Шестопсалмие

***

Шестопса́лмие – одна из важ­ней­ших частей утрен­него бого­слу­же­ния Пра­во­слав­ной Церкви, состо­я­щая из шести сле­ду­ю­щих избран­ных псал­мов: Пс.3, Пс.37, Пс.62, Пс.87, Пс.102 и Пс.142. О важ­но­сти этой части утрен­него бого­слу­же­ния сви­де­тель­ствует то, что шесто­псал­мие во все почти время года чита­ется без­от­ложно на каждом утрен­нем бого­слу­же­нии, повсе­днев­ном, суб­бот­нем и вос­крес­ном (исклю­че­ние состав­ляет Свет­лая Пас­халь­ная сед­мица).

Чтобы вни­ма­ние слу­ша­ю­щих ничем не раз­вле­ка­лось при чтении шесто­псал­мия и они могли углуб­ляться в смысл чита­е­мого, устав Церкви пред нача­лом чтения пола­гает пога­шать почти все осо­бенно яркие све­тиль­ники и остав­лять моля­щихся в полу­мраке. Особое вни­ма­ние тре­бу­ется при чтении и слу­ша­нии шесто­псал­мия по его содер­жа­нию. «Пока­я­ния псалмы сии испол­нены суть и уте­ше­ния», – гово­рится в Уставе.

О покло­нах при чтении Шесто­псал­мия

1. В Часо­слове (после­до­ва­ние Утрени) в сере­дине Шесто­псал­мия ука­зано: «Слава, и ныне; Алли­луиа, алли­луиа, алли­луиа, слава Тебе, Боже. Трижды, без покло­нов», т.е. можно кре­ститься, но без покло­нов.

2. В Опти­ной суще­ствует тра­ди­ция не накла­ды­вать на себя крест­ное зна­ме­ние в сере­дине Шесто­псал­мия. Пре­по­доб­ный Лев Оптин­ский писал по этому поводу: «Что вам согласно с истин­ными пре­да­ни­ями святых отцов запо­ве­дала М. во время шесто­псал­мия не кре­ститься, — сие сове­тую вам хра­нить, и потому более сей завет должно наблю­дать, что все­цело согла­сен с сове­том боже­ствен­ных бого­дух­но­вен­ных отцов наших; пусть кто как хочет, так и мудр­ствует, о сем и вас зази­рает, тако­вый зазор, по неве­де­нию их, не важен, а запо­ведь — душе­спа­си­тельна. Если же кто вас спро­сит, почему вы не под­ра­жа­ете им, то бла­го­склонно можете ответ­ство­вать, что сего истина тре­бует: пусть посмот­рит в Триоди Пост­ной и в Уставе о сем, а более того запо­ве­дала всем ста­рица».

Такую же прак­тику реко­мен­до­вал прп. Паисий Свя­то­го­рец:
— Геронда, а почему мы не садимся на шесто­псал­мии?
— Потому что оно сим­во­ли­зи­рует Страш­ный Суд. Поэтому хорошо, если во время чтения шесто­псал­мия ум идет на час Страш­ного Суда. Шесто­псал­мие зани­мает шесть-семь минут. После первой статии мы даже не кре­стимся, потому что Хри­стос придет сейчас не для того, чтобы рас­пяться, но явится миру как Судия.

***

Шесто­псал­мие. Его содер­жа­ние, осо­бен­но­сти и духов­ный смысл

Н.П. Бори­сова


^ Место Шесто­псал­мия в пра­во­слав­ном бого­слу­же­нии

Шесто­псал­мием в Пра­во­слав­ном бого­слу­же­нии при­нято назы­вать шесть избран­ных псал­мов, после­до­ва­тельно испол­ня­е­мых на утрени: Пс.3, Пс.37, Пс.62, Пс.87, Пс.102, Пс.142. Этот момент цер­ков­ной службы выде­ля­ется своим “минор­ным зву­ча­нием” [1] и стро­го­стью обста­новки: в храме затво­ря­ются Цар­ские врата, гасится свет, тушатся свечи; чтец с сере­дины храма, как бы от лица всех веру­ю­щих, непо­движно сто­я­щих вокруг, про­из­но­сит слова псал­мов – молитву скорби, пока­я­ния и надежды. Шесто­псал­мие чита­ется неукос­ни­тельно на каждом утрен­нем бого­слу­же­нии (повсе­днев­ном, суб­бот­нем и вос­крес­ном) в тече­ние всего года, кроме дней Свет­лой Пас­халь­ной сед­мицы, что ука­зы­вает на его огром­ную важ­ность. Пра­во­слав­ные тол­ко­ва­тели, под­чер­ки­вая особую зна­чи­мость Шесто­псал­мия в утрен­нем бого­слу­же­нии, видят в нем отра­же­ние вели­чай­шего собы­тия в жизни чело­ве­че­ства – при­ше­ствия в мир Спа­си­теля. Эта глав­ная мысль Шесто­псал­мия рас­кры­ва­ется в кон­тек­сте Вечерни и Утрени – двух вза­и­мо­свя­зан­ных цер­ков­ных служб, сим­во­ли­зи­ру­ю­щих соот­вет­ственно вет­хо­за­вет­ное и ново­за­вет­ное время.

После гре­хо­па­де­ния чело­ве­че­ство ока­за­лось ото­рван­ным от бла­го­дат­ного обще­ния с Богом, погру­зи­лось во мрак неве­де­ния и гре­хов­ных стра­стей; эта ночь бытия чело­ве­че­ского пред­став­лена в пра­во­слав­ном бого­слу­же­нии Вечер­ней. Из тем­ноты этой ночи страж­ду­щая душа вет­хо­за­вет­ного народа в напря­жен­ном ожи­да­нии молится сло­вами псал­мо­певца Давида о при­ходе Мессии: Гос­поди, воз­звах к Тебе, услыши мя… (Пс.140:1), изведи из тем­ницы душу мою… (Пс.141:8), из глу­бины воз­звах к Тебе, Гос­поди, Гос­поди, услыши глас мой… (Пс.129:1). Вет­хо­за­вет­ные про­роки гото­вят народ к при­ходу Спа­си­теля: бла­го­словлю Гос­пода на всякое время, выну хвала Его во устех моих… (Пс.33:2), чув­ствуя, что только боя­щи­еся Его, святые Его, крот­кие и сми­рен­ные духом узнают Его, примут Слово Его и обря­щут спа­се­ние.

Но вот Вечерня окон­чена – кон­чи­лось вет­хо­за­вет­ное время, насту­пило новое время, родился Спа­си­тель. Об этом трое­кратно (в честь Святой Троицы) воз­ве­щают Ангелы: слава в вышних Богу, и на земли мир, в чело­ве­цех бла­го­во­ле­ние (Лк.2:17). Начи­на­ется Утреня – ново­за­вет­ная служба. Что озна­чают слова Ангель­ской песни? В них гово­рится, что славу Богу вос­пе­вают прежде всего небо­жи­тели (слава в вышних), раду­ю­щи­еся об искуп­ле­нии чело­ве­че­ства; что Спа­си­тель принес мир на землю, то есть при­ми­рил греш­ное чело­ве­че­ство с Богом (и на земли мир), Кото­рый тем явил Свою любовь к людям (в чело­ве­цех бла­го­во­ле­ние). После Ангель­ской песни уже чело­век хочет воз­дать хвалу Богу и просит Боже­ствен­ного содей­ствия этому сло­вами 50-го псалма: Гос­поди, устне мои отвер­зеши, и уста моя воз­ве­стят хвалу Твою (Пс.50:17). Эти слова повто­ря­ются дважды – как отра­же­ние древ­него анти­фон­ного (то есть на два хора) пения. Затем гаснет свет, и чтец начи­нает читать Шесто­псал­мие.

Это уже ново­за­вет­ное время. Спа­си­тель родился глу­бо­кой ночью, пришел в мир не как земной царь, а в образе раба. Он еще не вышел на Свое обще­ствен­ное слу­же­ние (храм погру­жен в полу­мрак), но Он уже молится Своему Небес­ному Отцу о всем роде чело­ве­че­ском (1Ин.2:1–2). В бого­слу­же­нии Утрени этому соот­вет­ствует сере­дина Шесто­псал­мия, когда, после про­чте­ния первых трех псал­мов и малого сла­во­сло­вия из алтаря выхо­дит свя­щен­ник, сим­во­ли­зи­ру­ю­щий собой Христа, ста­но­вится лицом к алтарю и при закры­тых Цар­ских вратах читает 12 утрен­них молитв, освя­щая каждый час дня. Ска­зан­ное делает понят­ным уста­нов­ле­ние стро­гих правил пове­де­ния в храме при чтении Шесто­псал­мия: в это время пола­га­ется стоять прямо и бла­го­го­вейно, пред­стоя как бы Самому Христу, не отвле­каться, не ходить по храму. В цер­ков­ном Уставе об этом напи­сано сле­ду­ю­щее: “Тако гла­го­лем Шесто­псал­мие вни­ма­нием и стра­хом Божиим, яко Самому собе­се­ду­юще Христу Богу нашему неви­димо, и моля­щеся о гресех наших”. Читать Шесто­псал­мие, согласно Уставу, сле­дует “не бор­зяся”, то есть ровно, внятно, чув­ствуя ответ­ствен­ность момента. Неко­то­рые избран­ные стихи (Пс.3:6:37:23:62:7–9:87:2–3:102:22:142:2:10) повто­ря­ются в конце псалма, дабы оста­но­вить на них наше вни­ма­ние. В древ­но­сти эти стихи пелись хорами и всем наро­дом.

Шесто­псал­мие в его насто­я­щем виде вошло в цер­ков­ное бого­слу­же­ние не ранее VII-го века. О нем гово­рится в уста­вах раз­лич­ных мона­сты­рей (напри­мер, Сту­дий­ском), упо­ми­на­ется Иоан­ном Мосхом (авто­ром “Луга духов­ного”) и Софро­нием, пат­ри­ар­хом Иеру­са­лим­ским в опи­са­нии утрени VII века на Синае и в Пале­стине. Как ука­зы­вают неко­то­рые тол­ко­ва­тели, “Шесто­псал­мие как бы заме­няет всю Псал­тирь, кото­рая про­чи­ты­ва­лась в древ­но­сти на бдении”. Кем было уста­нов­лено Шесто­псал­мие, оста­ется неиз­вест­ным. Загадку пред­став­ляет также вопрос, почему из 150 псал­мов выбраны именно ука­зан­ные. Однако, следуя пра­во­слав­ной тра­ди­ции, можно утвер­ждать, что выбор этот не слу­чаен, он осу­ществ­лен Самим Духом Святым и несет в себе глу­бо­кий духов­ный смысл. Поста­ра­емся найти этот смысл, опи­ра­ясь на тол­ко­ва­ния святых отцов Пра­во­слав­ной Церкви.

^ Общее рас­смот­ре­ние Шесто­псал­мия

Исход­ной точкой нашего рас­смот­ре­ния явля­ется поло­же­ние, что Шесто­псал­мие есть не просто после­до­ва­тель­ность шести псал­мов, а спе­ци­аль­ный бого­слу­жеб­ный текст, пред­став­ля­ю­щий собой единое целое, со своей соб­ствен­ной струк­ту­рой, “мело­дией” и харак­тер­ными осо­бен­но­стями. По какому прин­ципу выбраны псалмы? Этот вопрос более труд­ный, чем кажется на первый взгляд. Начнем с тех осо­бен­но­стей Шесто­псал­мия, кото­рые лежат на поверх­но­сти [1]:

  • псалмы взяты из разных мест Псал­тири рав­но­мерно – этим они пред­став­ляют ее всю;
  • все псалмы отно­сятся ко вре­мени царя Давида и опи­сы­вают собы­тия его жизни;
  • псалмы одно­род­ного содер­жа­ния и тона: все они изоб­ра­жают пра­вед­ника, пре­сле­ду­е­мого вра­гами, и твер­дое упо­ва­ние его на Бога;
  • все псалмы молит­вен­ные: 3, 37, 87 и 142 – молитвы об избав­ле­нии от пре­сле­до­ва­ния врагов; 62 и 102 – молитвы бла­го­дар­ствен­ные;
  • в этих псал­мах гово­рится о ночи и утре (Пс.3:6, 37:7, 13, 62:1, 7, 87:2, 13:14, 102:15, 142, 8), поэтому чтение их уместно именно на Утрени;
  • груст­ные псалмы чере­ду­ются с радост­ными, причем для первых выбраны четные места.

Все пере­чис­лен­ные осо­бен­но­сти Шесто­псал­мия, кроме п.4, взяты нами из “Тол­ко­вого типи­кона” М. Ска­бал­ла­но­вича (По мнению Ска­бал­ла­но­вича, “Шесто­псал­мие – это не столько молитва, сколько изли­я­ние чувств веру­ю­щего”. Другие тол­ко­ва­тели, напри­мер, свящ. Н. Виш­ня­ков, прямо назы­вают ука­зан­ные псалмы молит­вами. На это ука­зы­вают и слова самих псал­мов (см. напр. Пс.87:3, 142:1). – Прим. авт.). Их можно рас­смат­ри­вать как внеш­ние при­знаки мно­го­пла­но­вого и име­ю­щего свои зако­но­мер­но­сти духов­ного содер­жа­ния Шесто­псал­мия. Поэтому сами по себе они не могут слу­жить ключом к его пони­ма­нию. Но их нельзя и игно­ри­ро­вать, как нельзя отбро­сить форму, без кото­рой невоз­можно содер­жа­ние. Оста­но­вимся несколько подроб­нее на этом вопросе.

^ Жизнь царя Давида по Шесто­псал­мию

Как сле­дует из над­пи­са­ний, авто­ром всех псал­мов Шесто­псал­мия, кроме 87 псалма, явля­ется Давид – древ­не­ев­рей­ский царь, пророк и псал­мо­пе­вец, живший за тысячу лет до Рож­де­ства Хри­стова. Этот заме­ча­тель­ный муж, воз­люб­лен­ный (Имя Давид по-еврей­ски значит “воз­люб­лен­ный”. – Прим. ред.) и избран­ный на слу­же­ние Самим Богом (Деян.13:22), всю свою жизнь от самой юности под­вер­гался мно­го­чис­лен­ным гоне­ниям и опас­но­стям, испы­ты­вал силь­ные скорби и иску­ше­ния (Пс.87:16). Но нико­гда, даже в самых труд­ных обсто­я­тель­ствах, нахо­дясь на воло­сок от смерти, он не терял своего твер­дого упо­ва­ния на Бога, к Нему обра­щался в скорби, Его бла­го­да­рил и вос­хва­лял в радо­сти. Этот высо­кий настрой души псал­мо­певца задает тон всем его псал­мам. В них нахо­дят отра­же­ние и кон­крет­ные собы­тия жизни царя Давида. Рас­смот­рим эти собы­тия на мате­ри­але Шесто­псал­мия, при­дер­жи­ва­ясь хро­но­ло­ги­че­ского порядка.

Псалом 62 отно­сится к тому вре­мени, когда псал­мо­пе­вец Давид искал спа­се­ния в пустыни Иудей­ской от пре­сле­до­ва­ний гроз­ного врага, по мнению боль­шин­ства тол­ко­ва­те­лей, зави­до­вав­шего ему и опа­сав­ше­гося за свой трон царя Саула (см. 1Цар.23:19, 26:2, 24:1–2). Другие иссле­до­ва­тели не без осно­ва­ния отно­сят этот псалом ко вре­ме­нам более позд­ним, когда Давид был уже царем (см. Пс.62:12), и против него, стре­мясь захва­тить власть, поднял вос­ста­ние его соб­ствен­ный сын Авес­са­лом. Эти собы­тия, опи­сан­ные во Второй книге Царств, в 15–18 главах, отра­жены и в других псал­мах, кроме 102-го, и состав­ляют доми­ни­ру­ю­щую тему Шесто­псал­мия. При­чи­ной вос­ста­ния, по тол­ко­ва­нию святых отцов, был тяжкий грех пре­лю­бо­де­я­ния и убий­ства, совер­шен­ный Дави­дом (2Цар.11). Вот что пишет об этом свт. Иоанн Зла­то­уст: “Давид бежал от сына своего, потому что уда­лился от чистоты; бежал от сына, потому что нару­шил цело­муд­рен­ное супру­же­ство; бежал от сына, потому что убежал от закона Божия, кото­рый гово­рит: не убий, не пре­любы сотвори (Исх.20:13–14). Он ввел в свой дом чужую агницу, убив ее пас­тыря, и агнец из соб­ствен­ного дома его стал бодать своего пас­тыря; он внес войну в чужой дом, и из соб­ствен­ного дома его вос­стала против него война”. Иоанн Зла­то­уст под­чер­ки­вает, что это не его соб­ствен­ное умство­ва­ние, а непре­лож­ный закон Божий: “откуда источ­ник греха, оттуда и бич нака­за­ния” [8] (“Беседа” на Пс.3).

Это пони­мал и сам Давид: он глу­боко рас­ка­и­вался в соде­ян­ном и принял вспых­нув­ший мятеж как нака­за­ние, послан­ное от Бога (2Цар.12:10–11). Поэтому, зная о пред­сто­я­щем вос­ста­нии, Давид остался яко глух не слышах и яко нем не отвер­зали уст своих (Пс.37:14). Он не чув­ство­вал в себе мораль­ного права обуз­дать пре­ступ­ного сына и предо­ста­вил Богу нака­зы­вать его по Своему усмот­ре­нию. Именно этим, а не мало­чис­лен­но­стью верных ему людей, а тем более не недо­стат­ком храб­ро­сти объ­яс­ня­ется тот факт, что Давид не всту­пил в откры­тый бой с мятеж­ни­ками, а спа­сался бег­ством, егда гоняше его Авес­са­лом, сын его (Пс.142, над­пи­са­ние).

Пока­ян­ный мотив осо­бенно сильно звучит в Пс.37 несть исце­ле­ния в плоти моей от лица гнева Твоего, несть мира в костех моих от лица грех моих (ст. 4). Этот псалом, как и близ­кий к нему по содер­жа­нию Пс.87, тол­ко­ва­тели отно­сят ко вре­мени под­го­товки вос­ста­ния Авес­са­лома. Испы­ты­вая тяг­чай­шие физи­че­ские и мораль­ные стра­да­ния, всеми поки­ну­тый, псал­мо­пе­вец кается перед Богом и к Нему одному взы­вает о помощи: не остави мене, Гос­поди Боже мой, не отступи от мене. Вонми в помощь мою, Гос­поди спа­се­ния моего (Пс.37:22–23). Авто­ром 87 псалма, судя по над­пи­са­нию, явля­ется Еман Изра­иль­тя­нин (или Езра­хит – пото­мок Зары), левит из рода Кореев, постав­лен­ный Дави­дом началь­ни­ком одного из хоров (Неко­то­рые тол­ко­ва­тели, напри­мер, Иоанн Зла­то­уст, Евфи­мий Зига­бен, пола­гают, что авто­ром псалма был сам Давид, а Еман – лишь испол­ни­те­лем. Впро­чем, святые отцы не при­да­вали автор­ству такого зна­че­ния, какое при­дают ему наши совре­мен­ники. – Прим. авт.). По мнению тол­ко­ва­теля [7] этот чело­век, близко знав­ший царя и раз­де­ляв­ший с ним его жиз­нен­ные зло­клю­че­ния, изоб­ра­зил их в своем псалме. Бла­жен­ный Фео­до­рит видит в 87 псалме судьбу еврей­ского народа, отве­ден­ного в Вави­лон­ский плен [9] (Пусть это не сму­щает чита­теля: псал­мо­пе­вец был про­ро­ком, и ска­зан­ное им могло отно­ситься к дале­кому буду­щему. – Прим. ред.). О собы­тиях, отно­ся­щихся к псал­мам 3 и 142, крас­но­ре­чиво гово­рят их над­пи­са­ния: здесь опи­сы­ва­ется само вос­ста­ние Авес­са­лома, пре­сле­до­вав­шего убе­га­ю­щего от него отца. Глав­ная мысль обоих псал­мов: твер­дая надежда не на чело­ве­че­ские силы, а в первую оче­редь – на Бога.

Псалом 102, как счи­тают тол­ков­ники [7], напи­сан Дави­дом зна­чи­тельно позже, уже на склоне лет. По словам бла­жен­ного Фео­до­рита, “это бла­го­дар­ствен­ная песнь Богу об избав­ле­нии от раб­ства Вави­лон­ского”.

^ Срав­ни­тель­ный анализ содер­жа­ния псал­мов

Как уже было ска­зано ранее, Шесто­псал­мие чита­ется при потух­ших свечах. Но в нем уже брез­жит утрен­няя заря. Это состо­я­ние пере­хода от вет­хо­за­вет­ного мрака к Еван­гель­скому свету и отра­жает содер­жа­ние Шесто­псал­мия. Тема ночи и утра отчет­ливо звучит в псал­мах 3:62, 87 и 142 и несколько заву­а­ли­ро­ванно – в псал­мах 37 и 102 (Об утрен­нем вре­мени гово­рится и в других псал­мах, напри­мер, в псал­мах пер­вого часа (5:4, 89:6, 100:8), а также вПс.1:2, 29:6, 48:15, 58:17, 72:14, 118:148, 126:2, 129:57. – Прим. ред.). Однако, если выпи­сать подряд отме­чен­ные Ска­бал­ла­но­ви­чем стихи, то нетрудно уви­деть про­хо­дя­щую через все Шесто­псал­мие “волну” – чере­до­ва­ние тьмы и света, идущее по нарас­та­ю­щей и закан­чи­ва­ю­ще­еся свет­лой надеж­дой на милость Божию. Первый псалом Шесто­псал­мия откры­вает эту тему: аз уснух и спах (ночь), востах, яко Гос­подь засту­пит мя – про­буж­де­ние (Пс.3:6). Затем насту­пает полоса как бы непре­рыв­ного мрака: весь день (т.е. всегда, непре­станно) сетуя хождах (Пс.37:7), лъстив­ным весь день поуча­хуся (Пс.37:13), кото­рая сме­ня­ется радост­ной, утрен­ней устрем­лен­но­стью к Богу: Боже, Боже мой, к Тебе, утре­нюю (Пс.62:2). Тема ночной и утрен­ней (т.е. посто­ян­ной) обра­щен­но­сти к Богу укреп­ля­ется, дважды повто­ря­ясь в псал­мах 62 и 87: аще поми­нах Тя на постели моей (ночь), на утрен­них поучахся в Тя (Пс.62:7), во дни воз­звах (утро) и в нощи пред Тобою, и утро молитва моя пред­ва­рит Тя (Пс.87:2, 13). И, нако­нец, с особой силой тема ночи и утра, мрака и надежды звучит в псал­мах 102 и 142: после скорб­ных раз­мыш­ле­ний о крат­ко­вре­мен­но­сти чело­ве­че­ской жизни, кото­рая отцве­тает, подобно поле­вому цветку (Пс.102:15), псал­мо­пе­вец с новым молит­вен­ным подъ­емом взы­вает ко Гос­поду: слы­шану сотвори мне заутра милость Твою, яко на Тя уповах (Пс.142:8).

Обра­тимся теперь и к другим стихам Шесто­псал­мия. По наблю­де­нию Ска­бал­ла­но­вича, данные псалмы одно­родны по содер­жа­нию и тону. Эта одно­род­ность про­сту­пает осо­бенно явственно, если рас­смат­ри­вать содер­жа­ние Шесто­псал­мия не после­до­ва­тельно – по псал­мам, а парал­лельно – по темам, подобно тому, как мы про­сле­дили за дви­же­нием мрака и света (ночи и утра).

Псал­мо­пе­вец воз­но­сит молитвы – Гос­подь слышит

Эта тема звучит в четы­рех псал­мах: гласом моим ко Гос­поду воз­звах, и услыша мя от горы святыя Своея (Пс.3:5); яко на Тя, Гос­поди, уповах, Ты услы­шиши, Гос­поди Боже мой (Пс.37:16); да внидет пред Тя молитва моя: при­к­лони ухо Твое к моле­нию моему (Пс.87:3); Гос­поди, услыши молитву мою, внуши (Внуши – прими в уши, то есть услыши. – Прим. авт.) моле­ние мое во истине Твоей (Пс.142:1). Это мно­го­кратно повто­ря­е­мое на про­тя­же­нии всего Шесто­псал­мия “услыши” создает ощу­ще­ние непре­рыв­но­сти молитвы и уве­рен­но­сти в том, что она при­нята (услы­шана) Богом (ср. Мф.7:7).

Напа­де­ние врагов

Тема гони­мого пра­вед­ника состав­ляет содер­жа­ние многих псал­мов. Сотни тысяч (тьмы) вос­став­ших пре­сле­дуют псал­мо­певца (Пс.3:2, 7); они уси­ли­ва­ются и число их все уве­ли­чи­ва­ется (Пс.37:13, 20). Они “ищут душу его” (то есть стре­мятся его убить) – это выра­же­ние неод­но­кратно встре­ча­ется в Шесто­псал­мии (Пс.37:13, 62:10, 142:3). Среди гони­те­лей немало людей прежде близ­ких к псал­мо­певцу, обла­го­де­тель­ство­ван­ных им (Пс.37:21). Поло­же­ние его настолько опасно, что его жизнь бук­вально висит на волоске: живот мой аду при­бли­жися (Пс.87:4) поса­дил мя есть в темных, яко мерт­выя века (Пс.142:3). Эта тема звучит во всех псал­мах Шесто­псал­мия; даже в наи­бо­лее радост­ном 102‑м псалме упо­ми­на­ется о “всех оби­ди­мых” (ст. 6), о пре­сле­ду­е­мом вой­ском фара­она еврей­ском народе, выво­ди­мом из раб­ства Мои­сеем (ст. 7).

Псал­мо­пе­вец видит в своем поло­же­нии пра­вед­ный гнев Божий

О “ярости” и “гневе” Божием гово­рится в двух наи­бо­лее груст­ных псал­мах: 37 и 87. Так пони­мает псал­мо­пе­вец обру­шив­ши­еся на него несча­стья. И если в первом из этих псал­мов он молится, чтобы Гос­подь не нака­зы­вал его Своим гневом (Пс.37:2), то во втором сми­ренно при­ни­мает “гнев и ярость Божий” как выра­же­ние Его святой воли (ср. Мф.26:39).

Твер­дое упо­ва­ние псал­мо­певца на Бога

Эта тема крас­ной нитью про­хо­дит через всю Псал­тирь, через все Шесто­псал­мие. Только на Бога, а не на силы чело­ве­че­ские наде­ется псал­мо­пе­вец. Спа­се­ние только в Боге, Он – Заступ­ник (Пс.3:4, 9), Помощ­ник, надеж­ная защита (Пс.62:8). Гос­поди, пред Тобою все жела­ние мое и воз­ды­ха­ние мое от Тебе не утаися (Пс.37:10), воз­звах к Тебе, Гос­поди, весь день, воздех к Тебе руце мои (Пс.87:10) – эти слова псал­мо­певца гово­рят о его непре­стан­ной молитве (ср. 1 Фее. 5:17). Он не сомне­ва­ется в мило­сер­дии Божием: щедр и мило­стив Гос­подь, дол­го­тер­пе­лив и мно­го­мило­стив (Пс.102:8, ср. Исх.34:6). В Шесто­псал­мии выра­жена очень важная мысль, что Бог посту­пает с чело­ве­ком не по спра­вед­ли­во­сти, а по Своему вели­кому мило­сер­дию: не по без­за­ко­нием нашим сотво­рил есть нам, ниже по грехом нашим воздал есть нам. Яко по высоте небес­ней от земли, утвер­дил есть Гос­подь милость Свою на боя­щихся Его (Пс.102:10—11). Как пишет свт. Иоанн Зла­то­уст, “если бы Бог пришел судить не с мило­стью и чело­ве­ко­лю­бием, но тре­бо­вать стро­гого отчета, то непре­менно всех бы нашел винов­ными” [8]. Поэтому псал­мо­пе­вец и молит Гос­пода: не вниди в суд с рабом Твоим, яко не оправ­дится пред Тобою всяк живый (Пс.142:2), твердо наде­ясь, что не до конца про­гне­ва­ется Гос­подь (Пс.102:9) (Эта мысль повто­ря­ется и в других псал­мах. Напри­мер, в 50‑м псалме, на кото­рый ссы­ла­ется апо­стол Павел (Рим.3:4), она звучит так: яко да оправ­ди­шися во сло­ве­сех Твоих, и побе­диши, внегда судити Ти (Пс.50:6). О том же гово­рится и в Пс.129:3. – Прим. авт.). Осно­ва­нием для этой надежды служит зву­ча­щая в 102 псалме уве­рен­ность, что “Бог несрав­ненно более собо­лез­нует и мило­серд­ствует о боя­щихся Его и хра­ня­щих запо­веди Его, нежели при­род­ный отец о сыне” [5].

При­ве­ден­ный здесь крат­кий обзор отнюдь не исчер­пы­вает всего содер­жа­ния псал­мов, он лишь иллю­стри­рует тема­ти­че­ское един­ство Шесто­псал­мия.

^ Ком­по­зи­ци­он­ные осо­бен­но­сти Шесто­псал­мия

Ком­по­зи­ция Шесто­псал­мия, по мнению тол­ко­ва­те­лей, харак­те­ри­зу­ется сле­ду­ю­щим:

— шесто­псал­мие состоит из двух частей, соеди­нен­ных малым сла­во­сло­вием;

— имеет место чере­до­ва­ние “радост­ных” (3:62, 102) и “груст­ных” (37, 87:142) псал­мов (Тол­ко­ва­тель назы­вает их соот­вет­ственно “днев­ными” или “мажор­ными” и “ноч­ными” или “минор­ными” [3]. – Прим. авт.), кото­рое условно можно изоб­ра­зить в виде схемы: +, -, +, -, +, -.

Автор работы “Смысл и ком­по­зи­ция Шесто­псал­мия” заме­чает, что пик радост­ного настро­е­ния при­хо­дится на конец “мажор­ной нечет­ной триады” (Пс.102), а пик скорби – на сере­дину четной триады (Пс.87). Бла­го­даря такой несим­мет­рич­ной струк­туре Шесто­псал­мие в целом, несмотря на скорб­ные сте­на­ния псал­мо­певца, вос­при­ни­ма­ется опти­ми­стично, с чув­ством надежды на милость Божию (Пс.142:12). Инте­ресно и то, что первый и послед­ний псалмы во многом схожи – это создает ком­по­зи­ци­он­ное един­ство Шесто­псал­мия.

К ска­зан­ному хоте­лось бы доба­вить сле­ду­ю­щее. Само деле­ние псал­мов на “радост­ные” и “груст­ные” пред­став­ля­ется весьма упро­щен­ным, ибо в каждом из них звучат и радост­ные и печаль­ные ноты. Так, началь­ные слова 3 псалма трудно назвать “мажор­ными”. То же отно­сится и к раз­мыш­ле­ниям псал­мо­певца о ско­ро­теч­но­сти чело­ве­че­ской жизни (Пс.102:15–16). С другой сто­роны, даже в самом скорб­ном 87 псалме слы­шатся слова надежды и упо­ва­ния на Бога (ст. 2:14). Если деталь­нее про­сле­дить ход настро­е­ния псал­мо­певца, то выри­со­вы­ва­ется более тонкая кар­тина чере­до­ва­ния “спус­ков” и “подъ­емов”. Шесто­псал­мие начи­на­ется тре­вож­ными нотами (Пс.3:2–3), кото­рые сме­ня­ются уве­рен­но­стью в помощи Божией (после­ду­ю­щие стихи 3‑го псалма), про­хо­дит ряд циклов “спуска” и “подъ­ема” и закан­чи­ва­ется испо­вед­ни­че­скими сло­вами псал­мо­певца: яко аз раб Твой есть (Пс.142:12) и заклю­чи­тель­ным “мажор­ным” молит­вен­ным аккор­дом. Этот ход “кривой” Шесто­псал­мия соот­вет­ствует схеме: -, +, -, +,…, -, +, кото­рая отли­ча­ется от рас­смот­рен­ной ранее после­до­ва­тель­но­стью “плюсов” и “мину­сов” и напо­ми­нает смену ночи и утра. И был вечер, и было утро – день один (Быт.1:5) – такой поря­док, уста­нов­лен­ный Самим Твор­цом, поло­жен в осно­ва­ние суточ­ного бого­слу­жеб­ного цикла.

Второе заме­ча­ние каса­ется сло­вес­ных вста­вок между псал­мами. Тол­ко­ва­тели Шесто­псал­мия как-то мало обра­щают на них вни­ма­ние, а между тем, они имеют очень боль­шое зна­че­ние не только в ком­по­зи­ции, но и в смыс­ло­вой сто­роне Шесто­псал­мия (Эта мысль отра­жена также в Пс.89:10. По пре­да­нию, этот псалом напи­сан пра­от­цем Мои­сеем во время 40-лет­него стран­ство­ва­ния евреев по пустыне. При­ве­ден­ные слова выра­жают его скорбь по поводу быст­рого выми­ра­ния сооте­че­ствен­ни­ков. – Прим. авт.). Это те “скрепы”, кото­рые соеди­няют отдель­ные псалмы в единое целое. Они кон­цен­три­руют вни­ма­ние моля­ще­гося на наи­бо­лее важных местах Шесто­псал­мия, создают особый мело­ди­че­ский настрой, бла­го­даря чему оно ста­но­вится непре­рывно теку­щей молит­вой.

^ Духов­ный смысл Шесто­псал­мия

Обо­зрев по воз­мож­но­сти подробно исто­ри­че­скую сто­рону, содер­жа­ние и ком­по­зи­цию Шесто­псал­мия, мы оста­лись, тем не менее, на поверх­но­сти его пони­ма­ния. Это и не уди­ви­тельно, ибо сущ­ность любого явле­ния откры­ва­ется только на духов­ном уровне. Как пишет свт. Гри­го­рий Нис­ский, “Учи­те­лем нашим должно име­но­вать Духа Свя­того, как гово­рит Гос­подь: Той вы научит всему (Ин.14:26); а у Него глав­ное попе­че­ние – быть руко­во­ди­те­лем и настав­ни­ком душ ко спа­се­нию, а все осталь­ное при­зна­ется делом вто­ро­сте­пен­ным” [10]. Именно так, как к вопро­сам вто­ро­сте­пен­ным, отно­си­лись св. отцы к автор­ству, вре­мени напи­са­ния, к после­до­ва­тель­но­сти исто­ри­че­ских собы­тий, отра­жен­ных в псал­мах. Сквозь кажу­щу­юся исто­ри­че­скую раз­бро­сан­ность они видят в рас­по­ло­же­нии псал­мов строй­ную систему, обра­зо­ван­ную Духом Святым, Кото­рому “жела­тельно научить нас не про­стой исто­рии, но души наши обра­зо­вать доб­ро­де­те­лию по Богу” [2]. Псалом, в их пони­ма­нии, – это “орудие духов­ное” воз­дей­ству­ю­щее на душу, а книга Псал­тирь в целом есть неко­то­рая полная сокро­вищ­ница спа­се­ния чело­ве­че­ского” [4] (свт. Амвро­сий Медио­лан­ский).

В своих тол­ко­ва­ниях Свя­щен­ного Писа­ния Вет­хого Завета и, в част­но­сти, Псал­тири св. отцы выде­ляли как наи­бо­лее важные два пласта духов­ного рас­смот­ре­ния:

  • духовно-нрав­ствен­ный аспект;
  • мес­си­ан­ская тема (Про­ро­че­ства о Спа­си­теле. – Прим. авт.).

Обе эти темы, будучи вза­и­мо­свя­заны, имеют самое непо­сред­ствен­ное отно­ше­ние к делу нашего спа­се­ния (Ин.5:39). Именно по этим двум направ­ле­ниям мы и поста­ра­емся про­сле­дить ход мысли псал­мо­певца, отра­жен­ной в Шесто­псал­мии. Однако, прежде чем браться за столь ответ­ствен­ное дело, выяс­ним, как свя­заны между собою две ука­зан­ные темы.

Царь Давид был про­ро­ком: об этом прямо гово­рят св. апо­столы Петр и Павел (Деян.2:30, Евр.11:32). Про­ро­че­ским своим взором он про­ни­кал в дале­кое буду­щее, воз­ве­щая о Спа­си­теле, о Его Церкви, о Страш­ном суде, о жизни буду­щего века. По учению св. отцов Пра­во­слав­ной Церкви мес­си­ан­ская тема про­хо­дит через всю Псал­тирь, в каждом псалме звучат мес­си­ан­ские про­ро­че­ства – в прямой или (чаще) в при­кро­вен­ной форме. Так блаж. Авгу­стин считал, что “невоз­можно изре­кать отдель­ные про­ро­че­ства о Христе и о Церкви, при­во­ди­мые в Псал­тири, – их слиш­ком много; если взять неко­то­рые, то можно опу­стить и более важные” [3] (Подоб­ные выска­зы­ва­ния можно найти и у других святых отцов, напри­мер, у свт. Афа­на­сия Вели­кого [6]. – Прим. авт.).

Другая тема, духовно-нрав­ствен­ная, тоже в извест­ном смысле может быть названа “про­ро­че­ской”: опи­сы­вая состо­я­ние своей души, псал­мо­пе­вец рас­кры­вает нам мир не столько свя­зан­ного зако­ном вет­хо­за­вет­ного пра­вед­ника, сколько чело­века нового, хри­сти­а­нина (Мно­гими сто­ро­нами своей жизни, своей необык­но­вен­ной лич­но­сти псал­мо­пе­вец Давид про­об­ра­зо­вал Христа. Не сле­дует забы­вать и того, что Спа­си­тель, по чело­ве­че­ству, про­ис­хо­дит от семени Давида (Мф.1:6, Лк.3:31, Ин.7:42, Рим.1:3, Откр.22:16). – Прим. авт.). Отсюда ясно, почему Псал­тирь цели­ком вошла в бого­слу­же­ние Пра­во­слав­ной Церкви: “книга псал­мов как бы на кар­тине пред­став­ляет, как должна вести себя душа” [6]. Доба­вим: “душа-хри­сти­анка”.

Итак, мы видим, что обе темы ведут нас ко Христу. Только в свете Хри­сто­вой Истины откры­ва­ется сокро­вен­ный смысл всех сторон чело­ве­че­ского бытия, а тем паче – свя­щен­ных тек­стов.

^ Состо­я­ние души псал­мо­певца по Шесто­псал­мию

Псалом 3

Пра­вед­ник, гони­мый вра­гами – это не только Давид, убе­га­ю­щий от Авес­са­лома. Это душа чело­века, обра­тив­ше­гося к Христу и тер­пя­щего напа­де­ния от бесов, доса­жда­ю­щих ему со всех сторон. “Окрест”, по тол­ко­ва­нию св. отцов, выра­жает сле­ду­ю­щие бесов­ские козни: бесы напа­дают спе­реди, когда ста­ра­ются посе­лить в нас надежду на счаст­ли­вый исход наших начи­на­ний и вызы­вают бес­печ­ность, сзади, когда напо­ми­нают о преж­них наших пре­гре­ше­ниях и тем осквер­няют и вносят уныние, справа, когда, содей­ствуя как бы в благих наших делах, вызы­вают у нас тще­сла­вие, и слева, когда явно скло­няют ко греху [5]. Вра­же­ские силы пыта­ются ото­рвать хри­сти­а­нина от Бога внушая, что ему нет спа­се­ния в Бозе его (ст. 3). Но душа-хри­сти­анка муже­ственно отра­жает бесов­ские напа­де­ния молит­вой к Богу: Ты же, Гос­поди, заступ­ник мой ecu, слава моя и воз­но­сяй главу мою (ст. 4). Пра­вед­ник взы­вает ко Христу и тотчас полу­чает ответ. Так обычно чув­ствует себя ново­на­чаль­ный, еще не умуд­рен­ный духов­ным опытом, но под­дер­жи­ва­е­мый бла­го­да­тию Божией.

Псалом 37

На смелый вызов бесам – не убоюся от тем людей (Здесь под словом “людей” св. отцы пони­мают пол­чища демо­нов (ср. Пс.139:1); “мужем непра­вед­ным” блаж. Фео­до­рит назы­вает диа­вола [9]. – Прим. ред.), окрест напа­да­ю­щих на мя (Пс.3:7), враг отве­чает уси­лен­ным напа­де­нием: псал­мо­пе­вец, всеми остав­лен­ный (ст. 12:13) и осме­ян­ный, терпит тяг­чай­шие нрав­ствен­ные скорби и физи­че­ские болезни (ст. 6–8:11), враги его уси­ли­ва­ются (ст. 20:21), кле­ве­щут на него и стре­мятся погу­бить его.

Как же ведет себя гони­мый пра­вед­ник в такой ситу­а­ции? Он прежде всего обра­щает взор свой на свои соб­ствен­ные грехи (ст. 5:6) и кается в них пред Богом (ст. 19). Он не всту­пает в пре­ре­ка­ния с вра­гами, не оправ­ды­ва­ется (ст. 14:15), а уси­ли­вает молитву к Богу (ст. 10:16, 22:23). Этот псалом отно­сится к пока­ян­ным (К пока­ян­ным отно­сятся сле­ду­ю­щие псалмы: 6:31, 37:50, 101:129, 142. – Прим. авт.) и неда­ром имеет над­пи­са­ние: в вос­по­ми­на­ние о суб­боте – в суб­боту древ­не­ев­рей­ский народ при­но­сил Богу двой­ную жертву (Чис.28:9–10), так и псал­мо­пе­вец при­но­сит сугу­бое пока­я­ние, как истин­ную жертву, угод­ную Богу (Пс.50:19).

Псалом 62

В под­пи­са­нии этого псалма неслу­чайно упо­ми­на­ется пустыня Иудей­ская: чтобы воз­же­лать Бога не только умом и серд­цем но и всею сущ­но­стью своею воз­жада душа моя, коль мно­жи­цею плоть моя (ст. 2), хри­сти­а­нину нужно пройти чрез пустыню иску­ше­ний. 40 лет вел Моисей евреев по пустыне в землю обе­то­ван­ную; в пустыне много дней провел Давид, про­об­ра­зо­вав­ший собой Христа; в пустыне жил Иоанн Кре­сти­тель; 40 дней постился в пустыне Спа­си­тель после кре­ще­ния Своего и перед выхо­дом на про­по­ведь. Пустыня – это место духов­ного укреп­ле­ния [12], именно в пустыне стя­жали бла­го­дать Божию мно­го­чис­лен­ные подвиж­ники хри­сти­ан­ства.

Но святые отцы дают и другое пони­ма­ние слову “пустыня”: земля пуста, непро­ходна и без­водна (ст. 2) – это душа чело­ве­че­ская без Бога. По словам св. Мак­сима Испо­вед­ника, “пустыня есть есте­ство чело­ве­ков, мир сей и душа каж­дого чело­века, став­шая бес­плод­ной вслед­ствие изна­чаль­ного пре­ступ­ле­ния запо­веди” [13]. Только почув­ство­вав свою опу­сто­шен­ность, что воз­можно лишь отре­шив­шись от суеты и уйдя “в пустыню”, душа ста­но­вится гото­вой к при­ня­тию слова Божия. Псал­мо­пе­вец жаждет Бога и взы­вает к Нему: лучше милость Твоя паче живот (ст. 4), для него духов­ная пища важнее самой жизни. Псалом звучит опти­ми­стично бла­го­даря своей духов­ной направ­лен­но­сти: при­льпе душа моя по Тебе, мене же прият дес­ница Твоя (ст. 9), внеш­ние скорби (ст. 10:11) отсту­пают как бы на второй план.

Псалом 87

Это самый печаль­ный из всех псал­мов Шесто­псал­мия: чем больше молится псал­мо­пе­вец, тем бед­ствен­нее ста­но­вится его поло­же­ние (ст. 2–10:15–19); более того, он чув­ствует на себе Божий гнев: на мне утвер­дися ярость Твоя, и вся волны Твоя навел ecu на мя (ст. 8). Он видит себя поки­ну­тым всеми, а глав­ное – Самим Богом: бых яко чело­век без помощи, подобно мерт­вым, кото­рые от руки Твоея отри­но­вени быша (ст. 5:6). Так во всяком случае видится этот псалом с внеш­ней сто­роны. Пра­вед­нику угро­жает смер­тель­ная опас­ность: поло­жиша мя в рове пре­ис­под­нем, в темных и сени смерт­ней (ст. 7); он уже пред­став­ляет себя во гробе, но не пере­стает при­зы­вать Бога (ст. 11–15). Св. отцы учат, что стра­да­ния и скорби Гос­подь посы­лает нам не зря: они очи­щают душу и сми­ряют чело­века. Так и псал­мо­пе­вец уже не просит ни об избав­ле­нии от врагов, ни о духов­ных радо­стях, он просит Бога лишь не отвра­щать лица Своего от него (ст. 15) и сми­ря­ется пред волей Божией (ст. 16).

Псалом 102

И вот тут-то при­хо­дит помощь Божия: Гос­подь при­ни­мает молитву пра­вед­ника и посы­лает бла­го­дать Свою, очи­щает его, исце­ляет недуги, избав­ляет от истле­ния (от раб­ства греху), вен­чает мило­стию и щед­ро­тами (ст. 4). Душа, очи­щен­ная стра­да­нием и умуд­рен­ная духов­ным опытом, полу­чает второе дыха­ние: – обно­вится яко орля юность твоя (ст. 5). И первое дви­же­ние души, осво­бож­ден­ной от раб­ства демо­нам, выве­ден­ной из вави­лон­ского раб­ства стра­стей, по блаж. Фео­до­риту, “бла­го­да­ре­ние Бога и вос­хва­ле­ние Его”[9] (ст. 1:2, 20–22).

Этот псалом гово­рит о Про­мысле Божием в мире нрав­ствен­ном (О Про­мысле в мире физи­че­ском гово­рит Пс.103. Тол­ко­ва­тель име­нует псалмы 102 и 103 “пар­ными” [7]. – Прим. авт.): Гос­подь, подобно любя­щему отцу, печется о людях Своих, боя­щихся Его, то есть бла­го­го­ве­ю­щих пред Ним (ст. 11:13, 17), дол­го­тер­пит к их без­за­ко­ниям, не до конца гне­ва­ется на них и посту­пает с ними не так, как они того заслу­жи­вают, но по мило­сти Своей, кото­рая от века и до века (то есть от века нынеш­него, насто­я­щей жизни, до века гря­ду­щего; ст. 17). В псалме про­све­чи­вает духов­ная муд­рость псал­мо­певца, кото­рый пре­красно пони­мает, что такое подоб­ный “персти” чело­век, дни кото­рого мимо­летны (ст. 14:16, 17), и Мно­го­мило­сти­вый Бог, Кото­рый на небеси уго­това Пре­стол Свой, и Цар­ство Его всеми обла­дает (ст. 19). Псал­мо­пе­вец при­зы­вает всю все­лен­ную, не только людей, но и небо­жи­те­лей и всю тварь на всяком месте сла­вить Бога-Творца.

Псалом 142

Лику­ю­щий тон преды­ду­щего псалма сме­ня­ется горест­ным: на псал­мо­певца опять напа­дают враги (ст. 3) и сму­щают его душев­ное состо­я­ние (ст. 4). Так и должно быть, потому что, пока душа чело­века нахо­дится в теле, враг не оста­вит ее в покое. Но перед нами уже не нови­чок, а зака­лен­ный в духов­ной брани боец. Он видит, сколь опасен и кова­рен враг, и имеет уже опыт борьбы с ним. Он изу­чает исто­рию и извле­кает из неё пользу для себя: помя­нух дни древ­ния, поучахся во всех делах Твоих (ст. 6), молит­венно просит Бога ука­зать ему путь жизни, научить его тво­рить волю Гос­подню (ст. 8:10).

По заме­ча­нию свт. Иоанна Зла­то­уста, псал­мо­пе­вец “не желает здесь ничего чув­ствен­ного, но ищет пути, веду­щего к Богу, и сам от себя пола­гает к тому начало: яко к Тебе взях душу мою, то есть к Тебе стрем­люсь, к Тебе обра­щаю взоры (ст. 8); таким людям осо­бенно Бог ука­зы­вает путь” [8]. Умение всего себя пре­да­вать в волю Божию все­ляет в чело­века уве­рен­ность в счаст­ли­вом исходе: Дух Твой Благий наста­вит мя на землю праву (ст. 10). Конец псалма звучит бодро: псал­мо­пе­вец испо­ве­дует себя рабом Божиим и не сомне­ва­ется, что Бог изве­дет от печали душу его, осво­бо­дит ее от напа­да­ю­щих врагов.

Итак, шесть рас­смот­рен­ных псал­мов в их рели­ги­озно-нрав­ствен­ном осве­ще­нии пред­стают перед нами как шесть после­до­ва­тель­ных сту­пе­ней духов­ной лествицы хри­сти­а­нина. Состо­я­ние души псал­мо­певца – это не просто “смена настро­е­ний”, кото­рая “гово­рит о неустой­чи­во­сти чело­ве­че­ского созна­ния, склон­ного к над­ло­мам, соблаз­нам и паде­ниям” [3]. Это путь силь­ной своею верою и муже­ствен­ной души-хри­сти­анки в ее вос­хож­де­нии к Богу. Шесто­псал­мие пока­зы­вает нам, как искренне веру­ю­щая и обра­щен­ная ко Христу душа про­хо­дит тяжкий путь иску­ше­ний, духовно воз­рас­тает, укреп­ля­ется, пре­одо­ле­вает, с помо­щью Божией, бесов­ские напа­де­ния и дости­гает бла­го­дат­ного состо­я­ния истин­ной сво­боды – сво­боды жить по воле Божией.

^ Мес­си­ан­ская тема в Шесто­псал­мии

Хотя рас­смат­ри­ва­е­мые нами псалмы не входят в число тра­ди­ци­онно при­знан­ных “мес­си­ан­скими”, каждый из них содер­жит про­ро­че­ства о Мессии. Эти [1] отдель­ные про­ро­че­ские стихи, вкрап­лен­ные в ткань Шесто­псал­мия, обра­зуют его мес­си­ан­скую тему, рас­крыть кото­рую можно только свя­то­оте­че­ским ключом.

Псалом 3

По мнению блаж. Авгу­стина, этот псалом пред­воз­ве­щает о Вос­кре­се­нии Хри­сто­вом. Слова: аз уснух и спах, востах яко Гос­подь засту­пит мя (ст. 6) св. отец тол­кует сле­ду­ю­щим обра­зом: под сном он пони­мает смерть, а под про­буж­де­нием – Вос­кре­се­ние Спа­си­теля [11].

А вот что пишет преп. Максим Грек, толкуя в мес­си­ан­ском смысле 4, 7–9 стихи псалма. Не убоюся от тем людей, окрест напа­да­ю­щих на мя (ст. 7) – “это я (то есть псал­мо­пе­вец) сказал от лица вопло­тив­ше­гося Бога Слова, Гос­пода моего, на Кото­рого вос­стали не один и не два царя, как на меня Саул и Авес­са­лом, но все по всей все­лен­ной цари, князи и вель­можи всех наро­дов и взбе­сив­шийся против Него народ иудей­ский” [14].

И далее: “и опять, молясь Отцу и Богу Своему, гово­рит: вос­кресни, Гос­поди, спаси Мя, Боже Мой (ст. 8). И хорошо назвал зубами греш­ни­ков неисто­вых гони­те­лей бла­го­че­стия, слу­жи­те­лей сквер­ным бесам… Но Бог и Отец сокру­шил эти пагуб­ные их зубы, а веру­ю­щих во Христа Бога бла­го­че­сти­вых людей воз­вы­сил и про­сла­вил; поэтому и гово­рится: Ты же, Гос­поди, заступ­ник Мой ecu, слава Моя и воз­но­сяй главу мою; Гос­подне есть спа­се­ние и на людях Твоих бла­го­сло­ве­ние Твое (ст. 4, 9)” [14]. Из этих слов ясно, что пре­по­доб­ный видел в вос­ста­нии Авес­са­лома про­об­раз гоне­ний на Христа Спа­си­теля и Цер­ковь Его.

В таком же духе тол­куют этот псалом и другие св. отцы, пони­мая, однако, стихи 8 и 9 как вопль вет­хо­за­вет­ного пра­вед­ника ко Христу, Кото­рого про­ро­че­скими очами видел псал­мо­пе­вец. В заклю­чи­тель­ных стихах псалма (ст. 9) многие св. отцы видят прямое ука­за­ние на Крест Гос­по­день, кото­рый несет спа­се­ние миру и бла­го­сло­ве­ние хри­сти­а­нам

Псалом 37

Стра­да­ния псал­мо­певца Давида, опи­сан­ные в этом псалме, изоб­ра­жают стра­да­ния Самого Гос­пода нашего Иисуса Христа, Кото­рый принял на Себя грехи и немощи всего чело­ве­че­ства (Ис.53:4–5). Подобно тому, как царь Давид знал о гото­вя­щемся против него заго­воре, стра­дал физи­че­ски и нрав­ственно, так и Спа­си­тель, зная и о пре­да­тель­стве Иуды, и об отступ­ле­нии уче­ни­ков, и о пред­сто­я­щих Ему крест­ных муках, испы­ты­вал тяг­чай­шие стра­да­ния. Слова о “грехах”, о “без­за­ко­ниях”, о “безу­мии” страж­ду­щего надо пони­мать, по тол­ко­ва­нию св. отцов, как взятые Им на Себя грехи и без­за­ко­ния всего мира (ст. 4–6, 19). Гос­поди, пред Тобою все жела­ние Мое и воз­ды­ха­ние Мое от Тебя не утаися (ст. 10) – эти слова свт. Афа­на­сий Алек­сан­дрий­ский соот­но­сит со сло­вами Спа­си­теля, ска­зан­ными Им на Тайной Вечери уче­ни­кам: “Очень желал Я есть с вами сию Пасху прежде Моего стра­да­ния” (Лк.22:15) [6]. Стих 11 – сердце мое смя­теся, остави Мя сила Моя и свет очию Моею и той несть со Мною – св. отцы тол­куют как про­ро­че­ское слово Христа об Его уче­ни­ках, кото­рые, хотя и были ему вер­ными, как свет очей Его, однако же бежали во время Его крест­ных стра­да­ний (Мф.26:56) [5]. Во время суда синед­ри­она и у Понтия Пилата Он молчал и не оправ­ды­вался (ср. Мф.26:27, 14 и Пс.37:15). Он доб­ро­вольно пошел на крест­ные муки (ст. 18), во время кото­рых молился Отцу Своему: не остави Мене, Гос­поди Боже Мой, не отступи от Мене, вонми в помощь Мою, Гос­поди спа­се­ния Моего! – так похожи эти слова на про­из­не­сен­ные Им в пред­смерт­ный час извест­ные слова 21-го псалма.

Псалом имеет над­пи­са­ние: в вос­по­ми­на­ние о суб­боте, то есть о дне покоя, о свя­щен­ном дне, кото­рым так доро­жили евреи (Исх.20:8–10, 35, 2). К этому дню Иисус Хри­стос совер­шил Свою спа­си­тель­ную жертву о всем мире, и пре­чи­стое Его тело упо­ко­и­лось во гробе (Мф.27:57–66, Лк.23:56).

Псалом 62

Этот псалом в про­ро­че­ском своем зна­че­нии отно­сится к создан­ной Спа­си­те­лем Церкви. Так по тол­ко­ва­нию свтт. Кирилла и Афа­на­сия Алек­сан­дрий­ских, “жизнь”, то есть вет­хо­за­вет­ный образ житель­ства, – ничто по срав­не­нию с “мило­стию Божией”, то есть спа­се­нием во Христе, открыв­шемся всем, к Нему при­бе­га­ю­щим (ст. 4). В словах: яко от тука и масти да испол­нится душа моя и уст­нама радо­сти вос­хва­лят Тя уста моя (ст. 6) св. отцы видят ука­за­ние на спа­си­тель­ное Таин­ство Тела и Крови Хри­сто­вых [15]. “Дес­ни­цею Отчей”, по свт. Афа­на­сию Алек­сан­дрий­скому, пророк назы­вает Христа Спа­си­теля, при­ни­ма­ю­щего всех, обра­ща­ю­щихся к Нему (ст. 9). Тако­вые, по словам свт. Кирилла Алек­сан­дрий­ского, “вво­дятся дес­ни­цею Его, то есть Хри­стом”. Это цар­ствен­ный народ, хри­сти­ане, кото­рые спо­до­бятся Цар­ствия Небес­ного, а потому спра­вед­ливо име­ну­ются “царями” (ст. 12) [6](См. также 1Кор.4:8. – Прим. авт.).

Псалом 87

По объ­яс­не­нию св. отцов (Афа­на­сий Алек­сан­дрий­ский, Евсе­вий Кеса­рий­ский), этот псалом про­ро­че­ствует о смерти Христа и о соше­ствии Его во ад (ст. 4–7). При таком тол­ко­ва­нии ста­но­вится понят­ным над­пи­са­ние: о Маелефе, то есть о лико­ва­нии (духов­ном), как бы про­ти­во­ре­ча­щее скорб­ному содер­жа­нию псалма. По соше­ствии душой во ад Спа­си­тель осво­бо­дил томив­шихся там пра­вед­ни­ков, кото­рые и ликов­ствуют сов­местно с анге­лами [10]. Приняв за нас доб­ро­воль­ную смерть – в мерт­вых сво­бодь (ст. 5), Он снял про­кля­тие (“ярость” Божию) с рода чело­ве­че­ского, оста­но­вил “волны”, нака­тив­ше­гося на него “гнева” Божия (ст. 8:17).

В этом псалме гово­рится и о скорби Спа­си­теля о Своем народе, не при­няв­шем Его (ст. 10:19), и об уче­ни­ках, оста­вив­ших Его во время муче­ний (ст. 9:19). Весь псалом, пони­ма­е­мый в мес­си­ан­ском смысле, – это молитва Христа к Своему Отцу.

Псалом 102

Отно­си­тельно этого псалма свт. Афа­на­сий Алек­сан­дрий­ский пишет: “Народ новый из языч­ни­ков сим псал­мом поуча­ется пес­но­сло­вить Бога, вели­кого бла­го­де­теля. Бла­го­де­я­ния же сии суть изгла­жде­ние греха и слава Вос­кре­се­ния” [6]. Это псалом о ново­за­вет­ной Церкви, о тех духов­ных дарах, кото­рые принес Спа­си­тель чело­ве­че­ству: “очи­ще­ние от без­за­ко­ний” (то есть отпу­ще­ние грехов в таин­стве пока­я­ния), “исце­ле­ние от неду­гов” (ст. 3), “избав­ле­ние от истле­ния”, то есть от власти диа­вола и стра­стей и даро­ва­ние Своим чадам “мило­сти и щедрот” (ст. 4) и испол­не­ние их “благих жела­ний” (ст. 5). Спа­си­тель, поправ Своею смер­тию смерть, открыл людям путь ко спа­се­нию, воз­мож­ность обнов­ле­ния души (ст. 5) в таин­стве кре­ще­ния. Как пишет блаж. Фео­до­рит, “и сие обнов­ле­ние во святом кре­ще­нии даро­вал нам также Вла­дыка и, отсекши вет­хость греха, из соста­рив­шихся соде­лал юными (см. Ис.40:31)” [9]. Тема мило­сер­дия Божия к греш­ному чело­ве­че­ству крас­ной нитью про­хо­дит через весь псалом (ст. 4:6, 8:11, 13:17).

Св. отцы видят в этом псалме и ука­за­ние на буду­щее вос­кре­се­ние мерт­вых и даро­ва­ние чело­веку нового нетлен­ного тела (ст. 3–5). В срав­не­нии души чело­века с паря­щим орлом, кото­рый “открыто может смот­реть на свет солнца”, свт. Евсе­вий видит ука­за­ние на “буду­щую жизнь в ее край­нем свете”[5]. И далее он же пишет: “А этот орел есть Хри­стос, Кото­рый после Своего воз­не­се­ния воссел на Небеси на Пре­стол одес­ную Отца, и Цар­ство Его всеми обла­дает” (ст. 19). Мес­си­ан­ская тема псалма вводит нас в Новый Завет. Посему этот псалом поется в празд­нич­ные дни на Литур­гии (входит в состав изоб­ра­зи­тель­ных анти­фо­нов).

Псалом 142

По тол­ко­ва­нию свт. Афа­на­сия Алек­сан­дрий­ского, этот псалом откры­ва­ется молит­вой про­рока, кото­рый “от лица всего чело­ве­че­ства, гони­мого и при­тес­ня­е­мого пре­об­ла­да­ю­щим сата­ной, умо­ляет Бога Отца осво­бо­дить его при­ше­ствием Еди­но­род­ного” [6]. Пророк напо­ми­нает древ­ние обе­то­ва­ние о Мессии (ст. 5), “молится, чтобы насту­пило утрен­нее Вос­кре­се­ние Хри­стово, Кото­рым мы поми­ло­ваны” (ст. 8). Утро – время Вос­кре­се­ния Спа­си­теля, ука­зав­шего нам путь, по кото­рому должен идти каждый хри­сти­а­нин (ст. 8). Этот “путь”, по словам свт. Афа­на­сия, – Еван­гель­ское учение, но этим словом также име­ну­ется и Сам Хри­стос (Ин.14:6).

В псалме при­кро­венно пока­заны гоне­ния на Христа, Его стра­сти, крест­ная смерть, поло­же­ние во гроб (ст. 3). “Смя­те­ние сердца” (ст. 4), по словам свт.Иоанна Зла­то­уста, “озна­чает крайне вели­кую скорбь”, о кото­рой гово­рит сам Спа­си­тель (Ин.12:27, Мк.14:33–34), а ст. 7 – исчезе дух. Мой, не отврати Лица Твоего от Мене – св. отцы тол­куют как “глас Хри­стов к Богу Отцу во время стра­сти” [15] (ср. Пс.21:2–3).

Псалом обрам­ля­ется темой правды и истины Божией (ст. 1:11). Помимо своего пря­мого зна­че­ния, это – имена Сына Божия; а милость Божия, в мес­си­ан­ском пони­ма­нии, – это “пре­чи­стые стра­сти Хри­стовы” [15]. В 142‑м псалме содер­жится и учение о Святом Духе. Свт. Васи­лий Вели­кий, объ­яс­няя 10 стих псалма, под­чер­ки­вает, что бла­го­дать Духа Свя­того – “не при­об­ре­тен­ная, а нахо­дя­ща­яся в самой при­роде Его” [5]. А “земля правая” (ст. 10), в кото­рую входит пра­вед­ник по бла­го­дати Духа Свя­того, есть Цар­ствие Небес­ное [15]. Таким обра­зом, этот псалом в при­кро­вен­ной форме гово­рит о Святой Троице.

^ Заклю­че­ние

Вер­немся к вопросу, постав­лен­ному в начале нашей работы: чем опре­де­ля­ется набор псал­мов, вхо­дя­щих в Шесто­псал­мие? Если искать фор­мально-логи­че­ское объ­яс­не­ние, то ответ может быть таким: это именно та после­до­ва­тель­ность псал­мов, кото­рая, обла­дая при­зна­ками, ука­зан­ными в “Тол­ко­вом типи­коне”, наи­луч­шим обра­зом впи­сы­ва­ется в состав Утрени. Молит­вен­ный настрой, содер­жа­ние псал­мов, их вза­и­мо­свя­зан­ность, сти­ли­сти­че­ская одно­род­ность и внут­рен­няя дина­мич­ность – все это заме­ча­тельно пере­дает состо­я­ние пере­хода от Вечерни к Утрени, от вре­мени вет­хо­за­вет­ного к ново­за­вет­ному. Но почему именно эти псалмы, а не другие? Ведь выше­при­ве­ден­ным тре­бо­ва­ниям удо­вле­тво­ряют многие псалмы, так что, пере­би­рая по Псал­тири вари­анты “шесто­псал­мий”, мы полу­чили бы не одно, а мно­же­ство реше­ний. Ответ может быть только один: автор Шесто­псал­мия был ведом Духом Святым. Будучи бого­дух­но­вен­ным тво­ре­нием, Шесто­псал­мие вклю­чает в себя много больше, чем то, что может охва­тить чело­ве­че­ский ум. Оно гото­вит нас к встрече со Хри­стом. Эта клю­че­вая мысль Шесто­псал­мия про­ни­зы­вает все его содер­жа­ние, вклю­чая и сим­во­лику бого­слу­же­ния. В Шесто­псал­мии все не слу­чайно. Псал­мо­пе­вец Давид и исто­ри­че­ские собы­тия, отра­жен­ные в псал­мах, про­об­ра­зуют Христа Спа­си­теля и собы­тия Его земной жизни. Мес­си­ан­ская тема, зву­ча­щая в Шесто­псал­мии, – это сжатое опи­са­ние крест­ных стра­да­ний Спа­си­теля, Его смерти и вос­кре­се­ния. Шесто­псал­мие гово­рит о Церкви Хри­сто­вой, о спа­си­тель­ных таин­ствах, уста­нов­лен­ных Хри­стом. В своем духовно-нрав­ствен­ном пони­ма­нии Шесто­псал­мие пред­став­ляет собой крат­кое изло­же­ние основ хри­сти­ан­ской аске­тики: оно пока­зы­вает путь ко Христу. Зако­но­мер­но­сти, про­яв­ля­ю­щи­еся в ком­по­зи­ции Шесто­псал­мия, суть духов­ные законы, кото­рым сле­дует в своем дви­же­нии ко Христу душа хри­сти­ан­ская, оли­це­тво­ря­ю­щая собою всю Цер­ковь Хри­стову. Во время чтения Шесто­псал­мия душа каж­дого моля­ще­гося про­хо­дит этот путь и в радост­ном ожи­да­нии спа­се­ния рас­кры­ва­ется навстречу Гря­ду­щему Спа­си­телю, о Кото­ром тор­же­ственно воз­ве­щает Цер­ковь: “Бог Гос­подь и явися нам, бла­го­сло­вен Грядый во имя Гос­подне!”


Лите­ра­тура

1. Ска­бал­ла­но­вич М. Тол­ко­вый типи­кон. Киев, 1913.
2. Тол­ко­ва­ние на Шестол­сал­мие. М., 1996.
3. П. В‑ский. Смысл и ком­по­зи­ция Шесто­псал­мия / ЖМП, №10:1968.
4. Виш­ня­ков Н., свящ. О про­ис­хож­де­нии Псал­тири. СПб., 1875.
5. Евфи­мий Зига­бен. Тол­ко­вая Псал­тирь. Киев, 1882.
6. Афа­на­сий Вели­кий, свт. Тво­ре­ния, т. IV, М., 1902.
7. Тол­ко­вая Библия. Сток­гольм, 1987.
8. Иоанн Зла­то­уст, свт. Беседы на псалмы. М., 1860.
9. Фео­до­рит, еп. Кир­ский. Тво­ре­ния. М., 1856.
10. Гри­го­рий Нис­ский, свт. О над­пи­са­нии псал­мов. Тво­ре­ния. М., 1861.
11. Авгу­стин, еп. Инно­кий­ский. О граде Божием. Киев, 1907.
12. Иоанн Мосх. Луг духов­ный. Сер­гиев Посад, 1896.
13. Максим Испо­вед­ник. Тво­ре­ния, кн. II, М., 1994.
14. Максим Грек. Сочи­не­ния, ч. III. Сер­гиев Посад, 1911.
15. Псал­тирь с крат­ким тол­ко­ва­нием. Киев, 1726. (Репр. изд. М., 1994.).

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки