Номинация святых в русской православной традиции

В по­след­нее вре­мя изу­че­ние лек­си­ки совре­мен­но­го рус­ско­го язы­ка раз­ви­ва­ет­ся в раз­ных на­прав­ле­ни­ях, в част­но­сти, вни­ма­ние ис­сле­до­ва­те­лей при­вле­ка­ет опи­са­ние мик­ро­си­стем раз­лич­ных но­ми­на­ций[*]. Мик­ро­си­сте­ма но­ми­на­ций свя­тых (аги­о­ни­мы) в рус­ском язы­ке сфор­ми­ро­ва­лась на ос­но­ве ви­зан­тий­ской тра­ди­ции, но прак­ти­че­ски не изу­ча­лась оте­че­ствен­ны­ми уче­ны­ми. Есть несколь­ко опре­де­ле­ний аги­о­ни­ма, на­при­мер, Н. В. По­доль­ской и Н. Н. Зу­бо­ва[1]. Н. В. По­доль­ская в «Сло­ва­ре рус­ской оно­ма­сти­че­ской тер­ми­но­ло­гии» ука­зы­ва­ет, что «аги­о­ним – имя свя­то­го»[2]. Ни­ка­ких дру­гих ком­мен­та­ри­ев нет.

В дан­ной ра­бо­те под аги­о­ни­мом по­ни­ма­ет­ся апел­ля­тив­но-ан­тро­по­ни­ми­че­ский ком­плекс, слу­жа­щий для но­ми­на­ции свя­тых. Мно­го­ком­по­нент­ный со­став аги­о­ни­ма вклю­ча­ет в се­бя как обя­за­тель­ные, так и фа­куль­та­тив­ные эле­мен­ты.

Ка­но­ни­че­ские име­на по­яви­лись на Ру­си с при­ня­ти­ем хри­сти­ан­ства, т. к. по цер­ков­ной тра­ди­ции при кре­ще­нии да­ва­ли име­на свя­тых. Счи­та­лось, что при этом че­ло­век по­лу­ча­ет Бо­жью за­щи­ту и по­кро­ви­тель­ство те­зо­име­ни­то­го свя­то­го.

Пол­ный пер­во­на­чаль­ный со­став цер­ков­ных имен неиз­ве­стен. В се­ре­дине XIX ве­ка ака­де­мик И. И. Срез­нев­ский со­ста­вил наи­бо­лее пол­ный спи­сок цер­ков­ных имен по ми­не­ям XI–XIII ве­ков, ко­то­рый со­дер­жит 181 муж­ское и 11 жен­ских имен[3]. Эта­пы хри­сти­а­ни­за­ции рус­ско­го имен­ни­ка опи­са­ны В. И. Су­пру­ном[4]. В 1988 го­ду за­фик­си­ро­ва­но 885 муж­ских и 245 жен­ских имен. По­сле мас­со­во­го про­слав­ле­ния но­во­му­че­ни­ков на Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре в 2000 го­ду этот спи­сок уве­ли­чил­ся. Ка­но­ни­че­ские име­на вы­зы­ва­ют ин­те­рес у уче­ных[5] и у ши­ро­кой пуб­ли­ки[6].

В на­шем ис­сле­до­ва­нии пе­ре­се­ка­ют­ся несколь­ко про­блем: тео­рия ан­тро­по­ни­мии в при­ме­не­нии к аги­о­ни­мам, ис­то­рия бы­то­ва­ния ка­но­ни­че­ских имен в Рос­сии в кон­тек­сте куль­ту­ры, по­пол­не­ния спис­ка ка­но­ни­че­ских имен и усло­вия для их по­пол­не­ния, струк­ту­ра аги­о­ни­мов.

В на­у­ке спор­ным оста­ет­ся во­прос о лек­си­че­ском зна­че­нии соб­ствен­ных имен. М. Э. Рут счи­та­ет, что «во­прос о на­ли­чии/от­сут­ствии и ха­рак­те­ре лек­си­че­ско­го зна­че­ния соб­ствен­ных имен ре­ша­ем толь­ко по от­но­ше­нию к кон­крет­ным клас­сам оно­ма», и рас­смат­ри­ва­ет эту про­бле­му на ма­те­ри­а­ле ан­тро­по­ни­мов. Ав­тор по­ла­га­ет, что при опре­де­ле­нии лек­си­че­ско­го зна­че­ния ан­тро­по­ни­ма по обыч­ной схе­ме: сиг­ни­фи­кат – де­но­тат – кон­но­тат, – оче­вид­но от­сут­ствие яр­ко вы­ра­жен­но­го сиг­ни­фи­ка­та[7]. Есть и дру­гие точ­ки зре­ния. В част­но­сти, М. В. Го­ло­ми­до­ва пред­ло­жи­ла ин­те­рес­ный ва­ри­ант мо­де­ли­ро­ва­ния се­ман­ти­ки они­ма, обо­зна­чен­ный ею как раз­ра­бот­ка кон­цеп­та име­ни соб­ствен­но­го[8].

«Ан­тро­по­ним, – счи­та­ет М. Э. Рут, – сам по се­бе не име­ет ре­аль­но­го зна­че­ния (…) Сиг­ни­фи­ка­тив­ная бес­со­дер­жа­тель­ность и де­но­та­тив­ная на­сы­щен­ность опре­де­ля­ют при­ро­ду име­ни – обо­зна­чать толь­ко то­го, ко­го оно обо­зна­ча­ет, и боль­ше ни­ко­го»[9].

Вер­но ли утвер­жде­ние о «сиг­ни­фи­ка­тив­ной бес­со­дер­жа­тель­но­сти» ан­тро­по­ни­ма, пред­ла­га­е­мое М. Э. Рут? Воз­мож­но, в се­ку­ляр­ном об­ще­стве, это, воз­мож­но, так. При изу­че­нии пра­во­слав­но­го со­ци­у­ма при­хо­дим к иным вы­во­дам. Совре­мен­ный ис­сле­до­ва­тель О. В. Че­ве­ла счи­та­ет, что «тол­ко­ва­ние име­ни соб­ствен­но­го мо­жет быть ос­но­ва­но на па­рал­ле­лиз­ме меж­ду жиз­нью ли­ца, но­ся­щим то или иное имя, и свя­тым или ис­то­ри­че­ским ли­цом с тем же име­нем»[10]. В по­за­про­шлом ве­ке Н. К. Фок­ков пи­сал о том, что в тро­па­рях, конда­ках и дру­гих пес­но­пе­ни­ях ча­сто встре­ча­ют­ся по­учи­тель­ные разъ­яс­не­ния име­ни то­го свя­то­го, «ко­то­ро­го жи­тие бы­ло по име­ни»[11]. В ака­фи­стах и служ­бах ча­сто да­ют­ся объ­яс­не­ния име­ни свя­то­го, со­от­но­си­мые с его жиз­нью. Отец Па­вел Фло­рен­ский под­чер­ки­вал: «Свя­той убла­жа­ет­ся за со­от­вет­ствие жиз­ни сво­ей – сво­е­му име­ни»[12]. Ка­но­ни­че­ский ан­тро­по­ним утра­тил внут­рен­нюю фор­му, хо­тя в язы­ке-ис­точ­ни­ке се­ман­ти­ка бы­ла яс­на, и сей­час в цер­ков­ных ка­лен­да­рях при­во­дит­ся зна­че­ние-пе­ре­вод имен: Мат­фей – Бо­жий дар, Нестор – воз­вра­тив­ший­ся до­мой, Мат­ро­на – знат­ная и т. д. Для ве­ру­ю­щих ка­но­ни­че­ское имя все­гда име­ет внут­рен­нюю фор­му и яв­ля­ет­ся «го­во­ря­щим», по­сколь­ку со­от­но­сит­ся с жи­ти­ем те­зо­име­ни­то­го свя­то­го.

Та­ким об­ра­зом, в се­ман­ти­че­ском ас­пек­те имя, жи­тие свя­то­го и его об­раз в пред­став­ле­ни­ях ве­ру­ю­щих и яв­ля­ет­ся тем по­ня­тий­ным со­дер­жа­ни­ем, ко­то­рое пред­став­ля­ет сиг­ни­фи­кат, де­ла­ют имя се­ман­ти­че­ски мо­ти­ви­ро­ван­ным. На­име­но­ва­ние кон­крет­но­го че­ло­ве­ка с име­нем-аги­о­ни­мом – это де­но­тат в при­выч­ной три­а­де: сиг­ни­фи­кат – де­но­тат – кон­но­тат. Де­ми­ну­ти­вы и ги­по­ко­ри­сти­че­ские ан­тро­по­ни­мы пред­став­ля­ют со­бой кон­но­та­ты.

Бо­лее слож­ные от­но­ше­ния воз­ни­ка­ют в ре­ли­ги­оз­ной сфе­ре. В ка­че­стве де­но­та­та мо­гут вы­сту­пать не толь­ко име­на лю­дей, на­зван­ных в честь то­го или ино­го свя­то­го, но и дру­гие они­мы: хро­но­ни­мы, хра­мо­ни­мы, ико­ни­мы. По­яс­ним. На­при­мер, сиг­ни­фи­кат – свя­ти­тель Ни­ко­лай, ар­хи­епи­скоп Мир Ли­кий­ских, чу­до­тво­рец. Де­но­та­ты: жив­ший свт. Ни­ко­лай, дру­гие про­слав­лен­ные свя­тые с этим име­нем, муж­чи­ны, но­ся­щие это имя; храм Ни­ко­лая Мир Ли­кий­ско­го в Куз­не­цах (хра­мо­ним); на Ни­ко­лу зим­не­го (хро­но­ним); ико­на Ни­ко­лая Угод­ни­ка (ико­ним). При­ме­ры: Пе­ре­дай­те све­чу к Ни­ко­лаю Угод­ни­ку; А он где бу­дет слу­жить, в Ни­ко­ла в Ка­да­шах? Маль­чик ро­дил­ся на Ни­ко­лу зим­не­го. Кон­но­тат – Ни­ко­ла, Ни­ко­ла­ша, Ни­ко­лень­ка, Ко­ля, Ко­лень­ка и т.п., встре­ча­ю­щи­е­ся в жиз­не­опи­са­нии свя­тых до мо­мен­та их про­слав­ле­ния.

Аги­о­ни­мы при обо­зна­че­нии од­но­го и то­го же свя­то­го об­ра­зу­ют си­но­ни­ми­че­ские ря­ды, на­чи­ная с офи­ци­аль­ных на­име­но­ва­ний, за­фик­си­ро­ван­ных в Ми­не­ях и свят­цах, и за­кан­чи­вая про­сто­реч­но-оби­ход­ны­ми: свя­ти­тель Ни­ко­лай, ар­хи­епи­скоп Мир Ли­кий­ских, чу­до­тво­рец – свя­ти­тель Ни­ко­лай – Ни­ко­лай Мир­ли­кий­ский – Ни­ко­лай Угод­ник – Ни­ко­ла-угод­ник. Дан­ный си­но­ни­ми­че­ский ряд не по­лон. В от­ли­чие от обыч­ных ан­тро­по­ни­мов, аги­о­ни­мы ни­ко­гда не вклю­ча­ют в свой со­став от­че­ства (кро­ме един­ствен­но­го слу­чая, о ко­то­ром ни­же). По­это­му тра­ди­ци­он­ная мо­дель рус­ско­го ан­тро­по­ни­ма имя – от­че­ство, имя – от­че­ство – фа­ми­лия до XIX ве­ка прак­ти­че­ски не встре­ча­ет­ся. Фа­ми­лия в спис­ках про­слав­лен­ных свя­тых утвер­жда­ет­ся как обыч­ная прак­ти­ка на ру­бе­же ты­ся­че­ле­тий, ко­гда на ар­хи­ерей­ском со­бо­ре 2000 го­да  бы­ло про­слав­ле­но бо­лее ты­ся­чи но­во­му­че­ни­ков. Без­услов­но, мно­гие име­на по­вто­ря­лись (мы пом­ним, что спи­сок кре­стиль­ных имен огра­ни­чен), по­это­му для диф­фе­рен­ци­а­ции ис­поль­зо­ва­ли на­пи­са­ние фа­ми­лии но­во­му­че­ни­ков, взя­тые в скоб­ки и с обя­за­тель­ным ука­за­ни­ем Но­во­муч. На­при­мер, Они­сим (Пы­ла­ев). еп. Туль­ский, сщ­мч.: † 1937//Но­во­муч.[13]. Фа­ми­лия в струк­ту­ре аги­о­ни­ма по­яви­лась по ана­ло­гии с упо­треб­ле­ни­ем фа­ми­лии в на­име­но­ва­нии свя­щен­но­слу­жи­те­лей в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

По­сколь­ку ре­естр имен огра­ни­чен, име­на лич­ные по­вто­ря­ют­ся, это за­став­ля­ет при­вле­кать до­пол­ни­тель­ные на­име­но­ва­ния. Об­ра­зу­ют­ся апел­ля­тив­но-ан­тро­по­ни­ми­че­ские ком­плек­сы аги­о­ни­мов раз­ной струк­ту­ры. Ос­нов­ная мо­дель аги­о­ни­ма как ми­ни­мум двух­ком­по­нент­на: чин свя­то­сти + имя: про­рок Иере­мия, апо­стол Фо­ма, му­че­ник Се­ра­пи­он, му­че­ни­ца Ири­на. Та­ких при­ме­ров немно­го. В ос­нов­ном они от­но­сят­ся к вет­хо- и но­во­за­вет­ным ли­цам и свя­тым, про­слав­лен­ным в пер­вые ве­ка хри­сти­ан­ства. Ча­ще встре­ча­ет­ся трех­член­ная струк­ту­ра аги­о­ни­ма: чин свя­то­сти (иден­ти­фи­ка­тор) + имя (ква­ли­фи­ка­тор) + диф­фе­рен­ци­а­тор. Тер­ми­ны ква­ли­фи­ка­тор, иден­ти­фи­ка­тор, диф­фе­рен­ци­а­тор при­над­ле­жат И. С. Про­сви­ри­ной, ко­то­рая ис­поль­зо­ва­ла их при опи­са­нии со­став­ных то­по­ни­мов[14]. В на­шем слу­чае ква­ли­фи­ка­то­ра­ми яв­ля­ют­ся спи­соч­ные ка­но­ни­че­ские име­на. В ка­че­стве диф­фе­рен­ци­а­то­ра мо­гут вы­сту­пать но­ми­на­то­ры, ло­ка­ли­за­то­ры, аг­но­ме­ны (про­зви­ща), ко­г­но­ме­ны (фа­ми­лии), ти­ту­лы. По­сколь­ку име­на по­вто­ря­ют­ся, а иден­ти­фи­ка­то­ры ча­сто ре­ду­ци­ру­ют­ся, ос­нов­ная роль при­над­ле­жит диф­фе­рен­ци­а­то­рам, упо­треб­ле­ние неко­то­рых из них так­же но­сит фа­куль­та­тив­ный ха­рак­тер, на­при­мер, ти­ту­лы и цер­ков­ные долж­но­сти. Пе­ре­чис­лим мо­де­ли апел­ля­тив­но-ан­тро­по­ни­ми­че­ских со­став­ных аги­о­ни­мов:

1. чин свя­то­сти + имя + но­ми­на­тор: свя­щен­но­му­че­ник Зо­тик пре­сви­тер, пре­по­доб­ный Кос­ма от­шель­ник, пре­по­доб­ный Марк гро­бо­ко­па­тель; му­че­ник Фе­он волхв; му­че­ник Ко­нон гра­дарь (ого­род­ник), пре­по­доб­ный Пи­мен пост­ник, пре­по­доб­ный Иоанн без­молв­ник, му­че­ник Клав­дий три­бун, му­че­ник Ма­ри­анн диа­кон; пре­по­доб­ный Иосиф пес­но­пи­сец. Но­ми­на­тор мо­жет пред­став­лять со­бой устой­чи­вое сло­во­со­че­та­ние: пре­по­доб­ный Алек­сий, че­ло­век Бо­жий.

2. чин свя­то­сти + имя + де­скрип­тор. Де­скрип­тор мо­жет быть пред­став­лен име­нем при­ла­га­тель­ным в пол­ной или крат­кой фор­ме: свя­той Ва­си­лий Ве­ли­кий, свя­ти­тель Во­ни­фа­тий Ми­ло­сти­вый, свя­той Иоанн Зла­то­уст.

3. чин свя­то­сти + имя + ло­ка­ли­за­тор: пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский, пре­по­доб­ная Фе­о­до­ра Ца­ре­град­ская, пре­по­доб­ная Ма­рия Еги­пет­ская,  пре­по­доб­ный Нил Сор­ский. Встре­ча­ет­ся двой­ной ло­ка­ли­за­тор с уточ­не­ни­ем, на­при­мер: пре­по­доб­ный Еразм Пе­чер­ский, в Ближ­них пе­ще­рах; пре­по­доб­ный Тит Пе­чер­ский, в Даль­них пе­ще­рах. Ча­сто ло­ка­ли­за­тор ока­зы­ва­ет­ся нераз­рыв­ным с име­нем, ста­но­вит­ся ча­стью име­ни, зна­ком обо­зна­че­ния кон­крет­но­го свя­то­го, об­ра­зуя устой­чи­вое сло­во­со­че­та­ние. На­при­мер: Да­ни­ил Мос­ков­ский, Иоанн Крон­штадт­ский, Ксе­ния Пе­тер­бург­ская и др. Ло­ка­ли­за­то­ры мо­гут иметь адъ­ек­тив­ную фор­му (при­ме­ры вы­ше) и фор­му име­ни су­ще­стви­тель­но­го, об­ра­зо­ван­но­го от име­ни при­ла­га­тель­но­го с суф­фик­са­ми –ец и -янин: пре­по­доб­ный Илия Му­ро­мец, свя­щен­но­му­че­ник ; пра­вед­ный Ев­до­ким Кап­па­до­ки­я­нин;

4. чин свя­то­сти + имя + аг­но­мен: свя­щен­но­му­че­ник Иг­на­тий Бо­го­но­сец, ве­ли­ко­му­че­ни­ца Ана­ста­сия Узо­ре­ши­тель­ни­ца, пра­вед­ный Иосиф Об­руч­ник.

5. чин свя­то­сти + имя + ко­г­но­мен (фа­ми­лия): Алек­сандр Пе­ре­свет, во­ин; свя­ти­тель Иг­на­тий Брян­ча­ни­нов, свя­щен­но­му­че­ник Се­ра­фим (Чи­ча­гов).

6. чин свя­то­сти + имя + эт­но­ним: прп. Мак­сим Грек, св. Мак­сим Перс, св. Иоанн Рус­ский[15]. На пер­вый взгляд, упо­треб­ле­ние эт­но­ни­ма в но­ми­на­ции свя­тых про­ти­во­есте­ствен­но, так как «для Бо­га нет ни эл­ли­на, ни иудея». Но эт­но­ни­мы упо­треб­ля­лись при жиз­ни этих лю­дей как обыч­ные диф­фе­рен­ци­а­то­ры, вы­пол­няя функ­цию про­зви­ща. По­сле про­слав­ле­ния аг­но­мен стал со­став­ной ча­стью аги­о­ни­ма, утра­тив, по су­ти, зна­че­ние на­цио­наль­ной при­над­леж­но­сти.

Ча­стот­ны че­ты­рех­ком­по­нент­ные и бо­лее мо­де­ли аги­о­ни­мов, ко­гда уси­ли­ва­ет­ся диф­фе­рен­ци­ру­ю­щее зна­че­ние:

1) чин свя­то­сти + имя + го­судар­ствен­ный ти­тул или цер­ков­ная долж­ность + ло­ка­ли­за­тор. Тре­тий ком­по­нент этой струк­ту­ры, как фа­куль­та­тив­ный, мо­жет за­ни­мать ме­сто пе­ред или по­сле име­ни: бла­го­вер­ный князь Да­ни­ил Мос­ков­ский; пра­вед­ная Со­фия, кня­ги­ня Слуц­кая; свя­ти­тель Ма­ка­рий, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский; бла­го­вер­ная Та­ма­ра, ца­ри­ца Гру­зин­ская.

2) чин свя­то­сти + имя + аг­но­мен + ти­тул/долж­ность + ло­ка­тив: свя­ти­тель Гри­го­рий Двое­слов, па­па Рим­ский.

3) Сле­ду­ю­щая мно­го­ком­по­нент­ная струк­ту­ра, встре­ча­ю­ща­я­ся при про­слав­ле­нии лю­дей, во­шед­ших в ис­то­рию под сла­вян­ски­ми, гру­зин­ски­ми и т.д. име­на­ми, вклю­ча­ет в се­бя ука­за­ние на ка­но­ни­че­ское кре­стиль­ное имя: рав­ноап­о­столь­ный ве­ли­кий князь Вла­ди­мир; бла­го­вер­ные кня­зья Рос­сий­ские Бо­рис и Глеб, во Свя­том Кре­ще­нии Ро­ман и Да­вид. Имен­но так по­па­ли и по­па­да­ют в спи­сок ка­но­ни­че­ских сла­вян­ские име­на, обо­га­щая имен­ник.

Струк­ту­ра аги­о­ни­ма бу­дет раз­ли­чать­ся в за­ви­си­мо­сти от вре­ме­ни его по­яв­ле­ния. Бо­лее ран­ние аги­о­ни­мы име­ют двух-, трех­член­ную струк­ту­ру, позд­ние – мно­го­член­ную.

Функ­ции диф­фе­рен­ци­а­то­ров хо­ро­шо вид­ны при срав­не­нии на­име­но­ва­ний те­зо­име­ни­тых свя­тых:

– свя­ти­тель и чу­до­тво­рец Ни­ко­лай, епи­скоп Мир Ли­кий­ских

– рав­ноап­о­столь­ный Ни­ко­лай, ар­хи­епи­скоп Япон­ский;

– стра­сто­тер­пец Ни­ко­лай Алек­сан­дро­вич, им­пе­ра­тор Рос­сий­ский (един­ствен­ный слу­чай упо­треб­ле­ния от­че­ства в со­ста­ве аги­о­ни­мов по от­но­ше­нию к свя­тым Цар­ствен­ным му­че­ни­кам);

– бла­жен­ный Ни­ко­лай, Хри­ста ра­ди юро­ди­вый, Псков­ский (1576);

– свя­той Ни­ко­лай ис­по­вед­ник, пре­сви­тер;

– свя­щен­но­му­че­ник Ни­ко­лай (Вос­тор­гов), иерей.

В оби­хо­де на­блю­да­ет­ся ре­дук­ция фор­мул аги­о­ни­мов. На­при­мер, че­ты­рех­ком­по­нент­ная фор­му­ла свя­ти­тель Фе­о­фан, За­твор­ник Вы­шен­ский со­кра­ти­лась до двух­ком­по­нент­ной Фе­о­фан За­твор­ник; пре­по­доб­ный Ири­нарх, за­твор­ник Ро­стов­ский – до пре­по­доб­ный Ири­нарх.

В цер­ков­ной сре­де не при­ня­то упо­треб­лять де­ми­ну­ти­вы (умень­ши­тель­ные фор­мы име­ни). П. А. Фло­рен­ский, на­зы­вая умень­ши­тель­ные фор­мы субъ­ек­тив­ны­ми, пи­шет по это­му по­во­ду: «Цер­ковь, да­вая име­на без субъ­ек­тив­ных суф­фик­сов, тре­бу­ет тем, как мно­гие ду­ма­ют, … от­но­ше­ний де­ло­ви­тых и, на са­лон­ный вкус, слиш­ком опре­де­лен­ных, чтобы не ка­зать­ся гру­бо­ва­ты­ми. (…) Умень­ши­тель­ность име­ни, по са­мо­му смыс­лу сво­е­му, име­ет за­да­чей вы­ра­зить ис­клю­чи­тель­ный ха­рак­тер неко­то­рых лич­ных от­но­ше­ний … неко­то­рую субъ­ек­тив­ность. (…) В этом рас­про­стра­не­нии умень­ши­тель­ных имен есть сви­де­тель­ство са­мо­го язы­ка о при­ни­жен­но­сти совре­мен­ной куль­ту­ры срав­ни­тель­но с вы­со­ким он­то­ло­ги­че­ским стро­ем куль­ту­ры цер­ков­ной»[16]. Тем не ме­нее, умень­ши­тель­ные име­на в ре­ли­ги­оз­ном дис­кур­се встре­ча­ют­ся не толь­ко по от­но­ше­нию к де­тям, близ­ким род­ствен­ни­кам и дру­зьям, но и при на­зы­ва­нии неко­то­рых про­слав­лен­ных свя­тых.

Умень­ши­тель­ные име­на как яв­ле­ние ги­по­ко­ри­сти­ки (в зна­че­нии лас­ка­тель­но­сти) встре­ча­ют­ся в на­име­но­ва­нии свя­тых толь­ко в оби­ход­но-про­сто­реч­ных си­ту­а­ци­ях об­ще­ния и в адрес все­го несколь­ких свя­тых. На­ми за­фик­си­ро­ва­ны сле­ду­ю­щие слу­чаи: Ксе­нюш­ка (бла­жен­ная Ксе­ния Пе­тер­бург­ская, Хри­ста ра­ди юро­ди­вая), Мат­ро­нуш­ка (бла­жен­ная Мат­ро­на Мос­ков­ская), Се­ра­фи­муш­ка (пре­по­доб­ный Се­ра­фим, Са­ров­ский чу­до­тво­рец). Как ви­дим, пер­вые два жен­ских име­ни в умень­ши­тель­ной фор­ме от­но­сят­ся к бла­жен­ным, од­но муж­ское имя сви­де­тель­ству­ет об огром­ной люб­ви и осо­бом по­чи­та­нии на­ро­дом пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го. На­при­мер: По­мо­лись бла­жен­ной Ксе­нюш­ке, по­мо­жет; Чи­тай­те пра­виль­це пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­муш­ки; С тво­ей бо­лез­нью на­до ид­ти мо­лить­ся и про­сить по­мо­щи у ма­туш­ки Мат­ро­нуш­ки (За­пи­са­но в 2005 г.).

Аги­о­ни­мы, как име­на свя­тых, за­креп­ле­ны в со­ци­у­ме. Про­слав­лен­ные за свои по­дви­ги и ча­сто му­че­ни­че­скую кон­чи­ну свя­тые вве­ли в ре­ли­ги­оз­ный и об­ще­куль­тур­ный хри­сти­ан­ский со­ци­ум свое имя, за­кре­пив за дан­ным зву­ко- и гра­фо­ком­плек­сом свой соб­ствен­ный об­раз. Так аги­о­ним при­об­ре­та­ет пре­це­дент­ный ха­рак­тер. Не все аги­о­ни­мы бу­дут иметь пре­це­дент­ный ха­рак­тер, а толь­ко наи­бо­лее из­вест­ные и по­чи­та­е­мые в дан­ном со­ци­у­ме и в опре­де­лен­ное вре­мя.

Аги­о­ним пред­став­ля­ет со­бой со­став­ной апел­ля­тив­но-ан­тро­по­ни­ми­че­ский ком­плекс, каж­дый ком­по­нент ко­то­ро­го се­ман­ти­че­ски зна­чим, но в оби­хо­де ре­ду­ци­ру­ет­ся, об­ра­зуя устой­чи­вые фра­зео­ло­ги­зи­ро­ван­ные сло­во­со­че­та­ния, ча­сто ста­но­вя­щи­е­ся пре­це­дент­ны­ми име­на­ми. Ча­ще все­го ре­ду­ци­ру­ет­ся ком­по­нент, обо­зна­ча­ю­щий чин свя­то­сти, и дру­гие диф­фе­рен­ци­а­то­ры, кро­ме ло­ка­ли­за­то­ра. Встре­ча­ют­ся в оби­ход­ном упо­треб­ле­нии аги­о­ни­мы без име­ни соб­ствен­но­го, то­гда мож­но го­во­рить о пе­ре­ход­ной сту­пе­ни апел­ля­ти­ва в ан­тро­по­ним, на­при­мер: Царь-му­че­ник. Для всех пра­во­слав­ных по­нят­но, что речь идет о по­след­нем рос­сий­ском им­пе­ра­то­ре Ни­ко­лае II Алек­сан­дро­ви­че Ро­ма­но­ве. Еще один при­мер: Фе­дор Стра­ти­лат. Мно­ги­ми на­ши­ми совре­мен­ни­ка­ми Стра­ти­лат рас­це­ни­ва­ет­ся как фа­ми­лия, в том вре­мя как в пе­ре­во­де с гре­че­ско­го это сло­во зна­чит во­е­на­чаль­ник. В от­ли­чие от дру­гих но­ми­на­то­ров ти­па от­шель­ник, во­ин, и под., ко­то­рые со­хра­ни­ли внут­рен­нюю фор­му и как обыч­ные на­ри­ца­тель­ные име­на пи­шут­ся со строч­ной бук­вы, Стра­ти­лат, бу­дучи за­им­ство­ва­ни­ем, утра­тил внут­рен­нюю фор­му, ста­ло пи­сать­ся с про­пис­ной бук­вы и вос­при­ни­мать­ся как аг­но­мен, по­сте­пен­но пе­ре­хо­дя­щий в ко­г­но­мен.

На­ли­чие ка­но­ни­че­ски за­креп­лен­ной струк­ту­ры аги­о­ни­ма в ре­ли­ги­оз­ной тра­ди­ции не зна­чит, что ни­ка­ких из­ме­не­ний не про­ис­хо­дит и во­об­ще не мо­жет быть. Спи­сок имен пусть мед­лен­но, но по­пол­ня­ет­ся за счет но­во­про­слав­лен­ных свя­тых, струк­ту­ра аги­о­ни­ма ви­до­из­ме­ня­ет­ся, на­чи­ная вклю­чать в се­бя фа­ми­лии и да­же от­че­ства, ком­по­нен­ты си­но­ни­ми­че­ских ря­дов но­ми­на­ции од­но­го и то­го же свя­то­го до­пол­ня­ют­ся или ис­че­за­ют из ак­тив­но­го упо­треб­ле­ния в за­ви­си­мо­сти от куль­тур­но-ис­то­ри­че­ских из­ме­не­ний.

И.В. Бу­га­е­ва

Пра­во­слав­ный Свя­то-Ти­хо­нов­ский гу­ма­ни­тар­ный уни­вер­си­тет,
Мос­ков­ский го­судар­ствен­ный пе­да­го­ги­че­ский уни­вер­си­тет, Москва


При­ме­ча­ния

[*] До­клад вос­про­из­во­дит­ся по пуб­ли­ка­ции в сбор­ни­ке: Биб­лия и ев­ро­пей­ская ли­те­ра­тур­ная тра­ди­ция. Вы­пуск II. Ма­те­ри­а­лы XXXV меж­ду­на­род­ной фило­ло­ги­че­ской кон­фе­рен­ции. Сек­ция «Биб­лия и хри­сти­ан­ская пись­мен­ность» (13–18 мар­та 2006 г.). СПб., 2007. С. 85–92.

[1] Зу­бов Н. Н. Аги­о­ним // Рус­ская эн­цик­ло­пе­дия. Рус­ская оно­ма­сти­ка и оно­ма­сти­ка Рос­сии. Сло­варь / Под ред. О.Н. Тру­ба­че­ва. М., 1994. С. 12–13.

[2] По­доль­ская Н. В. Сло­варь рус­ской оно­ма­сти­че­ской тер­ми­но­ло­гии / Отв. ред. А.В. Су­перан­ская. М., 1978. С. 26.

[3] Срез­нев­ский И. И. Древ­ний рус­ский ка­лен­дарь. По ме­сяч­ным ми­не­ям XI–XIII вв. СПб., 1863.

[4] Су­прун В. И. Эта­пы хри­сти­а­ни­за­ции рус­ско­го имен­ни­ка // Оно­ма­сти­ка По­вол­жья. – М., 1997.

[5] Лит­ви­на А. Ф., Успен­ский Ф. Б. Вы­бор име­ни у рус­ских кня­зей в X–XVI вв. Ди­на­сти­че­ская ис­то­рия сквозь приз­му ан­тро­по­ни­ми­ки. – М., 2006; Успен­ский Б. А. Из ис­то­рии ка­но­ни­че­ских имен. М., 1969 и др.

[6] Тол­ко­ва­тель имен свя­тых угод­ни­ков Бо­жи­их, чти­мых Рус­скою Пра­во­слав­ною Цер­ко­вью. М., 1990; То­роп Ф. По­пуляр­ная эн­цик­ло­пе­дия рус­ских пра­во­слав­ных имен. М., 1999.

[7] Рут М. Э. Ан­тро­по­ни­мы: раз­мыш­ле­ния о се­ман­ти­ке // Из­ве­стия Ураль­ско­го го­судар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та. 2001.  № 20.
http://proceedings.usu.ru/proceedings/base=mag/0020(01_04–2001)/

[8] Го­ло­ми­до­ва М. В. Ис­кус­ствен­ная но­ми­на­ция в оно­ма­сти­ке. Ека­те­рин­бург, 1998.

[9] Рут М. Э. Там же.

[10] Че­ве­ла О. В. http://www/ksb/ru/f10/bibl/resource/chevela.pdf

[11] Фок­ков Н. К. К чте­нию цер­ков­но-гре­че­ско­го тек­ста. Ки­ев, 1886. С.2.

[12] Фло­рен­ский П. А. У во­до­роз­де­лов мыс­ли. – М., 1990. С. 423.

[13] Пра­во­слав­ный ка­лен­дарь. 2003. – М., 2002.

[14] Про­сви­ри­на И.С. Осо­бен­но­сти се­ман­ти­ки рус­ских со­став­ных то­по­ни­мов// Из­ве­стия Ураль­ско­го го­судар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та. – 2001. – № 20.
http://proceedings.usu.ru/proceedings/base=mag/0020(01_04-2001)/

[15] На этот факт нам лю­без­но ука­зал Юрий Ру­бан, ко­то­ро­му мы очень при­зна­тель­ны.

[16] Фло­рен­ский П. А. Име­на. М. – Харь­ков, 2000. С. 441.

Случайный тест