День памяти

Житие

Великомученик Георгий Победоносец, мученики Анатолий, Протолеон, Гликерий земледелец[1] и иные

Свя­той ве­ли­ко­му­че­ник Ге­ор­гий По­бе­до­но­сец, ро­дом из Кап­па­до­кии (об­ласть в Ма­лой Азии), вы­рос в глу­бо­ко ве­ру­ю­щей хри­сти­ан­ской се­мье. Его отец при­нял му­че­ни­че­скую кон­чи­ну за Хри­ста, ко­гда Ге­ор­гий был еще в дет­ском воз­расте. Мать, вла­дев­шая име­ни­я­ми в Па­ле­сти­не, пе­ре­се­ли­лась с сы­ном на ро­ди­ну и вос­пи­та­ла его в стро­гом бла­го­че­стии.

По­сту­пив на служ­бу в рим­ское вой­ско, свя­той Ге­ор­гий, кра­си­вый, му­же­ствен­ный и храб­рый в сра­же­ни­ях, был за­ме­чен им­пе­ра­то­ром Дио­кли­ти­а­ном (284–305) и при­нят в его стра­жу со зва­ни­ем ко­ми­та – од­но­го из стар­ших во­е­на­чаль­ни­ков.

Им­пе­ра­тор-языч­ник, мно­го сде­лав­ший для воз­рож­де­ния рим­ско­го мо­гу­ще­ства и яс­но по­ни­мав­ший, ка­кую опас­ность пред­став­ля­ет для язы­че­ской ци­ви­ли­за­ции тор­же­ство Рас­пя­то­го Спа­си­те­ля, в по­след­ние го­ды прав­ле­ния осо­бен­но уси­лил го­не­ния на хри­сти­ан. На со­ве­те се­на­та в Ни­ко­ми­дии Дио­кли­ти­ан предо­ста­вил всем пра­ви­те­лям пол­ную сво­бо­ду в рас­пра­ве над хри­сти­а­на­ми и обе­щал свою все­мер­ную по­мощь.

Свя­той Ге­ор­гий, узнав о ре­ше­нии им­пе­ра­то­ра, раз­дал ни­щим своё на­след­ство, от­пу­стил на во­лю ра­бов и явил­ся в Се­нат. Му­же­ствен­ный во­ин Хри­стов от­кры­то вы­сту­пил про­тив им­пе­ра­тор­ско­го за­мыс­ла, ис­по­ве­дал се­бя хри­сти­а­ни­ном и при­звал всех при­знать ис­тин­ную ве­ру во Хри­ста: "Я раб Хри­ста, Бо­га мо­е­го, и, упо­вая на Не­го, пред­стал сре­ди вас по сво­ей во­ле, что­бы сви­де­тель­ство­вать об Ис­ти­не". "Что есть Ис­ти­на?" – по­вто­рил во­прос Пи­ла­та один из са­нов­ни­ков. "Ис­ти­на есть Сам Хри­стос, го­ни­мый ва­ми", – от­ве­чал свя­той.

Оше­лом­лен­ный дерз­но­вен­ной ре­чью доб­лест­но­го во­и­на, им­пе­ра­тор, ко­то­рый лю­бил и воз­вы­шал Ге­ор­гия, по­пы­тал­ся уго­во­рить его не гу­бить сво­ей мо­ло­до­сти, сла­вы и че­сти, но при­не­сти, по обы­чаю рим­лян, жерт­ву бо­гам. На это по­сле­до­вал ре­ши­тель­ный от­вет ис­по­вед­ни­ка: "Ни­что в этой не­по­сто­ян­ной жиз­ни не осла­бит мо­е­го же­ла­ния слу­жить Бо­гу". То­гда по при­ка­зу раз­гне­ван­но­го им­пе­ра­то­ра ору­же­нос­цы ста­ли ко­пья­ми вы­тал­ки­вать свя­то­го Ге­ор­гия из за­ла со­бра­ния, что­бы уве­сти в тем­ни­цу. Но са­ма смер­то­нос­ная сталь ста­но­ви­лась мяг­кой и гну­лась, как толь­ко ко­пья ка­са­лись те­ла свя­то­го, и не при­чи­ня­ла ему бо­ли. В тем­ни­це му­че­ни­ку за­би­ли но­ги в ко­лод­ки и при­да­ви­ли грудь тя­же­лым кам­нем.

На дру­гой день на до­про­се, обес­си­лен­ный, но твер­дый ду­хом, свя­той Ге­ор­гий вновь от­ве­чал им­пе­ра­то­ру: "Ско­рее ты из­не­мо­жешь, му­чая ме­ня, не­же­ли я, му­чи­мый то­бою". То­гда Дио­кли­ти­ан по­ве­лел под­верг­нуть Ге­ор­гия са­мым изощ­рен­ным пыт­кам. Ве­ли­ко­му­че­ни­ка при­вя­за­ли к ко­ле­су, под ко­то­рым бы­ли устро­е­ны дос­ки с же­лез­ны­ми остри­я­ми. При вра­ще­нии ко­ле­са ост­рые лез­вия ре­за­ли об­на­жен­ное те­ло свя­то­го. Сна­ча­ла стра­да­лец гром­ко при­зы­вал Гос­по­да, но вско­ре за­тих, не ис­пус­кая ни еди­но­го сто­на. Дио­кли­ти­ан ре­шил, что ис­тя­за­е­мый уже умер, и, рас­по­ря­див­шись снять ис­тер­зан­ное те­ло с ко­ле­са, от­пра­вил­ся в ка­пи­ще воз­не­сти бла­го­дар­ствен­ную жерт­ву. В этот мо­мент во­круг по­тем­не­ло, гря­нул гром, и был слы­шен глас: "Не бой­ся, Ге­ор­гий, Я с то­бою". За­тем вос­си­ял див­ный свет, и у ко­ле­са по­явил­ся Ан­гел Гос­по­день в об­ра­зе све­то­нос­но­го юно­ши. И ед­ва воз­ло­жил он ру­ку на му­че­ни­ка, ска­зав ему: "Ра­дуй­ся!" – как свя­той Ге­ор­гий вос­стал ис­це­лен­ным. Ко­гда во­и­ны от­ве­ли его в ка­пи­ще, где был им­пе­ра­тор, по­след­ний не ве­рил гла­зам сво­им и ду­мал, что пред ним дру­гой че­ло­век или при­зрак. В не­до­уме­нии и ужа­се всмат­ри­ва­лись языч­ни­ки в свя­то­го Ге­ор­гия и убеж­да­лись в том, что дей­стви­тель­но про­изо­шло чу­до. Мно­гие то­гда уве­ро­ва­ли в Жи­во­тво­ря­ще­го Бо­га хри­сти­ан. Два знат­ных са­нов­ни­ка, свя­тые Ана­то­лий и Про­то­ле­он, тай­ные хри­сти­а­не, тот­час от­кры­то ис­по­ве­да­ли Хри­ста. Их тут же, без су­да, по при­ка­зу им­пе­ра­то­ра усек­ли ме­чом. По­зна­ла ис­ти­ну и ца­ри­ца Алек­сандра, су­пру­га Дио­кли­ти­а­на, на­хо­див­ша­я­ся в ка­пи­ще. Она то­же по­ры­ва­лась про­сла­вить Хри­ста, но её удер­жал один из слуг им­пе­ра­то­ра и увел во дво­рец.

Им­пе­ра­тор еще бо­лее оже­сто­чил­ся. Не те­ряя на­деж­ды сло­мить свя­то­го Ге­ор­гия, он пре­да­вал его на но­вые страш­ные пыт­ки. Сбро­сив в глу­бо­кий ров, свя­то­го му­че­ни­ка за­сы­па­ли не­га­ше­ной из­ве­стью. Че­рез три дня его от­ко­па­ли, но на­шли его ра­дост­ным и не­вре­ди­мым. Свя­то­го обу­ли в же­лез­ные са­по­ги с рас­ка­лен­ны­ми гвоз­дя­ми и с по­бо­я­ми по­гна­ли до тем­ни­цы. Утром же, ко­гда его при­ве­ли на до­прос, бодро­го, со здо­ро­вы­ми но­га­ми, он ска­зал им­пе­ра­то­ру, что ему по­нра­ви­лись са­по­ги. Его би­ли во­ло­вьи­ми жи­ла­ми так, что те­ло и кровь сме­ша­лись с зем­лей, но му­же­ствен­ный стра­да­лец, под­креп­ля­е­мый си­лой Бо­жи­ей, оста­вал­ся не­пре­клон­ным.

Ре­шив, что вол­шеб­ство по­мо­га­ет свя­то­му, им­пе­ра­тор при­звал волх­ва Афа­на­сия, что­бы тот су­мел ли­шить свя­то­го чу­до­дей­ствен­ной си­лы или отра­вил его. Волхв пре­под­нес свя­то­му Ге­ор­гию две ча­ши со сна­до­бья­ми, од­но из ко­то­рых долж­но бы­ло сде­лать его по­кор­ным, а дру­гое – умерт­вить. Но и зе­лья не дей­ство­ва­ли – свя­той по-преж­не­му об­ли­чал язы­че­ские суе­ве­рия и сла­вил Ис­тин­но­го Бо­га.

На во­прос им­пе­ра­то­ра, ка­кая же си­ла по­мо­га­ет му­че­ни­ку, свя­той Ге­ор­гий от­ве­чал: "Не ду­май, что не вре­дят мне му­ки бла­го­да­ря че­ло­ве­че­ско­му уси­лию, – я спа­са­юсь толь­ко при­зы­ва­ни­ем Хри­ста и Его си­лою. Ве­ру­ю­щий в Не­го ни во что вме­ня­ет му­че­ния и спо­со­бен со­тво­рить де­ла, ко­то­рые со­тво­рил Хри­стос" (Ин.14:12). Дио­кли­ти­ан спро­сил, ка­ко­вы же де­ла Хри­сто­вы. – "Сле­пых про­све­щать, про­ка­жен­ных очи­щать, по­да­вать хро­мым хож­де­ние, глу­хим – слух, из­го­нять бе­сов, вос­кре­шать умер­ших".

Зная, что еще ни­ко­гда ни волх­во­ва­ние, ни ве­до­мые ему бо­ги не мог­ли вос­кре­сить мерт­во­го, им­пе­ра­тор, что­бы по­сра­мить упо­ва­ние свя­то­го, ве­лел ему на его гла­зах вос­кре­сить умер­ше­го. На это свя­той ска­зал: "Ты ис­ку­ша­ешь ме­ня, но ра­ди спа­се­ния на­ро­да, ко­то­рый уви­дит де­ло Хри­сто­во, Бог мой со­тво­рит это зна­ме­ние". И ко­гда свя­то­го Ге­ор­гия под­ве­ли к гроб­ни­це, он воз­звал: "Гос­по­ди! По­ка­жи пред­сто­я­щим, что Ты Бог Еди­ный по всей зем­ле, да по­зна­ют Те­бя, Все­силь­но­го Гос­по­да". И по­тряс­лась зем­ля, гроб­ни­ца от­верз­лась, мерт­вец ожил и вы­шел из нее.

Во­очию уви­дев яв­ле­ние все­мо­гу­щей си­лы Хри­сто­вой, на­род ры­дал и про­слав­лял Ис­тин­но­го Бо­га. Волхв Афа­на­сий, при­пав к но­гам свя­то­го Ге­ор­гия, ис­по­ве­дал Хри­ста Все­силь­ным Бо­гом и про­сил про­ще­ния за гре­хи, со­вер­шен­ные в не­ве­де­нии. Од­на­ко за­кос­не­лый в не­че­стии им­пе­ра­тор не вра­зу­мил­ся: он в яро­сти при­ка­зал обез­гла­вить уве­ро­вав­ше­го Афа­на­сия, а так­же вос­кре­шен­но­го че­ло­ве­ка, а свя­то­го Ге­ор­гия опять за­то­чил в тем­ни­цу. Лю­ди, обре­ме­нен­ные не­ду­га­ми, раз­ны­ми спо­со­ба­ми ста­ли про­ни­кать в тем­ни­цу и там по­лу­ча­ли от свя­то­го ис­це­ле­ние и по­мощь. Об­ра­тил­ся к не­му в скор­би и не­кий зем­ле­де­лец Гли­ке­рий, у ко­то­ро­го пал вол. Свя­той с улыб­кой уте­шил его и за­ве­рил, что Бог воз­вра­тит во­ла к жиз­ни. Уви­дев до­ма ожив­ше­го во­ла, зем­ле­де­лец по все­му го­ро­ду стал про­слав­лять Бо­га хри­сти­ан­ско­го. По при­ка­зу им­пе­ра­то­ра свя­той Гли­ке­рий был схва­чен и обез­глав­лен.

По­дви­ги и чу­де­са ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ге­ор­гия умно­жа­ли чис­ло хри­сти­ан, по­это­му Дио­кли­ти­ан ре­шил сде­лать по­след­нюю по­пыт­ку за­ста­вить свя­то­го при­не­сти жерт­вы идо­лам. На­ча­ли го­то­вить су­ди­ли­ще при ка­пи­ще Апол­ло­на. В по­след­нюю ночь свя­той му­че­ник усерд­но мо­лил­ся, а ко­гда за­дре­мал, уви­дел Са­мо­го Гос­по­да, Ко­то­рый под­нял его Сво­ей ру­кой, об­нял и по­це­ло­вал. Спа­си­тель воз­ло­жил на гла­ву ве­ли­ко­му­че­ни­ка ве­нец и ска­зал: "Не бой­ся, но дер­зай и спо­до­бишь­ся цар­ство­вать со Мною".

На­ут­ро в су­ди­ли­ще им­пе­ра­тор пред­ло­жил свя­то­му Ге­ор­гию но­вое ис­пы­та­ние – он пред­ла­гал ему стать сво­им со­пра­ви­те­лем. Свя­той му­че­ник с при­твор­ной го­тов­но­стью от­ве­тил, что им­пе­ра­то­ру с са­мо­го на­ча­ла сле­до­ва­ло не му­чить его, а ока­зать по­доб­ную ми­лость, и при этом вы­ра­зил же­ла­ние не­мед­лен­но ид­ти в ка­пи­ще Апол­ло­на. Дио­кли­ти­ан ре­шил, что му­че­ник при­ни­ма­ет его пред­ло­же­ние, и по­сле­до­вал с ним в ка­пи­ще в со­про­вож­де­нии сви­ты и на­ро­да. Все жда­ли, что свя­той Ге­ор­гий при­не­сет жерт­ву бо­гам. Он же, по­дой­дя к ис­ту­ка­ну, со­тво­рил крест­ное зна­ме­ние и об­ра­тил­ся к не­му, как к жи­во­му: "Ты ли хо­чешь при­нять от ме­ня жерт­ву как Бог?" Бес, оби­тав­ший в идо­ле, за­кри­чал: "Я не Бог и ни­кто из по­доб­ных мне не Бог. Един Бог толь­ко Тот, ко­то­ро­го ты про­по­ве­ду­ешь. Мы из слу­жа­щих Ему Ан­ге­лов сде­ла­лись от­ступ­ни­ка­ми, и, одер­жи­мые за­ви­стью, пре­льща­ем лю­дей". "Как же дер­за­е­те вы быть здесь, ко­гда сю­да при­шел я, слу­жи­тель Ис­тин­но­го Бо­га?" – спро­сил свя­той. По­слы­шал­ся шум и плач, идо­лы па­ли и со­кру­ши­лись.

Под­ня­лось все­об­щее смя­те­ние. На свя­то­го му­че­ни­ка в не­истов­стве на­ки­ну­лись жре­цы и мно­гие из тол­пы, свя­за­ли его, ста­ли бить и тре­бо­вать не­мед­лен­ной каз­ни.

На шум и кри­ки по­спе­ши­ла свя­тая ца­ри­ца Алек­сандра. Про­би­ра­ясь че­рез тол­пу, она кри­ча­ла: "Бог Ге­ор­ги­ев, по­мо­ги мне. так как Ты Един Все­си­лен". У ног ве­ли­ко­му­че­ни­ка свя­тая ца­ри­ца сла­ви­ла Хри­ста, уни­чи­жая идо­лов и по­кло­няв­ших­ся им.

Дио­кли­ти­ан в ис­ступ­ле­нии не­мед­лен­но вы­нес смерт­ный при­го­вор ве­ли­ко­му­че­ни­ку Ге­ор­гию и свя­той ца­ри­це Алек­сан­дре, ко­то­рая без со­про­тив­ле­ния по­сле­до­ва­ла за свя­тым Ге­ор­ги­ем на казнь. По до­ро­ге она из­не­мог­ла и без чувств при­сло­ни­лась к сте­не. Все ре­ши­ли, что ца­ри­ца скон­ча­лась. Свя­той Ге­ор­гий воз­бла­го­да­рил Бо­га и мо­лил­ся, что­бы и его путь окон­чил­ся до­стой­но. На ме­сте каз­ни свя­той в го­ря­чей мо­лит­ве про­сил Гос­по­да, что­бы Он про­стил му­чи­те­лей, не ве­дав­ших, что тво­рят, и при­вел их к по­зна­нию Ис­ти­ны. Спо­кой­но и му­же­ствен­но свя­той ве­ли­ко­му­че­ник Ге­ор­гий пре­кло­нил свою гла­ву под меч. Это бы­ло 23 ап­ре­ля 303 го­да.

В рас­те­рян­но­сти взи­ра­ли на сво­е­го По­бе­ди­те­ля па­ла­чи и судьи. В кро­ва­вой аго­нии и бес­смыс­лен­ных ме­та­ни­ях кон­ча­лась эра язы­че­ства. Про­шло все­го де­сять лет – и свя­той рав­ноап­о­столь­ный Кон­стан­тин, один из пре­ем­ни­ков Дио­кли­ти­а­на на рим­ском пре­сто­ле, при­ка­жет на­чер­тать на зна­ме­нах Крест и за­вет, за­пе­чат­лен­ный кро­вью Ве­ли­ко­му­че­ни­ка и По­бе­до­нос­ца Ге­ор­гия и ты­сяч не­ве­до­мых му­че­ни­ков: "Сим по­бе­ди­ши".

Из мно­гих чу­дес, со­вер­шен­ных свя­тым ве­ли­ко­му­че­ни­ком Ге­ор­ги­ем, наи­бо­лее из­вест­ное за­пе­чат­ле­но в ико­но­гра­фии. На ро­ди­не свя­то­го, в го­ро­де Бей­ру­те, бы­ло мно­го идо­ло­по­клон­ни­ков. Око­ло го­ро­да, близ Ли­ван­ских гор, на­хо­ди­лось боль­шое озе­ро, в ко­то­ром жил гро­мад­ный змей. Вы­хо­дя из озе­ра, он по­жи­рал лю­дей, и жи­те­ли ни­че­го не мог­ли по­де­лать, так как от од­но­го его ды­ха­ния за­ра­жал­ся воз­дух.

По на­уче­нию бе­сов, жив­ших в идо­лах, царь при­нял та­кое ре­ше­ние: каж­дый день жи­те­ли долж­ны бы­ли по жре­бию от­да­вать в пи­щу змею сво­их де­тей, и ко­гда оче­редь дой­дет до не­го, он обе­щал от­дать свою един­ствен­ную дочь. Про­шло вре­мя, и царь, на­ря­див ее в луч­шие одеж­ды, от­пра­вил к озе­ру. Горь­ко пла­ка­ла де­вуш­ка, ожи­дая смерт­но­го ча­са. Не­ожи­дан­но к ней подъ­е­хал на ко­не ве­ли­ко­му­че­ник Ге­ор­гий с ко­пьем в ру­ке. Де­вуш­ка упра­ши­ва­ла его не оста­вать­ся с ней, что­бы не по­гиб­нуть. Но свя­той, уви­дев змея, осе­нил се­бя крест­ным зна­ме­ни­ем и со сло­ва­ми "Во Имя От­ца и Сы­на и Свя­то­го Ду­ха" устре­мил­ся на не­го. Ве­ли­ко­му­че­ник Ге­ор­гий прон­зил гор­тань змея ко­пьем и по­прал его ко­нем. За­тем он ве­лел де­вуш­ке свя­зать змея сво­им по­я­сом и, как пса, ве­сти в го­род. Жи­те­ли в стра­хе раз­бе­га­лись, но свя­той оста­но­вил их сло­ва­ми: "Не бой­тесь, но упо­вай­те на Гос­по­да Иису­са Хри­ста и ве­руй­те в Не­го, ибо это Он по­слал ме­ня к вам, что­бы спа­сти вас". За­тем свя­той убил змея ме­чом, а жи­те­ли со­жгли его за го­ро­дом. Два­дцать пять ты­сяч че­ло­век, не счи­тая жен­щин и де­тей, кре­сти­лись то­гда, и бы­ла по­стро­е­на цер­ковь во имя Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ге­ор­гия.

Свя­той Ге­ор­гий мог стать та­лант­ли­вым пол­ко­вод­цем и уди­вить мир во­ин­ски­ми по­дви­га­ми. Он скон­чал­ся, ко­гда ему не бы­ло и 30 лет. Спе­ша со­еди­нить­ся с во­ин­ством Не­бес­ным, он во­шел в ис­то­рию Церк­ви как По­бе­до­но­сец. С этим име­нем про­сла­вил­ся он с са­мо­го на­ча­ла хри­сти­ан­ства и на Свя­той Ру­си.

Свя­той Ге­ор­гий По­бе­до­но­сец был Ан­ге­лом и по­кро­ви­те­лем не­сколь­ких ве­ли­ких стро­и­те­лей рус­ской го­су­дар­ствен­но­сти и рус­ской во­ен­ной мо­щи. Сын свя­то­го рав­ноап­о­столь­но­го Вла­ди­ми­ра, Яро­слав Муд­рый, во Свя­том Кре­ще­нии Ге­ор­гий (†  1054), мно­го спо­соб­ство­вал по­чи­та­нию свя­то­го в Рус­ской Церк­ви. Он по­стро­ил го­род Юрьев, ос­но­вал Юрьев­ский мо­на­стырь в Нов­го­ро­де, воз­двиг храм свя­то­го Ге­ор­гия По­бе­до­нос­ца в Ки­е­ве. День освя­ще­ния Ки­ев­ско­го Ге­ор­ги­ев­ско­го хра­ма, со­вер­шен­но­го 26 но­яб­ря 1051 го­да свя­ти­те­лем Ила­ри­о­ном, мит­ро­по­ли­том Ки­ев­ским и всея Ру­си, на­все­гда во­шел в ли­тур­ги­че­скую со­кро­вищ­ни­цу Церк­ви как осо­бый цер­ков­ный празд­ник, Юрьев день, лю­би­мый рус­ским на­ро­дом "осен­ний Ге­ор­гий".

Имя свя­то­го Ге­ор­гия но­сил ос­но­ва­тель Моск­вы Юрий Дол­го­ру­кий († 1157), со­зда­тель мно­гих Ге­ор­ги­ев­ских хра­мов, стро­и­тель го­ро­да Юрье­ва-Поль­ско­го. В 1238 го­ду ге­ро­и­че­скую борь­бу рус­ско­го на­ро­да с мон­голь­ски­ми ор­да­ми воз­гла­вил ве­ли­кий князь Вла­ди­мир­ский Юрий (Ге­ор­гий) Все­во­ло­до­вич († 1238; па­мять 4 фев­ра­ля), сло­жив­ший го­ло­ву в бит­ве на Си­ти. Па­мять о нем, как о Его­рии Храб­ром, за­щит­ни­ке род­ной зем­ли, от­ра­зи­лась в рус­ских ду­хов­ных сти­хах и бы­ли­нах. Пер­вым ве­ли­ким кня­зем Мос­ков­ским, в пе­ри­од, ко­гда Москва ста­но­ви­лась цен­тром со­би­ра­ния зем­ли Рус­ской, был Юрий Да­ни­ло­вич († 1325) – сын свя­то­го Да­ни­и­ла Мос­ков­ско­го, внук свя­то­го Алек­сандра Нев­ско­го. С то­го вре­ме­ни свя­той Ге­ор­гий По­бе­до­но­сец – всад­ник, по­ра­жа­ю­щий змия – стал гер­бом Моск­вы и эм­бле­мой Рус­ско­го го­су­дар­ства. И это еще глуб­же укре­пи­ло свя­зи хри­сти­ан­ских на­ро­дов и осо­бен­но с еди­но­вер­ной Иве­ри­ей (Гру­зи­ей – стра­ной Ге­ор­гия).


При­ме­ча­ние

[1] Не вклю­чён в совре­мен­ный Ме­ся­це­слов Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

Случайный тест