Преображение Господне. Антология

Преображение Господне. Антология


 

Петр Малков

Божественная слава Фавора: святоотеческие проповеди на Преображение

Фавор: радость восхождения к Богу

«Бывают в духов­ной жизни… мгно­ве­ния, кото­рые так пре­красны, так дивны, что хоте­лось бы, чтобы время, жизнь, веч­ность на них оста­но­ви­лись и нико­гда ничего дру­гого не слу­ча­лось бы» – так начи­нает одну из своих про­по­ве­дей на празд­ник Пре­об­ра­же­ния мит­ро­по­лит Сурож­ский Анто­ний. О чем гово­рит здесь вла­дыка Анто­ний? О том духов­ном опыте, что неко­гда – на горе Пре­об­ра­же­ния – ощу­тили и испы­тали в своих серд­цах апо­столы… Именно это глу­бо­кое чув­ство внут­рен­него лико­ва­ния от встречи с Богом, пол­ноты при­част­но­сти Его дарам и овла­дело тогда цели­ком Пет­ром, Иако­вом и Иоан­ном, вос­шед­шими вме­сте со своим Боже­ствен­ным Учи­те­лем на Фавор: Гос­поди! хорошо нам здесь быть (Мф.17:4). И пусть это нико­гда не пре­кра­тится, не закон­чится никогда!

Пре­об­ра­же­ние Гос­подне. Анто­ло­гия свя­то­оте­че­ских проповедей

Но ведь и для нас, хри­стиан, также открыт путь на тот же самый Фавор: для всех тех, кто при­хо­дит в пока еще теп­лые авгу­стов­ские дни, на исходе крат­кого рус­ского лета, в храм – на цер­ков­ный празд­ник Пре­об­ра­же­ния… Цер­ковь – уди­ви­тель­ное место! Ведь в Церкви – как в реаль­но­сти Неба на земле, пре­вос­хо­дя­щей своей бла­го­дат­ной силой твар­ную огра­ни­чен­ность вре­мени и про­стран­ства, – хри­сти­ане таин­ствен­ным обра­зом ока­зы­ва­ются под­лин­ными участ­ни­ками собы­тий Свя­щен­ной исто­рии, всту­пают в саму «плоть» Еван­ге­лия. И потому-то именно здесь и сей­час мы, сто­я­щие на пре­об­ра­жен­ском бого­слу­же­нии в храме, можем испы­тать ту же самую радость, что неко­гда пере­жили Петр, Иаков и Иоанн, и оттого бла­го­дарно вос­клик­нуть: сего­дня это и мой Фавор!

Новозаветное событие Преображения

Смысл собы­тия Пре­об­ра­же­ния рас­кры­ва­ется перед нами в еван­гель­ском повест­во­ва­нии о том, как Гос­подь Иисус Хри­стос, взяв с Собой трех Своих уче­ни­ков, трех апо­сто­лов – Петра, Иакова и Иоанна – воз­вел их на гору и пре­об­ра­зился, изме­нился перед ними, про­сияв пре­крас­ным и в то же самое время нестер­пи­мым для их зре­ния Све­том. Подроб­ный рас­сказ о Пре­об­ра­же­нии содер­жится у трех еван­ге­ли­стов – Мат­фея, Марка и Луки (см.: Мф.17:1–13; Мк.9:2–13; Лк.9:28–36).

Как повест­вует Еван­ге­лие, в те дни уже бли­зи­лось время стра­да­ний и крест­ной смерти Хри­ста: Сам Иисус все чаще и чаще гово­рил со Сво­ими апо­сто­лами о пред­сто­я­щих Ему муче­ниях и рас­пя­тии. И вот одна­жды Он, взяв с Собой трех самых близ­ких Ему уче­ни­ков, взо­шел на вер­шину горы, дабы совер­шить здесь молитву Когда Хри­стос начал молиться, с Ним – как уви­дели Его спут­ники – вдруг про­изо­шла уди­ви­тель­ная пере­мена: лицо Его пре­об­ра­зи­лось, про­сияв, как солнце; даже оде­я­ние Его сде­ла­лось бело­снеж­ным и бли­ста­ю­щим незем­ным Све­том. По сло­вам еван­ге­ли­ста Марка, одежды Спа­си­теля стали весьма белыми, как снег, как на земле белиль­щик не может выбе­лить (Мк.9:3). А рядом с пре­об­ра­зив­шимся Иису­сом пред­стали вели­кие древ­ние вет­хо­за­вет­ные про­роки: Мои­сей и Илия. Они бесе­до­вали с Гос­по­дом и вели речь о Его пред­сто­я­щих крест­ных стра­да­ниях. Тогда апо­стол Петр, пора­жен­ный совер­ша­ю­щимся чудом, обра­тился ко Хри­сту с прось­бой раз­ре­шить уче­ни­кам прямо здесь, на горе, устро­ить три палатки: одну для Иисуса и две для Мои­сея и Илии. Апо­столу попро­сту не хоте­лось, чтобы все про­ис­хо­дя­щее с ним когда-либо закон­чи­лось, пре­рва­лось: так хорошо ему было в те мгно­ве­ния нахо­диться возле Хри­ста. В тот же миг в небе появи­лось свет­лое облако, осе­нив­шее всех их своей тенью, и из этого облака раз­дался голос: Сей есть Сын Мой воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние; Его слу­шайте (Мф.17:5). Апо­столы в страхе попа­дали на землю. И тут же виде­ние про­пало; апо­столы более не видели рядом с собой никого, кроме Самого Спа­си­теля. Он подо­шел к ним, сто­яв­шим в бла­го­го­вей­ном страхе на коле­нях, и, кос­нув­шись их рукой, ска­зал: Встаньте и не бой­тесь (Мф.17:7). Затем, когда они спус­ка­лись с горы, Хри­стос пове­лел апо­сто­лам дер­жать уви­ден­ное в тайне и никому не рас­ска­зы­вать о чуде Пре­об­ра­же­ния до момента Вос­кре­се­ния Его из мерт­вых. Таково вкратце содер­жа­ние еван­гель­ского рас­сказа о Преображении…

Фавор: гора Преображения

По цер­ков­ному пре­да­нию (в Еван­ге­лии об этом прямо нигде не гово­рится), Пре­об­ра­же­ние Спа­си­теля совер­ши­лось на горе Фавор – на одной из гор Гали­лей­ской обла­сти Палестины.

Фавор – невы­со­кая зеле­ная вер­шина на север­ной гра­нице обшир­ной Изра­иль­ской долины. Вся порос­шая дубами, олив­ко­выми дере­вьями, тра­вами, она напо­ми­нает своей фор­мой огром­ное, мягко очер­чен­ное полу­ша­рие, царя­щее над окрест­ными полями, вино­град­ни­ками и селами. С вер­шины горы откры­ва­ется вид на близ­ле­жа­щие земли Север­ной Пале­стины: далеко на западе поблес­ки­вают воды Сре­ди­зем­ного моря, на северо-востоке вид­не­ется край Гали­лей­ского озера, на западе высятся вер­шины Кар­мила, а вдали на север от Фавора четко выри­со­вы­ва­ется белый пик горы Ермон…

Хри­сти­ан­ская тра­ди­ция издревле – с III сто­ле­тия – свя­зы­вает собы­тие Пре­об­ра­же­ния именно с Фаво­ром. При этом древ­ней­ший вет­хо­за­вет­ный про­ро­че­ский намек, пре­ду­ка­зы­ва­ю­щий на гря­ду­щее еван­гель­ское Пре­об­ра­же­ние Хри­ста на Фаворе, Цер­ковь видит в обра­щен­ном в Псал­тири к Богу вос­кли­ца­нии: Фавор и Ермон о имени Твоем раду­ются (Пс.88:13). В том, что Пре­об­ра­же­ние Спа­си­теля совер­ши­лось на горе Фавор, были убеж­дены Ори­ген (III век, «Ком­мен­та­рий на 88‑й пса­лом»), свя­ти­тель Кирилл Иеру­са­лим­ский (IV век, «Огла­си­тель­ные поуче­ния»), свя­ти­тель Прокл, архи­епи­скоп Кон­стан­ти­но­поль­ский (V век, «Слово на Пре­об­ра­же­ние»). Именно поэтому свя­тые отцы согласно име­нуют явлен­ный Гос­по­дом во время Его Пре­об­ра­же­ния Боже­ствен­ный Свет – Фавор­ским Светом…

Церковный праздник Преображения Господня

Пре­об­ра­же­ние Гос­подне – одно из важ­ней­ших в годич­ном цер­ков­ном круге пра­во­слав­ных тор­жеств. Оно отно­сится к числу так назы­ва­е­мых дву­на­де­ся­тых (то есть две­на­дцати глав­ней­ших) празд­ни­ков цер­ков­ного кален­даря. Празд­ник Пре­об­ра­же­ния все­гда отме­ча­ется в один и тот же день – 6 авгу­ста (по ста­рому стилю) / 19 авгу­ста (по новому стилю). Несмотря на то что Пре­об­ра­же­ние при­хо­дится на довольно стро­гий Успен­ский пост, для­щийся с 14 по 27 авгу­ста (по новому стилю), это все­гда радост­ный и свет­лый лет­ний праздник.

Пер­вые по вре­мени сви­де­тель­ства о цер­ков­ном празд­но­ва­нии Пре­об­ра­же­ния – довольно древ­ние, они отно­сятся еще к V сто­ле­тию. Однако сам празд­ник полу­чил широ­кое рас­про­стра­не­ние на Пра­во­слав­ном Востоке – прежде всего в Визан­тии – все же позд­нее: в VII–VIII веках. На Западе, в отли­чие от Визан­тии, празд­ник Пре­об­ра­же­ния не имел в созна­нии веру­ю­щих такого уж боль­шого зна­че­ния; здесь он ока­зался уста­нов­лен как повсе­мест­ный лишь в сере­дине XV столетия…

Как известно из ново­за­вет­ной исто­рии, Гос­подь пре­об­ра­зился на Фаворе совсем неза­долго до Сво­его Рас­пя­тия. Так почему же тогда мы празд­нуем Пре­об­ра­же­ние Гос­подне в авгу­сте, а не в дни Вели­кого поста – перед Страст­ной сед­ми­цей и Пасхой?

Дело в том, что древ­няя Цер­ковь, руко­вод­ству­ясь «педа­го­ги­че­скими» анти­я­зы­че­скими зада­чами, зача­стую при­уро­чи­вала кален­дар­ные даты тех или иных своих празд­ни­ков к дням язы­че­ских тор­жеств – тем самым как бы под­ме­няя и вытес­няя их из народ­ного созна­ния. Так, в V–VI веках празд­но­ва­ние Пре­об­ра­же­ния Гос­подня в Арме­нии и в Кап­па­до­кии ока­за­лось при­уро­чено к 6 авгу­ста – дню, когда в Арме­нии тра­ди­ци­онно про­слав­ля­лась язы­че­ская богиня Аст­хик (празд­ник Вар­да­вар), а в Кап­па­до­кии – Афро­дита (празд­ник Вар­ту­ва­рия); во время этого язы­че­ского тор­же­ства моло­дежь гадала о своей судьбе над вед­ром воды, в кото­рое опус­ка­лись зеле­ные колосья.

Впро­чем, духов­ный смысл Пре­об­ра­же­ния именно как собы­тия, пред­ва­рив­шего собой Рас­пя­тие Гос­пода, все же ока­зался отра­жен и в цер­ков­ном кален­даре: ведь Пре­об­ра­же­ние празд­ну­ется нами ровно за сорок дней до дру­гого дву­на­де­ся­того празд­ника – Кре­сто­воз­дви­же­ния – тор­же­ства, про­слав­ля­ю­щего Крест Хри­стов, Гол­гоф­скую Жертву Спасителя.

Воз­можно, празд­ник Пре­об­ра­же­ния памя­тен мно­гим в первую оче­редь из-за свя­зан­ного с ним кра­си­вого и тор­же­ствен­ного бого­слу­жеб­ного обы­чая – хра­мо­вого освя­ще­ния яблок, вино­града и иных пло­дов; именно бла­го­даря ему празд­ник и полу­чил свое вто­рое, «народ­ное», назва­ние – Яблоч­ный Спас. Обы­чай освя­ще­ния на Пре­об­ра­же­ние Гос­подне пло­дов нового уро­жая – очень древ­ний. Однако глав­ное духов­ное зна­че­ние празд­ника Пре­об­ра­же­ния заклю­ча­ется, конечно же, отнюдь не в этом священнодействии.

Бого­слов­ский и спа­си­тель­ный для чело­ве­че­ского рода смысл собы­тия Пре­об­ра­же­ния Гос­подня рас­кры­ва­ется в див­ных пес­но­пе­ниях. Вспом­ним хотя бы глав­ней­шие бого­слу­жеб­ные тек­сты Пре­об­ра­же­ния – его тро­парь и кондак.

Вот цер­ков­но­сла­вян­ский текст тро­паря празд­ника Пре­об­ра­же­ния и его пере­вод на рус­ский язык:

Пре­об­ра­зился еси на горе, Хри­сте Боже, пока­за­вый уче­ни­ком Твоим славу Твою, якоже можаху, да воз­си­яет и нам, греш­ным, Свет Твой прис­но­сущ­ный, молит­вами Бого­ро­дицы, Све­то­да­вче, слава Тебе.

Пре­об­ра­зился на горе Ты, Хри­стос Бог, пока­зав славу Твою Твоим уче­ни­кам, насколько они могли ее видеть. Да вос­си­яет и нам, греш­ни­кам, Свет Твой веч­ный, по молит­вам Бого­ро­дицы, Пода­тель Света, слава Тебе.

А вот кондак празд­ника, также с рус­ским переводом:

На горе пре­об­ра­зился еси, и якоже вме­щаху уче­ницы Твои, славу Твою, Хри­сте Боже, видеша, да егда Тя узрят рас­пи­на­ема, стра­да­ние убо ура­зу­меют воль­ное, мирови же про­по­ве­дят, яко Ты еси воис­тинну Отчее Сияние.

На горе пре­об­ра­зился Ты, Хри­стос Бог, и уче­ники Твои видели Твою славу, насколько могли ее вос­при­нять, чтобы, когда уви­дят Тебя рас­пи­на­е­мым, ура­зу­мели Твое доб­ро­воль­ное стра­да­ние и воз­ве­стили миру, что Ты дей­стви­тельно есть Отчее Сияние.

Древние святоотеческие проповеди на Преображение

Однако не только бого­слу­жеб­ные пес­но­пе­ния помо­гают нам понять духов­ный смысл празд­ну­е­мого Цер­ко­вью тор­же­ства. Столь же ярко, глу­боко и мно­го­сто­ронне рас­кры­вают перед нами его бого­слов­ское, нрав­ствен­ное, спа­си­тель­ное зна­че­ние и свя­тые отцы – созда­тели заме­ча­тель­ных про­по­ве­дей на Преображение.

Древ­ние свя­тые отцы на про­тя­же­нии мно­гих сто­ле­тий про­из­но­сили – за хра­мо­вым бого­слу­же­нием, в среде мона­стыр­ской бра­тии, а также во время тор­же­ствен­ных бого­слу­жеб­ных улич­ных про­цес­сий – пре­крас­ные гомилии, посвя­щен­ные изъ­яс­не­нию духов­ного смысла Пре­об­ра­же­ния Гос­подня. Конечно, древ­ней­шие про­по­веди на Пре­об­ра­же­ние не столь мно­го­чис­ленны, как, напри­мер, свя­то­оте­че­ские гомилии на Рож­де­ство или Пасху. И все же мы знаем несколько десят­ков важ­ней­ших свя­то­оте­че­ских про­по­ве­дей на этот Гос­под­ский празд­ник. Самые зна­чи­мые и яркие из них – гомилии свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста (про­из­не­сена около 390 года), свя­ти­теля Прокла Кон­стан­ти­но­поль­ского (около 430 года), свя­ти­теля Андрея Крит­ского (начало VIII века), пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина (около 730 года), пре­по­доб­ного Гри­го­рия Сина­ита (создана неза­долго до 1346 года), свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы (50‑е годы XIV сто­ле­тия). Помимо этого, до нас дошли и иные визан­тий­ские про­по­веди на Пре­об­ра­же­ние – свя­ти­теля Кирилла Алек­сан­дрий­ского (1‑я поло­вина V сто­ле­тия), епи­скопа Васи­лия Селев­кий­ского (про­из­не­сена при­бли­зи­тельно в 40‑е – 60‑е годы V века), пре­по­доб­ного Ана­ста­сия Сина­ита (около 700 года), пре­по­доб­ного Фео­дора Сту­дита (821–826 годы), свя­ти­теля Фео­липта Фила­дель­фий­ского (1310–1311 годы). Нам также известна поэ­тич­ная сирий­ская гомилия на Пре­об­ра­же­ние, при­пи­сы­ва­е­мая автор­ству пре­по­доб­ного Ефрема Сирина, но ско­рее всего при­над­ле­жа­щая после­до­ва­телю его бого­слов­ской и лите­ра­тур­ной тра­ди­ции Иса­аку Антио­хий­скому (50‑е годы V сто­ле­тия). Сохра­ни­лись и раз­лич­ные латин­ские про­по­веди, посвя­щен­ные Пре­об­ра­же­нию Гос­подню, – в том числе три инте­рес­ные про­по­веди бла­жен­ного Авгу­стина (426–430 годы).

В каж­дой из этих древ­них гомилий рас­кры­ва­ется та или иная важ­ная грань духов­ного зна­че­ния Пре­об­ра­же­ния Гос­подня, пока­зы­ва­ется его осо­бое спа­си­тель­ное зна­че­ние для вся­кого – вос­хо­дя­щего на соб­ствен­ную духов­ную гору Бого­по­зна­ния и Бого­об­ще­ния – христианина.

Святоотеческая традиция: всегда современное Предание

Здесь сле­дует упо­мя­нуть еще об одном: конечно же духовно зна­чи­мые и бого­слов­ски глу­бо­кие слова на Пре­об­ра­же­ние созда­ва­лись не только в древ­ней Церкви. Про­из­но­си­лись они за бого­слу­же­нием и совсем недавно – нашими рус­скими свя­тыми отцами…

Пре­по­доб­ный Симеон Новый Бого­слов как-то раз, отве­чая на вопрос, какая же ересь может счи­таться для хри­сти­а­нина самой опас­ной, дал на него весьма неожи­дан­ный ответ. Он не назвал здесь такие извест­ные древ­ние ереси, как ари­ан­ство или ико­но­бор­че­ство, несто­ри­ан­ство или моно­фи­зит­ство. Его ответ лежал совсем в иной плос­ко­сти и касался сущ­ност­ного – истинно хри­сти­ан­ского – пони­ма­ния того, что же есть Свя­щен­ное Пре­да­ние и каков образ дей­ствия Духа Свя­того в Церкви.

Самая опас­ная ересь, по убеж­де­нию пре­по­доб­ного Симеона, – утвер­ждать, что Цер­ковь сего­дня, спу­стя мно­гие сто­ле­тия после века апо­столь­ского, не обла­дает абсо­лютно теми же духов­ными бла­го­дат­ными дарами, что и в дни собы­тия Пяти­де­сят­ницы, в момент Соше­ствия Свя­того Духа на уче­ни­ков Хри­ста. Самая страш­ная ересь – утвер­ждать, что Цер­ковь «уже не та, что прежде», что хри­сти­ане сего­дня попро­сту не спо­собны стя­жать ту же самую меру Духа, что и древ­ние свя­тые. Пре­по­доб­ный Симеон пишет: «Я о тех говорю и тех назы­ваю ере­ти­ками, кото­рые гово­рят, будто нет никого в наши вре­мена и посреди нас, могу­щего сохра­нить еван­гель­ские запо­веди и стать подоб­ным свя­тым отцам. Прежде всего, стать вер­ными и дея­тель­ными, а далее и весьма созер­ца­тель­ными и вме­сте с тем бого­вид­цами, то есть про­све­титься и при­нять Духа Свя­того и через Него уви­деть Сына с Отцом. Итак, те, кто гово­рят, что это невоз­можно, обла­дают не какой-либо част­ной ере­сью, но всеми, если это можно ска­зать, так как эта ересь много пре­вос­хо­дит и покры­вает все дру­гие…» (29‑е Огла­си­тель­ное слово).

Этот про­воз­гла­шен­ный пре­по­доб­ным Симео­ном прин­цип уни­вер­саль­ного дей­ствия Свя­того Духа в Церкви, пре­одо­ле­ва­ю­щего все огра­ни­че­ния вре­мени, – именно как Боже­ствен­ной силы, неза­ви­симо от внеш­них обсто­я­тельств, от той или иной эпохи, все­гда спо­соб­ной освя­тить, пре­об­ра­зить, про­све­тить и обо­жить хри­сти­а­нина, рас­крыть ему сокро­вен­ней­шие тайны Бого­да­ро­ван­ного Пре­да­ния, – и дол­жен стать для нас сего­дня руко­вод­ством к дей­ствию и мая­ком на путях нашей хри­сти­ан­ской жизни. Мы все­гда при­званы к одной и той же совер­шен­ной мере свя­то­сти, потому что ее Источ­ник – Один и Тот же веч­ный, неиз­мен­ный и совер­шен­ный Бог…

Мно­гим оши­бочно кажется, что после XV сто­ле­тия ника­кой живой свя­то­оте­че­ской тра­ди­ции уже и нет: преж­нее вели­чие древ­него хри­сти­ан­ского бого­слов­ского полета мысли ушло, горе­ние пре­кра­ти­лось, высо­кий твор­че­ский порыв иссяк, цер­ков­ные писа­тели измель­чали. И под­спудно подоб­ный взгляд воз­ни­кает именно в пря­мой вза­и­мо­связи с тем лож­ным внут­рен­ним обра­зом вос­при­я­тия дей­ствия Духа Свя­того в Церкви, об опас­но­сти кото­рого писал пре­по­доб­ный Симеон. Мно­гим кажется, что – вновь напомню слова пре­по­доб­ного Симеона – «будто нет никого в наши вре­мена и посреди нас, могу­щего сохра­нить еван­гель­ские запо­веди и стать подоб­ным свя­тым отцам». Такой оши­боч­ный взгляд на бытие сего­дняш­ней Церкви и при­во­дит к лож­ному про­ти­во­по­став­ле­нию, с одной сто­роны, «вели­ких отцов древ­но­сти», а с дру­гой – «пред­ста­ви­те­лей рус­ской бого­слов­ской мысли». Но чем же, спро­сим мы себя, лич­ный опыт Бого­об­ще­ния свя­ти­теля Фео­фана Затвор­ника, свя­ти­теля Фила­рета Мос­ков­ского, пре­по­доб­ного Силу­ана Афон­ского ока­зы­ва­ется духовно менее зна­чим, чем, напри­мер, опыт духов­ного дела­ния свя­ти­теля Афа­на­сия Вели­кого, свя­ти­теля Кирилла Алек­сан­дрий­ского или того же пре­по­доб­ного Симеона Нового Бого­слова? Ведь Дух Свя­той в Церкви все­гда – Тот же. И Цер­ковь во все эпохи – та же: как Тело Хри­стово, как непре­хо­дя­щее Тело Того, Кто с нами во все дни до скон­ча­ния века (Мф.28:20). И это тело в рав­ной мере состав­ляют и древ­ние и совре­мен­ные хри­сти­ане: и отцы пер­вых веков, и свя­тые бого­словы послед­них столетий.

Так можем ли мы дерз­нуть назвать, напри­мер, пре­по­доб­ного Силу­ана Афон­ского «пре­по­доб­ным Симео­ном Новым Бого­сло­вом нашей эпохи»? Дума­ется, что да – исходя из высоты духов­ного опыта и глу­бины дошед­ших до нас бого­слов­ских тво­ре­ний пре­по­доб­ного Силуана.

Именно в этом смысле мы можем, вслед за пре­по­доб­ным Симео­ном, наста­и­вать на суще­ство­ва­нии еди­ной и нераз­рыв­ной тра­ди­ции свя­то­оте­че­ского Пре­да­ния, на целост­но­сти и уни­вер­саль­но­сти свя­то­оте­че­ской пись­мен­но­сти, пре­вос­хо­дя­щей любые вре­мен­ные огра­ни­че­ния и во все эпохи явля­ю­щей нераз­рыв­ное пре­ем­ство и пол­ноту все той же Бого­от­кро­вен­ной Истины.

Как раз поэтому мы и не ста­нем – на стра­ни­цах этой книги – отде­лять, отсе­кать друг от друга посвя­щен­ные Пре­об­ра­же­нию свя­то­оте­че­ские про­по­веди раз­лич­ных эпох: все равно – века ли Х, века ли ХХ. Напро­тив, мы будем рас­смат­ри­вать свя­то­оте­че­ское бого­сло­вие Пре­об­ра­же­ния как еди­ную, целост­ную и нераз­рыв­ную тра­ди­цию еди­ного Цер­ков­ного Пре­да­ния. Пре­да­ние это непре­станно дару­ется Церкви Одним и Тем же – Веч­ным и Еди­ным на все вре­мена – Духом Свя­тым, будучи испол­нено Его нетвар­ной Боже­ствен­ной бла­го­да­тью, и потому все­гда равно самому себе: в эпоху ли апо­сто­лов, в век ли рос­сий­ских новомучеников.

Среди таких заме­ча­тель­ных рус­ских цер­ков­ных про­по­ве­дей, вер­ных духу еди­ного свя­то­оте­че­ского Пре­да­ния, можно назвать про­из­не­сен­ные в XIX–XX сто­ле­тиях «Слова на Пре­об­ра­же­ние» свя­ти­те­лей Фила­рета Мос­ков­ского и Фео­фана Затвор­ника, свя­щен­но­му­че­ника Сер­гия Мечёва, свя­ти­теля Луки (Войно-Ясе­нец­кого)

О содержании этой книги

Неко­то­рые из пере­чис­лен­ных выше про­по­ве­дей и будут пред­ло­жены чита­телю этой анто­ло­гии. К сожа­ле­нию, мно­гие из зна­чи­мых древ­них гомилий на Пре­об­ра­же­ние пока что еще не пере­ве­дены на рус­ский язык и потому не могут быть здесь опуб­ли­ко­ваны; неко­то­рые же из инте­рес­ных про­по­ве­дей не поз­во­лил вклю­чить в это изда­ние его огра­ни­чен­ный объем. Тем не менее все важ­ней­шие бого­слов­ские и нрав­ствен­ные идеи, свя­зан­ные со свя­то­оте­че­ским пони­ма­нием духов­ного зна­че­ния Пре­об­ра­же­ния, пред­ста­нут перед чита­те­лем этой книги на ее стра­ни­цах – как в самих пуб­ли­ку­е­мых про­по­ве­дях, так и в пред­ва­ря­ю­щем их насто­я­щем очерке свя­то­оте­че­ского уче­ния о Пре­об­ра­же­нии по цер­ков­ным гомилиям.

Итак, нас ждет встреча с духов­ным насле­дием свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста, бла­жен­ного Авгу­стина, свя­ти­теля Прокла Кон­стан­ти­но­поль­ского, пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, пре­по­доб­ного Фео­дора Сту­дита, свя­ти­теля Фео­липта Фила­дель­фий­ского, пре­по­доб­ного Гри­го­рия Сина­ита, свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы, свя­ти­теля Фила­рета Мос­ков­ского, свя­ти­теля Фео­фана Затвор­ника, свя­щен­но­му­че­ника Сер­гия Мечёва, свя­ти­теля Луки (Войно-Ясе­нец­кого); также мы позна­ко­мимся с содер­жа­нием древ­ней про­по­веди, при­пи­сы­ва­е­мой автор­ству пре­по­доб­ного Ефрема Сирина, но, веро­ятно, при­над­ле­жа­щей Иса­аку Антиохийскому.

Кроме того, во всту­пи­тель­ной ста­тье будет ска­зано об уче­нии о Пре­об­ра­же­нии тех цер­ков­ных писа­те­лей, чьи слова не вклю­чены в анто­ло­гию: свя­ти­теля Кирилла Алек­сан­дрий­ского, епи­скопа Васи­лия Селев­кий­ского, пре­по­доб­ного Ана­ста­сия Сина­ита, свя­ти­теля Андрея Критского.

Сле­дует отме­тить, что в неко­то­рых из пере­чис­лен­ных про­по­ве­дей тема Пре­об­ра­же­ния исполь­зу­ется их авто­рами лишь как внеш­ний повод к духов­ному – доста­точно отвле­чен­ному – аске­ти­че­скому раз­мыш­ле­нию или же нрав­ствен­ному хри­сти­ан­скому настав­ле­нию. Именно таково содер­жа­ние «Огла­ше­ния» свя­ти­теля Фео­липта Фила­дель­фий­ского, про­по­веди, про­из­не­сен­ной свя­ти­те­лем Фила­ре­том Мос­ков­ским в Твери в 1820 году, а также отча­сти – «Огла­си­тель­ного слова» пре­по­доб­ного Фео­дора Сту­дита. Однако все эти про­по­веди, почти не каса­ясь «исто­ри­че­ской канвы» еван­гель­ского собы­тия Пре­об­ра­же­ния, в то же время с темой Пре­об­ра­же­ния тесно свя­заны. Все они при­зы­вают пре­об­ра­зиться во Хри­сте всех нас – во образ явлен­ной на Фаворе Боже­ствен­ной славы Спасителя.

Мы при­гла­шаем наших чита­те­лей вслед за пра­во­слав­ными свя­тыми отцами погру­зиться в глу­бины бого­сло­вия Фавор­ского Света, попы­таться постичь духов­ный смысл собы­тия Пре­об­ра­же­ния, а также узнать, как еван­гель­ский Фавор может корен­ным обра­зом изме­нить жизнь каж­дого из нас: если только мы под­линно любим Хри­ста и стре­мимся к един­ству с Ним, а в Нем – и друг с другом…

Так какие же духов­ные высоты и бого­слов­ские без­дны Фавор­ского чуда рас­кры­вают перед нами свя­то­оте­че­ские про­по­веди на Пре­об­ра­же­ние Господне?

Путь к Преображению: что случилось до Фавора?

Прежде всего, мно­гие свя­тые отцы отме­чают тес­ную связь собы­тия Пре­об­ра­же­ния с двумя пред­ше­ство­вав­шими ему еван­гель­скими эпизодами.

Во-пер­вых, это обе­ща­ние Хри­ста, кото­рое Он, истол­ко­вы­вая Своим уче­ни­кам образы извест­ной притчи о пле­ве­лах (см. Мф.13:24–30, 36–43), дает всем хри­сти­а­нам: тогда пра­вед­ники вос­си­яют, как солнце, в Цар­стве Отца их (Мф.13:43). Правда, то еван­гель­ское обе­ща­ние Спа­си­теля каса­ется бла­жен­ства пра­вед­ни­ков уже после Страш­ного суда – в жизни Буду­щего века. Однако с точки зре­ния бла­жен­ного Авгу­стина, а также свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы, пре­об­ра­зив­шийся на Фаворе Хри­стос как раз и при­от­кры­вает перед апо­сто­лами ту самую реаль­ность конца вре­мен – как гря­ду­щую «сол­неч­ную» славу свя­тых. Тем самым сия­ние Гос­пода Фавор­ским Све­том в миг Его Пре­об­ра­же­ния – это упо­доб­ля­е­мый Самим Спа­си­те­лем сол­неч­ному сия­нию про­об­раз гря­ду­щего бли­ста­ния пра­вед­ни­ков Боже­ствен­ной сла­вой в Небес­ном Иерусалиме.

Во-вто­рых, дру­гим важ­ней­шим еван­гель­ским собы­тием, пред­ва­рив­шим собой Пре­об­ра­же­ние Хри­ста и, более того, даже став­шим неким его духов­ным фун­да­мен­том, было испо­ве­да­ние Петра. Вот как о нем повест­вует Еван­ге­лие от Мат­фея: Придя же в страны Кеса­рии Филип­по­вой, Иисус спра­ши­вал уче­ни­ков Своих: за кого люди почи­тают Меня, Сына Чело­ве­че­ского? Они ска­зали: одни за Иоанна Кре­сти­теля, дру­гие за Илию, а иные за Иере­мию, или за одного из про­ро­ков. Он гово­рит им: а вы за кого почи­та­ете Меня? Симон же Петр, отве­чая, ска­зал: Ты – Хри­стос, Сын Бога Живаго (Мф.16:13–16). По убеж­де­нию пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, именно испо­ве­да­ние веры Петра (Ты – Хри­стос, Сын Бога Живаго) и ока­за­лось под­лин­ным духов­ным осно­ва­нием для Пре­об­ра­же­ния Гос­пода на Фаворе. Пре­об­ра­же­ние яви­лось со сто­роны Хри­ста как бы неким под­твер­жде­нием делом истин­но­сти веры апо­стола: Петр про­воз­гла­сил Боже­ствен­ное досто­ин­ство Спа­си­теля, и именно поэтому – в ответ на его искрен­нее испо­ве­да­ние – Гос­подь зримо явил ему на Фаворе Свою Боже­ствен­ность, в кото­рую столь твердо и право верил Петр. В этом – важ­ней­шее под­твер­жде­ние хри­сти­ан­ской истины: Гос­подь все­гда бывает готов открыть Себя чело­веку именно в ответ на его под­лин­ную, сво­бод­ную и живую веру.

Поэтому-то, сразу же вслед за испо­ве­да­нием веры Петра, Хри­стос и обе­щает апо­сто­лам вскоре пока­зать им славу Сво­его Пре­об­ра­же­ния: Есть неко­то­рые из сто­я­щих здесь, кото­рые не вку­сят смерти, как уже уви­дят Сына Чело­ве­че­ского, гря­ду­щего в Цар­ствии Своем (Мф.16:28). Эти слова Спа­си­теля пони­ма­ются свя­тыми отцами как дан­ное Хри­стом обе­ща­ние апо­сто­лам явить им еще здесь на земле, на горе Фавор – за дол­гие и дол­гие годы до их смерти, до вре­мени их окон­ча­тель­ного вхож­де­ния в Небес­ное Цар­ство – Свою гор­нюю Боже­ствен­ную славу.

Место Преображения: вершина горы

И вот, спу­стя несколько дней после испо­ве­да­ния Петра, Гос­подь берет трех уче­ни­ков и под­ни­ма­ется с ними на гору, чтобы совер­шить здесь молитву: По про­ше­ствии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и воз­вел их на гору высо­кую одних (Мф.17:1).

Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин под­чер­ки­вает, что Гос­подь не зря – для того, чтобы Ему пре­об­ра­зиться – воз­во­дит уче­ни­ков именно на высо­кую гору Высо­кая гора Пре­об­ра­же­ния была сим­во­лом той высоты доб­ро­де­те­лей, на кото­рую при­зван вос­хо­дить вся­кий хри­сти­а­нин. Ведь веру­ю­щий может уви­деть яркий и духовно цели­тель­ный Свет Солнца Правды – Хри­ста только на высоте любви к Богу: на высоте, подоб­ной гор­ной вер­шине. Лишь здесь он бывает спо­со­бен лице­зреть сия­ние Того Солнца, о Кото­ром сви­де­тель­ствует про­рок Мала­хия: А для вас, бла­го­го­ве­ю­щие пред име­нем Моим, взой­дет Солнце правды и исце­ле­ние в лучах Его (Мал.4:2).

Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама, раз­мыш­ляя о том, почему Пре­об­ра­же­ние про­изо­шло именно на горе, также под­чер­ки­вает, что воз­ве­де­ние Хри­стом апо­сто­лов на гору явля­ется сим­во­лом воз­ве­де­ния веру­ю­щих Самим Богом на духов­ную высоту Бого­об­ще­ния. Такое вос­хож­де­ние мно­го­кратно пре­вы­шает огра­ни­чен­ные воз­мож­но­сти и есте­ствен­ные силы нашей твар­ной при­роды: самим нам на эту духов­ную вер­шину никак не под­няться. Однако при помощи Боже­ствен­ной бла­го­дати мы ока­зы­ва­емся спо­собны пре­одо­леть этот каза­лось бы непре­одо­ли­мый путь ввысь и всту­пить в небес­ную славу.

Петр, Иаков и Иоанн: почему они?

Итак, Еван­ге­лие повест­вует, что Гос­подь взял с Собой на Фавор только трех апо­сто­лов из числа две­на­дцати: Петра, Иакова и Иоанна. Почему Хри­стос выбрал именно этих троих? Почему пре­об­ра­зился перед ними, а не воз­вел на гору всех апостолов?

Свя­ти­тель Прокл, архи­епи­скоп Кон­стан­ти­но­поль­ский, а также свя­ти­тель Фила­рет, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский, пола­гают, что число три, в отно­ше­нии уче­ни­ков, после­до­вав­ших за Хри­стом и став­ших сви­де­те­лями Его Пре­об­ра­же­ния, было опре­де­лено Гос­по­дом отнюдь не слу­чайно. Ведь, в соот­вет­ствии с вет­хо­за­вет­ным зако­но­да­тель­ством, соглас­ные пока­за­ния трех сви­де­те­лей счи­та­лись юри­ди­че­ски доста­точ­ными для выяс­не­ния под­лин­ных обсто­я­тельств про­ис­шед­шего (см. Втор.17:6). Тем самым три апо­стола дела­ются здесь – даже как бы в юри­ди­че­ском смысле – надеж­ными и вер­ными сви­де­те­лями явлен­ных на Фаворе Боже­ствен­ного досто­ин­ства Хри­ста и Его Небес­ной славы…

Кроме того, по мысли пре­по­доб­ного Гри­го­рия Сина­ита, само число три явля­ется здесь зна­чи­мым еще и в плане духов­ном, сим­во­ли­че­ском. Оно наме­кает на явлен­ную на Фаворе апо­сто­лам Тро­ич­ность Боже­ства: Отца, Сына и Свя­того Духа. Кроме того, оно ука­зы­вает на три глав­ных хри­сти­ан­ских доб­ро­де­тели – веру, надежду и любовь. И еще число три – образ трех важ­ней­ших при­род­ных сил и спо­соб­но­стей чело­ве­че­ской души: ума, слова и духа. Люд­ской ум рож­дает слово; слово же, пер­во­на­чально рож­да­ю­ще­еся в уме и пона­чалу «про­го­ва­ри­ва­е­мое» лишь внутри самого ума, затем – при посред­стве нашего дыха­ния-духа – исхо­дит из уст чело­века, про­из­но­сясь вслух и дела­ясь слыш­ным для окру­жа­ю­щих. Именно эти три наши важ­ней­шие при­род­ные спо­соб­но­сти – ум, слово и дух – поз­во­ляют нам разумно и осо­знанно дей­ство­вать в нашей жизни, общаться с дру­гими людьми, а также осу­ществ­лять свое высо­кое духов­ное при­зва­ние по отно­ше­нию к Богу и к ближнему.

Однако глав­ные при­чины того, почему Гос­подь воз­вел на гору именно Петра, Иакова и Иоанна, заклю­ча­ются не в этом.

Во-пер­вых, свя­тые отцы утвер­ждают, что эти три апо­стола пре­вос­хо­дили осталь­ных уче­ни­ков Хри­ста высо­той своих доб­ро­де­те­лей и потому ока­за­лись наи­бо­лее готовы и достойны стать сви­де­те­лями Фавор­ского Пре­об­ра­же­ния. Спа­си­тель воз­вел на Фавор именно их, потому что Петр, Иаков и Иоанн, пусть даже еще и не осо­зна­вая этого, были и прежде – твор­че­ски и активно – устрем­лены к той горе, внут­ренне жаж­дали духов­ного опыта Богопричастности.

Так, свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст пола­гает, что Гос­подь взял с Собой на гору именно Петра, Иоанна и Иакова, потому что Петр пре­вос­хо­дил про­чих силой своей любви ко Хри­сту, Иоанн – мерой любви к нему Самого Гос­пода, а Иаков – готов­но­стью пойти за Спа­си­теля на жертву, вплоть до соб­ствен­ной смерти. Одна­жды Хри­стос задал апо­сто­лам вопрос, готовы ли они жерт­венно, доб­ро­вольно и мучи­тельно отдать свою жизнь за Истину, как отдаст Свою жизнь на Кре­сте Сам Гос­подь: Можете ли пить чашу, кото­рую Я буду пить, или кре­ститься кре­ще­нием, кото­рым Я кре­щусь? (Мф.20:22). И тогда Иаков, вме­сте со своим бра­том Иоан­ном, реши­тельно выра­зил свою готов­ность постра­дать за Хри­ста, отве­тив: Можем (Мф.20:22).

Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин также пола­гает, что Гос­подь взял с Собой на Фавор именно Петра как бы в ответ на его испо­ве­да­ние веры: Ты – Хри­стос, Сын Бога Живаго (Мф.16:16), и еще потому, что Петр полу­чил от Хри­ста досто­ин­ство пер­во­вер­хов­ного апо­стола. Иакова же Гос­подь воз­вел на гору ради того, что по Воз­не­се­нии Спа­си­теля ему пред­сто­яло пер­вым из апо­сто­лов муче­ни­че­ски уме­реть за Хри­ста – быть обез­глав­лен­ным мечом по при­казу царя Ирода (см. Деян.12:1–2); Иаков сде­лался тогда, во время казни, живым обра­зом и ико­ной стра­да­ний Самого Гос­пода, по Его еван­гель­скому слову: чашу Мою будете пить, и кре­ще­нием, кото­рым Я кре­щусь, будете кре­ститься (Мф.20:23). И, нако­нец, Иоанн стал сви­де­те­лем Пре­об­ра­же­ния как тот, кому над­ле­жало ясно про­по­ве­дать в своем Еван­ге­лии Боже­ствен­ное досто­ин­ство Хри­ста: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог (Ин.1:1).

Пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит пояс­няет: Гос­подь взял на Фавор Петра, Иакова и Иоанна, потому что среди про­чих уче­ни­ков именно они были наи­бо­лее совер­шенны в вере, в подвиге, в бого­ве­де­нии, в любви; однако, и в дру­гих апо­сто­лах дей­ство­вала та же бла­го­дать Свя­того Духа.

Свя­ти­тель Фео­фан Затвор­ник также счи­тает, что Петр был воз­ве­ден на Фавор как наи­бо­лее рев­ност­ный в вере, Иаков – как пра­вед­ный, Иоанн же – как сам уже пре­ис­пол­нен­ный той бла­го­да­тью, кото­рую ему здесь пред­сто­яло узреть…

Во-вто­рых, неко­то­рые свя­тые отцы счи­тают, что Гос­подь не взял на Фавор про­чих апо­сто­лов ради того, чтобы в их числе не ока­зался Иуда, кото­рый замыш­лял пре­дать Спа­си­теля и потому не был достоин стать сви­де­те­лем явле­ния Его Боже­ствен­ной славы. Так думают, напри­мер, свя­ти­тель Прокл, архи­епи­скоп Кон­стан­ти­но­поль­ский, и пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин. При этом Дамас­кин под­чер­ки­вает: физи­че­ское отсут­ствие на горе дру­гих вер­ных Гос­поду апо­сто­лов, помимо Петра, Иакова и Иоанна, не было для осталь­ных таким уж тра­гич­ным; ведь они все равно здесь духовно при­сут­ство­вали своей неот­ступ­ной любо­вью ко Гос­поду. Эта любовь нико­гда, ни на один миг, не поз­во­ляла им отойти, отда­литься от Него, но, напро­тив, даро­вала им непре­стан­ную воз­мож­ность все время нахо­диться рядом со Христом.

Вме­сте с тем свя­ти­тель Гри­го­рий Палама счи­тает, что осталь­ные апо­столы – в отли­чие от Петра, Иакова и Иоанна – еще не были вполне духовно готовы уви­деть нетвар­ный Боже­ствен­ный Свет Пре­об­ра­же­ния и потому Гос­подь взял с Собой наи­бо­лее совершенных.

Преображение и молитва

Говоря о собы­тии Пре­об­ра­же­ния, еван­ге­лист Лука под­чер­ки­вает, что одной из целей вос­хож­де­ния Гос­пода с уче­ни­ками на Фавор­скую гору было совер­шить здесь молитву При­чем Пре­об­ра­же­ние Спа­си­теля про­изо­шло именно в тот момент, когда Он молился. Взяв Петра, Иоанна и Иакова, взо­шел Он на гору помо­литься. И когда молился, вид лица Его изме­нился, и одежда Его сде­ла­лась белою, бли­ста­ю­щею (Лк.9:28–29).

Раз­мыш­ляя об обсто­я­тель­ствах Пре­об­ра­же­ния, пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин обра­щает вни­ма­ние на пара­док­саль­ную ситу­а­цию: на Фаворе моли­лись не только уче­ники, но молился и Хри­стос. Но зачем Ему молиться, ведь Он Сам есть Сын Божий, Сам есть Бог? Может ли Бог молиться Богу? Есть ли смысл Богу молиться Самому Себе? Дамас­кин пояс­няет, что Хри­стос молился Богу как усво­ив­ший Себе в Своем Вопло­ще­нии все при­над­ле­жа­щее нам, людям. Что это означает?

Сын Божий, Гос­подь Иисус Хри­стос, став истин­ным Чело­ве­ком, тем самым вос­при­нял, усвоил Себе не только нашу чело­ве­че­скую при­роду, но и есте­ствен­ный поря­док нашего люд­ского суще­ство­ва­ния. Он под­линно был одним из нас: посту­пал как мы, чув­ство­вал как мы, стра­дал как мы, радо­вался как мы. Но вме­сте с тем, пере­жи­вая все чело­ве­че­ское и дей­ствуя в Своей зем­ной жизни есте­ствен­ным для чело­века обра­зом – точно так же, как и каж­дый из нас, – Хри­стос при этом посто­янно являл идеал свя­то­сти: пока­зы­вал окру­жа­ю­щим, какими людьми, какими хри­сти­а­нами им над­ле­жит быть. Сво­ими поступ­ками, обра­зом Сво­его зем­ного суще­ство­ва­ния Гос­подь являл при­мер под­линно свя­той и пра­вед­ной жизни, сле­дуя кото­рому мы смо­жем насле­до­вать спа­се­ние. Но ведь достичь спа­се­ния невоз­можно без молитвы! Потому-то Хри­стос Сам и молился, посред­ством этого настав­ляя и нас – по Его при­меру – тоже непре­станно молиться.

Свя­ти­тель Фила­рет, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский, также под­чер­ки­вает, что явле­ние славы Хри­сто­вой на Фаворе про­изо­шло именно во время молитвы. По его убеж­де­нию, молив­шийся на горе Гос­подь ука­зы­вает нам на то, что молитва и дар лице­зре­ния Боже­ствен­ной славы в духов­ной жизни тесно вза­и­мо­свя­заны, друг от друга неотделимы.

Как пола­гает пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин, при­чина того, почему Гос­подь молился на Фаворе, свя­зана еще и с про­ти­во­бор­ством Хри­ста с сата­ной. Как утвер­ждает Дамас­кин, Гос­подь на про­тя­же­нии всей Своей зем­ной жизни созна­тельно и наме­ренно скры­вал от диа­вола Свое Боже­ствен­ное досто­ин­ство. Сатана не знал, что Хри­стос – Сын Божий, став­ший чело­ве­ком ради нашего Спа­се­ния, что Он – Вто­рое Лицо Пре­свя­той Тро­ицы. Иначе сатана, опо­знав во Хри­сте Сына Божия, нико­гда бы не под­учил Иуду пре­дать Хри­ста, нико­гда бы не под­толк­нул иудей­ских и рим­ских рас­пи­на­те­лей каз­нить Гос­пода. Ведь поняв, Кто перед ним на самом деле, он бы зара­нее точно про­счи­тал, к чему может при­ве­сти Крест­ная Жертва Хри­ста: к победе Гос­пода, как Истин­ного Бога, над смер­тью и адом. Если бы сатана все это понял и преду­га­дал, он бы ни за что не допу­стил иску­пи­тель­ной смерти Гос­пода на Кре­сте. И потому Гос­подь ради того, чтобы взойти на Крест, наме­ренно «пря­чет» от диа­вола Свое Боже­ствен­ное досто­ин­ство. По этой же при­чине – чтобы дез­ори­ен­ти­ро­вать сатану, – Хри­стос в Своей зем­ной жизни часто молился, как самый обык­но­вен­ный чело­век, нуж­да­ю­щийся в Боже­ствен­ной помощи, полу­ча­е­мой людьми посред­ством молитвы. И видя Его моля­щимся, сатана вся­кий раз ложно думал: «Если Хри­стос молится Богу, то, зна­чит, Он – духовно слаб, зна­чит, Он, как и все про­чие люди, нуж­да­ется в небес­ной помощи и под­держке. И раз это дей­стви­тельно так, то я в силах Его побе­дить и пора­бо­тить себе»… Молился Гос­подь и на Фаворе, и здесь эта Его молитва вновь дез­ори­ен­ти­ро­вала сатану. И даже уви­дев на той горе сия­ние лика и одежд Спа­си­теля, диа­вол все равно оши­бочно решил, что это Боже­ствен­ное бли­ста­ние Хри­ста не было при­су­щим Ему Соб­ствен­ным Боже­ствен­ным Све­том, но при­шло к Нему как бы извне, с небес, став бла­го­дат­ным отве­том на Его вполне чело­ве­че­скую молитву Итак, диа­вол на Фаворе вновь не понял, что перед ним Сын Божий, Вто­рое Лицо Пре­свя­той Тро­ицы; ведь Хри­стос обра­щался здесь к Богу с молит­вой – как самый обык­но­вен­ный человек.

Преображение Христа: духовные причины и цель чуда

Итак, на горе Фавор про­ис­хо­дит Пре­об­ра­же­ние Гос­пода перед апо­сто­лами: и пре­об­ра­зился пред ними: и про­си­яло лице Его, как солнце, одежды же Его сде­ла­лись белыми, как свет (Мф.17:2).

Что же думают о духов­ных при­чи­нах чуда Пре­об­ра­же­ния свя­тые отцы? Ради чего Гос­подь пре­об­ра­зился перед апостолами?

Прежде всего, как уже было ска­зано, Пре­об­ра­же­ние яви­лось под­твер­жде­нием истин­но­сти испо­ве­да­ния Петра, про­воз­гла­сив­шего Хри­ста Сыном Божиим. Так, по убеж­де­нию пре­по­доб­ного Гри­го­рия Сина­ита, Фавор­ское чудо было пря­мым отве­том Гос­пода на Его же, обра­щен­ный к апо­сто­лам, вопрос: За кого люди почи­тают Меня? (Мф.16:13). Свя­ти­тель Андрей Крит­ский пояс­няет, что Пре­об­ра­же­ние стало для всего чело­ве­че­ского рода вели­чай­шим за всю его исто­рию духов­ным Бого­яв­ле­нием. Посред­ством Сво­его Пре­об­ра­же­ния Гос­подь Иисус Хри­стос хотел пока­зать апо­сто­лам под­лин­ное вели­чие и славу Своей Боже­ствен­ной при­роды. Как гово­рит свя­ти­тель Андрей, Хри­стос, «взяв с Собой избран­ных апо­сто­лов, как уже стя­жав­ших боль­шую к Нему бли­зость, воз­во­дит на гору высо­кую. Ради какого дея­ния или поуче­ния? С наме­ре­нием явить им пре­и­зоби­лу­ю­щий блеск и свет­лость Боже­ства Сво­его». По сход­ной мысли автора гомилии, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему Сирину, Гос­подь воз­вел апо­сто­лов на гору и пре­об­ра­зился перед ними в первую оче­редь ради того, чтобы явить им Свое Боже­ствен­ное досто­ин­ство. Они должны были познать на Фаворе, что Хри­стос есть истин­ный Бог и что Ему, как Богу, вечно и неиз­менно при­суще то сия­ние Боже­ствен­ной славы, кото­рым про­све­ти­лись здесь Его лицо и одежды. Однако это Боже­ствен­ное досто­ин­ство Хри­ста было явлено уче­ни­кам на той горе не только зримо, но также ока­за­лось под­твер­ждено и гла­сом Бога Отца: Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние; Его слу­шайте (Мф.17:5). Тем самым апо­столы взо­шли на Фавор еще и ради того, чтобы познать – Чей же на самом деле Сын их Настав­ник и Учитель.

По мысли свя­ти­теля Фила­рета, мит­ро­по­лита Мос­ков­ского, именно Пре­об­ра­же­ние Хри­ста на Фаворе и стало для апо­сто­лов навсе­гда – до самого конца их жизни – одним из важ­ней­ших осно­ва­ний их твер­дой веры в Боже­ствен­ное досто­ин­ство Господа.

Именно на Фавор, как на дра­го­цен­ней­ший лич­ный Бого­от­кро­вен­ный опыт, опи­ра­лись они по Вос­кре­се­нии Хри­сто­вом в своей про­по­веди еван­гель­ской Истины. Так, апо­стол Петр ясно ссы­ла­ется на Фавор­ское явле­ние славы Хри­ста как на самое для него надеж­ное сви­де­тель­ство Боже­ства Спа­си­теля: Ибо мы воз­ве­стили вам силу и при­ше­ствие Гос­пода нашего Иисуса Хри­ста, не хит­ро­спле­тен­ным бас­ням после­дуя, но быв оче­вид­цами Его вели­чия. Ибо Он при­нял от Бога Отца честь и славу, когда от веле­леп­ной славы при­несся к Нему такой глас: Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние. И этот глас, при­нес­шийся с небес, мы слы­шали, будучи с Ним на свя­той горе (2Пет.1:16–18). Тем самым, пре­об­ра­жа­ясь перед Сво­ими уче­ни­ками на Фаворе, Гос­подь пола­гает твер­дое осно­ва­ние их гря­ду­щему апо­столь­скому сви­де­тель­ству о Его Боже­ствен­ном достоинстве.

В гомилии, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему, также утвер­жда­ется: Пре­об­ра­же­ние Хри­стово совер­ши­лось еще и ради того, чтобы апо­столы смогли познать, что Хри­стос есть одно­вре­менно и истин­ный Бог, и истин­ный Чело­век. Сия­ние Его Боже­ствен­ной славы на Фаворе воз­ве­щало о пол­ноте Его Боже­ствен­ной при­роды, а по-преж­нему види­мая апо­сто­лам, хотя и про­ни­зан­ная этим ярчай­шим Све­том, телес­ность Хри­ста – о пол­ноте Его при­роды чело­ве­че­ской. Это един­ство двух при­род во Хри­сте яви­лось апо­сто­лам на Фаворе столь тес­ным и нераз­рыв­ным, что, как под­чер­ки­вает пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит, тело Хри­стово бли­стало на горе Пре­об­ра­же­ния Боже­ствен­ным при­род­ным Све­том, как будто своим соб­ствен­ным телес­ным сия­нием. В этом смысле, по убеж­де­нию свя­ти­теля Андрея Крит­ского, Пре­об­ра­же­ние явля­ется для всех нас цер­ков­ным празд­ни­ком, рас­кры­ва­ю­щим и про­слав­ля­ю­щим пре­дель­ную пол­ноту обо­же­ния чело­ве­че­ской при­роды во Христе.

Тем самым Пре­об­ра­же­ние Гос­пода на Фаворе есть важ­ней­шее Бого­от­кро­вен­ное сви­де­тель­ство пол­ноты и тес­ней­шего соеди­не­ния во Хри­сте двух Его при­род – Боже­ства и человечества.

Вме­сте с тем, по убеж­де­нию свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста, пони­ма­ние подвига Кре­ста, как при­ни­ма­е­мого Сыном Божиим, Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом сво­бодно и доб­ро­вольно, должно было прийти к апо­сто­лам именно на Фаворе – ведь как раз о бли­зя­щемся Рас­пя­тии и гово­рил Гос­подь с про­ро­ками Мои­сеем и Илией в миг явле­ния Своей Боже­ствен­ной славы: И вот, два мужа бесе­до­вали с Ним, кото­рые были Мои­сей и Илия; явив­шись во славе, они гово­рили об исходе Его, кото­рый Ему над­ле­жало совер­шить в Иеру­са­лиме (Лк.9:30–31). Тем самым апо­столы должны были постичь на Фаворе: не только Пре­об­ра­же­ние, но и Крест есть вели­чай­шая слава Сына Божия; ведь именно о смысле и тайне Кре­ста ведет здесь речь Гос­подь пред уче­ни­ками, сияя при этом Своим пре­слав­ным Све­том Божества.

Кроме того, по мысли автора гомилии, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему Сирину, Гос­подь пре­об­ра­зился перед апо­сто­лами еще и ради того, чтобы они, стоя затем на Гол­гофе, возле Кре­ста Хри­стова и видя здесь Его чело­ве­че­ское бес­си­лие в стра­да­ниях, не при­шли в сомне­ние отно­си­тельно Его Боже­ствен­ного досто­ин­ства: ведь даже видя уни­чи­же­ние Кре­ста, они одно­вре­менно могли вспо­ми­нать и о недав­ней славе Фавора. И зная о таком Его все­мо­гу­ще­стве, явлен­ном им на Фаворе, сви­де­тели Рас­пя­тия должны были ясно постичь, что Гос­подь при­ни­мает Свои стра­да­ния доб­ро­вольно, идет на жертву и на смерть абсо­лютно свободно.

Мно­гие дру­гие свя­тые отцы также счи­тают, что Пре­об­ра­же­ние про­изо­шло в пред­две­рии бли­зя­ще­гося Рас­пя­тия Гос­пода – ради укреп­ле­ния веры уче­ни­ков. Об этом гово­рит, напри­мер, пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин: «Было совер­шенно необ­хо­димо, чтобы те, кото­рые впо­след­ствии явятся зри­те­лями стра­да­ний, стали сви­де­те­лями славы» Спасителя.

Пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит, в связи с темой тес­ной духов­ной связи Фавора и Кре­ста, под­ме­чает, что, как это ни странно, образ Пре­об­ра­же­ния Гос­пода на горе и образ Его рас­пя­тия на Кре­сте обла­дают неким внеш­ним сход­ством. И там и там рядом с Гос­по­дом нахо­дятся двое. Правда, около Кре­ста подле Него два раз­бой­ника, на Фаворе же – два свя­тых вет­хо­за­вет­ных про­рока. Пре­по­доб­ный Ана­ста­сий гово­рит об этом так: «Сего­дня на Фаворе смер­тью было начер­тано живо­тво­ря­щее таин­ство Кре­ста. Как на лоб­ном месте Он был рас­пят на Кре­сте посреди двух чело­век, так теперь бого­лепно Он стоит посреди Мои­сея и Илии».

С точки зре­ния свя­ти­теля Фео­фана Затвор­ника, дру­гой при­чи­ной собы­тия Пре­об­ра­же­ния Гос­подня стала необ­хо­ди­мость позна­ния апо­сто­лами на Фаворе еще одной зна­чи­мой духов­ной тайны: Боже­ствен­ная слава Хри­ста, явлен­ная тогда на горе, отныне должна сде­латься и общей сла­вой для всех спа­са­е­мых, кото­рые едины со Хри­стом в теле Его Церкви. Тем самым Своим Пре­об­ра­же­нием Гос­подь хочет пока­зать уче­ни­кам, до какой высо­чай­шей меры при­част­но­сти Боже­ствен­ной славе воз­вел Он в Себе наше чело­ве­че­ское есте­ство, и через Себя – до какой огром­ной меры такой славы спо­со­бен Он воз­ве­сти в состо­я­ние обо­же­ния и при­роду всех спа­са­е­мых Им и в Нем людей. Эта слава Бого­при­част­но­сти может быть отча­сти явлена в чле­нах Церкви, в свя­тых – уже в нашей зем­ной жизни, хотя и не в пол­ноте. Цели­ком же она откро­ется в Цар­ствии Небесном.

По мысли свя­ти­теля Прокла Кон­стан­ти­но­поль­ского, Гос­подь пре­об­ра­зился также и ради того, чтобы пред­по­ка­зать гря­ду­щее пре­об­ра­же­ние чело­ве­че­ской при­роды всех духовно еди­ных с Ним веру­ю­щих в Небес­ном Иеру­са­лиме – в жизни Буду­щего века.

Неожи­дан­ное пони­ма­ние одной из при­чин Пре­об­ра­же­ния пред­ла­гает в своей гомилии пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит. Он под­ме­чает, что у Пре­об­ра­же­ния, помимо апо­сто­лов, были еще и дру­гие сви­де­тели – нера­зум­ное твар­ное миро­зда­ние: горы, небеса, земля. Тем самым Фавор­ская Боже­ствен­ная слава Хри­ста, по замыслу Творца, откры­лась здесь не только уче­ни­кам, но и всему Его тво­ре­нию. И еще всему миро­зда­нию здесь откры­лась тайна двух при­род во Хри­сте: истина о том, что Он есть одно­вре­менно совер­шен­ный Бог и совер­шен­ный Чело­век. Вся все­лен­ная познает бла­го­даря Фавору: Хри­стос – Сын Чело­ве­че­ский, однако сия­ю­щий при этом Боже­ствен­ной сла­вой, при­над­ле­жа­щей Ему от века, как Еди­но­род­ному Сыну Божию.

Как бы обоб­щая мно­гие из пере­чис­лен­ных здесь свя­то­оте­че­ских мыс­лей о духов­ном смысле собы­тия Пре­об­ра­же­ния, пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит в про­из­не­сен­ной им на той Фавор­ской горе гомилии радостно вос­кли­цает: «Здесь Цар­ствия сим­волы пре­до­бра­зо­ваны, здесь пред­ре­чено было таин­ство Рас­пя­тия… здесь яви­лось снис­хож­де­ние Вто­рого При­ше­ствия Хри­стова; на этой горе была пред­ска­зана слава пра­вед­ных, на сей горе пре­ды­зоб­ра­жены насто­я­щие и буду­щие блага. Сия гора видела образ вос­кре­се­ния; сия гора про­воз­ве­стила через облако, явив­ше­еся на ней, буду­щее вос­хи­ще­ние пра­вед­ных на обла­ках; сия гора непре­ложно про­об­ра­зо­вала наше пре­об­ра­же­ние; сия гора пока­зала ныне самый под­лин­ный наш образ и наше сооб­ра­зие Христу».

Фаворский Свет: Христос – свет миру

Итак, Гос­подь пре­об­ра­жа­ется перед апо­сто­лами, являет им Свою Боже­ствен­ную славу: и пре­об­ра­зился пред ними: и про­си­яло лице Его, как солнце, одежды же Его сде­ла­лись белыми, как свет (Мф.17:2).

Из Еван­ге­лия мы знаем, что Сам Хри­стос часто име­ну­ется Све­том: Он – Свет истин­ный, Кото­рый про­све­щает вся­кого чело­века, при­хо­дя­щего в мир (Ин.1:9); Гос­подь ясно гово­рит о Себе Сам: Я свет миру; кто после­дует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни (Ин.8:12); Доколе Я в мире, Я свет миру (Ин.9:5); Я свет при­шел в мир, чтобы вся­кий веру­ю­щий в Меня не оста­вался во тьме (Ин.12:46). Именно поэтому неко­то­рые свя­тые отцы (напри­мер, бла­жен­ный Авгу­стин и свя­ти­тель Фео­фан Затвор­ник) гово­рят о том, что Гос­подь про­сиял на Фавор­ской горе перед Сво­ими апо­сто­лами тем уди­ви­тель­ным Све­том, чтобы зримо под­твер­дить эту истину: Гос­подь Иисус Хри­стос – есть под­лин­ный и выс­ший духов­ный свет миру.

Фаворский Свет: сияние нетварных Божественных энергий

Какова же была при­рода того Света, кото­рый уви­дели на Фаворе апо­столы и кото­рым здесь сиял Гос­подь – Его лицо и Его одежды? В своих про­по­ве­дях на Пре­об­ра­же­ние свя­тые отцы воз­вра­ща­ются к этому вопросу неоднократно.

Свя­то­оте­че­ская тра­ди­ция гово­рит о Фавор­ском Свете как о небес­ном, как о нетвар­ном, как о Свете, источ­ни­ком кото­рого явля­ется Боже­ствен­ная при­рода Гос­пода Иисуса Хри­ста как Сына Божия, о том, что этот Свет – общий для всех Трех Лиц Пре­свя­той Тро­ицы, что он есть сама, чудес­ным обра­зом види­мая для глаз апо­сто­лов, Боже­ствен­ная благодать.

Веро­учи­тель­ный вопрос о при­роде того Света, кото­рым про­сиял Гос­подь перед апо­сто­лами на Фаворе, был постав­лен в ходе бого­слов­ской поле­мики, состо­яв­шейся между свя­ти­те­лем Гри­го­рием Пала­мой и ере­ти­ком Вар­ла­а­мом Калаб­рий­ским в XIV сто­ле­тии. Вар­лаам заблуж­дался, счи­тая, что тот Свет, кото­рый открылся во время Пре­об­ра­же­ния Гос­подня уче­ни­кам Хри­сто­вым, был обыч­ным физи­че­ским све­том, строго говоря, мало чем отли­ча­ю­щимся от, напри­мер, сол­неч­ного света – пусть даже он и сиял не меньше, чем само солнце. Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама, напро­тив, наста­и­вал на том, что на Фаворе апо­столы спо­до­би­лись виде­ния осо­бого – духов­ного – Света, имев­шего совсем дру­гое про­ис­хож­де­ние, иной Источ­ник, чем любой свет, види­мый чело­ве­че­ским гла­зом в окру­жа­ю­щем нас мате­ри­аль­ном мире. Свет этот отнюдь не сотво­рен Богом, как сотво­рены Созда­те­лем все­лен­ной свет солнца или звезд; напро­тив, Фавор­ский Свет – это сия­ние Самого Бога. Он – нетвар­ный Боже­ствен­ный Свет, пред­вечно и бес­пре­рывно исхо­дя­щий из непри­ступ­ной для чело­века Боже­ствен­ной сущ­но­сти, из еди­ной и общей при­роды Пре­свя­той Тро­ицы, как сия­ние Ее бла­го­дати. Такой Боже­ствен­ный Свет может быть отча­сти познан чело­ве­ком – конечно, если это сия­ние откроет ему Сам Гос­подь. Более того, хри­сти­ан­ские свя­тые ока­зы­ва­ются спо­собны – по дару бла­го­дати – даже при­об­щиться этому Боже­ствен­ному Свету, сами внут­ренне про­сияв им.

Спор о Фавор­ском Свете между свя­ти­те­лем Гри­го­рием и Вар­ла­а­мом пере­рос в их бого­слов­скую поле­мику о Боже­ствен­ной сущ­но­сти (при­роде) и о Боже­ствен­ных энергиях.

По уче­нию свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы, Бог сокрыт, непо­зна­ваем и непри­част­вуем по Своей Боже­ствен­ной сущ­но­сти. Однако вме­сте с тем Бога воз­можно познать и Ему при­об­щиться по Его обра­щен­ным на нас нетвар­ным Боже­ствен­ным дей­ствиям, силам, энер­гиям. Этими Сво­ими нетвар­ными Боже­ствен­ными энер­ги­ями Бог создал все­лен­ную, про­мыш­ляет о мире, спа­сает и освя­щает чело­века. Те из энер­гий, дей­ствием кото­рых Бог спа­сает и освя­щает чело­века, при­нято име­но­вать Боже­ствен­ной благодатью.

По уче­нию свя­ти­теля Гри­го­рия, между сущ­но­стью и энер­ги­ями в Боге име­ется «бого­до­стой­ное раз­ли­чие». Нетвар­ные Боже­ствен­ные энер­гии исхо­дят из непри­ступ­ной для тво­ре­ния Боже­ствен­ной сущ­но­сти, не отде­ля­ясь от нее, но в то же время про­ни­цая собой все миро­зда­ние. Боже­ствен­ные энер­гии – это Сам Бог, твор­че­ски и про­мыс­ли­тельно дей­ству­ю­щий в мире вне Своей сокры­той Боже­ствен­ной сущ­но­сти. Хри­сти­а­нин может при­об­щиться Боже­ствен­ным энер­гиям, однако Боже­ствен­ной сущ­но­сти он при­об­щиться не может.

Явле­нием в мире одной из таких нетвар­ных Боже­ствен­ных энер­гий как раз и стал Фавор­ский Свет, оси­яв­ший апо­сто­лов на горе в момент Пре­об­ра­же­ния Гос­подня: и пре­об­ра­зился пред ними: и про­си­яло лице Его, как солнце, одежды же Его сде­ла­лись белыми, как свет (Мф.17:2).

Нетвар­ные Боже­ствен­ные энер­гии вечны, и их бытие в Боге никак не зави­сит от суще­ство­ва­ния нашего мира, от необ­хо­ди­мо­сти Боже­ствен­ного про­мысла о нем. Каж­дая из них при­над­ле­жит сразу всем Трем Лицам Пре­свя­той Троицы.

Это уче­ние свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы о Боже­ствен­ной сущ­но­сти и энер­гиях было при­нято Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью. Сле­дует под­черк­нуть, что оно осно­вы­ва­ется на надеж­ном фун­да­менте древ­ней свя­то­оте­че­ской тра­ди­ции. Так, мно­гие свя­тые отцы – еще задолго до Паламы – выска­зы­вали свою убеж­ден­ность в Боже­ствен­ном и нетвар­ном харак­тере Фавор­ского Света, в том числе и в своих про­по­ве­дях на Преображение.

Так, свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст утвер­ждает: то Фавор­ское сия­ние было откро­ве­нием и зри­мым явле­нием апо­сто­лам славы Божией – намного более яркой, чем даже сол­неч­ный свет. В гомилии Ефрема Сирина утвер­жда­ется, что Свет Фавора был Соб­ствен­ным све­том Сына Божия, исхо­див­шим из Него Самого, и что этот Свет был явлен апо­сто­лам в ту меру, в кото­рую они могли его вме­стить. При этом «Иисус во всем Своем теле, как солнце лучами сво­ими, сиял сла­вой Боже­ства Сво­его». Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин име­нует Фавор­ский Свет «Све­том неве­ще­ствен­ным»; он утвер­ждает, что апо­сто­лам здесь было явлено Хри­стово «зем­ное тело, бли­ста­ю­щее Боже­ствен­ным сия­нием, смерт­ное тело, исто­ча­ю­щее славу Боже­ства». Этот Свет, по мысли Дамас­кина, исхо­дил из самой Боже­ствен­ной при­роды Гос­пода и вме­сте с тем был явлен в Его обо­жен­ной чело­ве­че­ской при­роде, цели­ком про­ни­зан­ной Боже­ствен­ной бла­го­да­тью; он сиял неве­ще­ствен­ным бли­ста­нием в телес­но­сти Спа­си­теля: «О, чудо, пре­вос­хо­дя­щее вся­кий ум! Не сна­ружи слава при­со­еди­ни­лась телу, но изнутри, от неиз­ре­чен­ным обра­зом соеди­нен­ного с ним ипо­стасно Пре­бо­же­ствен­ного Боже­ства Бога Слова»; «Гос­подь же Иисус имел укра­ше­ние славы не при­об­ре­тен­ное, но про­ис­хо­дя­щее от врож­ден­ного Ему сия­ния Боже­ствен­ной славы». Пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит воз­вы­шенно гово­рит о том, что Фавор­ский Свет был явле­нием «обли­ста­ния Боже­ства», откро­ве­нием Его «Боже­ствен­ной и умной, веч­ной луче­зар­но­сти», «веч­ного Света и Боже­ствен­ного сия­ния». Сам Хри­стос есть «пучина этого Света»: того Света, кото­рый в то же время есть общее бла­го­дат­ное сия­ние, при­над­ле­жа­щее всей Пре­свя­той Тро­ице, – «бого­на­чаль­ный Свет и три­си­ян­ное бли­ста­ние». Однако Свет этот был явлен на горе апо­сто­лам лишь в ту меру, кото­рую они могли выдер­жать и вос­при­нять: по сте­пени наших сла­бых чело­ве­че­ских – в срав­не­нии с Боже­ствен­ным бытием – сил и спо­соб­но­стей; и потому-то пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит пояс­няет, что уче­ни­кам на Фаворе открылся лишь «сла­бый луч Божества».

Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама прямо утвер­ждает нетвар­ный харак­тер этого Света, гово­рит, что он есть пред­веч­ная Боже­ствен­ная сила, общая энер­гия, при­су­щая всей Пре­свя­той Тро­ице. На Фаворе этот Свет исхо­дит не только от Хри­ста, но также затем из облака, кото­рое сияет тем же самым Све­том, что и пре­об­ра­зив­ша­яся плоть Хри­ста. Облако это есть образ явле­ния апо­сто­лам Духа Свя­того. Из этого свет­лого облака обра­ща­ется к апо­сто­лам со сло­вами сви­де­тель­ства о Боже­стве Сына Бог Отец.

Неко­то­рые древ­ние цер­ков­ные писа­тели в своих гомилиях на Пре­об­ра­же­ние ста­вят знак равен­ства между поня­ти­ями «Фавор­ский Свет» и «Боже­ствен­ная энер­гия»: ведь Свет Фавора и есть одна из нетвар­ных Боже­ствен­ных энер­гий. Так, напри­мер, епи­скоп Васи­лий Селев­кий­ский в своей «Гомилии на Пре­об­ра­же­ние» прямо гово­рит о том, что, когда Хри­стос «вне­запно пре­об­ра­зился», от Его «чело­ве­че­ского образа стали исхо­дить лучи, посы­ла­е­мые Боже­ствен­ными энергиями».

По убеж­де­нию свя­тых отцов, одной из важ­ней­ших при­чин того, зачем Хри­стос воз­вел апо­сто­лов на Фавор, было жела­ние Спа­си­теля явить уче­ни­кам Его нетвар­ный Боже­ствен­ный Свет: Гос­подь хотел открыть им Свое веч­ное сия­ние и этим бли­ста­нием их пре­ис­пол­нить. Так, по сло­вам свя­ти­теля Андрея Крит­ского, «Спа­си­тель воз­во­дит уче­ни­ков на гору, чтобы что сде­лать или чему научить? Для того, чтобы пока­зать сверхвос­си­яв­шую славу и свет­лость Своей Боже­ствен­но­сти», а также ради того, чтобы и в апо­сто­лах «соде­ла­лось это див­ное и стран­ное таин­ство». Отныне, по убеж­де­нию пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, бла­го­даря откро­ве­нию Фавора, «невме­сти­мый для людей Бог, откры­ва­ю­щий через Себя и в Себе сия­ние Боже­ствен­ной при­роды, стал вме­стим» для чело­века через наше при­об­ще­ние Его Боже­ствен­ной бла­го­дати. И именно этим Све­том и будут сиять во Хри­сте свя­тые в жизни Буду­щего века в Небес­ном Иеру­са­лиме. По сло­вам Дамас­кина, «так в Буду­щем веке мы все­гда с Гос­по­дом будем (1Фес.4:17), зря Хри­ста, сия­ю­щего Све­том Божества».

Сия­ние этой бла­го­дати, све­че­ние Фавор­ского Света, явлен­ного апо­сто­лам на горе Пре­об­ра­же­ния, отныне непре­станно вле­чет к себе свя­тых, зовет вся­кого ищу­щего Бога к соеди­не­нию с собой. Подобно тому, как на яркий свет горя­щей лампы ночью соби­ра­ются мири­ады мотыль­ков, так и на нетвар­ное сия­ние Фавора, бли­ста­ю­щее посреди непро­гляд­ной ночи, окру­жа­ю­щей нас тьмы греха, устрем­ля­ются все жаж­ду­щие ясно узреть Солнце Правды – Хри­ста. Так, по мысли свя­ти­теля Фила­рета Мос­ков­ского, именно Фавор­ский Свет при­влек Мои­сея и Илию на гору Пре­об­ра­же­ния, при­вел их сюда своим путе­вод­ным сия­нием, подобно маяку, ко встрече со Христом.

Сияние лица и одежд Христа

Итак, в момент Пре­об­ра­же­ния Гос­пода этим нетвар­ным Све­том бла­го­дати про­си­яли и Его лицо, и Его одежды. И пре­об­ра­зился пред ними: и про­си­яло лице Его, как солнце, одежды же Его сде­ла­лись белыми, как свет (Мф.17:2); И когда молился, вид лица Его изме­нился, и одежда Его сде­ла­лась белою, бли­ста­ю­щею (Лк.9:29); Одежды Его сде­ла­лись бли­ста­ю­щими, весьма белыми, как снег, как на земле белиль­щик не может выбе­лить (Мк.9:3).

Авторы свя­то­оте­че­ских про­по­ве­дей на Пре­об­ра­же­ние неод­но­кратно гово­рят о зна­че­нии сия­ния лика Хри­стова, бли­ста­ния Его главы. Так, напри­мер, свя­ти­тель Андрей Крит­ский учит, что явлен­ный на Фаворе блеск лика Спа­си­теля – это сама откры­ва­е­мая апо­сто­лам кра­сота Бога Слова. А бла­жен­ный Авгу­стин пола­гает, что сия­ние главы Хри­сто­вой на горе есть духов­ный образ того, что Спа­си­тель есть Источ­ник Боже­ствен­ного Света для всей Своей Церкви, как для еди­ного с Ним Его Тела. Ведь, по слову апо­стола Павла, Он есть глава тела Церкви (Кол.1:18), ее Лицо;

Цер­ковь же есть Его телес­ность, Его члены: мы, мно­гие, состав­ляем одно тело во Хри­сте, а порознь один для дру­гого члены (Рим.12:5).

Бла­жен­ный Авгу­стин обра­щает вни­ма­ние на важ­ную деталь еван­гель­ского рас­сказа о Пре­об­ра­же­нии: здесь гово­рится, что на Фаворе сиял лик Спа­си­теля, но ничего не ска­зано о том, что сияло все тело Гос­пода. По убеж­де­нию бла­жен­ного Авгу­стина, такое ново­за­вет­ное сви­де­тель­ство сле­дует вос­при­ни­мать духовно – в отно­ше­нии Хри­ста и Его Церкви. Пока что, в нашем нынеш­нем веке, сияет только Глава Тела Церкви, ее Лик – Сам Хри­стос, сия­ние же Его цер­ков­ного Тела оста­ется до вре­мени сокры­тым. В пол­ноте такое сия­ние Церкви, как совер­шен­ное бли­ста­ние славы свя­тых, по мысли бла­жен­ного Авгу­стина, будет явлено в жизни Буду­щего века. Тем самым Фавор­ское откро­ве­ние Хри­стова сия­ния явля­ется при­зы­вом для всей Церкви, как для еди­ного со своим Гла­вой Тела, про­си­ять еди­ным с Гос­по­дом Све­том славы.

Свя­ти­тель Андрей Крит­ский пони­мает сия­ние одежд Гос­пода на Фаворе еще и как образ чистоты и свя­то­сти всех слов и дел Спа­си­теля во время Его зем­ной жизни. А вот бла­жен­ный Авгу­стин срав­ни­вает сияв­шие на Фаворе одежды Гос­пода с Его Цер­ко­вью, в кото­рую, как в некую пре­крас­ную сия­ю­щую ризу, обла­чен сего­дня Сын Божий.

Вме­сте с тем свя­тые отцы (напри­мер, пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин и свя­ти­тель Гри­го­рий Палама) под­чер­ки­вают, что одежды Спа­си­теля на Фаворе про­си­яли все тем же – пере­дав­шимся ризам Хри­ста от сия­ния Его лица – Боже­ствен­ным Све­том бла­го­дати, нетвар­ными энер­ги­ями. Однако Палама отме­чает, что мера сия­ния главы Спа­си­теля и Его одежд, конечно же, была раз­лич­ной: ризы Гос­пода только при­ле­гали к Его телу, будучи по отно­ше­нию к нему внеш­ними, и потому, в срав­не­нии с гла­вой, обрели лишь малую сте­пень этого сияния.

Преображение: перемена во Христе или в апостолах?

Свя­то­оте­че­ская тра­ди­ция зада­ется здесь еще одним важ­ным вопро­сом, свя­зан­ным одно­вре­менно и с собы­тием Пре­об­ра­же­ния, и с дог­ма­ти­че­ским уче­нием о Бого­во­пло­ще­нии: об образе, о спо­собе соеди­не­ния Боже­ствен­ной и чело­ве­че­ской при­род в Гос­поде Иисусе Хри­сте. Мы твердо верим, что Хри­стос – истин­ный Бог и истин­ный Чело­век. Мы научены Цер­ко­вью, что две Его при­роды – пол­нота Его Боже­ства и пол­нота Его чело­ве­че­ства – нераз­рывно, но в то же время и нес­литно соеди­ни­лись в Нем в самый миг Его без­муж­ного зача­тия во чреве Пре­чи­стой Девы Бого­ро­дицы. Гос­подь был совер­шен­ным Богом и совер­шен­ным Чело­ве­ком уже в утробе Бого­ма­тери; при этом две при­роды Хри­ста – Боже­ствен­ная и Чело­ве­че­ская – соеди­ни­лись в Нем настолько тесно, что Его чело­ве­че­ство ока­за­лось в пол­ноте и в совер­шен­стве про­ни­зано, пре­ис­пол­нено Его Боже­ствен­ной бла­го­да­тью, Его нетвар­ными Боже­ствен­ными энер­ги­ями. Это озна­чает, что даже во чреве Бого­ро­дицы, пусть и неви­димо для окру­жа­ю­щих, Его телес­ность уже незримо сияла пол­но­той нетвар­ного Боже­ствен­ного Света. Именно таким был и лежав­ший в Виф­ле­ем­ских яслях Богом­ла­де­нец Иисус, и отрок Иисус, изре­кав­ший еван­гель­ские истины иудеям в Иеру­са­лим­ском храме, и настав­ник Иисус, про­по­ве­до­вав­ший Свое уче­ние в горо­дах и весях Пале­стины: истин­ным Богом и истин­ным Чело­ве­ком, чело­ве­че­ское есте­ство Кото­рого было про­ни­зано и пре­ис­пол­нено нетвар­ной Боже­ствен­ной бла­го­да­тью. Но если это дей­стви­тельно так, если нетвар­ная Боже­ствен­ная бла­го­дать с мига Его без­муж­ного зача­тия при­сут­ство­вала в совер­шен­ной мере и в чело­ве­че­ском теле, и в чело­ве­че­ской душе Гос­пода Иисуса Хри­ста, если в Нем все­гда – пусть и неви­димо для людей – пре­бы­вал этот Боже­ствен­ный Свет, то что же за изме­не­ние, что за Пре­об­ра­же­ние могло совер­шиться с Ним на Фаворе? Могло ли в Нем здесь вообще что-либо изме­ниться? Однако еван­гель­ский текст ясно гово­рит нам именно об изме­не­нии, совер­шив­шемся во Хри­сте на Фаворе: И когда молился, вид лица Его изме­нился, и одежда Его сде­ла­лась белою, бли­ста­ю­щею (Лк.9:29). Так что же за пере­мена про­изо­шла в Нем на той горе?

Пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит гово­рит о том, что, когда Хри­стос пре­об­ра­зился на Фаворе, Он пре­ис­пол­нил и обо­го­тво­рил Свое чело­ве­че­ское есте­ство Боже­ствен­ной сла­вой, как сия­ю­щим Боже­ствен­ным Све­том. Вме­сте с тем, как можно понять пре­по­доб­ного Гри­го­рия, Хри­стос отнюдь не напол­нил здесь Свою чело­ве­че­скую при­роду еще какой-то новой – боль­шей, чем прежде, – мерой Боже­ствен­ной бла­го­дати. Про­сто Он теперь явил апо­сто­лам эти все­гда при­су­щие Ему Боже­ствен­ные энер­гии уже по-новому: в образе и облике Боже­ствен­ного Света – то есть как зри­мые, как види­мые для глаз учеников.

Тем самым Пре­об­ра­же­ние Хри­ста на Фаворе – это Пре­об­ра­же­ние самого спо­соба откро­ве­ния и явле­ния во Хри­сте Его Боже­ствен­ных энер­гий. Лишь в этом зна­че­нии можно гово­рить о Пре­об­ра­же­нии Хри­ста: то, что ранее было сокрыто, «спря­тано» в Нем от людей, сде­ла­лось по воле Гос­под­ней зри­мым для уче­ни­ков, открыв­шись им как Свет. Здесь «пре­об­ра­зился» озна­чает в первую оче­редь явственно «открылся» апо­сто­лам таким, каков Он есть все­гда: в сия­нии Боже­ствен­ной славы.

Свя­тые отцы в своих про­по­ве­дях на Пре­об­ра­же­ние реши­тельно наста­и­вают на мысли о том, что Пре­об­ра­же­ние Гос­пода на Фаворе не повлекло за собой ника­ких суще­ствен­ных пере­мен в Самом Хри­сте. Так, по убеж­де­нию пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, «Хри­стос пре­об­ра­жа­ется» перед Сво­ими уче­ни­ками, «отнюдь не при­об­ре­тая Себе того, чем Он [ранее] не был, и не изме­ня­ясь в то, чем [ранее] не был». Согла­сен с ним и свя­ти­тель Андрей Крит­ский: «Хри­стос сверх вся­кой меры на горе вос­сиял, не став тогда свет­лей­шим или выс­шим Себя Самого, – прочь [от такого нече­стия], – но будучи созер­цаем Таким, Каким Он был и прежде, усо­вер­шив­ши­мися из [числа] уче­ни­ков и истинно посвя­щен­ными в высо­чай­шие [таин­ства]».

Вме­сте с тем они выска­зы­вают и иную неожи­дан­ную мысль: Пре­об­ра­же­ние на Фаворе – как реально про­изо­шед­шая здесь пере­мена – это в первую оче­редь совер­шив­ше­еся пре­об­ра­же­ние, изме­не­ние самих апо­сто­лов: пре­об­ра­же­ние, даро­вав­шее им абсо­лютно новую спо­соб­ность видеть Боже­ствен­ную славу, лице­зреть Боже­ствен­ный Свет. Так, по мысли свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы, важ­ней­шей пере­ме­ной, про­изо­шед­шей здесь с уче­ни­ками, было изме­не­ние их чело­ве­че­ской спо­соб­но­сти позна­ния и вос­при­я­тия, пре­об­ра­жен­ной власт­ным вме­ша­тель­ством Боже­ствен­ной бла­го­дати: Фавор­ский Свет ока­зался теперь видим именно телес­ными очами апо­сто­лов, но очами, изме­нен­ными силой Боже­ствен­ной бла­го­дати, силой Духа Свя­того. По сло­вам пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, подоб­ное изме­не­ние можно упо­до­бить той пере­мене, что про­ис­хо­дит с исце­лив­шимся слеп­цом, прежде не обла­дав­шим физи­че­ским зре­нием, а теперь – чудес­ным обра­зом – полу­чив­шим спо­соб­ность видеть: на Фаворе «Хри­стос… явля­ется Своим уче­ни­кам… отвер­зая им очи и делая их из сле­пых зрячими».

Этот Боже­ствен­ный Свет цели­ком соеди­нился с апо­сто­лами, напол­нил их изнутри. Как ясно гово­рит пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит, на Фаворе апо­стол «Петр… [сам] весь испол­нился Света, весь был объят сла­вой» Божией. Пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит также утвер­ждает, что такая пол­нота при­част­но­сти апо­сто­лов Боже­ствен­ному Свету при­вела к важ­ней­шим духов­ным пере­ме­нам. В миг Пре­об­ра­же­ния силой Свя­того Духа апо­столы познали пре­об­ра­зив­ше­гося Хри­ста не только вне себя, но и внутри себя: чудо Пре­об­ра­же­ния осу­ще­стви­лось в них самих именно как таин­ствен­ное духов­ное соеди­не­ние Пре­об­ра­зив­ше­гося Гос­пода с пре­об­ра­жа­е­мыми Его сла­вой учениками.

Поис­тине Пре­об­ра­же­ние Гос­подне было не только Пре­об­ра­же­нием Самого Хри­ста, но и лич­ным пре­об­ра­же­нием сви­де­те­лей этого еван­гель­ского чуда – апо­сто­лов Петра, Иакова и Иоанна. В связи со ска­зан­ным вспо­ми­на­ется извест­ный при­мер из исто­рии рус­ской свя­то­сти, отра­жен­ный в записи беседы пре­по­доб­ного Сера­фима Саров­ского с Н.А. Мото­ви­ло­вым. Во время их раз­го­вора, объ­яс­няя, что есть стя­жа­ние Духа Свя­таго Божьего, и говоря о том, что «бла­го­дать есть Свет», пре­по­доб­ный Сера­фим зримо про­сиял бла­го­дат­ной Боже­ствен­ной сла­вой. Видя подоб­ное чудо, Мото­ви­лов в бла­го­го­вей­ном тре­пете не смел прямо взгля­нуть на старца, ибо лицо того «сде­ла­лось свет­лее солнца». Однако пре­по­доб­ный Сера­фим ска­зал ему: «Не устра­шай­тесь, ваше Бого­лю­бие! И вы теперь сами так же светлы стали, как и я сам. Вы сами теперь в пол­ноте Духа Божьего, иначе вам нельзя было бы и меня таким видеть». В этом сви­де­тель­стве о види­мом явле­нии Света нетвар­ной Боже­ствен­ной бла­го­дати в заме­ча­тель­ном рус­ском подвиж­нике и о пере­мене, про­изо­шед­шей также и со сви­де­те­лем этого чуда – Мото­ви­ло­вым, нельзя не заме­тить пора­зи­тель­ного сход­ства с тем, о чем гово­рили свя­тые отцы в своих про­по­ве­дях на Пре­об­ра­же­ние: чтобы ока­заться спо­соб­ным уви­деть Фавор­ский Свет, хри­сти­а­нину необ­хо­димо самому силой этого Света изме­ниться и им просиять.

Итак, Пре­об­ра­же­ние на Фаворе ока­за­лось не только Пре­об­ра­же­нием Хри­ста – как зри­мым откро­ве­нием славы Его Боже­ства, – но еще и пре­об­ра­же­нием апо­сто­лов: их внут­рен­ним духов­ным изме­не­нием, воз­во­дя­щим Петра, Иакова и Иоанна на вер­шины свя­той Богопричастности.

Промежуточный итог: три основания Фаворского чуда

Итак, по свя­то­оте­че­скому уче­нию, для того чтобы Пре­об­ра­же­ние Хри­ста на Фаворе совер­ши­лось и для того чтобы Петр, Иаков и Иоанн ока­за­лись спо­собны при­об­щиться здесь нетвар­ному Боже­ствен­ному Свету, были необ­хо­димы три обя­за­тель­ных состав­ля­ю­щих, три необ­хо­ди­мых осно­ва­ния Фавор­ского чуда:

– явле­ние и дей­ствие нетвар­ного Боже­ствен­ного Света как небес­ного Боже­ствен­ного дара апо­сто­лам – то есть про­яв­ле­ние со сто­роны Бога актив­но­сти Его любви к Сво­ему тво­ре­нию, к человеку;

– сора­бо­та­ю­щая этому Боже­ствен­ному дару встреч­ная актив­ность любви к Дари­телю-Творцу со сто­роны чело­века – то есть молит­вен­ное уси­лие самих апо­сто­лов как их сво­бод­ная и твор­че­ская жажда бла­жен­ного Боговидения;

– и, нако­нец, апо­сто­лам для Фавор­ского Бого­со­зер­ца­ния была необ­хо­дима спо­соб­ность нового духов­ного зре­ния, кото­рой у апо­сто­лов до этого не было, но кото­рая теперь откры­лась и осу­ще­стви­лась в них, – то есть пре­об­ра­же­ние и изме­не­ние есте­ствен­ных сил и воз­мож­но­стей их чело­ве­че­ской при­роды, даро­ван­ное им пре­об­ра­жа­ю­щей энер­гией Свя­того Духа.

Предназначение христианина: путь на гору Преображения

К подоб­ному же лич­ному пре­об­ра­же­нию – дару­е­мому силой Божией в ответ на нашу любовь к Богу и ближ­нему, на под­линно хри­сти­ан­скую жизнь – при­званы стре­миться и все члены Церкви. Ведь, по мысли пре­по­доб­ного Гри­го­рия Сина­ита, все хри­сти­ане, участ­ву­ю­щие в цер­ков­ном тор­же­стве Пре­об­ра­же­ния, при­зы­ва­ются, подобно апо­сто­лам, взойти на духов­ную гору Бого­со­зер­ца­ния: «Будем созер­цать вме­сте с Мои­сеем и совоз­не­семся с Илией, будем бого­слов­ство­вать с Иоан­ном и испо­ве­дуем вме­сте с Пет­ром, при­бли­зимся к Свету с Иако­вом и на славу Его как Еди­но­род­ного от Отца» будем взи­рать. Именно поэтому пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит и обра­щает ко Хри­сту дерз­но­вен­ную и вдох­но­вен­ную молитву о том, чтобы все­гда быть с Гос­по­дом на Фаворе, напол­ня­ясь Его нетвар­ным Све­том: «Гос­поди, во Свете Лица Тво­его все­гда спо­доби ходить нас, во Свете Пре­об­ра­же­ния Твоего…»

А пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит, говоря о том же, при­зы­вает всех нас: «Вой­дем и мы дер­зостно внутрь облака с Мои­сеем, Илией, Иако­вом и Иоан­ном; и, как Петр, устре­мимся, отсту­пив от земли, к созер­ца­нию Бо жествен­ного виде­ния. При­шед­ший в вос­торг от уви­ден­ного Петр взы­вал: Гос­поди! хорошо нам здесь быть (Мф.17:4). Поис­тине, о Петр, хорошо нам быть и пре­бы­вать со Иису­сом, и все­гда быть и во веки пре­бы­вать. Что может быть бла­жен­нее и выше, как быть с Богом и в Боге, быть обра­зом Божиим и ходить во Свете? Пусть и вся­кий из нас, кто стя­жал в сердце своем Бога, пре­об­ра­зил себя по сему Боже­ствен­ному при­меру и раду­ется, ска­жет: Гос­поди! хорошо нам здесь быть, – [здесь] где вся­кая радость, весе­лие и насла­жде­ние, где на сердце всё мирно, тихо и без­мя­тежно, где явля­ется Бог».

Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама гово­рит о том, что Хри­стос воз­во­дит всех достой­ных на тот же самый Фавор, на кото­рый он прежде воз­вел Своих апо­сто­лов: каж­дого – в свое время, когда он бывает к этому готов. Свя­ти­тель Фила­рет, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский, под­чер­ки­вает: все хри­сти­ане при­званы пройти путь к виде­нию Фавор­ской славы Хри­ста. К этому виде­нию при­званы не какие-то отдель­ные, исклю­чи­тель­ные и еди­нич­ные люди, но вся­кий чело­век, каж­дый хри­сти­а­нин. Однако оно невоз­можно без воз­во­дя­щей к нему молитвы: силой молитвы мы должны взойти на Фавор или же Фавор дол­жен открыться в нас. Свя­щен­но­му­че­ник Сер­гий Мечёв также наста­и­вает на том, что все мы вслед за апо­сто­лами Пет­ром, Иако­вом и Иоан­ном должны взойти на гору духов­ного пре­об­ра­же­ния, но это труд­ный и опас­ный путь; однако – при помощи Божией бла­го­дати – мы в силах его преодолеть.

Свя­ти­тель Фео­фан Затвор­ник также учит о том, что «слава Пре­об­ра­же­ния есть наша слава в Гос­поде Иисусе Хри­сте». При этом он ука­зы­вает на необ­хо­ди­мые сред­ства для дости­же­ния хри­сти­а­ни­ном сво­его лич­ного Фавора. С одной сто­роны, это исхо­дя­щий от Бога Свет истины; с дру­гой – при­об­ре­та­е­мая веру­ю­щими чистота свя­то­сти. В этом – две сто­роны пре­об­ра­же­ния хри­сти­а­нина. Однако ни того ни дру­гого невоз­можно иметь без помощи Бога, Кото­рый и явля­ется их Пода­те­лем; но мно­гое зави­сит и от наших тру­дов и бла­го­че­стия – от нашей чело­ве­че­ской сво­боды, от нашего сора­бот­ни­че­ства Хри­сту в деле Спа­се­ния. Такая, необ­хо­ди­мая для Спа­се­ния и для лич­ного вос­хож­де­ния на Фавор Боже­ствен­ная бла­го­дать Света и свя­то­сти пода­ется хри­сти­а­нину через таин­ства Церкви, в первую оче­редь – в Кре­ще­нии, Пока­я­нии и При­ча­ще­нии, а также через дру­гие цер­ков­ные свя­щен­но­дей­ствия. Вме­сте с тем лич­ное пре­об­ра­же­ние невоз­можно без чистоты пра­во­слав­ной веры.

Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама гово­рит о том, что вся­кий хри­сти­а­нин при­зван, пре­об­ра­зив­шись во образ Фавор­ской славы Хри­сто­вой, сам напол­ниться сия­нием этого нетвар­ного Боже­ствен­ного Света. Хри­сти­а­нин дол­жен пре­об­ра­зиться в обнов­ле­нии ума и через это, полу­чив оза­ре­ние от Бога, стать сооб­раз­ным той славе Хри­ста, в кото­рую Гос­подь пре­об­ра­зился на Фаворе. Те, кого осве­щает Своим Боже­ствен­ным Све­том Солнце-Хри­стос, и сами дела­ются в Нем дру­гими, иными «солн­цами», сия­ю­щими отра­жен­ным нетвар­ным Све­том Сына Божия.

В связи с при­зва­нием хри­сти­а­нина стать обла­да­те­лем и носи­те­лем этого нетвар­ного сия­ния свя­ти­тель Фео­липт Фила­дель­фий­ский рисует нам очень яркий и глу­бо­кий духов­ный образ: Боже­ствен­ный Свет Фавора можно упо­до­бить Боже­ствен­ному огню; а ведь вся­кий огонь, для того чтобы ему гореть, нуж­да­ется в све­тиль­нике. При лич­ном пре­об­ра­же­нии свя­тых на их духов­ном Фаворе – при­об­ще­нии нетвар­ным Боже­ствен­ным энер­гиям – таким све­тиль­ни­ком дела­ется сам веру­ю­щий, воз­жи­га­е­мый здесь от нетвар­ного Боже­ствен­ного пла­мени и горя­щий отныне тем же самым небес­ным огнем. При этом подоб­ной воску свечи пита­тель­ной сре­дой, необ­хо­ди­мой для горе­ния этих све­тиль­ни­ков Боже­ствен­ной славы, явля­ются доб­ро­де­тели подвиж­ни­ков. Именно так, подобно ярким све­чам или факе­лам, хри­сти­ан­ские свя­тые и пла­ме­неют нетвар­ной Фавор­ской сла­вой, цели­ком охва­чен­ные и про­ни­зан­ные Боже­ствен­ным огнем – Хри­сто­вым Све­том… Согла­сен со свя­ти­те­лем Фео­лип­том и свя­ти­тель Фила­рет Мос­ков­ский, кото­рый также гово­рит о том, что пра­вед­ники, про­све­ща­ясь Фавор­ским Боже­ствен­ным Све­том, одно­вре­менно про­све­щают им и всех вокруг себя.

Преображение и окружающий мир

Еще одна важ­ная тема, свя­зан­ная со свя­то­оте­че­ским уче­нием о зна­че­нии и о пло­дах Пре­об­ра­же­ния Спа­си­теля, рас­кры­ва­ется в про­по­веди свя­щен­но­му­че­ника Сер­гия Мечёва. Отец Сер­гий гово­рит, что, когда в хри­сти­а­нине про­ис­хо­дит лич­ное духов­ное пре­об­ра­же­ние во образ Хри­стов, рядом с ним начи­нает пре­об­ра­жаться и весь мир – служа ему и являя ему свое послу­ша­ние. Так, напри­мер, про­ис­хо­дит с дикими живот­ными, дела­ю­щи­мися крот­кими и послуш­ными рядом со святыми.

Дей­стви­тельно, Цер­ковь учит, что, пре­об­ра­жа­ясь, обре­тая под­лин­ные свя­тость и чистоту, чело­век одно­вре­менно пре­об­ра­жает вме­сте с собой и весь мате­ри­аль­ный мир. Сего­дня мы в боль­шой сте­пени зави­сим от окру­жа­ю­щей нас при­роды: зем­ле­тря­се­ния, бури, иные при­род­ные ката­строфы несут нам горе и смерть. Порой даже кажется, мир начи­сто забыл о том, что его искон­ный хозяин – чело­век. Все­лен­ная начи­нает ныне все более и более напо­ми­нать несчаст­ного, поте­ряв­шего разум слепца, наугад, не раз­би­рая дороги, спе­ша­щего куда-то впе­ред, сме­та­ю­щего все на своем пути. Вино­ват же во всем про­ис­хо­дя­щем с при­ро­дой, конечно, сам чело­век. Именно из-за его древ­него пре­слу­ша­ния Боже­ствен­ной воли, из-за его гре­хо­па­де­ния и пре­бы­вает ныне все­лен­ная в тепе­реш­нем своем состо­я­нии «незря­че­сти».

Но стоит чело­веку при­бли­зиться к обре­те­нию свя­то­сти, к стя­жа­нию бла­го­дати, стоит только ему (в дости­га­е­мом им духов­ном пре­об­ра­же­нии) осо­знать под­лин­ную свою ответ­ствен­ность за этот мир, как бес­край­няя, бес­ко­неч­ная все­лен­ная сама обра­щает к нему свой взор. Взор этот все­гда бывает испол­нен одно­вре­менно и стра­да­нием, и надеж­дой. Вся тварь сово­купно сте­нает и мучится доныне, – гово­рит апо­стол Павел (Рим.8:22). Именно в лице свя­тых – людей, внут­ренне пре­об­ра­жен­ных лучами Боже­ствен­ной бла­го­дати, – при­рода обре­тает испол­не­ние своей надежды на избав­ле­ние, именно в их лице нахо­дит она, каза­лось бы, навеки поте­рян­ного ею, но ныне искуп­лен­ного и воз­рож­ден­ного Адама; вновь слы­шит она обра­щен­ный к ней зов чело­века и спе­шит испол­нить каж­дое из его пове­ле­ний. Так, звери при­хо­дят и сми­ренно при­слу­жи­вают измож­ден­ным духов­ными и физи­че­скими подви­гами мона­хам иудей­ской пустыни или рус­ских лесов. Тру­до­лю­би­вый лев при­но­сит воду из реки Иор­дан свя­тому Гера­симу, огром­ный мед­ведь без­бо­яз­ненно лежит у ног пре­по­доб­ного Сера­фима Саров­ского, все­воз­мож­ные птицы без­за­ботно сидят на пле­чах и руках свя­того Павла Обнор­ского. И вме­сте с рож­де­нием такой свя­то­сти, вме­сте с воца­ря­ю­щимся в мире непре­стан­ным бли­ста­нием Света Фавора сюда воз­вра­ща­ется давно поза­бы­тая радость, сча­стье доб­ро­воль­ного и бес­ко­рыст­ного слу­же­ния, вер­ность пре­крас­ного и бла­гого миро­зда­ния сво­ему былому царю и управителю…

Преображение как прообраз Второго Пришествия и славы вечной жизни

По убеж­де­нию свя­тых отцов, чудо Пре­об­ра­же­ния на Фаворе, во время кото­рого про­изо­шло явле­ние в небес­ной славе Хри­ста и осу­ще­стви­лась бла­го­дат­ная пере­мена в апо­сто­лах, есть про­об­раз Вто­рого При­ше­ствия Гос­пода, а также залог про­слав­лен­ного состо­я­ния пра­вед­ни­ков в жизни Буду­щего века.

По мысли свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста, явле­ние славы Хри­ста на Фаворе есть про­об­раз пол­ноты той славы Вто­рого При­ше­ствия, что будет явлена в конце вре­мен в гря­ду­щем Гос­поде. По сло­вам же епи­скопа Васи­лия Селев­кий­ского, именно «окру­жен­ный этим [же] Све­том [Фавора], Гос­подь Хри­стос при­бли­зится с небес, словно три­ум­фа­тор, совер­шая Свое Вто­рое При­ше­ствие к людям». Пре­по­доб­ный Фео­дор Сту­дит также убеж­ден, что празд­ник Пре­об­ра­же­ния изоб­ра­жает состо­я­ние жизни Буду­щего века и что образ явле­ния Хри­ста на Фаворе подо­бен тому образу, в кото­ром явится Спа­си­тель в Своем Вто­ром При­ше­ствии. Согла­сен с ними и свя­ти­тель Гри­го­рий Палама, утвер­жда­ю­щий, что в день Страш­ного суда Гос­подь снова при­дет в мир именно таким, каким Он явился апо­сто­лам на горе Преображения.

Но этот Свет Фавора будет не только бли­ста­ю­щим зна­ме­нием гроз­ного Суда Хри­стова над всем чело­ве­че­ским родом, но и веч­ным сия­нием славы свя­тых в Небес­ном Иерусалиме.

Так, по мысли Паламы, именно этим Све­том пра­вед­ники про­све­тятся в Цар­стве Божием и силой этого Света узрят там – как сверх­си­я­ю­щего – Самого Хри­ста: «ибо и пра­вед­ники вос­си­яют, как солнце, в Цар­стве Отца их (Мф.13:43), и таким обра­зом все­цело став Све­том Боже­ствен­ным, как порож­де­ния Боже­ствен­ного Света, они узрят Хри­ста Боже­ственно и неиз­ре­ченно сверх­си­я­ю­щего, слава Боже­ства Кото­рого, при­су­щая Его при­роде, яви­лась на Фаворе». О таком при­зва­нии хри­стиан пре­об­ра­зиться в жизни Буду­щего века во образ Фавор­ского Пре­об­ра­же­ния Хри­ста сви­де­тель­ствует и пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит: «Что больше и страш­нее того, чем видеть Бога во образе чело­ве­че­ском, сия­ю­щего лицом и бли­ста­ю­щего, непре­станно испус­ка­ю­щего лучи и гово­ря­щего к нахо­дя­щимся [вме­сте] с Ним: „Так про­си­яют пра­вед­ники в вос­кре­се­нии, так они про­сла­вятся, пре­об­ра­зятся в этот Мой образ, изме­нятся в эту славу, в этот образ, в такой Свет, в такое бла­жен­ство, будучи сооб­разны и сопре­стольны Мне, Сыну Божию“?!»

По мысли свя­ти­теля Андрея Крит­ского, апо­столы на Фаворе, «став, насколько это воз­можно, вне плоти и мира, [еще] здесь научи­лись из того, что они испы­тали, тому, что отно­сится к буду­щему состо­я­нию» свя­тых. По убеж­де­нию же пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, Фавор учит нас: «Так в буду­щем веке мы все­гда с Гос­по­дом будем (1Фес.4:17), зря­щими Хри­ста, сия­ю­щего Све­том Божества».

По сло­вам пре­по­доб­ного Фео­дора Сту­дита, Петр, Иаков и Иоанн есть про­об­раз веч­ного насла­жде­ния пра­вед­ни­ков, кото­рые будут пре­бы­вать со Хри­стом в жизни Буду­щего века. Так кто же из нас, хри­стиан, смо­жет спо­до­биться такой радо­сти? – зада­ется вопро­сом пре­по­доб­ный Фео­дор. Те, – отве­чает он, – кто будут иметь душу чистую от гре­хов. Именно такие хри­сти­ане и назо­вутся дру­зьями Хри­ста, подобно тем апо­сто­лам, перед кото­рыми Он пре­об­ра­зился на Фаворе. О том же сви­де­тель­ствует и пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит, утвер­ждая: на Фаворе нам явлено откро­ве­ние той веч­ной Боже­ствен­ной луче­зар­но­сти, в сия­нии кото­рой Хри­стос в конце вре­мен ока­жется зрим пра­вед­ни­ками и в кото­рой все они будут с Ним вечно сопребывать.

По утвер­жде­нию бла­жен­ного Авгу­стина, Пре­об­ра­же­ние Гос­пода явля­ется еще и зало­гом гря­ду­щего все­об­щего вос­кре­се­ния из мерт­вых. Он гово­рит, что паде­ние ниц апо­сто­лов, при­шед­ших в тре­пет от уви­ден­ной славы Хри­ста, есть про­об­раз ожи­да­ю­щей вся­кого чело­века кон­чины, сим­вол нашей смерти как бес­силь­ного нис­па­де­ния в зем­ля­ную могилу То же, что Хри­стос по окон­ча­нии явле­ния Своей славы апо­сто­лам Сам поды­мает их с земли, есть про­об­раз буду­щего все­об­щего Вос­кре­се­ния, когда Хри­стос Сам вос­кре­сит весь чело­ве­че­ский род и Своей рукой воз­ве­дет умер­ших к жизни из глу­бины их под­зем­ных гробниц.

Мы видим: по убеж­де­нию свя­тых отцов, Пре­об­ра­же­ние Хри­ста ока­зы­ва­ется еще и важ­ней­шим духов­ным зало­гом все­об­щих Вос­кре­се­ния и Веч­ной жизни, даро­ван­ным на Фаворе Гос­по­дом всем христианам.

Свидетели славы Преображения: Моисей и Илия

Мы пом­ним, что Гос­подь явился в Своей славе на Фаворе отнюдь не один. Рядом с Ним нахо­ди­лись вет­хо­за­вет­ные про­роки Мои­сей и Илия. И вот, яви­лись им Мои­сей и Илия, с Ним бесе­ду­ю­щие (Мф.17:3). Так почему же именно они – Мои­сей и Илия – пред­сто­яли на Фаворе Хри­сту? По убеж­де­нию свя­тых отцов, для этого было несколько причин.

Обычно тол­ко­ва­тели еван­гель­ского рас­сказа о Пре­об­ра­же­нии (напри­мер, пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин и пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит) гово­рят о том, что Мои­сей пред­став­лял собой вет­хо­за­вет­ный закон, а Илия – вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков; ныне на Фаворе закон в лице Мои­сея и про­роки в лице Илии согласно сви­де­тель­ствуют о прежде лишь чае­мом, а теперь, в реаль­но­сти Нового Завета, уже при­шед­шем в мир Христе.

Кроме того, по мысли свя­тых Иоанна Зла­то­уста, Кирилла Алек­сан­дрий­ского, Иоанна Дамас­кина и Гри­го­рия Сина­ита, Мои­сей и Илия яви­лись на Фаворе перед апо­сто­лами еще и в знак того, что Спа­си­тель имеет абсо­лют­ную власть и над жиз­нью, и над смер­тью. Свя­ти­тель Кирилл Алек­сан­дрий­ский гово­рит, что Гос­подь Иисус Хри­стос имеет власть как над живу­щими, так и над умер­шими; поэтому на Фаворе явля­ются умер­ший Мои­сей и взя­тый живым на небо Илия. Согла­сен с ним и свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст. Он учит, что Илия пред­стал на Фаворе как взя­тый живым на небо и тем самым явил здесь образ жизни, а Мои­сей как умер­ший ока­зался в миг Пре­об­ра­же­ния сим­во­лом смерти, над кото­рой, так же как и над жиз­нью, власт­вует Христос.

Вме­сте с тем Мои­сей и Илия должны были стать для апо­сто­лов при­ме­ром той – пусть еще и вет­хо­за­вет­ной – свя­то­сти, кото­рой над­ле­жало под­ра­жать. Так, свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст пишет, что Мои­сей и Илия были явлены Спа­си­те­лем апо­сто­лам как совер­шен­ный обра­зец вет­хо­за­вет­ной доб­ро­де­тели. Однако апо­столы должны были не только под­ра­жать Мои­сею и Илии, как достой­ней­шим, но и их духовно пре­взойти: ведь уче­ники Хри­ста при­над­ле­жали уже не Вет­хому Завету, но Завету Новому Согла­сен со свя­ти­те­лем Иоан­ном и пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит, гово­ря­щий о том, что, хотя Мои­сей и Илия пред­стали на Фаворе как внешне более совер­шен­ные, чем апо­столы, они все же не были выше уче­ни­ков Спа­си­теля, ибо в них еще при­сут­ство­вал дух раб­ства вет­хо­за­вет­ного закона.

По мысли автора про­по­веди, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему Сирину, на Фаворе про­ис­хо­дит встреча двух Заве­тов – Вет­хого и Нового. Про­роки Мои­сей и Илия зна­ме­нуют собой Вет­хий Завет, а апо­столы Петр, Иаков и Иоанн – Завет Новый. Эти Заветы во мно­гом очень друг от друга отли­ча­ются: и мерой дан­ного в них Боже­ствен­ного откро­ве­ния, и нрав­ствен­ными тре­бо­ва­ни­ями к веру­ю­щим, и мно­гим-мно­гим дру­гим. Однако оба эти Завета – и Вет­хий, и Новый – гово­рят об одном и том же: о гря­ду­щем в мир нашего ради Спа­се­ния Боге – Хри­сте. Его ожи­дает, Его чает Вет­хий Завет. Его встре­чает, Ему раду­ется и Им сози­да­ется, уста­нав­ли­ва­ется Новый Завет. И здесь же на Фавор­ской горе про­ис­хо­дит не только встреча этих двух Заве­тов, но и их соеди­не­ние: Сам Хри­стос здесь соче­тает в Себе оба эти Завета – как их общий Пода­тель и Даро­ва­тель – и оси­я­вает их еди­ной сла­вой Сво­его Пре­об­ра­же­ния. Отныне – в еван­гель­ский век – Вет­хий и Новый Завет пре­бы­вают в осо­бом нерас­тор­жи­мом духов­ном един­стве. Ведь, по мысли бла­жен­ного Авгу­стина, как раз на Фаворе мы и видим – в общем пред­сто­я­нии Хри­сту как Его про­ро­ков, так и Его апо­сто­лов, – что их сов­мест­ное и соглас­ное вет­хо­за­вет­ное и ново­за­вет­ное сви­де­тель­ство о Хри­сте откры­лось и испол­ни­лось в Гос­поде Иисусе.

Кроме того, по убеж­де­нию автора той же гомилии, явле­ние Боже­ствен­ной славы Хри­ста на Фаворе ста­но­вится тем момен­том, в кото­рый Мои­сей и Илия, а через их посред­ство все чаяв­шие Хри­ста вет­хо­за­вет­ные пра­вед­ники узнают самую глав­ную новость за всю исто­рию миро­зда­ния: ныне Сын Божий вопло­тился нашего ради Спа­се­ния и, будучи истин­ным Богом, сде­лался теперь истин­ным Человеком.

Как убеж­ден пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин, Мои­сей и Илия ока­за­лись на Фаворе в миг Пре­об­ра­же­ния Спа­си­теля еще и ради того, чтобы познать и иную вели­чай­шую бого­слов­скую тайну, неко­гда пол­но­стью скры­тую от вет­хо­за­вет­ного чело­века: познать Бога именно как Бога Тро­ицу. Ведь на Фаворе они слы­шат глас Бога Отца, бесе­дуют с Сыном и видят явле­ние – в образе свет­лого облака – Духа Свя­того, пости­гая Трех Лиц как Три­еди­ного Бога.

Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин, говоря о явле­нии на Фаворе Мои­сея, под­чер­ки­вает важ­ный духов­ный момент. Неко­гда Мои­сей за свой грех не был допу­щен Богом в Землю Обе­то­ван­ную, умер вне ее пре­де­лов, так и не всту­пив в нее после мно­го­лет­них стран­ствий по пустыне. Лишь издали – с вер­шины горы Нево – было поз­во­лено ему уви­деть Пале­стину. Вот как повест­ву­ется об этом в книге Вто­ро­за­ко­ние: И взо­шел Мои­сей с рав­нин Моавит­ских на гору Нево, на вер­шину Фасги, что про­тив Иери­хона, и пока­зал ему Гос­подь всю землю ‹…› И ска­зал ему Гос­подь: вот земля, о кото­рой Я клялся Авра­аму, Иса­аку и Иакову, говоря: «семени тво­ему дам ее»; Я дал тебе уви­деть ее гла­зами тво­ими, но в нее ты не вой­дешь. И умер там Мои­сей, раб Гос­по­день, в земле Моавит­ской, по слову Гос­подню (Втор.34:1, 4–5). Но теперь, вме­сте с при­хо­дом Нового Завета, в миг Пре­об­ра­же­ния Гос­подня, Мои­сей нако­нец ока­зы­ва­ется в пре­де­лах Земли Обе­то­ван­ной: он стоит на одной из гор этой Земли – на гали­лей­ской горе Фавор, на кото­рую его воз­во­дит Сам Бог. Неко­гда Гос­подь не поз­во­лил Мои­сею испол­нить вели­чай­шую надежду его жизни – войти в землю Авра­ама, Иса­ака и Иакова, но теперь Бог Сам властно его сюда при­зы­вает. И пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит также гово­рит о том, что «гора Фавор ввела Мои­сея в обе­то­ван­ную землю.»

Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама, раз­мыш­ляя о явле­нии Мои­сея и Илии на Фаворе, зада­ется еще одним неожи­дан­ным вопро­сом: а откуда апо­столы поняли, что перед ними именно Мои­сей и Илия? Ведь уче­ники не знали их в лицо… Палама пола­гает, что такое узна­ва­ние совер­ши­лось посред­ством Боже­ствен­ного откро­ве­ния, силой все того же нетвар­ного Боже­ствен­ного Света, кото­рый осиял апо­сто­лов, пре­об­ра­зил и тем самым рас­крыл их ум к пости­же­нию сокро­вен­ных небес­ных тайн. В этом небес­ном Свете, цели­ком про­ни­зан­ные им, Петр, Иаков и Иоанн и познали имена Мои­сея и Илии – как при­част­ни­ков тех же самых Боже­ствен­ных энергий.

О чем же гово­рили со Хри­стом на Фаворе Мои­сей и Илия? Как пояс­няет еван­ге­лист Лука, они бесе­до­вали с Гос­по­дом об исходе Его, кото­рый Ему над­ле­жало совер­шить в Иеру­са­лиме (Лк.9:30–31). Как объ­яс­няет это еван­гель­ское сви­де­тель­ство пре­по­доб­ный Ана­ста­сий Синаит, «Мои­сей и Илия бесе­до­вали со Хри­стом об исходе Его души от тела, кото­рый Он хотел совер­шить во Иеру­са­лиме в крест­ных стра­да­ниях». Об этом же подробно рас­суж­дают в своих про­по­ве­дях на Пре­об­ра­же­ние свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст, пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит и свя­ти­тель Фила­рет Мос­ков­ский. Кроме того, как пола­гает автор гомилии, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему Сирину, Мои­сей и Илия гово­рили на Фаворе с Гос­по­дом еще и о том, что именно во Хри­сте испол­ни­лись слова древ­них вет­хо­за­вет­ных про­ро­честв о Нем как о Спа­си­теле мира.

Три горы Богоявления: Синай, Хорив, Фавор

Известно, что два важ­ней­ших вет­хо­за­вет­ных Бого­яв­ле­ния, о кото­рых повест­вуют биб­лей­ские книги Исход и 3‑я Царств (равно как и ново­за­вет­ное Фавор­ское Бого­яв­ле­ние), про­изо­шли на вер­ши­нах гор: на Синае и на Хориве. При­чем оба эти Бого­яв­ле­ния свя­заны как раз с име­нами все тех же, пред­став­ших перед апо­сто­лами на Фаворе, вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков – Мои­сея и Илии.

Это под­во­дит свя­тых отцов, истол­ко­ва­те­лей собы­тия Пре­об­ра­же­ния, к темам Синая и Хорива, а также к срав­не­нию обоих вет­хо­за­вет­ных Бого­яв­ле­ний с чудом Фавора.

Пер­вое по вре­мени из тех двух древ­них Бого­яв­ле­ний – явле­ние Бога Мои­сею на вер­шине Синая – было свя­зано с исто­рией даро­ва­ния Гос­по­дом еврей­скому народу вет­хо­за­вет­ного закона. Именно тогда бесе­до­вав­ший с Богом Мои­сей попро­сил Созда­теля открыть ему Свою славу. В ответ Гос­подь ска­зал про­року, что чело­век не может уви­деть Лица Бога и при этом не уме­реть: слиш­ком гроз­ным, страш­ным и непе­ре­но­си­мым для огра­ни­чен­ных люд­ских сил ока­жется такое виде­ние. Поэтому Гос­подь пообе­щал явить Себя про­року как бы «со спины», «сзади». Для того чтобы подоб­ное Бого­яв­ле­ние ока­за­лось для Мои­сея без­опас­ным, ему над­ле­жало в момент непо­сред­ствен­ного про­хож­де­ния рядом с ним славы Божией спря­таться от страш­ного Боже­ствен­ного при­сут­ствия в рас­се­лине скалы; но и Сам Гос­подь также обе­ре­гал в этот миг про­рока от нестер­пи­мой меры Своей Боже­ствен­ной славы, как бы при­кры­вая Мои­сея в той рас­се­лине Своей хра­ня­щей Боже­ствен­ной рукой. И лишь когда слава Божия про­шла мимо, мино­вала пря­тав­ше­гося за ска­лой Мои­сея, про­рок смог нако­нец как бы «сзади» и «издали» узреть то уда­ля­ю­ще­еся гроз­ное Бого­яв­ле­ние (см. Исх.33:18–23). И затем, когда Мои­сей уже спус­кался к сво­ему народу с вер­шины Синая, неся в руках полу­чен­ные от Гос­пода камен­ные скри­жали, на кото­рых были запи­саны запо­веди вет­хо­за­вет­ного закона, лицо его ярко сияло непе­ре­но­си­мым для окру­жа­ю­щих бли­ста­нием Боже­ствен­ного Света (см. Исх.34:29–30).

Вто­рое уди­ви­тель­ное вет­хо­за­вет­ное Бого­яв­ле­ние, также совер­шив­ше­еся на вер­шине горы, про­изо­шло с про­ро­ком Илией на Хориве, когда он отды­хал здесь в пещере. Илия тогда вдруг услы­шал обра­щен­ное к нему слово Божие, пове­ле­ва­ю­щее ожи­дать явле­ния Гос­подня, а дождав­шись его, выйти наружу и встать на горе. Тот­час же под­нялся силь­ный ветер, от кото­рого руши­лись огром­ные скалы; но не в ветре явился ему Гос­подь. Затем нача­лось зем­ле­тря­се­ние, и гора коле­ба­лась под ногами про­рока; но и не в зем­ле­тря­се­нии явился ему Гос­подь. И вот вокруг запы­лал огонь, но и в нем не было при­сут­ствия Божия. И, нако­нец, тихим вея­нием кос­нулся лица про­рока лег­кий ветер; и именно в этом тихом дуно­ве­нии ветра – в при­кос­но­ве­нии Духа Свя­того – почув­ство­вал он при­сут­ствие Гос­пода, под­нялся и вышел на гору Этот, по выра­же­нию цер­ков­но­сла­вян­ского биб­лей­ского тек­ста, глас хлада тонка (3Цар.19:12), в кото­ром Илия ощу­тил Боже­ствен­ное при­сут­ствие, открыл про­року, что Бог может являться чело­веку не только как гроз­ный и страш­ный Царь, как Судия, но и как Бог мило­сер­дия и любви. Лицо про­рока было закрыто, ибо он знал, что ему нельзя уви­деть Бога и при этом не уме­реть. Он стоял у входа в пещеру и ждал, пока не раз­дался голос, вопро­шав­ший его: Что ты здесь, Илия? (3Цар.19:13). И после этих слов начался раз­го­вор Гос­пода и Его про­рока (см. 3Цар.19:14–18)…

Свя­тые отцы, срав­ни­вая между собой Бого­яв­ле­ния Синая и Фавора, а также Бого­яв­ле­ния Хорива и Фавора, под­чер­ки­вают и сход­ство, и прин­ци­пи­аль­ные отли­чия друг от друга этих биб­лей­ских откро­ве­ний Боже­ствен­ной славы.

Так, пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит сви­де­тель­ствует о том, что и на Синае, и на Хориве, и на Фаворе явился Один и Тот же Гос­подь, общий Бог Вет­хого и Нового Заве­тов. Однако мера Фавор­ского Бого­от­кро­ве­ния пре­взо­шла собой и Синай, и Хорив. По мысли пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, Мои­сей на Фаворе, в отли­чие от Синай­ского явле­ния, уже гораздо яснее и более совер­шенно видит тот Свет, сия­ние кото­рого неко­гда при­от­кры­лось в нем самом, в его лице, когда он спус­кался со скри­жа­лями с горы (см. Исх.34:29–30).

Пре­по­доб­ный же Гри­го­рий Синаит, соот­нося с Фаво­ром дру­гое вет­хо­за­вет­ное Бого­яв­ле­ние – Илии на Хориве, – рас­суж­дает о нем в кате­го­риях откро­ве­ния нетвар­ного Боже­ствен­ного Света. Он пола­гает, что вея­ние тихого ветра (3Цар.19:12), в кото­ром явился про­року Бог, одно­вре­менно было и неким вея­нием нетвар­ного небес­ного Света. По убеж­де­нию пре­по­доб­ного Гри­го­рия, Илия стал тогда сви­де­те­лем явле­ния «тихого вея­ния стру­я­ще­гося Света, в кото­ром Бог сверх­су­ще­ственно ста­но­вится пости­га­е­мым через при­ча­стие Ему». Ныне на Фаворе Илия гораздо яснее, чем прежде, зрит этот нетвар­ный Свет, но теперь уже – как бес­пре­дель­ное сия­ние Хри­стово, как бли­ста­ние Бога, став­шего человеком.

Вме­сте с тем пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит гово­рит, что и Синай, и Хорив были цели­ком устрем­лены к Фавору, воз­во­дили к нему, став важ­ными сту­пе­нями к пол­ноте откро­ве­ния Боже­ствен­ной славы в ново­за­вет­ном Пре­об­ра­же­нии Хри­ста. При этом и на Синае (в бли­ста­нии лица Мои­сея), и на Фаворе сиял один и тот же Боже­ствен­ный Свет. Однако Фавор­ское откро­ве­ние этого нетвар­ного Света пре­взо­шло собой и Синай, и Хорив: ведь оно пред­стало здесь взору апо­сто­лов именно как общая слава и бли­ста­ние Бога Тро­ицы – гла­го­лав­шего Отца, сияв­шего Сына и явив­ше­гося в свет­лом облаке Духа Святого.

Итак, Мои­сей, по мысли пре­по­доб­ного Ана­ста­сия Сина­ита, может вос­клик­нуть теперь на Фаворе, обра­ща­ясь к Тому же Самому Богу, что неко­гда чуть при­от­крыл ему Свою славу на Синае, а теперь ясно явил ее про­року в Своем Вопло­ще­нии: «Ныне я уви­дел Тебя, истинно Сущего и Прис­но­су­щего, сущего со Отцом, изрек­шего на горе: Я есмь Сущий (Исх.3:14) ‹…› – Тебя, таин­ственно и бого­лепно явив­ше­гося мне в древ­но­сти Бога. Я уже не покры­ваю лице, но лицом к лицу [вижу Тебя] и спа­сена душа моя ‹…› Я уви­дел уже не зад­няя Твоя, как на Синай­ской скале, но явно явля­ю­ще­гося мне на Фавор­ской скале ‹…› Уже не покры­вает меня мра­ком дес­ница Твоя, ибо Ты есть дес­ница Выш­него, открыв­ша­яся миру».

Ошибка Петра

В то время как Пре­об­ра­зив­шийся Гос­подь, сияя Боже­ствен­ным Све­том, бесе­дует с Мои­сеем и Илией, апо­стол Петр, пора­жен­ный вели­чием уви­ден­ного и желая, чтобы это насла­жде­ние лице­зре­ния Боже­ствен­ной славы нико­гда не пре­кра­ти­лось, обра­ща­ется к Гос­поду с пред­ло­же­нием: устро­ить для Хри­ста и про­ро­ков на Фаворе три палатки и остаться с Ним на этой горе навсе­гда: При сем Петр ска­зал Иисусу: Гос­поди! хорошо нам здесь быть; если хочешь, сде­лаем здесь три кущи: Тебе одну, и Мои­сею одну, и одну Илии (Мф.17:4).

Что же дви­жет Пет­ром, пред­ло­жив­шим Гос­поду не схо­дить с Фавора, остаться здесь?

Свя­тые отцы ука­зы­вают, что в этих сло­вах апо­стола откры­лось его духов­ное несо­вер­шен­ство, отра­зи­лась оши­боч­ность его стрем­ле­ний и желаний.

Как пола­гает свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст, в этих сло­вах Петра про­яв­ля­ется его слиш­ком чело­ве­че­ская забота о Хри­сте. Он думает: здесь, на Фаворе, Хри­стос нахо­дится в без­опас­но­сти. Совсем недавно Гос­подь гово­рил о том, что Ему пред­стоит постра­дать в Иеру­са­лиме. Но лучше уж пусть Он оста­нется на Фаворе, тем самым избег­нув гро­зя­щей Ему смерти, кото­рую Спа­си­тель ранее пред­ска­зы­вал. Здесь явля­ется вели­кая любовь Петра ко Хри­сту, однако любовь эта – еще очень несо­вер­шен­ная, земная.

Свя­ти­тель Кирилл Алек­сан­дрий­ский счи­тает, что Петр, уви­дев Откро­ве­ние Фавор­ской славы Хри­ста, оши­бочно решил, что уже прямо сей­час настало время Цар­ствия Божия, и потому поже­лал остаться с Гос­по­дом на горе. Но он обма­нулся в этом, ибо Гос­поду пред­сто­яло еще постра­дать на Кре­сте, кон­чина же века еще не наступила.

Свя­ти­тель Прокл Кон­стан­ти­но­поль­ский реши­тельно не готов согла­ситься со сло­вами Петра хорошо нам здесь быть (Мф.17:4), ведь, хотя Фавор с его сла­вой и пре­кра­сен, он все же нахо­дится здесь, на земле. Хри­сти­а­нин же при­зван искать не зем­ного, а небес­ного. Нет, нам «не хорошо» оста­ваться на той земле, на кото­рой наш пра­ро­ди­тель Адам пал гре­хом. Напро­тив, нам сле­дует устрем­ляться ввысь, в горняя…

По мысли пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, Петр прав, желая непре­станно пре­бы­вать с Гос­по­дом, сия­ю­щим Све­том Своей Боже­ствен­ной славы. Но одно­вре­менно он и неправ, не желая схо­дить с Фавора. Ведь веч­ное сопре­бы­ва­ние веру­ю­щих с сия­ю­щим Боже­ствен­ной сла­вой Хри­стом ста­нет воз­можно лишь тогда, когда Хри­стос, спу­стив­шись с горы, взой­дет совсем на дру­гую высоту – на высоту Кре­ста, иску­пив на нем Своей Кро­вью пад­шее чело­ве­че­ство. Если бы Хри­стос не спу­стился с горы, но остался бы на Фаворе вме­сте с тремя уче­ни­ками, не были бы побеж­дены грех и смерть, не были бы выве­дены из ада нахо­див­ши­еся там вет­хо­за­вет­ные пра­вед­ники, не было бы испол­нено древ­нее Боже­ствен­ное обе­то­ва­ние о спа­се­нии Адама и Евы. Потому-то Петр еще очень преж­де­вре­менно ищет веч­ных благ.

Подоб­ным же обра­зом рас­суж­дает и автор про­по­веди, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему Сирину. Он зада­ется вопро­сом: кто при­не­сет себя в жертву за мир и побе­дит грех, если Хри­стос при­слу­ша­ется к просьбе Петра и оста­нется с ним на горе? От кого сам Петр полу­чит ключи Цар­ствия Небес­ного, если это Цар­ство не откро­ется для нас силой Крест­ной Жертвы Хри­ста? Петр хочет создать палатку для Хри­ста, потому что смот­рит на Него еще слиш­ком по-чело­ве­че­ски; однако Хри­стос уже не нуж­да­ется в зем­ных палат­ках, ибо гото­вится теперь создать для Себя совсем иное стро­е­ние – зда­ние Церкви.

Однако, по убеж­де­нию пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, эти слова Петра – хорошо нам здесь быть – содер­жат в себе и нема­лую меру истины, явля­ясь про­ро­че­скими, и даже изре­ка­ются силой Духа Свя­того; ведь тем самым апо­стол ясно про­ро­че­ствует о состо­я­нии веч­ного и бла­жен­ного сопре­бы­ва­ния пра­вед­ни­ков со Хри­стом, ожи­да­ю­щем их в жизни Буду­щего века.

Явление на Фаворе Бога Троицы: глас из облака

А затем, прямо во время этих слов Петра, насту­пает миг явле­ния апо­сто­лам свет­лого облака, из кото­рого исхо­дит глас Бога Отца, сви­де­тель­ству­ю­щий о Боже­ствен­ном досто­ин­стве Сына, Гос­пода Иисуса Хри­ста: Когда он еще гово­рил, се, облако свет­лое осе­нило их; и се, глас из облака гла­го­лю­щий: Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние; Его слу­шайте (Мф.17:5).

Свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст, рас­суж­дая о при­роде этого свет­лого облака, отме­чает, что Гос­подь и в Вет­хом Завете, и в Новом Завете зача­стую являлся именно в облаке: так, напри­мер, про­рок Даниил видел Гос­пода в образе иду­щего по обла­кам Сына Чело­ве­че­ского (см. Дан.7:13), во время Сво­его Воз­не­се­ния Гос­подь Иисус Хри­стос также был скрыт от апо­сто­лов обла­ком (см. Деян.1:9).

По заме­ча­нию Зла­то­уста, это Фавор­ское облако имело осо­бый – свет­лый и пре­крас­ный – вид, дабы, явив­шись Петру, Иакову и Иоанну, не устра­шить их, но научить Бого­от­кро­вен­ному веде­нию. Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин пола­гает, что это облако было свет­лым еще и потому, что здесь, на Фаворе, в беседе Хри­ста с Мои­сеем и Илией, апо­сто­лам ясно и светло откры­лась тайна, прежде сокры­тая от них во мраке неве­де­ния: цель при­ше­ствия в мир Спа­си­теля как Гря­ду­щего уме­реть за чело­ве­че­ский род на Кресте.

Вме­сте с тем и свя­ти­тель Андрей Крит­ский, и пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин выска­зы­вают соглас­ную убеж­ден­ность в том, что явле­ние на Фаворе свет­лого облака было откро­ве­нием и сия­нием Тре­тьего Лица Пре­свя­той Тро­ицы – Свя­того Духа. По мысли свя­ти­теля Андрея, Тот же Самый Дух Свя­той, что недавно явился на Иор­дане во время Кре­ще­ния Гос­подня в образе голубя, теперь пред­стает перед апо­сто­лами в образе облака.

Кроме того, как думает свя­ти­тель Гри­го­рий Палама, уви­ден­ное апо­сто­лами облако было также и явле­нием вели­чай­шей сте­пени нетвар­ного Боже­ствен­ного Света.

Итак, на Фаворе апо­сто­лам откры­ва­ется истина о Боге Тро­ице; также перед ними сияет нетвар­ный Свет общет­ро­ич­ной бла­го­дати – обо всем этом ясно гово­рят свя­ти­тель Андрей Крит­ский, пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин и свя­ти­тель Гри­го­рий Палама.

О чем же сви­де­тель­ствует раз­дав­шийся из облака глас Бога Отца: Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние; Его слу­шайте (Мф.17:5)?

По мысли свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста, глас Отца про­зву­чал на Фаворе для того, чтобы обод­рить апо­сто­лов в пред­две­рии гря­ду­щих Стра­стей Хри­сто­вых. Однако глав­ная Его цель – научить апо­сто­лов, что Хри­стос есть Еди­но­род­ный и Воз­люб­лен­ный Сын Бога Отца, что Он Сам есть истин­ный Бог. В этом со свя­ти­те­лем Иоан­ном цели­ком согласны пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин, пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит, свя­ти­тель Фила­рет Московский.

Свя­ти­тель Фила­рет под­чер­ки­вает: во время чуда Пре­об­ра­же­ния и до того момента, когда с апо­сто­лами начи­нает гово­рить Бог Отец, они видят и познают во Хри­сте только лишь Чело­века, пусть даже и сия­ю­щего нетвар­ным Све­том. Отец же Своим сви­де­тель­ством научает их, что Спа­си­тель – не только истин­ный Чело­век, но и истин­ный Бог, Сын Божий, пусть и при­няв­ший образ раба (Флп.2:7).

Но что же такое то Отчее бла­го­во­ле­ние, о кото­ром сви­де­тель­ствует на Фаворе Бог Отец в отно­ше­нии Сына? По пре­по­доб­ному Иоанну Дамас­кину, это бла­го­во­ле­ние есть бла­гая воля Бога Отца о спа­се­нии чело­ве­че­ского рода и всего миро­зда­ния посред­ством Крест­ной Жертвы вопло­тив­ше­гося Сына Божия.

Свя­ти­тель Фила­рет Мос­ков­ский обра­щает вни­ма­ние на то, что слова, про­из­не­сен­ные Богом Отцом на Фаворе, очень похожи на ска­зан­ное Им ранее на Иор­дане – в миг Бого­яв­ле­ния при Кре­ще­нии Спа­си­теля: Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние (Мф.3:17). Однако теперь, на Фаворе, Отец гово­рит и нечто новое: Его слу­шайте (Мф.17:5). Эти слова Отца настав­ляют апо­сто­лов, а вме­сте с ними и всех нас, нахо­диться в дея­тель­ном и непре­стан­ном послу­ша­нии Богу Сыну, быть вер­ными Его уче­нию и испол­нять Хри­стовы заповеди.

Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин также пони­мает этот Боже­ствен­ный при­зыв – Его слу­шайте – как дан­ное веру­ю­щим настав­ле­ние сле­до­вать Хри­сту. Кроме того, нам над­ле­жит слу­шать Его как испол­ня­ю­щего волю Отца, как еди­ного со Своим Отцом по Боже­ству. И еще мы должны слу­шать Хри­ста как име­ю­щего спа­си­тель­ные гла­голы веч­ной жизни (Ин.6:68) – те исхо­дя­щие из Его уст слова, кото­рые мы при­званы суметь рас­слы­шать и испол­нить в нашей хри­сти­ан­ской жизни…

Кроме того, по мысли свя­ти­теля Гри­го­рия Паламы, дан­ное нам настав­ле­ние Отца слу­шать Сына ука­зы­вает и на то, что ныне уже мино­вали вре­мена и уста­нов­ле­ния Вет­хого Завета. Прежде, в Вет­хом Завете, чело­век был обя­зан являть пол­ное послу­ша­ние вет­хо­за­вет­ному закону. Но теперь на Фаворе глас Отца сви­де­тель­ствует, что преж­ний закон был пре­хо­дя­щим, вре­мен­ным и лишь при­уго­то­ви­тель­ным к при­ше­ствию Хри­ста, что теперь он упразд­нен. Ныне нам над­ле­жит слу­шать уже не закон, но одного Хри­ста: ведь в Нем почи­вает Отец и через Него изли­ва­ется на спа­са­е­мых тот Боже­ствен­ный Свет, кото­рый и есть Его Цар­ство. Отныне мы должны слу­шать одного Хри­ста, ибо тем самым ока­зы­ва­емся спо­собны при­об­щиться Его нетвар­ному Фавор­скому сиянию.

По мысли автора гомилии, при­пи­сы­ва­е­мой пре­по­доб­ному Ефрему Сирину, Вет­хий Завет отныне цели­ком усту­пает свое место Завету Новому – как явле­нию пол­ноты Боже­ствен­ной славы и бла­го­дати, и вме­сте с умол­ка­нием Боже­ствен­ного гласа с Фавор­ской вер­шины вдруг исче­зают Мои­сей и Илия. Про­роки ухо­дят с Фавора именно теперь, как бы «отсту­пая» перед осу­ще­ствив­шейся пол­но­той ново­за­вет­ной славы Хри­сто­вой. Их роль в Свя­щен­ной исто­рии теперь испол­нена, ибо Тот, о Ком они про­ро­че­ство­вали в Вет­хом Завете, явлен ныне на Фаворе во всем вели­чии Сво­его Боже­ства, засви­де­тель­ство­ван Отцом и осе­нен при­сут­ствием Свя­того Духа. Подоб­ным же обра­зом рас­суж­дает и бла­жен­ный Авгу­стин, пола­гав­ший: исчез­но­ве­ние с Фавора Мои­сея и Илии есть образ упразд­не­ния вет­хо­за­вет­ных закона и про­ро­ков в век Еван­ге­лия, когда про­по­ведь закона и про­ро­ков о гря­ду­щем Хри­сте уже цели­ком испол­ни­лась в при­шед­шем в мир Спасителе.

Ужас и сон апостолов

Как повест­вует еван­ге­лист Мат­фей, услы­шав­шие этот гроз­ный Боже­ствен­ный глас апо­столы в страхе упали на землю и лежали так, пока страш­ное виде­ние Боже­ствен­ной славы от них не скры­лось и они не уви­дели, что рядом с ними – в при­выч­ном для уче­ни­ков облике – стоит Хри­стос. Гос­подь под­нял их с земли, успо­коил. И, услы­шав, уче­ники пали на лица свои и очень испу­га­лись. Но Иисус, при­сту­пив, кос­нулся их и ска­зал: встаньте и не бой­тесь. Воз­ведя же очи свои, они никого не уви­дели, кроме одного Иисуса (Мф.17:6–8).

По рас­сказу еван­ге­ли­ста Луки, несколько отли­ча­ю­ще­муся от повест­во­ва­ния еван­ге­ли­ста Мат­фея, еще раньше, во время беседы сияв­шего сла­вой Гос­пода с Мои­сеем и Илией, Петр же и быв­шие с ним отяг­чены были сном (Лк.9:32). Страх при­шел к апо­сто­лам позже: они устра­ши­лись, когда вошли в облако (Лк.9:34), из кото­рого к ним обра­тился глас Бога Отца.

Свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст гово­рит о том, что страх апо­сто­лов был вызван вели­чай­шей мерой Боже­ствен­ного сия­ния Хри­ста, сде­лав­ше­гося в какой-то момент для них нестер­пи­мым. Сте­пень Боже­ствен­ного бли­ста­ния в миг откро­ве­ния Пре­свя­той Тро­ицы ока­зы­ва­ется для уче­ни­ков чрез­мер­ной, и потому они падают на землю. Видя это, Гос­подь Иисус Хри­стос спе­шит скрыть от них сия­ние Сво­его Боже­ства и торо­пится их уте­шить, успокоить.

Согла­ша­ясь со свя­ти­те­лем Иоан­ном, пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит пояс­няет, что апо­столы не могли в пол­ноте поне­сти откро­ве­ние того Боже­ствен­ного сия­ния, как еще не вполне духовно очи­щен­ные и недо­ста­точно совер­шен­ные. И потому они, «в изум­ле­нии насла­жда­ясь виде­нием и будучи не в силах выне­сти свет­лость вида [Гос­подня на Фаворе], совер­шенно изнемогли».

Свя­ти­тель Гри­го­рий Палама также гово­рит о том, что апо­столы упали на землю по при­чине непе­ре­но­си­мо­сти оси­яв­шего их Боже­ствен­ного Света. Но почему же апо­столы были сна­чала спо­собны видеть этот Свет, а потом вдруг ока­за­лись не в силах смот­реть на него? Почему сия­ние нетвар­ных энер­гий неожи­данно стало для них нестер­пи­мым? По убеж­де­нию Паламы, это озна­чает, что мера явле­ния на Фаворе Боже­ствен­ного Света посте­пенно воз­рас­тала и увеличивалась.

Однако, по убеж­де­нию пре­по­доб­ного Ана­ста­сия Сина­ита, при­чина поверг­шего апо­сто­лов на землю страха заклю­ча­лась не только в непе­ре­но­си­мо­сти Боже­ствен­ного сия­ния. Ибо в бли­ста­нии этого Света, отверз­шем духов­ные очи Петра, Иакова и Иоанна, апо­столы познали при­вед­шие их в бла­го­го­вей­ный ужас вели­чай­шие Боже­ствен­ные тайны. Фавор­ский Свет даро­вал им спо­соб­ность про­ро­че­ство­вать – как воз­мож­ность узреть страш­ный миг гря­ду­щего Вто­рого При­ше­ствия Хри­стова и буду­щей кон­чины мира. Апо­столы в ужасе пали ниц, ока­зав­шись не в силах выдер­жать открыв­ши­еся им кар­тины гибели нашей твар­ной все­лен­ной, за кото­рой насту­пала реаль­ность Нового Неба и Новой Земли. Пре­по­доб­ный Ана­ста­сий гово­рит об этом так: «Тогда на горе открыв­ши­мися духов­ными очами уче­ники вне­запно уви­дели всё, что только можно было видеть, и даже более, чем можно: образ буду­щего Небес­ного Цар­ствия и Вто­рого При­ше­ствия Хри­стова ‹…› Когда же уче­ники уви­дели небо сви­ва­е­мым, луну уга­са­ю­щей, звезды пада­ю­щими, землю колеб­лю­щейся, горы отвер­стыми, мерт­вых вос­ста­ю­щими, анге­лов пред­по­став­лен­ными, книги рас­кры­ва­е­мыми и всех в тре­пете пред­сто­я­щими, тогда они испу­га­лись этого виде­ния и, быв не в силах тер­петь, пали на лица. Они, как гово­рит еван­ге­лист Лука, были отяг­чены сном и их тлен­ное есте­ство не стер­пело зреть нетлен­ное, мерт­вен­ное тело – выне­сти виде­ние бессмертного».

Итак, по мысли пре­по­доб­ного Ана­ста­сия, Петр, Иаков и Иоанн забы­лись тем зага­доч­ным сном, о кото­ром пишет еван­ге­лист Лука, именно после открыв­ше­гося им страш­ного про­ро­че­ского виде­ния. Так что же это был за таин­ствен­ный сон?

Мы пони­маем, что чело­век обычно не может заснуть именно тогда, когда ему откры­ва­ется нечто важ­ное, осо­бен­ное, уди­ви­тель­ное. В подоб­ных обсто­я­тель­ствах мы бодр­ствуем вдвойне. Здесь же, на Фаворе, апо­сто­лам открылся Сам Бог и явил им кар­тины Сво­его Вто­рого При­ше­ствия, а они от этого почему-то вдруг уснули… Какова же была при­рода этого стран­ного сна? Быть может, его можно упо­до­бить обмороку?

Пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит убеж­ден, что этот сон сле­дует счи­тать не столько физи­че­ским, сколько именно духов­ным состо­я­нием, осо­бым и уди­ви­тель­ным Боже­ствен­ным даром Хри­ста Своим апо­сто­лам. При этом «отя­го­ще­ние» апо­сто­лов этим состо­я­нием духов­ного сна стало пря­мым след­ствием их иного «отя­го­ще­ния» – пре­ис­пол­не­ния чело­ве­че­ской при­роды пре­дель­ной мерой Боже­ствен­ной благодати.

Подоб­ное бла­го­дат­ное духов­ное состо­я­ние, дей­стви­тельно в чем-то отча­сти сопо­ста­ви­мое с чело­ве­че­ским сном, хорошо известно пра­во­слав­ной аске­тике. По опыту свя­тых отцов, оно дару­ется Богом хри­сти­ан­ским подвиж­ни­кам лишь в осо­бые минуты их высо­чай­шей и тес­ней­шей Бого­при­част­но­сти. В свя­то­оте­че­ской тра­ди­ции это состо­я­ние ино­гда име­ну­ется «экс­та­си­сом», то есть, по вер­ному опре­де­ле­нию свя­ти­теля Фео­фана Затвор­ника, «исступ­ле­нием… выступ­ле­нием из обыч­ного порядка жизни и погру­же­нием в Бога» («Слово на Вве­де­ние во храм Пре­свя­той Богородицы»).

Не вызы­вает сомне­ния: пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит пони­мает сон апо­сто­лов на Фаворе именно как такое состо­я­ние духов­ного экс­та­сиса. Синаит гово­рит о том, что этот таин­ствен­ный духов­ный сон сопро­вож­дался в апо­сто­лах пол­ным пре­кра­ще­нием любой мыс­ли­тель­ной дея­тель­но­сти. В Свете Бого­яв­ле­ния при­род­ные спо­соб­но­сти их рас­судка как бы умолкли, «заснули». Они в бес­си­лии упали на землю в некоем новом каче­стве, кото­рое пре­по­доб­ный Гри­го­рий даже име­нует «духов­ным опья­не­нием»: ведь и опья­нен­ный вином чело­век также не спо­со­бен раци­о­нально, логи­че­ски мыс­лить. Однако здесь «опья­не­ние» совсем иное – «духов­ное». Оно бывает при­суще хри­сти­а­нину, пол­но­стью захва­чен­ному и про­ни­зан­ному пре­дель­ным бла­го­дат­ным Бого­все­ле­нием, при кото­ром чело­век уже ничего не видит, не вос­при­ни­мает вокруг себя, не мыс­лит ни о чем внеш­нем. Ведь он теперь цели­ком и пол­но­стью пре­бы­вает в Боге, нахо­дится лишь с Ним и в Нем, обра­щен только к Нему. По сви­де­тель­ству хри­сти­ан­ских аске­тов, в состо­я­нии экс­та­сиса для подвиж­ника более не суще­ствует ни зако­нов вре­мени, ибо он обла­дает опы­том Самой Веч­но­сти, ни зако­нов мате­ри­аль­ного про­стран­ства, ведь он духовно пре­бы­вает на Небесах.

Свя­ти­тель Андрей Крит­ский, так же как и пре­по­доб­ный Гри­го­рий Синаит, пони­мает этот сон апо­сто­лов на Фаворе именно как состо­я­ние Боже­ствен­ного экс­та­сиса, в кото­ром замол­чал их разум, пре­кра­тили дей­ство­вать их физи­че­ские чув­ства. При этом свя­ти­тель Андрей настой­чиво под­чер­ки­вает, что этот духов­ный сон как раз и ока­зался для уче­ни­ков их под­лин­ным и пре­дель­ным бодр­ство­ва­нием во Хри­сте. Ведь посред­ством этого сна апо­столы и пре­бы­вали тогда в совер­шен­ном Бого­со­зер­ца­нии и Бого­ве­де­нии. Да, внешне их состо­я­ние каза­лось подоб­ным сну; но на самом деле они именно теперь духовно про­бу­ди­лись в Боге. Свя­ти­тель Андрей гово­рит об этом так: «Не имея воз­мож­но­сти пере­не­сти сия­ние Его [Хри­ста] непо­роч­ной плоти, апо­столы пали на лица свои. О, чудо! Вос­хи­щен­ные из сво­его есте­ства, объ­ятые тяж­ким сном и стра­хом, не вла­дея сво­ими чув­ствами и пре­кра­тивши вся­кое разум­ное дви­же­ние и вос­при­я­тие, они нахо­ди­лись в обще­нии с Богом; совер­шенно не видя [физи­че­ски], они, однако, удо­сто­и­лись истин­ного созер­ца­ния и, не разу­мея сво­его состо­я­ния, они вла­дели зна­нием самым выс­шим и таин­ственно пре­бы­вали в таком бодр­ство­ва­нии, кото­рое пре­вос­хо­дит вся­кое разум­ное наблю­де­ние. И совер­ши­лось чудес­ное дея­ние: бодр­ство­ва­ние пре­вра­ти­лось в сон, а лучше сон – в бодрствование».

Спуск с Фавора

После того как Гос­подь успо­коил пре­бы­вав­ших в вели­чай­шем страхе апо­сто­лов, Спа­си­тель и Его уче­ники спу­сти­лись с горы. При этом Хри­стос запре­тил Петру, Иакову и Иоанну рас­ска­зы­вать об уви­ден­ном здесь чуде до момента Его Вос­кре­се­ния: И когда схо­дили они с горы, Иисус запре­тил им, говоря: никому не ска­зы­вайте о сем виде­нии, доколе Сын Чело­ве­че­ский не вос­крес­нет из мерт­вых (Мф.17:9).

Почему же Гос­подь запре­щает Петру, Иакову и Иоанну рас­ска­зы­вать кому-либо, даже осталь­ным апо­сто­лам, о Фавор­ском Преображении?

Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин пола­гает, что дру­гие апо­столы были еще не готовы узнать о Пре­об­ра­же­нии, ибо их еще не кос­ну­лась та бла­го­дать Свя­того Духа, кото­рой, в отли­чие от них, спо­до­би­лись на Фаворе Петр, Иаков и Иоанн. И потому – до Вос­кре­се­ния Хри­стова и до Пяти­де­сят­ницы – они неиз­бежно поняли бы рас­сказ Петра, Иакова и Иоанна о Пре­об­ра­же­нии иска­жен­ным обра­зом, пре­вратно. Ведь, чтобы верно постичь дей­ствие Боже­ствен­ной бла­го­дати, чело­веку сна­чала сле­дует ей при­об­щиться. Но про­чие апо­столы такого опыта Бого­при­част­но­сти пока что не имели и потому могли ока­заться даже духовно дез­ори­ен­ти­ро­ваны ново­стью Фавора. Однако вскоре, уже после Вос­кре­се­ния Хри­стова, в день Пяти­де­сят­ницы на всех уче­ни­ков сой­дет в образе огнен­ных язы­ков Свя­той Дух. Там, в Сион­ской гор­нице их ум рас­кро­ется навстречу Хри­сто­вой Истине, ибо Сам Дух Свя­той наста­вит их тогда на вся­кую истину (Ин.16:13). И теперь они, имея реаль­ный опыт Бого­при­част­но­сти, ока­жутся готовы услы­шать и о Фаворе…

Кроме того, по мысли пре­по­доб­ного Иоанна Дамас­кина, если бы осталь­ные апо­столы узнали от Петра, Иакова и Иоанна, какого уди­ви­тель­ного опыта Бого­по­зна­ния они лиши­лись, не под­няв­шись на Фавор, то при­шли бы в глу­бо­чай­шее уны­ние. Напро­тив, Иуда, как не взя­тый Спа­си­те­лем на гору, ока­зался бы охва­чен яро­стью и завист­ли­вой зло­бой к трем взо­шед­шим на Фавор ученикам.

Схождение с Фавора как путь на Фавор

Гос­подь и трое Его апо­сто­лов схо­дят с Фавора. Хри­стос спус­ка­ется с горы, с каж­дым шагом при­бли­жа­ясь и при­бли­жа­ясь к муке Кре­ста, к смерти и гробу. Но ведь за смер­тью и гро­бом Спа­си­теля неиз­бежно после­дует Его Вос­кре­се­ние, кото­рое воз­ве­дет на духов­ный Фавор весь чело­ве­че­ский род. Все хри­сти­ане будут при­званы взойти на вер­шину нового пре­дель­ного еди­не­ния со Хри­стом – еди­не­ния, зало­гом кото­рого и стало Фавор­ское Пре­об­ра­же­ние. Тем самым спуск Гос­пода с Фавора ста­но­вится вос­хож­де­нием на него во Хри­сте всех слу­ша­ю­щих Гос­пода (ср. Мф.17:5), всех испол­ня­ю­щих волю Спа­си­теля, всех живу­щих и пре­бы­ва­ю­щих в Нем и в Его Церкви.

Потому-то, даже спус­ка­ясь с горы Пре­об­ра­же­ния навстречу Сво­ему исходу… кото­рый Ему над­ле­жало совер­шить в Иеру­са­лиме (Лк.9:30–31), и с каж­дым шагом уда­ля­ясь от ее вер­шины, Спа­си­тель тем самым воз­во­дил на нее – выше и выше – всех нас.

Хри­стос и апо­столы сошли с горы Пре­об­ра­же­ния лишь ради того, чтобы на нее навеки взойти…

Святые отцы о Преображении Господнем

1. Свт. Иоанн Зла­то­уст. Тол­ко­ва­ние на св. Мат­фея Еван­ге­ли­ста. Беседа 56‑я
Пуб­ли­ку­е­мая «Беседа» свя­ти­теля Иоанна, посвя­щен­ная истол­ко­ва­нию собы­тия Пре­об­ра­же­ния Гос­подня, пред­став­ляет собой про­по­ведь, отно­ся­щу­юся к обшир­ному циклу про­из­не­сен­ных Зла­то­устом в Антио­хии гомилий на Еван­ге­лие от Мат­фея. Ука­зан­ный цикл бесед дати­ру­ется при­бли­зи­тельно 390 годом.

2. Прп. Ефрем Сирин. Слово на Пре­об­ра­же­ние Гос­пода и Бога Спа­си­теля нашего Иисуса Хри­ста (spuria)
Воз­можно, авто­ром «Слова на Пре­об­ра­же­ние» являлся Исаак Антио­хий­ский – сирий­ский писа­тель V века (умер около 460 года), после­до­ва­тель бого­слов­ской и лите­ра­тур­ной тра­ди­ции пре­по­доб­ного Ефрема, монах, часть жизни про­вед­ший в Кон­стан­ти­но­поле, а затем вер­нув­шийся на родину, в Сирию, свя­щен­ник в городе Амида. Однако веро­ят­ность иного автор­ства не ума­ляет ни бого­слов­ской зна­чи­мо­сти, ни боль­шой духов­ной глу­бины пред­ла­га­е­мого вни­ма­нию чита­те­лей тек­ста древ­ней гомилии.

3. Свт. Прокл Кон­стан­ти­но­поль­ский. Слово на Пре­об­ра­же­ние Гос­пода и Бога и Спа­си­теля нашего Иисуса Христа
«Слово на Пре­об­ра­же­ние Гос­подне» про­из­не­сено около 430 года.

4. Прп. Иоанн Дамас­кин. Слово на пре­слав­ное Пре­об­ра­же­ние Гос­пода нашего Иисуса Христа

5. Прп. Фео­дор Сту­дит. Поуче­ние 72. На пред­празд­не­ство Боже­ствен­ного Пре­об­ра­же­ния Гос­пода нашего Иисуса Хри­ста. О том, что нам должно хра­нить кра­соту и бла­го­об­ра­зие души и дев­ство неосквер­нен­ным, и о покаянии

6. Свт. Фео­липт Фила­дель­фий­ский. Огла­ше­ние в честь празд­ника Пре­об­ра­же­ния Гос­пода и Бога и Спа­си­теля нашего Иисуса Христа
«Огла­ше­ние в честь празд­ника Пре­об­ра­же­ния» про­из­не­сено около 1310–1311 годов.

7. Прп. Гри­го­рий Синаит. Слово на свя­тое Пре­об­ра­же­ние Хри­ста Бога нашего, про­из­не­сён­ное на Свя­той Горе в день праздника

8. Свт. Гри­го­рий Палама. Оми­лия XXXIV. На свя­тое Пре­об­ра­же­ние Гос­пода и Бога и Спаса нашего Иисуса Хри­ста; в ней дока­зы­ва­ется, что Свет, быв­ший при Пре­об­ра­же­нии, явля­ется несозданным

9. Свт. Гри­го­рий Палама. Оми­лия XXXV. На то же Пре­об­ра­же­ние Гос­подне; в ней дока­зы­ва­ется, что хотя боже­ствен­ный Свет, быв­ший при Пре­об­ра­же­нии, и был не создан­ным, однако он не есть суще­ство Божие

10. Свт. Фила­рет (Дроз­дов), мит­ро­по­лит Мос­ков­ский. Слово на Пре­об­ра­же­ние Гос­подне (1820)

11. Свт. Фила­рет (Дроз­дов), мит­ро­по­лит Мос­ков­ский. Слово в день Пре­об­ра­же­ния Гос­подня (1845)

12. Свт. Фео­фан Затвор­ник. Слово на Пре­об­ра­же­ние Гос­подне (Своим Пре­об­ра­же­нием Гос­подь пока­зы­вает до какой славы воз­во­дит он в себе чело­ве­че­ское есте­ство, но пре­об­ра­же­ние внут­рен­него чело­века невоз­можно без Боже­ствен­ной бла­го­дати, кото­рая дается в свя­тых Таинствах)
«Слово на Пре­об­ра­же­ние» было про­из­не­сено 6 авгу­ста 1863 года.

13. Свя­щен­но­му­че­ник Сер­гий Мечёв. Слово на Пре­об­ра­же­ние Господне

14. Свт. Лука (Войно-Ясе­нец­кий), архи­епи­скоп Сим­фе­ро­поль­ский. Слово в день Пре­об­ра­же­ния Гос­подня о свете духовном
«Слово в день Пре­об­ра­же­ния Гос­подня о Свете духов­ном» было про­из­не­сено свя­ти­те­лем Лукой 19 авгу­ста 1950 года в Свято-Тро­иц­ком соборе города Симферополя.

При­об­ре­сти книгу можно по адресу: https://www.litres.ru/p‑u-malkov/

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки