении младенца Иисуса из Египта, говорит, что это случилось по пророчеству: из Египта воззвал Я Сына Моего (Мф.2:15). Пророчество находится у Осии (11:1), который этими словами указывает на исшествие израильтян из Египта. Сказанное Духом Божиим о народе израильском (который в переносном смысле и в других местах Писания называется Сыном Божиим, напр. Втор.14:1; 32:5–6; Иер.31:9; Пс.72:15 и др.), тем же Духом прилагается ко Христу, по той, конечно, причине, что Израиль в этом случае служит прообразом И. Христа – Сына Божия.

Между событиями, прообразовавшими новозаветные времена, особенно примечательны: жертвоприношение Исаака, прообразовавшее жертвоприношение Сына Божия на Кресте (Иак.2:21; Евр.11:17–19); исполнивши в душе повеление Божие, Авраам как бы прозрел в будущее, предзнаменованное жертвоприношением его, и созерцал день Христов (Ин.8:59); – переход евреев через Чермное море, как образ всеобщего крещения (1Кор.10:1 и сл.), ниспосланию манны с неба, как образ хлеба животного (Ин.6:49–51), вознесение медного змия, как предначертание спасительной смерти Христовой (Ин.3:14), вступление народа в землю обетованную и устроение в ней Иерусалима – града Божия, как образ вступления в царство благодати и царство славы, к Иерусалиму небесному, к церкви первородных, на небесах написанных (Гал.4:26; Евр.12:21–23).

II. Но в особенности воплощали в себе идею спасение прообразованния обрядовые. Закон обрядовой, по слову апостола, был закон, сень имый грядущих благ (σκιά τῶν μελλόντων ἀγαθῶν), т. е. в обрядах и священнодействиях церкви подзаконной, как в своей тени, отображалось тело Христово (σῶμα τοῦ Χριστοῦ, – Кол.2:17), или самый образ вещей (εἰκών τῶν πραγμάτων – Евр.10:1; 8:5), – Искупитель и совершенное Им дело искупление. Посему-то этот закон с пришествием И. Христа потерял силу и был отменен. Образы будущего – Мессии, Его служения и царства предъизображены во всем устройстве ветхозаветной церкви, в ее утвари, обрядах, богослужения, в установлениях касательно священных мест, лиц и времен. Израильтянин, внимательный к своей вере, при свете пророчеств о Мессии, в обрядах и священнодействиях своего богослужения так же мог уразуметь очертание или образы будущих действий Мессии, как мы теперь в обрядах и священнодействиях литургии видим изображения уже совершенных Христом действий или событий в Его земной жизни. Из бесчисленного множества обрядовых прообразований укажем лишь на два важнейшие обрядовые действия, именуемые у отцов церкви главнейшими таинствами ветхозаветной церкви: а) обрезание и б) жертвы.

а) Обрезание всех детей мужеского пола установлено Богом в знамение завета между Богом и родоначальником еврейского народа (Быт.17:2). Через обрезание чада Авраама соделывались народом избранным, народом Божиим; печать обрезания отделяла их от народов языческих, подобно тому как таинство крещения делает человека членом новозаветной церкви и отделяет его от нехристиан. Вместе с сим, обрезание, постоянно напоминая о прародительском грехе, передающемся путем естественного рождения, указывало на необходимость того, что эта нечистота греховная должна быть также обрезываема и очищаема, как обрезывается то, что служит нечистоте греховной (крайняя необрезанная плоть, по употреблению этого выражения в Писании, означает нечестие и греховность, см., напр. Лев.26:41; Ис.52:1; Иер.4:4; 6:10; 9:26; Иез.44:9; Кол.2:13). Отсюда, обряд обрезания должен был возбуждать веру в явление благословенного Семени или Потомка, Который имел произойти от народа Божия и даровать человеческой природе совершенное, духовное обрезание сердец (Втор.30:6). Телесное обрезание таким образом предъизображало и возбуждало желание духовного обрезания, христианского, которое подается в крещение. Так и объясняет значение этого обряда ап. Павел, когда говорит: в Нем (во Христе) вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным, в совлечении тела греховнаго плоти (Кол.2:11). Потому-то обрезание и заменено крещением.

б) Жертвы по происхождению древнее обрезания, но полный закон о жертвах явился позже заповеди об обрезании. Особенную важность и значение жертвы получили уже тогда, когда оно вошли в состав богослужения, когда устроена была скиния. В законе до малейших подробностей определены различные виды и обряды жертвоприношений. Жертвы особенно ясно прообразовали Агнца Божия, вземлющего грехи мира (Ин.1:29), и потому в особенности имели глубокое и самое широкое воспитательное значение в деле приготовления народа Божия ко Христу. Жертвы были действием покаянным – исповеданием греховной нечистоты и виновности пред Богом, – действием молитвенным – об очищении и избавлении, и свидетельством веры в Искупителя, прообразуемого жертвою. При вере приносящих жертвы в обетованного Искупителя, последние имели и силу умилостивительную пред Богом. Я назначил ее (кровь животного) вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает (Лев.17:11). Такую силу жертвы сами по себе, конечно, иметь не могли: ибо невозможно, чтобы кровь тельцов и козлов уничтожала грехи (Евр.10:4), почему и приносились многократно и ежедневно (10:11); жертвы, приносимые без должных душевных расположений, – без покаяния и веры в Искупителя, Бог и вовсе отвергал (Ис.1:11). Но при покаянии и вере в Искупителя жертвы могли временно примирять народ с Богом, делать его достойными Божия благословения и долготерпения (Гал.3:11) именно потому, что Бог от вечности принял прообразуемую кровью агнцев и тельцов жертву Мессии (Пс.109:4; Откр.13:8). Из установленных законом жертв, при свете пророчеств о Мессии, в особенности должны были возводить к Искупителю и воспитывать потребные качества к усвоение плодов искупления – жертва о грехе (Лев.5:1–13), ежедневная жертва всесожжения (Лев.1 гл.), жертва великого дня очищения, когда первосвященник входил во святое святых для кропления кровью ковчега завета (Лев. 16 гл.), и жертва пасхальная (Исх.12; сн. 1Кор.5:7–8; Ин.19:36). В этих жертвах и определенных в законе подробностях их совершения наглядно предъизображены не только великие и спасительные плоды жертвы Христовой, но и все события страдания, смерти и погребения Христа Спасителя (что подробно раскрыто в посл. к Евреям).

III

Бог приготовлял Свой народ к принятию Искупителя и чрез закон – нравственный и гражданский. Апостол называет вообще закон детоводителем ко Христу (Гал.3:24).

Нравственный закон требовал от человека святости как по душ, так и по телу; святы будьте, ибо свят Я (Лев.19:2). Существо требуемой святости кратко выражено в синайском десятословии, вырезанному на двух каменных скрижалях (Исх.20 гл.), требовавшем любви к Богу и ближним, как к самому себе (Лев.19:18). В многочисленных частных предписаниях закона Моисеева, эти требования раскрыты подробнее применительно к жизни частной, семейной, общественной, и были объясняемы пророками. Закон требовал при этом не внешнего, формального исполнения своих заповедей, от какового исполнителя Бог отвращается (Ис.1:11–18), а всецелой нравственной настроенности, полного обновления сердца человеческого: сердца сокрушенного и смиренного, духа сокрушенного (Пс.50:19). Такие требования закона предъявляемы были вместе и как требования богосозданной природы человека как закон, начертанный в его сердце (Втор.30:11–14). При этом закон угрожал проклятием всякому, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона (Гал.3:10; Втор.27:26). Столь высокими, строгими и подробными требованиями, исполнение которых, при повреждении человеческой природы грехом, не по силам человеку, закон необходимо должен был приводить к познанию греха: законом познается грех (Рим.3:20), не иначе узнал грех, как посредством закона. Ибо я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: не пожелай… без закона грех мертв (7:7–8). Закон, будучи верным зеркалом, в котором везде и во всякое время всякий невольно видел свое нравственное безобразие, необходимо вел к глубокому, смиренному сознанию своей греховности и недостоинства пред Богом, что так ясно выражено пр. Давидом: Если Ты, Господи, будешь замечать беззакония, – Господи! кто устоит?... Не входи в суд с рабом Твоим, потому что не оправдается пред Тобой ни один из живущих (Пс.129:3; 142:2). А это необходимо возбуждало желание, чтобы скорее пришел Обетованный Искупитель и избавил от бремени греха и проклятия.

Закон гражданский, данный Израилю Сыном Божиим, устроившим Себе царство в Израиле (Евр.12:26), также способствовал тому, что среди евреев мы видим желание и ожидание пришествия Своего Царя и Спасителя мира. 418 Основная мысль этого законодательства такова: Бог есть Царь Израиля (Исх.19:5–6), его верховный Судия (Исх.33:22) и Предводитель на войне (Числ.10:35; 23:21), управляющий им чрез избранных Своих. В отдельных постановлениях этого закона развиваются и прилагаются к частной, семейной и общественной жизни те религиозно-нравственные начала, которые даны в нравственном и обрядовом законе. Закон имел в виду не только упорядочить внешнюю жизнь человека, но и управить его волю сообразно с волею Божией, – с законом Божиим; вместе с сим он предостерегал от нарушений закона. Законодательство отличалось строгостью ко всем неисполнявшим его постановлений, подвергало проклятию за нарушение его предписаний и угрожало смертью за преступление почти каждой нравственной заповеди (Исх.21:15–25; 22:16–17; Втор.13:5–10; 15:16; 17:2–5; 19:16–21; 21:18–21; 27:16–27). Таким образом закон служил и опорою, и охраною законодательства обрядового и нравственного. Через это закон полагал предел грубой силе, развитию крайнего самолюбия (эгоизма), безбожия, нравственного растления и делал возможным среди мира, зараженного грехом и язычеством, существование такого общества, которое могло сохранять семена божественного откровения, вверенные ему для хранения и передачи другим народам. А строгостью своих требовании этот закон держал всегда его под игом рабства (Гал.5:1) и заставлял его пламеннее желать, чтобы скорее пришел на землю Избавитель, и закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти (Рим.8:2).

IV

Наконец, был воспитываем еврейский народ к принятию Искупителя и через внешние свои исторические судьбы. Одна из существенных особенностей истории этого народа, – это обилие чудес и вообще явных действий промысла Божия, то спасавших избранный народ от опасностей, то вразумлявших и наказывавших его, то вразумлявших через него языческие народы. Такими событиями полна история этого народа. Значение оных в деле религиозно-нравственного воспитания народа Божия понятно. Подобно сему и значение бедствий, перенесенных этим народом. Хотя потомки Авраама и были избранным народом, но или вели скитальческую жизнь, или были в постоянном порабощении у других народов. Так, в Египте они бедствовали, в Палестине недолго наслаждались покоем (лишь в мирное и счастливое царствование Давида и Соломона), бедствовали и в Вавилоне, и после плена. Бедствия служили средством к предохранению и очищению их от языческих заблуждений и пороков, располагали к живому сознанию своих грехов, укрепляли веру, и вместе возбуждали и постепенно усиливали желание скорее видеть обетованного Избавителя. И действительно, эти бедствия исцеляли народ от увлечений язычеством и его пороками, так что в еврейском народе, несмотря на все блуждания по путям языческим, во все время его бытия сохранялось вверенное ему сокровище богопознания; особенно такое влияние имел вавилонский плен. После плена евреи возвратились на свою родину с сознанием глубокой виновности пред Богом и законом, навсегда исцеленными от измены Иегове и от пристрастия к служению идолам. А продолжавшаяся и после плена бедствия окончательно утвердили в народе веру в единого Бога и отвращение от язычества, – до готовности принять мученичество за свою веру.

Бедствия располагали иудеев и к сохранению обетований о Мессии. В 4 в. до Р. X. окончился ряд пророков (с Захарией, Аггеем и Малахией после плена). Обетование о Мессии было раскрыто в возможной ясности и полноте. Бедствия народа во время, протекшее между окончанием пророчеств и явлением Мессии, особенно способствовали уяснению пророчеств и укреплению веры в явление Мессии. Бесспорно, в Иуде со времен Давида были избранные, которые носили в душах начертанный пророками образ Мессии, но большинство, вращаясь во мрак языческих понятий и идолопоклонства, не могло быть внимательным к слову пророков Бога, им забытого и оставленного. Многие из пророков умирали смертью мучеников; в них видели иногда возмутителей общественного спокойствия (Иер.26:8). Но под влиянием вавилонского плена и последовавших бедствий усилилось изучение закона и пророков. Для чтения закона и пророков устроены везде синагоги. Гражданское состояние иудеи обращало взоры иудеев к пророчествам. Оно было безотрадно. Иудея была под властью языческих государей. Сама независимость ее, после борьбы маккавейской, была не более, как тень прежней силы и независимости. Наконец, и тень эта исчезла пред всемирным владычеством Рима. Иудеям оставалось одно будущее, а вдали сего будущего сиял светлый образ Мессии и царства Его, начертанный пророками. К сему-то будущему обратились теперь угнетаемые скорбью настоящего и прошедшего сердца народа, к нему устремлялись молитвы, упования, желания Израиля. Мессия сделался предметом народной веры и всеобщего ожидания. Во времена Маккавеев все ожидали Мессию в непродолжительном времени, ибо в книге Маккавейской говорится: Иудеи и священники согласились, чтобы Симон был у них начальником и первосвященником навек, доколе восстанет Пророк верный (1Мак.14:41). С течением времени ожидание это все более и более усиливалось, и, наконец, пред самым пришествием И. Христа, блаженное царство Мессии сделалось первейшим предметом желаний каждого, даже последнего израильтянина. Как только Иоанн Предтеча явился на Иордан со своею проповедью о покаянии, синедрион послал к нему священников и левитов спросить: не Он ли Христос (Ин.1:19). Явление волхвов привело в движение весь Иерусалим, где особенно много было чающих избавления (Мф.2:3; Лк.2:38). Имя Сына Давидова было на устах у всех: нищие и слепцы (Ин.7:42; 12:34) и даже жена хананейская (Мф.15:22) знали о Сыне Давидовом. Самаряне ожидали, что придет Мессия, то есть Христос; и когда Он придет, то возвестит им все (Ин.4:25; сн. 39–42 ст.).

Таковы главнейшие пути и средства приготовления богоизбранного народа к принятию Искупителя. Под чудным водительством премудрости Божией иудейский народ исполнил возложенное на него служение: Он предназначен был хранить истинное богопочтение – и оно никогда в Израиле совершенно не исчезало, а во времена Мессии только Израиль и поклонялся Богу – единому Творцу мира. Далее, Израиль призван был к принятию и сохранению обетований о Мессии – и обетование это им сохранено: явление Мессии ко времени Его пришествия сделалось среди иудеев предметом всеобщей веры и первая церковь Христова на земле была из иудеев. Согласно пророчествам из среды этого народа должно было произойти и благословенное Семя жены, в Котором благословение всех народов. И в среде этого народа обрелась благословенная между женами, удостоившаяся быть Матерью Господа. Наконец, Израиль послужил тайне спасения всего человечества и тем, что обетование об Искупителе от него сделалось известным и в мире языческом (о сем ниже), а когда явился Христос и совершил искупление, радостная весть о спасении в Христе первоначально распространялась из иудеи и через иудеев. Сам по себе иудейский народ, при склонности к язычеству и языческим порокам, при господстве во всем окружающем мире тьмы язычества и нравственного растление, без чудного водительства Божия, конечно, не мог исполнить возложенного на него служения. Царство тьмы постоянно стремилось поглотить его и угасить сияющий в нем свет спасения миру. Только божеская премудрость могла чрез это орудие достигнуть великой цели.

Примечание. Большинство еврейского народа, во главе с книжниками, фарисеями и первосвященниками, не узнало истинного Мессию, отвергло Его и возвело на Голгофу и крест. В царство Христово преимущественно вошли язычники и доселе наполняют его, а Израиль находится в отчуждении и рассеянии за отвержение Мессии. Это однако не стоит в противоречии с планами божественного домостроительства и данными Израилю обетованиями и его назначением. Возложенное на него служение человечеству он исполнил, а избранные из сего народа и сами вошли в царство Божие. Даже в возведении Мессии на крест, спасительный для мира, Израиль выполнил, хотя и бессознательно, определение Божие о страданиях Мессии. Самим отвержением Евреев от царства Божия отворяется вход в него всем народам, так что падение их – богатство миру, и оскудение их – богатство язычникам (Рим.11:12). Далее, как избранные из сего народа уже вошли в царство Божие, так и теперь Бог не отринул окончательно свой народ (Рим.11:1); в отпадшем Израиле есть остаток спасающихся, обращающихся или имеющих обратиться (Рим.11:2–5), и спасением язычников Бог раздражает израильтян или возбуждает их к обращению (11 ст.). Наконец, апостол открывает нам тайну последней судьбы Израиля, именно ту тайну, что отвержение Израиля – только на время, что он будет восстановлен и займет свое место в царстве Христовом после того, как войдет в него полное число язычников (Рим.11:25–26; Лк.21:24, 28). Само же событие отвержения большинством Израиля явившегося Мессии находит для себя объяснение во внутреннем состояние иудейской церкви и народа во время пред пришествием И. Христа. Народ иудейский в своей религиозно-нравственной жизни подпал влиянию и руководству вождей слепых (Мф.15:14), каковыми были современные Христу книжники и фарисеи, а отчасти и саддукеи. Под влиянием политических бедствий Израиля создалось ложное понятие о Мессии, как славном Царе видимого царства, каковое было господствовавшим в умах иудейских книжников и фарисеев, а чрез них – и в руководимом ими народе. Отсюда и произошло, что не вошли в царство Мессии сами слепые вожди, не допустили в оное и хотящих войти (Мф.23:13).

§ 70. Приготовление языческого мира к принятию Искупителя

Избрание народа еврейского не было оставлением прочих народов: Неужели Бог есть Бог Иудеев только, а не и язычников? Конечно, и язычников (Рим.3:29). Нет лицеприятия у Бога (2:11). Он хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины (1Тим.2:4). Царство Божие устроилось для всех племен и народов и Мессии покорность народов (Быт.49:10; Агг.2:8; Ис.11:10). Посему и язычники небыли лишены попечения Божия, которым были призываемы и приготовляемы к участию в благодати готовившегося совершиться искупления человека.

Как на главнейшие пути и средства, которыми Божественное провидение подготовляло языческий мир ко Христу, на основании указаний откровения, данных истории и опыта, можно указать на следующие: I) на сохранившееся среди всех языческих народов остатки первобытного откровения и религии; II) на особенное, хотя и сокровенное, руководительство Божие духовною жизнью языческих народов, их усилиями к удовлетворению собственными средствами высших потребностей богоподобной природы человека, приведшее их в определенное время к состоянию приемлемости искупления; III) сношение с иудеями и распространение последними истин богооткровенной религии и IV) наконец, политические судьбы древнего мира.

I. – Истины первобытной религии о Боге и особенно обетование о благословенном Семени жены, путем предания сохранившиеся до потопа, через Ноя сделались достоянием и послепотопного человечества. Потомки Ноя, разделившись на многие племена и народы, вместе с другими человеческими познаниями, без сомнения, понесли с собою в разные стороны мира и священные предания веры, в частности, – предание о первобытном блаженном состоянии человека в мире и союзе с Богом, о падении человека и разъединении его с Богом, следствием чего было помрачение и растление человеческого рода, наконец, веру в будущее примирение и воссоединение с Богом чрез Избавителя и Примирителя. Правда, эти истины мало по малу теряли в языческом мире свою первоначальную чистоту, однако продолжали сохраняться, хотя в искаженном виде, и, конечно, не могли не оказывать влияния на религиозно-нравственную жизнь древнего мира. Эти предания поддерживали в языческом мире стремление примириться с Богом, ожидание Избавителя и надежду чрез Него возвратить себе потерянное чрез грех блаженное первобытное состояние. Что первоначальные религиозные предания по воле Провидения сохранялись в памяти языческих народов и существовали у них верования в бывшего чаянием народов, хотя не везде одинаково определенные, а у иных и обезображенные, это достаточно установлено исследованиями в области мифологии. А кровавые жертвы, – средоточие языческого религиозного культа, с которыми с древнейших времен соединялась вера в умилостивительную и искупительную их силу, показывают, что в языческом мире всегда было живо сознание греховности и виновности пред Богом и потребность примирения с Ним.

II. Языческие народы лишены были непосредственного откровения Божия. Им предоставлено было в своей духовной жизни ходить своими путями (Деян.14:16), т. е. они должны были собственными силами и средствами искать удовлетворения врожденных стремлений к истин, добру, блаженству и благоустроять свою жизнь. Однако Бог и им не переставал свидетельствовать о Себе (Деян.14:17) в откровении естественном. В сердцах язычников всегда, оставалось написанным дело закона, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, возвещавшее им нравственные обязанности (Рим.2:15). Следуя внушениям врожденной идеи о Боге, особенно при руководстве преданий первобытной религии, язычники могли бы приходить к истинному богопознанию, освещавшему для них путь жизни, равно по указанию совести – по природе законное делают. Но они не осуществили этой возможности. Увлекаемые силою зла и греха все далее и далее от Бога, они забыли Его, преклонились пред природою, воздав ей божескую честь и поклонение. Природа, ее силы, красоты и дары сделались божеством человека. Человек обоготворил все в мире, начиная от камня и растения, кончая небом и самим собою, но не мог найти Бога. Явилось язычество в многочисленных и разнообразных формах: люди познав Бога, т. е. имея возможность познать Его,... славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся (Рим.1:21, 23). Вместе с сим усилилось и нравственное растление; языческие религии освящали грех и порок. Особенно это растление усилилось пред явлением Спасителя в греко-римском мире. Зло нравственное раскрылось в ужасающей силе, как это можно видеть из изображений ап. Павлом нравственного состояния языческого мира (Рим.1:24–32; сн. Гал.5:19–21; Еф.5:11–12), равно и из других свидетельств того времени. 419 Совершившееся глубокое религиозно-нравственное погружение и ниспадение в чувственность должно было привести человечество к опытному познанию силы и глубины растления человеческой природы и невозможности восстания или возрождения собственными силами и средствами, каковое сознание является одним из условий возникновения веры в Искупителя.

Попустив такое ниспадение человечества в глубину зла, Бог однако положил пределы развитию его, иначе человечество оказалось бы неспособным к усвоению плодов искупления. Зло раскрылось во всей своей силе, но не угасило и не подавило во всем человечестве влечении к истине, добру и блаженству. Идея Божества и чувство религиозное не покидали язычника. Посему на ряду с развитием зла, живы были в язычестве – в лучших его представителях – стремления к истине и к добру, – жажда истинного и успокоительного блаженства, искреннее стремление к постижению Божества и единению с Ним. Но удовлетворение этих естественных стремлений богоподобной природы человеческой собственными силами человека невозможно. В этом языческий мир, после тысячелетних тщетных усилий и блужданий, должен был убедиться опытно. И история свидетельствует, что языческий мир дошел наконец до сознания человеческой немощи и бессилия в стремлении к истине и добру, в искании божественного. Между древними народами греки, бесспорно, достигли высшей степени естественного развития, однако ж, в самую цветущую пору просвещения Греции, величайшие и благоразумнейшие умы ее прямо сознавались в неведении истины и в бессилии помочь нравственному возвышению общества. А такое сознание можно назвать драгоценным плодом исторического воспитания человека, потому что оно способно было возбуждать в людях живое чувство нужды в небесной помощи и приготовляло их к самому принятию оной. Действительно, Сократ (✝ 399 до Р. Хр.) и Платон (✝ 348) говорили уже о необходимости божественного Наставника для просвещения человечества и направления его на путь добра (Разг. Алкив.). А впоследствии чувство такой нужды должно было делаться и делалось еще живее, по крайней мере в тех людях, которые произвольно не заглушили в себе голоса совести. И это понятно. Философия, явившаяся руководительницею язычников в духовной жизни и вообще пытавшаяся разрешить высшие и главнейшие вопросы религии и нравственности, совершенно разрушала народные религиозные верования, объявив богов вымыслами воображения, и вместе с сим нарушила и покой язычника. Но сама она хотя и возвысилась до высоких истин в философии Сократа, Платона и Аристотеля, но в дальнейшем развитии после Аристотеля успокоение могла указать лишь в нравственном самозабвении, в самодовольстве животного (эпикурейцы), или в совершенном, равнодушии и к радостям, и к горестям жизни, и ко всем ударам судьбы, – в разрешении или даже предписании самоубийства, кто не мог успокоиться в самозабвении или не умел достигнуть бесстрастия (стоицизм), – пока в скептицизме, которым закончилась дохристианская философия древнего мира, в связи с частою сменою философских направлений, прямо не убедила всех в своем бессилии собственными средствами найти истину о Боге, душе человека, цели человеческой жизни, нравственной деятельности и загробной жизни. Естественно, за этим сознанием своего бессилия у лучших людей языческого мира должна была крепнуть надежда на помощь Божию, на скорое пришествие Избавителя. Когда человечество находилось в опасности дойти до крайнего сомнения и отчаяния в достижении истины, не видело иного средства спасения, кроме божественной помощи, тогда-то воссиял Свет для язычников.

Нельзя думать, чтобы к сознанию своей немощи в поисках истины и блага и к жажде небесной помощи пришел языческий мир сам собою, – без тайного водительства Божия. Невероятно, чтобы, при своей слабости и склонности к чувственности, мысль сама собою могла пройти чрез весь долгий период язычества, не утомившись и не охладевши в своих духовных исканиях, не погрязла в чувственности, не впала в неисходное сомнение и неверие, а пришла именно в такое состояние, какое сообразно было с целями промысла Божия, и успела прийти в это состояние не ранее и не позлее надлежащего времени. Св. Иоанн Богослов благовествует о Боге Слове: в Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Ин.1:4–5). Это благовестие свидетельствует, что Слово – Сын Божий, – постоянно ведшее избранный народ к определенной ему цели, было светом и руководителем умов и во мраке язычества, хотя Его просветительные и руководительные действия не были сознаваемы и ощущаемы. Не стесняя свободных движений ума, насильно не преграждая его блужданий, Оно постепенно вело его к плодотворному сознанию человеческой немощи, не допуская погибнуть в чувственности, сомнении, неверии и отчаянии. Древние отцы и учителя церкви выражали эту мысль, когда прямо говорили, что философия в языческом мире была делом промысла Божия, устроявшего судьбы язычников, называли ее «детоводительницею эллинов ко Христу» (Климент Ал.), а на языческих мудрецов, особенно эллинских, смотрели как на светильники, которые Слово поставляло в глубокой ночи язычества, и которые светили светом Его (Иустин фил.). 420

III. Промысл Божий вел языческие народы ко Христу и внешними путями, и прежде всего – через постоянные сношения и соприкосновение язычников с евреями, вследствие чего в языческом мире распространялись иудейские понятия, верования и ожидания. 421 Такие сношения начались очень рано. Еще родоначальник еврейского народа – Авраам постоянно принуждаем был обстоятельствами переходить с места на место и сближаться с разными лицами и народами; то же было с Исааком и Иаковом. Своею верою и благочестивою жизнью патриархи, без сомнения, производили благотворное влияние на другие племена. Жители Сихема – евеи при Иакове, напр. готовы были чрез обрезание стать членами того завета с Богом, в котором находился дом Иакова, хотя и помешало тому «лукавство» сынов Иакова – Симеона и Левия (Быт. 34 гл.). Потом пребывание евреев в Египте, среди многочисленного народа, чудеса Моисея, странствование по пустыне, ознаменованное действиями всемогущества Божия, вступление в обетованную землю, – после того, во времена судей, многократные победы над языческими народами, а также и порабощение последними иудеев, – все эти события не могли не оставаться без влияния на язычников (примеры сего: вступление хананеянки Раави со всем ее домом в общество Израиля – Нав.2:8–15; 6:24; евеев – Нав. 9 гл., история моавитянки Руфи). В последующее время, при царях, сношения евреев с другими народами еще боле умножилось. По разным случаям, – при путешествиях, мореплаваниях, во время войн, в торговых сношениях евреи приходили в соприкосновение почти со всеми народами древнего мира, как то: финикиянами, сирийцами, египтянами, халдеями, мидянами, персами, греками, римлянами. История богоизбранного народа представляет несколько примеров того, как чрез него свет откровения проникал к другими народам. Молитва Соломона при освящении храма (3Цар.8:41, 42) показывает, что вовремя Соломона были поклонники истинного Бога вне пределов избранного народа «Все (цари) на земле искали видеть Соломона, чтобы послушать мудрости его, которую вложил Бог в сердце его» (10:24–25). Царица Савская прибыла с богатыми дарами из далекой страны в Иерусалим для поучительных бесед с мудрейшим царем народа Божия (10:1–10). Нееман, вельможа ассирийского царя, получив исцеление, прославил Бога Израилева (4Цар.5:15). Пр. Иона был послан с проповедью в Ниневию, столицу Ассирии. Способствовало постоянным сношениям избранного народа с другими народами и географическое положение Палестины в средоточии древнего мира, между тремя частями света.

Но в особенности распространению иудейских верований и чаяний среди языческого мира много способствовали переселение иудеев в языческие земли и рассеянье их среди языческих народов. По разрушение царства израильского большая часть народа была отведена в плен ассирийский. Пленники не возвратились в отечество и навсегда остались в стране пленения. Не все иудеи возвратились и из плена вавилонского. Большинство их осталось в этой восточной столице, а также рассеялись и по другим странам. Пред временем Р. X. евреев можно было встретить почти во всех странах древнего мира, в особенности же их много было в Египте (в г. Илиополе за 150 л. до Р. X. даже устроен был ими храм, подобный Иерусалимскому, и учреждено было служение по закону Моисееву), в М. Азии, городах Греции, в Риме и даже на островах (Эвбее, Кипре и Крите). Жившие среди язычников иудеи назывались иудеями рассеяния (Ин.7:35: Иак.1:1; 1Пет.1:1). Языческие государства большею частью представляли им полную религиозную свободу и вообще являлись веротерпимыми в отношении к иудейству; пользуясь этим, иудеи рассеяния везде заводили синагоги и, подобно палестинским братьям своим, каждую субботу читали и слушали в них закон Моисеев и пророков. Понятно, что с рассеяньем евреев распространялись в языческом мире иудейские понятия и верования. История распространения христианства показывает, что в век апостольский в синагоги стекались в большом числе и язычники (Деян.13:44). Пред временем Рождества Христова в иудействе появилось даже особенное стремление к распространению своей веры между язычниками, хотя повеление распространять свою веру иудеям и не было дано. Вследствие такой ревности начало умножаться число прозелитов (из них принимавшие обрезание назывались пришельцами правды или завета, остальные – пришельцами врат) во всех языческих странах, где жили иудеи, особенно в больших городах, не исключая и Рима. Фарисеи предпринимали даже нарочитые путешествия для обращение язычников, как свидетельствовал о них Сам Господь, что они обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного, т. е. прозелита (Мф.23:15). В праздник Пятидесятницы в Иерусалиме были из всякого народа под небом (Деян.2:5–11). Закон Моисеев, которому научались язычники от живших в рассеянии иудеев, был и для них в порядке домостроительства Божия тем же, чем для самих иудеев, – детоводителем ко Христу (Гал.3:24; сн. Деян.13:48),

Особенным делом промышления Божия о язычниках был перевод св. книг ветхого завета с еврейского на общеупотребительный тогда греческий язык. Перевод этот, известный под именем перевода LXX толковников (собственно 72), сделан почти за 300 лет до Р. X. (при Птолемее Филадельфе, пожелавшем иметь в александрийской библиотеке св. книги евреев на общепонятном языке, в 271 г. до Р. X.). Событие это было важно и спасительно не для одних александрийских иудеев и прозелитов, но для всего языческого мира, которому св. книги были недоступны в еврейском подлиннике Св. Писание, переведенное на греческий язык, сделалось доступным для всех ученых и любознательных язычников (чтение кн. пр. Исаии напр. ефиоплянином, евнухом царицы кандакийской – Деян.8:27–28), и, конечно, много способствовало распространению между лучшими из них иудейских понятий и верований. 422

Со времени рассеяния иудейство оказывало религиозное влияние на языческий мир и вообще литературным путем. Среди образованного языческого древнего мира большим религиозным авторитетом пользовались так называемые сивиллины книги и вообще орфическая литература (т. е. предания и сказания, относимые к Орфею). Имея в виду это, александрийские иудеи воспользовались ими, чтобы посредством оных знакомить языческий мир с событиями своей истории, со своими верованиями, мессианскими ожиданиями и своим высоким назначением в мессианском царстве (напр. третья книга сивилл, появившаяся около 140 г. до Р. X. несомненно Иудейско-александрийского происхождения). 423 Кроме того иудеи в своих ученых исторических и философских сочинениях знакомили язычников со своей историей, законом и верованиями. Таковы сочинения еврея Николая Дамаскина (написавшего историю Иудеи в 114 книгах), Артапана (Об иудеях), исторически труды Иосифа Флавия, философские сочинения Аристовула и в особенности Филона. Как известно, в Александрии иудеи образовали даже особую философскую школу, которая старалась сблизить иудейское вероучение с учением Платона и верованиями древних восточных народов (неоплатонизм).

IV. Наконец, промысл Божии направлял к принятию христианства языческий мир чрез политические судьбы его. Со вне языческий мир постоянно стремился к образованию обширнейших и сильнейших царств в мире. Такое стремление было свойственно язычеству, потому что отчуждая людей от Бога, оно побуждало их сосредоточивать свои силы для осуществления врожденного человеку желания счастья. Отсюда поочередное явление великих монархий в древнем мире. Но хотя это происходило по естественным причинам, тем не менее служило великой цели провидения Божия – приготовить мир языческий к христианству. Почти за 6 в. до Р. X. пр. Даниилу открыто было, какие царства одно за другим появятся преобладающими на земле 424 и чем разрешится судьба древнего мира (Дан.2 гл.); при этом указано, что Всевышний владычествует над царством человеческим, и дает его, кому хочет (4:14), т. е. все движения и перемены в области истории происходят не только не без воли верховного Мироправителя, но и прямо по Его намерениям. Ко времени явления Спасителя мира весь древний мир был объединен под верховным владычеством Рима. Империя римская простиралась от Рейна и Дуная до степей Сахары, и от Атлантического океана до Евфрата и пустыни Аравии. В состав ее входило до 120 мил. жителей. Политическое объединение народов, завершившееся римскою монархией, в разных отношениях могло сделать их более восприимчивыми к христианству и способствовать его распространению. Так, внешнее сближение народов могло сглаживать резкие их особенности, которые ослабляли в людях сознание единства человеческого рода и могли служить препятствием к усвоению великих и спасительных истин новозаветного откровения, напр. учения об искуплении, о любви к ближним, о равенстве всех пред Богом и др. Объединение же в частности под главенством Рима предъуготовило возможность скорого и удобного распространения в мире христианства вследствие прекращения войн и междоусобий разных народов, распространения греческого и римского языков и греко-римской культуры с ее плодами по отдаленнейшим странам мира, улучшенных путей сообщения и вообще способов сношений между народами и подобных причин.

Итак, языческий мир, по-видимому, предоставленный самому себе, на самом деле так же руководим был Богом к принятию и усвоению дара спасения, как и Израиль, хотя средства приготовления того и другого к благодати Нового Завета были различны. Различие это зависело главным образом от того, что Израиль получил особое назначение – возрастить в себе благословенное поколение родоначальников Спасителя по плоти: от них (израильтян), говорить апостол, Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки (Рим.9:5).

История удостоверяет, что под воспитательным водительством Божиим ко времени явления Христа Спасителя языческий мир и действительно пришел в состояние готовности и способности ко вступлению в царство Мессии, особенно в главных представителях образованного языческого мира – греках и римлянах. Сознание бессилия в борьбе со злом, утрата веры в возможность собственными силами познать истину (что есть истина? спрашивал скептически Пилат И. Христа – Ин.18:38, жертвенник в Афинах неведомому Богу – Деян.17:23), горькие жалобы на жизнь сделались к этому времени общими среди лучших из язычников. Вместе с сим в языческом мире развилось живое желание высшей небесной помощи для спасения погибающего человечества, – чаяние новых времен с новым порядком вещей. И чем более приближалось время пришествия Спасителя, тем живее делалось ожидание небесной помощи, или небесного посланника, который должен обновить мир. Такие ожидания имели почти все древние народы, а народы востока, наиболее соприкасавшиеся с иудеями и прямо ожидали Его пришествия из Иудеи. Так, греки выразили ожидание Мессии частью в мифологических сказаниях, частью в философии. В мифологии замечательное выражение идеи искупления можно видеть в Эсхиловом предании о Прометее, скованном цепями, в философии – у Сократа (явление божественного Учителя – в Алкивиаде, Платоновой апологии Сократа) и особенно Платона («Праведник» Платона в «Республике»). Мессианские ожидания римлян выражены поэтом Виргилием (писателем века Августа) в 4 эклоге «Буколик» (на рождение сына у консула Азиния Поллиона), в которой воспевается рождение чудесного царственного дитяти, божественного отрока, имеющего открыть на земле золотой век. Стихи Виргилия служат решительным свидетельством ожидательного состояния души язычника, его надежд на лучшее будущее с явлением какого-то необыкновенного царя или преобразователя мира. Такие ожидания в Риме были столь сильными и всеобщими, что некоторые честолюбцы покушались пользоваться ими для своих личных целей. Но еще сильнейшие и более определенные ожидания великого царя и переворота были на востоке, при чем центром и исходным пунктом этого переворота назначалась Иудея. «По всему Востоку распространилось древнее и твердое мнение, пишет Светоний, будто судьбой определено, что в тогдашнее время, вышедшие из Иудеи овладеют миром.» 425 Находятся свидетельства таких ожиданий и в мифологии восточных народов, не исключая отдаленного Китая. 426 Под влиянием этих напряженных ожиданий «спасения из Иудеи» восточные волхвы направили свой путь к Иерусалиму, когда явилось и особенное знамение на небе для убеждения их в исполнении заветного ожидание.

Таким образом и мир языческий, подобно иудеям, пред временем явления благословенного Семени жены находился в трепете какого-то таинственного ожидания и в силу тайного предчувствия обращал взор надежды к чаемому Искупителю. А так как эти предчувствия и ожидания совпадали со временем окончания седмин Данииловых и с воцарением в Иудее иноплеменника – отошел скипетр от Иуды, – то ясно было, что уже пришла полнота времени (τὸ πλήρωμα τοῦ χρόνου), когда Бог имел послать Сына Своего (единородного), Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление (Гал.4:4–5).

* * *

397

Литература. – Дьяченко Г. свящ. О приготовлении рода человеческого к принятию христианства. Москва. 1884 г. – Голубинского Ф. А. протоиер. Премудрость и благость Божия. Пис. 4 и 5. – Евсевия архим. О приготовлении рода человеческого к принятию Спасителя (Приб. к твор. св. отц. в рус. пер 1845 г. III т.). – Приготовление мира к христианству и религ.-нрав. состояние человечества во время его явления. – Эдершейма А. Приготовление к евангелию. Пер. с англ. ст. в Христ. Чт. 1885 г. 5–10, – Терновского С. проф. Иудеи рассеяния и их религиозная пропаганда (Прав. Соб. 1881 г. 1 т.) – Рыбинского В. Религиозное влияние Иудеев на языч. мир в конце ветхозав. и начале новозаветн. времен и прозелиты иудейства (Тр. Киев. Ак. 1898 г. III т.). – Матвеевского прот. Еванг. история о Боге-Слове Сыне Божьем. Спб. 1890 г. 40–150 стр. – Буткевича Т. свящ. Язычество и иудейство ко времени земной жизни Господа нашею И. Христа. Вера и Раз. 1886–1887 г. и в отд. изд. Подлинное сочинение почти под тем же заглавием на немецком языке принадлежит пастору Зейделю, изд. 1884 г. (См. о сем в Страннике, 1888 г. март и 1898 г. янв., также в Церк. Вестн. 1888 г. № 4.). – Воблаго К. Г. Приготовление древнего мира к принятию христианства. Перев. с англ. сочинения Р. М. Уенли (Вера и Раз. 1900 г. I т. 1 и 2 ч.).

398

Слово семя в приложении к живым телесным существам означает вообще продолжение рода или потомства (Быт.13:15–16; 21:12; 4Цар.11:1; Ис.1:4; 52:4), в частности – определенное лицо в потомстве (Бог дал мне другое семя, вместо Авеля, говорила Ева – Быт.4:25; и я семя Авраамово, говорил о себе ап. Павел – 2Кор.11:22). В отношении к духу-искусителю оно должно означать порождение искушения, то есть зло в человеческом роде и сам род людей злых, воспитывающих в себе свойства злого духа; такие люди и называются в Св. Писании порождения ехиднины (Мф.3:7) и чадами диавола (Ин.8. 44). Семя жены – выражение исключительное, только в настоящем случае употребленное в Писании, потому что потомство обыкновенно приписывается мужу, а не жене. На этом основании под семенем жены надобно разуметь не потомство вообще, а избранную часть его, или таких людей, которые будут не только порождением прародителей по естеству, но и, в противоположность семени змия, чадами Божиими, по благодати (Ин.1:12, 13). Таким благословенным семенем между ближайшими потомками Адама был Сиф с его потомством (сыны Божии, так названные в Быт.6:2 в противоположность сынам человеческим, т. е. потомкам Каина), из сынов Ноя – Сим, праотец Авраама, родоначальника богоизбранного народа. Это исторически раскрывающееся семя жены должно, наконец, как бы созреть в лице Искупителя.

399

То же чтение этого места (Jpse conteret caput) было в древнем тексте Италийском, т. е. в переводе латинском, который составлял Вульгату прежде, чем блаж. Иероним издал свой перевод. У самого Иеронима в переводе, прежде чем он подвергся повреждению, стояло также ipse conteret caput. – Нынешнее латинское чтение: она (ipsa conteret), т. е. жена сотрет главу змия есть повреждение настоящего перевода. Первоначальная Вульгата была только воспроизведением перевода LXX. В евр. подлиннике стоит hu, т. е. личное местоимением третьего лица, един. числа, которое, следовательно, должно быть переведено словом «он» или «оно» (как в рус. Библии), но ни в каком случай не «она». Поддерживается поврежденное чтение римскою церковью в целях оправдания ложного учения о непорочном зачатии Божией Матери.

400

Слова митр. Филарета. Изд. 2. I ч. 178 стр. Указание на рождение Спасителя от Девы в первообетовании видели и отцы церкви, начиная с древнейших. См., напр. у Иринея (Прот. ерес. 5 кн. XXI, 1; XXIII, 7), – у Киприана Карф. (Прот. Иудеев II, 9), – у Иустина (Разг. с Триф. 100).

401

Истолкователь кн. Бытия по этому поводу говорит: «дабы иметь лучшее понятие о кончине Еноха, обратиться должно к кончине Илии, которого также взял Иегова (4Цар.11:5). Должно думать, что и в первом (т. е. Енохе) по достижении внутреннего человека его в предопределенную меру благодатного возраста, смертное было поглощено жизнью (2Кор.5:4) некоторым благороднейшим образом, нежели тот, который мы называем телесною смертью» (Филарет митр. Зап. на кн. Быт. I ч. 102 стр.).

402

О необычайном долголетии допотопных патриархов и разбор ложных мнений по этому вопросу можно читать в кн. Покровского А. Библ. учение о первобытной религии. 372–383 стр.

403

По авторитетному мнению нашего отечественного экзегета «недоумения касательно происхождения этих одежд не иначе могут быть разрешены, как тою догадкой, что Бог в одно время научил человека и приносить в жертву животных, и обращать их кожу в одежду» (Филарета митр. Зап. на кн. Бытия, I ч. 73 стр.).

404

В трех основных версиях библейского текста – Еврейской, Греческой и Самаританской весьма неодинаково определяется продолжительность допотопного периода: LXX – 2242 г., по Евр.– 1656 л., по Самар. – 1307 л. Во всяком случае, при долголетии допотопного человечества, население земного шара ко времени потопа могло превышать уже 1000 миллионов людей.

405

Всемирный потоп есть историческое событие, а не сага или миф, как многие склонны утверждать. Действительность этого события и многих его частностей (хотя не всех) засвидетельствована Самим Иисусом Христом и Его апостолами (Мф.24:37; 1Пет.3:20; 2Пет.2:5; 3:6; Евр.11:7) – Предания о потопе существуют почти у всех народов Европы, Азии, Африки и Америки, подтверждаются они и новейшими археологическими исследованиями. Находят подтверждение этого события в данных геологи. – О действительности потопа: у Вигуру. Руководство к чтению и изучению Библии I т. §§ 308–317, Рождественского Н. проф. Апологетика II т. 337– 353 стр. Эбрарда. Аполог. II т. См. также ст. Глаголева С. С. проф. Суждения двух геологов о библейском потопе (Прав. Обозр. 1890 г. май–нюнь), и его же библ. заметку в Богосл. Вестн. (1898 г. май). Всемирный потоп.

406

Исторический характер этого события подтверждается частью сохранившимися почти у всех народов сказаниями о вавилонском столпотворении и рассеянии народов, частью данными филологии. См. о сем в книге проф. Глаголева. О происх. и первоб. сост. человека, также в указ. соч. Вигуру, (§§ 325–329), у проф. Рождественского, Апологетика. II т. 353–364 стр. Несоцкого С. Начало Вавилона. (Тр. Киев. Ак. 1902 г. сент.).

407

Есть различие между обетованием и пророчеством, хотя то и другое одинаково составляют слово Божие. Обетование есть слово, непосредственно Самим Богом изреченное, а пророчество есть слово, сперва воспринятое пророком и потом уже воспроизведенное этим последним в той или другой форме. Отсюда-то число обетований значительно меньше числа пророчеств. Обетования изрекались Богом во время Его явлении людям, а пророчества открываемы были многообразно и не соединялись с богоявлениями.

408

Обозрение мессианских пророчеств и обетований, находящихся в разных книгах ветхого завета, кроме специальных толкований на эти книги, можно находить в следующих сочинениях: Пархомовича А. Объясн. главнейших обетований и пророчеств о Мессии в Пятокнижии и Псалтири. Кишин. 1894 г. Каменского Н. свящ. Изображение Мессии в Псалтири. Каз. 1878 г. Юнгерова И. проф. Вероучение Псалтири (Пр. Соб. 1895–1897 г. и в отд. изд.). Лаврова. Обетов. и пророчества в Пятокнижии (Приб. к твор. св. отц. XV т. 1856 г.). Макария митр. Введ. в Прав. Богосл. § 61 и особ. §§ 76–89 (пророч. пророков) по изд. 1863 г. Григорьева И. Пророчества Исаии о Мессии и Его царстве. Каз. 1902 г. В системах Догм. Богосл. наиболее подробно изложено о сем у преосв. Филарета , §§ 154–170.

409

Имеется обширное специальное исследование проф. прот. Малова А. О превосходстве Моисея пред всеми пророками (прот. евреев). Пр. Соб. 1897–98 г.

410

Должно заметить, что кроме такого своего значения, наименование сын человеческий (по буквальному значению то же, что просто человек) в приложении к И. Христу у пр. Даниила и в новом завете имеет и особенное исключительно Ему принадлежащее (мессианское) значение. Подробнее, разъяснение значения этого наименования, можно читать в ст. «Сын человеческий» – Чт. люб. дух. проев. 1894 г. 1 ч.

411

Ст. 3–7 по перев. с ц.-слав. читаются так: «но вид его безчестен, умален паче всех сынов человеческих: человек в язве сый и ведый терпети болезнь, яко отвратися лице его, безчестно бысть, и не вменися. Сей грехи нашя носит и о нас болезнует, и мы вменихом его быти в труде и в язве от Бога и во озлоблении. Той же язвен бысть за грехи нашя и мучен бысть за беззакония наша, наказание мира нашего на нем, язвою его мы изцелехом. Вси яко овцы заблудихом: человек от пути своего заблуди, и Господь предаде его грех ради наших. И той, зане озлоблен бысть, не отверзает уст своих: яко овча на заколение ведеся, и яко агнец пред стригущим его безгласен, тако не отверзает уст своих.»

412

Слово almah одни производить от alam – утаивать, укрывать. По такому производству almah означает сокровенную, или, по выражению блаж. Иеронима, «охраняемую с чрезвычайным бережением» (На Быт.24:16). Так справедливо могли называться на востоке одни только девы, которые, по тогдашнему обычаю, до брака не являлись в обществ, и скрывались в домах своих родителей, от чего и назывались заключенными (2Мак.3:19; 3Мак.1:15). Для обозначения девицы, пользовавшейся большею свободою, чем almah, – появлявшейся и в обществе, употреблялось другое слово – betulah (напр. Втор.22:23), а девицу, не сохранившую свою невинность, евреи называли kedeschah (напр. Втор.23:18). Другие производят almah от alam – быть крепким, зрелым, приходить в зрелый возраст. По последнему производству это слово имеет два значения дева по возрасту и дева по состоянию. В Писании употребляется almah иногда и в первом значении, – девы по возрасту, молодой девицы (у LXX – νεᾶνις, как в Пс.67:26), но преимущественно в значении девы по состоянию, – чистой, непорочной (Быт.24:43; Исх.2:8; Песн.1:2; 6:7; сн. Быт.24:16; 2Цар.13:2), исключение – Притч.30:19. Но, в последнем месте не произошло ли повреждение текста? Делают догадку, что здесь вместо almah следует читать alamof, т. е. так: и следов человека (игрока) на аламофе (так назывались в десятиструнной псалтири пять верхних, дискантовых струн). См. о сем проф. Некрасова А. Предсказания О Мессии в книгах пророческих. (Пр. Собес. 1902 г. янв. 6 7 стр). Перетолкование позднейшими иудеями, равно и рационалистами, будто под almah у пр. Исаии разумеется молодая, замужняя женщина, но оправдывается ни этимологическим значением этого слова, ни употреблением оного в подлинном еврейском тексте. Нигде в Писании словом almah не называется замужняя молодая женщина. Нет оснований для такого понимания и в древних переводах, в которых под almah в пророчеств Исаин разумеется дева чистая, непорочная. То же и в халдейских парафрастах.

413

Объяснение пророчества Исаии только в прообразовательно-мессианском смысле с отнесением оного ближайшим образом к какому-либо тогдашнему событию –позднейшего происхождения и принадлежит преимущественно западному богословию. Все древнее отцы церкви усвояли оному прямо мессианское значение. До половины XVIII в. против такого понимания возражали только иудеи, но были обличаемы еще древними отцами церкви: напр. Иустином – Разг. с Триф 43:66–84, Иринеем – Прот. ер. 3 кн. XXVII, 7, Тертуллианом – Прот. иуд. 9, Златоустом – Бес. на Мф.5:2–3; Толк. на Ис.7:5, Феодоритом, Кириллом Алекс., Иеронимом в толк, на кн. пр. Исаии, и другими.

414

Подобное же предъуказание содержится в видении четырех зверей, олицетворявших имеющие преемственно следовать четыре земные царства, по разрушении которых Ветхий днями Тому, Который подведен был к Нему и по виду – как Сын человеческий, дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему, – и открылось вечное царство святых (VII гл.).

415

По греч. счету этот указ был дан в 3 году 81 Олимпиады (начало Олимпиад –776 г. до Р. X), по римскому в 299 г. от основания Рима (основание Рима за 753 г. до Р. X.).

416

О седминах пр. Даниила можно читать в исследованиях: проф. Беляева А. Д. О безбожии и антихристе. I т. Серг. пос. 1898 г. Рождественского А. П. Откровение пр. Даниилу о семидесяти седминах. Хр. Чт. за 1896 г. II–III т. и в отд. изд. Некрасова А. проф. Предсказания о Мессии в кн. пророческих. Прав. Соб. 1902 г. янв.

417

О ветхозаветных прообразах см. исследование Смирнова С. К. Предъизображение Господа нашего И. Христа и Его церкви в ветхом завете. Москва. 1852 г. и ст. Тени и тело или ветхозаветные преобразования и новозав. истина. (Хр. Чт. 1842 г. IV). Добромыслова Д. Мнения отцов и учителей церкви о ветхозав. обрядовом законе Моисея. Каз. 1893 г. – Соколова В. Обрезание у евреев. Каз. 1892 т. Протопопова В. Библ. ветхоз. факты по толкованиям св. отцов и учителей церкви. Прав. Соб. 1897 г. и в отд. изд.

418

Подробнее о гражд. закон см. в труде Лопухина А. П. проф. Моисеево законодательство. Спб. 1881 г.

419

См. о сем в ст. Павловича Л. Нравственное состояние мира в век рождества Спасителя (по Ульгорну). Странник, 1902 г. дек. Сн. примеч. 2 на 394 стр.

420

Клим. Ал. Стром. I кн. 5, 32. 38; VI, 6. 17. 47, и др. – Иуст. муч. Апол. II, 10. сн. Апол. I, 5. – Ирин. Пр. ерес. III кн. 18, 1. По мнению Оригена философия служила руководством или приуготовлением к христианству (у Евсевия в Церк. ист. VII, 18). Св. Василий В. видел в философии отражение света Христовой истины, подобное отражению солнца в водах. Бес. 22. К юношам о том, как пользоваться языч. сочинениями (IV ч. в рус. пер.).

421

Вопрос о распространении ветхозаветного откровения вне богоизбранного народа подробно, на основании библейских и вне библейских свидетельств, рассмотрен в труде проф. Глаголева С. С. Сверхъестественное откровение и естественное богопознание вне истинной церкви. Харьков. 1900 г. I ч. 1 и 2 отд.

422

Пример этого представляет собою Татиан См. Речь прот. греков, гл. 22. 42, сн. Praep. Evang. Lib. VIII, c. 1.

423

Произведения сивилл ныне разделены на 14 книг. Некоторые места из речей иудейской сивиллы приведены в указанной книг, проф. Глаголева. Сверхъест. откровение. 208–213 стр. См. также ст. Волнина А. Иудейские и Христианские идеи в книгах Сивилл (Вера и Раз. 1899 г. II ч. 1 т.).

424

Таковыми именно были монархии: вавилонская (от 625 до 537 г. до Р. X.), мидо-персидская (537 до 330 г. до Р. X.), греко-македонская (от 324 до 31 г. до Р. X.) и, наконец, римская империя, начавшаяся от единовластительства Августа и при преемниках Константина В. распавшаяся на восточную и западную.

425

Светон. Vita Vespasiane, c. 4. Подобно Светонию, Тацит, излагая историю войны иудейской, говорит: «многие были убеждены, что по древним книгам жрецов, в это самое время Восток приобретет новые силы и что имеющие выйти из Иудеи сделаются властителями мира» (Histor. V, 13). То же повторяли Филонь и И. Флавий.

426

Так, ожидания Мессии у персов нашли себе выражение в мифе о Митре и вере в пришествие на землю, пред концом ее, пророка Созноша, у индусов – в мифе об Адити, от которой должен родиться и воплотиться для спасения людей Вишну под именем Кальки, у египтян – в мифе об Орусе потомке богини Изиды, имеющем отнять у Тифона – злого духа силу и поставить его в невозможность причинять вред. Даже в отдаленном Китае в эпоху рождества Христова ожидали великого «Святого», называемого еще «Пастырем» и «Князем», а у китайских историков есть сказание о посольстве, отправленном в Палестину (через 65 л. по Р. X.), чтобы узнать точно ли явился миру велики Посланник Неба.


Источник: Православное догматическое богословие / [Соч.] Свящ. Н. Малиновского, инспектора Ставропол. духов. семинарии. Ч. 1-2. - Харьков : тип. Губ. правл., 1895-1909. – 445, VII с.

Комментарии для сайта Cackle