Почему у пра­во­слав­ных «не всё по Библии»?

Андрей Дес­ниц­кий

Оглав­ле­ние


Виньетка


Нередко можно услы­шать упреки в адрес пра­во­слав­ных, будто у них многое про­ти­во­ре­чит Свя­щен­ному Писа­нию хри­стиан – Библии. К при­меру, они молятся Бого­ро­дице и святым, а не одному только Богу, а также почи­тают иконы и назы­вают свя­щен­ни­ков «отцами», хотя Библия запре­щает это делать. Они испол­няют мно­же­ство обря­дов, о кото­рых в Библии вроде бы нет ни слова. Что же это значит: пра­во­слав­ные отка­за­лись от Библии, заме­нив ее соб­ствен­ными изоб­ре­те­ни­ями, кото­рые они назы­вают «Пре­да­нием»? Давайте раз­бе­ремся.

^ Цер­ковь, напи­сав­шая Библию

Один пра­во­слав­ный свя­щен­ник в США рас­ска­зы­вал такую исто­рию. На улице к нему подо­шел про­по­вед­ник и сказал: «Хотите, я рас­скажу вам о Церкви, кото­рая осно­вана на Библии?» На это свя­щен­ник отве­тил: «А хотите, я рас­скажу вам о Церкви, кото­рая напи­сала Библию?» Его ответ может пока­заться дерз­ким и над­мен­ным, но, если заду­маться, он довольно точно отра­жает то, какой Пра­во­слав­ная Цер­ковь видит саму себя. Это не значит, разу­ме­ется, что она пол­но­стью урав­ни­вает апо­столь­скую общину с тем, что мы сего­дня назы­ваем Пра­во­сла­вием. Нет, апо­столы не носили митры, не имели икон, не слу­жили водо­свят­ные молебны, и это всем понятно. Но пра­во­слав­ные наста­и­вают: они – прямое и непо­сред­ствен­ное про­дол­же­ние этой общины. Наша Цер­ковь воз­никла не потому, что кто-то когда-то про­чи­тал Библию и решил, что теперь ему нужно учре­дить такую-то орга­ни­за­цию на таких-то прин­ци­пах, а потому, что в свое время Гос­подь при­звал Авра­ама, затем Исаака, затем Иакова, и на каждом новом этапе Боже­ствен­ное Откро­ве­ние допол­ня­лось и рас­ши­ря­лось, затем запи­сы­ва­лось – и так воз­никла Библия внутри этой Церкви, избран­ного Божьего народа. Сего­дня она про­дол­жа­ется в Пра­во­сла­вии.

Пре­да­нием как раз назы­вают вот эту живую связь эпох, а вовсе не неко­то­рую сумму обы­чаев и при­вы­чек, кото­рые могут меняться от века к веку и от народа к народу. Свя­щен­ное Писа­ние, то есть Библия, – цен­траль­ная и глав­ная часть этого Пре­да­ния, с кото­рой должно све­ряться всё осталь­ное.

И все-таки, почему же тогда у пра­во­слав­ных многое «не по Библии»? Почему бы им не отка­заться от того, чего нет в Библии в явном виде?

Прежде, чем начи­нать раз­го­вор об этом, поста­ра­емся точнее опре­де­лить, что именно мы имеем в виду. Во-первых, в Пра­во­слав­ной Церкви, какой она суще­ствует на земле, всегда было и будет немало иска­же­ний и нару­ше­ний идеала Пра­во­сла­вия – этого никто не скры­вает. При­ходя в Цер­ковь, чело­век не пере­стает быть несо­вер­шен­ным и часто совер­шает такие поступки, кото­рые про­ти­во­ре­чат учению этой самой Церкви. Но такие иска­же­ния опро­вер­га­ются и отвер­га­ются самими пра­во­слав­ными. Значит, об этом мы сейчас гово­рить не будем.

Есть и другой вид несов­па­де­ний – когда в совре­мен­ной цер­ков­ной или даже свет­ской жизни появ­ля­ются какие-то обычаи, отсут­ству­ю­щие в Библии, но не про­ти­во­ре­ча­щие ей. Так, неко­то­рые, хотя и очень немно­го­чис­лен­ные хри­сти­ане, не счи­тают воз­мож­ным празд­но­вать дни рож­де­ния, поскольку един­ствен­ный день рож­де­ния, упо­мя­ну­тый в Библии, – это тор­же­ство в честь царя Ирода, на кото­ром и отру­били голову Иоанну Кре­сти­телю. Конечно, так, как Ирод, нам весе­литься не стоит – но значит ли это, что мы вообще не вправе отме­чать дни рож­де­ний доро­гих нам людей? По-моему, никак не значит. Ведь очень многое в нашей жизни тоже не встре­ча­ется в Библии, но глупо было бы тре­бо­вать от хри­стиан отка­заться от этих при­зна­ков совре­мен­ной жизни, а равно и от обы­чаев и при­вы­чек, кото­рые не нахо­дят в Библии пря­мого под­твер­жде­ния, но ни в чем ей не про­ти­во­ре­чат. Они воз­никли позд­нее, в иных усло­виях, ведь жизнь нико­гда не стоит на месте. Поэтому про­стота и непри­тя­за­тель­ность апо­столь­ской молитвы посте­пенно пре­вра­ти­лась в пыш­ность визан­тий­ских обря­дов – точно так же, как легким сре­ди­зем­но­мор­ским туни­кам пришли в нашем кли­мате на смену тяже­лые зимние пальто.

Словом, такие несов­па­де­ния мы тоже сейчас рас­смат­ри­вать не будем. Пого­во­рим о тре­тьем роде несо­от­вет­ствий: когда что-то в совре­мен­ной пра­во­слав­ной прак­тике напря­мую про­ти­во­ре­чит, как кажется, веле­ниям Библии. А таких момен­тов кри­тики назы­вают немало: пра­во­слав­ные молятся не только Богу, но и умер­шим людям, покло­ня­ются их телам и изоб­ра­же­ниям, назы­вают своих настав­ни­ков отцами, а еще… Впро­чем, для начала хватит – раз­бе­ремся хотя бы с этим.

^ Глаза, руки и ноги

Но прежде, чем обра­щаться к пра­во­слав­ным, давайте посмот­рим на всех хри­стиан вообще. Много ли среди них людей с выко­ло­тыми гла­зами и отруб­лен­ными руками и ногами? Немного, причем они не сами сде­лали себя инва­ли­дами. А ведь Хри­стос ясно тре­бует в Еван­ге­лии: если тебя соблаз­няет глаз, рука или нога, нужно изба­виться от этой части тела, потому что лучше тебе увеч­ному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неуга­си­мый (Мк.9:43–48). Если пони­мать эти слова бук­вально, вывод оста­ется только один: взгля­нул на что-то непри­стой­ное – выколи себе глаз; пошел, куда не надо, – немед­ленно отруби ногу. Конечно, в жизни каж­дого чело­века такое бывает не еди­но­жды, и бук­вально испол­нить это нет ника­кой воз­мож­но­сти. Так что нам стоит заду­маться – какой смысл стоит за этими яркими и запо­ми­на­ю­щи­мися сло­вами, чему хочет научить нас Хри­стос? По-види­мому, тому, что в борьбе с грехом не сле­дует себя жалеть, и на пути к Богу не обой­тись без само­огра­ни­че­ний, порой очень болез­нен­ных и непри­ят­ных.

Всем оче­видно, что в Библии немало таких мест, кото­рые невоз­можно при­нять как непо­сред­ствен­ное руко­вод­ство к дей­ствию во всех слу­чаях жизни – ведь Библия не инструк­ция по пожар­ной без­опас­но­сти, кото­рой нужно сле­до­вать в соот­вет­ству­ю­щей обста­новке без раз­ду­мий и коле­ба­ний. Нет, она, скорее, выстра­и­вает для чело­века некие основ­ные цен­но­сти и при­о­ри­теты, кото­рые могут по-раз­ному вопло­щаться в его повсе­днев­ной жизни, и тут уже ему самому при­хо­дится многое решать для себя. Ведь и Бог ждет от нас не сле­пого фана­тизма, а разум­ного и осмыс­лен­ного послу­ша­ния.

Вот с этих пози­ций мы и поста­ра­емся понять, как согла­су­ется прак­тика Пра­во­слав­ной Церкви с биб­лей­ским уче­нием.

^ Бого­ро­дица и святые

Глав­ной ново­стью, кото­рую при­несла в мир Библия, была весть о Едином Боге. Языч­ники могли пом­нить о Творце мира, но пред­по­чи­тали иметь дело не с Ним, а с мно­го­чис­лен­ными боже­ствами, каждое из кото­рых заве­до­вало какой-то опре­де­лен­ной сферой жизни: этому надо молиться об урожае, тому – о воен­ной победе, а вон той – в случае зубной боли. Именно к такому миру были обра­щены слова первой запо­веди: Я Гос­подь, Бог твой… Да не будет у тебя других богов пред лицом Моим (Исх.20:2–3). Но что же мы видим у пра­во­слав­ных – снова мно­го­бо­жие? Молятся не только Богу, но и святым, осо­бенно Бого­ро­дице? Просят их о помощи, словно бы забыв о Творце?

Давайте вслу­ша­емся: как и о чем просят святых пра­во­слав­ные? Гово­рят ли они им: «Такой-то, как гос­по­дин над уро­жаем или зубной болью, надели меня своими дарами»? Нет, они обра­ща­ются к ним со сло­вами: «моли Бога о нас». Все хри­сти­ане, да и не только они, время от вре­мени просят других о молит­вен­ной под­держке, потому что пони­мают: чело­веку трудно одному пред­сто­ять перед Богом, ему нужна помощь собра­тьев по вере, их соглас­ная молитва обла­дает огром­ной силой. Именно о такой помощи и под­держке пра­во­слав­ные просят своих стар­ших бра­тьев и сестер, кото­рые уже закон­чили свой жиз­нен­ный путь и пред­стоят перед Гос­по­дом. Эти люди в своей жизни пока­зали, как много может их молитва, как охотно они при­хо­дят на помощь другим – так неужели мы должны пре­не­бре­гать их под­держ­кой?

Ведь мы верим, что у Бога все живы. Не слу­чайно еще в Ветхом Завете Гос­подь, обра­ща­ясь к людям, назы­вал Себя «Богом Авра­ама, Исаака и Иакова» – первых святых Своей Церкви. Он мог бы ска­зать о Себе: «Я Вечный, Я Творец неба и земли» – и многое, многое иное. Но Он пред­по­чел гово­рить о Себе в связи со свя­тыми, в жизни кото­рых и рас­кры­ва­лось пред­став­ле­ние о Едином Боге. Знать, что есть Творец, – хорошо, но это мало что значит лично для тебя. А вот знать, что есть Тот, Кто заклю­чил союз с Авра­амом, Иса­а­ком и Иако­вом, и Он пред­ла­гает тебе войти в этот союз, при­со­еди­ниться к ним, – это уже совсем другое дело. И в этом деле просто необ­хо­дима будет под­держка тех, кто вошел в этот союз прежде тебя.

Но отдельно стоит ска­зать о Бого­ро­дице, ведь Ее не только просят о молит­вах, но и посто­янно воз­ве­ли­чи­вают в цер­ков­ных пес­но­пе­ниях, ставят фак­ти­че­ски на второе место после Христа. Но ведь Она всего лишь чело­век!

Эти споры воз­никли не вчера, им почти столько же лет, сколько и хри­сти­ан­ству. Один из визан­тий­ских импе­ра­то­ров активно про­ти­вился почи­та­нию Бого­ро­дицы. Одна­жды он привел своим при­бли­жен­ным такой пример: пока­зал им коше­лек с золо­том и спро­сил, дорого ли тот стоит. «Разу­ме­ется, дорого», – отве­тили при­двор­ные. Тогда он высы­пал из него золо­тые монеты и снова задал тот же вопрос. «Теперь ничего не стоит», – отве­тили они. «Так и Мария, – напут­ство­вал он их, – пока носила во чреве Христа, была достойна почи­та­ния, теперь же ничем не отли­ча­ется от прочих женщин».

Неужели не отли­ча­ется? Еван­ге­лие с этим не согласно. Доста­точно про­чи­тать первую главу от Луки, чтобы уви­деть: с Марией почти­тельно бесе­до­вал архан­гел Гав­риил, а мать Иоанна Кре­сти­теля Ели­са­вета назы­вала Ее «бла­жен­ной среди женщин». Но и этого мало – Сама Мария, полу­чив­шая Духа Свя­того, поняла, что это почи­та­ние оста­нется с ней навсе­гда: при­з­рел Он на сми­ре­ние рабы Своей, ибо отныне будут убла­жать Меня все роды; сотво­рил Мне вели­чие Силь­ный, и свято имя Его (Лк.1:48–49). Соб­ственно, именно в таком виде Ее почи­та­ние и доныне суще­ствует у пра­во­слав­ных – прак­ти­че­ски теми же сло­вами они воз­ве­ли­чи­вают Деву из Наза­рета и сейчас.

Есть тут и еще один очень важный момент: про­слав­ляя Бого­ро­дицу, пра­во­слав­ные хри­сти­ане сви­де­тель­ствуют о вели­чии чело­века. Да, Хри­стос тоже родился как про­стой чело­век, но при этом Он не пере­стал быть Богом, и в этом отли­ча­ется от всех нас. Но Мария была про­стой девуш­кой, а значит, Ее пра­вед­ность и чистота могут быть хотя бы в теории доступны каж­дому из нас. Нако­нец, Хри­стос прожил земную жизнь как муж­чина. Он пере­жил и испы­тал всё, что может выпасть здесь на долю чело­века, но Он не жил в жен­ском теле, у Него не было семьи, родных детей. Мария испы­тала все и даже прошла через страш­ную потерю Сына – и поэтому в какие-то моменты жизни мы можем обра­титься за помо­щью и под­держ­кой именно к Ней: Она пере­жила это… Отка­заться от такого заступ­ни­че­ства озна­чало бы не просто обед­нить себя, но и напря­мую отверг­нуть ска­зан­ные в Библии слова.

^ Мощи, иконы

Хорошо, но зачем же тогда святых не просто просят о молитве, но и почи­тают их мерт­вые тела (мощи) и даже изоб­ра­же­ния? Ведь ясно ска­зано: Не делай себе кумира и ника­кого изоб­ра­же­ния того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не покло­няйся им и не служи им… (Исх. 20:4–5). Ска­зано, но и объ­яс­нено: Твердо дер­жите в душах ваших, что вы не видели ника­кого образа в тот день, когда гово­рил к вам Гос­подь, дабы вы не раз­вра­ти­лись и не сде­лали себе изва­я­ний, изоб­ра­же­ний какого-либо кумира, пред­став­ля­ю­щих муж­чину или жен­щину (Втор. 4:15–16).

Итак, запрет на изоб­ра­же­ния явно отно­сится к Вет­хому Завету, в кото­ром Бог пре­бы­вает неви­ди­мым и непо­сти­жи­мым, и вся­че­ские фан­та­зии на Его счет строго запре­ща­ются. Соб­ственно говоря, этот запрет оста­ется в силе и в Пра­во­слав­ной Церкви (хотя встре­ча­ются и его нару­ше­ния): Бога-Отца и Свя­того Духа изоб­ра­жать нельзя. Но почему нельзя изоб­ра­зить чело­века Иисуса? Или других людей, кото­рые дороги нам? Если нельзя, то при­дется уни­что­жить все вообще порт­реты и фото­гра­фии. Когда кто-то держит перед собой изоб­ра­же­ние люби­мого чело­века, нахо­дя­ще­гося вда­леке, мыс­ленно или вслух раз­го­ва­ри­вает с ним, целует его, он, соб­ственно говоря, совер­шает точно то же самое, что и почи­та­тели икон. При этом никто, конечно, не думает, что икона или фото­гра­фия заме­няют нам живую лич­ность, что они нужны нам сами по себе, а не как свое­об­раз­ная связь с этой лич­но­стью.

Но мощи, мерт­вые тела, кото­рые сле­до­вало бы похо­ро­нить и оста­вить в покое? Первый пример чудо­твор­ных мощей мы, кстати, встре­чаем в Библии: умер­ший, кото­рого слу­чайно поло­жили на кости про­рока Елисея, вне­запно ожил! (4Цар. 13:21) Даже в Ветхом Завете, где любое при­кос­но­ве­ние к трупу или могиле делало чело­века риту­ально нечи­стым, для людей было исклю­чи­тельно важно быть похо­ро­нен­ными в соб­ствен­ной родо­вой гроб­нице. Бывали случаи, когда в такую гроб­ницу спе­ци­ально клали тело умер­шего про­рока, заве­щав похо­ро­нить себя рядом с ним (3Цар. 13:29–32). Если ты почи­тал чело­века при его жизни, если наде­ешься уви­деться с ним после смерти, тебе не может быть без­раз­лична его могила. Да и совре­мен­ное обще­ство, так ста­ра­тельно скры­ва­ю­щее смерть, пожа­луй, нуж­да­ется в еще одном напо­ми­на­нии, что этот порог всем нам пред­стоит пере­сту­пить, и важно другое: с чем мы подой­дем к нему.

Конечно, верно, что икона или мощи, или любой другой мате­ри­аль­ный пред­мет (кре­стик, освя­щен­ная вода, просфора) могут стать насто­я­щим идолом, пред­ме­том покло­не­ния, кото­рый якобы сам по себе исце­ляет чело­века. Это уже явно нару­шает биб­лей­скую запо­ведь – но ведь и Пра­во­сла­вие такой подход счи­тает маги­че­ским и одно­значно его осуж­дает.

Однако Цер­ковь в том числе при­звана освя­тить и пре­об­ра­зить этот мир, поэтому она нико­гда не станет ухо­дить в «область чистого духа», отка­зы­ваться от обря­дов, освя­щен­ных пред­ме­тов – то есть от мате­ри­аль­ного мира. Нет, она при­ни­мает и пре­об­ра­жает чело­века в его целост­но­сти, с душой и телом, о чем и сви­де­тель­ствует почи­та­ние мощей и икон. И почи­та­ние здесь отли­ча­ется от покло­не­ния, кото­рое при­над­ле­жит только Богу.

^ Мно­же­ство отцов

Хри­стос, каза­лось бы, ясно сказал уче­ни­кам: отцом себе не назы­вайте никого на земле, ибо один у вас Отец, Кото­рый на небе­сах (Мф. 23:9). Но отчего же у пра­во­слав­ных только и слышно: «отец такой-то»? Это же явное про­ти­во­ре­чие!

Начнем с того, что про­ти­во­ре­чие это встре­ча­ется уже внутри Нового Завета. Апо­стол Павел в 4‑й главе Рим­ля­нам неод­но­кратно назы­вает «отцом веру­ю­щих» Авра­ама, но мало того: он кате­го­ри­че­ски наста­и­вает, что сам явля­ется отцом по отно­ше­нию к тем, кого он обра­тил к вере! Вот что он пишет: …прошу тебя о сыне моем Они­симе, кото­рого родил я в узах моих (Флм. 1:10). И даже объ­яс­няет: хотя у вас тысячи настав­ни­ков во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе бла­го­вест­во­ва­нием. Посему умоляю вас: под­ра­жайте мне, как я Христу. Для сего я послал к вам Тимо­фея, моего воз­люб­лен­ного и вер­ного в Гос­поде сына (1Кор. 4:15–17).

Вряд ли апо­стол не знал про­ци­ти­ро­ван­ных выше слов Христа или созна­тельно ими пре­не­брег. Значит, он пони­мал их вовсе не в том смысле, будто запре­щено само слово «отец». Видимо, Хри­стос обли­чал опре­де­лен­ное отно­ше­ние к чело­веку – и можно даже понять, какое… В Еван­ге­лии мы читаем спор Христа с Его про­тив­ни­ками (Ин. 8:37–45): они уве­ренно назы­вают своим отцом и Авра­ама, и даже Бога (каза­лось бы, куда пра­виль­ней!), но Хри­стос бро­сает им в лицо страш­ное обви­не­ние: ваш отец – диавол. Почему? А потому, что они охотно и после­до­ва­тельно испол­няют его волю.

Людям свой­ственно бывает ссы­латься на какие-то внеш­ние авто­ри­теты. В том же самом посла­нии, где он отста­и­вал свое отцов­ство, Павел писал: у вас гово­рят: «я Павлов»; «я Апол­ло­сов»; «я Кифин»; «а я Хри­стов». Разве раз­де­лился Хри­стос? разве Павел рас­пялся за вас? или во имя Павла вы кре­сти­лись? (1Кор.1:12–13) Вот, по-види­мому, что запре­щал Хри­стос: сек­тант­ство, при кото­ром имя учи­теля ста­но­вится зна­ме­нем борьбы с после­до­ва­те­лями иных сект. А вот духов­ных связей, подоб­ных отно­ше­ниям отца и детей, Он явно запре­щать не соби­рался.

Так что цитату из Еван­ге­лия не стоит выди­рать из кон­тек­ста. И кстати, сразу после слов об отцах идет запрет назы­ваться настав­ни­ками (закроем все школы и инсти­туты?), а также призыв: «боль­ший из вас да будет вам слуга» (всюду дирек­то­ров назна­чим убор­щи­ками?).

Разу­ме­ется, список мнимых несо­от­вет­ствий между Биб­лией и жизнью пра­во­слав­ных хри­стиан можно было бы про­дол­жать – но уже, навер­ное, пока­зано глав­ное. Библия никак не содер­жит некий свод уни­вер­саль­ных правил пове­де­ния, соблю­де­ние кото­рых и будет «хри­сти­ан­ской жизнью». Нет – она зовет нас к пере­ме­нам в серд­цах, к взрос­ле­нию и само­сто­я­тель­но­сти, ука­зы­вая глав­ные ори­ен­тиры и огра­ни­че­ния и предо­став­ляя сво­боду в осталь­ном. Пра­во­слав­ное Пре­да­ние пред­ла­гает нам двух­ты­ся­че­лет­ний опыт осмыс­ле­ния и про­жи­ва­ния каждой биб­лей­ской цитаты – и прежде, чем отвер­гать его, стоит к нему при­смот­реться повни­ма­тель­ней. Ведь вполне может быть, что, при­смот­рев­шись, вы захо­тите не отверг­нуть его, а при­нять.

журнал «Фома» № 2 (58) фев­раль 2008

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки