День памяти

11 июля  (переходящая) – Собор Новгородских святых

Житие

Бла­жен­ный Аф­фо­ний воз­ве­ден был на Нов­го­род­скую свя­ти­тель­скую ка­фед­ру вско­ре по­сле кон­чи­ны (спу­стя два ме­ся­ца) мит­ро­по­ли­та Ки­при­а­на. Ро­дом он был ве­ли­ко­росс, но о вре­ме­ни и ме­сте его рож­де­ния, рав­но и о пер­вых го­дах жиз­ни, не со­хра­ни­лось ни­ка­ких све­де­ний.
По по­ступ­ле­нии в мо­на­ше­ство Аф­фо­ний за свою бла­жен­ную жизнь удо­сто­ен был игу­мен­ско­го са­на в Пе­ре­слав­ском Бо­ри­со­глеб­ском мо­на­сты­ре, от­ку­да, по ска­за­нию ле­то­пи­си, и взят на свя­ти­тель­ский пре­стол в Нов­го­род. «Ле­та 7143 (1635), – го­во­рит ле­то­пи­сец, – мар­та в 8-й день, на па­мять пре­по­доб­но­го от­ца на­ше­го Фе­о­фи­лак­та, в 4 неде­лю по­ста из­бра­ни­ем и по­ве­ле­ни­ем бла­го­че­сти­во­го и хри­сто­лю­би­во­го ве­ли­ко­го го­су­да­ря ца­ря и ве­ли­ко­го кня­зя Ми­ха­и­ла Фе­о­до­ро­ви­ча, всея Ру­си са­мо­держ­ца, и при его го­су­да­ре­вой бла­го­че­сти­вой ца­ри­це и ве­ли­кой кня­гине Ев­до­кии Лу­ки­а­новне, и при их бла­го­род­ных ча­дех... по­став­лен бысть В. Но­ву­гра­ду и В. Лу­кам прео­свя­щен­ный Аф­фо­ний, мит­ро­по­лит, в цар­ству­ю­щем гра­де Москве, во свя­тей со­бор­ной и апо­столь­ской церк­ви Пре­свя­тыя Вла­ды­чи­цы на­шея Бо­го­ро­ди­цы и Прис­но­де­вы Ма­рии чест­на­го и слав­на­го Ея Успе­ния, ру­кою ве­ли­ко­го гос­по­ди­на, свя­тей­ше­го Иоаса­фа, Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ска­го и всея Ру­сии; а взят прео­свя­щен­ный мит­ро­по­лит Аф­фо­ний в мит­ро­по­ли­ты из пре­чест­ныя оби­те­ли свя­тых пра­вед­ных стра­сто­тер­пец кня­зей Рус­ских Бо­ри­са и Гле­ба из Пе­ре­слав­ля За­лес­ска­го со игу­мен­ства; а в В. Нов­град при­е­хал прео­свя­щен­ный Аф­фо­ний мит­ро­по­лит то­го же 7143 (1635) г., мар­та в 22-й день, в празд­ник Вхо­да во Иеру­са­лим, на па­мять свя­щен­но­му­че­ни­ка Ва­си­лия Ан­кир­ския церк­ви».
Нов­го­род­скою паст­вою Аф­фо­ний управ­лял 14 лет. По жиз­ни был стро­гий инок, сми­рен­ный и бла­го­че­сти­вый. Имя его, как свя­ти­те­ля бо­го­угод­но­го, по­ныне с глу­бо­ким бла­го­го­ве­ни­ем вос­по­ми­на­ет­ся по­сле имен Нов­го­род­ских свя­ти­те­лей, про­си­яв­ших свя­то­стию жиз­ни. Но су­ще­ство­ва­ние его как мит­ро­по­ли­та ма­ло бы­ло за­мет­но в свое вре­мя и та­ким же оста­ет­ся в ис­то­рии, так как о жиз­ни и тру­дах его в па­мят­ни­ках пись­мен­но­сти со­хра­ни­лись весь­ма скуд­ные све­де­ния, и те боль­шей ча­стью от­ры­воч­ные, о ко­то­рых мы здесь и упо­мя­нем.
В 1639 г. мит­ро­по­лит Аф­фо­ний на­пи­сал неболь­шое со­чи­не­ние о ду­хов­ной си­ле и бла­го­да­ти. По­во­дом к на­пи­са­нию се­го со­чи­не­ния по­слу­жи­ло то об­сто­я­тель­ство, что во­прос о при­ло­ге «и ог­нем» в из­вест­ной мо­лит­ве на Бо­го­яв­ле­ние, хо­тя уже ре­шен был со­бо­ром в на­ча­ле пат­ри­ар­ше­ства Фила­ре­та, но еще не пре­ста­вал вол­но­вать об­ще­ство и в быт­ность Аф­фо­ния на свя­ти­тель­ской ка­фед­ре. По­это­му он счел нуж­ным «по­спе­ше­ни­ем» са­мо­го пат­ри­ар­ха Иоаса­фа на­пи­сать неболь­шое со­чи­не­ние «О ду­хов­ной си­ле и бла­го­да­ти, неви­ди­мо по­да­ва­е­мой свы­ше дей­стви­ем Свя­та­го Ду­ха в кре­ще­нии и в день пя­ти­де­сят­ный». Здесь ав­тор по пре­иму­ще­ству ста­рал­ся оправ­дать и за­щи­тить ре­ше­ние Мос­ков­ско­го со­бо­ра и во­сточ­ных Пат­ри­ар­хов об ис­клю­че­нии из мо­лит­вы сло­ва «и ог­нем».
В этом же 1689 г. мит­ро­по­лит Аф­фо­ний, за­бо­тясь об устрой­стве ра­зо­рен­ных шве­да­ми мо­на­сты­рей, до­но­сил ца­рю Ми­ха­и­лу Фе­о­до­ро­ви­чу, что «мо­на­стырь Ни­ко­лы чу­до­твор­ца на Липне сто­ит пуст без пе­ния, а ка­мен­ное стро­е­ние из дав­них лет ва­лит­ся роз­но, а по­стро­ить то­го мо­на­сты­ря неко­му»; и вме­сте с тем про­сил, чтобы поз­во­ле­но бы­ло ему устро­ить мо­на­стырь и со­брать на­сто­я­те­ля с бра­ти­ею, а преж­ний об­рок, пла­ти­мый мо­на­сты­рем за рыб­ные лов­ли, сло­жить и упо­тре­бить на све­чи, ла­дан, ви­но цер­ков­ное и просфо­ры. Со­глас­но че­ло­би­тью Аф­фо­ния, от ца­ря ве­ле­но ему устро­ить и воз­об­но­вить Ли­пен­ский мо­на­стырь на без­об­роч­ное вла­де­ние преж­ни­ми мо­на­стыр­ски­ми уго­дья­ми. На дру­гой год по­сле то­го, в 1641г., бы­ло до­не­се­но ца­рю от дья­ка Ар­цы­ба­ше­ва, что «от­дан был в В. Но­ве­го­ро­де Ли­пец­кий Ни­коль­ский мо­на­стырь в стро­е­ние Нов­го­род­ско­му мит­ро­по­ли­ту Аф­фо­нию», и мит­ро­по­лит-де в том мо­на­сты­ре цер­ковь по­крыл и освя­тил, а служ­бы нет». Вме­сте с этим дьяк в до­но­се про­сил, чтобы мо­на­стырь дан был ему в стро­е­нье, обе­ща­ясь вполне устро­ить оный. По­сле смер­ти Ар­цы­ба­ше­ва, управ­ляв­ше­го мо­на­сты­рем 5 лет, в 1645 г. мит­ро­по­лит Аф­фо­ний до­но­сил ца­рю Алек­сею Ми­ха­и­ло­ви­чу, что он, мит­ро­по­лит, во вре­мя за­ве­ды­ва­ния Ли­пен­ским мо­на­сты­рем «на стро­е­ние его, на цер­ков­ные кров­ли, и на па­пер­ти, и на крыль­ца из­рас­хо­до­вал из Со­фий­ской каз­ны 97 руб.; а во вре­мя пя­ти­лет­ня­го вла­де­ния Ар­цы­ба­ше­ва стро­е­ния в том мо­на­сты­ре вновь не ока­за­лось». Та­ким об­ра­зом, Ли­пен­ский мо­на­стырь с 1646 г. опять пе­ре­шел к Со­фий­ско­му до­му в рас­по­ря­же­ние мит­ро­по­ли­та Аф­фо­ния.
В 1640 г. мит­ро­по­лит Аф­фо­ний пред­при­ни­мал по­но­вить чу­до­твор­ную ико­ну Зна­ме­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри, что мож­но ви­деть из гра­мо­ты к нему ца­ря Ми­ха­и­ла Фе­о­до­ро­ви­ча, 9-го сен­тяб­ря 1641 г.
«От ца­ря и ве­ли­ка­го кня­зя Ми­ха­и­ла Фе­о­до­ро­ви­ча всеа Ру­сии в на­шу от­чи­ну в В. Нов­го­род бо­го­моль­цу на­ше­му Афо­нию, мит­ро­по­ли­ту Нов­го­род­ско­му и Ве­ли­ко­луц­ко­му: в ны­неш­нем 7149 г., сен­тяб­ря в 5 день пи­сал еси к нам ты, бо­го­мо­лец наш: в на­шей де от­чине в В. Но­ве­го­ро­де у чу­до­твор­на­го об­ра­за Пре­чи­стые Бо­го­ро­ди­цы чест­на­го и слав­на­го Ея зна­ме­ния, на об­ра­зе Ея, у Пре­чи­стыя Бо­го­ро­ди­цы и у Пред­веч­на­го Мла­ден­ца на ли­цах и в ри­зах по­пор­ти­ло­ся, и ко­то­рые свя­тые на той же чу­до­твор­ной иконе при­пи­са­ны, и те свя­тые так­же по­пор­ти­лись; а без на­ше­го де ука­зу то­го чу­дотвор­на­го об­ра­за по­чи­нить не сме­ешь; а к Со­фей­ском До­му у те­бя, бо­го­моль­ца на­ше­го, есть при­каз­ной Леон­тей Чер­ной, что был преж се­го у нас ико­но­пи­сец; и нам бы ука­за­ти тот чу­до­твор­ный об­раз Зна­ме­ния Пре­чи­стые Бо­го­ро­ди­цы по­чи­нить ему Леон­тию. И мы ука­за­ли тот чу­до­твор­ный об­раз Пре­чи­стые Бо­го­ро­ди­цы Зна­ме­ния, ко­то­рые по­пор­чен­ные ме­ста, по­чи­нить икон­ни­ку Леон­тию Чер­но­му. И как к те­бе ся на­ша гра­мо­та при­дет, и ты б, бо­го­мо­лец наш, чу­до­твор­ный об­раз Пре­чи­стые Бо­го­ро­ди­цы Зна­ме­ния и свя­тые, ко­то­рые при­пи­са­ны на той чу­до­твор­ной иконе в ли­цах и в ри­зах, пор­че­ные ме­ста ве­лел по­чи­ни­ти икон­ни­ку Леон­тию Чер­но­му. А как тот чу­до­твор­ный об­раз по­чи­нит, и ты б о том от­пи­сал к нам в Москве, а от­пис­ку ве­лел по­да­ти в При­ка­зе Боль­ша­го Двор­ца Бо­яри­ну на­ше­му кня­зю Алек­сею Ми­хай­ло­ви­чу Льво­ву да дья­кам на­шим Гри­го­рию Неча­е­ву да Мак­си­му Чир­ко­ву. Пи­сан на Москве ле­та 7149 г. сен­тяб­ря в 9 день».
Со­сто­я­лось ли то­гда это пред­при­я­тие, неиз­вест­но, по­то­му что от­пис­ки Аф­фо­ния к ца­рю о по­нов­ле­нии ико­ны не най­де­но. Под­лин­ная же гра­мо­та, хра­нив­ша­я­ся в Нов­го­род­ском кон­сис­тор­ском ар­хи­ве ста­рых дел, име­ет ис­то­ри­че-скую важ­ность: во-пер­вых, по­то­му, что до этой гра­мо­ты из­вест­но бы­ло по ле­то­пи­сям об од­ном толь­ко по­нов­ле­нии ико­ны Зна­ме­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри в 1527 г. Нов­го­род­ским ар­хи­епи­ско­пом Ма­ка­ри­ем; во-вто­рых, гра­мо­та по­ка­зы­ва­ет, что воз­об­нов­ле­ние чу­до­твор­ных икон в пе­ри­од пат­ри­ар­ше­ства про­ис­хо­ди­ло у нас не ина­че, как по ука­зу го­су­да­ре­ву; и, в-тре­тьих, из гра­мо­ты вид­но, что ико­ны чу­до­твор­ные бы­ли воз­об­нов­ля­е­мы ико­но­пис­ца­ми, из­вест­ны­ми са­мо­му го­су­да­рю, из чис­ла ко­то­рых при Нов­го­род­ском Со­фий­ском до­ме в 1641 г. был мос­ков­ский двор­цо­вый ико­но­пи­сец Леон­тий Чер­ный, упо­ми­на­е­мый в гра­мо­те.
В 1641 г. по ука­зу ца­ря Ми­ха­и­ла Фе­о­до­ро­ви­ча мит­ро­по­лит Аф­фо­ний с тре­мя на­сто­я­те­ля­ми нов­го­род­ских мо­на­сты­рей и всем сво­им со­бор­ным ду­хо­вен­ством сви­де­тель­ство­вал 30 ав­гу­ста мо­щи пре­по­доб­но­го Алек­сандра Свир­ско­го. А в 1643 г. по ука­зу то­го же го­су­да­ря пе­ре­нес 5 де­каб­ря нетлен­ные остан­ки угод­ни­ка Бо­жия из Ни­ко­ла­ев­ской церк­ви Свир­ско­го мо­на­сты­ря в цер­ковь Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня и здесь пе­ре­ло­жил в но­вую среб­ро­по­зла­щен­ную ра­ку, ко­то­рая устро­е­на бы­ла са­мим го­су­да­рем и при­сла­на из Моск­вы.
В 1642 г. Аф­фо­ний участ­во­вал и пер­вен­ство­вал меж­ду иерар­ха­ми при из­бра­нии пат­ри­ар­ха на ме­сто умер­ше­го в 1640 г. 20 но­яб­ря Иоаса­фа. Счи­та­ем не лиш­ним упо­мя­нуть здесь о необы­чай­ном то­гда из­бра­нии но­во­го пат­ри­ар­ха. Ко­гда по вы­зо­ву го­су­да­ря при­бы­ли в Моск­ву Аф­фо­ний и про­чие свя­ти­те­ли и ко­гда они со мно­же­ством ар­хи­манд­ри­тов, игу­ме­нов, про­то­по­пов и свя­щен­ни­ков пред­ста­ви­лись го­су­да­рю, он про­сил их преж­де все­го воз­не­сти усерд­ные мо­лит­вы к Бо­гу, да да­ру­ет Он Церк­ви сво­ей но­во­го вер­хов­но­го пас­ты­ря и учи­те­ля. А ко­гда они уда­ли­лись, ве­лел при­го­то­вить шесть жре­би­ев и на­пи­сать на них име­на, на каж­дом жре­бии по од­но­му име­ни тех ше­сти лиц, ко­то­рых сам же пред­ва­ри­тель­но из­брал. За­пе­ча­тал все эти жре­бии сво­ею цар­скою пе­ча­тью и ото­слал через бо­яри­на сво­е­го Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча Льво­ва в со­бор­ную цер­ковь к на­хо­див­шим­ся там свя­ти­те­лям с тем, чтобы они по­мо­ли­лись Бо­гу и Пре­чи­стой Бо­го­ро­ди­це, вы­ну­ли пред Ее чу­до­твор­ною ико­ною Вла­ди­мир­скою один из при­слан­ных жре­би­ев, «ко­го Бог из­во­лит и Пре­чи­стая Бо­го­ро­ди­ца из­бе­рет бы­ти пат­ри­ар­хом», и тот жре­бий при­сла­ли нерас­пе­ча­тан­ным к го­су­да­рю. Свя­ти­те­ли взя­ли сна­ча­ла три жре­бия, по­ло­жи­ли их в дра­го­цен­ную па­на­гию, ко­то­рую но­си­ли преж­ние пат­ри­ар­хи, по­ста­ви­ли па­на­гию в ки­о­те на пе­лене пред чу­до­твор­ною ико­ною Вла­ди­мир­ской Бо­го­ма­те­ри и на­ча­ли мо­леб­ствие. По окон­ча­нии мо­леб­на ста­рей­ший из ар­хи­ере­ев, Нов­го­род­ский мит­ро­по­лит Аф­фо­ний, ве­лел Ро­стов­ско­му мит­ро­по­ли­ту Вар­ла­а­му вы­нуть один из трех на­хо­див­ших­ся в па­на­гии жре­би­ев и дер­жать в ру­ках, а два осталь­ные от­ло­жить. По­том по­ло­жи­ли в ту же па­на­гию дру­гие три жре­бия из ше­сти, при­слан­ных ца­рем, по­ста­ви­ли ее пред тою же чу­до­твор­ною ико­ною на пе­лене, вновь со­вер­ши­ли мо­леб­ствие, и из па­на­гии вы­нут был еще один жре­бий мит­ро­по­ли­том Сар­ским Се­ра­пи­о­ном, а два осталь­ные от­ло­же­ны. На­ко­нец, в ту же па­на­гию по­ло­жи­ли два преж­де вы­ну­тых из нее жре­бия и по­ста­ви­ли ее пред чу­до­твор­ною ико­ною Бо­го­ма­те­ри. По окон­ча­нии тре­тье­го мо­леб­ствия один из этих двух жре­би­ев вы­нул ар­хи­епи­скоп Суз­даль­ский Се­ра­пи­он и под­нес мит­ро­по­ли­ту Аф­фо­нию и все­му со­бо­ру. Аф­фо­ний, не рас­пе­ча­ты­вая жре­бия, от­дал его кня­зю Льво­ву для до­став­ле­ния го­су­да­рю. Царь рас­пе­ча­тал жре­бий пред всем сво­им цар­ским син­кли­том и объ­явил, что «бла­го­во­ли Бог и Пре­чи­стая Бо­го­ро­ди­ца бы­ти пат­ри­ар­хом Иоси­фу, ар­хи­манд­ри­ту Си­мо­но­ва мо­на­сты­ря», и тот­час же по­слал кня­зя Льво­ва в со­бор­ную цер­ковь воз­ве­стить о том са­мо­му ар­хи­манд­ри­ту Иоси­фу пред всем освя­щен­ным со­бо­ром. Та­кое необы­чай­ное из­бра­ние Иоси­фа на пат­ри­ар­ше­ство со­вер­ши­лось 20 мар­та 1642 г. На сле­ду­ю­щий день под пред­се­да­тель­ством Аф­фо­ния про­ис­хо­ди­ло на­ре­че­ние, а 27 мар­та – и са­мое по­свя­ще­ние Иоси­фа в пат­ри­ар­ха в при­сут­ствии ца­ря.
В 1643 г. Аф­фо­ний воз­вел в сан игу­ме­на Бе­ло­зер­ской Ко­же­озер­ской пу­сты­ни ино­ка Ни­ко­на, впо­след­ствии зна­ме­ни­то­го пат­ри­ар­ха. Ни­кон пер­во­на­чаль­но под­ви­зал­ся на Ан­зер­ском ост­ро­ве, где про­вел око­ло че­ты­рех лет, а от­ту­да для уеди­нен­ных по­дви­гов пе­ре­се­лил­ся в Ко­же­озер­скую пу­стынь. Здеш­няя бра­тия, ви­дя су­ро­вые ино­че­ские по­дви­ги Ни­ко­на, из­бра­ла его се­бе на­сто­я­те­лем. До­стой­но за­ме­ча­ния, что Аф­фо­ний, воз­во­дя Ни­ко­на в сан игу­ме­на, то­гда же про­ро­че­ски пред­рек ему, что он бу­дет пре­ем­ни­ком его на ка­фед­ре Нов­го­род­ской.
В 1645 г. Нов­го­род­ский вла­ды­ка Аф­фо­ний при­сут­ство­вал при вен­ча­нии на цар­ство шест­на­дца­ти­лет­не­го юно­ши Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча. В этом же го­ду юный царь под­твер­дил мит­ро­по­ли­ту Аф­фо­нию пра­во са­мо­му ему «ве­дать и су­дить сво­их ар­хи­ерей­ских лю­дей и дья­ков, и де­тей бо­яр­ских, и кре­стьян, и вся­ких до­мо­вых слу­жеб­ни­ков во вся­ких ис­цо­вых ис­ках». Это пра­во, при то­гдаш­нем огра­ни­че­нии ду­хов­ной вла­сти, со­став­ля­ло осо­бен­ную цар­скую ми­лость, ко­то­рою поль­зо­ва­лись очень немно­гие свя­ти­те­ли. В 1648 г. по­жа­ло­ва­ны бы­ли Аф­фо­нию от ца­ря два двор­цо­вых се­ла.
В ген­ва­ре 7-го дня 1649 г. (ле­та 7157) Аф­фо­ний, по по­ве­ле­нию ца­ря Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча, был вы­зван в Моск­ву. В быт­ность свою здесь он «бил че­лом ве­ли­ко­му го­су­да­рю ца­рю, чтоб го­су­дарь по­жа­ло­вал от­пу­стил его в ке­ллию, за­не­же ему свя­ти­те­лю су­щу в древ­ней ста­ро­сти». Прось­ба бы­ла ува­же­на: царь по­жа­ло­вал, от­пу­стил его с Моск­вы и в ке­ллию. По при­бы­тии в В. Нов­го­род мит­ро­по­лит Аф­фо­ний «фев­ра­ля в 21-й день уда­лил­ся на по­кой в оби­тель Все­ми­ло­сти­ва­го Спа­са ве­ли­ка­го чу­до­твор­ца Вар­ла­а­ма. И бысть в В. Но­ве­гра­де во свя­ти­тель­стве 14 лет без дву недель, а в оби­те­ли Все­ми­ло­сти­ва­го Спа­са и чу­до­твор­ца Вар­ла­а­ма, как све­ден с мит­ро­по­лии, был три ле­та без по­лу­то­ра ме­ся­ца, ту и пре­ста­ви­ся 6-го ап­ре­ля в ле­то 7160 (1652)».
Ке­лей­ные мо­лит­вен­ные по­дви­ги свя­ти­те­ля Аф­фо­ния оста­ют­ся неиз­вест­ны­ми ми­ру, но о них луч­ше все­го сви­де­тель­ству­ет дар про­зор­ли­во­сти, ко­то­рый дан был ему от Бо­га при жиз­ни. Так, ко­гда он воз­во­дил Ни­ко­на в сан игу­ме­на Ко­же­озер­ской пу­сты­ни, то то­гда же, за несколь­ко еще лет, пред­ска­зал ему, что тот бу­дет пре­ем­ни­ком его на Нов­го­род­ской свя­ти­тель­ской ка­фед­ре. А по­том он же пред­ска­зал Ни­ко­ну и воз­ве­де­ние его на пат­ри­ар­ший пре­стол всея Рос­сии. Со­хра­ни­лось ска­за­ние, что ко­гда Ни­кон, при­быв в Нов­го­род, в сане свя­ти­те­ля по­ехал в Ху­тын­ский мо­на­стырь к про­жи­вав­ше­му там на по­кое сво­е­му пред­мест­ни­ку, мит­ро­по­ли­ту Аф­фо­нию, му­жу свя­той жиз­ни, но по ста­ро­сти и бес­па­мят­ству доб­ро­воль­но оста­вив­ше­му свою ка­фед­ру, и на­чал про­сить у него се­бе бла­го­сло­ве­ния, то Аф­фо­ний от­ве­чал: «Ты ме­ня бла­го­сло­ви». По­сле дол­го­го пре­пи­ра­тель­ства меж­ду ни­ми об этом ска­зал, на­ко­нец: «Бла­го­сло­ви ме­ня, пат­ри­ар­ше...» Ни­кон за­ме­тил: «Нет, от­че свя­тый, я греш­ный мит­ро­по­лит, а не пат­ри­арх...» – «Бу­дешь пат­ри­ар­хом, и бла­го­сло­ви ме­ня», – по­яс­нил свою мысль Аф­фо­ний и дей­стви­тель­но пер­вый при­нял бла­го­сло­ве­ние от Ни­ко­на, а за­тем бла­го­сло­вил и его. Пред­ска­за­ние это вско­ре же ис­пол­ни­лось.
Но осо­бен­но от­кры­лась бо­го­угод­ная жизнь свя­ти­те­ля Аф­фо­ния сразу по­сле его кон­чи­ны. В то вре­мя, ко­гда скон­чал­ся ста­рец Аф­фо­ний, мит­ро­по­ли­та Ни­ко­на не бы­ло в Нов­го­ро­де; он на­хо­дил­ся в Со­ло­вец­ком мо­на­сты­ре, ку­да был по­слан ца­рем для пе­ре­не­се­ния в Моск­ву свя­тых мо­щей мит­ро­по­ли­та Филип­па. Те­ло усоп­ше­го свя­ти­те­ля Аф­фо­ния бы­ло по­став­ле­но в Ху­тын­ской мо­на­стыр­ской церк­ви под ко­ло­коль­нею и оста­ва­лось непо­гре­бен­ным 11 недель – с 6 ап­ре­ля по июль ме­сяц, по­ка не при­был от­дать по­след­ний долг по­чив­ше­му Псков­ский ар­хи­епи­скоп Ма­ка­рий. В про­дол­же­ние все­го это­го вре­ме­ни в Нов­го­ро­де и его окрест­но­стях сто­я­ла страш­ная за­су­ха. Но, несмот­ря на силь­ные жа­ры, ис­су­шив­шие все ру­чьи и да­же ре­ки, те­ло усоп­ше­го свя­ти­те­ля не под­верг­лось тле­нию. Ко­гда же по­чив­ший был пе­ре­не­сен из Ху­ты­ня и по­став­лен в Со­фий­ском со­бо­ре, то в но­чи про­лил­ся та­кой обиль­ный дождь, что ре­ки и ру­чьи на­пол­ни­лись во­дою и за­сох­шие по­ля ожи­ви­лись. «Бысть Аф­фо­ний мит­ро­по­лит, – го­во­рит ле­то­пи­сец, – не по­гре­бен 11-ть недель, для то­го что, по го­су­да­ре­ву ука­зу, до­ка­мест не при­е­хал Псков­ский ар­хи­епи­скоп Ма­ка­рий, а Ни­ко­на мит­ро­по­ли­та в то вре­мя в Нов­го­ро­де не бы­ло, для то­го что, по го­су­да­ре­ву ука­зу, ез­дил в Со­лов­ки по Филип­па мит­ро­по­ли­та. Бя­ше же то­го ле­та в Но­ве­гра­де и во окрест­ных стра­нах за­су­ха ве­ли­ка; и егда свя­ти­те­ля Аф­фо­ния мит­ро­по­ли­та при­вез­о­ша в В. Нов­град, и по­ста­ви­ша его в со­бор­ной церкве Со­фии Пре­муд­ро­сти Бо­жии, и абие тоя но­щи бысть дождь ве­лик, яко на­пол­ни­ти­ся ре­кам и ру­чьям, пра­во­слав­нии же лю­дие воз­ра­до­ва­ша­ся вел­ми и хва­лу Бо­гу воз­да­ша. По­гре­бен бысть Аф­фо­ний мит­ро­по­лит у Свя­тей Со­феи Пре­муд­ро­сти Бо­жии в Мар­ти­ри­ев­ской па­пер­ти», где и по­чи­ва­ют его мо­щи под спу­дом.
Имя Аф­фо­ния по­ныне чтит­ся в Нов­го­ро­де, и неред­ко над мо­ги­лою его со­вер­ша­ют­ся па­ни­хи­ды. Па­мять его празд­ну­ет­ся 10 фев­ра­ля; вме­сте с дру­ги­ми Нов­го­род­ски­ми свя­ти­те­ля­ми, по­чи­ва­ю­щи­ми в Со­фий­ском со­бо­ре.

Случайный тест