Библия и ислам

Как рас­ска­зать мусуль­ма­нам о Еван­ге­лии

Бессам М. Медани

Оглав­ле­ние:



К чита­телю

Доктор Бессам М. Медани обла­дает более чем трид­ца­ти­лет­ним опытом бла­го­вест­во­ва­ния мусуль­ма­нам, прево­сходно раз­би­ра­ется в осо­бен­но­стях мусуль­ман­ской куль­туры и образа мыслей, и у нас есть все осно­ва­ния надеять­ся, что зна­ком­ство с его книгой поз­во­лит хри­сти­а­нам из­бежать многих ошибок, кото­рые нередко допус­кают не­опытные хри­сти­ане, стре­мясь позна­ко­мить мусуль­ман с бла­го­вест­во­ва­нием Хри­сто­вым.

Рос­сий­ские мусуль­мане, в целом, далеки от политиче­ского экс­тре­мизма или, тем более, тер­ро­ризма, однако они искренне убеж­дены в своем долге нести Коран нему­сульманам. Мусуль­ман­ское мис­си­о­нер­ство, в том числе обра­щен­ное к людям тра­ди­ци­онно хри­сти­ан­ской культу­ры, — явле­ние, уже доста­точно оче­вид­ное, кото­рое в даль­ней­шем будет только раз­ви­ваться. Пред­ска­за­ния о пре­вра­ще­нии России в пре­иму­ще­ственно мусуль­ман­скую страну можно счесть пре­уве­ли­че­нием, но серьез­ность про­блемы едва ли стоит пре­умень­шать. Наша миссия состоит не только в том, чтобы про­по­ве­до­вать Еван­ге­лие мусуль­манам, но и в том, чтобы найти под­линно хри­сти­ан­ский ответ на мусуль­ман­скую про­по­ведь.

Очень важно пом­нить о глав­ном выводе, кото­рый делает Бессам М. Медани — в первую оче­редь необ­хо­димо доне­сти до мусуль­ман биб­лей­ское поня­тие греха и его ужасаю­щих послед­ствий. Мы при­выкли к осо­зна­нию того, что все люди грешны и нуж­да­ются в искуп­ле­нии. Важно пом­нить, что для мусуль­ман это не так. В исламе при­нято счи­тать, что люди сами по себе вполне спо­собны уго­дить Богу и обре­сти вечное спа­се­ние.

Совет Бес­сама М. Медани обра­тить вни­ма­ние именно на эту сто­рону раз­но­гла­сий между нами и мусульмана­ми — плод глу­бо­кого знания пред­мета и бога­того опыта. Наша задача состоит, прежде всего, не в том, чтобы «пере­спо­рить» мусуль­ман в обла­сти бого­сло­вия, филосо­фии или Еван­гель­ской исто­рии, но в том, чтобы помочь им уви­деть и осо­знать нашу общую нужду в Спа­си­теле.

Сергей Худиев,
дирек­тор Хри­сти­ан­ской Биб­лио­теки,
Москва.

Пре­ди­сло­вие автора к изда­нию 1987 г. на англий­ском языке

Сейчас о воз­рож­де­нии ислама знают почти все. Суще­ствует несколько причин вне­запно воз­рос­шего инте­реса к этой рели­гии, суще­ству­ю­щей уже почти 1400 лет. Неко­то­рые из них — поли­ти­че­ского харак­тера, другие — эко­но­ми­че­ского, есть и рели­ги­оз­ные при­чины. Мои же инте­ресы лежат в плос­ко­сти хри­сти­ан­ской мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти в ислам­ском мире.

Из всего мно­же­ства рели­гий ислам, пожа­луй, един­ствен­ная рели­гия, кото­рая носит ярко выра­жен­ный анти­хри­сти­ан­ский харак­тер. Со вре­мени своего воз­ник­но­ве­ния в VII веке ислам рас­про­стра­нялся в основ­ном за счет бывших хри­сти­ан­ских тер­ри­то­рий. Хри­сти­ане на этих заво­е­ван­ных тер­ри­то­риях были слабы и раз­об­щены, поэтому многие из них были обра­щены в ислам. Исто­ри­че­ски хри­сти­ане запад­ного мира почти посто­янно вели борьбу с мусуль­ма­нами — в Испа­нии и в восточ­ной Европе. Позд­нее кре­сто­носцы пыта­лись осво­бо­дить Святую землю.

Хри­сти­ан­ская миссия в исламе нача­лась в XIX веке. Выда­ю­щи­еся люди были при­званы Богом зало­жить фун­да­мент мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти. Затем после­до­вали пере­вод Библии, орга­ни­за­ция еван­гель­ских церк­вей, откры­тие боль­ниц, дет­ских при­ютов и школ, нужда в кото­рых в то время была очень велика.

Мне выпала честь рабо­тать мис­си­о­не­ром на радио, вещав­шем на страны араб­ского мира с июня 1958 г. После трид­цати лет бла­го­вест­во­ва­ния о Еван­ге­лии и биб­лей­ских чтений я сви­де­тель­ствую: «Для слова Божия нет уз» (2Тим. 2:9). В еже­днев­ных про­по­ве­дях на меж­ду­на­род­ном уровне я сумел раз­вить биб­лей­ский способ пре­по­да­ва­ния хри­сти­ан­ской веры мусуль­ма­нам с исполь­зо­ва­нием Библии в каче­стве учеб­ника. Бла­го­даря дей­ствию Свя­того Духа этот способ ока­зался доста­точно эффек­тив­ным.

Стиль изло­же­ния этой книги объ­яс­ня­ется ее про­ис­хож­де­нием. Она была под­го­тов­лена на основе лекций, пред­на­зна­чен­ных сту­ден­там, чьи позна­ния в исламе были недо­ста­точ­ными. Направ­лен­ность книги обу­слов­лена уни­каль­но­стью ислама и невер­ным вос­при­я­тием в нем хри­сти­ан­ской веры.

Вы также заме­тите, что я следую опре­де­лен­ной тра­ди­ции — рефор­мат­скому насле­дию. Это не значит, что мое пони­ма­ние Библии отя­го­щено пред­рас­суд­ками, свя­зан­ными с дог­ма­ти­че­ским под­хо­дом к ее пре­по­да­ва­нию. Скорее, изу­че­ние Свя­того Писа­ния уси­лило мою при­вер­жен­ность рефор­мат­ской тра­ди­ции. Рас­про­стра­няя благую весть среди мусуль­ман, я чув­ствую себя уве­рен­нее глав­ным обра­зом бла­го­даря знанию основ­ных поло­же­ний рефор­мат­ской веры. Это также озна­чает, что я пол­но­стью убеж­ден в уни­каль­ной роли Библии для мис­си­о­нер­ства. Не о запад­ной куль­туре я рас­ска­зы­вал по радио, а об осво­бож­да­ю­щем слове Гос­пода. Мусуль­ма­нам редко при­хо­дится слы­шать Слово Божье на родном языке. Боль­шин­ство из них нико­гда не видели Библию.

Я также пола­гаю, что фор­маль­ное отно­ше­ние к Библии — Слову Божьему не помо­жет тому, кто гото­вит себя к мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти среди мусуль­ман. Мы должны осо­знать пред­на­зна­че­ние Слова. В этой книге под­чер­ки­ва­ется иску­пи­тель­ный харак­тер Еван­ге­лия. В основе биб­лей­ского откро­ве­ния лежат жизнь и слу­же­ние Гос­пода Иисуса Христа. Ислам застав­ляет нас снова и снова гово­рить о том, что Мессия пришел не просто учить и исце­лять, но иску­пить свой народ от греха.

Кроме того, я убеж­ден, что наше цен­траль­ное рас­хож­де­ние с исла­мом — не в веро­учи­тель­ном под­ходе к Богу и Христу, а в учении о чело­веке. Мусуль­ман убеж­дают, что чело­век не грешен в биб­лей­ском смысле этого слова — сле­до­ва­тельно, он не нуж­да­ется в искуп­ле­нии. Это озна­чает, что мы должны осо­бенно выде­лять биб­лей­ское учение о том, что Мессия пришел от Бога именно для того, чтобы сра­зиться с ужа­са­ю­щим цар­ством греха.

Если по мило­сти Божьей мы сумеем объ­яс­нить мусуль­ма­нам их нужду в Спа­си­теле, пока­зать, что Бог послал Мессию Иисуса быть их Спа­си­те­лем, тогда тра­ди­ци­он­ные про­блемы, каса­ю­щи­еся учения о Троице и Бого­сы­нов­стве Иисуса отпа­дут сами собой.

В это изда­ние добав­лена новая глава. Я почув­ство­вал необ­хо­ди­мость вклю­чить мате­риал о так назы­ва­е­мом ислам­ском фун­да­мен­та­лизме. Это дви­же­ние невоз­можно игно­ри­ро­вать. Я убеж­ден, что в исламе дей­ствует не только сила. Есть много здра­во­мыс­ля­щих мусуль­ман, кото­рые отка­зы­ва­ются идти путем фун­да­мен­та­лизма. Мы должны знать об их вли­я­нии на моло­дое поко­ле­ние. Я назы­ваю этих актив­ных мусуль­ман рефор­ма­то­рами. Они пред­ло­жили свою соб­ствен­ную про­грамму, чтобы отве­тить на вызов вре­мени. В отли­чие от экс­тре­ми­стов, про­слав­ля­ю­щих про­шлое и пыта­ю­щихся как мир­ными, так и насиль­ствен­ными сред­ствами уста­но­вить тео­кра­тию, рефор­ма­торы стре­мятся к син­тезу сущ­но­сти ислама, с одной сто­роны, и позна­нием окру­жа­ю­щего мира, с другой.

Хочу выра­зить бла­го­дар­ность моей жене Ширли, чья под­держка помогла появиться насто­я­щему изда­нию. Ее работа над редак­ти­ро­ва­нием книги была просто неоце­нима.

Как хри­сти­ане, кото­рым Гос­подь пору­чил про­воз­гла­шать Благую весть до края земли и до конца времен, мы должны пом­нить о 900 мил­ли­о­нах мусуль­ман, чьей насущ­ной нуждой явля­ется позна­ние Благой вести об искуп­ле­нии. Ибо нет дру­гого имени под небом, дан­ного людям, кото­рым над­ле­жало бы нам спа­стись (Деян. 4:12).

Бессам Майкл Медани,
про­по­вед­ник араб­ского радио­ве­ща­ния
«The Back to God Hour», 1987

Пре­ди­сло­вие автора к рус­скому изда­нию 2001 г.

После 11 сен­тября 2001 года мир стал иным. Новый век открылся ката­стро­фой, кото­рая пока­зала всем уяз­ви­мость нашего сво­бод­ного мира и совре­мен­ной циви­ли­за­ции. Лидеры миро­вых держав пре­сле­дуют неви­ди­мого врага, кото­рого не сдер­жи­вают обыч­ные гра­ницы вою­ю­щих сторон. Сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции сосре­до­то­чены на выяс­не­нии причин напа­де­ния тер­ро­ри­стов на Нью-Йорк и Вашинг­тон. Но по сути дела борьба идет не столько между исла­ми­стами (новое назва­ние для ради­каль­ных мусуль­ман) и Запа­дом, сколько внутри самого мусуль­ман­ского мира.

В 1995 году я пере­вел обзор книг, кото­рый был опуб­ли­ко­ван в том же году в араб­ской газете в Каире. Заго­ло­вок обзора гласил: «Рели­ги­оз­ный ради­ка­лизм и труд­но­сти демо­кра­тии в мусуль­ман­ском мире». В пре­ди­сло­вии к обзору я напи­сал сле­ду­ю­щее:

«В тече­ние многих лет я с боль­шим инте­ре­сом зна­ко­мился с рабо­тами арабо-мусуль­ман­ских интел­лек­ту­а­лов уме­рен­ного толка, кото­рых я назы­ваю рефор­ма­то­рами. Что каса­ется ради­каль­ных мусуль­ман, их взгляды и дея­тель­ность известны сего­дня всем. Они меч­тают о воз­рож­де­нии преж­него ислам­ского порядка, суще­ство­вав­шего при системе хали­фата. Их миро­воз­зре­ние по боль­шей части уто­пично; в попытке создать иде­аль­ное ислам­ское обще­ство они не оста­но­вятся ни перед чем. Мой про­гноз в отно­ше­нии этого дви­же­ния таков: в тече­ние двух-трех деся­ти­ле­тий ради­каль­ный ислам про­де­мон­стри­рует свою полную несо­сто­я­тель­ность. Самая тяже­лая ноша падает на мусуль­ман уме­рен­ных взгля­дов. Они должны пред­при­ни­мать огром­ные усилия, чтобы предот­вра­тить ката­строфы, кото­рые могут быть вызваны дей­стви­ями фана­ти­ков. Именно на уме­рен­ных рефор­ма­то­рах лежит ответ­ствен­ность за выдви­же­ние про­граммы созда­ния истинно мусуль­ман­ского порядка и обще­ства, кото­рое будет спо­собно сосу­ще­ство­вать с тех­но­ло­ги­че­ской циви­ли­за­цией XXI века».

Так я писал семь лет назад. Сего­дня, после собы­тий 11 сен­тября, я вынуж­ден при­знать, что уме­рен­ные рефор­ма­торы не спра­ви­лись со своей зада­чей. Исла­ми­сты неистов­ствуют по-преж­нему. Они при­ко­вы­вают к себе вни­ма­ние толпы у себя на родине и ста­но­вятся глав­ной темой ново­стей во всем мире.

Ответ со сто­роны хри­сти­ан­ского сооб­ще­ства не должен сво­диться к под­дер­жа­нию мер, направ­лен­ных на пре­кра­ще­ние тер­рора. Мы по-преж­нему будем нести Благую Весть после­до­ва­те­лям ислама. Благая Весть Иисуса Христа сего­дня, как и всегда, — спа­се­ние вла­стью Божьей всех веру­ю­щих. Мусуль­ма­нам нужно рас­ска­зы­вать о Слове Божьем, и в первую оче­редь об искуп­ле­нии и осво­бож­де­нии в Иисусе Христе, о Божьем цар­стве, насто­я­щем и гря­ду­щем.

Именно об этом гово­рится в «Библии и исламе». Особое зна­че­ние в ней уде­ля­ется иску­пи­тель­ному харак­теру Слова Божьего. В отли­чие от ислама, кото­рый учит, что доста­точно познать законы Бога, чтобы полу­чить спа­се­ние, Библия утвер­ждает, что Бог не просто гово­рил, но и дей­ство­вал в исто­рии, когда Слово Его стало плотью и пре­бы­вает среди нас. Вопло­тив­ше­еся Слово стало Агнцем Божиим, осво­бож­да­ю­щим мир от греха.

Если до 11 сен­тября 2001 года мис­си­о­нер­ская дея­тель­ность среди мусуль­ман, при всем ее зна­че­нии, была уделом немно­гих, то теперь все хри­сти­ане должны при­нять уча­стие в этом вели­ком труде. Нужно изу­чать ислам и жизнь мусуль­ман, хорошо знать Слово Божье, глу­боко его осмыс­ли­вать и нести Благую весть всем, вклю­чая мусуль­ман, насе­ля­ю­щих Россию и рес­пуб­лики Цен­траль­ной Азии и Закав­ка­зья.

Бессам М. Медани

Вве­де­ние

Мусуль­ман­ская рели­ги­оз­ная тра­ди­ция утвер­ждает, что хри­сти­ане фаль­си­фи­ци­ро­вали Святое Писа­ние, и что это иска­же­ние, веро­ятно, про­изо­шло до эпохи рас­про­стра­не­ния ислама.

Мусуль­мане не знают ни одной книги Вет­хого Завета, за исклю­че­нием книг Моисея и Давида. Они изум­ля­ются, находя в Новом Завете четыре Еван­ге­лия, Деяния Апо­сто­лов, мно­же­ство Посла­ний и таин­ствен­ную книгу под назва­нием Откро­ве­ние Иоанна Бого­слова (Апо­ка­лип­сис). Совер­шенно неожи­дан­ным для них ока­зы­ва­ется тот факт, что Библия состоит из 66 книг. Поэтому осо­бенно важно с любо­вью и тер­пе­нием разъ­яс­нять им, что Слово Божье вклю­чает две части: 39 книг Вет­хого Завета и 27 книг Нового Завета.

Жела­тельно изме­нить суще­ству­ю­щий в англий­ских Биб­лиях поря­док сле­до­ва­ния книг Вет­хого Завета. Я пред­по­чи­таю древ­не­ев­рей­ское деле­ние: Моисей, Про­роки и Псалмы, (или Писа­ния). Моисей — это Пяти­кни­жие, кото­рое мусуль­мане знают как «Таурат». Про­роки вклю­чают Книги Иисуса Навина, Судей, Царств, Исаии, Иере­мии, Иезе­ки­иля, Осии, Иоиля, Амоса, Авдия, Ионы, Михея, Наума, Авва­кума, Софо­нии, Аггея, Заха­рии и Мала­хии. Третья часть Вет­хого Завета известна как Писа­ния. К ней отно­сятся сле­ду­ю­щие Книги: Псалмы, Притчи, Иов, Песнь песней, Руфь, Плач Иере­мии, Еккле­си­аст, Есфирь, Даниил, Ездра, Неемия, I и II Пара­ли­по­ме­нон. Поскольку в начале этого раз­дела поме­щена Книга псал­мов, то часто весь он име­ну­ется Псалмы.

Говоря о Новом Завете, необ­хо­димо опро­верг­нуть утвер­жде­ние, что суще­ствует несколько Еван­ге­лий. Мы должны наста­и­вать на том, что суще­ствует только одно Еван­ге­лие (Инджил) и что Еван­ге­лие — это прежде всего Благая весть. Именно это и озна­чает «инджил», т.е. «еван­ге­лие». Это не книга, кото­рую, как посто­янно учат мусуль­ман, Иисус полу­чил с небес.

По своему содер­жа­нию Слово Божье — это и закон, и Еван­ге­лие. Необ­хо­димо знать араб­ское слово «шариа» (закон). Пове­ле­ния Бога, как и его обе­то­ва­ния, содер­жатся во всем Св. Писа­нии. Благую весть Иисуса нельзя сво­дить только к Еван­ге­лиям по Матфею, Марку, Луке и Иоанну.

К боль­шому сожа­ле­нию, нередко мы сами уси­ли­ваем непо­ни­ма­ние мусуль­ма­нами хри­сти­ан­ской веры, говоря «от» Матфея, Марка, Луки или Иоанна. Мы должны строго при­дер­жи­ваться гре­че­ского ори­ги­нала и поль­зо­ваться пред­ло­гом «согласно», или «по». Не сле­дует созда­вать впе­чат­ле­ния, что у нас есть четыре Еван­ге­лия. У нас всего одно Еван­ге­лие, и это Еван­ге­лие Гос­пода нашего Иисуса Христа.

По тра­ди­ции в Библии на араб­ском языке Еван­ге­лие назы­ва­ется «Инджил Мата». Дословно это озна­чает «Еван­ге­лие от Матфея». Мусуль­ма­нин удив­ля­ется при виде книги под назва­нием «Еван­ге­лие от Матфея». Он спра­ши­вает: «А где же Еван­ге­лие от Мессии Иисуса?» Вам это, воз­можно, пока­жется несу­ще­ствен­ным. Но не надо забы­вать, что это только добав­ляет пута­ницы к «багажу», полу­чен­ному в наслед­ство мусуль­ма­ни­ном. Он ищет Еван­ге­лие под назва­нием «Еван­ге­лие от Иисуса», а хри­сти­ане вместо этого пред­ла­гают ему Еван­ге­лие от Матфея, Марка, Луки или Иоанна. Это при­во­дит его в заме­ша­тель­ство.

Есть неко­то­рые вещи, кото­рые мусуль­мане реши­тельно отвер­гают, и это заде­вает наши чув­ства — напри­мер, крест Иисуса Христа. Тем не менее, бла­го­вест­вуя мусуль­ма­нину о Гос­поде нашем Иисусе Христе, нам нужно про­яв­лять как можно больше такта. Поэтому важно под­черк­нуть, что у нас только одно Еван­ге­лие, како­вое и нахо­дим в виде полной Библии. Напри­мер, Посла­ние к рим­ля­нам можно интер­пре­ти­ро­вать как «Еван­ге­лие по Павлу». Было бы полезно начать изу­че­ние Библии именно с этой книги, поскольку она дает наи­бо­лее ясное и систе­ма­ти­зи­ро­ван­ное пред­став­ле­ние о Еван­ге­лии Гос­пода и Спа­си­теля нашего Иисуса Христа.

ЧАСТЬ I. ЕВАН­ГЕ­ЛИЕ

Глава первая. Еван­ге­лие по апо­столу Павлу

Про­по­ведь Еван­ге­лия

«Павел, раб Иисуса Христа, при­зван­ный Апо­стол, избран­ный к бла­го­ве­стию Божию, кото­рое Бог прежде обещал чрез про­ро­ков Своих, в святых писа­ниях, о Сыне Своем, Кото­рый родился от семени Дави­дова по плоти и открылся Сыном Божиим в силе, по духу свя­тыни, чрез вос­кре­се­ние из мерт­вых, о Иисусе Христе Гос­поде нашем, чрез Кото­рого мы полу­чили бла­го­дать и апо­столь­ство, чтобы во имя Его поко­рять вере все народы, между кото­рыми нахо­ди­тесь и вы, при­зван­ные Иису­сом Хри­стом» (Рим. 1:1–6). Как только вы нач­нете читать Писа­ние мусуль­ма­нам, вы сразу столк­не­тесь с мно­же­ством вопро­сов. Неко­то­рые из них будут свя­заны с непо­ни­ма­нием опре­де­лен­ных момен­тов хри­сти­ан­ского учения. Вам пона­до­бятся тер­пе­ние и доб­рота, даже в том случае, если и первая, и вторая попытки будут неудач­ными. Вы пой­мете, что со вре­ме­нем Гос­подь откроет им Себя через Писа­ние. Ваше дело — оста­ваться испол­нен­ным веры в Него и его Слово.

Имя Павла может вызвать дво­я­кую реак­цию. Мусуль­мане либо ничего о нем не слы­шали, либо они счи­тают его вели­чай­шим в исто­рии хри­сти­ан­ства него­дяем. Они могут заявить, что Павел при­ду­мал учение, кото­рое Иисус нико­гда не про­по­ве­до­вал. Мусуль­ман­ским ученым достав­ляло огром­ное удо­воль­ствие чтение все­воз­мож­ных кри­ти­че­ских статей. Стоит какой-нибудь ере­ти­че­ской статье появиться в лон­дон­ской или нью-йорк­ской газете, можете не сомне­ваться, что все это будет немед­ленно заме­чено, пере­ве­дено и пол­но­стью пере­пе­ча­тано в изда­ниях стран Ближ­него Востока. К сожа­ле­нию, запад­ные бого­словы сде­лали слиш­ком много заяв­ле­ний, отри­ца­ю­щих бес­цен­ные поло­же­ния хри­сти­ан­ской веры.

Нам не надо изви­няться за Павла. Он был верным слугой Иисуса Христа.

Нам при­дется разъ­яс­нять многие слова, начи­ная с имени Нашего Гос­пода. Слово «Хри­стос» пришло к нам из гре­че­ского текста Нового Завета. Оно явля­ется пере­во­дом еврей­ского слова «Мессия». При пере­воде Нового Завета на боль­шин­ство языков ислам­ского мира слово «Хри­стос» пере­да­ется как «аль-Масих», что и значит «Мессия».

«Иисус», или по-араб­ски «Йесуа», — еще одно слово, кото­рое ничего не гово­рит мусуль­ма­нам. Поэтому лучше объ­яс­нить все сразу, а не счи­тать само собой разу­ме­ю­щимся. Имя Иисус, или Йесуа, озна­чает Спа­си­тель. В араб­ском пере­воде Библии нашего Гос­пода зовут Йесуа аль-Масих. В Коране Мухам­мед обра­ща­ется к нашему Гос­поду «Иса». Поэтому до сих пор не пре­кра­ща­ются споры. Я совер­шенно уверен: мы не должны упо­треб­лять это имя. Это слово имеет слиш­ком много зна­че­ний, и мы не в состо­я­нии осво­бо­дить его от всех побоч­ных оттен­ков. Иначе говоря, когда вы про­из­но­сите «Иса аль-Масих», вы пере­да­ете ислам­ское пони­ма­ние Мессии. И вы не смо­жете изба­виться от этого смысла. Слово «Иса» в араб­ском языке вообще не имеет смысла. Но имя «Аль-Масих» имеет араб­ский корень и озна­чает «пома­зан­ник». Я пред­по­чи­таю назы­вать нашего Гос­пода — Иисус Мессия. Помните, вы всегда должны рас­кры­вать зна­че­ние слова Иисус (Спа­си­тель), на каком бы языке вы ни гово­рили.

Почему я обра­щаю на это вни­ма­ние? Потому что вы сразу даете понять мусуль­ма­нину, что лич­ность, о кото­рой вы гово­рите, — не просто пророк, как они пола­гают. Вы должны объ­яс­нить, что Иисус Мессия, Йесуа аль-Ма сих — это Спа­си­тель, по-араб­ски «алъ-Мухал­лес». Упо­треб­ляя это слово, вы даете понять мусуль­ма­нам, что хри­сти­ан­ство — рели­гия искуп­ле­ния. Это самая яркая черта нашей веры. Вы ожи­да­ете, что имя нашего Гос­пода — Спа­си­тель. Когда родился Иисус, Ангелы воз­ве­стили об этом так: «Ибо ныне родился вам в городе Дави­до­вом Спа­си­тель, Кото­рый есть Хри­стос Гос­подь» (Лук. 2:11).

Своего рода объ­яс­не­ние есть на стра­ни­цах Библии. Когда Ангел обра­тился к Иосифу, он сказал: «Он спасет людей Своих от грехов их» (Мф. 1:21). Затем упо­ми­на­ется имя Емма­нуил, кото­рое озна­чает «Бог с нами». Поэтому, исполь­зуя биб­лей­ское имя, тол­куйте, пояс­няйте его во всякой еван­ге­ли­за­ци­он­ной работе.

Апо­стол Павел про­воз­гла­шает, что он избран Иису­сом Хри­стом стать апо­сто­лом. По-араб­ски апо­стол — «расул». Мухам­мед зовется «расул». Суть ислама заклю­ча­ется в сле­ду­ю­щем: «Я сви­де­тель­ствую, что нет Бога кроме Аллаха, и Мухам­мед — апо­стол Аллаха». Итак, теперь мы рас­смат­ри­ваем Павла как совер­шенно осо­бен­ную лич­ность. Он апо­стол, «избран­ный и послан­ный Богом». По-араб­ски Бог — это «Аллах». Есте­ственно ожи­дать, что неко­то­рые хри­сти­ане не согла­сятся с этим. Я думаю, они не правы. Прежде всего, в араб­ском языке нет дру­гого слова для обо­зна­че­ния Бога, кроме слова «Аллах». К тому же это слово упо­треб­ля­лось задолго до появ­ле­ния ислама. Аллах — одно­ко­рен­ное слово и сино­ним древ­не­ев­рей­ского «Элохим». Поэтому оно при­над­ле­жит не только мусуль­ма­нам. В XIX сто­ле­тии аме­ри­кан­ские и ливан­ские ученые, пере­во­див­шие Библию на араб­ский, решили исполь­зо­вать для обо­зна­че­ния Бога слово «Аллах». Это было мудрое реше­ние.

В араб­ской версии Посла­ния к рим­ля­нам слово «инджил» упо­треб­ля­ется для обо­зна­че­ния Благой вести, а это и есть смысл Посла­ния. Еван­ге­лие — это благая весть о том, что Бог решил сде­лать ради искуп­ле­ния чело­века и как это завер­ши­лось в вопло­ще­нии Сына Божьего, в его стра­да­ниях, мучи­тель­ной смерти и чудес­ном вос­кре­се­нии.

Скорее всего вы сразу же столк­не­тесь с невер­ным пони­ма­нием Еван­ге­лия мусуль­ма­нами. Они счи­тают, что то была книга, кото­рая «сошла» с небес на Мессию. Он просто принял ее и был избран про­по­ве­до­вать ее детям Изра­иля. В этом, согласно Корану, и была миссия Мессии. И ни еди­ного слова об искуп­ле­нии!

Когда Павел назы­вает «инджил» благой вестью Бога, он тем самым утвер­ждает, что она имеет боже­ствен­ное про­ис­хож­де­ние. Благая весть при­пи­сы­ва­ется не только Иисусу Мессии, но и Богу-Отцу: «Кото­рое [бла­го­ве­стие] Бог прежде обещал через про­ро­ков Своих, в святых писа­ниях» (Рим. 1:2). Вы не должны забы­вать, что Еван­ге­лие — это Еван­ге­лие Бога. И пусть вас не сму­щает невер­ная трак­товка Еван­ге­лия мусуль­ма­нами. Наша Библия явля­ется Еван­ге­лием Бога и Еван­ге­лием Его Сына, и эти два опре­де­ле­ния не про­ти­во­ре­чат друг другу. Конечно, не было бы Еван­ге­лия, если бы Сын не родился от Девы Марии, не постра­дал при Понтии Пилате, не был распят, не умер, не был бы погре­бен и не вос­крес. Еван­ге­лие — это весть о Сыне Божьем.

Когда мы гово­рим «Сын Божий», мы совер­шаем в глазах мусуль­ман нечто ужас­ное. Они счи­тают это бого­хуль­ством. Это назы­ва­ется ширк, что на араб­ском языке озна­чает самый страш­ный грех, кото­рый чело­век может совер­шить по отно­ше­нию к Богу — главе всего сущего, т. е. допус­кая суще­ство­ва­ние Ему подоб­ных.

Мусуль­мане пони­мают Бога един­ствен­ным в един­ствен­ном лице. Они не пони­мают, как это у Бога может быть Сын. В Коране есть стих, кото­рый гласит, что «Он не был зачат, и Он не зачи­нает». Иными сло­вами, у мусуль­ман очень стран­ное пони­ма­ние хри­сти­ан­ской Троицы: как Бога, Марии и Иисуса.

В Коране гово­рится, что Мария, зачав­шая от Свя­того Духа, родила Мессию. Но мусуль­мане наста­и­вают, что то был просто чело­век. Более того, из опи­са­ния Свя­того Духа, дан­ного в Коране, нельзя сде­лать вывод о его боже­ствен­ной при­роде. Согласно исламу, Бог — един­ствен­ное лицо в полном смысле слова. Подроб­нее это учение рас­смат­ри­ва­ется во второй части насто­я­щей книги.

Павел гово­рит: «наш Гос­подь Иисус Хри­стос». Кто есть наш Гос­подь? Мусуль­ма­нам не нра­вится, когда это слово при­ла­га­ется к Иисусу Христу — Мессии. Они упо­треб­ляют слово «Гос­подь» только при­ме­ни­тельно к Аллаху. Как же можно назы­вать Иисуса Рабб, т.е. Гос­подь? Для них Он просто наби (пророк) и расул (апо­стол) Аллаха.

«Кото­рый родился от семени Дави­дова по плоти и открылся Сыном Божиим в силе, по духу свя­тыни, чрез вос­кре­се­ние из мерт­вых, о Иисусе Христе Гос­поде нашем» (Рим. 1:3–4). Здесь мусуль­мане бурно про­те­стуют, ибо в соот­вет­ствии с Кора­ном и мусуль­ман­ским пре­да­нием, Он нико­гда не был распят. В Коране есть стих, в кото­ром ска­зано, что враги рас­пяли не Его, а кого-то, похо­жего на Него. В согла­сии с неко­то­рыми своими пре­да­ни­ями мусуль­мане пола­гают, что на кресте рас­пяли Иуду Иска­ри­ота. Они аргу­мен­ти­руют тем, что Бог, послав такого вели­кого расула (апо­стола), как Иисус, сын Марии, нико­гда не поз­во­лил бы Его рас­пять.

Не все мусуль­мане воз­ра­жают против того, что стра­да­ние имеет иску­пи­тель­ную цен­ность. Шииты в Иране и Ираке отно­сятся к этой мысли с боль­шим ува­же­нием. Они явля­ются после­до­ва­те­лями Али, зятя Мухам­меда, чет­вер­того Халифа, уби­того во время граж­дан­ской войны, кото­рая разыг­ра­лась вскоре после смерти Мухам­меда.

В свете послед­ней фразы про­ци­ти­ро­ван­ного нами фраг­мента Посла­ния к рим­ля­нам вы можете рас­ска­зать об исто­ри­че­ской обста­новке того вре­мени. На Ближ­нем Востоке кое-где до сих пор сохра­ни­лись рим­ские дороги. Было бы полезно рас­ска­зать о многих людях — выход­цах из Иор­да­нии, Сирии, Ливана и Пале­стины и обос­но­вав­шихся в Риме. Наша глав­ная задача — найти общие темы, кото­рые помо­гут бла­го­вест­во­ва­нию среди мусуль­ман. Помните, что они очень чтят исто­рию, несмотря на то, что их пони­ма­ние биб­лей­ской исто­рии во многом иска­жено и иска­же­ния стали пре­да­нием и тра­ди­цией. Хри­сти­ане, рабо­та­ю­щие среди мусуль­ман, должны хорошо знать свя­щен­ную исто­рию, осо­бенно каса­ю­щу­юся района Сре­ди­зем­но­мо­рья в эпоху ранней Церкви. Неспро­ста тра­ди­ци­он­ное хри­сти­ан­ство зача­стую назы­вают исто­ри­че­ской верой.

Выводы апо­стола Павла

Обра­ща­ясь к стиху 16 первой главы Посла­ния к рим­ля­нам, мы читаем глав­ную мысль всей книги: «Я не сты­жусь бла­го­вест­во­ва­ния Хри­стова, потому что оно есть сила Божия ко спа­се­нию вся­кому веру­ю­шему, во-первых Иудею, потом и Еллину». Это живое посла­ние. Ваша задача — разъ­яс­нить Еван­ге­лие мусуль­ма­нам и молиться о том, чтобы Св. Дух открыл их сердца и помог им при­нять Его. Это ваша работа — выявить лже­уче­ние, кото­рое втол­ко­вы­ва­лось мусуль­ма­нам с момента воз­ник­но­ве­ния ислама. Вы должны объ­яс­нить, чем явля­ется Еван­ге­лие и чем оно не явля­ется.

Я считаю, что у Павла была серьез­ная при­чина напи­сать: «Я не сты­жусь бла­го­вест­во­ва­ния». Он хотел выра­зить свое убеж­де­ние в отри­ца­тель­ной форме. Когда он сказал, что не сты­дится Еван­ге­лия, он имел в виду, что многое в жизни Рим­ской импе­рии могло заста­вить сты­диться Еван­ге­лия. Само миро­воз­зре­ние греко-рим­ской циви­ли­за­ции было анта­го­ни­стично по отно­ше­нию к общей направ­лен­но­сти Еван­ге­лия, каким его про­воз­гла­шал Павел. Было иску­ше­ние пойти на ком­про­мисс, но Павел не под­дался ему. Поэтому, когда 16‑й стих пыта­ются трак­то­вать в утвер­ди­тель­ной форме, он теряет всю свою суть.

Еван­ге­лие — это не книга и не закон. Это власть Бога спа­сать каж­дого, кто уве­ро­вал. Было время, когда Библия суще­ство­вала только в виде Вет­хого Завета. Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной была гре­че­ская, пере­ве­ден­ная в Алек­сан­дрии, в Египте, и извест­ная как Сеп­ту­а­гинта. Есте­ственно, когда Благая весть была впер­вые про­воз­гла­шена в сре­ди­зем­но­мор­ском мире. Нового Завета еще не было. Его писа­ния фор­ми­ро­ва­лись посте­пенно. К сча­стью, этот период не слиш­ком затя­нулся, иначе после­ду­ю­щие поко­ле­ния не смогли бы верно понять миссию Христа.

Я обра­ща­юсь к исто­рии, чтобы под­черк­нуть, что Еван­ге­лие — это живое посла­ние Бога. Это посла­ние спа­се­ния. Благая весть от Бога про­хо­дит крас­ной нитью через всю Библию. Ее мы нахо­дим в Еван­ге­лии по Матфею, Марку, Луке и Иоанну, в Посла­нии к рим­ля­нам, в любой другой части Писа­ния. Этот факт сле­дует под­чер­ки­вать на про­тя­же­нии всей еван­ге­ли­за­ци­он­ной работы среди мусуль­ман. Если бы Еван­ге­лие было книгой закона, как пола­гают они, оно стало бы закон­ни­че­ским, лега­лист­ским доку­мен­том, неспо­соб­ным рас­крыть путь к спа­се­нию.

Мы знаем, что в Божьей власти дать спа­се­ние всем, кто верует. Но мусуль­мане вам скажут: «Мы и есть веру­ю­щие». Это очень важный аспект ислама. Веру­ю­щим, муумин (женск. р. муу­мина, мн. ч. муу­ми­нун), счи­тают мусуль­ма­нина, кото­рый объ­явил о своей вере в Аллаха и его апо­сто­лов.

Очень важно разъ­яс­нить, что слова «всякий веру­ю­щий» отно­сятся к веру­ю­щим во Христа, как об этом и ска­зано в Св. Писа­нии. Гос­подь Иисус, в кото­рого должен веро­вать мусуль­ма­нин, — это Хри­стос Свя­того Писа­ния, а не «Иса аль-Масих» Корана. Иса Корана не дает спа­се­ния.

Воз­вра­ща­ясь еще раз к вере, о кото­рой гово­рит Павел — «всякий веру­ю­щий» — мы гово­рим о вере в Христа из Аль-Китаб, т.е. из Книги, что по-араб­ски значит Библия. К сожа­ле­нию, хотя в Коране мы назы­ва­емся «люди Книги», мы не торо­пи­лись дать мусуль­ма­нам Библию на их родном языке на про­тя­же­нии целых сто­ле­тий.

Недавно в мона­стыре Св. Ека­те­рины на горе Синай в Египте была най­дена очень важная руко­пись. Это пере­вод Деяний и Посла­ний с древне­си­рий­ского языка на араб­ский, кото­рый был выпол­нен в 867 г. в Дамаске. Мне была предо­став­лена воз­мож­ность изу­чить араб­ский текст, опуб­ли­ко­ван­ный Инсти­ту­том изу­че­ния Нового Завета на Ближ­нем Востоке в Лувене (Бель­гия) сов­местно с Леван­тий­ским биб­лей­ским обще­ством. Я был рад узнать, что в тече­ние двух сто­ле­тий после того, как этот регион был заво­е­ван мусуль­ма­нами, боль­шая часть Библии была пере­ве­дена на араб­ский. Но в прак­ти­че­ское поль­зо­ва­ние араб­ская Библия не была дана арабам вплоть до 1860 года! Это отно­сится и к боль­шин­ству других языков ислам­ского мира, в част­но­сти, к урду, турец­кому и пер­сид­скому. В этом смысле мис­си­о­нер­ская дея­тель­ность среди мусуль­ман нача­лась совсем недавно.

Вникая во фразу «во-первых Иудею, потом и Еллину», мы можем отме­тить как совер­шенно есте­ствен­ный факт, что Библия пришла сна­чала к иудеям, ибо именно они были Божьим наро­дом во вре­мена Вет­хого Завета. Нам при­дется объ­яс­нить слово «эллин» (языч­ник). Иудеи назы­вали всех людей других наци­о­наль­но­стей «гой» (мн. ч. «гуим»), что озна­чало «не веру­ю­щий в Бога» — Бога, гово­рив­шего через святых про­ро­ков, Бога Свя­того Писа­ния.

Пра­вед­ность Божия

Теперь мы подо­шли к фун­да­мен­таль­ному веро­учи­тель­ному рас­хож­де­нию между хри­сти­ан­ством и исла­мом (а также и иуда­из­мом). Еван­ге­лие откры­вает, что Бог делает людей пра­вед­ными. Суть истин­ного Еван­ге­лия заклю­ча­ется не в том, что Бог открыл нам какой-то наи­выс­ший закон, кото­рый мы должны выпол­нять, чтобы быть оправ­дан­ными в его глазах. Нет, Еван­ге­лие, кото­рое Иисус Хри­стос открыл нам через Свои стра­да­ния, смерть и вос­кре­се­ние, дано нам, чтобы мы могли уви­деть, как Бог делает людей пра­вед­ными. Это самый про­стой способ объ­яс­нить пра­вед­ность Бога.

На первый план мы выдви­гаем Бога, а не чело­века. «В Нем откры­ва­ется правда Божия от веры в веру, как напи­сано: «пра­вед­ный верою жив будет”» (Рим. 1:17). В исламе есть неяс­ная кон­цеп­ция о том, что Моисею была да на книга под назва­нием «Таурат», кото­рая учит, как само­сто­я­тельно полу­чить спа­се­ние через добрые дела. Мусуль­мане не упо­треб­ляют такие слова, как «спа­се­ние» или «спа­стись». Они гово­рят, что чело­век познает, как уми­ло­сти­вить Бога. Они уве­рены, что чело­век может совер­шать добрые дела, спо­соб­ные убла­жить Бога и заслу­жить его милость.

Мис­си­о­нер­скую дея­тель­ность среди мусуль­ман хорошо начи­нать с вопроса о пра­вед­но­сти хотя бы потому, что здесь кро­ется серьез­ное раз­ли­чие между хри­сти­ан­ством и исла­мом. У нас дей­стви­тельно много раз­ли­чий. У нас серьез­ные рас­хож­де­ния отно­си­тельно Библии. Мусуль­мане не верят, что наша Библия — истин­ное Свя­щен­ное Писа­ние. Име­ются важные рас­хож­де­ния в вопросе о Боге: наш — три­еди­ный, их — единый как одно лицо. Есть раз­ли­чия в под­ходе к лич­но­сти и трудам Христа. Мусуль­мане счи­тают, что Он — просто чело­век, мы же счи­таем, что Он — Сын Божий, Кото­рый стал сыном чело­века. Они отри­цают сам исто­ри­че­ский факт рас­пя­тия Христа. Это лишь часть наших фун­да­мен­таль­ных рас­хож­де­ний.

Мост к мусуль­ма­нам лучше всего пере­ки­нуть именно через эти клю­че­вые пункты наших рас­хож­де­ний, так как в них — учение о чело­веке. Ислам учит, что чело­веку не нужен Спа­си­тель. В исламе чело­век — слабое созда­ние, чье един­ствен­ное устрем­ле­ние — познать волю Бога, и тем самым заслу­жить Его милость. Если изло­жить это в хри­сти­ан­ских тер­ми­нах, то выхо­дит, что мусуль­мане верят, что позна­ние Божьей воли рав­но­значно спа­се­нию. В соот­вет­ствии с их поня­ти­ями чело­век стра­дает от незна­ния. И ему нужна не пра­вед­ность Бога, а лишь позна­ние Его воли. В этом глав­ное раз­ли­чие между исла­мом и хри­сти­ан­ством.

Согласно ислам­скому веро­уче­нию чело­век совер­шает грехи, но по своей при­роде он не явля­ется греш­ни­ком. Он совер­шает мно­же­ство грехов и ошибок, но не явля­ется греш­ни­ком в смысле силь­ной врож­ден­ной наклон­но­сти к греху. Для мусуль­ман (как и для иудеев) чело­ве­че­ская при­рода изна­чально добра. Чело­век от рож­де­ния без­гре­шен. Он не дости­гает доста­точ­ной высоты только потому, что не знает Божьей воли. Дайте ему это, и он сможет пови­но­ваться закону и уго­дить своему Созда­телю!

За спиной у мусуль­ман 1400 лет рели­ги­оз­ной куль­туры, кото­рая учит об изна­чально доброй при­роде чело­века. И им совсем непро­сто пове­рить в его изна­чаль­ную гре­хов­ность и немощь. Хотя сама исто­рия при­во­дит мно­же­ство при­ме­ров злой при­роды чело­века, они все равно отри­цают необ­хо­ди­мость боже­ствен­ного искуп­ле­ния.

Ни мусуль­мане, ни иудеи не желают при­ни­мать осно­во­по­ла­га­ю­щего поло­же­ния биб­лей­ского хри­сти­ан­ства о гре­хо­па­де­нии чело­века. Но он грешен во всем — в разуме, воле, чув­ствах. В рефор­мат­ском бого­сло­вии это назы­ва­ется абсо­лют­ной гре­хов­но­стью. Этот тезис осно­вы­ва­ется на второй части первой главы Посла­ния к рим­ля­нам. Там убе­ди­тельно пока­зано паде­ние чело­века в сфере рели­гии, рас­смот­рены язы­че­ство и язы­че­ская мораль, а также дегра­да­ция лич­но­сти в раз­ви­тых обще­ствах Греции и Рима. Мы видим, что мораль­ное раз­ло­же­ние и идо­ло­по­клон­ство под­твер­ждают учение апо­стола Павла о плодах греха (Рим. 1:18–32).

Идо­ло­по­клон­ство

В первой главе Посла­ния к рим­ля­нам Павел опи­сы­вает, как воз­никло идо­ло­по­клон­ство. Мусуль­мане испы­ты­вают отвра­ще­ние к идо­ло­по­клон­ству. Как же объ­яс­нить при­чину этого греха? Это пер­во­род­ный грех, совер­шен­ный нашими пра­ро­ди­те­лями. Это — не просто незна­ние. Бог на заре тво­ре­ния дал нам доста­точно света. То была соб­ствен­ная воля Адама согре­шить против Бога.

К сожа­ле­нию, ислам­ская кон­цеп­ция паде­ния чело­века явля­ется кари­ка­ту­рой на биб­лей­ское учение о нем. Мусуль­мане пола­гают, что Адам упал физи­че­ски, в бук­валь­ном зна­че­нии этого слова, как выпа­дают из окна. Затем он про­мол­вил: «Вино­ват», на что Бог отве­тил: «Ты прощен».

Гре­хо­па­де­ние анге­лов, как оно изло­жено в Коране, — совер­шенно неве­ро­ят­ная и немыс­ли­мая исто­рия. Пред­по­ла­га­ется, что они пали после сотво­ре­ния чело­века. Бог при­звал одного из глав­ных анге­лов и сказал: «Покло­нись Адаму», на что тот отве­тил: «Гос­поди, как же я могу это сде­лать, когда Ты учил покло­няться только Тебе?» Бог раз­гне­вался и назвал ангела дья­во­лом.

Это явное про­ти­во­ре­чие упо­ми­на­ется в книге «Кри­тика рели­ги­оз­ной мысли» («A Critique of Religious Thought»), напи­сан­ной мусуль­ма­ни­ном-марк­си­стом в быт­ность его про­фес­со­ром Аме­ри­кан­ского уни­вер­си­тета в Бей­руте. Он ука­зы­вает, что это — самая неве­ро­ят­ная исто­рия в Коране. Как мог Бог про­сить ангела покло­ниться чело­веку, когда все прочие поло­же­ния свя­щен­ной книги ислама учат, что покло­не­ния достоин только Бог!

Идо­ло­по­клон­ство, столь нена­вист­ное исламу, не явля­ется резуль­та­том неве­де­ния чело­века. Это плод его паде­ния. Идо­ло­по­клон­ство в биб­лей­ском смысле порож­да­ется грехом. Этот особый грех явля­ется в конеч­ном счете покло­не­нием самому себе. Все эти идолы, рас­про­стра­нен­ные в Мекке во вре­мена Мухам­меда, не были при­хо­тью вождей племен. Им покло­ня­лись как кон­крет­ному выра­же­нию тще­сла­вия чело­века со всеми его мыс­лями и пред­став­ле­ни­ями. Упро­щенно арабу-мусуль­ма­нину сего­дня можно ска­зать, что идо­ло­по­клон­ство в древ­нем и совре­мен­ном мире суще­ствует как резуль­тат греха. Грех — отвра­ти­тель­ная вещь!

* * *

Все­воз­мож­ные извра­ще­ния, упо­ми­на­е­мые апо­сто­лом Павлом (Рим. 1), широко рас­про­стра­нены среди мусуль­ман. Но они не вполне осо­знают всю серьез­ность этих грехов. И хотя ислам — закон­ни­че­ская рели­гия, в дей­стви­тель­но­сти мусуль­мане не имеют чет­кого пред­став­ле­ния о тре­бо­ва­ниях Божьего закона. Запо­ве­дей Тау­рата в Коране нет. Мы видим, что апо­стол Павел желал пока­зать хри­сти­а­нам в Риме, что все чело­ве­че­ство виновно. Мы бы сде­лали доброе дело, если бы пока­зали мусуль­ма­нам, что благая весть обя­за­тельно появится на фоне «дурной вести». Дурная же весть долж­ным обра­зом изло­жена апо­сто­лом Павлом во второй части Посла­ния к рим­ля­нам (Рим. 1).

Место Божьего закона в нашей жизни

Ввиду того, что мусуль­мане вос­при­ни­мают закон как спа­си­теля, мы счи­таем осо­бенно важным учение Павла о месте закона в жизни хри­стиан. Здесь у нас с мусуль­ма­нами есть нечто общее: глу­бо­кое ува­же­ние к закону Бога. Конечно, мусуль­ма­нин, име­ю­щий довольно опти­ми­сти­че­ский взгляд на чело­века и неглу­бо­кое пред­став­ле­ние о грехе, не поз­во­ляет закону дей­ство­вать подобно настав­нику, кото­рый при­ве­дет его ко Христу. А именно так опи­сы­вал Павел одну из функ­ций закона («шариа») в своем Посла­нии к гала­там (Гал. 3:24).

Мусуль­ма­нин не имеет ни малей­шего пред­став­ле­ния о том, что ждет его в конце жиз­нен­ного пути. Он счи­тает себя в состо­я­нии испол­нить закон и с боль­шой веро­ят­но­стью заслу­жить бла­го­дать Бога.

Читая Коран, мы узнаем, что ислам осо­бенно наста­и­вает на един­ствен­но­сти Бога. Мы тоже веруем в еди­ного Бога. Это — биб­лей­ское учение и одна из основ­ных тем у про­ро­ков. Мы должны тер­пе­ливо разъ­яс­нять мусуль­ма­нам, что, хотя мы веруем в три­еди­ного Бога, это не значит, что мы отсту­пили от веры в еди­ного Бога. Повсюду в ислам­ском мире, где хри­сти­ане упо­ми­нают имя Бога, они под­чер­ки­вают как его три­един­ство, так и един­ство. «Во имя Отца и Сына и Свя­того Духа, Еди­ного Бога. Аминь».

Нигде в Коране вы не най­дете ука­за­ния, как важно пра­вильно обра­щаться к Богу. Как упо­ми­на­лось выше, в Коране нет ничего подоб­ного Десяти запо­ве­дям.

«Не про­из­носи имени Гос­пода, Бога твоего, напрасно; ибо Гос­подь не оста­вит без нака­за­ния того, кто про­из­но­сит имя Его напрасно» (Исх. 20:7). Эти слова не затра­ги­вают созна­ние юноши или девушки, живу­щих в ислам­ском мире. Живя и рабо­тая среди мусуль­ман, сразу заме­ча­ешь, как часто нару­ша­ется эта особая запо­ведь Бога. Порой кажется, что слово «Аллах» утра­тило свя­тость, поскольку оно слиш­ком часто про­из­но­сится «напрасно».

Павел, рас­кры­вая гре­хов­ность чело­века, повест­вует о ярости и гневе. Читая вторую главу Посла­ния к рим­ля­нам, мы нахо­дим, что даже абсо­лют­ное пони­ма­ние пра­вед­но­сти и непра­вед­но­сти не убе­ре­жет нас от Божьего суда.

«Неиз­ви­ни­те­лен ты, всякий чело­век, судя­щий дру­гого; потому что, судя дру­гого, дела­ешь то же» (Рим. 2:1). Суть ска­зан­ного заклю­ча­ется в том, что чело­век, осуж­да­ю­щий других, делает это на основе закона, забы­вая при этом при­ме­нять этот закон к самому себе. Все Посла­ние к Рим­ля­нам — поле­мика с иуде­ями. С точки зрения тео­ло­гии они напо­ми­нают мусуль­ман, потому что тоже счи­тают воз­мож­ным, испол­няя закон, уми­ло­сти­вить Бога.

В 12‑м стихе 2‑й главы Посла­ния слово «закон» упо­треб­ля­ется мно­го­кратно. Здесь име­ется в виду Закон Моисея. Далее в той же главе Павел уже гово­рит о законе как о прин­ципе пра­вед­но­сти и непра­вед­но­сти, напи­сан­ном в сердце чело­века, создан­ного по образу и подо­бию Божьему.

«Те, кото­рые не имея закона согре­шили, вне закона и погиб­нут; а те, кото­рые под зако­ном согре­шили, по закону осу­дятся, — потому что не слу­ша­тели закона пра­ведны пред Богом, но испол­ни­тели закона оправ­даны будут» (Рим. 2:12–13).

Мусуль­ма­нин может исполь­зо­вать этот прин­цип, чтобы ска­зать вам: «Вот видишь, Библия же гово­рит, что тот, кто будет соблю­дать закон, будет счи­таться пра­вед­ным». Что же, это верно. Но мы должны посто­янно объ­яс­нять мусуль­ма­нам абсо­лют­ную невоз­мож­ность для чело­века когда-нибудь испол­нить все тре­бо­ва­ния закона. Нет ни еди­ного чело­века, кото­рый мог бы испол­нить закон, или «шариа», цели­ком и пол­но­стью.

«Ибо, когда языч­ники, не име­ю­щие закона, по при­роде закон­ное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: они пока­зы­вают, что дело закона у них напи­сано в серд­цах, о чем сви­де­тель­ствует совесть их и мысли их, то обви­ня­ю­щие, то оправ­ды­ва­ю­щие одна другую» (Рим. 2:14–15).

Далее Павел раз­би­рает вопрос, есть ли чело­веку какая-либо польза от того, что он имеет Божий закон? «Вот, ты назы­ва­ешься иудеем, и успо­ка­и­ва­ешь себя зако­ном, и хва­лишься Богом, и знаешь волю Его, и разу­ме­ешь лучшее, науча­ясь из закона» (Рим. 2:17–18).

Хотя здесь может пока­заться, что Павел адре­сует учение непо­сред­ственно иудеям, мы должны преду­смот­реть, что сооб­ра­зи­тель­ный мусуль­ма­нин отне­сет это и к себе. Если он честен перед самим собой, то отдает себе отчет в том, что нару­шает этот закон. Так что слова Павла отно­сятся в равной сте­пени и к мусуль­ма­нам. Напри­мер: «И уверен о себе, что ты путе­во­ди­тель слепых, свет для нахо­дя­щихся во тьме, настав­ник невежд, учи­тель мла­ден­цев, име­ю­щий в законе обра­зец веде­ния и истины: как же ты, уча дру­гого, не учишь себя самого? про­по­ве­дуя не красть, кра­дешь? говоря: «не пре­лю­бо­дей­ствуй», пре­лю­бо­дей­ству­ешь? гну­ша­ясь идолов, свя­то­тат­ству­ешь? хва­лишься зако­ном, а пре­ступ­ле­нием закона бес­че­стишь Бога? Ибо ради вас, как напи­сано, имя Божие хулится у языч­ни­ков» (Рим. 2:19–24). Здесь Павел под­чер­ки­вает полную невоз­мож­ность для чело­века, даже живу­щего по откры­тому ему и запи­сан­ному закону Божьему, заво­е­вать бла­го­рас­по­ло­же­ние Бога, выпол­няя его запо­веди. «Обре­за­ние полезно, если испол­ня­ешь закон; а если ты. пре­ступ­ник закона, то обре­за­ние твое стало необ­ре­за­нием» (Рим. 2:25).

Мусуль­мане соблю­дают закон об обре­за­нии — сле­до­ва­тельно, этот стих отно­сится и к ним. Павел про­дол­жает обсуж­дать про­блему внеш­них при­зна­ков соблю­де­ния закона Вет­хого Завета. И при­хо­дит к заме­ча­тель­ному выводу: «Но тот иудей, кто внут­ренне таков, и то обре­за­ние, кото­рое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога» (Рим. 2:29).

Как все ясно! Это работа Бога, Духа Свя­того. Мусуль­мане, уна­сле­до­вав­шие закон­ни­че­ство, осуж­дены этими апо­столь­скими сло­вами, однако с любо­вью. С этими сло­вами надо быть осто­рож­ными, чтобы не нане­сти им обиду, поскольку они при­ме­нимы и к нам с вами. Никто не воз­вы­сится над Божьим зако­ном.

Гре­хов­ность чело­века

В тре­тьей главе Посла­ния к рим­ля­нам до 20-го стиха апо­стол Павел про­дол­жает раз­ви­вать тему о том, что мы нико­гда не сможем полу­чить спа­се­ние бла­го­даря своим добрым делам. Он не раз при­во­дит слова из Св. Писа­ния, чтобы дока­зать искон­ную гре­хов­ность чело­века. Эти места каса­ются не только чуже­зем­цев, но и народа Изра­иля. «Как напи­сано: «нет пра­вед­ного ни одного; нет разу­ме­ва­ю­щего; никто не ищет Бога; все совра­ти­лись с пути, до одного не годны: нет дела­ю­щего добро, нет ни одного. Гор­тань их — откры­тый гроб; языком своим обма­ны­вают; яд аспи­дов на губах их; уста их полны зло­сло­вия и горечи. Ноги их быстры на про­ли­тие крови; раз­ру­ше­ние и пагуба на путях их; они не знают пути мира. Нет страха Божия пред гла­зами их”» (Рим. 3:10–18).

Местами пере­вод нето­чен. При­водя эти слова, Павел поль­зо­вался гре­че­ским пере­во­дом Вет­хого Завета. Он хотел дока­зать с помо­щью этих слов, что чело­век ока­зался неспо­со­бен заслу­жить бла­го­дать Бога своими доб­рыми делами. Вывод из ска­зан­ного — в стихах 19 и 20. Они имеют реша­ю­щее зна­че­ние для нашей работы с мусуль­ма­нами:

«Но мы знаем, что закон, если что гово­рит, гово­рит к состо­я­щим под зако­ном, так что заграж­да­ются всякие уста, и весь мир ста­но­вится вино­вен пред Богом, потому что делами закона не оправ­ды­ва­ется пред Ним ника­кая плоть; ибо зако­ном позна­ется грех.» (Рим. 3:19–20).

Яснее не ска­жешь. Закон вроде рент­гена, кото­рый Бог дал нам, чтобы высве­тить нашу истин­ную при­роду, нашу хро­ни­че­скую смер­тель­ную болезнь. Осо­знав свою при­роду, мы уже готовы выслу­шать Благую весть об Иисусе Христе или, говоря по-араб­ски, «инджил Йесуа аль-Масиха».

Благая весть

«Но ныне, неза­ви­симо от закона, яви­лась правда Божия, о кото­рой сви­де­тель­ствуют закон и про­роки» (Рим. 3:21). Инджил, о кото­ром знают мусуль­мане, — это не хри­сти­ан­ская Благая весть. После того, как вы объ­яс­ните, что Еван­ге­лие, кото­рое Иисус полу­чил с небес, — это не книга закона, и уста­но­вите дове­ри­тель­ные отно­ше­ния, вы смо­жете рас­ска­зать об этом отрывке из Писа­ния каж­дому, кто про­никся к вам сим­па­тией и жела­нием услы­шать Хри­сти­ан­ское Писа­ние.

В нем гово­рится о пра­вед­но­сти Божьей, кото­рая была обе­щана в вет­хо­за­вет­ные вре­мена. Теперь она яви­лась как откро­ве­ние в Новом Завете. Конечно, многое зави­сит от того, на каком языке вам при­хо­дится общаться, но слово «откро­ве­ние» очень не просто объ­яс­нить или пере­ве­сти на многие языки ислам­ского мира. Слово «аалана», упо­треб­ля­ю­ще­еся в араб­ской Библии, сего­дня исполь­зу­ется в зна­че­нии «рекла­ми­ро­вать». Я пред­по­чи­таю упо­треб­лять другое слово — «кашафа», т.е. «снять покров». Павел сказал: «неза­ви­симо от закона». Это значит, что для того, чтобы стать пра­вед­ным перед Богом, чтобы полу­чить от Него пра­вед­ность, сде­латься угод­ным в Его очах, не надо быть под зако­ном. Мы ста­но­вимся пра­вед­ными перед Богом неза­ви­симо от закон­ни­че­ской системы. Он Сам делает нас пра­вед­ными бла­го­даря тому труду, кото­рый взял на Себя вместо нас Иисус Хри­стос. Это и есть Благая весть, инджил.

Однако не сле­дует пола­гать, что это Еван­ге­лие было чем-то совер­шенно новым. Оно уже упо­ми­на­лось в «Законе и Про­ро­ках», т.е. в Ветхом Завете. Иными сло­вами, Еван­ге­лие уже при­сут­ство­вало в Ветхом Завете, но только в виде обе­ща­ния, или обе­то­ва­ния. А во вре­мена Нового Завета это обе­то­ва­ние было испол­нено, когда Мессия умер на кресте и вос­крес из мерт­вых.

Тогда 22‑й стих ста­но­вится яснее. «Правда Божия чрез веру в Иисуса Мессию во всех и на всех веру­ю­щих; ибо нет раз­ли­чия». Я заме­нил слово «Хри­стос» на «Мессия». Во время слу­же­ния мусуль­ма­нам мы не должны упо­треб­лять при­ня­тые на Западе выра­же­ния. Вполне оправ­данно будет вер­нуться к языку ислама (араб­скому) и упо­треб­лять как можно больше слов из него, пока­зы­вая тем самым наше жела­ние гово­рить о хри­сти­ан­ской вере с мусуль­ма­нами на их уровне и языке. Бог оправ­ды­вает людей через их веру в Спа­си­теля Мессию. Помните, что имя Иисус (Йесуа) ничего не гово­рит мусуль­ма­нам. Вы должны пояс­нять его, упо­треб­ляя слово «Мухал­лес». Это вовсе не значит, что мы, рабо­тая среди мусуль­ман, обя­заны исклю­чить из нашего языка слово «Иисус». Но при любой воз­мож­но­сти добав­ляйте сино­ним или слово, пояс­ня­ю­щее мусуль­ма­нам, что этот вели­кий пророк (в их пони­ма­нии) гораздо более, чем просто пророк. Он — Спа­си­тель.

Бог спа­сает всех, кто верует в Него, для Него тут нет ника­кого раз­ли­чия. Какое пре­крас­ное утвер­жде­ние! Павел гово­рит, что те, кто несет Благую весть, и те, кто вни­мает ей, нахо­дятся в равном поло­же­нии. Это необ­хо­димо посто­янно под­чер­ки­вать, чтобы избе­жать пре­врат­ного истол­ко­ва­ния, будто мы поучаем мусуль­ман или смот­рим на них свы­сока. Поэтому слово «всех» вклю­чает в себя и рас­про­стра­ня­ю­щих и при­ни­ма­ю­щих Благую весть.

«Потому что все согре­шили и лишены славы Божией, полу­чая оправ­да­ние даром, по бла­го­дати Его, искуп­ле­ние во Христе Иисусе» (Рим. 3:23–24). Для мусуль­ман идея о том, что спа­се­ние можно полу­чить через смерть Иисуса Христа, рево­лю­ци­онна. Павел добав­ляет слово «даром», под­чер­ки­вая; что дар спа­се­ния нельзя заслу­жить. Это — дар Божьей мило­сти. Это вели­чай­шее учение! Более того, когда мы гово­рим о труде и подвиге нашего Гос­пода, мы не можем опи­сать это одним словом. Говоря о Боге, я часто упо­треб­ляю слова Осво­бо­ди­тель, Иску­пи­тель, Спа­си­тель. Каждое из них имеет свой смыс­ло­вой отте­нок. Я всегда молюсь и наде­юсь, что одно из них заде­нет мусуль­ма­нина за живое и даст ему почув­ство­вать чудо лич­но­сти и труда Иисуса Мессии.

Мусуль­мане верят, что Бог доста­точно все­мо­гущ и все­си­лен, чтобы про­щать грехи. Но вот что гово­рит Слово Божье об основе нашего про­ще­ния:

«Кото­рого [Иисуса] Бог пред­ло­жил в жертву уми­ло­стив­ле­ния в Крови Его чрез веру, для пока­за­ния правды Его в про­ще­нии грехов, соде­лан­ных прежде, во время дол­го­тер­пе­ния Божия, к пока­за­нию правды Его в насто­я­щее время, да явится Он пра­вед­ным и оправ­ды­ва­ю­щим веру­ю­щего в Иисуса» (Рим. 3:25–26). У мусуль­ма­нина сразу воз­ни­кает вопрос, кото­рый задал бы и иудей. Отбра­сы­ваем ли мы закон Бога? Он сразу скажет, что вы извра­ща­ете Слово Божье, раз пола­га­ете, что закон больше не имеет силы.

«Где же то, чем бы хва­литься? уни­что­жено. Каким зако­ном? зако­ном дел? Нет, но зако­ном веры. Ибо мы при­знаем, что чело­век, оправ­ды­ва­ется верою, неза­ви­симо от дел закона. Неужели Бог есть Бог иудеев только, а не и языч­ни­ков? Конечно, и языч­ни­ков; потому что один Бог, Кото­рый оправ­ды­вает обре­зан­ных по вере и необ­ре­зан­ных чрез веру. Итак мы уни­что­жаем закон верою? Никак; но закон утвер­ждаем» (Рим. 3:27–31).

Павел всегда упре­ждает вопросы, кото­рые, есте­ственно, воз­ни­кают у слу­ша­ю­щих его. Вскоре мы рас­смот­рим фразу «но закон утвер­ждаем». Мы уже дока­зали, что глу­боко чтим закон и его важную роль в нашем при­бли­же­нии ко Христу Спа­си­телю.

Пример Авра­ама

Пример Авра­ама, пред­ла­га­е­мый в 4‑й главе Посла­ния к рим­ля­нам, очень помо­гает, когда мы сви­де­тель­ствуем не только иудеям, но и мусуль­ма­нам. Они тоже почи­тают Авра­ама отцом всех веру­ю­щих. Арабы счи­тают себя по том­ками Авра­ама через Изма­ила. Это не значит, что любой, гово­ря­щий на араб­ском языке, — пото­мок Авраама.Когда палом­ники-мусуль­мане идут в Мекку, они чтят созна­тель­ную жертву Изма­ила на святом месте в Мекке.

Они не при­ни­мают биб­лей­скую версию пове­ле­ния Бога, когда Он сказал Авра­аму: «И там при­неси его [Исаака] во все­со­жже­ние» (Быт. 22:2). С точки зрения Библии «там» — это не в Мекке, а на горе Мориа в Пале­стине. Но так или иначе, иудеи, хри­сти­ане и мусуль­мане почи­тают Авра­ама и счи­тают его вели­ким Божьим чело­ве­ком. Арабы зовут его Ибра­гим аль-Халил, т. е. Авраам Друг (Бога). Город Хеврон в честь Авра­ама назы­ва­ется по-араб­ски Аль-Халил.

Мы видим, что здесь Павел ссы­ла­ется на Авра­ама, как если бы мы ссы­ла­лись на Вер­хов­ный суд. Обра­тимся и мы к жизни Авра­ама согласно Вет­хому Завету и посмот­рим, что можно там почерп­нуть.

«Что же, скажем, Авраам, отец наш, при­об­рел по плоти? Если Авраам оправ­дался делами, он имеет похвалу, но не пред Богом. Ибо что гово­рит Писа­ние? «Пове­рил Авраам Богу, и это вме­ни­лось ему в пра­вед­ность”» (Рим. 4:1–3).

Что же вели­кого в Авра­аме? То, что Бог принял его как пра­вед­ного за веру его. Авраам пове­рил Божьим обе­то­ва­ниям, хотя это было очень непро­сто. Он сам был очень стар, а жена Сара не при­несла ему детей.

«Воз­да­я­ние дела­ю­щему вме­ня­ется не по мило­сти, но по долгу; а не дела­ю­щему, но веру­ю­щему в Того, Кто оправ­ды­вает нече­сти­вого, вера его вме­ня­ется в пра­вед­ность. Так и Давид назы­вает бла­жен­ным чело­века, кото­рому Бог вме­няет пра­вед­ность неза­ви­симо от его дел: «Бла­женны, чьи без­за­ко­ния про­щены и чьи грехи покрыты; блажен чело­век, кото­рому Гос­подь не вменит греха» (Рим. 4:4–8). Здесь Павел не выдви­гает новую интер­пре­та­цию жизни Авра­ама или какие-то прин­ципы, неиз­вест­ные в Ветхом Завете. Он ссы­ла­ется на Книгу псал­мов, так почи­та­е­мую иуде­ями. У мусуль­ман нет чет­кого пред­став­ле­ния о псал­мах, поскольку они не при­во­дятся в Коране, но упо­ми­на­ются под назва­нием «Забур». Павел хочет под­черк­нуть, что наш вели­кий отец Авраам был при­знан пра­вед­ным за свою веру, а обре­за­ние, столь высоко чтимое иуде­ями и мусуль­ма­нами, было пред­пи­сано в свя­щен­ной исто­рии позд­нее. Иными сло­вами, Авраам был оправ­дан и полу­чил пра­вед­ность задолго до того, как ему было дано зна­ме­ние и печать пра­вед­но­сти, кото­рая пришла через веру.

Это заяв­ле­ние Павла для нас просто находка, поскольку оно озна­чает, что отец всех веру­ю­щих может быть при­ме­ром как для иудеев, так и для бывших языч­ни­ков. Он отец тех, кто верует в Бога Св. Писа­ния, неза­ви­симо от этни­че­ской и расо­вой при­над­леж­но­сти.

Все ска­зан­ное в конце рас­смат­ри­ва­е­мой главы сво­дится к сле­ду­ю­щему: если мы вни­ма­тельно посмот­рим на жизнь Авра­ама, то убе­димся, что он был не без­гре­шен. Он совер­шил немало ошибок и грехов, но был оправ­дан Богом как пра­вед­ник бла­го­даря своей вере. Именно это важно.

«А впро­чем не в отно­ше­нии к нему одному напи­сано, что вме­ни­лось ему, но и в отно­ше­нии к нам: вме­нится и нам, веру­ю­щим в Того, Кто вос­кре­сил из мерт­вых Иисуса (Христа), Гос­пода нашего, Кото­рый предан за грехи наши и вос­крес для оправ­да­ния нашего» (Рим. 4:23–25).

Мир с Богом

Про­дол­жая тему 4‑й главы Посла­ния к рим­ля­нам и рас­смат­ри­вая ее послед­нюю строку — «Кото­рый предан за грехи наши и вос­крес для оправ­да­ния нашего», — я хотел бы обра­тить на этот стих особое вни­ма­ние. Очень важно делать рав­но­знач­ный акцент как на рас­пя­тии, так и на вос­кре­се­нии нашего Гос­пода.

Стал­ки­ва­ясь с отри­ца­нием мусуль­ма­нами Его смерти, мы иногда уде­ляем этой про­блеме столько вни­ма­ния, что забы­ваем о не менее важном факте: что Он был вос­кре­шен ради нашего оправ­да­ния. Если вы будете рас­смат­ри­вать это как свя­щен­ную фор­мулу, то не забудьте и про вторую часть ее. Очень важно под­черк­нуть как смерть, так и вос­кре­се­ние одно­вре­менно, поскольку оба эти Собы­тия явля­ются фун­да­мен­том нашего спа­се­ния.

Павел, как стар­ший учи­тель, полу­чив­ший гре­че­ское обра­зо­ва­ние в Тарсе и иудей­ское в Иеру­са­лиме, хочет рас­крыть заин­те­ре­со­ван­ному слу­ша­телю эти кар­ди­наль­ные истины веры. Закон просто пока­зы­вает нам всю мер­зость нашего греха. Он ведет нас к Богу. При­ходя к Нему, мы пони­маем, что Он послал Своего еди­но­род­ного Сына уме­реть за нас на кресте. Но мы не должны оста­нав­ли­ваться на этом. Как упо­ми­на­лось ранее, мы обя­заны глу­боко рас­крыть смысл вос­кре­се­ния Гос­пода нашего Иисуса Христа.

«Итак, оправ­дав­шись верою, мы имеем мир с Богом чрез Гос­пода нашего Иисуса Христа» (Рим. 5:1). Плодом нашего оправ­да­ния верою в Иисуса Христа явля­ется мир с Богом. Это самая пре­крас­ная Весть, кото­рую может услы­шать чело­век. Мир с Богом — это мир, кото­рый мы не можем полу­чить через наши добрые дела, но лишь через нашу пра­вед­ность перед Гос­по­дом. На араб­ском языке слово мир звучит как «салам», а на древ­не­ев­рей­ском — «шалом». Ислам озна­чает полное и совер­шен­ное под­чи­не­ние Богу. Но спро­сите мусуль­ма­нина, дей­стви­тельно ли он пре­бы­вает в мире с Алла­хом. И вы нико­гда не услы­шите одно­значно поло­жи­тель­ного ответа. Ни один мусуль­ма­нин не уверен в своих отно­ше­ниях с Алла­хом.

Еван­ге­лие гово­рит о мире с Богом — пред­мете осо­бого инте­реса мусуль­ман. Мы, хри­сти­ане, нашли свой мир в Гос­поде Иисусе Христе. Мы хотим, чтобы наши соседи-мусуль­мане тоже испы­тали это необык­но­вен­ное сча­стье. «Итак, оправ­дав­шись верою, мы имеем мир с Богом чрез Гос­пода нашего Иисуса Христа, чрез Кото­рого верою и полу­чили мы доступ к той бла­го­дати, в кото­рой стоим и хва­лимся надеж­дою славы Божией» (Рим. 5:1–2). Таким обра­зом, мы, хри­сти­ане, можем ска­зать мусуль­ма­нам, что мы очень заин­те­ре­со­ваны в мире с Гос­по­дом. До нашего обра­ще­ния мы были в состо­я­нии войны с самими собой, с нашими ближ­ними и с Богом. Теперь же вся наша жизнь про­те­кает под бла­го­да­тью Божьей. Есте­ственно, поскольку этот опыт мы пере­жили не в пустом про­стран­стве, а в мире, напол­нен­ном грехом и про­тив­ле­нием, апо­стол Павел упо­ми­нает о неко­то­рых про­бле­мах, с кото­рыми мы стал­ки­ва­емся. Ведь это мир с Богом, а не с окру­жа­ю­щим миром.

«И не сим, только, но хва­лимся и скор­бями, зная, что от скорби про­ис­хо­дит тер­пе­ние, от тер­пе­ния опыт­ность, от опыт­но­сти надежда, а надежда не посты­жает, потому что любовь Божия изли­лась в сердца наши Духом Святым, данным нам» (Рим. 5:3–5). Упо­ми­на­ние здесь Тре­тьего Лица Св. Троицы очень важно. Хри­стос и ныне с нами, хотя пре­бы­вает одес­ную Бога-Отца. Он при­сут­ствует с нами в Св. Духе. Поскольку мусуль­мане отри­цают Троицу, у них нет поня­тия о Св. Духе как о Лич­но­сти. И тем не менее они стре­мятся к чему-то жиз­нен­ному, ищут веры помимо закон­ни­че­ского свода правил пове­де­ния. Мы должны пом­нить, что нельзя рас­смат­ри­вать мусуль­ма­нина строго сле­ду­ю­щим всем кано­нам своей веры. Он оста­ется созда­нием Божьим. Он создан по образу и подо­бию Бога (Быт. 1:27). И этот раздел Посла­ния к рим­ля­нам вполне отве­чает чая­ниям любого чело­века, ищу­щего мира с Богом и с самим собой.

Именно здесь мы должны объ­яс­нить, что опыт хри­сти­а­нина — это не столько внут­рен­няя работа над собой. Это резуль­тат работы Духа Свя­того в наших серд­цах.

Адам — наш пред­ста­ви­тель перед Богом

Мы подо­шли к гре­хо­па­де­нию Адама. Нам нужно дер­жать в уме книгу Бытия и пом­нить, что Коран не дает ясной кар­тины того, что про­изо­шло в Эдеме. В Посла­нии к рим­ля­нам исто­рия гре­хо­па­де­ния изло­жена на проч­ной бого­слов­ской основе. Хотя есть опре­де­лен­ное сход­ство между Адамом и Хри­стом, цель Павла — пока­зать раз­ницу между ними. Он изла­гает учение о Христе как нашем пред­ста­ви­теле или заме­сти­теле. Оно осно­вы­ва­ется на том факте, что нашим первым пред­ста­ви­те­лем был Адам. Нам при­хо­дится поль­зо­ваться чуждым для мусуль­ман языком.

Во второй части 5‑й главы, начи­ная с 12-го стиха, мы читаем срав­ни­тель­ную харак­те­ри­стику Адама и Христа. Мусуль­мане верят в исто­рию Адама, и нам не надо тра­тить время, чтобы убе­дить их в ее истин­но­сти.

Тем не менее поста­рай­тесь под­черк­нуть, что гре­хо­па­де­ние Адама было духов­ным и нрав­ствен­ным. Это было вос­ста­ние против Бога. При­чи­ной тому была гор­дыня. И это ска­зы­ва­ется на всех потом­ках Адама.

В этом месте мусуль­мане могут с ужасом вос­клик­нуть: “Это неспра­вед­ливо, что Гос­подь так посту­пил с нами, согласно вашему Писа­нию». На это мы можем отве­тить, как апо­стол Павел: «Ты кто, чело­век, что спо­ришь с Богом?» (Рим. 9:20) Это не наша выдумка. Об этом гово­рит сам Бог в своем Слове.

Вам надо будет ска­зать, что дело не только в самом Адаме. Он — не Благая весть, он — пре­лю­дия к Благой вести. Если вы отри­ца­ете, что Адам был вашим пред­ста­ви­те­лем, вы лиша­ете себя более зна­чи­тель­ного Адама, вто­рого Адама, небес­ного Адама, кото­рый есть Мессия. Если Адам не мог вас пред­став­лять, то как мог пред­став­лять вас Иисус? Хри­стос, умер­ший на кресте, пред­став­лял всех уве­ро­вав­ших в Него на про­тя­же­нии всей исто­рии. Не лишайте себя надежды, воз­ра­жая против учения об Адаме как о нашем пред­ста­ви­теле. Любой веру­ю­щий может теперь ска­зать, что там, на кресте, Иисус умер, пред­став­ляя его. Теперь Он наш Посред­ник. Хода­тай перед Богом.

Мусуль­мане выдви­нут много воз­ра­же­ний против учения о Христе как нашем пред­ста­ви­теле перед Богом. Поскольку они не при­ни­мают учения о пер­во­род­ном грехе, они не при­ни­мают и учения Павла. Однако здесь мы не должны усту­пать. Это место в Посла­нии к рим­ля­нам необ­хо­димо для истин­ного биб­лей­ского пони­ма­ния искуп­ле­ния. Это, можно ска­зать, одно из наи­бо­лее кон­крет­ных мест в Библии, кото­рое в равной мере каса­ется нашего отно­ше­ния к Адаму и Гос­поду нашему Иисусу Христу. «Посему, как пре­ступ­ле­нием одного всем чело­ве­кам осуж­де­ние, так прав­дою одного всем чело­ве­кам оправ­да­ние к жизни» (Рим. 5:18).

В совре­мен­ной англий­ской версии Библии этот отры­вок пере­дан так: «Итак, как один грех заклей­мил весь чело­ве­че­ский род, так одно пра­вед­ное дело сде­лало весь чело­ве­че­ский род сво­бод­ным и даро­вало ему жизнь». Неко­то­рые тео­логи пони­мали это место из Библии как утвер­жде­ние о все­об­щем спа­се­нии. Но мы не имеем права выдер­ги­вать из Библии отдель­ные места вне связи со всем тем, что гово­рится по дан­ному вопросу. Я пони­маю это место сле­ду­ю­щим обра­зом: по при­роде все мы про­изо­шли от Адама, он наш пра­о­тец. Нра­вится нам это или нет, он наш отец. Но един­ствен­ный путь быть во Христе лежит через веру. Если у чело­века есть вера во Христа, он может счи­тать, что Хри­стос осво­бо­дил его и дал ему вечную жизнь.

Я не думаю, что, осно­вы­ва­ясь на учении Павла, учении нашего Гос­пода или даже всей Библии, можно делать вывод, что смерть Христа озна­чала осво­бож­де­ние всего чело­ве­че­ства. Конечно, спа­сен­ная часть чело­ве­че­ского рода пред­став­ляет все чело­ве­че­ство. Искуп­лен­ное чело­ве­че­ство — это новое чело­ве­че­ство, глава кото­рого — Мессия. «Но мы знаем, что закон, если что гово­рит, гово­рит к состо­я­щим под зако­ном, так что заграж­да­ются всякие уста, и весь мир ста­но­вится вино­вен пред Богом» (Рим. 3:19).

Мы отно­симся к нашему Богу иначе, чем к Адаму. Чтобы иметь право заявить, что Хри­стос — наш пред­ста­ви­тель перед Богом, мы должны соеди­ниться с Ним через веру. Так мы ста­но­вимся детьми Божьими. Нельзя пере­оце­ни­вать сход­ство между Адамом и Хри­стом.

Вновь обра­ща­ясь к закону

Апо­стол Павел — хоро­ший настав­ник. Поэтому он вновь рас­смат­ри­вает наше отно­ше­ние к закону и раз­ви­вает учение дальше. «Закон же пришел после, и таким обра­зом умно­жи­лось пре­ступ­ле­ние. А когда умно­жился грех, стала пре­и­зоби­ло­ватъ бла­го­дать, дабы, как грех цар­ство­вал к смерти, так и бла­го­дать воца­ри­лась чрез пра­вед­ность к жизни вечной Иису­сом Хри­стом, Гос­по­дом нашим» (Рим. 5:20–21).

Павел раз­би­рает это учение о грехе и пра­вед­но­сти и с нетер­пе­нием ожи­дает вопро­сов слу­ша­те­лей. В Посла­нии к рим­ля­нам он пред­по­ла­гает, что иудеи (как и мусуль­мане) будут счи­тать, что он пре­не­бре­гает зако­ном и лишает его всякой цен­но­сти. «Что же скажем? неужели от закона грех? Никак; но я не иначе узнал грех, как посред­ством закона, ибо я не пони­мал бы и поже­ла­ния, если бы закон не гово­рил: «не поже­лай”» (Рим. 7:7).

Павел часто при­бе­гает к повто­рам, но частое повто­ре­ние основ нашей веры не утом­ляет нас. У нас ушло много вре­мени, чтобы усво­ить эти истины и понять, что закон был нашим учи­те­лем, кото­рый привел нас ко Христу, в кото­ром мы полу­чили спа­се­ние. С другой сто­роны, иудеи и мусуль­мане верят, что именно закон их спа­си­тель. Это основ­ной посту­лат их веры. Поэтому мы обя­заны повто­рять, что закон — сред­ство, через кото­рое мы узнаем, что мы греш­ники. Закон ука­зы­вает нам на Христа Спа­си­теля.

В 12‑м стихе 7‑й главы мы нахо­дим еще одно ука­за­ние на истин­ное пред­на­зна­че­ние закона. «Посему закон свят, и запо­ведь свята и пра­ведна и добра. Итак неужели доброе сде­ла­лось мне смер­то­нос­ным? Никак». Просто закон не может при­ве­сти к спа­се­нию. Вот о чем идет речь. «Итак неужели доброе сде­ла­лось мне смер­то­нос­ным? Никак; но грех, ока­зы­ва­ю­щийся грехом потому, что посред­ством доб­рого при­чи­няет мне смерть, так что грех ста­но­вится крайне грешен посред­ством запо­веди» (Рим. 7:13).

Павел гово­рит здесь о том, что, хотя мы и помним о законе Божьем в наших серд­цах, наша греш­ная при­рода не поз­во­ляет нам пол­но­стью осо­знать всю гре­хов­ность греха. Позна­вая открыв­шийся нам закон Бога, мы видим ужас­ную, оттал­ки­ва­ю­щую суть греха. Павел хочет ска­зать, что закон прежде всего пока­зы­вает нам нашу гре­хов­ность.

Павел знает о кон­фликте, кото­рый будет про­дол­жаться в жизни искуп­лен­ного. Он сове­тует им не пытаться жить без помощи Христа. Через Христа мы можем одер­жать победу: «Бла­го­дарю Бога (моего) Иису­сом Хри­стом, Гос­по­дом нашим. Итак тот же самый я умом (моим) служу закону Божию, а плотию закону греха» (Рим. 7:25).

Здесь для вас очень важно знать о пута­нице в пони­ма­нии гре­хов­но­сти при­роды чело­века на Ближ­нем Востоке. Слово «плоть», кото­рое в гре­че­ском тексте Библии пере­да­ется как «саркс», может создать у мусуль­ма­нина впе­чат­ле­ние, что, согласно Библии, наше тело изна­чально есть зло. Но Библия этому не учит. Чело­век — единое целое. И тело, и душа были созданы Богом, и когда чело­век впал в грех впало в грех все его есте­ство, а не только тело (плоть), как пола­гают многие на Ближ­нем Востоке.

Уве­рен­ность

Глава 8‑я Посла­ния к рим­ля­нам пред­став­ляет собой заме­ча­тель­ное обоб­ще­ние всех поло­же­ний его первой части. В Коране нет ничего подоб­ного. Мусуль­мане пола­гают, что никто на земле не ведает, каков будет итог его зем­ного стран­ствия — рай или ад. Как чудесно, что бла­го­даря Еван­ге­лию мы сможем ска­зать: «Итак нет ныне ника­коо осуж­де­ния тем, кото­рые во Христе Иисусе» (Рим. 8:1).

Хотя Павел, разъ­яс­няя учение об уве­рен­но­сти в спа­се­нии, упо­треб­ляет слово «закон», это не значит, что он воз­вра­ща­ется к закон­ни­че­ству. Мы не должны забы­вать об огра­ни­чен­ных воз­мож­но­стях любого чело­ве­че­ского языка, осо­бенно когда пыта­емся разъ­яс­нить духов­ные истины. Поэтому мы рас­смат­ри­ваем слово «закон» как име­ю­щее несколько зна­че­ний. То же самое можно ска­зать о слове «мир» (греч. «космос»). Поэтому «закон» не всегда значит «Закон Моисея», или особую запо­ведь, или путь к спа­се­нию, как учат иуда­изм и ислам. Закон, помимо про­чего, озна­чает прин­цип. Именно так мы должны его пони­мать, когда Павел гово­рит «закон духа».

«Итак нет ныне ника­кого осуж­де­ния тем, кото­рые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу, потому что закон духа жизни во Христе Иисусе осво­бо­дил меня от закона греха и смерти. Как закон, ослаб­лен­ный плотию, был бес­си­лен, то Бог послал Сына Своего в подо­бии плоти гре­хов­ной в жертву за грех и осудил грех во плоти» (Рим. 8:1–3). Здесь, как мы видим, Павел гово­рит о законе, имея в виду в первую оче­редь дей­ствен­ный прин­цип жизни веру­ю­щего. Когда же он гово­рит, «как закон был бес­си­лен», то име­ется в виду Закон Моисея. Павел не утвер­ждает, что чело­ве­че­ская при­рода нашего Гос­пода была греш­ной. Он гово­рит «в подо­бии плоти гре­хов­ной», под­ра­зу­ме­вая, что Сын Божий принял нашу чело­ве­че­скую при­роду. Нельзя забы­вать, что мусуль­мане верят в без­греш­ность Христа.

Говоря о своей уве­рен­но­сти в спа­се­нии, непре­менно сооб­щите мусуль­ма­нину об очень лич­ност­ном харак­тере нашей рели­гии. В исламе этого нет. Наша вера лич­ностна и в другом смысле. Оче­видно, что если мы веруем, в веру вовле­чена вся наша лич­ность, это не просто чув­ство. Но наша вера лич­ностна и в том смысле, что ее объ­ек­том явля­ется Лич­ность. Бог, кото­рому мы вве­ряем свое спа­се­ние, явля­ется Лич­но­стью. На языках ислам­ского мира эти истины объ­яс­нить довольно сложно. Напри­мер, в араб­ском языке слово «лич­ность» имеет отте­нок «парень» или «при­я­тель». Говоря о Боге, мусуль­ма­нин нико­гда не назо­вет Его лич­но­стью. В исламе Бог — «все­цело Иной». Он отли­ча­ется от всех и всего сущего на свете. Об этом надо непре­менно пом­нить, говоря о заботе Бога о нас, своих детях, и об уве­рен­но­сти, что мы полу­чили спа­се­ние навсе­гда.

Иными сло­вами, согласно бого­слов­скому пони­ма­нию, в центре Библии нахо­дится Лич­ность, и эта Лич­ность — не кто иной, как наш Гос­подь Иисус Хри­стос. Он наш Емма­нуил, т. е. «с нами Бог». Этой бес­цен­ной истины нет в исламе. Мусуль­мане даже не упо­ми­нают, что они знают Бога или имеют какие-то вза­и­мо­от­но­ше­ния с Ним. Если они так скажут, их сочтут мисти­ками. Я всегда упо­ми­наю, что в хри­сти­ан­стве мы знаем Бога лично — как нашего Небес­ного Отца. В исламе всегда поль­зу­ются пред­ло­гом, кото­рый раз­де­ляет чело­века и Бога. Ни один мусуль­ма­нин не скажет: «Я знаю Бога», он скажет: «Я знаю о Боге». Нет ничего подоб­ного пре­крас­ным словам из Писа­ния: «Чтобы познать Его, и силу вос­кре­се­ния Его, и уча­стие в стра­да­ниях Его» (Флп. 3:10). Все, что мы нахо­дим в главе вось­мой Посла­ния к Рим­ля­нам, отно­сится исклю­чи­тельно к обла­сти лич­ного.

«Ибо думаю, что нынеш­ние вре­мен­ные стра­да­ния ничего не стоят в срав­не­нии с тою славою, кото­рая откро­ется в нас… Ибо знаем, что вся тварь сово­купно сте­нает и мучится доныне… И мы в себе сте­наем, ожидая усы­нов­ле­ния, искуп­ле­ния тела нашего… Притом знаем, что любя­щим Бога, при­зван­ным по Его изво­ле­нию, все содей­ствует ко благу… Но все cue пре­одо­ле­ваем силою Воз­лю­бив­шего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни насто­я­щее, ни буду­щее, ни высота, ни глу­бина, ни другая какая тварь не может отлу­чить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Гос­поде нашем» (Рим.8:18,22–23,28,37–39). Какая уве­рен­ность!

Глава вторая. Как рас­ска­зать об Иисусе

Мы твердо верим, что наш Гос­подь — боже­ствен­ный Сын Божий. Но мы заме­чаем, что апо­стол Матфей откры­вает это посте­пенно. Иначе говоря, это Еван­ге­лие не начи­на­ется ясными уве­рен­ными сло­вами, кото­рые были ска­заны Церкви в конце I сто­ле­тия: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Матфей начи­нает с перечня пред­ков Иисуса, Мессии, потомка Давида.

Давид, как пото­мок Адама, хорошо изве­стен мусуль­ма­нам. Вы можете при­ве­сти им этот пере­чень, и им будет инте­ресно услы­шать имена пат­ри­ар­хов. Они с удив­ле­нием узнают, что неко­то­рые из них не были свя­тыми по их поня­тиям о свя­то­сти.

Глав­ная часть 1‑й главы — пре­крас­ная весть о рож­де­нии Мессии. Он был про­воз­гла­шен Спа­си­те­лем Своего народа. Ангел сказал: «Родит же Сына, и наре­чешь Ему имя: Иисус; ибо Он спасет людей своих от грехов их» (Мф. 1:21).

Теперь самое под­хо­дя­щее время объ­яс­нить поло­же­ние еврей­ского народа при рим­ском вла­ды­че­стве. Как пра­вило, арабы и все мусуль­мане живо инте­ре­су­ются исто­рией Изра­иля. Поэтому свя­щен­ная исто­рия Вет­хого Завета должна запол­нить про­белы, име­ю­щи­еся в Коране.

Вы можете начать с Давида и рас­ска­зать, какой про­цве­та­ю­щей была страна в его время и какой вели­кой стала она при прав­ле­нии его сына Соло­мона Муд­рого. В то время страна раз­де­ли­лась на два цар­ства. Север­ное цар­ство — Изра­иль­ское — было пред­став­лено деся­тью пле­ме­нами (коле­нами). Южным цар­ством было Иудей­ское со сто­ли­цей в Иеру­са­лиме. В то время как в Иеру­са­лим­ском храме строго соблю­да­лись бого­слу­же­ния, в север­ном цар­стве рели­гия под­верг­лась син­кре­тизму и в резуль­тате его жите­лей увели в плен асси­рийцы. Они были выход­цами из Месо­по­та­мии (совре­мен­ный Ирак).

Южное цар­ство не сохра­нило вер­но­сти Гос­поду. Пришли вави­ло­няне и пле­нили народ Иудеи. Исто­рия иудей­ского народа была во многом тра­гична. Но Бог нико­гда не забы­вал обе­то­ва­ния, дан­ного Авра­аму. Он посы­лал про­ро­ков, кото­рые при­зы­вали народ обра­титься к Богу, и утешал его гря­ду­щим при­хо­дом Мессии. После паде­ния Вави­лон­ской импе­рии персы отпу­стили иудеев обратно на родину. Вер­ну­лись около 45 тысяч чело­век под пред­во­ди­тель­ством Ездры и Неемии.

Мусуль­ма­нам вообще и наро­дам Ближ­него Востока в част­но­сти очень важно знать исто­рию. Поэтому вам нужно иметь доста­точно хоро­шее пред­став­ле­ние о пери­оде между Ветхим и Новым Заве­тами, т. е. от про­рока Мала­хии до вопло­ще­ния Сына Божьего.

Неко­то­рую инфор­ма­цию об этом пери­оде можно найти в апо­кри­фах. После паде­ния Пер­сид­ской импе­рии на Ближ­ний Восток около 300 г. до Р.Х. пришли греки под пред­во­ди­тель­ством Алек­сандра Вели­кого. После его смерти огром­ная импе­рия рас­па­лась на несколько царств. Еги­пет­ским цар­ством управ­ляли Пто­ле­меи, а Сирией — Селев­киды. Иудеи, про­жи­вав­шие в тот период в Пале­стине, испы­ты­вали на себе послед­ствия вражды между этими двумя цар­ствами. Одна­жды они вос­стали против Селев­ки­дов и одер­жали вели­кую победу, отме­ча­е­мую и по сей день как празд­ник Ханука.

Около 50 г. до Р.Х. весь Ближ­ний Восток подпал под вли­я­ние Рима. Ко вре­мени появ­ле­ния Нового Завета Пале­стина уже вхо­дила в состав рим­ской про­вин­ции Сирия. Это была мощная импе­рия с хорошо орга­ни­зо­ван­ной систе­мой управ­ле­ния. Но наш Спа­си­тель был объ­яв­лен Спа­си­те­лем своих людей не от рим­ского вла­ды­че­ства, а от их «грехов».

Рас­смат­ри­вая Посла­ние к рим­ля­нам, мы отме­чали, что мусуль­мане пони­мают «грехи» не так, как мы. В их пони­ма­нии грехи — это просто ошибки, про­ступки, про­ис­те­ка­ю­щие от сла­бо­сти чело­ве­че­ской натуры, кото­рые можно иску­пить доб­рыми делами и испол­не­нием тре­бо­ва­ний «шариа» — закона Бога.

Иначе обстоит дело в Новом Завете. Иисус — Спа­си­тель Своих людей от их грехов. Вам пона­до­бятся вся данная вам бла­го­дать Бога и все оттенки языка, на кото­ром вы гово­рите, чтобы объ­яс­нить мусуль­ма­нину, что вы пони­ма­ете под гре­хов­но­стью или грехом. Именно поэтому рас­сказ о биб­лей­ской исто­рии очень важен и поучи­те­лен. Биб­лей­ские истины нельзя пре­по­да­вать абстрактно. Вы должны рас­ска­зы­вать кон­крет­ные биб­лей­ские исто­рии.

Теперь мы подо­шли к пре­крас­ному имени Емма­нуил, кото­рый упо­ми­на­ется в 1‑й главе Еван­ге­лия по Матфею: «А все это про­изо­шло, да сбу­дется ска­зан­ное Гос­по­дом чрез про­рока, кото­рый гово­рит: «Вот, Дева во чреве при­и­мет и родит Сына, и наре­кут имя Ему: Емма­нуил, что значит: с нами Бог”» (Мф. 1:22–23). В дослов­ном пере­воде «Емма­нуил» значит «с нами Бог». Инте­ресно отме­тить, что в гре­че­ской версии Библии это выде­лено особо. Емма­нуил озна­чает вопло­ще­ние Сына Божьего. В лице Христа Бог стал одним из нас и объ­явил о един­стве с нами, сирыми и убо­гими людьми! Конечно же, подоб­ное откро­ве­ние пре­выше вся­кого вооб­ра­же­ния.

Глу­бо­кий духов­ный голод чело­века, будь то мусуль­ма­нин или иудей, марк­сист или языч­ник, можно уто­лить только этим чудес­ным именем — Емма­нуил. С нами Бог. В лице Христа Он стал нашим Иску­пи­те­лем.

Вы сами должны почув­ство­вать, когда насту­пит момент побе­се­до­вать о глу­бо­ком зна­че­нии вопло­ще­ния. Мусуль­мане всегда с огром­ным вни­ма­нием выслу­ши­вают рас­сказы о подроб­но­стях жизни нашего Гос­пода. Их очень инте­ре­суют все собы­тия, все тра­ги­че­ские моменты исто­рии, о кото­рых пойдет речь в сле­ду­ю­щей главе. Вы рас­ска­жете о при­ходе муд­ре­цов, оче­видно, из Персии, Месо­по­та­мии или другой восточ­ной страны. Бег­ство в Египет будет для них захва­ты­ва­ю­щей исто­рией. А истреб­ле­ние мла­ден­цев Иродом рас­кроет перед ними весь ужас чело­ве­че­ской при­роды.

Хотя Иоанн Кре­сти­тель и упо­ми­на­ется в Коране под именем Яхья, миссия его неясна. Нигде нет даже намека на учение Кре­сти­теля. Поэтому мы не можем рас­счи­ты­вать на то, что мусуль­мане пони­мают, что сын Заха­рии при­зы­вал народ ожи­дать при­хода Мессии: «Я крещу вас в воде в пока­я­ние, но Идущий за мною силь­нее меня; я недо­стоин поне­сти обувь Его; Он будет кре­стить вас Духом Святым и огнем; лопата в руке Его, и Он очи­стит гумно Свое, и собе­рет пше­ницу Свою в жит­ницу: а солому сожжет огнем неуга­си­мым» (Мф. 3:11–12).

Кре­ще­ние Иисуса и три­един­ство Бога

Когда мы под­хо­дим к кре­ще­нию Иисуса, нам откры­ва­ются три Лич­но­сти в их един­стве. Для мусуль­ман это — камень пре­ткно­ве­ния. Но мы должны не укло­няться от этого учения, а, напро­тив, четкое пред­став­лять все, что про­изо­шло.

«Тогда при­хо­дит Иисус из Гали­леи на Иордан к Иоанну — кре­ститься от него. Иоанн же удер­жи­вал Его и гово­рил: мне надобно кре­ститься от Тебя, и Ты ли при­хо­дишь ко мне? Но Иисус сказал ему в ответ: оставь теперь; ибо так над­ле­жит нам испол­нить всякую правду. Тогда Иоанн допус­кает Его» (Мф. 3:13–15). Здесь нам откры­ва­ется смысл вто­рого имени Иисуса, как о Нем ска­зано у Матфея. Емма­нуил — с нами Бог. Бог настолько сольется с нами, что, будучи абсо­лютно без­греш­ным, все же примет кре­ще­ние. Это символ Его абсо­лют­ного упо­доб­ле­ния людям.

«И кре­стив­шись Иисус тотчас вышел из воды, — и се, отверз­лись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Кото­рый сходил, как голубь, и нис­пус­кался на Него. И се, глас с небес гла­го­лю­щий: Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние» (Мф. 3:16–17). Здесь перед нами явно выри­со­вы­ва­ется учение о Святой Троице. Сын принял кре­ще­ние как вопло­щен­ный Сын Бога. Его можно было видеть. Открылся Дух Святой. «Дух Божий сходил, как голубь, и нис­пус­кался на Него». И был услы­шан «глас с небес», голос Бога-Отца, кото­рый объ­явил: «Сей есть Сын Мой Воз­люб­лен­ный, в Кото­ром Мое бла­го­во­ле­ние».

Вы не должны забы­вать, что имеете дело с людьми, кото­рым веками при­ви­ва­лось нега­тив­ное отно­ше­ние к учению о Троице. Лишь после того, как мусуль­ма­нин при­знал свою гре­хов­ность и принял Иисуса Христа как своего Спа­си­теля, учение о Троице пере­стает быть для него про­бле­мой. Я убе­дился в этом на соб­ствен­ном опыте. Когда мусуль­ма­нин при­ни­мает Иисуса как своего Спа­си­теля, бла­го­дать Гос­пода и работа Св. Духа при­во­дят его к убеж­де­нию, что Иисус не просто пророк, но вопло­тив­шийся Сын Божий. Ради нас, людей, и ради нашего спа­се­ния Он сошел с небес, чтобы совер­шить Свой подвиг искуп­ле­ния.

Мы не сможем при­ве­сти мусуль­ман к Богу, если с самого начала будем пытаться убе­дить их в истин­но­сти Св. Писа­ния или на его основе изла­гать учение о Троице, дока­зы­вать свя­тость Иисуса и под­лин­ность Его рас­пя­тия в Страст­ную пят­ницу. Мы должны начать с самого эле­мен­тар­ного. Все мы созданы по образу и подо­бию Божьему. Все мы согре­шили. «Мы как овцы, не име­ю­щие пас­тыря». Мы начи­наем с того, с чего начал Павел в своем Посла­нии — с объ­яс­не­ния убо­же­ства чело­ве­че­ского суще­ство­ва­ния. Затем мы пере­хо­дим к разъ­яс­не­нию Благой вести от Бога. Иными сло­вами, мы начи­наем с биб­лей­ского учения о гре­хо­па­де­ния чело­века и о бла­го­дати Божьей, кото­рая спа­сает чело­века от греха. Если мусуль­ма­нин усвоил эти осно­во­по­ла­га­ю­щие истины, мы ведем его дальше — к учению о сынов­стве Христа и о Троице.

Про­воз­ве­стие Еван­ге­лия должно увлечь мусуль­ма­нина уни­каль­но­стью слу­же­ния нашего Гос­пода Иисуса Христа и его лич­но­сти. Нельзя вос­при­ни­мать Мессию как просто про­рока. Он — Лич­ность, кото­рая была Богом и чело­ве­ком одно­вре­менно. Это глав­ное, что заклю­чает в себе Еван­ге­лие: Иисус — Сын Божий, Кото­рый пришел на землю, чтобы при­не­сти нам искуп­ле­ние.

Чудеса

Не стоит уде­лять много вни­ма­ния рас­ска­зам о чуде­сах, кото­рые творил Иисус. Мусуль­мане при­пи­сы­вают Ему гораздо больше чудес, чем мы. Согласно Корану, Иисус творил чудеса еще мла­ден­цем.

Поэтому, когда мы пере­хо­дим к рас­сказу о слу­же­нии нашего Гос­пода, мы должны знать о пред­став­ле­ниях мусуль­ман отно­си­тельно чудес, кото­рые творил Иисус. Чудеса Мессии в Коране носят мифи­че­ский харак­тер. Он творил птиц из грязи, и они летали!

Я убеж­ден, что тво­ри­мые Иису­сом чудеса были наце­лены на то, чтобы пока­зать, что Он — Сын Божий: это была его Боже­ствен­ная миссия. Второй целью Его миссии было искуп­ле­ние. А те чудеса, что опи­сы­ва­ются в Коране, не соот­вет­ствуют этим двум зада­чам.

Вот почему, когда мы вместе с мусуль­ма­нами читаем об иску­ше­ниях Иисуса, мы объ­яс­няем им, что наш Гос­подь отка­зался сотво­рить чудо именно ради самого чуда. Рас­ска­зы­вая о соро­ка­днев­ном посте и после­ду­ю­щих иску­ше­ниях, ука­жите, что Мессия отка­зался пре­вра­щать камни в хлеб и пры­гать с высоты храма. Иисус творил чудеса не для того, чтобы заста­вить людей уве­ро­вать в Него.

Здесь можно упо­мя­нуть, что, по Корану, Сатана пал, потому что отка­зался покло­ниться Адаму. Более того, Коран при­пи­сы­вает пове­ле­ние покло­ниться Адаму самому Аллаху, что еще более запу­ты­вает поло­же­ние. Несмотря на то, что Коран строго учит о един­ствен­но­сти Бога и абсо­лют­ной необ­хо­ди­мо­сти покло­няться Ему одному, тем не менее как-то странно звучит это учение о паде­нии Иблиса (Сатаны по-араб­ски).

Наша задача — рас­крыть под­лин­ное зна­че­ние чудес, кото­рые творил наш Гос­подь, наде­ясь при этом, что мусуль­мане пере­ста­нут верить в ложные чудеса, при­пи­сы­ва­е­мые нашему Гос­поду в Коране и ислам­ской тра­ди­ции.

Теперь мы подо­шли к той части слу­же­ния нашего Гос­пода, где Он откры­ва­ется как цели­тель и учи­тель: «И ходил Иисус по всей Гали­лее, уча в сина­го­гах их и про­по­ве­дуя Еван­ге­лие Цар­ствия и исце­ляя всякую болезнь и всякую немощь в людях. И прошел о Нем слух по всей Сирии; и при­во­дили к Нему всех немощ­ных, одер­жи­мых раз­лич­ными болез­нями и при­пад­ками, и бес­но­ва­тых, и луна­ти­ков, и рас­слаб­лен­ных, и Он исце­лял их. И сле­до­вало за Ним мно­же­ство народа из Гали­леи и Деся­ти­гра­дия, и Иеру­са­лима и Иудеи и из-за Иор­дана» (Мф. 4:23–25).

Благая весть о Цар­стве отно­сится к Цар­ству Божьему. Совер­шенно иную кон­цеп­цию цар­ства пред­ла­гает ислам. Хотя о послед­них днях у мусуль­ман пред­став­ле­ние при­мерно такое же, как у хри­стиан, однако Цар­ство ассо­ци­и­ру­ется у них с миром ислама.

Вы должны пом­нить, что с самого начала эта рели­гия раз­де­лила весь мир на две части: «Дар аль-Ислам» (цар­ство ислама) и «Дар аль-Харб» (цар­ство войны). Уста­нов­ле­ния Бога рас­про­стра­ня­ются по мере рас­про­стра­не­ния ислама по всему миру. Это — задача мусуль­ман, их наказ. Цар­ство, постро­ен­ное словом и мечом.

Совер­шенно оче­ви­ден кон­траст между обще­ствен­ным слу­же­нием нашего Гос­пода и теми днями, кото­рые Мухам­мед провел в Мекке и Медине. В силу духов­но­сти Цар­ства Божьего и его окон­ча­тель­ной победы после Вто­рого при­ше­ствия Христа мусуль­мане счи­тают нас, хри­стиан, абсо­лютно непрак­тич­ными. Они не пони­мают, как хри­сти­ан­ство соот­но­сится с жиз­нен­ными про­бле­мами здесь, на земле. Ответ же хри­стиан в соот­вет­ствии со Св. Писа­нием таков: Цар­ство Божье яви­лось во Христе и рас­про­стра­ня­ется во всей земле. Но его нельзя уста­но­вить с помо­щью поли­ти­че­ских про­грамм. Оно начи­на­ется в серд­цах людей, пови­ну­ю­щихся Гос­поду. Хри­сти­ане рас­кры­вают силу Цар­ства Божьего в повсе­днев­ном труде. Они ста­ра­ются при­ме­нять прин­ципы Цар­ства повсюду в жизни, созна­вая, что его пол­нота про­явится лишь в конце времен.

Нагор­ная про­по­ведь

Необ­хо­димо иметь совер­шенно четкое пред­став­ле­ние о том, чему учит Гос­подь в Нагор­ной про­по­веди. На мно­го­лет­нем опыте я убе­дился, что эти идеи очень при­вле­ка­тельны для мусуль­ман. Однако если мы будем недо­ста­точно осто­рожны, они истол­куют Нагор­ную про­по­ведь поверх­ностно и будут думать, что Хри­стос учил спа­се­нию через добрые дела.

Мусуль­мане могут при­вет­ство­вать зна­чи­тель­ную часть того, что мы им рас­ска­зы­ваем, поскольку с фило­соф­ской точки зрения у нас много общего. Мы и они испо­ве­дуем теи­сти­че­ские рели­гии, мы ува­жаем закон Божий, кото­рый счи­таем про­яв­ле­нием Его воли в нашей жизни. Мы верим в вер­хов­ную власть Бога, в то, что Он должен быть про­слав­лен выше всего сущего. В отли­чие от после­до­ва­те­лей рели­гий Даль­него Востока, мы не явля­емся пан­те­и­стами.

Но я убеж­ден, что, когда мусуль­мане слу­шают Нагор­ную про­по­ведь, у них нет адек­ват­ного пони­ма­ния. С пси­хо­ло­ги­че­ской точки зрения, они не слышат, что мы им гово­рим: они слышат то, что хотят услы­шать. До тех пор, пока они будут мыс­лить в рамках мусуль­ман­ского созна­ния, они будут исхо­дить из анти­хри­сти­ан­ских взгля­дов.

Поэтому, раду­ясь этим воз­вы­шен­ным словам, они при этом реши­тельно отри­цают чисто хри­сти­ан­ские поня­тия: полу­че­ние спа­се­ния от Нашего Гос­пода, три­един­ство Бога и т. п. Они отри­цают учение о немощи чело­века и невоз­мож­но­сти для него уми­ло­сти­вить Гос­пода и пол­но­стью испол­нить тре­бо­ва­ния закона. Все это созна­ние мусуль­ма­нина немед­ленно отвер­гает.

Вот почему, изучая вместе с мусуль­ма­ни­ном Нагор­ную про­по­ведь, вы должны пред­ви­деть три основ­ные ошибки и не допус­кать их.

Во-первых, необ­хо­димо испра­вить оши­боч­ное пред­став­ле­ние о том, что чело­век может уго­дить Гос­поду. Разъ­яс­ните, что не в нашей власти достичь этого соб­ствен­ными силами, даже став слу­жи­те­лями Мессии. Мы нуж­да­емся в Его силе через Св. Духа для того, чтобы по мень­шей мере при­бли­зиться к зада­чам, постав­лен­ным в Нагор­ной про­по­веди. Фак­ти­че­ски, любой чита­ю­щий Нагор­ную про­по­ведь вни­ма­тельно убе­дится в полной невоз­мож­но­сти для чело­века жить по ее зако­нам. Здесь очень полезно вновь под­черк­нуть гре­хов­ность чело­века, рас­кры­тую в Посла­нии к рим­ля­нам.

Во-вторых, вы должны также поста­раться изме­нить точку зрения мусуль­ман о том, что если мы сле­дуем при­меру нашего Гос­пода, то можем соб­ствен­ными уси­ли­ями при­бли­зить Тыся­че­лет­нее цар­ство. В Нагор­ной про­по­веди Гос­подь дал нам не просто наи­выс­ший закон, кото­рый сле­дует при­ме­нять в этой жизни, чтобы при­бли­зить совер­шен­ный мир. Нам нужно начать с того, чтобы при­нять Иисуса Христа как своего лич­ного Спа­си­теля. Затем мы должны слу­шать Его и бес­пре­ко­словно Ему сле­до­вать. Недо­пу­стимо отры­вать Его учение от Его лич­но­сти и от того осо­бого труда, кото­рый Он пришел совер­шить на этой земле. Любая трак­товка Нагор­ной про­по­веди, про­ти­во­ре­ча­щая учению об оправ­да­нии только верой и спа­се­нии только через бла­го­дать, неверна.

Нако­нец, неко­то­рые мусуль­мане гово­рят: «Вы испо­ве­ду­ете рели­гию, кото­рую создал апо­стол Павел. Истин­ным же Иису­сом явля­ется Иисус Корана». К вели­кому сожа­ле­нию, дей­стви­тельно, были такие ученые из хри­стиан, кото­рые пыта­лись про­ти­во­по­ста­вить Павла Иисусу. Они рас­смат­ри­вали пер­вого как осно­ва­теля хри­сти­ан­ства. Но Павел был только гла­ша­таем хри­сти­ан­ской вести, но никак не ее созда­те­лем. Изучая Нагор­ную про­по­ведь с мусуль­ма­нами, разъ­яс­ните, что Павел учил тому же, что сам Иисус Хри­стос.

Испра­вив эти три ошибки, вам нужно под­черк­нуть три основ­ные истины Нагор­ной про­по­веди.

Под­черк­ните, что закон Бога — это внут­рен­ний закон, а не внеш­ний. Фари­сеи делали его внеш­ним. Если вы сде­лали что-то хоро­шее для других и не совер­шили явного греха, значит все в порядке. Нагор­ная про­по­ведь поле­ми­зи­рует с трак­тов­кой Божьего закона фари­се­ями, что ана­ло­гично спору Павла с иудей­ским бого­сло­вием того вре­мени. Для Бога важно наше внут­рен­нее отно­ше­ние к Нему, а внеш­нее пове­де­ние — уже резуль­тат этого отно­ше­ния. Срав­ните слова Гос­пода, под­чер­ки­ва­ю­щие внут­рен­нее состо­я­ние (Мф.5:22,28; 15:11), с уче­нием Павла (Рим. 2:28–29).

Во-вторых, разъ­яс­ните, что Еван­ге­лие по Матфею пред­став­ляет нашего Гос­пода не просто Спа­си­те­лем, но и Царем. Это Еван­ге­лие назы­ва­ется Еван­ге­лием о Цар­ствии.

Отсюда сле­дует, что мы пови­ну­емся Гос­поду, ибо уже явля­емся его под­дан­ными. Он рас­счи­ты­вает, что наша пра­вед­ность будет пре­вос­хо­дить пра­вед­ность фари­сеев не ради того, чтобы спа­стись, а потому, что мы уже полу­чили спа­се­ние. Итак, в тре­тьих, под­черк­ните, что Нагор­ная про­по­ведь явля­ется путе­вод­ной нитью в жизни тех, кто уже полу­чил спа­се­ние.

Мы не можем достичь этого соб­ствен­ными уси­ли­ями. Вели­чай­шим уче­нием дня Пяти­де­сят­ницы явля­ется то, что закон Божий напи­сан в наших серд­цах, так что полу­чив­ший спа­се­ние сразу же начи­нает жить по-хри­сти­ан­ски. Цель Нагор­ной про­по­веди состоит в том, чтобы пока­зать не внеш­ние атри­буты хри­сти­ан­ства, а его внут­рен­ний мир и высо­кие тре­бо­ва­ния — невы­пол­ни­мые, если Иисус Хри­стос не стал Царем вашей жизни.

Страст­ная неделя и Вечеря Гос­подня

Есть несколько момен­тов, кото­рые вы должны под­черк­нуть, пере­ходя к рас­сказу о Страст­ной неделе.

Прежде всего суще­ствует спе­ци­аль­ная под­го­товка к Пас­халь­ной тра­пезе. Она даст воз­мож­ность рас­ска­зать заин­те­ре­со­ван­ному мусуль­ма­нину исто­рию воз­ник­но­ве­ния Пасхи. Вам при­дется вер­нуться к Вет­хому Завету и вспом­нить, что про­изо­шло с наро­дом Изра­иль­ским в Египте и почему Пасху стали празд­но­вать еже­годно. Она стала частью кален­даря еврей­ского народа.

Затем, тро­га­тель­ные собы­тия в верх­ней гор­нице. Наш Гос­подь совер­шенно одно­значно пред­ска­зал, что Он будет не только предан и убит, но что пре­да­те­лем будет один из его две­на­дцати уче­ни­ков.

И здесь вновь наш Гос­подь отме­чает, что эти собы­тия были пред­ска­заны в Св. Писа­нии. Это не выдумка хри­стиан в более позд­ние годы. Крест про­смат­ри­ва­ется на про­тя­же­нии всего Писа­ния. Наш Гос­подь не про­по­ве­до­вал фата­лизм и пред­опре­де­ле­ние в исто­рии, когда гово­рил, что Сын Чело­ве­че­ский умрет согласно Писа­нию, — Он доба­вил, что это будет страшно для самого пре­да­теля. Гос­подь в Своем учении о все­вла­стии Бога и об исто­ри­че­ской пред­опре­де­лен­но­сти одно­вре­менно под­чер­ки­вал ответ­ствен­ность Иуды.

Конечно же, Иисус учил, что у Бога есть замы­сел искуп­ле­ния, кото­рый вклю­чает Крест, но Он и пре­ду­пре­ждал того, кто наме­ре­вался пре­дать. Он настав­ляет нас, как одно­вре­менно верить во все­си­лие Бога и в ответ­ствен­ность чело­века. Мы не должны пре­умень­шать зна­че­ние ни того ни дру­гого или же заяв­лять, что наш огра­ни­чен­ный ум не в состо­я­нии их сов­ме­стить. Фак­ти­че­ски, если вы обна­ру­жите рели­гию, кото­рая пол­но­стью понятна чело­веку, вы не должны ей дове­рять. Как может чело­ве­че­ский ум охва­тить все истины Божьи?

Вечеря Гос­подня помо­жет вам объ­яс­нить, что, хотя Новый Завет и выде­ляет Слово, он не отме­няет обряды и цере­мо­нии, кото­рые полны смысла и уста­нов­лены Гос­по­дом.

Мы пояс­няем, что наш Гос­подь дал нам Завет, кото­рый рас­кры­вает самое суть Его миссии. Мы можем также (чтобы это стало яснее мусуль­ма­нину) назвать это знаком, сим­во­лом, физи­че­ским выра­же­нием миссии Иисуса.

Тот факт, что Он взял чашу, воз­бла­го­да­рил, дал ее уче­ни­кам и сказал, чтобы они испили ее, что это Его Кровь, можем шоки­ро­вать мусуль­ма­нина. Вы должны объ­яс­нить, что это символ Его Крови. Не может же чело­век быть настолько лишен вооб­ра­же­ния, чтобы поду­мать, будто Иисус и впрямь мог пред­ло­жить уче­ни­кам Свою Кровь. Это значит, что в той чаше вина мы видим символ Крови нашего Гос­пода, кото­рая явля­ется нашей жизнью. Он пролил Свою Кровь на кресте. Здесь опять же самый под­хо­дя­щий случай рас­ска­зать о Кресте или о гря­ду­щей смерти на кресте. Это было не только про­воз­гла­шено Словом, но и дока­зано на деле.

Мусуль­мане часто задают вопрос: «Почему же Иисус выбрал Иуду в уче­ники?» Считая Иисуса про­ро­ком, мусуль­мане уве­рены, что Он мог пред­ви­деть буду­щее. Поэтому они наста­и­вают на этом вопросе. Но фак­ти­че­ски вопрос гораздо шире. Не просто: «почему Иуду?», а «почему Бог сотво­рил мир, если знал, что чело­век впадет в грех?» Таким обра­зом это — лишь часть огром­ной про­блемы — про­блемы зла.

Но Библия — не учеб­ник фило­со­фии. Она учит тому, как чело­век может полу­чить спа­се­ние, а, полу­чив его, вести святую жизнь. Так что мы можем ска­зать: «Аллах алим» — только Богу ведомо все.

Мы не должны стес­няться при­знать, что есть вещи выше нашего пони­ма­ния.

Не должны мы высту­пать и адво­ка­тами нашего Гос­пода. Ему не нужна защита. Он избрал Иуду. Это загадка. Но это пока­зы­вает, что чело­век может быть так близок к Богу и Цар­ству и все же пасть.

Может воз­ник­нуть и такой вопрос: если Мухам­мед умер, а Иисус нет, то разве это не делает Иисуса гораздо более вели­ким про­ро­ком, нежели Мухам­мед?

Конечно. Вы ука­зы­ва­ете на несо­об­раз­ность, кото­рая помо­жет вам, но не в начале беседы с мусуль­ма­ни­ном, а гораздо позже. Воз­можно, перед послед­ней сту­пе­нью, когда он сможет ска­зать: «Я верую в Иисуса Христа как в моего Гос­пода и Спа­си­теля».

Если бы мусуль­мане были после­до­ва­тельны, они бы при­знали, что Тот, кто в их пони­ма­нии был избав­лен от смерти и взят на небо, гораздо выше того, чьей могиле они ходят покло­няться. Более того. Идущий палом­ни­ком в Мекку должен идти не туда. На самом деле он должен идти на север, в Медину, где в мечети поко­ится прах Мухам­меда.

Хотя только Коран почи­та­ется Словом Божьим, в мас­со­вом рели­ги­оз­ном созна­нии мусуль­ман не менее важной частью счи­та­ются тра­ди­ции, пре­да­ние. Я не забуду сле­пого нищего в Марокко, вос­пе­вав­шего Мухам­меда в пять утра в авто­бус­ном парке. В своей песне он при­рав­ни­вал его ко Христу.

Не при­пи­сы­вая Мухам­меду боже­ствен­но­сти, он вос­пе­вал его как творца все­лен­ной, того, о ком Бог думал еще прежде созда­ния мира. Я вспом­нил первые главы Еван­ге­лия по Иоанну и Посла­ния к колос­ся­нам и усо­мнился, что тот нищий когда-либо слышал об этих текстах. Однако он воз­вы­сил Мухам­меда гораздо выше того, что пророк сам думал о себе, и выше, чем об этом гово­рится в Коране. Мусуль­мане пре­вра­щают Мухам­меда в центр все­лен­ной!

Мусуль­мане при­пи­сы­вает Мухам­меду то, что по праву при­над­ле­жит нашему Гос­поду и что тоже делает его спа­си­те­лем. Такое впе­чат­ле­ние сло­жи­лось у меня в Марокко. Это не была офи­ци­аль­ная про­по­ведь в мечети. Но откуда же нищий полу­чил такое убеж­де­ние? Он не мог изоб­ре­сти его сам. Это было повто­ре­нием пре­да­ния. В раз­лич­ных мусуль­ман­ских стра­нах я нередко удив­ля­юсь, насколько «народ­ное бого­сло­вие» пере­ме­ша­лось с офи­ци­аль­ным!

Рас­пя­тие

Коран не отри­цает Страст­ную неделю. Он отри­цает, что она закон­чи­лась рас­пя­тием. Пред­по­ла­га­ется, что, когда Иисуса вели на рас­пя­тие, Бог всех пере­хит­рил, под­ме­нив Иисуса кем-то другим и забрав Его на небеса. Фак­ти­че­ски мусуль­мане воз­ра­жают против рас­пя­тия с тео­ло­ги­че­ской, а не с исто­ри­че­ской точки зрения. Они гово­рят: во-первых, Бог все­мо­гущ; во-вторых, Он послал Иисуса на землю как вели­чай­шего гла­ша­тая Своей воли, и нако­нец: Бог не мог поз­во­лить рас­пять Своего про­рока — сле­до­ва­тельно, Иисус не был распят.

Если пре­сле­до­вали Мухам­меда, то нет ничего уди­ви­тель­ного, что Иисус тоже не избе­жал этой участи. Чтобы спасти свою жизнь, Мухам­меду при­шлось бежать. Мусуль­ма­нам известно о стра­да­ниях Мухам­меда и группы его после­до­ва­те­лей. Многие из ее членов бежали в Эфи­о­пию. Таким обра­зом в исламе при­сут­ствует идея стра­да­ния. Но мысль о полном пора­же­нии недо­пу­стима. Иудеи тоже стал­ки­ва­ются с этой про­бле­мой. Как могут они при­нять Того, Кто был распят? Поэтому мусуль­ма­нин спа­сает нашего Гос­пода в один­на­дца­том часу.

Вы столк­не­тесь с опре­де­лен­ной про­бле­мой, когда будете читать мусуль­ма­нам, что наш Гос­подь, отойдя в сто­рону, молился: «Отче Мой! если воз­можно, да минует Меня чаша сия; впро­чем не как Я хочу, но как Ты.» (Мф. 26:39). Они вам скажут: «Если Мессии суж­дено было уме­реть, Он бы шел к кресту сми­ренно. Почему же Он здесь про­ти­вится? Почему Он хочет избе­жать смерти и одно­вре­менно под­чи­ня­ется Боже­ствен­ной воле?» Как вы объ­яс­ните эти слова Гос­пода?

Прежде всего вы должны ска­зать, что Хри­стос был одно­вре­менно чело­ве­ком и Богом. Мы не должны пре­умень­шать чело­ве­че­скую при­роду Иисуса. Смерть даже для хри­сти­а­нина — враг. Мы попрали ее бла­го­даря Христу. Но тем не менее она оста­ется врагом. Вы не можете назвать своего врага другом. Сам по себе факт, что Хри­стос пришел на землю, чтобы уме­реть, заста­вил Его молиться: «не как Я хочу, но как Ты». Эту молитву Он повто­рил три раза. Это под­твер­ждает, что нет иного пути, кроме крест­ного. В молитве Хри­стос ука­зы­вает при­чину, по кото­рой Он идет на смерть: не потому, что Он совер­шил нечто гре­хов­ное, но потому, что Он принял свя­щен­ную миссию от Отца — стать нашим Заме­сти­те­лем и Иску­пи­те­лем.

Арест Христа описан очень подробно. Мы видим, как пре­да­тель­ски повел себя Иуда. Мы читаем, как Иисус пред­стал перед синед­ри­о­ном. Он не был схва­чен толпой. Его не лин­че­вали. Нет, Он прошел через опре­де­лен­ную про­це­дуру, преду­смот­рен­ную зако­ном.

Пове­де­ние апо­стола Петра сви­де­тель­ствует о том, как необык­но­венно трудно при­нять рас­пя­тие на кресте. Он отрекся от Гос­пода, хотя был одним из самых близ­ких Ему людей. Я хорошо пред­став­ляю, насколько нелег­ким был этот момент для Петра. Если даже Петру было так тяжело, то как же мы должны быть тер­пе­ливы по отно­ше­нию к мусуль­ма­нам!

В 27‑й главе Еван­ге­лия по Матфею мы видим что наш Гос­подь был при­го­во­рен к смерти цер­ков­ными вла­стями. Он якобы бого­хуль­ство­вал. Рим­ские власти не могли при­го­во­рить чело­века к смерти из-за непо­до­ба­ю­щего рели­ги­оз­ного пове­де­ния. Обра­тите вни­ма­ние на обви­не­ние против Гос­пода. Это очень ясно про­сле­жи­ва­ется в Еван­ге­лиях по Марку, Луке и Иоанну. В конце концов Иисусу при­пи­сали обви­не­ние против Рима. Вся власть в Пале­стине была в руках Рима, и его намест­ни­кам едва ли мог понра­виться тот, кто хотел воз­гла­вить еврей­ский народ. Вопрос о бого­хуль­стве не вол­но­вал Пилата. А вот при­пи­сы­ва­е­мая Христу роль царя иудей­ского народа была доста­точ­ным осно­ва­нием, чтобы заста­вить Пилата при­нять уча­стие в судеб­ном про­цессе против Иисуса.

Пилат пред­став­лял рим­ские власти, кото­рые весьма ува­жали закон. Пилат знал, что Хри­стос неви­но­вен. Это очень важно для нашего искуп­ле­ния. Граж­дан­ские власти пони­мали, что за Ним нет ничего, что заслу­жи­вало бы смерти. Но Пилат осудил Его по сооб­ра­же­ниям целе­со­об­раз­но­сти. Мы знаем, что на то была Божья воля, но это не служит оправ­да­нием для Пилата. Он при­го­во­рил к смерти Иисуса и поми­ло­вал мятеж­ника Варавву. С точки зрения римлян Варавва был пре­ступ­ни­ком, но ради иудеев они поми­ло­вали его.

При­скорбно, что в Коране все наобо­рот: был распят Варавва или Иуда, но не Мессия. Иными сло­вами, когда мы под­хо­дим к сути хри­сти­ан­ского учения, Мухам­мед нала­гает свое вето. Это отли­чало его после­до­ва­те­лей на про­тя­же­нии всех четыр­на­дцати сто­ле­тий. Мусуль­мане и сейчас отвер­гают Крест.

Трудно пред­ста­вить, что и сего­дня они отри­цают исто­ри­че­скую основу нашей веры. Нам известны многие неве­ру­ю­щие, номи­наль­ные хри­сти­ане, агно­стики, пред­ста­ви­тели других рели­гий, кото­рые по край­ней мере при­ни­мают исто­ри­че­ский факт рас­пя­тия Христа, хотя и отри­цают его смысл.

Именно поэтому Сэмюэл Цвемер (Zwemer), один из наи­бо­лее ярких мис­си­о­не­ров в ислам­ском мире, назы­вал труд среди мусуль­ман «про­слав­ле­нием невоз­мож­ного». И это дей­стви­тельно невоз­можно с чело­ве­че­ской точки зрения, но с точки зрения Бога ничего невоз­мож­ного нет. И, нако­нец, когда мы гово­рим о Кресте и защи­щаем его исто­рич­ность, мы не просто отста­и­ваем исто­ри­че­ский факт. Мы сви­де­тель­ствуем, что наше осво­бож­де­ние от бре­мени греха и зла про­изо­шло именно бла­го­даря тому, что Иисус умер на кресте вместо нас. Но это еще не все. Иисус умер в Страст­ную пят­ницу за сте­нами Иеру­са­лима, а вос­крес в вос­кре­се­нье утром. Он побе­дил все силы зла и попрал грех. Все, кто уве­руют в Него, полу­чают дар спа­се­ния. Это и есть сердце хри­сти­ан­ской вести, инджил Иисуса Мессии!

Глава третья. Еван­ге­лие в Ветхом Завете

Рас­смат­ри­вая Ветхий Завет, важно пом­нить кон­цеп­цию ислама о Божьем Откро­ве­нии. Мусуль­мане верят, что Бог посы­лал в мир много про­ро­ков. Но они убеж­дены, что боль­шин­ство книг откро­ве­ний уте­ряно. Един­ствен­ное, что оста­лось от этих книг, — это Тора Моисея, Псалмы Давида и Инджил Иисуса. По их мнению, послед­няя книга была извра­щена хри­сти­а­нами. Теперь среди хри­стиан имеют хож­де­ние четыре еван­ге­лия: инджил Матфея, инджил Марка, инджил Луки и инджил Иоанна.

В мусуль­ман­ской кон­цеп­ции Откро­ве­ния нет места для Еван­ге­лия как Благой вести Бога чело­веку. Для них еван­ге­лие, инджил, — просто закон. Бог откры­вает свой закон и волю, чтобы чело­век через их позна­ние мог на прак­тике заслу­жить милость Аллаха (т. е. достичь спасения).Д

аже если мы сможем убе­дить мусуль­ман в истин­но­сти Библии, в том, что она не была иска­жена иуде­ями и хри­сти­а­нами, мусуль­мане все равно будут утвер­ждать, что именно они обла­дают окон­ча­тель­ным и полным Откро­ве­нием — Кора­ном. Они сошлются на учение об отмене всех пред­ше­ству­ю­щих откро­ве­ний. Это можно найти в самом Коране. Сна­чала свя­щен­ная книга мусуль­ман огра­ни­чи­вает число жен до четы­рех, но позже про­року было поз­во­лено иметь две­на­дцать! Более позд­нее откро­ве­ние «сошло» с небес и отме­нило все преды­ду­щие.

Об этом надо пом­нить, когда мы делимся Словом Божьим с мусуль­ма­нами. Цель данной книги — в том, чтобы дать вам почув­ство­вать мусуль­ман­скую ауди­то­рию. Это тре­бует совер­шенно иного под­хода в том смысле, что, когда вы откры­ва­ете Библию, вы должны объ­яс­нить, что вы имеете или не имеете в виду, упо­треб­ляя то или иное выра­же­ние.

Воз­ни­кает вопрос: если у нас настолько разное пони­ма­ние Божьего Откро­ве­ния, что же у нас общего с мусуль­ма­нами? Может быть, вообще ничего общего нет?

Прежде всего, и мы и они — люди. Мы были созданы по образу и подо­бию Бога. Вы обща­е­тесь с мусуль­ма­нами не просто как с мусуль­ма­нами, но как с людьми, создан­ными по подо­бию Божьему. Этот фун­да­мен­таль­ный прин­цип нельзя забы­вать при еван­ге­ли­за­ции мусуль­ман.

Затем, строго говоря, у нас есть опре­де­лен­ный отре­зок общей свя­щен­ной исто­рии: Адам, Ной, Авраам, Исаак, Измаил, Иаков, Давид и Соло­мон. Есть часть свя­щен­ной исто­рии, кото­рая при­ни­ма­ется обеими сто­ро­нами, но ее изло­же­ние в Библии суще­ственно отли­ча­ется от изло­же­ния в Коране (или в «Хадисе» — ислам­ском пре­да­нии).

Хочу еще раз под­черк­нуть, что одно из глав­ных раз­ли­чий между хри­сти­ан­ством и исла­мом заклю­ча­ется в пони­ма­нии при­роды Божьего Откро­ве­ния. Нам, хри­сти­а­нам, Библия дана для того, чтобы мы могли про­ник­нуть в план спа­се­ния. Иными сло­вами, Откро­ве­ние Бога иску­пи­тельно. Мусуль­мане же вос­при­ни­мают его исклю­чи­тельно как закон. Проще говоря, для хри­стиан Слово Божье — это Закон и Еван­ге­лие, для мусуль­ман же оно — исклю­чи­тельно закон.

Вам сле­дует пом­нить, что слова, к кото­рым вы при­выкли, упо­треб­ля­ются мусуль­ма­нами в совер­шенно ином зна­че­нии. Когда вы ска­жете «инджил», мусуль­мане тут же поду­мают о небес­ной книге, сошед­шей на Иисуса, в то время как для нас это посла­ние, кото­рое осве­щает все Св. Писа­ние от Книги Бытия до Откро­ве­ния Иоанна Бого­слова. Это про­воз­гла­ше­ние Благой вести о том, что сделал Бог для нас как людей в лице его еди­но­род­ного Сына Иисуса Христа.

Итак, когда вы начи­на­ете бесе­до­вать о содер­жа­нии Вет­хого Завета (помня, что само назва­ние «Ветхий Завет» мусуль­ма­нину ничего не гово­рит), повто­рите, что это «Таурат» Моисея, Книги про­ро­ков и Писа­ния, кото­рые начи­на­ются с Псал­мов Давида.

Непре­менно рас­ска­жите о гре­хо­па­де­нии Адама и Евы, под­черк­нув, как трак­ту­ется это собы­тие в Книге Бытия в про­ти­во­вес поверх­ност­ному пони­ма­нию этой тра­ги­че­ской исто­рии в исламе. Как только вы это сде­ла­ете, опи­ра­ясь на 3‑ю главу Книги Бытия, обя­за­тельно отметьте стих 15 как первое про­воз­гла­ше­ние «инджил».

У меня нет воз­мож­но­сти подробно оста­нав­ли­ваться на Авра­аме, но важно отме­тить, что Бог в своем добром отно­ше­нии к чело­веку взял ини­ци­а­тиву в Свои руки и дал обе­то­ва­ние о спа­се­нии. Тра­гично то, что мусуль­мане (как и иудеи) поняли при­зва­ние Авра­ама исклю­чи­тельно в этни­че­ском отно­ше­нии. Этот вели­кий пат­ри­арх умер, но его духов­ное досто­ин­ство пере­да­лось арабам, его потом­кам через Изма­ила, и позже дошло до Мухам­меда, воз­ро­див­шего и завер­шив­шего веру, или рели­гию Авра­ама.

Я пред­по­чи­таю начать с Книги про­ро­ков, и здесь Книга про­рока Исаии под­хо­дит лучше всего, поскольку из всех вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков ему было дано больше всего мес­си­ан­ских про­ро­честв. Итак, мы откры­ваем эту книгу и ста­ра­емся понять «инджил» в соот­вет­ствии с Книгой про­рока Исаии.

Прежде всего давайте вспом­ним, что имя «Авраам» не просто еврей­ское имя, а нечто боль­шее: оно значит «Яхве — наш Спа­си­тель». В Ветхом Завете очень много таких мно­го­зна­чи­тель­ных имен: не обра­ща­ясь к ком­мен­та­риям, мы знаем, что Аврам — «воз­вы­шен­ный отец» — ста­но­вится Авра­амом — «отцом всех наро­дов». Это имя ока­за­лось про­ро­че­ским. Сара, кото­рая совер­шенно не верила в Божье обе­то­ва­ние, сме­я­лась над ним. Гос­подь ста­рался напом­нить ей, что нет ничего невоз­мож­ного у Бога, и Он посы­лает ей един­ствен­ное дитя, кото­рое полу­чает имя Исаак — «смех». Иаков насле­до­вал Исаака, и Гос­подь меняет его имя на «Изра­иль» — «князь с Богом». Разу­ме­ется, никто не станет осо­бенно этому удив­ляться, но надо знать, что имена всех вет­хо­за­вет­ных святых имеют особое зна­че­ние. Мы должны быть очень вни­ма­тельны к этим глав­ным пер­со­на­жам исто­рии спа­се­ния. Нам сле­дует стать тер­пе­ли­выми пере­вод­чи­ками имен и поня­тий по мере их появ­ле­ния в книгах Вет­хого Завета.

В Коране же пере­вод этих имен не соот­вет­ствует их под­лин­ному зна­че­нию. Однако мы не должны сво­дить все к утвер­жде­нию «я прав, а ты нет». Нам нужно тер­пе­ливо и не спеша объ­яс­нять истин­ное зна­че­ние Библии. Мы должны сиять светом Еван­ге­лия, если хотим рас­се­ять тьму ислама.

Еван­ге­лие согласно про­року Исаии

Неко­то­рое время назад мы вклю­чили в наши ответы на письма слу­ша­те­лей пере­дачу, осно­ван­ную на 40‑й главе Книги про­рока Исаии. Эта уте­ши­тель­ная весть вызвала очень теплую реак­цию. Люди пишут и просят новых рас­ска­зов об этом уди­ви­тель­ном про­роке. Они спра­ши­вают, не могу ли я выслать им «жизнь Исаии». Но вели­кие люди Вет­хого Завета не были вели­кими сами по себе. Они несли в своем сердце посла­ние; в первую оче­редь это, конечно, отно­сится к про­року Исаии.

Прежде чем вы нач­нете пере­ска­зы­вать этого вели­кого про­рока, вам, воз­можно, сле­дует позна­ко­миться с исто­рией Изра­иль­ского цар­ства. Для этого я хотел бы поре­ко­мен­до­вать вам двух­том­ный труд Аль­фреда Эдел­схейма «Биб­лей­ская исто­рия. Ветхий Завет» (Edelsheim A. Bible History. Old Testament. Grand Rapids: B.Eerdmans Publ. Co., 1959). Как я уже упо­ми­нал в преды­ду­щей главе, вам не сле­дует забы­вать, какова была исто­ри­че­ская обста­новка эпохи дво­ецар­ствия. Вы можете допу­стить, что мусуль­мане немного знают о Давиде, чуть больше о Соло­моне, кото­рого они назы­вают «Сулей­ман аль-Хаким» — «Соло­мон Мудрый».

Рас­ска­зы­вая об Изра­иль­ском цар­стве, не упо­треб­ляйте само слово «Изра­иль». Иначе они поду­мают, что вы не счи­та­е­тесь с чув­ствами арабов и всех мусуль­ман. Говоря об Иеру­са­лиме, я пред­по­чи­таю слово «Аль-Кудс» — «Святой город». Южное цар­ство было известно под назва­нием Иудей­ского, но не думайте, что они знают, кто такой Иуда. Рас­ска­жите исто­рию Плена. Поскольку мусуль­мане испы­ты­вают ужас перед идо­ло­по­клон­ством, им понра­вятся слова Исаии: «Виде­ние Исаии, сына Амо­сова, кото­рое он видел об Иудее и Иеру­са­лиме, во дни Озии, Иоафама, Ахаза, Езекии, царей Иудей­ских. Слу­шайте, небеса, и внимай, земля, потому что Гос­подь гово­рит: Я вос­пи­тал и воз­вы­сил сыно­вей, а они воз­му­ти­лись против Меня. Вол знает вла­де­теля своего, и осел ясли гос­по­дина своего; а Изра­иль не знает Меня, народ Мой не разу­меет. Увы, народ греш­ный, народ обре­ме­нен­ный без­за­ко­ни­ями, племя зло­деев, сыны поги­бель­ные! Оста­вили Гос­пода, пре­зрели Свя­того Изра­и­лева, — повер­ну­лись назад. Во что вас бить еще, про­дол­жа­ю­щие свое упор­ство? Вся голова в язвах, и все сердце исчахло. От подошвы ноги до темени головы нет у него здо­ро­вого места; язвы, пятна, гно­я­щи­еся раны, неочи­щен­ные и необ­вя­зан­ные и несмяг­чен­ные елеем» (Ис. 1:1–6).

Как можно на основе этого отрывка доне­сти Еван­ге­лие до мусуль­ма­нина?

Вы должны начать с того, что этот вели­кий чело­век, имя кото­рому было «Бог наш Спа­си­тель», жил во вре­мена после Соло­мона, и он пори­цает людей за то, что они ничему не научи­лись, видя, как сосед­нее цар­ство захва­чено вра­гами из Месо­по­та­мии. У меня есть письмо мусуль­ма­нина, про­те­сту­ю­щего против этих слов про­рока, потому что он не счи­тает грех вос­ста­нием против Бога. Он аргу­мен­ти­рует тем, что такое вос­ста­ние вообще невоз­можно, осо­бенно для смерт­ных людей.

Очень важно отме­тить, что Исаия про­воз­гла­шает Благую весть только после дурной. Это весьма важно в нашей работе с мусуль­ма­нами. Они должны пони­мать, что по меркам шари­ата, или закона Бога, они совер­шенно ничтожны. По этим меркам все мы низко пали. Мусуль­мане гово­рят нам: «Это слиш­ком пес­си­ми­сти­че­ский подход к жизни. Как мог Исаия гово­рить подоб­ное людям, чьи предки были сви­де­те­лями такого чуда, как пере­ход через Крас­ное море. Они были не так уж плохи»

.В ответ на это про­дол­жайте читать эту главу, кото­рая содер­жит обви­не­ние изра­иль­скому народу: «Слу­шайте слово Гос­подне, князья Содом­ские; внимай закону Бога нашего, народ Гоморр­ский! К чему Мне мно­же­ство жертв ваших? гово­рит Гос­подь. Я пре­сы­щен все­со­жже­ни­ями овнов и туком откорм­лен­ного скота; и крови тель­цов, и агнцев, и козлов не хочу. Когда вы при­хо­дите являться пред лице Мое, — кто тре­бует от вас, чтобы вы топ­тали дворы. Мои? Не носите больше даров тщет­ных; куре­ние отвра­ти­тельно для Меня; ново­ме­ся­чий и суббот, празд­нич­ных собра­ний не могу тер­петь; без­за­ко­ние — и празд­но­ва­ние! Ново­ме­ся­чия ваши и празд­ники ваши нена­ви­дит душа Моя; они бремя для Меня; Мне тяжело нести их» (Ис. 1:10–14).

Это непо­сред­ственно отно­сится к мусуль­ма­нам, кото­рые любят риту­аль­ную и поверх­ност­ную рели­гию. Не каса­ясь их месяч­ного поста (Рама­дана) и всех риту­а­лов, мы должны ска­зать, что иудеи были очень рели­ги­озны. Они по-преж­нему соблю­дали внеш­ние атри­буты рели­гии, но Бог, кото­рый знал их сердца, абсо­лютно не при­ни­мал этого. Его совер­шенно не инте­ре­со­вали жерт­во­при­но­ше­ния, хотя они и пред­пи­сы­ва­лись зако­ном, шари­а­том Моисея. Бог не желал, чтобы они более при­хо­дили в храм, потому что сердца их отвер­ну­лись от Бога.

Если мусуль­ма­нин откроет первую главу Книги Исаии, он поймет, что грех — это очень серьез­ная вещь. Сам факт, что Исаия был послан Богом пока­зать народу Изра­иля, насколько он грешен, про­из­ве­дет впе­чат­ле­ние на мусуль­ма­нина. Затем сле­дует добрая весть: «Тогда при­дите, и рас­су­дим, гово­рит Гос­подь. Если будут грехи ваши, как баг­ря­ное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как волну убелю. Если захо­тите и послу­ша­е­тесь, то будете вку­шать блага земли. Если же отре­че­тесь и будете упор­ство­вать, то меч пожрет вас: ибо уста Гос­подни гово­рят» (Ис. 1:18–20).

Это не значит, что мы пыта­емся при­пи­сать книгам Вет­хого Завета какую-то тео­ло­ги­че­скую кон­цеп­цию. Всегда свер­шится суд над людьми, если они грешат, но после этого сле­дует обе­то­ва­ние Бога. Есте­ственно, что «инджил» Вет­хого Завета изло­жен в виде обе­то­ва­ния. Оно не пол­но­стью рас­крыто, как во вре­мена Нового Завета.

Бог сказал им: «как снег убелю». Сами вы не смо­жете очи­ститься, но Я очищу вас. Конечно, здесь под­ра­зу­ме­вался Крест. Это совер­шенно оче­видно. Поэтому народ Вет­хого Завета услы­шал Еван­ге­лие как Божье обе­то­ва­ние. Бог пред­ло­жил его как неза­слу­жен­ный дар. Но здесь при­сут­ствует и пре­ду­пре­жде­ние: «Если же отре­че­тесь… то будете обре­чены на смерть. Это Я, Гос­подь, говорю вам».

В беседе с мусуль­ма­нами необ­хо­димо под­черк­нуть, что про­ще­ние Гос­пода совер­шенно не нужно заслу­жи­вать. Надо лишь отвер­нуться от греха и пока­яться. Это должен быть пово­рот, за кото­рым оста­ется все зло. И осно­ва­нием для того, чтобы Бог принял их, будут не благие дела, тво­ри­мые после отре­че­ния от греха. Бог гово­рит: «Я сделаю вас чистыми, как снег».

В про­ро­че­ствах Исаии посто­янно при­сут­ствует опи­са­ние гре­хов­но­сти Изра­иля, с одной сто­роны, и пре­крас­ного мира, кото­рый при­хо­дит от Бога, с другой. Наи­бо­лее поэ­тичны стихи 1–5 второй главы: «Слово, кото­рое было в виде­нии к Исаии, сыну Амо­сову, об Иудее и Иеру­са­лиме. И будет в послед­ние дни, гора дома Гос­подня будет постав­лена во главу гор, и воз­вы­сится над хол­мами, и поте­кут к ней все народы. И пойдут многие народы, и скажут: при­дите, и взой­дем на гору Гос­подню, в дом Бога Иако­влева, и научит Он нас Своим путям; и будем ходить по стезям Его. Ибо от Сиона выйдет закон, и слово Гос­подне — из Иеру­са­лима. И будет Он судить народы, и обли­чит многие пле­мена; и пере­куют мечи свои на орала, и копья свои — на серпы; не под­ни­мет народ на народ меча, и не будут более учиться вое­вать. О, дом Иакова! При­дите, и будем ходить во свете Гос­под­нем».

Какое пре­крас­ное про­ро­че­ство о вечном мире! В то самое время, когда им было ска­зано о гре­хов­но­сти Изра­иля, им также ска­зали о вре­мени, когда мир придет на землю, — в резуль­тате при­зна­ния цар­ства Мессии. Вот пре­крас­ное опи­са­ние дей­ствия Благой вести, когда она рас­про­стра­нится по всему миру.

Рас­ска­зы­вая мусуль­ма­нам о про­роке Исаие, лучше всего обра­титься к 6‑й главе. В ней мы нахо­дим призыв Гос­пода к Его про­року. Он явля­ется полной про­ти­во­по­лож­но­стью при­зва­нию Мухам­меда. Но, есте­ственно, инте­ре­су­ясь жизнью про­ро­ков, мусуль­мане захо­тят узнать об этом при­зыве. Изло­жите пол­но­стью 6‑ю главу Книги Исаии.

Вам при­дется давать пояс­не­ния отно­си­тельно храма и пра­виль­ного бого­слу­же­ния. Можете рас­ска­зать исто­рию Соло­мона. У мусуль­ман есть соб­ствен­ная ее версия. Они верят, что Соло­мон творил всякие фан­та­сти­че­ские вещи: напри­мер, с помо­щью джин­нов выстроил целый город в пустыне. В Ветхом Завете стро­и­тель­ство храма опи­сано четко и подробно. Его соору­же­ние не было свя­зано с чуде­сами, хотя по завер­ше­нии он ока­зался уди­ви­тельно красив. Его постро­или люди, кото­рым помо­гали фини­кийцы, постав­ляв­шие лес для неко­то­рых дета­лей этого свя­щен­ного здания. Вы можете рас­ска­зать о состав­ных частях храма: внеш­ний двор, Святое и Святая Святых. Теперь пере­хо­дите к при­зыву Исаии.

Рас­ска­жите, что именно во время молитвы пророк увидел Гос­пода, Кото­рый обра­тился к нему. Сера­фимы, кото­рых он видел, — это ангелы. Помните, что мусуль­мане верят в самых разных существ, насе­ля­ю­щих мир — анге­лов, бесов, джин­нов и других сверх­че­ло­ве­че­ских созда­ний. Поэтому очень важно под­черк­нуть, что именно небес­ные суще­ства при­несли весть о свя­то­сти Бога.

Это опре­де­ле­ние отсут­ствует в исламе, хотя там и суще­ствует 99 имен Бога: к Нему обра­ща­ются «Все­силь­ный», «Все­мо­гу­щий», «Мило­серд­ный» и т. д., но при этом не имеют пред­став­ле­ния о свя­то­сти Бога. Мусуль­мане не знают о непри­я­тии Им греха. А это один из основ­ных атри­бу­тов Бога. Это святой, трижды святой Бог. Слава Гос­пода напол­няет мир.

И опять вам предо­став­ля­ется воз­мож­ность пого­во­рить о гре­хов­но­сти чело­века. Под­черк­ните, что, хотя Ангелы не могут гре­шить, они при­кры­вают кры­льями лицо: это сим­во­ли­че­ский акт их веры в свя­тость Бога.

Как пре­красно, что мы можем при­хо­дить к Богу! И какое уди­ви­тель­ное Откро­ве­ние о Себе дает Он! (Ис. 6) Вполне воз­можно, что именно оно заста­вит мусуль­ма­нина осо­знать грех и ска­зать об этом соб­ствен­ными устами.

Отметьте пока­я­ние про­рока. Исаия был вели­чай­шим про­ро­ком вет­хо­за­вет­ных времен. Но в первый же момент встречи с вели­чием и свя­то­стью Гос­пода он при­но­сит пока­я­ние в грехе. Обра­тите вни­ма­ние, как мощно это звучит: «горе мне! погиб я! ибо я чело­век с нечи­стыми устами…» И про­из­но­сит он это не время от вре­мени, когда грешит. Это не то поверх­ност­ное учение о грехе, кото­рое при­суще исламу, где грех — всего лишь сла­бость. Это гово­рит чело­век в при­сут­ствии Бога. «…И живу среди народа также с нечи­стыми устами…» Посмот­рите, как пророк отож­деств­ляет себя с наро­дом Изра­иля.

Я уверен, что он был не настолько грешен, как народ Изра­иля, ибо его кос­ну­лась бла­го­дать Божья. Он полу­чает про­ро­че­ский дар, считая себя при этом таким же греш­ни­ком, как и народ, к кото­рому его посы­лают. Но он нахо­дился под бла­го­да­тью и поэтому имел право ска­зать: «глаза мои видели Царя, Гос­пода Сава­офа!» Так же, как в первой главе, вы встре­ча­ете осуж­де­ние детей изра­и­ле­вых, за кото­рым сле­дует Благая весть, здесь вы видите осуж­де­ние греха и после­ду­ю­щее про­ще­ние. «Тогда при­ле­тел ко мне один из сера­фи­мов, и в руке у него горя­щий уголь». Горя­щий уголь сим­во­ли­зи­рует то, что Бог — един­ствен­ный, кто может про­стить. Слова о том, что он взял его с жерт­вен­ника, — образ гря­ду­щей жертвы Христа. Таким обра­зом, пророк полу­чил уве­рен­ность в про­ще­нии грехов.

Далее сле­дует призыв: «кого Мне послать? и кто пойдет для Нас? И я сказал: вот я, пошли меня». Какая пре­крас­ная воз­мож­ность объ­яс­нить мусуль­ма­нину путь к спа­се­нию!

После того как Исаия услы­шал призыв, ему было ведено идти и объ­явить осуж­де­ние своему народу. Это не озна­чает, что никто не должен был спа­стись. Однако южному Иудей­скому цар­ству пред­сто­яла потеря неза­ви­си­мо­сти. В даль­ней­шем, когда народ Божий вер­нулся из Вави­лон­ского плена, храм был вос­ста­нов­лен и бого­слу­же­ния воз­об­но­ви­лись.

Но самое важное в Книге про­рока Исаии — то, что ему было дано уви­деть, что про­изой­дет с Вави­ло­ном. Исаия про­воз­гла­сил Благую весть о Мессии и Его слу­же­нии на Святой земле. Самым вол­ну­ю­щими явля­ются 53‑я глава и после­ду­ю­щие. Здесь дается кар­тина вели­кого труда искуп­ле­ния, кото­рый должен быть совер­шен через стра­да­ния Слу­жи­теля Гос­пода — Иисуса Мессии.

Вам при­дется вспом­нить о непри­зна­нии мусуль­ма­нами Гол­гоф­ского креста, о их убеж­ден­но­сти под вли­я­нием Корана и своих пре­да­ний в том, что ника­кого рас­пя­тия не было. Но вот в ваших руках посла­ние от Бога, данное за много веков до при­ше­ствия Мессии, где пред­ска­зана смерть, мучи­тель­ная смерть нашего Спа­си­теля. Вы должны попы­таться рас­ска­зать, что задолго до I века н.э. Гос­подь через Своего послан­ника Исаию ясно сказал Своему народу, что его надежда — на Гря­ду­щего, чья смерть и вос­кре­се­ние при­не­сут про­ще­ние всем уве­ро­вав­шим в инджил, Благую весть Гос­пода.

Глава чет­вер­тая. Неко­то­рые выводы

В начале этой книги я опре­де­лил, что нашей целью явля­ется сви­де­тель­ство о Благой вести мусуль­ма­нам. При этом путе­во­ди­те­лем нам будет Книга Гос­пода. Невер­ное тол­ко­ва­ние мусуль­ма­нами сути Еван­ге­лия побу­дило нас разъ­яс­нить, что Благая весть — это не тот «инджил», кото­рый, как они утвер­ждают, Иисус полу­чил с небес. Инджил — это Благая весть о спа­се­нии, кото­рую мы нахо­дим на про­тя­же­нии всего Св. Писа­ния: от книг Моисея до послед­ней книги Нового Завета.

Время не поз­во­ляет мне рас­смот­реть все основ­ные поло­же­ния Вет­хого Завета. Так полу­чи­лось, что мы больше вни­ма­ния уде­лили бла­го­ве­стию Павла, чем Еван­ге­лию по Матфею или Книге про­рока Исаии. Но я наде­юсь, что теперь у вас есть пред­став­ле­ние о том, как сви­де­тель­ство­вать мусуль­ма­нам о Христе. Я не реко­мен­дую какой-то особый метод и не верю в легкий путь. Един­ствен­ное, на что я пола­га­юсь, — это пра­виль­ное исполь­зо­ва­ние Библии. Под этим я под­ра­зу­ме­ваю сле­ду­ю­щее.

  1. Сви­де­тель­ствуя мусуль­ма­нам с целью обра­тить их в хри­сти­ан­скую веру, хри­сти­ане должны быть абсо­лютно убеж­дены в истин­но­сти и непо­гре­ши­мо­сти Библии. Мы уже гово­рили, что мусуль­мане уве­рены, будто Библия иска­жена. Убе­дить их в обрат­ном может только сила Св. Духа. Этого нельзя достичь даже самым глу­бо­ким иссле­до­ва­нием. Это про­ис­хо­дит только через веру. Как гово­рится в одном из испо­ве­да­ний: «…потому что Дух Святой сви­де­тель­ствует в наших серд­цах, что они от Бога» (Бель­гий­ское испо­ве­да­ние, статья 5).
  2. Хри­сти­ане не должны идти к мусуль­ма­нам, не имея доста­точ­ных знаний о Библии. Необ­хо­димо вполне адек­ват­ное пред­став­ле­ние о Библии, ее исто­рии и, самое глав­ное, пра­виль­ное тол­ко­ва­ние Св. Писа­ния.
  3. Под пра­виль­ным тол­ко­ва­нием я имею в виду исполь­зо­ва­ние Библии для про­по­веди Иисуса Мессии. Иными сло­вами, я говорю о хри­сто­цен­три­че­ском ее изло­же­нии. Вы должны быть очень осто­рожны, осо­бенно пред­став­ляя книги Вет­хого Завета, чтобы не полу­чи­лось так, что книгу можно понять вне лич­но­сти и роли Иисуса Христа.
  4. Хри­стос — наш Спа­си­тель, Иску­пи­тель, Осво­бо­ди­тель и Изба­ви­тель от страш­ной власти зла и греха. Это наше сви­де­тель­ство. И не надо сты­диться прямо гово­рить об этом. Но одно­вре­менно надо пом­нить, что в биб­лей­ском смысле про­воз­гла­ше­ние Слова Божьего — испо­ве­да­ние Иисуса Христа нашим Спа­си­те­лем и Гос­по­дом — это орудие, избран­ное Богом для нашего спа­се­ния. В рефор­мат­ском насле­дии это назы­ва­ется ору­дием Божьей мило­сти. Я пыта­юсь пока­зать, что Бог избрал именно это сред­ство для спа­се­ния людей. Обра­тите вни­ма­ние на места в Писа­нии (Рим.10; 1Кор.1,2; Евр.1–3), чтобы убе­диться в реша­ю­щем зна­че­нии про­воз­гла­шен­ного Слова Божьего.
  5. В мис­си­о­нер­ской работе среди мусуль­ман, как и в любой другой работе, вы не оди­ноки. Св. Дух бла­го­слов­ляет сви­де­тель­ство веру­ю­щего, осно­ван­ное на Слове, и при­вно­сит серьез­ные изме­не­ния в сердце мусуль­ма­нина. Вы должны пола­гаться на Св. Духа как на глав­ного помощ­ника в вашей миссии. Это даст вам муже­ство и тер­пе­ние, равно как и пра­виль­ное пони­ма­ние вашей соб­ствен­ной роли в мис­си­о­нер­стве.

И нако­нец, мы должны пони­мать, что Бог всегда забо­тился, забо­тится и будет забо­титься о мусуль­ма­нах, как и обо всех осталь­ных людях, гораздо больше, чем мы с вами. Хри­сти­ан­ская миссия при­над­ле­жит Богу, а не нам. Для нас боль­шая честь быть при­част­ными к ней. Поэтому нашей основ­ной зада­чей должна быть глу­бо­кая вера в Благую весть, инджил об Иисусе Христе — Мессии, а также жела­ние с любо­вью и тер­пе­нием доне­сти ее до мусуль­ман совре­мен­ного мира.

ЧАСТЬ II. ХРИ­СТИ­АН­СКАЯ МИССИЯ В ИСЛАМ­СКОМ МИРЕ

Глава пятая. Биб­лей­ский взгляд на ислам

Как выра­бо­тать биб­лей­ский взгляд на ислам? Несмотря на все усилия, мы не сможем при­сту­пить к мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти, не имея чет­кого биб­лей­ского пред­став­ле­ния об исламе. Поэтому, как бы ни было трудно, нужно настой­чиво искать боже­ствен­ный ответ в самой Библии.

Из про­ро­честв Нового Завета мы узнаем, что для нынеш­него ново­за­вет­ного века будет харак­терно мно­же­ство лже­уче­ний и ересей. Мы должны посто­янно хра­нить в нашей памяти опре­де­лен­ные места из Библии: учение Гос­пода о послед­них днях, встречу Павла со ста­рей­ши­нами в Эфесе (Деян. 20), его про­ро­че­ства (2Фес. и в 1 и 2Тим), про­ро­че­ство Петра (2Пет. 2) и пре­ду­пре­жде­ние Иоанна Бого­слова об Анти­хри­сте. Все они не остав­ляли места для само­успо­ко­ен­но­сти Церкви, уве­ще­вали ее быть гото­вой к встрече со лже­уче­ни­ями, кото­рыми будет изоби­ло­вать наш век.

Когда мы гово­рим об исламе, мы не можем дать ему исчер­пы­ва­ю­щего опре­де­ле­ния. Это не хри­сти­ан­ская ересь, поскольку ере­ти­че­ские группы, хотя бы внешне, при­знают неко­то­рые биб­лей­ские истины в каче­стве высших и окон­ча­тель­ных. Кроме того, боль­шин­ство ересей, появив­шихся в хри­сти­ан­стве, пред­по­чи­тают назы­вать себя хри­сти­ан­скими. Ислам же пре­тен­дует на обла­да­ние послед­ней книгой боже­ствен­ного откро­ве­ния, кото­рая отме­няет все преды­ду­щие. Как известно, эта рели­гия стала име­но­вать себя «ислам», что озна­чает полное под­чи­не­ние воле Аллаха.

Есть что-то таин­ствен­ное в зарож­де­нии ислама. Нельзя не задать вопрос: что это за рели­гия, откуда? Ведь Гос­подь еди­но­вла­стен во всей все­лен­ной — откуда же про­изо­шел ислам?

Трудно найти какую-то совер­шенно опре­де­лен­ную при­чину воз­ник­но­ве­ния ислама, но есть неоспо­ри­мые факты, кото­рые послу­жили толч­ком к появ­ле­нию этой теи­сти­че­ской миро­вой рели­гии. И с ними нельзя не счи­таться. Нельзя забы­вать и нельзя вновь повто­рять те ошибки, кото­рые допус­кала ранняя Цер­ковь. Исто­рия Церкви в целом и исто­рия Восточ­ной Церкви в част­но­сти осо­бенно важны для ясного пони­ма­ния пред­мета. Мы не сможем сфор­му­ли­ро­вать четкие прин­ципы хри­сти­ан­ской миссии среди мусуль­ман сего­дня, если не будем хорошо раз­би­раться в исто­рии Церкви.

Вот неко­то­рые фак­торы, кото­рые спо­соб­ство­вали воз­ник­но­ве­нию ислама:

  1. Неспо­соб­ность ранней Церкви озна­ко­мить араб­ский мир с под­лин­ным содер­жа­нием Св. Писа­ния.
  2. Неспо­соб­ность ранней Церкви сохра­нить чистоту веры и постичь иску­пи­тель­ную суть Библии.
  3. Уни­каль­ные усло­вия, спо­соб­ство­вав­шие дея­тель­но­сти Мухам­меда и ран­нему рас­про­стра­не­нию ислама.

1. Неспо­соб­ность ранней Церкви озна­ко­мить араб­ский мир с под­лин­ным содер­жа­нием Св. Писа­ния

К концу VI века Цер­ковь Востока (восточ­ной части Рим­ской импе­рии), по всей види­мо­сти, утра­тила свое вли­я­ние и свой мис­си­о­нер­ский пыл. Арабы, про­жи­вав­шие под сенью Церкви в Сирии и Пале­стине, фак­ти­че­ски были незна­комы с истин­ным Писа­нием. Правда, неко­то­рые араб­ские пле­мена в южной Сирии при­няли хри­сти­ан­ство, но их вли­я­ние на араб­ский мир юга было ничтож­ным. Цер­ковь Йемена, под­дер­жи­вав­шая проч­ные связи с эфи­оп­ской Цер­ко­вью, не сумела рас­про­стра­нить Благую весть среди араб­ских племен севера. И, что самое печаль­ное, ранняя Цер­ковь не сумела дать арабам Библию на их родном языке! Дж. В. Суит­мен в своей книге «Библия в исламе» писал: «Шесть­сот лет прошло со вре­мени хож­де­ния Иисуса по земле, но никто так и не пере­вел Библию на араб­ский. Про­по­вед­ники, кото­рые там были, не боя­лись ни лише­ний, ни опас­но­стей, как напри­мер, Иаков Бара­дей (Baradaeus), Иаков Всад­ник, кото­рый отправ­лялся в самые отда­лен­ные места, полный реши­мо­сти про­воз­гла­шать неис­чер­па­е­мые сокро­вища Христа. Но не было дра­го­цен­ного Слова на зна­ко­мом им языке. Очень немного было тех, кто умел бы запи­сать или про­чи­тать его.

Араб­ского языка как пись­мен­ного еще не суще­ство­вало. Только появ­ля­лись первые буквы, заим­ство­ван­ные из сирий­ского алфа­вита. И первой вели­кой книгой стал Коран, кото­рый принес Мухам­мед. Насколько все было бы проще, если бы первой книгой, пере­ве­ден­ной на новые пись­мен­ные языки, стал Ветхий и Новый Завет! Харак­тер­ное назва­ние, под кото­рым иудеи и хри­сти­ане были известны арабам, — «народы Книги», т. е. народы Библии. И то, чем они были зна­ме­ниты, было зарыто, как клад, вместо того, чтобы быть посе­ян­ным и давать всходы». (Sweetman J.W. The Bible in Islam. L.: British and Foreign Bible Society, 1956.)

Нельзя ска­зать, что ранняя Цер­ковь не про­яв­ляла актив­но­сти в пере­воде Библии. Фак­ти­че­ски вся она была доступна на несколь­ких языках как восточ­ным, так и запад­ным хри­сти­а­нам. Латин­ский («Вуль­гата»), сирий­ский, еги­пет­ский, армян­ский пере­воды суще­ство­вали до появ­ле­ния ислама. Но как-то никто не удо­су­жился пере­ве­сти Библию на араб­ский.

Вер­немся к трез­вому ана­лизу д‑ра Суит­мена: «Вот в чем тра­ге­дия Церкви во вре­мена воз­ник­но­ве­ния ислама. Истина тре­бо­вала, чтобы в ту эпоху, когда дух Мухам­меда сли­вался с нуж­дами людей, когда он ощупью шел к Тому, Кто мог дать спа­се­ние и объ­еди­нить, он имел перед собой истин­ные иудей­ские и хри­сти­ан­ские Писа­ния. Вместо этого ему не оста­ва­лось ничего, кроме как узна­вать пона­слышке от неосве­дом­лен­ных или мало­све­ду­щих хри­стиан то, о чем гово­рят Писа­ния».

Эти слова жиз­ненно необ­хо­димы нам, отправ­ля­ю­щимся мис­си­о­нер­ство­вать среди мусуль­ман. Там, где потер­пела крах ранняя Цер­ковь, должны побе­дить мы: стре­миться сего­дня доне­сти до мусуль­ман Слово Божье во всей его пол­ноте. Однако наша задача стала очень труд­ной. Как пишет Суит­мен, «Для любого чело­века, зна­ко­мого с Кора­ном, совер­шенно оче­видно, что Мухам­мед знал, о чем гово­рится в Библии. По-види­мому, он считал, что слы­шан­ное им от иудеев и хри­стиан и есть содер­жа­ние Библии. Но могла ли у него быть хоть малей­шая гаран­тия этого, когда сами хри­сти­ане, пре­не­бре­гая Биб­лией, доволь­ство­ва­лись роман­ти­че­скими ска­за­ни­ями о нашем Гос­поде?»

При­ведя удру­ча­ю­щие при­меры того, что даже руко­во­ди­тели Церкви небрежно обра­ща­лись с содер­жа­нием Библии, д‑р Суит­мен про­дол­жает: «Что важно и, на наш взгляд, тра­гично, — так это появ­ле­ние пере­вода Вет­хого и Нового Завета на араб­ский спустя целое сто­ле­тие после пере­жи­того Мухам­ме­дом на горе Хира. Оче­видно, первым был пере­вод с латыни, выпол­нен­ный в Испа­нии Иоан­ном Севиль­ским в начале VIII сто­ле­тия… Самым ранним пере­во­дом, кото­рый мне дове­лось дер­жать в руках, явля­ется пере­вод, сде­лан­ный в XI веке хри­сти­а­ни­ном из Багдада,—поистине труд, испол­нен­ный веры и даро­ва­ния, но, увы, появив­шийся с таким опоз­да­нием!»

Поскольку араб­ский пророк не имел доступа к ори­ги­налу Вет­хого и Нового Завета, он не смог доне­сти до своего народа Благую весть Книги и сооб­щить им о Мессии. Поэтому, согласно Суит­мену, «в созна­нии Мухам­меда появился сомни­тель­ный Хри­стос, а не Хри­стос кано­ни­че­ских Писа­ний». Послед­ствия этой тра­ге­дии сохра­ня­ются по сей день, и мы не можем не счи­таться с этим.

Раз­ре­шите мне еще раз обра­титься к бле­стя­щему труду Суит­мена. «И вот, спустя опре­де­лен­ный период вре­мени, в тече­ние кото­рого Писа­ние все еще оста­ва­лось неиз­вест­ным, мусуль­мане пред­ста­вили новую трак­товку Вет­хого и Нового Завета, попав­шего к ним в руки от нера­ди­вых хри­стиан. Конечно, бла­го­даря этому в Коране упо­ми­на­ется Писа­ние. Но в то же время, когда мусуль­мане начи­нают читать истин­ную Книгу, они обна­ру­жи­вают рас­хож­де­ния с той, к кото­рой давно при­выкли. «Это Еван­ге­лие рас­ска­зы­вает, как в дей­стви­тель­но­сти Иисус умер; сле­до­ва­тельно, оно не может быть инджил, кото­рый заве­щал Мухам­мед. То было откро­ве­ние, кото­рое Бог дал Иисусу, книга, сви­де­тель­ству­ю­щая о про­ро­че­ском даре Иисуса; а эта состоит из несколь­ких книг его уче­ни­ков по имени Матфей, Марк, Лука и Иоанн». А посему, заклю­чают они, эти писа­ния не явля­ются ори­ги­на­лом Еван­ге­лия, а лишь иска­жен­ным откро­ве­нием иудеев и хри­стиан».

Недо­ста­точ­ное мис­си­о­нер­ское усер­дие хри­стиан, про­жи­вав­ших среди арабов, непо­ни­ма­ние ими необ­хо­ди­мо­сти дать им Библию на их родном языке помо­гает понять одну из причин, кото­рая спо­соб­ство­вала воз­ник­но­ве­нию ислама. Теперь перей­дем к дру­гому важ­ному фак­тору.

2. Неспо­соб­ность ранней Церкви сохра­нить чистоту веры и постичь иску­пи­тель­ную суть Библии

Когда мы гово­рим о ранней Церкви, мы не имеем в виду всю эпоху от Апо­столь­ской Церкви до VII сто­ле­тия. Мы имеем в виду кон­кретно два сто­ле­тия, пред­ше­ство­вав­шие воз­ник­но­ве­нию ислама. Надо быть очень осмот­ри­тель­ным в кри­тике ранней Церкви. Мы многим обя­заны истин­ным героям, жившим и умер­шим до рож­де­ния Мухам­меда. Мы, хри­сти­ане XX века, нико­гда не дорас­тем до их потря­са­ю­щего само­по­жерт­во­ва­ния и дости­же­ний во многих обла­стях веры и жизни. Основ­ные поло­же­ния хри­сти­ан­ского веро­уче­ния были сфор­му­ли­ро­ваны и иссле­до­ваны именно в тот ранний период во время мно­го­чис­лен­ных встреч руко­во­ди­те­лей Церкви. Однако, после обра­ще­ния в хри­сти­ан­ство импе­ра­тора Кон­стан­тина, Цер­ковь попол­ни­лась людьми, не являв­ши­мися истинно обра­щен­ными. Многие руко­во­ди­тели Церкви пре­не­бре­гали изу­че­нием Свя­щен­ного Писа­ния, и в резуль­тате на смену рели­гии, осно­ван­ной на Библии и име­ю­щей своим осно­ва­нием Христа, пришел сур­ро­гат. Более того, пыта­ясь сохра­нить орто­док­саль­ное учение о Христе и Св. Троице, Цер­ковь во многом пола­га­лась на госу­дар­ство. Ере­тики сурово пре­сле­до­ва­лись, но зача­стую те, кого орто­доксы счи­тали ере­ти­ками, испо­ве­до­вали то, что сего­дня испо­ве­дуют т.н. наци­о­наль­ные церкви. Орто­док­сия была в основ­ном взра­щена гре­ко­языч­ной Цер­ко­вью, кото­рая полу­чала офи­ци­аль­ную под­держку от визан­тий­ского импе­ра­тора.

В резуль­тате этой пла­чев­ной ситу­а­ции не только сосед­ние народы, напри­мер, арабы, под­вер­га­лись забве­нию со сто­роны Церк­вей Сирии и Пале­стины, но и духов­ная жизнь самих хри­стиан в этих стра­нах заметно ослабла. Библия стала закры­той книгой, а на смену биб­лей­ским исто­риям и уче­ниям пришли все­воз­мож­ные сказки и легенды о жизни святых. Поэтому нет ничего уди­ви­тель­ного в том, что осно­ва­тель ислама не мог и не сумел при­бли­зиться к позна­нию истинно хри­сти­ан­ской веры. Сами хри­сти­ане запу­та­лись в своей вере. Они не жили по Библии. Они не пони­мали глав­ного отли­чия своей рели­гии: того, что это — рели­гия искуп­ле­ния. Нередко созда­ва­лось впе­чат­ле­ние, что их рели­гия состоит в основ­ном из неко­то­рых мета­фи­зи­че­ских знаний и что ее надо отправ­лять в соот­вет­ствии с опре­де­лен­ным высо­ким уров­нем закона через соб­ствен­ные благие дела.

Еще раз вер­немся к д‑ру Суит­мену, кото­рого мы цити­ро­вали выше, и при­ве­дем отрывки из другой его книги «Ислам и хри­сти­ан­ское бого­сло­вие». «Одним из резуль­та­тов чрез­мер­ного упора на гно­сео­ло­гию — в осо­бен­но­сти алек­сан­дрий­ской школы, но в зна­чи­тель­ной сте­пени и всех других восточ­ных тео­ло­ги­че­ских школ — стало опре­де­лен­ное забве­ние соте­рио­ло­гии (учения о спа­се­нии). Слиш­ком часто мы стал­ки­ва­емся с под­ме­ной иску­пи­тель­ного само­по­жерт­во­ва­ния Бога мона­ше­ской дис­ци­пли­ной, дев­ствен­но­стью и аске­ти­че­ской интел­лек­ту­аль­но­стью. Вопло­ще­ние в основ­ном пре­под­но­сится как своего рода обе­ща­ние чело­веку боже­ствен­но­сти.

Кос­мо­ло­ги­че­ские раз­мыш­ле­ния ока­зы­ва­ются гораздо важнее иску­пи­тель­ной бла­го­дати, кото­рая при­во­дит к при­ми­ре­нию чело­века с Богом. Восток слиш­ком мало оста­вил от Авгу­стина и слиш­ком увлекся мета­фи­зи­че­скими раз­мыш­ле­ни­ями. Он оза­да­чил себя вопро­сом о спо­собе вопло­ще­ния и пре­не­брег уче­нием о бла­го­дати. Потому что вера в дове­рие была под­ме­нена верой в согла­сие, и теперь, когда мусуль­ма­нин стал­ки­ва­ется лицом к лицу с хри­сти­а­ни­ном, он не спра­ши­вает о Боге Спа­си­теле. Его инте­ре­суют про­блемы три­един­ства, спо­соба вопло­ще­ния, труд­но­стей соеди­не­ния боже­ствен­ного и чело­ве­че­ского». (Sweetman J.W. Islam and Christian Theology. L. & Redhill, 1945–1961, v. 1–2.)

Вы можете спро­сить, какое это имеет отно­ше­ние к мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти сего­дня? Почему так важно выяс­нять, что было и чего не было 1400 лет назад? Но мы не можем пре­не­бре­гать ошиб­ками про­шлого, поскольку они во многом спо­соб­ство­вали воз­ник­но­ве­нию ислама. В бого­слов­ском отно­ше­нии ислам не изме­нился. Это по-преж­нему антит­ри­ни­тар­ная и анти­ис­ку­пи­тель­ная рели­гия. Мы должны уве­ренно нести биб­лей­скую истину об искуп­ле­нии в соот­вет­ствии с тра­ди­цией Апо­столь­ской Церкви. Мы должны про­по­ве­до­вать Мессию-Спа­си­теля как един­ствен­ную надежду чело­века.

Теперь перей­дем к тре­тьему вопросу

3. Уни­каль­ные усло­вия, спо­соб­ство­вав­шие дея­тель­но­сти Мухам­меда и ран­нему рас­про­стра­не­нию ислама в мире

В начале VII века Аравия созрела для корен­ных пере­мен. Язы­че­ство себя исчер­пало. Меж­до­усо­бицы на Ара­вий­ском полу­ост­рове исто­щили энер­гию и силы насе­ле­ния. Визан­тия и Персия искали воз­мож­но­сти рас­ши­рить сферы своего вли­я­ния у север­ных и северо-восточ­ных границ Аравии. Со сто­роны Африки во внут­рен­ние дела запад­ной Аравии пыта­лась вме­шаться Эфи­о­пия. В год рож­де­ния Мухам­меда мощная эфи­оп­ская армия с сот­нями слонов была раз­бита ара­бами, и, как утвер­ждают, это про­изо­шло в силу непо­сред­ствен­ного вме­ша­тель­ства Бога. В моло­до­сти Мухам­мед побы­вал на севере и повстре­чался со мно­гими людьми, жив­шими в иудей­ских коло­ниях Аравии. Должно быть, он узнал боль­шую часть Вет­хого Завета от иудеев Медины. Вполне веро­ятно, что в южной части Пале­стины он повстре­чал хри­стиан. Они могли при­над­ле­жать к какой-то ере­ти­че­ской секте, кото­рая бежала в пустыню от пре­сле­до­ва­ний визан­тий­ских вла­стей. Будучи очень чув­стви­тель­ным чело­ве­ком, склон­ным к раз­мыш­ле­нию, Мухам­мед глу­боко заду­мы­вался над серьез­ными вопро­сами жизни. Воз­можно, его осо­бенно при­вле­кало учение араб­ских моно­те­и­стов, извест­ных под назва­нием хани­фи­тов. Они не были ни иуде­ями, ни хри­сти­а­нами, но открыто заяв­ляли о бес­смыс­лен­но­сти раз­ного рода идолов и про­воз­гла­шали един­ствен­ным вер­хов­ным суще­ством Аллаха, «Бога». Под вли­я­нием всех этих сил, кото­рые стали частью его жизни, Мухам­мед дает начало уни­тар­ной моно­те­и­сти­че­ской вере. Сего­дня ее испо­ве­дуют 900 мил­ли­о­нов чело­век.

После смерти Мухам­меда войска его пре­ем­ни­ков, хали­фов, заво­е­вали земли от Индии до южной Фран­ции. Импе­рии персов и визан­тий­цев исто­щили себя в войне и открыли дорогу армиям ислама. Мест­ное насе­ле­ние Ближ­него Востока, под­вер­гав­ше­еся угне­те­нию со сто­роны этих импе­рий, при­вет­ство­вало приход арабов.

Новые заво­е­ва­тели были не похожи на обыч­ных заво­е­ва­те­лей. Они несли с собой новую агрес­сив­ную рели­гию — ислам. Их кредо было твер­дым и ясным: нет Бога, кроме Аллаха, и Мухам­мед — пророк Аллаха.

Нико­гда мир не знал более анти­хри­сти­ан­ской веры, нико­гда Цер­ковь Иисуса Христа не испы­ты­вала такого вызова всему, что дорого ее сердцу!

Глава шестая. Про­воз­ве­стие Еван­ге­лия мусуль­ма­нам

Как надо сви­де­тель­ство­вать о Благой вести мусуль­ма­нам в наше время? Часть ответа на этот вопрос — знание исла­ми­стики. Но это исклю­чи­тельно слож­ная рели­ги­озно-фило­соф­ская дис­ци­плина: ее можно изу­чать всю жизнь. Хри­сти­а­нин не должен увле­каться одним лишь изу­че­нием ислама в отрыве от более широ­кого пони­ма­ния хри­сти­ан­ской мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти среди мусуль­ман.

Для хри­сти­а­нина важно изу­чать ислам в той мере, чтобы сви­де­тель­ство­вать о Благой вести совре­мен­ным мусуль­ма­нам. Поэтому хри­сти­ане отри­цают чисто тео­ре­ти­че­ский подход к изу­че­нию ислама. Мы знаем, что вре­мени мало, поэтому нельзя жить надеж­дой на то, что буду­щее поко­ле­ние выпол­нит эту работу за нас. Эту работу мы должны взять на себя, пока у нас есть сего­дня: мы обя­заны делать все, что в наших силах, чтобы доне­сти мусуль­ма­нам всего мира полное Еван­ге­лие при жизни нашего поко­ле­ния.

Эти пред­ва­ри­тель­ные сооб­ра­же­ния важны для того, чтобы под­черк­нуть: во-первых, никто не может успешно сви­де­тель­ство­вать среди мусуль­ман, не зная ислама; во-вторых, изу­че­ние ислама может стать опас­ным, если забыть о глав­ной задаче: сви­де­тель­стве о Еван­ге­лии совре­мен­ным мусуль­ма­нам. Мы должны избе­гать двух край­но­стей, харак­тер­ных для нашего сто­ле­тия: с одной сто­роны, многие хри­сти­ане отпра­ви­лись в ислам­ские страны с целью еван­ге­ли­за­ции, не имея доста­точ­ных знаний об исламе. С другой сто­роны, многие из них, про­явив­шие инте­рес к мусуль­ма­нам и отпра­вив­ши­еся к ним со Словом Божьим, ока­за­лись сами настолько захва­чены исла­мом, что поза­были об основ­ной цели своей миссии. Для ответ­ствен­ной хри­сти­ан­ской мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти в ислам­ском мире необ­хо­димы как знание ислама, так и горя­чее жела­ние доне­сти до мусуль­ман Еван­ге­лие о спа­се­нии.

Это весьма амби­ци­оз­ная цель, и здесь нужно иметь в виду ряд обсто­я­тельств. Сего­дня в мире насчи­ты­ва­ется около 900 мил­ли­о­нов мусуль­ман. У них много общего, однако они насе­ляют самые разные страны Азии и Африки и при­над­ле­жат к раз­лич­ным куль­ту­рам. Поскольку тема этой главы очень спе­ци­фична, а я обла­даю досто­вер­ными зна­ни­ями лишь об араб­ской части мусуль­ман­ского мира, то вкратце рас­скажу о ситу­а­ции в араб­ском мире в насто­я­щее время. Про­ис­хо­дя­щее там сего­дня уни­кально: араб­ский мир обес­по­коен при­сут­ствием в своей среде ино­стран­ного госу­дар­ства — Госу­дар­ства Изра­иль. Эта особая ситу­а­ция застав­ляет внести опре­де­лен­ные кор­рек­тивы в мис­си­о­нер­скую дея­тель­ность среди мусуль­ман-арабов. То, что мис­си­о­не­рам уда­ется или не уда­ется осу­ще­ствить там, не дает пред­став­ле­ния о поло­же­нии в ислам­ских реги­о­нах Юго-Восточ­ной Азии или Африки южнее Сахары.

Под­черк­нув свое­об­раз­ные усло­вия в араб­ском мире, надо сразу же отме­тить, что образ мыш­ле­ния мусуль­ман оди­на­ков во всех стра­нах. Поэтому мои наблю­де­ния и опыт в араб­ском мире по суще­ству при­ме­нимы ко всему ислам­скому миру. Более того, бла­го­даря совре­мен­ным сред­ствам связи все народы Земли сего­дня соеди­ня­ются в некое стран­ное сооб­ще­ство, в кото­ром доми­ни­ру­ю­щим и наи­бо­лее агрес­сив­ным явля­ется секу­ляр­ное, свет­ское миро­воз­зре­ние. Оно угро­жает и исламу, и хри­сти­ан­ству.

Сего­дня никто не может жить в изо­ля­ции. Все мы — жители одной все­лен­ской деревни. Поскольку ислам явля­ется пост­хри­сти­ан­ской рели­гией, а в Коране есть много ссылок на биб­лей­ских пер­со­на­жей времен Вет­хого и Нового Завета, нельзя игно­ри­ро­вать его тео­ло­гию и док­трины. Начи­ная свою мис­си­о­нер­скую дея­тель­ность среди мусуль­ман, мы ока­зы­ва­емся вовле­чен­ными в апо­ло­ге­тику и поле­мику. Мы верим, что Библия это Слово Божье. Мы веруем в три­еди­ного Бога. Учение же мусуль­ман — о едином Боге. Мессия Корана — это не Мессия Библии. Согласно свя­щен­ной книге мусуль­ман, Иисус не был распят. Грех чело­века — в незна­нии им боже­ствен­ной воли: таково учение Корана о грехе. Мусуль­мане скорее верят в грехи, чем в грех. Иными сло­вами, в исламе чело­век грешит по незна­нию, а не вслед­ствие своей гре­хов­ной при­роды. В исламе нет поня­тия пер­во­род­ного греха; не при­знает он и общей раз­вра­щен­но­сти чело­ве­че­ской натуры.

Можно про­дол­жать пере­чис­лять раз­ли­чия между хри­сти­ан­ством и исла­мом в обла­сти веро­уче­ния. Эти раз­ли­чия очень важны, и мы должны иметь четкое пред­став­ле­ние об основ­ных рас­хож­де­ниях наших учений.

Вопрос, с кото­рым рано или поздно стал­ки­ва­ется мис­си­о­нер: как же найти свой личный подход? Как доне­сти Еван­ге­лие до людей, кото­рые с рож­де­ния впи­тали анти­хри­сти­ан­скую тео­ло­гию? Суще­ствует несколько воз­мож­но­стей. Поскольку мы не явля­емся пер­выми мис­си­о­не­рами в ислам­ском мире, мы можем просто обра­титься к опыту про­шлого, осо­бенно двух послед­них сто­ле­тий, и вновь исполь­зо­вать под­ходы и методы пер­во­про­ход­цев, адап­ти­руя их к совре­мен­но­сти. Напри­мер, мы можем начать с попытки дока­зать истин­ность, под­лин­ность и осно­ва­тель­ность нашего Писа­ния.

Конечно же, мы верим, что исто­рия на нашей сто­роне и мусуль­ма­нину при­дется туго, если он попро­бует дока­зать, что у нас больше нет под­лин­ной Библии. Однако этот подход имеет серьез­ные недо­статки. Хотя хри­сти­а­нин и убеж­ден в выше­ука­зан­ных каче­ствах Библии, ему трудно «дока­зать» их мусуль­ма­нину. Послед­ний был при­учен думать иначе. Ника­кое обилие исто­ри­че­ских фактов не спо­собно убе­дить его. Более того, если он полу­чил обра­зо­ва­ние на Западе, он навер­няка наслы­шан о раз­ру­ши­тель­ной биб­лей­ской кри­тике, кото­рая появи­лась и раз­ви­ва­ется среди совре­мен­ных запад­ных хри­стиан. Обра­зо­ван­ный мусуль­ма­нин не пре­ми­нет вос­поль­зо­ваться этим для своей соб­ствен­ной кри­тики хри­сти­ан­ства. Сего­дня очень мало воз­мож­но­стей вовлечь мусуль­ма­нина в поле­мику. Мы уже не живем в старом коло­ни­аль­ном мире. На месте Нидер­ланд­ской Вест-Индии появи­лась Индо­не­зия; Паки­стан и Бан­гла­деш отде­ли­лись от Индии, а еще раньше бри­танцы поте­ряли огром­ный суб­кон­ти­нент; араб­ский мир также осво­бо­дился от коло­ни­аль­ного гос­под­ства. Как же доне­сти Еван­ге­лие до мусуль­ма­нина сего­дня? Если мы не можем успешно участ­во­вать в поле­мике и апо­ло­ге­тике Библии, не сле­дует ли нам уде­лить больше вни­ма­ния учению о Боге? Или нам стоит скон­цен­три­ро­ваться на лич­но­сти Иисуса Христа и его делах? Здесь мы опять воз­вра­ща­емся к Библии и читаем ее в соот­вет­ствии с под­лин­ной хри­сти­ан­ской тра­ди­цией — тра­ди­цией ранней все­лен­ской Церкви и рефор­мат­ских кон­фес­сий и кате­хи­зи­сов. Мы про­воз­гла­шаем три­един­ство Бога и покло­ня­емся Бого­че­ло­веку-Мессии. Реак­ция мусуль­ма­нина будет мгно­вен­ной. Он заявит, что мы совер­шили самый страш­ный грех — ширк. «Вы упо­мя­нули иного Бога, кроме Аллаха. Вы уже на пути в ад, если немед­ленно не пока­е­тесь в своем грехе». Таким будет ответ мусуль­ма­нина, устный или пись­мен­ный.

Когда я задаю эти вопросы, я не хочу ска­зать, что мы должны свести Еван­ге­лие к при­ми­тив­ному теизму, чтобы сде­лать его при­ем­ле­мым для совре­мен­ных мусуль­ман. Еван­ге­лие не под­ле­жит обсуж­де­нию. Есть только одно Еван­ге­лие — Еван­ге­лие Бога, Еван­ге­лие Христа, Еван­ге­лие Библии: «Но если бы даже мы, или Ангел с неба стал бла­го­вест­во­вать вам не то, что мы бла­го­вест­во­вали вам, да будет ана­фема» (Гал. 1:8). До мусуль­ма­нина должно быть доне­сено полное Еван­ге­лие, иначе это не Еван­ге­лие. Ни чего нельзя остав­лять на потом. Все, что явля­ется неотъ­ем­ле­мой частью хри­сти­ан­ской веры, должно быть доне­сено до при­вер­жен­цев ислама.

Смысл этих вопро­сов в том, что нам не столько важно о чем гово­рить (это мы уже опре­де­лили — все Еван­ге­лие и только пол­но­стью), сколько как гово­рить. Под «как» я пони­маю не тех­нику или особый метод, будь то непо­сред­ствен­ное обще­ние, по радио или через пере­писку. Я имею в виду «подход», кото­рый должен лежать в основе любой тех­ники или метода. Ключ к раз­ре­ше­нию этого вопроса содер­жится в корот­ком слове — «сего­дня». Я обра­щал ваше вни­ма­ние на это слово на про­тя­же­нии всей главы. Мусуль­мане больше не живут в изо­ля­ции. Мед­ленно, но неуклонно они стал­ки­ва­ются с миро­вой куль­ту­рой, про­ни­зан­ной запад­ной секу­ля­ри­за­цией и сци­ен­тиз­мом. По мере уси­ле­ния вли­я­ния этого анти­те­и­сти­че­ского миро­воз­зре­ния в ислам­ском мире, каждый мусуль­ма­нин ощу­щает вызов самой основе своего суще­ство­ва­ния. Что он может отве­тить гла­ша­таям нового язы­че­ства?

Это не тео­ре­ти­че­ский вопрос. Напри­мер, в Ливане состо­я­лись серьез­ные дебаты по книге, напи­сан­ной мусуль­ма­ни­ном из Дамаска. Она была опуб­ли­ко­вана в Бей­руте под назва­нием «Кри­тика рели­ги­оз­ной мысли». Книга вышла в 1969 году и была первой кри­ти­кой ислама, напи­сан­ной арабом-марк­си­стом в попу­ляр­ной манере. Хотя я назвал автора мусуль­ма­ни­ном, я имел в виду, что он был выход­цем из мусуль­ман­ской семьи. Однако в резуль­тате учебы в запад­ных уни­вер­си­те­тах Ближ­него Востока и США он стал исклю­чи­тельно свет­ским чело­ве­ком. Сего­дня многие из про­де­лав­ших этот путь ста­но­вятся либо марк­си­стами, либо ате­и­стами-экзи­стен­ци­а­ли­стами.

Появ­ле­ние книги на араб­ском языке, кри­ти­ку­ю­щей ислам с марк­сист­ских пози­ций, сви­де­тель­ствует о вли­я­нии секу­ля­ри­за­ции на араб­ский сектор ислам­ского мира. Веру­ю­щий мусуль­ма­нин счи­тает себя глу­боко оскорб­лен­ным этим вызо­вом, кото­рый бро­сают ему сего­дня ново­яв­лен­ные языч­ники. Он ста­ра­ется отве­тить на него со своих пози­ций и обычно отста­и­вает идею ислама в соот­вет­ствии с тра­ди­цией. Однако он не пони­мает, что про­цесс вестер­ни­за­ции с помо­щью системы обра­зо­ва­ния, достав­шейся в наслед­ство от коло­ни­аль­ных времен, послу­жил при­чи­ной того, что зна­чи­тель­ная часть насе­ле­ния под­верг­лась вли­я­нию анти­ис­лам­ских учений про­ро­ков язы­че­ства XX сто­ле­тия. Сейчас ислам стоит перед испы­та­нием гораздо более серьез­ным, нежели на про­тя­же­нии всех 1400 лет своего суще­ство­ва­ния.

Поэтому, когда мы оце­ни­ваем наши нынеш­ние воз­мож­но­сти сви­де­тель­ства мусуль­ма­нам, нам необ­хо­димо иметь четкое пред­став­ле­ние о том, что про­ис­хо­дит в их стра­нах. Нам не сле­дует думать, что с момента появ­ле­ния мис­си­о­нер­ского дви­же­ния ничего не изме­ни­лось. Как нам опре­де­лить свои задачи в стрем­ле­нии доне­сти полное Еван­ге­лие до мусуль­ман? Изла­гая мусуль­ма­нам посту­латы хри­сти­ан­ской веры, мы должны с сочув­ствием и пони­маем выде­лить один из наи­бо­лее ярких недо­стат­ков ислама: учение о чело­веке. В исламе это учение резко отли­ча­ется от биб­лей­ского пони­ма­ния и, сле­до­ва­тельно, нере­а­ли­стично. Это не всегда при­знают мис­си­о­неры, осо­бенно если они при­дер­жи­ва­ются тра­ди­ций, не раз­де­ля­ю­щих тезис о ради­каль­ной при­роде гре­хо­па­де­ния чело­века. Хотя Библия ясно пре­ду­пре­ждает нас о его ужас­ных послед­ствиях, это биб­лей­ское настав­ле­ние нахо­дит свое полное выра­же­ние только в авгу­сти­нист­ской и каль­ви­нист­ской тра­ди­циях. Для ислама харак­те­рен опти­ми­сти­че­ский взгляд на при­роду чело­века. Эта ложная антро­по­ло­гия отри­цает необ­хо­ди­мость пока­я­ния и укреп­ляет мусуль­ма­нина в его неже­ла­нии при­нять биб­лей­ское учение о пока­я­нии через жертву Мессии на Гол­гоф­ском кресте. Здесь я хотел бы вспом­нить кое-какие собы­тия, имея в виду ислам­скую док­трину о чело­веке и ее глав­ный недо­ста­ток, свя­зан­ный с истин­ными нуж­дами чело­века.

В 1957 году мусуль­ман­ские и като­ли­че­ские ученые встре­ти­лись в мона­стыре в бер­бер­ском городке Тум­ли­нин близ Мек­неса в Марокко. Одним из основ­ных доклад­чи­ков был д‑р Осман Яхья из уни­вер­си­тета Аль-Азхар в Каире. Его доклад назы­вался «Чело­век и его совер­шен­ство в мусуль­ман­ском бого­сло­вии». Вот неко­то­рые цитаты из этого труда, опуб­ли­ко­ван­ного в жур­нале «Мусуль­ман­ский мир».

«Согласно Корану, чело­век пред­стает перед нами в двух раз­лич­ных состо­я­ниях: в его пер­во­на­чаль­ном виде— про­то­типе, создан­ном по образу Божьему, и в его насто­я­щем поло­же­нии. В пер­во­здан­ном виде чело­век был исклю­чи­тельно гар­мо­ни­чен. Он был само совер­шен­ство. Коран дает нам опи­са­ние: «Мы создали чело­века в наи­бо­лее бла­го­род­ном виде». В про­ти­во­по­лож­ность этому иде­аль­ному типу чело­век в его нынеш­нем состо­я­нии явля­ется слабым (сура 4:28), без­на­деж­ным (11:9), невер­ным (14:34), свар­ли­вым (16:4), тира­ном (96:6), погиб­шим (105:2) и т.п. Мусуль­ман­ское бого­сло­вие дей­стви­тельно не гово­рит о пер­во­род­ном грехе и о пере­даче его из поко­ле­ния в поко­ле­ние. Но в свете при­ве­ден­ных цитат мы ясно видим два состо­я­ния чело­века: пер­во­здан­ное совер­шен­ство и нынеш­нее паде­ние…  

Воз­мож­ность избав­ле­ния чело­века и его после­ду­ю­щий путь были ука­заны в Коране и адре­со­ваны греш­ни­кам, отцам чело­ве­че­ской расы: «Идите отныне вперед, и, если будет вам Мое води­тель­ство, тот, кто после­дует за Мной, не будет более бояться, не будет более убогим» (сура 2:38). Этим тор­же­ствен­ным утвер­жде­нием Бог сам пред­при­ни­мает шаги для спа­се­ния чело­века на пути к пра­вед­но­сти. Таким обра­зом, ислам­ская тра­ди­ция рас­по­ла­гает сред­ствами при­ве­сти чело­века к окон­ча­тель­ному совер­шен­ству, резуль­та­том чего явля­ется избав­ле­ние от страха и убо­же­ства, кото­рые мешали чело­веку достичь этой вечной бла­го­дати, коей явля­ется жизнь в Боге и для Бога».

В ком­мен­та­рии к этому докладу редак­тор жур­нала «Мусуль­ман­ский мир» напи­сал: «Изло­жен­ное д‑ром Яхья мусуль­ман­ское бого­сло­вие, вклю­ча­ю­щее учение о чело­веке и его спа­се­нии, под­ни­мает целый ряд глу­бо­ких вопро­сов. Хри­сти­а­нин ока­зы­ва­ется в рас­те­рян­но­сти перед этой несо­мнен­ной уве­рен­но­стью в том, что «знать значит делать»; в том, что спа­се­ние чело­века про­ис­хо­дит исклю­чи­тельно под знаком откро­ве­ния и что через закон, данный в обще­нии с Богом, лежит путь, кото­рым чело­век будет сле­до­вать, пока знает о нем и видит его. Вся тайна непо­ви­но­ве­ния чело­века и «жесто­ко­вый­но­сти» здесь отсут­ствует». (The Muslim World, 1959, v. 49, N 1.)

Иными сло­вами, мусуль­ман­ское виде­ние чело­века и пони­ма­ние харак­тера гре­хо­па­де­ния не остав­ляют места для Боже­ствен­ного Спа­си­теля. Такой Спа­си­тель не нужен, поскольку чело­веку доста­точно просто знать, чтобы выпол­нить волю Аллаха.

Ислам, по суще­ству, нико­гда не при­зна­вал послед­ствий, к кото­рым при­вело вос­ста­ние чело­века против Бога. Допус­кая гре­хо­па­де­ние Адама как исто­ри­че­ский факт, ислам при этом лишен биб­лей­ского реа­лизма, кото­рый застав­ляет нас при­знать всю серьез­ность греха. Он с готов­но­стью при­ни­мает грехи и недо­статки чело­века, но отри­цает гре­хов­ность чело­века как тако­вого. Один слу­ша­тель из Туниса напи­сал мне: «Я вполне пони­маю вас, когда вы гово­рите о грехах во мно­же­ствен­ном числе, но не в состо­я­нии вас понять, когда вы гово­рите о грехе в един­ствен­ном числе».

Сего­дня ислам осо­бенно уязвим в своем учении о чело­веке. Гос­под­ству­ю­щее сейчас настро­е­ние в миро­вой лите­ра­туре, фило­со­фии и искус­стве никак не соот­вет­ствует опти­мизму ислам­ского учения о чело­веке. Совре­мен­ный свет­ский пророк гово­рит нам, что чело­век мертв. Он не видит ника­кой надежды для чело­ве­че­ства. Как может он раз­де­лять какие-то опти­ми­сти­че­ские взгляды после всего, что про­изо­шло в Европе во время Второй миро­вой войны? И если мусуль­ма­нин воз­ра­зит, что все это про­изо­шло в хри­сти­ан­ском мире, может ли он утвер­ждать, что при­рода чело­века в Азии или Африке другая? Эти вопросы не пре­сле­дуют цель сму­тить мусуль­ма­нина или дока­зать, что Запад меньше погряз в грехе, чем Восток. Дело в том, что вся совре­мен­ная исто­рия не под­твер­ждает опти­ми­сти­че­ской точки зрения на чело­века или его при­род­ную доб­роту. Многое из того, что про­изо­шло в мусуль­ман­ских стра­нах, дока­зы­вает отча­ян­ное убо­же­ство чело­века, его полную и абсо­лют­ную несо­сто­я­тель­ность.

Уди­ви­тельно, что люди по-преж­нему поют дифи­рамбы досто­ин­ству чело­века, когда факты вопиют о его полном убо­же­стве. И тем не менее в тече­ние всех четыр­на­дцати сто­ле­тий ислам так и не усвоил урок, кото­рый вполне четко пре­по­дает Библия: все согре­шили и лишены славы Божией. Нет никого, кто творил бы добро, ни одного!

Если самое уяз­ви­мое место в исламе — учение о чело­веке, то как это может отра­зиться на хри­сти­ан­ской миссии в исламе сего­дня?

Что бы ни делал хри­сти­а­нин: про­по­ве­до­вал ли слу­ша­те­лям-мусуль­ма­нам Свя­щен­ное Писа­ние, объ­яс­нял ли отдель­ные места из Библии, про­воз­гла­шал ли Слово Божье, или просто осве­щал про­блемы сего­дняш­него дня — он всегда должен пом­нить биб­лей­ское учение о глу­бин­ной при­роде греха и ужа­са­ю­щие послед­ствия гре­хо­па­де­ния. Посту­пая так, он избе­гает небиб­лей­ской схемы хри­сти­ан­ского про­воз­ве­стия Еван­ге­лия. Он сви­де­тель­ствует об одной из глав­ных тем осо­бого Боже­ствен­ного Откро­ве­ния. Более того, он гото­вит почву для усво­е­ния биб­лей­ской док­трины об искуп­ле­нии через муче­ни­че­скую смерть Гос­пода Иисуса Христа.

Мы должны всегда пом­нить: мусуль­ма­нин не только отри­цает исто­рич­ность вели­чай­шего боже­ствен­ного собы­тия — рас­пя­тия Христа в Страст­ную пят­ницу, но сама тео­ло­гия ислама не при­ем­лет необ­хо­ди­мо­сти искуп­ле­ния. Согласно ей, чело­век не нуж­да­ется в искуп­ле­нии через боже­ствен­ный акт. В исламе совер­шен­ство или спа­се­ние дости­га­ются путем испол­не­ния того, что чело­век узнает из Боже­ствен­ного откро­ве­ния. Поэтому только после того, как мусуль­ма­нин убе­дится в необ­хо­ди­мо­сти боже­ствен­ного искуп­ле­ния в силу уко­ре­нен­но­сти греха в чело­веке, он будет готов при­нять Христа.

Но здесь мы должны соблю­дать особую осто­рож­ность. Мы должны сле­до­вать не абстракт­ной, а биб­лей­ской исто­рии и логике. Мы не можем при­бе­гать к неко­ему ней­траль­ному арбитру для реше­ния про­блемы таким обра­зом, чтобы сде­лать наш подход при­ем­ле­мым для мусуль­ман. Мис­си­о­нер-хри­сти­а­нин всегда должен начи­нать с Библии и биб­лей­ской исто­рии. Подвиг Христа на кресте — это свер­шив­шийся факт. Бог заду­мал это в глу­би­нах веч­но­сти. И совер­шил это, когда такое время пришло. Наши аргу­менты осно­ваны не на чело­ве­че­ской логике, а на боже­ствен­ном акте, кото­рый имел место в реаль­ной исто­рии и четко зафик­си­ро­ван и объ­яс­нен в Св. Писа­нии. Мы не должны вну­шать мусуль­ма­нину мысль или вызы­вать у него ощу­ще­ние, что учение о спа­се­нии появи­лось как след­ствие нашего соб­ствен­ного бого­сло­вия. Конечно же. Боже­ствен­ный путь спа­се­ния через про­ли­тие крови на Кресте вместо нас — это как раз то, что было нам нужно. Не было дру­гого пути спа­се­ния. Дело чело­века было абсо­лютно без­на­дежно. Не было ника­кого дру­гого пути спа­се­ния, как только путь, избран­ный Гос­по­дом. Но когда мы опе­ри­руем подоб­ными поня­ти­ями, мы не нахо­димся на ней­траль­ной почве и не при­хо­дим к этим исти­нам на основе так назы­ва­е­мой авто­ном­ной чело­ве­че­ской логики.

Мы должны убе­дить мусуль­ма­нина, что, когда мы гово­рим о спа­се­нии и искуп­ле­нии, мы сви­де­тель­ствуем о том, что Гос­подь заду­мал в веч­но­сти и совер­шил в свое время. Хри­сти­ан­ская вера объ­ек­тивно истинна, неза­ви­симо от того, испо­ве­дуют ее люди или нет. Кроме того, когда хри­сти­а­нин-мис­си­о­нер гово­рит о Еван­ге­лии, он гово­рит как чело­век, уже полу­чив­ший спа­се­ние от Бога. Мы, те, кто при­зван идти к мусуль­ма­нам с вестью о Еван­ге­лии, уже при­няли искуп­ле­ние от Гос­пода. Он иску­пил нас не каким-то непо­нят­ным мисти­че­ским обра­зом, а про­де­лал в наших серд­цах работу Христа через Св. Духа. Когда мы идем к мусуль­ма­нам, мы идем как послан­ные про­воз­гла­шать Слово Божье и как те, кто уже испы­тал спа­си­тель­ную работу Бога в своих серд­цах. Мы идем как сви­де­тели, а не как логики.

Эти строки — не плод абстракт­ных раз­мыш­ле­ний о хри­сти­ан­ской миссии в исламе. Они, скорее, итог хри­сти­ан­ского осмыс­ле­ния слож­ной пер­во­про­ход­че­ской миссии на радио и в араб­ской лите­ра­туре. Я обра­бо­тал 150 тысяч писем от арабов из всех стран мира. Боль­шин­ство из них было от мусуль­ман. Я могу сви­де­тель­ство­вать, что в Еван­ге­лии Иисуса Христа суще­ствует огром­ная нужда. Подход к этому вопросу, изло­жен­ный в данной главе, при­ме­ня­ется при про­воз­гла­ше­нии Слова Божьего мусуль­ма­нам с 1958 года. Многие из них высоко ценят хри­сти­ан­ское посла­ние, неко­то­рые же по мило­сти Божьей стали сего­дня истинно веру­ю­щими в биб­лей­ского Мессию. Слово Божье не имеет границ. Оно дости­гает мусуль­ман повсюду, осво­бож­дает их, делая частью Тела Хри­стова.

Глава седь­мая. Ислам на путях модер­ни­за­ции

Сего­дня мусуль­мане испы­ты­вают силь­ней­ший вызов своей вере и своему миро­воз­зре­нию. Реак­цией на этот вызов явля­ется ислам­ский фун­да­мен­та­лизм. В 1979 году победа рево­лю­ции Хомейни создала мощную базу для этого ради­каль­ного дви­же­ния. Рево­лю­ция при­вела в дви­же­ние шиит­ские массы Ирана. Год спустя это поз­во­лило им усто­ять против экс­пан­сии Ирака и пре­вра­тить свое дви­же­ние в джихад — свя­щен­ную войну. Посте­пенно иран­ская рево­лю­ция пере­ки­ну­лась в Ливан. Неуди­ви­тельно, что в 1987 году в Иране была выпу­щена поч­то­вая марка в честь муче­ни­ков «Хиз­булла» — «партии Аллаха» в Ливане.

Боль­шин­ство мусуль­ман в мире не явля­ются шии­тами, они при­над­ле­жат к орто­док­саль­ной сун­нит­ской ветви ислама. Тем не менее ислам­ский фун­да­мен­та­лизм. заяв­ляет о себе повсюду — от Индо­не­зии до Запад­ной Африки. Умо­на­стро­е­ние мусуль­ман­ских фун­да­мен­та­ли­стов можно в общих чертах опи­сать сле­ду­ю­щим обра­зом. На заре ислама (VII век) Бог дал арабам свое послед­нее откро­ве­ние. Он пове­лел им рас­про­стра­нять эту веру по всему миру.

И их успех в созда­нии огром­ной импе­рии от Вели­кой китай­ской стены до Испа­нии был знаком Божьего одоб­ре­ния и бла­го­сло­ве­ния. В ранние века исто­рия была на их сто­роне. Пройдя через оже­сто­чен­ные внут­рен­ние меж­до­усо­бицы, их вера в свою свя­щен­ную миссию оста­лась непо­ко­ле­би­мой. Арабы-мусуль­мане пере­жили страш­ную ката­строфу, когда в XIII веке был раз­ру­шен Багдад. Ислам­ская импе­рия окон­ча­тельно рас­па­лась. Но мусуль­мане в целом не счи­тали, что Аллах их оста­вил. Новыми защит­ни­ками веры стали турки-османы. Они рас­ши­рили свою импе­рию до Юго-Восточ­ной Европы. В 1453 году они овла­дели Кон­стан­ти­но­по­лем. Ислам смело шагал дальше. Теперь правил ислам­ский халиф в Стам­буле (Кон­стан­ти­но­поле).

К концу Первой миро­вой войны Осман­ская импе­рия была раз­де­лена между евро­пей­скими дер­жа­вами. Боль­шая часть Ближ­него Востока попала под бри­тан­ское и фран­цуз­ское гос­под­ство. В 20‑е и 30‑е годы нашего сто­ле­тия весь ислам­ский мир нахо­дился под управ­ле­нием евро­пей­цев, за исклю­че­нием боль­шей части Аравии. В этих усло­виях перед мусуль­ма­нами встала серьез­ная про­блема. Как при­ми­рить пра­вед­ность и совер­шен­ство их веры с их нынеш­ним состо­я­нием? Каза­лось, Аллах оста­вил их.

Значит, что-то было не так. Они забыли Его и Его закон. И тогда раз­дался призыв: мы должны вер­нуться к исто­кам ислама! Период после Второй миро­вой войны стал эпохой краха евро­пей­ского коло­ни­а­лизма. Мусуль­ман­ские народы обрели неза­ви­си­мость. Послед­ним араб­ским мусуль­ман­ским госу­дар­ством, сбро­сив­шим оковы коло­ни­а­лизма, стал Алжир. Его вось­ми­лет­няя борьба за неза­ви­си­мость от Фран­ции стоила ему полу­тора мил­ли­о­нов жизней! Но в тече­ние долгих коло­ни­аль­ных лет многие арабы позна­ко­ми­лись с Евро­пой. В резуль­тате родился араб­ский наци­о­на­лизм. Его пер­во­на­чаль­ной целью было осво­бож­де­ние от ига импе­ри­а­лизма. Он пытался заим­ство­вать неко­то­рые черты запад­ной циви­ли­за­ции и соеди­нить их с прин­ци­пами ислама.

Однако неспо­соб­ность наци­о­на­лизма раз­ре­шить соци­ально-эко­но­ми­че­ские про­блемы, про­блемы стре­ми­тель­ного роста насе­ле­ния и урба­ни­за­ции, а также воз­ник­но­ве­ние госу­дар­ства Изра­иль послу­жили толч­ком к воз­рож­де­нию фун­да­мен­та­лизма. Из этого не сле­дует делать вывод, что весь мусуль­ман­ский мир нахо­дится под вли­я­нием фун­да­мен­та­лизма. Совре­мен­ная араб­ская лите­ра­тура сви­де­тель­ствует о том, что многие мусуль­мане сего­дня пыта­ются найти реше­ние своих про­блем на нефун­да­мен­та­лист­ских путях. Д‑р Заки Нагиб Махмуд, еги­пет­ский ученый, рабо­та­ю­щий в Кувейте, очень точно сфор­му­ли­ро­вал основ­ную про­блему, сто­я­щую перед мусуль­ма­нами сего­дня: как спра­виться с модер­ни­за­цией?

Сопри­кос­нув­шись с запад­ной куль­ту­рой, он по-новому оценил арабо-мусуль­ман­ское насле­дие. Он — веру­ю­щий мусуль­ма­нин, один из тех, кто тру­дится над обнов­ле­нием ислама через его модер­ни­за­цию.

В одной из своих ранних книг «Обнов­ле­ние араб­ского мыш­ле­ния» д‑р Махмуд поста­вил целью содей­ство­вать новой арабо-мусуль­ман­ской куль­туре, где тра­ди­ци­он­ная и совре­мен­ная куль­тура будут гар­мо­нично сосу­ще­ство­вать. Он пола­гал, что этой цели можно достичь, если совре­мен­ные арабы захо­тят сохра­нить из насле­дия про­шлого «общее миро­воз­зре­ние» пред­ков, сво­бод­ное от всех спе­ци­фи­че­ских про­блем, с кото­рыми им при­хо­ди­лось стал­ки­ваться ранее и кото­рые не имеют отно­ше­ния к сего­дняш­ней жизни мусуль­ман.

Изло­жив этот тезис в своей книге, д‑р Махмуд про­дол­жил поиски путей модер­ни­за­ции в сле­ду­ю­щей книге, опуб­ли­ко­ван­ной в Бей­руте в 1973 году, — «Раци­о­наль­ное и ирра­ци­о­наль­ное в нашем куль­тур­ном насле­дии». «Общее миро­воз­зре­ние» арабов было изна­чально раци­о­наль­ным. В то время как ирра­ци­о­наль­ное миро­воз­зре­ние про­яв­ля­лось на инди­ви­ду­аль­ном уровне, для жизни арабов в целом было харак­терно кон­цен­три­ро­ван­ное выра­же­ние муд­ро­сти (хикма). Это общие наблю­де­ния автора, изло­жен­ные в начале книги.

Метод, исполь­зу­е­мый авто­ром, — «путе­ше­ствие в куль­туру», во время кото­рого мы встре­чаем арабов про­шлого, отме­чая их раци­о­на­лизм и ирра­ци­о­на­лизм. Д‑р Махмуд не пыта­ется «влезть в их шкуру» и взгля­нуть на их про­блемы их гла­зами. Скорее, он сохра­няет свое соб­ствен­ное миро­воз­зре­ние, кото­рое явля­ется про­дук­том совре­мен­ной эпохи. Вни­ма­тельно озна­ко­мив­шись с фунда мен­таль­ными дис­кус­си­ями, имев­шими место в про­шлом, он раз­мыш­ляет над тем, что постиг сам, чтобы пове­дать об этом своим совре­мен­ни­кам: что при­нять, а что отверг­нуть из куль­тур­ного насле­дия про­шлого. Будучи араб­ским ученым-мусуль­ма­ни­ном, д‑р Махмуд начи­нает свое иссле­до­ва­ние с VII и закан­чи­вает XIII сто­ле­тием. Как было ска­зано ранее, арабы-мусуль­мане счи­тают паде­ние Баг­дада в 1258 году нача­лом «темных веков». Они не желают пони­мать, что знамя ислама было под­хва­чено ново­об­ра­щен­ными тур­ками, кото­рые рас­ши­рили мусуль­ман­ский мир и рас­про­стра­нили веру на новые реги­оны, не знав­шие прежде арабов.

В тече­ние VII сто­ле­тия арабы были в основ­ном заняты поли­ти­че­скими и соци­аль­ными вопро­сами. Али, дво­ю­род­ный брат и зять Мухам­меда, был наи­бо­лее выда­ю­щимся их пред­ста­ви­те­лем. В своей книге «Доро­гой крас­но­ре­чия» он дока­зы­вает, что гений арабов — в араб­ском языке. Хотя совре­мен­ный араб по-преж­нему ценит эту форму куль­тур­ного насле­дия, свой кра­си­вый язык, он не должен оста­ваться залож­ни­ком этого насле­дия.

Мухам­мед умер в 632 году, не оста­вив кон­крет­ных ука­за­ний отно­си­тельно своего пре­ем­ника. Первое, с чем столк­ну­лись арабы-мусуль­мане, была про­блема: кому пра­вить? При­мерно чет­верть сто­ле­тия Ислам­ская Умма изби­рала хали­фов путем кон­сен­суса руко­во­ди­те­лей общины. Но эта система рух­нула, когда не уда­лось достиг­нуть един­ства при выборе чет­вер­того халифа — Али. Муа­вийя, пра­ви­тель Дамаска, заявил, что Али обви­ня­ется в убий­стве Османа, тре­тьего халифа. Он сам хотел стать хали­фом. Между Али и его сопер­ни­ком нача­лась война. Обра­ти­лись к судьям. Но не все груп­пи­ровки согла­си­лись с реше­нием судей. Ислам­ская Умма раз­де­ли­лась на три части: после­до­ва­те­лей Муа­вийи (кото­рые позже стали известны как сун­ниты), после­до­ва­те­лей Али (кото­рые стали известны как шииты) и хари­джи­тов, т.е. рас­коль­ни­ков. В то время, как Али и Муа­вийя пре­тен­до­вали на роль халифа в силу род­ствен­ных связей с Мухам­ме­дом, хари­джиты выдви­нули прин­цип, что при выборе халифа реша­ю­щую роль должны играть спо­соб­но­сти и воз­мож­но­сти, а не род­ствен­ные связи.

Хотя в самом прин­ципе хари­джи­тов можно найти раци­о­наль­ное зерно, в даль­ней­шем их пове­де­ние в исто­рии арабо-мусуль­ман­ской общины пока­зало их непо­сле­до­ва­тель­ность. В их лагере верх взял ирра­ци­о­на­лизм. Один из них убил Али. Хари­джиты про­сла­ви­лись своей жесто­ко­стью по отно­ше­нию к мусуль­ма­нам, кото­рые не раз­де­ляли их экс­тре­мист­ской пози­ции. Д‑р Махмуд утвер­ждает, что глав­ная поли­ти­че­ская теория хари­джи­тов забыта ара­бами: право на вос­ста­ние против имама, если он не оправ­ды­вает ока­зан­ное ему дове­рие. Но хари­джиты отсту­пили от этого важ­ного поли­ти­че­ского прин­ципа, заме­нив его рели­ги­оз­ным фана­тиз­мом.

Один из уроков, кото­рый можно извлечь из иссле­до­ва­ний и раз­мыш­ле­ний д‑ра Махмуда, заклю­ча­ется в том, что в тече­ние пер­вого пери­ода арабо-мусуль­ман­ской исто­рии суще­ство­вали, хотя бы тео­ре­ти­че­ски, сто­рон­ники раци­о­наль­ного под­хода, но они ока­за­лись непо­сле­до­ва­тель­ными, а их поступки оши­боч­ными.

В тече­ние вто­рого пери­ода VIII века н. э. (II сто­ле­тия Хиджры) на первый план вышли опре­де­лен­ные бого­слов­ские про­блемы. Напри­мер, был спор о «вели­ких грехах». Может ли мусуль­ма­нин, обви­нен­ный в «вели­ких грехах», по-преж­нему счи­таться мусуль­ма­ни­ном? Дис­кус­сии, отно­ся­щи­еся к «пред­опре­де­ле­нию и ответ­ствен­но­сти чело­века» и «атри­бу­там Бога», при­ко­вали вни­ма­ние всего ислам­ского обще­ства. Все эти вопросы затра­ги­вают глу­бо­кие бого­слов­ские про­блемы. В своих ком­мен­та­риях, отно­ся­щихся к дан­ному пери­оду, д‑р Махмуд демон­стри­рует отсут­ствие инте­реса к бого­слов­ским темам. Он счи­тает, что к совре­мен­ному мусуль­ма­нину эти дис­кус­сии не имеют отно­ше­ния. Исклю­че­ние дела­ется лишь в отно­ше­нии вопроса о сво­боде и ответ­ствен­но­сти чело­века. Иными сло­вами, веду­щий авто­ри­тет в вопро­сах модер­ни­за­ции арабо-мусуль­ман­ского мыш­ле­ния скло­ня­ется к исклю­чи­тельно гори­зон­таль­ному аспекту веры. Чисто бого­слов­ские про­блемы, по его мнению, сего­дня не акту­альны!

«Либе­ралы» того пери­ода были известны как «мута­зи­литы». Они гово­рили о полной ответ­ствен­но­сти чело­века за свои поступки. Они утвер­ждали: чело­век спо­со­бен совер­шать свои поступки. В про­тив­ном случае не было бы осно­ва­ний для пра­во­су­дия. Бого­слов­ские дис­кус­сии были весьма бур­ными и каса­лись кон­крет­ных про­блем, воз­ник­ших в резуль­тате борьбы за пре­ем­ствен­ность власти. Оппо­нен­тами «мута­зи­ли­тов» были «джа­би­риты». Их кредо: чело­век — это «мудж­бар», то есть он вынуж­ден делать то, что делает. Он не спо­со­бен совер­шать само­сто­я­тель­ные поступки.

Третий период IX-X веков н. э. — это эпоха Абба­си­дов. Новым цен­тром арабо-мусуль­ман­ской куль­туры ста­но­вится Багдад. Рас­ска­зы­вая об этом пери­оде исто­рии араб­ского народа, д‑р Махмуд пишет, что эпоха Абба­си­дов дала пример того, что «наши предки были далеки от совер­шен­ства». Несо­мненно, эти слова под­ска­заны кро­ва­вой борь­бой за пре­стол между Абба­си­дами и Омей­а­дами.

Однако, посте­пенно Багдад ста­но­вится цен­тром ислам­ской мысли, а ислам­ская куль­тура дости­гает своего рас­цвета. Нельзя не удив­ляться той сво­боде бого­слов­ских и фило­соф­ских взгля­дов, кото­рая суще­ство­вала в то время. В куль­тур­ной жизни обще­ства при­ни­мали уча­стие мусуль­ман­ские и хри­сти­ан­ские ученые. Боль­шим вли­я­нием поль­зо­ва­лась гре­че­ская куль­тура, но, как счи­тает д‑р Махмуд, это ощу­ща­лось только в узком кругу обра­зо­ван­ной элиты: народ Баг­дада и всей импе­рии не испы­тал этого вли­я­ния.

Сего­дня, в отли­чие от той эпохи, внеш­ний мир влияет на все аспекты жизни арабов. Эко­но­мика, финансы, куль­тура, армия, пра­ви­тель­ство испы­ты­вают на себе вли­я­ние неис­лам­ского миро­воз­зре­ния. Поэтому налицо новая ситу­а­ция, не име­ю­щая ничего общего с тем, что про­ис­хо­дило на про­тя­же­нии три­на­дцати пред­ше­ству­ю­щих веков ислама.Возвращаясь к мута­зи­ли­там, д‑р Махмуд высоко оце­ни­вает их раци­о­наль­ный подход: они верят в сво­бод­ную волю, ответ­ствен­ность и в необ­хо­ди­мость для мусуль­ма­нина играть актив­ную роль в ислам­ском обще­стве. Один их их тези­сов: Бог не может тво­рить зло.Сопровождая автора в этом интел­лек­ту­аль­ном путе­ше­ствии в ранние века ислама, обра­тите вни­ма­ние на актив­ную духов­ную жизнь того вре­мени и отно­си­тельно сво­бод­ную атмо­сферу, царив­шую тогда. Напри­мер, суще­ство­вали раци­о­на­ли­сты, кото­рых назы­вали «Ихван аль-Сафа». Их кредо можно резю­ми­ро­вать так: не суще­ствует про­ти­во­ре­чия между ислам­ским шари­а­том и гре­че­ской фило­со­фией; рели­гия для боль­ных, а фило­со­фия для здо­ро­вых.

Они при­дер­жи­ва­лись мнения, что чело­век совер­ше­нен своей муд­ро­стью. Они были тер­пимы к тем, кто не раз­де­лял их точку зрения. Они учили, что все рели­гии нужны. При­вер­женцы «Ихван аль-Сафа» напи­сали 51 или 52 посла­ния. В одном из них, под назва­нием «Откры­тие истины», их пони­ма­ние гре­хо­па­де­ния Адама ближе к биб­лей­скому, нежели к тра­ди­ци­он­ному ислам­скому!

Д‑р Махмуд не пони­мает тех, кто заяв­ляет: нам нечего откры­вать или завер­шать, наши предки сде­лали все. Эту точку зрения не раз­де­ляли неко­то­рые круп­ные араб­ские мыс­ли­тели про­шлого. Напри­мер, извест­ный сирий­ский поэт Абул Алла считал: «Любой чело­век может стать своим соб­ствен­ным имамом, если он раз­мыш­ляет и рас­суж­дает верно». Это очень важное наблю­де­ние: жест­кость арабо-мусуль­ман­ской куль­туры — позд­ней­шая черта. В тече­ние первых пяти веков все было иначе. Суще­ство­вала сво­бода мысли, мнений и суж­де­ний.

Ока­зы­ва­ясь в чет­вер­том пери­оде нашего путе­ше­ствия (XI сто­ле­тие—V сто­ле­тие Хиджры), мы все еще нахо­димся под вли­я­нием учения мута­зи­ли­тов. Они выра­бо­тали про­це­дуру «Михнат аль-Куран» — испы­та­ния, или суда Кора­ном. Они были в фаворе у трех хали­фов — аль-Мамуна, аль-Мута­сима и аль-Васека. Эта тео­ло­ги­че­ская поле мика очень важна для пони­ма­ния про­блем, с кото­рыми стал­ки­ва­ется любая моно­те­и­сти­че­ская рели­гия.

Пять прин­ци­пов мута­зи­ли­тов

  1. Таухид. Это отно­сится к «един­ству» в уни­та­рист­ском смысле. Аллах — вахед (един­ствен­ный) и ахад (единый). В этом отно­ше­нии мута­зи­литы отли­ча­лись от сун­ни­тов (орто­док­сов), заяв­ляя, что веч­ность Бога пре­бы­вает в его ‑сущ­но­сти, а не в его атри­бу­тах. Бог знает все сам по Себе, но, напри­мер, атри­бут знания не суще­ствует сам по себе. Если бы атри­буты Бога отно­си­лись к его сущ­но­сти в веч­но­сти, им была бы при­суща его Боже­ствен­ность. Тогда, согласно взгля­дам мута­зи­ли­тов, внутри Боже­ствен­но­сти могла бы суще­ство­вать мно­же­ствен­ность. Поэтому они наста­и­вали на стро­жай­шем един­стве или, поль­зу­ясь хри­сти­ан­ским языком, на строго уни­та­рист­ском пони­ма­нии Аллаха. Они наста­и­вали на «вах­да­нийя мут­лака» — абсо­лют­ном един­стве. Это при­вело их к утвер­жде­нию, что нет ника­кого подо­бия между Богом и чем-либо суще­ству­ю­щим. Любое место в Коране, про­ти­во­ре­ча­щее этому утвер­жде­нию, пере­фра­зи­ро­ва­лось, зна­че­ние его изме­ня­лось в соот­вет­ствии с прин­ци­пом «таухид». Мута­зи­литы отста­и­вали гер­ме­нев­тику типа «тавил», т.е. тол­ко­ва­ние любого отрывка из Корана в свете соб­ствен­ной тео­ло­гии. В то же время как сун­ниты, так и шииты в своей экзе­ге­тике наста­и­вали на бук­валь­ном пони­ма­нии Корана. Исходя из бого­слов­ского прин­ципа абсо­лют­ного уни­та­ризма, мута­зи­литы уско­рили кризис, извест­ный как «Михнат аль-Куран», о кото­ром упо­ми­на­лось выше. Согласно их учению, Коран не был вечен, он появился, когда Ангел Гав­риил принес его Мухам­меду. Сун­ниты и шииты отве­тили утвер­жде­нием о веч­но­сти Корана: его «про­то­тип» всегда суще­ство­вал на небе­сах. Когда мута­зи­литы полу­чили власть, они не смогли удер­жаться от пре­сле­до­ва­ний своих про­тив­ни­ков. Нача­лись пытки и даже казни. Но позже, при халифе аль-Васеке, пришел черед сун­ни­тов, и теперь уже мута­зи­литы под­вер­га­лись пре­сле­до­ва­ниям.
  2. Адл. Это озна­чает спра­вед­ли­вость или пра­вед­ность. Мута­зи­литы учили, что чело­век сам опре­де­ляет свои поступки. Его никто не застав­ляет дей­ство­вать против своей воли. Это была реак­ция на учение уль­тра­ор­то­док­сов о полном пред­опре­де­ле­нии, что делало Аллаха твор­цом зла.
  3. Аль-Вад валь-Ваид. Бог дает чело­веку и обе­то­ва­ния, и запреты. Это озна­чает, что Он воз­даст тем, кто делает добрые дела, и нака­жет тех, кто творит зло.
  4. Аль-Ман­зи­лат Бейн аль-Ман­зи­ла­тейн. Это кате­го­рия двух про­ти­во­по­лож­но­стей, отно­ся­ща­яся к обы­ден­ной жизни. «Ультра» учили, что есть только две про­ти­во­по­лож­ные точки зрения в бого­слов­ских и эти­че­ских вопро­сах. Мута­зи­литы наста­и­вали, что суще­ствует и третья пози­ция, утвер­ждая нали­чие незна­чи­тель­ных или ней­траль­ных сфер жизни. По-араб­ски это звучит так, как загла­вие этого абзаца.
  5. Актив­ность и необ­хо­ди­мость уча­стия в соци­аль­ной жизни общины. Этот прин­цип обос­но­вал при­ме­не­ние силы для пре­кра­ще­ния зла и уза­ко­нил свя­щен­ную войну. После бого­слов­ских дис­кус­сий, навя­зан­ных мута­зи­ли­тами, мусуль­ман­ское обще­ство при­няло пози­цию Абуль Хасана аль-Азари (873–917). Он учил о суще­ство­ва­нии и важ­но­сти сфер разума и веры. В одном из своих сочи­не­ний он изло­жил то, что можно счи­тать сим­во­лом веры орто­док­саль­ных мусуль­ман. «Ахлул Хадит уол-Сунна», т. е. люди Тра­ди­ции и Пра­виль­ного пути веруют в Аллаха, Его анге­лов, Его книги и апо­сто­лов, в то, что про­ис­хо­дит от Аллаха и что было досто­верно пере­дано про­ро­ком Аллаха (т. е. Мухам­ме­дом). Они утвер­ждают, что Аллах — един­ствен­ный Бог, вечный, нет дру­гого Бога, кроме Него. У Него нет ни жены, ни сына. Мухам­мед — Его пророк. Суще­ствуют реаль­ный рай и реаль­ный ад. Час (послед­ний день) при­бли­жа­ется, в этом нет сомне­ния. Вос­кре­се­ние мерт­вых обя­за­тельно про­изой­дет».

Аль-Ашари кри­ти­ко­вал мута­зи­ли­тов за то, что они не вос­при­ни­мали Коран бук­вально, отри­цали его антро­по­мор­физмы. В его пони­ма­нии Бог поро­дил дурные поступки людей. Неотъ­ем­ле­мой частью его бого­слов­ской системы явля­ется фата­лизм. И нако­нец мы всту­паем в пятый и послед­ний период нашего путе­ше­ствия в исто­рию араб­ско-мусуль­ман­ской куль­туры. Он отме­чен выда­ю­щейся фигу­рой Аль-Газали (умер в 1111). Этот вели­кий мыс­ли­тель высоко ценил науч­ную мето­до­ло­гию. С другой сто­роны, он был пред­ста­ви­те­лем мощной реак­ци­он­ной силы в исто­рии ислам­ской мысли. Д‑р Махмуд ценит вклад Аль-Газали в араб­скую куль­туру, но сожа­леет, что его вли­я­ние на мыш­ле­ние и куль­туру арабов-мусуль­ман затор­мо­зило их раз­ви­тие и при­вело к застою. В своей книге «Воз­рож­де­ние рели­ги­оз­ных знаний» Аль-Газали опре­де­лил каждое выска­зы­ва­ние и каждый шаг мусуль­ма­нина, кото­рые могли бы гаран­ти­ро­вать орто­док­саль­ность ислама в его интер­пре­та­ции. Для мусуль­ма­нина рас­пи­сано все: как есть, спать, путе­ше­ство­вать, как вести себя с женой и ребен­ком и т. д. Для мысли и сво­боды поступ­ков в жизни мусуль­ма­нина не оста­ется места. «Аль-Газали закрыл для мусуль­ман двери фило­со­фии, и она оста­ва­лась закры­той на про­тя­же­нии восьми веков».

Под­ходя к пери­оду, когда реша­ю­щую роль в мусуль­ман­ской общине играли суфии, мы наблю­даем рост ирра­ци­о­на­лизма. Они ока­за­лись ере­ти­ками, потому что не при­дер­жи­ва­лись основ­ных прин­ци­пов ислам­ского теизма. Согласно их вере, путь к пони­ма­нию — это инту­и­ция. Суфии утвер­ждали един­ство всего сущего, и неко­то­рые из них пришли к пан­те­изму.

Под­водя итог своему иссле­до­ва­нию, д‑р Махмуд под­чер­ки­вает важ­ность отказа от ирра­ци­о­наль­ного аспекта ислам­ского насле­дия. Он отста­и­вает необ­хо­ди­мость сохра­не­ния только раци­о­наль­ного под­хода. Но нередко мы чув­ствуем, что в своем отри­ца­нии ирра­ци­о­на­лизма автор на самом деле отри­цает супер­на­ту­ра­лизм! Рабо­тать над воз­рож­де­нием теи­сти­че­ской рели­гии, выде­ляя только гори­зон­таль­ный срез веры, значит созда­вать деи­сти­че­скую веру, кото­рая прин­ци­пи­ально отли­ча­ется от теизма.

Сего­дня обшир­ный мусуль­ман­ский мир не явля­ется таким моно­ли­том, каким кажется на первый взгляд. Подъем фун­да­мен­та­лизма довольно зна­чи­те­лен, но это дви­же­ние не един­ствен­ная сила, ока­зы­ва­ю­щая вли­я­ние на мусуль­ман. Попытка слу­жи­теля ислама д‑ра Заки Нагиб Махмуда «модер­ни­зи­ро­вать» арабо-мусуль­ман­скую мен­таль­ность рас­кры­вает перед нами огром­ную про­блему и вызов, с кото­рыми стал­ки­ва­ется сего­дня мир ислама.

Как хри­сти­ане, мы при­вет­ствуем любую попытку, спо­соб­ству­ю­щую укреп­ле­нию тер­пи­мо­сти между всеми наро­дами мира. Однако под тер­пи­мо­стью я не имею в виду без­раз­ли­чие к осно­во­по­ла­га­ю­щим прин­ци­пам веры. Имея дело с насле­дием про­шлого и пыта­ясь обно­вить арабо-мусуль­ман­ский образ мыш­ле­ния, нельзя при­ни­мать прин­цип гори­зон­таль­но­сти и на его основе ука­зы­вать, что при­нять, а что отверг­нуть. Нельзя рас­смат­ри­вать дис­кус­сию отно­си­тельно атри­бу­тов Аллаха, пред­опре­де­ле­ния, созда­ния или веч­ного суще­ство­ва­ния Корана, как не име­ю­щую отно­ше­ния к совре­мен­ным мусуль­ма­нам. До тех пор пока чело­веку дано мыс­лить, он должен мыс­лить. Когда вера тре­бует от своих после­до­ва­те­лей обра­ще­ния к выс­шему авто­ри­тету свя­щен­ной книги, они обя­заны усердно тру­диться, чтобы долж­ным обра­зом понять текст этой бого­вдох­но­вен­ной книги. Поэтому отвер­же­ние бого­слов­ского аспекта веры в пользу социо­ло­ги­че­ского не удо­вле­тво­рит сердце веру­ю­щего. Не хлебом единым жив чело­век! Как гово­ри­лось ранее, совер­шенно тщет­ной ока­зы­ва­ется попытка сохра­нить вер­ность теизму, отвер­гая тео­ло­гию. Склон­ность к анти­су­пер­на­ту­ра­лизму обо­ра­чи­ва­ется под­ме­ной теизма деиз­мом. Но в дей­стви­тель­но­сти никто не может покло­няться деист­скому богу!

Одно из наблю­де­ний, кото­рое сделал д‑р Махмуд, заслу­жи­вает осо­бого вни­ма­ния. Оно каса­ется столк­но­ве­ния мусуль­ман­ского обще­ства с внеш­ним миром. Это свя­зано с гло­баль­ным явле­нием, кото­рое кое-кто, как на Западе, так и в ислам­ском мире, не желает или не может понять: с мощным вли­я­нием миро­вой свет­ской куль­туры на все народы. Бла­го­даря сред­ствам мас­со­вой инфор­ма­ции и путе­ше­ствиям все мы стали сосе­дями. Раз­лич­ные идеи и идео­ло­гии рас­про­стра­ня­ются повсюду. С изо­ля­цией покон­чено навсе­гда. Сего­дня мусуль­ман­ское обще­ство живет в новых усло­виях, не име­ю­щих ана­лога в исто­рии. Ислам­ский фун­да­мен­та­лизм еще может про­су­ще­ство­вать в 90‑е годы и в начале сле­ду­ю­щего тыся­че­ле­тия, но дальше он не сможет влиять на умы. Он при­вя­зан к про­шлому, к «золо­тому веку», кото­рый не повто­рится. Исто­рия не повто­ря­ется. Налицо стрем­ле­ние к посто­ян­ному обнов­ле­нию, и оно не исчез­нет, даже если его отри­цать.

Сле­ду­ю­щим момен­том, заслу­жи­ва­ю­щим нашего вни­ма­ния, явля­ется Коран и вопрос о его сотво­рен­но­сти или вечном суще­ство­ва­нии, с мусуль­ман­ской точки зрения. Как мы отме­чали, мута­зи­литы отста­и­вали пози­цию абсо­лют­ного уни­та­ри­ан­ства. Они выдви­гали учение о сотво­рен­но­сти Корана с целью сохра­нить учение о един­ствен­но­сти Бога. Они не могут при­нять две веч­но­сти: Бога и Корана. Их оппо­ненты при­дер­жи­ва­лись учения о веч­но­сти их свя­щен­ной книги и не могли при­нять, что она воз­никла во вре­мена Мухам­меда. Рас­смат­ри­вая эту про­блему с хри­сти­ан­ской точки зрения, мы при­знаем, что тайна — неотъ­ем­ле­мая часть любой теи­сти­че­ской рели­гии. Мы не должны обви­нять мусуль­ман в дуа­лизме из-за веры в веч­ность Аллаха и Его слова — Корана. Мы пони­маем неиз­беж­ность слож­но­стей внутри любой моно­те­и­сти­че­ской системы. И были бы бла­го­дарны мусуль­ма­нам за ана­ло­гич­ное пони­ма­ние с их сто­роны. Мы веруем в три­еди­ного Бога и не при­ни­маем учения о едином Боге в одном Лице. За три сто­ле­тия до воз­ник­но­ве­ния ислама на первом все­лен­ском соборе отцы Церкви утвер­дили поло­же­ние: «Верую во еди­ного Бога, Отца все­мо­гу­щего. Творца неба и земли, всего види­мого и неви­ди­мого» (Никей­ский символ веры, 325 г.).

Сделав этот крат­кий, дале­кий от совер­шен­ства, обзор необъ­ят­ного пред­мета, я пони­маю, что меня по-преж­нему бес­по­коит недо­ста­ток в ислам­ской мысли — как в фун­да­мен­та­лист­ской, так и в модер­нист­ской — реа­ли­стич­ного учения о состо­я­нии чело­века.

Нали­чие суще­ствен­ного «изъяна» в чело­ве­че­ской при­роде совер­шенно оче­видно. Как Св. Писа­ние, так и миро­вая исто­рия под­твер­ждают ее гре­хов­ность. Но с точки зрения орто­док­саль­ного ислама чело­век спо­со­бен выпол­нить тре­бо­ва­ния Божьего закона и полу­чить бла­го­сло­ве­ние и место на небе­сах. Как гово­ри­лось в преды­ду­щей главе: «Хри­сти­а­нин ока­зы­ва­ется в рас­те­рян­но­сти перед этой несо­мнен­ной уве­рен­но­стью в том, что «знать значит делать»; в том, что спа­се­ние чело­века про­ис­хо­дит исклю­чи­тельно под знаком откро­ве­ния, и что через закон, данный в обще­нии с Богом, лежит путь, кото­рым чело­век будет сле­до­вать, пока знает о нем и видит его».

В исламе нет необ­хо­ди­мо­сти в искуп­ле­нии извне. Совре­мен­ные мусуль­ман­ские мыс­ли­тели при­вет­ствуют опти­ми­сти­че­ский взгляд на чело­века, рас­про­стра­нив­шийся на Западе в эпоху Про­све­ще­ния. Они не видят необ­хо­ди­мо­сти в фор­ми­ро­ва­нии реа­ли­стич­ного взгляда на состо­я­ние чело­века. В этом они мало отли­ча­ются от фун­да­мен­та­ли­стов.

Несмотря на все исто­ри­че­ские факты, дока­зы­ва­ю­щие нали­чие глу­бо­кого изъяна в при­роде чело­века, мусуль­мане, как фун­да­мен­та­ли­сты, так и уме­рен­ные рефор­ма­торы, скло­ня­ются к учению о сущ­ност­ной без­греш­но­сти чело­века. Но до тех пор, пока свет­ские или рели­ги­оз­ные мыс­ли­тели при­ни­мают это поло­же­ние, они не увидят рас­ту­щие про­блемы буду­щего. Такой взгляд на состо­я­ние чело­века не помо­жет спра­виться с вызо­вом модер­ни­за­ции. До тех пор пока мусуль­мане будут отри­цать биб­лей­ское учение о гре­хов­но­сти чело­века, они не смогут серьезно отне­стись к хри­сти­ан­скому «инджил» (Еван­ге­лию). Если чело­век изна­чально добр, то даже «инджил”— не что иное, как «шариа», или закон, кото­рый чело­век может испол­нить и заслу­жить мир с Богом и милость от Него.

Хри­сти­ане же, с радо­стью при­ни­мая Откро­ве­ние Боже­ствен­ного закона, не рас­смат­ри­вают его как своего осво­бо­ди­теля. Закон откры­вает реаль­ные раз­меры «изъяна», кото­рый стал частью чело­ве­че­ской при­роды с того момента, как Адам и Ева нару­шили запрет Бога в Эдем­ском саду.

Нас часто обви­няют в пес­си­мизме по отно­ше­нию к нынеш­нему состо­я­нию чело­века. Нам гово­рят, что наше учение о пер­во­род­ном грехе демо­ра­ли­зует, что мы слиш­ком сгу­щаем краски. Наш ответ — это сви­де­тель­ство: предо­став­лен­ные самим себе, мы бы нико­гда не узнали того, что известно нам как биб­лей­ское учение о чело­веке. Есте­ственно — и это в при­роде чело­века, — никто не хочет смот­реть на себя как на мерт­вого во грехах. Если мы при­няли этот язык, то потому, что это язык Боже­ствен­ного Откро­ве­ния. Мы при­вет­ствуем закон, поскольку это учи­тель, кото­рый ведет нас к Иисусу-Мессии. Он Тот, Кто пришел от Бога в наш несчаст­ный мир и испол­нил все тре­бо­ва­ния закона. Более того. Он пошел на крест­ную смерть и умер, иску­пив все наши грехи. Те, кто принял Его как своего Гос­пода и Спа­си­теля, осво­бо­ди­лись от греха и могут сво­бодно слу­жить Богу и своим бра­тьям. Они не при­пи­сы­вают себе этой заслуги, а отдают всю славу един­ствен­ному истин­ному Богу, Отцу, Сыну и Свя­тому Духу. Аминь.

Глава вось­мая. Хри­сти­ан­ское мис­си­о­нер­ское слу­же­ние мусуль­ма­нам в XXI веке

Хри­сти­ан­ское мис­си­о­нер­ское дви­же­ние: время пере­мен

Всту­пая в третье тыся­че­ле­тие, необ­хо­димо по-новому взгля­нуть на хри­сти­ан­ское мис­си­о­нер­ское слу­же­ние, опи­ра­ясь не только на незыб­ле­мые устои Слова Божьего, но и учи­ты­вая реалии нашего вре­мени. Мы живем в новую эпоху миро­вой исто­рии. В период ста­нов­ле­ния совре­мен­ного мис­си­о­нер­ского дви­же­ния, между 1800 и 1950-ми годами, запад­ный мир был по боль­шей части хри­сти­ан­ским, и его куль­тура отра­жала вли­я­ние хри­сти­ан­ских тра­ди­ций. «Поле дея­тель­но­сти» мис­си­о­не­ров в Азии и Африке нахо­ди­лось под вли­я­нием огром­ных коло­ни­аль­ных импе­рий Бри­та­нии, Фран­ции, Гер­ма­нии, Нидер­лан­дов, Пор­ту­га­лии и Испа­нии.

Сего­дня ситу­а­ция изме­ни­лась. В запад­ных стра­нах воз­об­ла­дали секу­ля­рист­ские тен­ден­ции, а евро­пей­ские импе­рии ушли в про­шлое. Именно поэтому хри­сти­ан­ские мис­си­о­неры за рубе­жом не должны быть в сто­роне от того, что про­ис­хо­дит у них на родине. И здесь особое зна­че­ние для мис­си­о­нер­ской работы во всем мире при­об­ре­тает необ­хо­ди­мость отста­и­вать уни­каль­ный харак­тер хри­сти­ан­ской веры.

После Второй миро­вой войны мил­ли­оны людей из бывших коло­ний устре­ми­лись в запад­но­ев­ро­пей­ские страны. Бла­го­даря изме­не­ниям в имми­гра­ци­он­ном зако­но­да­тель­стве Канады и США, насе­ле­ние Север­ной Аме­рики сего­дня пред­став­лено боль­шим этни­че­ским мно­го­об­ра­зием, чем когда-либо. Такой мощный сдвиг в обще­ми­ро­вом мас­штабе тре­бует пере­смотра стра­те­гии работы хри­сти­ан­ских миссий. Мил­ли­оны мусуль­ман из Индии, Север­ной Африки и Ближ­него Востока обос­но­ва­лись в Север­ной Аме­рике и Европе. Они поль­зу­ются сво­бо­дами при­няв­ших их стран не только для того, чтобы сво­бодно испо­ве­до­вать свою веру, но и чтобы обра­щать в нее своих сосе­дей.

В этой главе я рас­скажу о гло­баль­ной про­блеме ислама, делая особый акцент на том, что ислам — больше, чем рели­гия. Сред­нему жителю Север­ной Аме­рики нелегко при­знать эту реаль­ность, поскольку его пони­ма­ние дан­ного пред­мета огра­ни­чено инди­ви­ду­а­ли­сти­че­ской кон­цеп­цией рели­гии, что под­ра­зу­ме­вает систему взгля­дов и эти­че­ский кодекс в рамках жизни отдель­ного чело­века, его семьи и его церкви.

В отли­чие от евро­пей­цев, у жите­лей Север­ной Аме­рики совсем неболь­шой опыт зна­ком­ства с исла­мом и мусуль­ма­нами. На про­тя­же­нии совре­мен­ной эпохи несколько евро­пей­ских стран коло­ни­зи­ро­вали огром­ную часть мусуль­ман­ского мира и, таким обра­зом, на соб­ствен­ном опыте узнали, что такое ислам. До этого, в начале и в конце Сред­не­ве­ко­вья, неко­то­рые евро­пей­ские страны были заво­е­ваны мусуль­ма­нами, кото­рые в тече­ние несколь­ких веков удер­жи­вали там коло­ни­аль­ное гос­под­ство. Вспом­ните, к при­меру, Испа­нию. Арабо-ислам­ское заво­е­ва­ние нача­лось там в 710 году и про­дол­жа­лось до 1492 года! Сотни лет боль­шая часть Цен­траль­ной и Восточ­ной Европы нахо­ди­лась под вла­стью ислама. Неве­ро­ятно, но даже в 1912 году город Сало­ники в Север­ной Греции по-преж­нему оста­вался под вла­стью осман­ских турков.

Прежде всего необ­хо­димо пом­нить, что неза­ви­симо от того, рабо­таем мы с мусуль­ма­нами или с после­до­ва­те­лями иных миро­вых рели­гий, мы не дей­ствуем само­сто­я­тельно. Мы — послан­ники Того, кто направ­ляет рас­про­стра­не­ние Благой Вести и созда­ние Все­лен­ской Церкви. Библия учит тео­цен­три­че­скому пони­ма­нию мис­си­о­нер­ского слу­же­ния. Нашей глав­ной зада­чей должно стать прав­ди­вое изло­же­ние Слова Божьего на языке народа и в согла­сии с исто­ри­че­ской хри­сти­ан­ской верой, основы кото­рой мы нахо­дим в изло­же­нии общих Сим­во­лов Веры и Кате­хи­зи­сов Рефор­ма­ции. Мы должны пом­нить мис­си­о­нер­скую запо­ведь Павла: «Итак вера от слы­ша­ния, а слы­ша­ние от слова Божия» (Рим. 10:17). Осно­ва­нию хри­сти­ан­ских церк­вей в новых стра­нах пред­ше­ствует живая и прав­ди­вая про­по­ведь Слова Божьего.

К сожа­ле­нию, вместо того, чтобы опи­раться в своих взгля­дах на бога­тое насле­дие про­шлого, неко­то­рые мис­си­о­неры на про­тя­же­нии послед­них деся­ти­ле­тий высту­пали с серьез­ной кри­ти­кой совре­мен­ного мис­си­о­нер­ского слу­же­ния, упре­кая его в недо­ста­точ­ном вни­ма­нии к куль­туре других наро­дов. Они охотно брали на воору­же­ние новые теории и методы, кото­рые, как ожи­да­лось, должны были сде­лать работу миссий успеш­ной. Напри­мер, боль­шое вни­ма­ние уде­ля­лось тому, чтобы особым обра­зом пре­под­не­сти Еван­ге­лие мусуль­ма­нину и тем самым помочь ему при­нять хри­сти­ан­ство.

Отдель­ные сто­рон­ники кон­тек­сту­а­ли­за­ции под­дер­жали ради­каль­ные теории, про­ти­во­ре­ча­щие учению Библии. Их вдох­но­ве­ние чер­пало свой источ­ник не в хри­сти­ан­ских тра­ди­циях, а в увле­че­нии куль­тур­ной антро­по­ло­гией. Эти взгляды вызвали тре­вогу среди тех мис­си­о­не­ров, кото­рые при­дер­жи­ва­ются биб­лей­ских прин­ци­пов мис­си­о­нер­ской работы.

О вли­я­нии духа вре­мени на харак­тер мыш­ле­ния гово­рят не только бого­словы. Многие хри­сти­ане больше не желают или не спо­собны отста­и­вать уни­каль­ность хри­сти­ан­ства. Они не реша­ются гово­рить об уни­каль­ном харак­тере хри­сти­ан­ской веры своим новым сосе­дям, при­е­хав­шим из стран, испо­ве­ду­ю­щих ислам, инду­изм или буд­дизм, опа­са­ясь задеть их чув­ства. Слушая рекламу по радио в выход­ные дни, они скорее всего не раз услы­шат реклам­ный лозунг: «Наша сила — в нашем мно­го­об­ра­зии». В более широ­ком кон­тек­сте полит­кор­рект­но­сти эта фраза озна­чает нечто боль­шее, чем этни­че­ское мно­го­об­ра­зие. Она про­по­ве­дует мно­го­куль­тур­ность, сти­ра­ю­щую рели­ги­оз­ные раз­ли­чия, вытес­няя их без­ли­кой духов­но­стью.

При­веду три глав­ных довода, объ­яс­ня­ю­щие, почему плю­ра­лизм при­об­ре­тает все боль­шую попу­ляр­ность на западе.

1. Утрата веры в высшую и окон­ча­тель­ную власть Слова Божьего

Не желая при­зна­вать, что они больше не счи­тают Библию един­ствен­ным Словом Божьим, многие хри­сти­ане демон­стри­руют слабую веру в силу Слова Божьего, отка­зы­ва­ясь отста­и­вать такие вели­кие цен­но­сти биб­лей­ского откро­ве­ния, как Сотво­ре­ние, Гре­хо­па­де­ние и Искуп­ле­ние, совер­шен­ное вопло­щен­ным Сыном Божьим. Стал­ки­ва­ясь с откры­тым отри­ца­нием уни­каль­но­сти, вели­чия и совер­шен­ства Гос­пода Иисуса Христа, многие хри­сти­ане хранят мол­ча­ние. В отли­чие от апо­стола Павла, они сты­дятся Еван­ге­лия!

2. Утрата веры в цен­ность хри­сти­ан­ских тра­ди­ций

Боль­шин­ство хри­стиан в наши дни мало что знают о вели­ких хри­сти­ан­ских тра­ди­циях, дошед­ших до нас от Отцов Церкви через учения Все­лен­ских Собо­ров в Никее, Кон­стан­ти­но­поле и Хал­ки­доне.

Не лучше обстоит дело и с позна­ни­ями в обла­сти исто­рии Рефор­ма­ции и таких ее дея­те­лей, как Мартин Лютер, Жан Каль­вин и Джон Нокс. Воз­можно, они даже не знают о том, что рефор­ма­торы оста­вили нам клас­си­че­ское опре­де­ле­ние хри­сти­ан­ской веры в своих Сим­во­лах Веры и Кате­хи­зи­сах.

3. Пре­бы­ва­ние в неве­де­нии отно­си­тельно про­ис­хо­дя­щего про­цесса воз­рож­де­ния основ­ных миро­вых рели­гий

Одно из самых важных явле­ний в мире на заре нового тыся­че­ле­тия — воз­рож­де­ние основ­ных миро­вых рели­гий. Про­фес­сор Хейм из Мас­са­чу­сетса (Andover Newton Theological School), отме­чая этот фено­мен, в своей статье «Плю­ра­лизм и отли­чи­тель­ные осо­бен­но­сти миро­вых рели­гий» (1992 г.) писал о том, что пред­ста­ви­тели миро­вых рели­гий — мусуль­мане, буд­ди­сты и инду­и­сты про­дол­жают твердо верить в обос­но­ван­ность и уни­каль­ность своих рели­ги­оз­ных тра­ди­ций. В то же время, разве не странно, что люди на западе, пред­став­ля­ю­щие сего­дня демо­гра­фи­че­ское мень­шин­ство, так спешат осво­бо­диться от своих рели­ги­оз­ных и куль­тур­ных корней?

Всем, кто любит Гос­пода и верит в высшую и окон­ча­тель­ную власть Его Свя­щен­ного Слова, нужно отка­заться от вред­ного вли­я­ния плю­ра­ли­сти­че­ских тео­ло­гий. Нам нужно более серьезно изу­чать Библию и клас­си­че­ские труды хри­сти­ан­ских дея­те­лей. Прежде всего, нам нужно с удво­ен­ной энер­гией и всеми спо­со­бами защи­щать и рас­про­стра­нять хри­сти­ан­скую веру во всем мире.

О совре­мен­ном мусуль­ман­ском миро­воз­зре­нии.

Оста­вив в сто­роне теории, высту­па­ю­щие за ради­каль­ный разрыв с дея­тель­но­стью первых хри­сти­ан­ских мис­си­о­не­ров, мы можем теперь объ­ек­тивно взгля­нуть на мусуль­ман­ский мир. Наша пози­ция должна отли­чаться целост­ным вос­при­я­тием истин­ной при­роды ислама — рели­гии, охва­ты­ва­ю­щей все сто­роны жизни. В целом, эта рели­гия при­знает Бога, как Созда­теля и Вла­дыку над всем сущим, но отри­цает гре­хо­па­де­ние, как оно опи­сано и объ­яс­ня­ется в Библии, исто­ри­че­ский факт рас­пя­тия на кресте, а также необ­хо­ди­мость искуп­ле­ния грехов. Достичь веч­ного бла­жен­ства в раю Аллаха можно, только веруя в един­ство Божие и в апо­столь­ское слу­же­ние Мухам­меда, и ведя жизнь, под­чи­нен­ную зако­нам шари­ата.

Сего­дня боль­шин­ство мусуль­ман живет в стра­нах тре­тьего мира. Многие из них хорошо знают исто­рию, свое вели­кое и слав­ное про­шлое. Вера в пра­виль­ность своей рели­гии у них непо­ко­ле­бима. Бог дове­рил им свое глав­ное посла­ние чело­ве­че­ству. Они при­несли его с собой в дале­кие края и смогли осно­вать вели­кие импе­рии. Свое нынеш­нее бед­ствен­ное поло­же­ние мусуль­мане вос­при­ни­мают, как вре­мен­ный, неудач­ный период, кото­рый в конце концов усту­пит место пери­оду воз­рож­де­ния былой славы. Они дей­стви­тельно наде­ются на победу ислама во всем мире. Эта вера состав­ляет неотъ­ем­ле­мую часть их эсха­то­ло­гии.

Говоря о еван­ге­ли­за­ции мусуль­ман, мы должны пони­мать, что они исхо­дят из абсо­лют­ной уве­рен­но­сти в пра­виль­но­сти своей веры. Они счи­тают себя хра­ни­те­лями выс­шего и пол­ного Божьего откро­ве­ния. Поэтому им совер­шенно неза­чем все­рьез вос­при­ни­мать преж­нюю, менее совер­шен­ную рели­гию. К тому же, обыч­ный мусуль­ма­нин убеж­ден в том, что обра­ще­ние в хри­сти­ан­ство не при­не­сет ему ника­кой пользы. Если он живет в мусуль­ман­ской стране, это обра­ще­ние неми­ну­емо при­ве­дет его к смерти. Если он эми­гри­ро­вал на запад, он не видит ника­кой осо­бен­ной выгоды от при­ня­тия хри­сти­ан­ской веры. Запад­ное обще­ство пред­стает его взору, как совер­шенно непо­нят­ный, запу­тан­ный мир, нравы кото­рого пред­став­ляют угрозу для его семьи. На его родине обще­ство и госу­дар­ство помо­гают ему в том, чтобы строго блюсти свою веру. Здесь же, на западе, такую помощь ему полу­чить неот­куда. Сво­бода, к кото­рой он стре­мился в этом новом для него мире эко­но­ми­че­ских воз­мож­но­стей, пугает его своей секу­ля­ри­за­цией. Он не пони­мает раз­де­ле­ния между рели­гией и поли­ти­кой, между «цер­ко­вью» и госу­дар­ством. Его куль­тура глу­боко рели­ги­озна, а его рели­гия поро­дила само­цен­ную и само­быт­ную ислам­скую куль­туру. Рабо­тая и живя на западе, он отож­деств­ляет хри­сти­ан­ство с запад­ной куль­ту­рой, кото­рая, по его мнению, пере­жи­вает упадок и раз­ло­же­ние. Это лишь укреп­ляет его веру. Для того, чтобы выжить в свет­ском обще­стве, он должен перейти в наступ­ле­ние и при­нять уча­стие в ислам­ской мис­си­о­нер­ской работе — «Давах». Он при­зы­вает запад­ных людей обра­титься в ислам. Это может при­ве­сти к изме­не­ниям в рели­ги­оз­ном и поли­ти­че­ском созна­нии ново­об­ра­щен­ных на Западе.

Мусуль­ман­ское вли­я­ние на плю­ра­ли­сти­че­ские обще­ства Запада

Итак, когда мы гово­рим о дея­тель­но­сти хри­сти­ан­ских миссий в мусуль­ман­ских стра­нах в 21 веке, мы должны хорошо созна­вать, что сами мусуль­мане уже рас­про­стра­няют свою веру по всему миру. Это — новое поло­же­ние дел. Когда Вильям Кэри начи­нал мис­си­о­нер­скую работу в 1792 году, все обсто­яло иначе. Дру­гими сло­вами, наде­ясь про­во­дить мис­си­о­нер­скую работу среди мусуль­ман, мы должны пом­нить о том, что в ответ они перей­дут в мощное наступ­ле­ние. Мусуль­мане будут пытаться убе­дить евро­пей­цев и аме­ри­кан­цев в том, что только ислам в состо­я­нии наве­сти поря­док в мораль­ном и духов­ном хаосе запад­ного обще­ства.

Я хотел бы более подробно оста­но­виться на этом вопросе, обра­тив­шись к работе двух видных хри­сти­ан­ских про­фес­со­ров, один из кото­рых пре­по­дает в США, а другой — в Гер­ма­нии. Оба обра­ща­ются к про­бле­мам мусуль­ман, кото­рые живут на западе, ведут борьбу за выжи­ва­ние и пыта­ются зани­маться мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­стью в при­ютив­ших их стра­нах.

Прежде, чем при­ве­сти цитаты из их работ, я хочу разъ­яс­нить, в чем состоит тра­ди­ци­он­ный ислам­ский взгляд на мир. Согласно исламу, мир раз­де­лен на два лагеря: «Дар аль-Ислам» и «Дар аль-Харб», т. е. «Цар­ство ислама» и «Цар­ство войны». В ислам­ских стра­нах закон шари­ата обла­дает наи­выс­шей силой и насаж­да­ется в обще­стве с помо­щью госу­дар­ства.

До недав­них пор подав­ля­ю­щее боль­шин­ство мусуль­ман жили почти исклю­чи­тельно в стра­нах Дар аль-Ислама. Теперь же, когда многие эми­гри­ро­вали на запад, им трудно пол­но­стью соот­вет­ство­вать тре­бо­ва­ниям своей веры в среде, где госу­дар­ство зани­мает ней­траль­ную пози­цию в вопро­сах рели­гии. Ради­каль­ные мусуль­мане, поль­зу­ясь сво­бо­дами запад­ного плю­ра­ли­сти­че­ского обще­ства, упорно стре­мятся создать такие усло­вия, кото­рые поз­во­лили бы после­до­ва­те­лям ислама жить так, словно они по-преж­нему нахо­дятся на ислам­ской тер­ри­то­рии. Однако такие попытки могут быть реа­ли­зо­ваны лишь там, где закон шари­ата про­во­дится в жизнь при под­держке тео­кра­ти­че­ского госу­дар­ства!

Любо­пыт­ную статью под заго­лов­ком «Может ли усто­ять раз­де­лен­ный дом? Раз­мыш­ле­ния о хри­сти­ан­ско-мусуль­ман­ских про­ти­во­ре­чиях на западе» опуб­ли­ко­вал в 1993 г. извест­ный западно-афри­кан­ский ученый Ламин Саннех. Про­фес­сор Саннех, мусуль­ма­нин, при­няв­ший хри­сти­ан­ство, пишет о неиз­беж­ном столк­но­ве­нии «плю­ра­ли­сти­че­ской тра­ди­ции Запада» с тре­бо­ва­ни­ями мусуль­ман­ских эми­гран­тов о соблю­де­нии своих обы­чаев, в основе кото­рых лежит их тео­кра­ти­че­ский взгляд на госу­дар­ство. Доктор Саннех пишет:

«На западе оши­ба­ются, пола­гая, что можно сохра­нить рели­ги­оз­ную тер­пи­мость, усту­пая при­тя­за­ниям мусуль­ман­ских экс­тре­ми­стов в вопро­сах тер­ри­то­ри­аль­но­сти. В доме, воз­ве­ден­ном на таком фун­да­менте, не оста­нется места для самого прин­ципа плю­ра­лизма, бла­го­даря кото­рому запад­ные страны радушно при­няли мусуль­ман и пред­ста­ви­те­лей других рели­гий. Тот факт, что эти рели­ги­оз­ные группы попол­нили свои ряды и пре­успе­вают на Западе, в то время, как рели­ги­оз­ные мень­шин­ства в ислам­ских стра­нах про­дол­жают стра­дать от ущем­ле­ния их граж­дан­ских прав, пока­зы­вает, насколько нерав­но­ценны эти две тра­ди­ции.

В усло­виях рас­ту­щего наступ­ле­ния мусуль­ман на рели­ги­оз­ное про­стран­ство, и в свете полной несо­сто­я­тель­но­сти сте­риль­ной, ути­ли­тар­ной этики свет­ского госу­дар­ства, запад должен воз­ро­дить ответ­ствен­ность за Еван­ге­лие, как обще­ствен­ную истину, и тем самым вос­со­здать основы, на кото­рых совре­мен­ный Запад построил свое миро­воз­зре­ние. К ним прежде всего отно­сится веро­тер­пи­мость».

Исходя из пони­ма­ния рели­гии как инсти­тута, охва­ты­ва­ю­щего все сферы жизни, и наблю­дая мораль­ный упадок запад­ного обще­ства, мусуль­мане, и это вполне понятно, полны готов­но­сти и жела­ния пред­ло­жить запад­ным стра­нам свою спа­си­тель­ную веру. Их реши­мость вызвана глу­бо­кой убеж­ден­но­стью в том, что запад­ная циви­ли­за­ция всту­пила в период своего упадка. Ответ может дать только ислам!

Это под­твер­ждает и глав­ная тема съезда мусуль­ман, кото­рый состо­ялся в Чикаго в декабре 1994 года: «Ислам — на благо всего чело­ве­че­ства!»

По другую сто­рону Атлан­ти­че­ского океана извест­ный немец­кий бого­слов опуб­ли­ко­вал статью, в кото­рой затро­нул тему мусуль­ман­ских мень­шинств на Западе и их актив­ность в мис­си­о­нер­ском слу­же­нии. Статья была опуб­ли­ко­вана в «First Things» за декабрь 1994 года под заго­лов­ком «Хри­сти­ан­ство и Запад: смут­ное про­шлое, сомни­тель­ное буду­щее.» Воль­фарт Пан­нен­берг, про­фес­сор систе­ма­ти­че­ского бого­сло­вия в уни­вер­си­тете Мюн­хена, пишет:

«Если запад­ные сво­боды — не более чем права лич­но­сти, то пра­вильно посту­пают другие рели­ги­оз­ные группы, когда ста­ра­ются защи­щать свои груп­по­вые и духов­ные цен­но­сти от втор­же­ния запад­ной секу­ля­ри­за­ции. Помимо этого, ислам­ские миссии в запад­ных стра­нах стре­мятся активно участ­во­вать в мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти, направ­лен­ной на осво­бож­де­ние наро­дов Запада от мате­ри­а­лизма и без­нрав­ствен­но­сти, свя­зы­ва­е­мых с секу­ля­ри­за­цией. Эти мусуль­мане счи­тают, что хри­сти­ане не спра­ви­лись с зада­чей мораль­ной транс­фор­ма­ции обще­ства. Такая кри­тика пред­став­ляет собой серьез­ный вызов, бро­шен­ный тра­ди­ци­он­ному хри­сти­ан­ству и запад­ной куль­туре. Куль­тура, лишен­ная духов­ных и мораль­ных цен­но­стей, не готова при­нять этот вызов, и неми­ну­емо придет в упадок».

Этот анализ веду­щего евро­пей­ского бого­слова тре­бует от нас серьез­ного раз­мыш­ле­ния. В конце концов, мы живем не во вре­мена Вильяма Кэри или Саму­эля Цве­мера. Их труд нахо­дил под­держку на домаш­нем фронте, оли­це­тво­ряв­шем хри­сти­ан­скую куль­туру. Так, до Второй Миро­вой войны, сред­ний мусуль­ма­нин на Ближ­нем Востоке считал аме­ри­кан­цев исклю­чи­тельно чест­ными людьми. Он мог дове­рять им больше, чем своим сооте­че­ствен­ни­кам-мусуль­ма­нам. Почему? Потому что все аме­ри­канцы, кото­рых он знал, были либо мис­си­о­не­рами, либо учи­те­лями, и в жизни несли высо­кую этику под­лин­ной хри­сти­ан­ской веры! Нередко в про­шлом аме­ри­кан­ские дипло­маты, при­ез­жав­шие рабо­тать в этот регион, сами были детьми или вну­ками первых мис­си­о­не­ров.

Как уже упо­ми­на­лось, даже прожив долгое время за пре­де­лами Дар аль-Ислама, мусуль­мане сохра­няют при­выч­ный образ мыслей. Они не пони­мают той оче­вид­ной реаль­но­сти, что запад­ная куль­тура отри­нула свое хри­сти­ан­ское насле­дие. Поэтому они путают хри­сти­ан­ство с запад­ной куль­ту­рой и вос­при­ни­мают его как оли­це­тво­ре­ние дурной морали. Таким обра­зом, уча­стие в мис­си­о­нер­ской работе среди запад­ных людей ста­но­вится для них как долгом, так и хоро­шим шансом. Весьма при­ме­ча­тельно также и то, что такая дея­тель­ность не пред­по­ла­гает офи­ци­аль­ного «направ­ле­ния» от мис­си­о­нер­ской орга­ни­за­ции. Ислам­ский взгляд на мис­си­о­нер­скую работу осно­ван на кон­цеп­ции «давах» — при­зыва к людям обра­щаться в ислам. Это доб­ро­воль­ная работа, в кото­рой он участ­вует как мусуль­ма­нин, как чело­век, кото­рый под­чи­нился выс­шему Божьему откро­ве­нию в Коране. Его свя­щен­ный долг — нести свою веру, исполь­зуя любые сред­ства: иногда мирные, а иногда такие, как джихад — свя­щен­ная война.

Ислам — больше, чем рели­гия

Как нам лучше понять идею джи­хада и насколько эта идея уко­ре­нена в мусуль­ман­ском созна­нии? Почему ислам бро­сает такой вызов нормам запад­ного обще­ства и хри­сти­ан­ству? Чтобы полу­чить ответы на эти вопросы, нужно обра­титься к исто­рии заво­е­ва­ний ислама.

Прежде всего, ислам пре­тен­дует на то, что он — послед­нее посла­ние Бога к чело­ве­че­ству. Раз­ви­тие рели­гии, заро­див­шейся на Ара­вий­ском полу­ост­рове, и пре­вра­ще­ние ее в «образ жизни», уходит кор­нями в ее особую исто­рию — исто­рию, нераз­рывно свя­зан­ную с ее осно­ва­те­лем Мухам­ме­дом. Он родился в Мекке в 570 г. н.э. и в воз­расте сорока лет начал про­по­ве­до­вать абсо­лют­ное един­ство Бога. Немно­гие пове­рили его словам. В 622 году он пере­ехал в Медину с неболь­шой груп­пой своих после­до­ва­те­лей. Там он высту­пал в роли про­рока и госу­дар­ствен­ного дея­теля. К 632 году, в год его смерти, он заво­е­вал Мекку и добился поко­ре­ния воин­ствен­ных ара­вий­ских племен. Его пре­ем­ники халифы при­сту­пили к заво­е­ва­нию тер­ри­то­рий Пер­сид­ской и Визан­тий­ской Импе­рий. К 732 году новая арабо-ислам­ская импе­рия про­сти­ра­лась от Испа­нии до Индии! Боль­шин­ство восточ­ных хри­стиан, ока­зав­шись под вла­стью мусуль­ман­ских пра­ви­те­лей, вынуж­дено было пла­тить подуш­ный налог и мириться с огра­ни­че­ни­ями в жизни, чтобы сохра­нить свою рели­гию.

Таким обра­зом, два фак­тора объ­яс­няют, каким обра­зом ислам пре­вра­тился в единое целое, охва­ты­ва­ю­щее рели­гию, госу­дар­ство и куль­туру: один — жизнь и пример Мухам­меда, осно­ва­теля этой рели­гии, и методы, с помо­щью кото­рых ему уда­лось сде­лать ислам рели­гией всего Ара­вий­ского полу­ост­рова; другой фактор — гео­по­ли­ти­че­ский: две сверх­дер­жавы того вре­мени, Визан­тия и Персия, исто­щив друг друга в жесто­кой борьбе, не смогли про­ти­во­сто­ять напа­де­нию арабо-ислам­ских войск, кото­рые пришли с Ара­вий­ского полу­ост­рова после смерти Мухам­меда в 632 году н.э.

Вторая ислам­ская экс­пан­сия про­изо­шла, когда в ислам обра­ти­лись мно­го­чис­лен­ные турец­кие пле­мена из Цен­траль­ной Азии, пере­брав­ши­еся на Ближ­ний Восток, чтобы слу­жить наем­ни­ками мусуль­ман­ских хали­фов в Баг­даде. После мон­голь­ского наше­ствия на Ближ­ний Восток и паде­ния Баг­дада в 1252 году турки под­хва­тили дело ислама и про­дол­жили его заво­е­ва­ния.

В 1453 году они поло­жили конец Визан­тий­ской Импе­рии, раз­гро­мив Кон­стан­ти­но­поль и пере­име­но­вав его в Стам­бул. Отто­ман­ские турки коло­ни­зи­ро­вали огром­ные тер­ри­то­рии в Цен­траль­ной и Восточ­ной Европе. Через 12 лет после того, как Мартин Лютер выдви­нул свои 95 тези­сов, турки впер­вые оса­дили Вену и оса­ждали ее еще дважды в тече­ние века!

Крат­кий экс­курс в исто­рию воз­ник­но­ве­ния и экс­пан­сии ислама пока­зы­вает, что эта рели­гия рас­про­стра­ня­лась в основ­ном бла­го­даря заво­е­ва­ниям. Фак­ти­че­ски, ислам рас­смат­ри­вает захват­ни­че­ские войны, как важную часть веры, назы­вая их джи­ха­дом. Здесь я должен доба­вить, что не хочу пре­умень­шать зна­че­ние того факта, что, с одной сто­роны, ислам — такая же рели­гия, как и другие, т. е. это — теи­сти­че­ская рели­гия, кото­рая учит, что Бог — одно­вре­менно Созда­тель и Вла­дыка мира. В ней есть свои рели­ги­оз­ные обряды и молит­вен­ные дома. С другой сто­роны, в исламе при­сут­ствует особый поли­ти­че­ский ком­по­нент, кото­рый очень важен для под­дер­жа­ния норм и тра­ди­ций жизни веру­ю­щих. Мусуль­мане должны жить в рамках «шари­ата» — ислам­ского права, а их поли­ти­че­ские дея­тели должны про­во­дить его в жизнь. Ислам­ское госу­дар­ство обес­пе­чи­вает раз­ви­тие осо­бого ислам­ского миро­воз­зре­ния и куль­туры. Поскольку ислам — это рели­гия, поли­тика и куль­тура, объ­еди­нен­ные в единое целое, мусуль­мане несут в себе, осо­знанно или неосо­знанно, мечту об уста­нов­ле­нии ислам­ского порядка, в кото­ром власть Аллаха про­явится ныне и здесь. Когда обсто­я­тель­ства скла­ды­ва­ются бла­го­при­ятно, мусуль­мане доста­точно активно отста­и­вают и про­воз­гла­шают свою поли­ти­че­скую фило­со­фию в запад­ных стра­нах, как это про­изо­шло недавно в Вели­ко­бри­та­нии.

Чрез­мер­ное вни­ма­ние хри­стиан к про­блеме «джи­хада» не созвучно духу нашего вре­мени, тре­бу­ю­щему от всех нас жить в согла­сии и забыть про­шлое в усло­виях гло­ба­ли­зо­ван­ного и хруп­кого мира. Но что, если неко­то­рые циви­ли­за­ции не могут адап­ти­ро­вать свою идео­ло­гию к совре­мен­ной ситу­а­ции? Что, если, как мы видим сего­дня, ислам­ский ради­ка­лизм охва­ты­вает наш мир от Индо­не­зии, через Паки­стан и до Ближ­него Востока? Должны ли мы зани­маться само­цен­зу­рой и скры­вать факты, осно­ван­ные на древ­них дог­ма­тах веры, зна­че­ние кото­рых в мире все еще велико?

Хри­сти­ан­ское сви­де­тель­ство мусуль­ма­нам: борьба с секу­ля­ри­за­цией

Рас­смат­ри­вая исто­ри­че­ское раз­ви­тие ислам­ского миро­воз­зре­ния, убеж­ден­ность мусуль­ман в своем долге рас­про­стра­нять свою веру любым путем, мы пони­маем, что всем веру­ю­щим хри­сти­а­нам сего­дня брошен серьез­ный вызов. Нам нужно не только обес­пе­чить себя тео­ло­ги­че­скими аргу­мен­тами, дока­зы­ва­ю­щими, что ислам — не послед­нее посла­ние Бога к чело­ве­че­ству. Нам необ­хо­димо про­ана­ли­зи­ро­вать и под­го­то­вить наше сви­де­тель­ство Слова Божьего, ясно ука­зы­вая на то, что мусуль­ман­ская вера ставит под сомне­ние все основ­ные прин­ципы хри­сти­ан­ства: досто­вер­ность Библии, Три­един­ство, боже­ствен­ную при­роду Иисуса Христа, рас­пя­тие Его на кресте, вос­кре­се­ние и искуп­ле­ние грехов. Кроме того, мы можем сде­лать вывод, что, про­ду­мы­вая мис­си­о­нер­скую работу для мусуль­ман в новом тыся­че­ле­тии, все хри­сти­ане должны пом­нить о необ­хо­ди­мо­сти упор­ной борьбы с посто­ян­ным про­ник­но­ве­нием секу­ля­ри­за­ции в раз­лич­ные сферы их жизни.

Дове­рие к дея­тель­но­сти хри­сти­ан­ских мис­си­о­не­ров, как у себя в стране в рамках плю­ра­ли­сти­че­ского обще­ства, так и за рубе­жом, зави­сит от того, насколько хри­сти­ане сумеют дистан­ци­ро­ваться от норм и образа жизни окру­жа­ю­щего их свет­ского обще­ства. Если хри­сти­ане не будут вести образ жизни, в корне отли­ча­ю­щийся от образа жизни свет­ского обще­ства, ни один мусуль­ма­нин не станет серьезно отно­ситься к тому, что пред­ла­гает хри­сти­ан­ство. Нам нужно вни­ма­тель­нее отне­стись к исто­рии первых трех сто­ле­тий хри­сти­ан­ской эпохи, когда быть хри­сти­а­ни­ном озна­чало отде­лить себя от испор­чен­ной язы­че­ской среды, и в то же время пытаться воз­дей­ство­вать на эту среду словом и делом, сви­де­тель­ствуя: Иисус есть Гос­подь.

Вер­немся к статье про­фес­сора Пан­нен­берга: «Итак, в то время как мы рисуем в своем вооб­ра­же­нии вели­кое воз­рож­де­ние хри­сти­ан­ства и запад­ной куль­туры в тре­тьем тыся­че­ле­тии, такое буду­щее вовсе не обя­за­тельно ждет нас. Воз­можно, запад­ные страны не отне­сутся все­рьез к необ­хо­ди­мо­сти воз­рож­де­ния своих рели­ги­оз­ных корней. Они могут про­дол­жать стре­ми­тельно раз­ви­ваться в секу­ля­рист­ском направ­ле­нии, не созна­вая оче­вид­ного и печаль­ного исхода этого пути. Однако, конец запад­ной куль­туры не озна­чает конца хри­сти­ан­ства. Хри­сти­ан­ская рели­гия не зави­сит от куль­туры, кото­рую она поро­дила. Также, как и в про­шлом, цер­ковь может выжить и раз­ви­ваться и в кон­тек­сте других куль­тур.

С раз­ви­тием секу­ля­ри­за­ции растет и необ­хо­ди­мость того, чтобы хри­сти­ан­ская вера и хри­сти­ан­ская жизнь вос­при­ни­ма­лись в резком кон­тра­сте со свет­ской куль­ту­рой. Вполне воз­можно, что в начале тре­тьего тыся­че­ле­тия только римско-като­ли­че­ская и пра­во­слав­ная церкви, с одной сто­роны, и про­те­стан­тизм, с другой, выжи­вут как цер­ков­ные общины. То, что обычно назы­вали про­те­стант­скими «тра­ди­ци­он­ными» церк­вями, нахо­дится сейчас под серьез­ной угро­зой исчез­но­ве­ния. Я считаю, что они исчез­нут, если не будут и дальше про­ти­во­сто­ять уси­ле­нию духа без­бож­ной куль­туры и не попы­та­ются изме­нить его. Не суще­ствует аль­тер­на­тивы Церкви. Чем дольше будут про­яв­ляться свет­ские тен­ден­ции в обще­стве, тем яснее обо­зна­чится роль церкви, как ори­ен­тира хри­сти­ан­ской жизни, четко отде­ля­ю­щей себя от этой куль­туры.

Мис­си­о­нер­ское слу­же­ние мусуль­ма­нам: задачи на буду­щее

Хотя на западе суще­ствует больше воз­мож­но­сти для мис­си­о­нер­ской работы среди мусуль­ман, не стоит забы­вать и о нашем долге нести им Еван­ге­лие на их родине. Конечно, можно счи­тать, что еван­ге­ли­за­ция мусуль­ман в стра­нах Дар аль-Ислама — неосу­ще­стви­мая миссия. Тем не менее, то, что невоз­можно для чело­века, воз­можно для Бога.

Мне выпала честь в тече­ние трид­цати шести лет нести Благую Весть об Иисусе Христе, рас­пя­том, вос­крес­шем и явив­шемся вновь, наро­дам араб­ского мира. В тече­ние этих лет от мусуль­ман и восточ­ных хри­стиан пришло более двух­сот тысяч писем. В то время как боль­шин­ство кор­ре­спон­ден­тов-мусуль­ман про­яв­ляло инте­рес к биб­лей­скому Мессии, неко­то­рые дей­стви­тельно при­знали Его Спа­си­те­лем и Гос­по­дом с огром­ным риском для своей жизни. В силу суще­ство­ва­ния в исламе Закона о веро­от­ступ­ни­че­стве, запре­ща­ю­щего мусуль­ма­нам обра­щаться в хри­сти­ан­ство, я не имел воз­мож­но­сти кре­стить ново­об­ра­щен­ных или осно­вы­вать мест­ные церкви. Но у меня нет сомне­ния в том, что многие ново­об­ра­щен­ные высто­яли в своем хри­сти­ан­ском сви­де­тель­стве.

В чем будет состо­ять мис­си­о­нер­ское слу­же­ние мусуль­ма­нам в новом тыся­че­ле­тии? Мис­си­о­нер­ская работа на радио по-преж­нему очень важна для рас­про­стра­не­ния Слова Божьего и при­об­ще­ния к нему новых мусуль­ман.

Тем не менее, невоз­можно игно­ри­ро­вать поли­ти­че­ские, эко­но­ми­че­ские, куль­тур­ные, и, что самое важное, рели­ги­оз­ные фак­торы, дей­ству­ю­щие сего­дня в мусуль­ман­ском мире. Бли­жай­шее буду­щее вызы­вает у меня серьез­ную обес­по­ко­ен­ность, поскольку ситу­а­ция в мусуль­ман­ских стра­нах в целом быстро ухуд­ша­ется. Те из нас, кто живет в пре­де­лах запад­ного полу­ша­рия, похоже, очень слабо осве­дом­лены о том, что про­ис­хо­дит в араб­ском или в более мно­го­чис­лен­ном мусуль­ман­ском мире. Пока не пре­кра­тятся поставки нефти, мы вряд ли все­рьез заду­ма­емся об этой дале­кой части света. В конце концов, неужели недо­ста­точно того, что мы для них сде­лали? Не мы ли в начале этого деся­ти­ле­тия отпра­вили пол­мил­ли­она наших мужчин и женщин на Ара­вий­ский полу­ост­ров для осво­бож­де­ния Кувейта от Сад­дама Хусейна? Неужели мы недо­ста­точно сде­лали для уста­нов­ле­ния мира между Изра­и­лем и его араб­скими сосе­дями?

Подъем и рас­про­стра­не­ние воин­ству­ю­щего ислама заста­вят нас обра­тить при­сталь­ное вни­ма­ние на мусуль­ман­ский мир и мил­ли­ард чело­век, живу­щих в нем. В резуль­тате краха наци­о­на­ли­сти­че­ских идео­ло­гий, не сумев­ших сдер­жать обе­ща­ние создать спра­вед­ли­вое и про­цве­та­ю­щее обще­ство, их место сего­дня заняли ради­каль­ные мусуль­мане.

Недавно я про­чи­тал книгу с интри­гу­ю­щим назва­нием «У Бога 99 имен: репор­таж с Ближ­него Востока в состо­я­нии войны». Автор, Джудит Миллер, больше два­дцати лет рабо­тала кор­ре­спон­ден­том «Нью-Йорк Таймс» по Ближ­нему Востоку. Пред­ска­зы­вая буду­щее этого реги­она, она напи­сала: «Джон Пейдж, глав­ный экс­перт Миро­вого Банка в обла­сти эко­но­мики Ближ­него Востока, пола­гает, что миро­вая эко­но­мика раз­ви­ва­ется столь быст­рыми тем­пами, что страны или реги­оны, кото­рые не спо­собны про­из­ве­сти необ­хо­ди­мые струк­тур­ные изме­не­ния в борьбе за долю рынка и капи­тала, веро­ят­нее всего, будут всегда жить в бед­но­сти. Сего­дня на долю Ближ­него Востока при­хо­дится всего три про­цента миро­вых ино­стран­ных инве­сти­ций; Азия полу­чает 58 про­цен­тов. В насто­я­щее время Ближ­ний Восток поку­пает почти 50 про­цен­тов всего оружия, про­дан­ного стра­нам тре­тьего мира».

Эти печаль­ные факты ясно ука­зы­вают на истин­ную при­роду кри­зиса, охва­тив­шего сего­дня мусуль­ман­ские страны. Ясно, что ислам не спо­со­бен спра­виться с про­бле­мами совре­мен­ного мира. В то время как ради­калы, больше извест­ные сейчас как исла­ми­сты, с гор­до­стью утвер­ждают, что «истин­ный ответ — в исламе», нет види­мых осно­ва­ний пола­гать, что эти лозунги обла­дают реаль­ной силой для реше­ния тяже­лых про­блем мил­ли­о­нов мусуль­ман, живу­щих в городе и в деревне.

Книга Джудит Миллер закан­чи­ва­ется мрач­ными пред­ска­за­ни­ями: «Арабы много пишут по поводу болез­нен­ных про­блем мусуль­ман­ства. Исто­рик Бер­нард Льюис отме­тил, что эти работы можно раз­де­лить на две кате­го­рии. В то время как неко­то­рые ана­ли­тики спра­ши­вают: «В чем наша ошибка?», другие тре­буют ответа: «Кто так посту­пил с нами?». Если первый вопрос ведет к обсуж­де­нию кон­крет­ных мер для реше­ния про­блемы, то второй при­во­дит лишь к «заблуж­де­ниям, фан­та­зиям и тео­риям заго­вора», кото­рые уси­ли­вают чув­ство обиды, разо­ча­ро­ва­ния, а также к «бес­ко­неч­ной, бес­смыс­лен­ной череде фана­ти­ков и тира­нов», что спо­соб­ствует укреп­ле­нию в созна­нии образа мусуль­ма­нина, как тер­ро­ри­ста-само­убийцы. Многие ана­ли­ти­че­ские статьи, напи­сан­ные ара­бами в араб­ских стра­нах с пози­ции само­кри­тики, увы, под­па­дают под вторую кате­го­рию.

Как грустно, если после столь­ких стра­да­ний арабы вос­при­мут другую идео­ло­гию (здесь речь идет об ислам­ском ради­ка­лизме), кото­рая, скорее всего, стала бы лишь пре­гра­дой к обре­те­нию про­цве­та­ния, дина­мизма, тер­пи­мо­сти и твор­че­ской фан­та­зии, харак­тер­ных для их циви­ли­за­ции в про­шлом».

При­ни­мая во вни­ма­ние эти взгляды и послушно внимая Слову Божьему, мы при­хо­дим к выводу, что на этом этапе миро­вой исто­рии мис­си­о­нер­ское слу­же­ние в мире в целом и в мусуль­ман­ских стра­нах в част­но­сти, должно кос­нуться каж­дого члена церкви. Преж­нее раз­гра­ни­че­ние между мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­стью у себя в стране и за рубе­жом уста­рело. Как я уже гово­рил, мил­ли­оны мусуль­ман и при­вер­жен­цев других миро­вых рели­гий живут сейчас на Западе. Кроме того, огром­ное число хри­стиан из Аме­рики, Европы и тихо­оке­ан­ских госу­дарств рабо­тает во многих частях мусуль­ман­ского мира. У них доста­точно воз­мож­но­стей для мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти, пусть иначе орга­ни­зо­ван­ной, но обя­за­тельно верной наказу, остав­лен­ному нам Гос­по­дом!

Итак, как члены Тела Хри­стова, мы должны быть неустан­ными тру­же­ни­ками на ниве нашего Гос­пода. Нельзя поз­во­лять себе стоять в сто­роне, огра­ни­чи­ва­ясь финан­со­вой под­держ­кой мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­сти. Тру­дясь на ниве мис­си­о­нер­ской работы в своей стране и в своих общи­нах, мы должны активно под­дер­жи­вать своими молит­вами, щед­рыми дарами, а также хри­сти­ан­ским обра­зом жизни тех, кого послали в дале­кие страны. Нельзя допус­кать, чтобы актив­ной мис­си­о­нер­ской дея­тель­но­стью среди нас зани­ма­лись только мусуль­мане. Нам даро­вана вели­кая Весть, и мы должны поде­литься ею с чело­ве­че­ством. Если мы, хри­сти­ане, живу­щие на западе, укло­нимся от своего мис­си­о­нер­ского долга, пред­пи­сан­ного Богом из веч­но­сти, то его будут испол­нять хри­сти­ане из Африки, Азии и Латин­ской Аме­рики.

Апо­стол Иоанн увидел пре­крас­ное буду­щее и описал его чудес­ными сло­вами: «После этого взгля­нул я, и вот, вели­кое мно­же­ство людей, кото­рого никто не мог пере­честь, из всех племен и колен, и наро­дов и языков стояло пред пре­сто­лом и пред Агнцем в белых одеж­дах и с паль­мо­выми вет­вями в руках своих. И вос­кли­цали гром­ким голо­сом, говоря: спа­се­ние Богу нашему, сидя­щему на пре­столе, и Агнцу!» (Отк. 7:9–10).

Сло­варь тер­ми­нов

Аалана — араб­ское слово для обо­зна­че­ния Откро­ве­ния; в совре­мен­ном араб­ском обо­зна­чает также «объ­яв­ле­ние», «изве­ще­ние», «реклама»

Алим — все­ве­ду­щий

Аллах — Бог; про­из­вод­ное от «Илах» — слова с тем же зна­че­нием; однако с помо­щью араб­ского опре­де­лен­ного артикля «аль» в данном случае под­чер­ки­ва­ется его един­ствен­ность и истин­ность

Ахад — Единый; исполь­зу­ется в исламе для обо­зна­че­ния еди­ного Бога в про­ти­во­вес поня­тию Троицы

Бейн — между

Ваад — обе­ща­ние, обе­то­ва­ние

Ваид — пре­ду­пре­жде­ние, предо­сте­ре­же­ние

Вах­да­нийя — един­ствен­ность

Вахед — один

Гой — языч­ник (не иудей) на древ­не­ев­рей­ском (мн. ч. «гуйим»)Дар — дом; цар­ство

Джинн(ы) — согласно Корану суще­ствует три вида разум­ных созда­ний: ангелы (и демоны), джинны и люди. Джинны могут быть как доб­рыми, так и злыми, и зани­мают про­ме­жу­точ­ное поло­же­ние между анге­лами и людьми

Забур — кора­ни­че­ское назва­ние псал­мов Давида

Иблис — дьявол

Илах — Бог или язы­че­ский бог

Имам — руко­во­ди­тель бого­слу­же­ния в мечети. В шиит­ском исламе этот титул отно­сится только к потом­кам Али, чет­вер­того халифа. Согласно учению шиитов, после опре­де­лен­ного числа имамов (7 или 12) послед­ний имам исчез, не умерев, и вер­нется на землю в конце времен, чтобы уста­но­вить в мире пра­вед­ность с помо­щью шиит­ского веро­уче­ния

Иман — вера в субъ­ек­тив­ном смысле, спо­соб­ность уве­ро­вать в откро­ве­ние Аллаха

Инджил — Еван­ге­лие. Согласно ислам­ской тра­ди­ции, под ним пони­ма­ется Книга, кото­рую Мессия полу­чил с небес и кото­рая содер­жит закон для Изра­иля, подоб­ный Мои­се­еву

Ислам — назва­ние рели­гии, осно­ван­ной Мухам­ме­дом в начале VII в.; озна­чает покор­ность Аллаху

Иса — кора­ни­че­ское имя Иисуса Христа. Хотя все араб­ские имена имеют зна­че­ния, про­из­вод­ные от гла­го­лов, Иса явля­ется исклю­че­нием из этого пра­вила. Оно лишено спе­ци­фи­че­ского зна­че­ния, однако ассо­ци­и­ру­ется с лич­но­стью Мессии, кото­рый в исламе часто име­ну­ется «Сыном Марии (Мариам)»

Йесуа — исполь­зу­ется в араб­ской Библии как экви­ва­лент имени Иисус. В Коране не упо­треб­ля­ется — там имя Иса озна­чает про­рока с титу­лом «Аль-Масих»

Кашафа — рас­кры­тый, т.е. данный в откро­ве­нии. Это, воз­можно, лучшее слово для хри­сти­ан­ской про­по­веди, нежели «Аалана», кото­рое в насто­я­щее время исполь­зу­ется в биз­несе в зна­че­нии «объ­яв­ле­ние», «реклама»

Китаб — книга. Это слово исполь­зу­ется также по отно­ше­нию к Библии. Хри­стиан мусуль­мане назы­вают «Ахлуль Китаб» — «люди Книги»

Коран — свя­щен­ная книга ислама. Мусуль­мане верят, что она «сошла» с небес на Мухам­меда. Ее главы назы­вают ся сурами; они были про­воз­гла­шены в Мекке и Медине. С тео­ло­ги­че­ской точки зрения Коран — это закон­ни­че­ская книга, не содер­жа­щая Благой вести в биб­лей­ском смысле слова

Кудс — святой. Как соб­ствен­ное имя отно­сится к Иеру­са­лиму, обычно в форме «Аль-Кудс»

Ман­зи­лат — уро­вень или сте­пень, двойств, ч. слова «ман­зи­ла­тейн»; тео­ло­ги­че­ский термин, озна­ча­ю­щий поло­же­ние чело­века между добрым мусуль­ма­ни­ном и неве­ру­ю­щим

Масих — Мессия; в араб. яз. часто исполь­зу­ется с опре­де­лен­ным артик­лем «аль», что обра­зует титу­ло­ва­ние «Аль-Масих»

Мудж­бар — при­нуж­ден­ный, т.е. не обла­да­ю­щий сво­бо­дой выбора

Мусуль­ма­нин — после­до­ва­тель ислама

Мута­зи­литы — направ­ле­ние («толк») в исламе, в зна­чи­тель­ной сте­пени ори­ен­ти­ро­ван­ное на раци­о­на­лизм. Мута­зи­литы при­ни­мали уча­стие в дис­кус­сиях отно­си­тельно Корана и счи­тали, что свя­щен­ная книга ислама была создана в опре­де­лен­ное исто­ри­че­ское время

Мутлак — абсо­лют­ный

Мухал­лес — Спа­си­тель

Рабб — гос­по­дин

Расул — апо­стол

Салам — мир. Исполь­зу­ется в каче­стве при­вет­ствия «Асса­лам Алей­ком»

Сунна (сун­низм) — орто­док­саль­ный ислам, соглас­ный с тра­ди­цией

Суннит — после­до­ва­тель Сунны, т. е. орто­док­саль­ный мусуль­ма­нин или «не шиит»

Таухид — учение о един­ствен­но­сти Бога в ислам­ском пони­ма­нии уни­та­ризма

Тавил — ере­ти­че­ская экзе­геза или невер­ное тол­ко­ва­ние фраг­мен­тов Корана

Таурат — откро­ве­ние, полу­чен­ное Мои­сеем, закон Моисея; часто исполь­зу­ется мусуль­ма­нами для обо­зна­че­ния всех книг Вет­хого Завета

Тора — древ­не­евр. назва­ние Пяти­кни­жия Мои­се­ева, пер­вого раз­дела Вет­хого Завета

Умма — народ или боль­шое сооб­ще­ство людей; нередко исполь­зу­ется для обо­зна­че­ния всего ислам­ского мира

Хари­джиты — рас­коль­ники в раннем пери­оде ислама. Ради­кально настро­ен­ные, они рас­хо­ди­лись как с сун­ни­тами, так и с шии­тами, и стали убий­цами Али — чет­вер­того халифа

Халил — букв. «друг»; обычно исполь­зу­ется по отно­ше­нию к Ибра­гиму, т.е. Авра­аму, «другу Аллаха». Это также араб. назва­ние горы Хеврон в Пале­стине

Халиф — букв. «пре­ем­ник». Обо­зна­чает пре­ем­ни­ков Мухам­меда, начи­ная с Абу-Бакра — пер­вого халифа (632–634)

Хали­фат — система пре­ем­ствен­но­сти в исламе, объ­еди­ня­ю­щая «цер­ковь» и госу­дар­ство под вла­стью халифа. Окон­ча­тельно лик­ви­ди­ро­вана Ата­тюр­ком — осно­ва­те­лем Турец­кой рес­пуб­лики в 1924 г.

Харб — война

Хиз­булла — партия Аллаха

Шалом — мир (древ­не­евр.)

Шариа (шариат) — закон, пони­ма­е­мый, в част­но­сти, как Боже­ствен­ное Откро­ве­ние, данное в Коране

Шиит — сто­рон­ник или после­до­ва­тель Али, чет­вер­того халифа

Ширк — при­зна­ние иных богов, кроме Аллаха. Согласно исламу — вели­чай­ший грех.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки