День памяти

Житие

Свя­щен­но­му­чен­ник Иоан­ни­кий (Ли­по­вац) за­ни­ма­ет осо­бое ме­сто в ря­ду серб­ских но­во­му­чен­ни­ков, про­слав­лен­ных в ли­ке свя­тых в кон­це XX ве­ка. Этот ар­хи­ерей Бо­жий был од­ним из пер­вых, кто от­кры­то воз­вы­сил свой го­лос про­тив тер­ро­ра ком­му­ни­стов, вверг­нув­ших серб­ский на­род в огонь бра­то­убий­ствен­ной граж­дан­ской вой­ны. Он же, вме­сте с боль­шей ча­стью вве­рен­но­го ему ду­хо­вен­ства, стал и од­ной из пер­вых жертв это­го тер­ро­ра. Мож­но с уве­рен­но­стью ска­зать, что вступ­ле­ние на ка­фед­ру Чер­но­гор­ских мит­ро­по­ли­тов ста­ло для вла­ды­ки Иоан­ни­кия на­ча­лом вос­хож­де­ния на Гол­го­фу. Че­ты­ре го­да ар­хи­пас­тыр­ско­го слу­же­ния его бы­ли ис­пол­не­ны по­сто­ян­ных невзгод и по­тря­се­ний, стра­да­ний и непре­стан­ной от­ча­ян­ной борь­бы за Цер­ковь и на­род.

Бу­ду­щий свя­щен­но­му­чен­ник ро­дил­ся 16 фев­ра­ля 1890 го­да на бе­ре­гу Ко­тор­ско­го за­ли­ва Адри­а­ти­че­ско­го мо­ря. В Кре­ще­нии ему бы­ло да­но имя Иоанн. Бу­ду­щий ар­хи­пас­тырь за­кон­чил гим­на­зию в Ко­то­ре, Бо­го­слов­ский ин­сти­тут в За­да­ре, а за­тем и фило­соф­ский фа­куль­тет Бел­град­ско­го уни­вер­си­те­та. В 1912 го­ду на день свя­то­го Ди­мит­рия епи­ско­пом Бо­кок­отор­ским и Дуб­ро­виц­ким Вла­ди­ми­ром он был ру­ко­по­ло­жен в сан диа­ко­на, а через два дня при­нял свя­щен­ни­че­ский сан. В по­сле­ду­ю­щие го­ды он нес слу­же­ние в род­ном Ко­то­ре и Пет­ров­це, а с 1922 го­да пре­по­да­вал в гим­на­зии и се­ми­на­рии в Це­ти­нье. В 1925 го­ду был пе­ре­ве­ден в Бел­град, где пре­по­да­вал в 1-й муж­ской гим­на­зии.

8 де­каб­ря 1939 го­да Ар­хи­ерей­ский Со­бор Серб­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви из­брал его, как вдо­во­го свя­щен­ни­ка, ви­ка­ри­ем пат­ри­ар­ха Серб­ско­го для Чер­но­го­рии с по­чет­ным ти­ту­лом епи­ско­па Бу­димль­ско­го. 1 фев­ра­ля 1940 го­да мит­ро­по­лит Скоп­ский Иосиф (Цви­е­вич) со­вер­шил его мо­на­ше­ский по­стриг с име­нем Иоан­ни­кия, а 10 фев­ра­ля в ка­фед­раль­ном со­бо­ре Бел­гра­да про­изо­шло на­ре­че­ние но­во­из­бран­но­го епи­ско­па. 11 фев­ра­ля 1940 го­да пат­ри­арх Серб­ский Гав­ри­ил в со­слу­же­нии мит­ро­по­ли­та Скоп­ско­го Иоси­фа и епи­ско­па Звор­ниц­ко-Туз­лан­ско­го Нек­та­рия со­вер­шил епи­скоп­скую хи­ро­то­нию вла­ды­ки Иоан­ни­кия.

20 фев­ра­ля 1940 го­да епи­скоп Иоан­ни­кий при­был в рас­по­ло­жен­ный на гра­ни­це вве­рен­ной ему епар­хии го­род Хер­цег Но­ви. Здесь его зем­ля­ка­ми ему бы­ла устро­е­на ра­душ­ная встре­ча. На же­лез­но­до­рож­ной стан­ции со­бра­лась мас­са на­ро­да, пред­ста­ви­те­ли вла­стей и об­ще­ствен­но­сти, ду­хо­вен­ство. По­сле при­вет­ствен­ных слов мит­ро­по­лит от­пра­вил­ся в мо­на­стырь Са­ви­ну, где был от­слу­жен крат­кий мо­ле­бен и со­сто­ял­ся празд­нич­ный обед.

На сле­ду­ю­щий день вла­ды­ка был так­же с лю­бо­вью встре­чен в род­ном Ко­то­ре. По­сле мо­леб­на в хра­ме свя­ти­те­ля Ни­ко­лая и обе­да, устро­ен­но­го в до­ме род­но­го бра­та вла­ды­ки, он от­пра­вил­ся в Будву и даль­ше в Це­ти­нье. Ров­но в 16 ча­сов он при­был в сто­ли­цу Чер­но­гор­ских мит­ро­по­ли­тов, где был встре­чен тор­же­ствен­ным зво­ном ко­ло­ко­лов. В Це­тин­ском мо­на­сты­ре его встре­ча­ли пред­ста­ви­те­ли вла­стей, ар­мии, об­ще­ствен­но­сти, уче­ни­ки мест­ных школ, а так­же ду­хо­вен­ство во гла­ве с рек­то­ром се­ми­на­рии от­цом Ми­ха­и­лом Вуй­и­си­чем. По­при­вет­ство­вав встре­ча­ю­щих, вла­ды­ка про­сле­до­вал с ду­хо­вен­ством в храм. По­сле ис­крен­них сер­деч­ных при­вет­ствий и бла­годар­ствен­ной ре­чи епи­ско­па все на­пра­ви­лись в кан­це­ля­рию мит­ро­по­лии, где был ор­га­ни­зо­ван при­ем.

10 де­каб­ря 1940 го­да по ре­ше­нию Ар­хи­ерей­ско­го Со­бо­ра ви­кар­ный епи­скоп Бу­дим­лян­ский Иоан­ни­кий был из­бран мит­ро­по­ли­том Чер­но­гор­ско-При­мор­ским с ка­фед­рой в Це­ти­нье.

По при­зна­нию неко­то­рых био­гра­фов мит­ро­по­ли­та, пе­ри­од, на ко­то­рый при­шлось его ар­хи­пас­тыр­ское слу­же­ние, был страш­ней и тя­же­лей, чем вре­ме­на, в ко­то­рые жил и управ­лял Чер­но­го­ри­ей его слав­ный пред­ше­ствен­ник – свя­той мит­ро­по­лит Петр Це­тин­ский. «Ве­ли­кое зло бы­ло в Чер­но­го­рии в XIX ве­ке. Но мы еще не по­ни­ма­ем, ка­кое зло не толь­ко в Чер­но­го­рии, но и во всех серб­ских зем­лях бы­ло в XX ве­ке. Чер­но­го­рию во вре­ме­на свя­то­го Пет­ра рас­пи­на­ло зло ту­рец­кое и зло брат­ской ме­сти и раз­но­гла­сий. Чер­но­го­рию во вре­мя мит­ро­по­ли­та Иоан­ни­кия рас­пи­на­ло и рас­пя­ло зло фа­шиз­ма и зло ком­му­низ­ма», – спра­вед­ли­во пи­шет Ве­ли­бор Джо­мич.

С на­ча­лом вой­ны в ап­ре­ле 1941 го­да и ок­ку­па­ции Чер­но­го­рии ар­хи­пас­тырь ока­зал­ся в весь­ма слож­ном по­ло­же­нии. В ок­ку­пи­ро­ван­ную ита­льян­ца­ми Чер­но­го­рию хлы­нул по­ток бе­жен­цев с тер­ри­то­рии Гер­це­го­ви­ны, где ору­до­ва­ли хор­ват­ские уста­ши, и из со­сед­них Ко­со­во и Ме­то­хии, где про­тив серб­ско­го на­се­ле­ния раз­вер­нул­ся ал­бан­ский тер­рор. Пред­ме­том осо­бых за­бот мит­ро­по­лии и лич­но вла­ды­ки Иоан­ни­кия ста­ли мно­го­чис­лен­ные бе­жен­цы и обез­до­лен­ные. Как от­ме­ча­ет ав­тор мо­но­гра­фии «Граж­дан­ская вой­на в Чер­но­го­рии. 1941–1945 го­ды» В. Ред­зич, «Це­тин­ская мит­ро­по­лия ста­ла ме­стом, ку­да еже­днев­но при­хо­ди­ли лю­ди из раз­ных кра­ев Чер­но­го­рии, Бо­ки и Сан­джа­ка»[1]. Вла­ды­ка стал хо­да­та­ем и за­ступ­ни­ком для свя­щен­но­слу­жи­те­лей, во­ен­но­слу­жа­щих и граж­дан­ских лиц, ока­зав­ших­ся в кон­цен­тра­ци­он­ных ла­ге­рях, ин­тер­ни­ро­ван­ных на тер­ри­то­рию со­сед­них Ал­ба­нии и Ита­лии. Он неод­но­крат­но об­ра­щал­ся с хо­да­тай­ства­ми к выс­шим пред­ста­ви­те­лям ок­ку­па­ци­он­ных вла­стей.

Пер­во­на­чаль­но ита­льян­цы срав­ни­тель­но ми­ро­лю­би­во от­нес­лись к мест­но­му на­се­ле­нию и да­же по­ста­ра­лись со­хра­нить неко­то­рые до­во­ен­ные ор­га­ны адми­ни­стра­тив­но­го управ­ле­ния. Од­на­ко их ко­неч­ной це­лью бы­ло со­зда­ние ма­ри­о­не­точ­но­го ко­ролев­ства Чер­но­го­рии, и по­это­му они вся­че­ски под­дер­жи­ва­ли не поль­зо­вав­ших­ся ши­ро­ким ав­то­ри­те­том мест­ных се­па­ра­ти­стов. Вла­ды­ка Иоан­ни­кий преду­смот­ри­тель­но дер­жал­ся в сто­роне от этих по­ли­ти­че­ских ак­ций.

16 мая 1941 го­да Чер­но­го­рию по­се­тил ко­роль Ита­лии Вик­тор Эм­ма­ну­ил, ви­зит ко­то­ро­го был со­став­ной ча­стью пла­на ита­льян­цев по про­воз­гла­ше­нию неза­ви­си­мо­го Чер­но­гор­ско­го го­су­дар­ства. На­ка­нуне его при­ез­да по­ли­ция обо­шла до­ма «со­мни­тель­ных лиц», не по­же­лав­ших под­пи­сы­вать за­яв­ле­ние о ло­яль­но­сти ита­льян­ским вла­стям. По­сле по­се­ще­ния Под­го­ри­цы ита­льян­ский ко­роль при­был в Це­ти­нье. В ря­ду про­чих мест он по­се­тил и ре­зи­ден­цию мит­ро­по­ли­та. Вла­ды­ка Иоан­ни­кий встре­тил его в про­стой ман­тии, без ка­ких-ли­бо зна­ков мит­ро­по­ли­чье­го до­сто­ин­ства[2]. Об­ра­тив­шись к ко­ро­лю с по­ло­жен­ным при­вет­стви­ем, он от­ме­тил, что его стра­на по­ра­бо­ще­на, а на­род опе­ча­лен, и он был бы счаст­лив встре­тить ко­ро­ля при дру­гих об­сто­я­тель­ствах. Сло­ва мит­ро­по­ли­та, об­ра­щен­ные к Вик­то­ру Эм­ма­ну­и­лу, зву­ча­ли ско­рее как укор, чем как ожи­да­е­мое при­вет­ствие. По вос­по­ми­на­ни­ям оче­вид­цев, вый­дя из Це­тин­ско­го мо­на­сты­ря, ита­льян­ский ко­роль вы­гля­дел по­дав­лен­ным. От­но­ше­ние ита­льян­цев к вла­ды­ке по­сле ви­зи­та ко­ро­ля за­мет­но ухуд­ши­лось.

В июле 1941 го­да на тер­ри­то­рии Чер­но­го­рии на­ча­лось на­род­ное вос­ста­ние про­тив ок­ку­пан­тов. При этом ком­му­ни­сты, хо­тя они и бы­ли од­ни­ми из ини­ци­а­то­ров на­ча­ла во­ору­жен­ной борь­бы, тем не ме­нее, не сыг­ра­ли за­мет­ной ро­ли в хо­де наи­бо­лее тя­же­лых и кро­во­про­лит­ных бо­ев. Пер­во­на­чаль­ный успех вос­став­ших ока­зал­ся непро­дол­жи­тель­ным. По су­ти, вос­ста­ние при­ве­ло лишь к же­сто­ким и кро­ва­вым ак­ци­ям воз­мез­дия со сто­ро­ны ок­ку­пан­тов и их по­соб­ни­ков. От­но­си­тель­но ми­ро­лю­би­вая по­ли­ти­ка ита­льян­цев в от­но­ше­нии на­се­ле­ния Чер­но­го­рии сме­ни­лась тер­ро­ром. Вос­став­шие же бы­ли пло­хо под­го­тов­ле­ны и не мог­ли ока­зать се­рьез­но­го со­про­тив­ле­ния пре­крас­но во­ору­жен­ным ита­льян­ским бо­е­вым ча­стям.

Вме­сте с тем и в сре­де вос­став­ших про­изо­шло чет­кое раз­ме­же­ва­ние по по­ли­ти­че­ским взгля­дам. Для ком­му­ни­стов борь­ба с ок­ку­пан­та­ми бы­ла неотъ­ем­ле­мой ча­стью ми­ро­вой ре­во­лю­ции и борь­бы за уста­нов­ле­ние дик­та­ту­ры про­ле­та­ри­а­та. При этом мас­шта­бы на­род­ных жертв не осо­бо при­ни­ма­лись ими в рас­чет. Лю­бые же по­ли­ти­че­ские си­лы и от­дель­ные лич­но­сти, за­ча­стую са­мые бла­го­род­ные пред­ста­ви­те­ли пат­ри­о­ти­че­ских кру­гов, про­ти­вив­ши­е­ся безум­но­му и бес­смыс­лен­но­му кро­во­про­ли­тию, бы­ли тут же за­пи­са­ны ком­му­ни­ста­ми во вра­гов на­ро­да, пре­да­те­лей и по­соб­ни­ков ок­ку­пан­там. Вра­га­ми для ком­му­ни­стов ста­ли очень мно­гие ис­тин­ные пат­ри­о­ты, быв­шие офи­це­ры, чле­ны до­во­ен­ных ор­га­нов управ­ле­ния, свя­щен­но­слу­жи­те­ли, пред­ста­ви­те­ли ин­тел­ли­ген­ции и кре­стьяне, не раз­де­ляв­шие идей ми­ро­вой ре­во­лю­ции. Вполне есте­ствен­но, что од­ной из са­мых неудоб­ных для ком­му­ни­стов фигур вско­ре стал поль­зу­ю­щий­ся на­род­ным ав­то­ри­те­том мит­ро­по­лит, дей­ствия и по­ступ­ки ко­то­ро­го бы­ли про­дик­то­ва­ны един­ствен­ным же­ла­ни­ем – со­хра­нить Цер­ковь и паст­ву.

«Несча­стья умно­жи­лись, – пи­шет тот же Ред­зич, – ко­гда ком­му­ни­сты на­ча­ли вос­ста­ние. Хо­да­тай­ства об осво­бож­де­нии за­лож­ни­ков, ока­за­ние по­мо­щи аре­сто­ван­ным и от­прав­лен­ным в ла­ге­ря в Ал­ба­нии, се­мьям, у ко­то­рых ита­льян­цы со­жгли до­ма, огра­би­ли и уни­что­жи­ли иму­ще­ство, и дру­гим бы­ли по­сто­ян­ны­ми за­ня­ти­я­ми свя­щен­ни­ков. В эти дни сам мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий на­пи­сал бо­лее 400 про­ше­ний и дру­гих об­ра­ще­ний на ита­льян­ском язы­ке и на­пра­вил ок­ку­па­ци­он­ным ор­га­нам»[3].

«Ком­му­ни­сти­че­ское вос­ста­ние и убий­ства ком­му­ни­ста­ми неви­нов­ных лю­дей по­ро­ди­ло про­пасть меж­ду ни­ми и ду­хо­вен­ством. Це­тин­ский мит­ро­по­лит осу­дил их дей­ствия и… при­звал не сле­до­вать за их ”ло­жью и без­бо­жи­ем”»[4]. Же­сто­кие ак­ции тер­ро­ра и рас­пра­вы над ни в чем не по­вин­ным на­се­ле­ни­ем со сто­ро­ны пар­ти­зан при­ни­ма­ли по­ис­ти­не де­мо­ни­че­ских ха­рак­тер.

18 мая 1942 го­да мит­ро­по­лит разо­слал окруж­ное по­сла­ние всем свя­щен­ни­кам с прось­бой до 1 июня предо­ста­вить сви­де­тель­ства о фак­тах ком­му­ни­сти­че­ско­го тер­ро­ра.

«Ско­ро уже год, – пи­сал мит­ро­по­лит, – как в Чер­но­го­рии во­ца­рил­ся ха­ос. В по­след­ние ме­ся­цы ком­му­ни­сты раз­вя­за­ли неви­дан­ный тер­рор. В том на­си­лии, что учи­ни­ли они над на­шим на­ро­дом, боль­ше все­го стра­да­ла Цер­ковь и свя­щен­но­слу­жи­те­ли, ко­то­рые бы­ли раз­лич­ны­ми спо­со­ба­ми му­чи­мы пар­ти­за­на­ми. Из­ве­стия, до­хо­див­шие до нас из раз­ных рай­о­нов епар­хии, и рас­ска­зы свя­щен­ни­ков, по­се­щав­ших нас в по­след­нее вре­мя, бы­ли бо­лее чем ужа­са­ю­щи­ми. Од­на­ко и до сих пор мы не рас­по­ла­га­ем точ­ны­ми све­де­ни­я­ми о тер­ро­ре, осу­ществ­лен­ном ком­му­ни­ста­ми в Чер­но­го­рии. Из­вест­но о несколь­ких хра­мах, по­стра­дав­ших во вре­мя пар­ти­зан­ской опе­ра­ции. Из­вест­но, что мно­гие свя­тые ме­ста осквер­не­ны эти­ми безум­ца­ми. Эти дан­ные, ко­то­ры­ми мы сей­час рас­по­ла­га­ем, непол­ны, и мы при­зы­ва­ем всех при­ход­ских свя­щен­ни­ков и на­сто­я­те­лей мо­на­сты­рей… предо­ста­вить нам в ра­бо­чем по­ряд­ке точ­ные и де­таль­ные со­об­ще­ния о тер­ро­ре, со­вер­шен­ном ком­му­ни­ста­ми, а так­же об ущер­бе, на­не­сен­ном ими Церк­ви и ее иму­ще­ству»[5].

По всей епар­хии пы­лал по­жар вой­ны. Мно­гие цер­ков­ные объ­ек­ты стра­да­ли от дей­ствий ита­льян­цев. Ча­ще все­го это про­ис­хо­ди­ло в хо­де во­ен­ных опе­ра­ций про­тив пар­ти­зан. В пе­ри­од с 28 ян­ва­ря по 9 фев­ра­ля 1942 го­да ита­льян­ская ар­тил­ле­рия из Да­ни­лов­гра­да, дей­ство­вав­шая про­тив пар­ти­зан, неод­но­крат­но об­ру­ши­ва­ла свой огонь на мо­на­стырь Ждре­бао­ник. Во вре­мя са­мо­го силь­но­го об­стре­ла на­сто­я­тель мо­на­сты­ря иеро­мо­нах Па­вел (Па­ви­че­вич) су­мел вме­сте с дву­мя по­мощ­ни­ка­ми вы­не­сти из мо­на­сты­ря ки­вот с мо­ща­ми свя­ти­те­ля Ар­се­ния Срем­ца и вре­мен­но по­ме­стить их в церк­ви свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в Еле­ни­ке. 21 ап­ре­ля 1942 го­да отец Па­вел из­ве­щал сво­е­го пра­вя­ще­го ар­хи­ерея о тра­ги­че­ской судь­бе оби­те­ли: «Но­вая ко­ло­коль­ня пол­но­стью раз­ру­ше­на, два ко­ло­ко­ла раз­би­ты и вы­ве­де­ны из строя, кров пол­но­стью раз­ру­шен, свод церк­ви так по­стра­дал, что каж­дый день ожи­да­ем его об­ру­ше­ния, ико­но­стас силь­но по­стра­дал от сна­ря­дов. Все цер­ков­ные кни­ги, ли­тий­ни­ца, по­тир, при­бор для при­ча­стия, все кре­сты, ка­ди­ла, цер­ков­ные одеж­ды и дру­гая цер­ков­ная утварь уни­что­же­ны, раз­бро­са­ны и раз­би­ты в церк­ви…»[6].

Ита­льян­цы раз­ру­ши­ли под­соб­ные зда­ния мо­на­сты­ря свя­ти­те­ля Ни­ко­лая в Ниж­них Бр­че­лах и ра­зо­ри­ли прак­ти­че­ски все мо­на­стыр­ское иму­ще­ство. В ап­ре­ле 1942 го­да хо­зяй­ство это­го мо­на­сты­ря бы­ло ото­бра­но ита­льян­ской ар­ми­ей для сво­их нужд. На тер­ри­то­рии оби­те­ли бы­ли воз­ве­де­ны ар­мей­ские по­строй­ки. Ита­льян­цы раз­ру­ши­ли мо­на­стыр­ское зда­ние, в ко­то­ром раз­ме­ща­лась мест­ная на­чаль­ная шко­ла, и по­стро­и­ли на его ме­сте кух­ню[7].

2 мар­та 1942 го­да ита­льян­цы по­до­жгли цер­ковь свя­то­го Ге­ор­гия в се­ле Корнет. 13 ап­ре­ля 1942 го­да ита­льян­ская ар­тил­ле­рия об­стре­ля­ла ве­ли­чай­шую чер­но­гор­скую свя­ты­ню – ка­пел­лу свя­то­го Пет­ра Це­тин­ско­го на Лов­чене. Мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий неза­мед­ли­тель­но об­ра­тил­ся по это­му по­во­ду к гу­бер­на­то­ру Би­ро­ли с прось­бой сроч­но про­ве­сти осмотр и ре­монт ка­пел­лы[8].

Игу­мен мо­на­сты­ря Вра­ньи­на Ро­ман (Вук­ма­но­вич) со­об­щал в мит­ро­по­лию, что в ап­ре­ле 1942 го­да мо­на­стырь был три­жды ограб­лен, а мо­на­стыр­ский кор­пус со­жжен. Вес­ной 1943 го­да в хо­де опе­ра­ций про­тив пар­ти­зан ита­льян­ская авиа­ция бом­би­ла мо­на­стырь Мо­ра­чу, а 23 мая то­го же го­да оби­тель под­верг­лась ар­тил­ле­рий­ско­му об­стре­лу. В 1943 го­ду ита­льян­ца­ми был по­до­жжен кор­пус мо­на­сты­ря Жу­па под Ник­ши­чем. В хра­ме свя­то­го Ди­мит­рия в Бра­и­чах ита­льян­цы, на­чи­ная с июля 1941 го­да, со­дер­жа­ли жи­те­лей се­ла и ло­ша­дей.

Нема­лый урон хра­мам и мо­на­сты­рям на­нес­ли фор­ми­ро­ва­ния пар­ти­зан-ком­му­ни­стов. В сво­ем со­об­ще­нии мит­ро­по­ли­ту от 1 июля 1942 го­да свя­щен­ник Алек­са Жив­ко­вич пи­сал, что ком­му­ни­сты по­вре­ди­ли мест­ную при­ход­скую цер­ковь, разо­рва­ли и раз­бро­са­ли по хра­му бо­го­слу­жеб­ные кни­ги[9]. 17 ап­ре­ля 1942 го­да пар­ти­за­ны по­до­жгли цер­ковь Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла в се­ле Ба­ря­мо­ви­це под Це­ти­нье вме­сте по­чти со всем се­лом, жи­те­ли ко­то­ро­го в ос­нов­ной мас­се бы­ли про­тив ком­му­ни­стов[10].

В Пас­халь­ном по­сла­нии 1942 го­да, опуб­ли­ко­ван­ном в га­зе­те «Го­лос чер­но­гор­ца», мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий от­кры­то вы­сту­пил с осуж­де­ни­ем ком­му­ни­стов. «До­ро­гие мои ду­хов­ные ча­да, – пи­сал он, – се­го­дня, ко­гда мы празд­ну­ем свет­лое Вос­кре­се­ние Хри­сто­во… серд­це мое ис­пол­ня­ет­ся пе­ча­лью и го­ре­чью, ду­ша моя пла­чет, ко­гда ду­маю, что уже боль­ше го­да часть на­ше­го на­ро­да, осо­бен­но мо­ло­дежь, по­шла пу­тем гре­ха, по­плы­ла мут­ны­ми ком­му­ни­сти­че­ски­ми во­да­ми»[11]. Об­ра­тив вни­ма­ние на при­чи­ны то­го, по­че­му ком­му­ни­сти­че­ские идеи на­шли бла­го­дат­ную поч­ву в Чер­но­го­рии, вла­ды­ка пи­шет о том, что ком­му­низм на­чал свое раз­ру­ши­тель­ное дей­ствие уже мно­го лет на­зад. «Что ком­му­ни­сты тре­бу­ют от на­ше­го на­ро­да? Ни боль­ше ни мень­ше, как от­речь­ся от сво­ей на­род­но­сти и пра­во­сла­вия, а зна­чит, от­речь­ся от то­го, что для на­ро­да са­мое свя­тое и са­мое до­ро­гое, что со­став­ля­ет ос­но­ву его жиз­ни и смысл его су­ще­ство­ва­ния»[12]. Да­лее вла­ды­ка осуж­да­ет ком­му­ни­стов за то, что 13 июля 1941 го­да они «под­ня­ли кро­ва­вое вос­ста­ние», при­вед­шее к неис­чис­ли­мым на­род­ным стра­да­ни­ям, и обаг­ри­ли свои ру­ки брат­ской кро­вью.

Мит­ро­по­лит при­ме­нял и всю пол­но­ту цер­ков­ной су­деб­ной вла­сти в от­но­ше­нии пред­ста­ви­те­лей ду­хо­вен­ства, при­со­еди­нив­ших­ся к пар­ти­за­нам-ком­му­ни­стам. 6 ап­ре­ля 1942 го­да он при­ка­зал ар­хи­ерей­ским на­мест­ни­кам при­слать ин­фор­ма­цию о по­ве­де­нии под­чи­нен­ных им свя­щен­ни­ков на тер­ри­то­ри­ях, кон­тро­ли­ро­вав­ших­ся неко­то­рое вре­мя ком­му­ни­ста­ми. «Осо­бен­но со­об­щи­те о тех свя­щен­но­слу­жи­те­лях, – го­во­рит­ся в рас­по­ря­же­нии, – ко­то­рые сра­жа­лись на сто­роне ком­му­ни­стов или рас­про­стра­ня­ли их про­па­ган­ду и тем са­мым со­дей­ство­ва­ли их пре­ступ­ле­ни­ям. К со­жа­ле­нию и сты­ду всех нас, свя­щен­ни­ков, и на со­блазн ве­ру­ю­щих, бы­ли и та­кие свя­щен­ни­ки и иеро­мо­на­хи»[13]. Со­глас­но по­лу­чен­ным дан­ным, бы­ло уста­нов­ле­но, что семь свя­щен­ни­ков и один сек­ре­тарь цер­ков­но­го су­да ак­тив­но со­труд­ни­ча­ли с ком­му­ни­ста­ми. 16 ап­ре­ля 1942 го­да мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий за­пре­тил их в слу­же­нии. Позд­нее мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий и дру­гие пред­ста­ви­те­ли ду­хо­вен­ства неод­но­крат­но вы­сту­па­ли с осуж­де­ни­ем дей­ствий пар­ти­зан-ком­му­ни­стов на тер­ри­то­рии Чер­но­го­рии, охва­чен­ной кро­во­про­лит­ной граж­дан­ской вой­ной. В си­ту­а­ции, ко­гда при­хо­ди­лось вы­би­рать из двух зол мень­шее, пред­ста­ви­те­лям Серб­ской Церк­ви бы­ло лег­че най­ти об­щий язык с ок­ку­па­ци­он­ны­ми вла­стя­ми, ко­то­рые, по край­ней ме­ре, не ис­пы­ты­ва­ли та­кой па­то­ло­ги­че­ской нена­ви­сти к Церк­ви, как ком­му­ни­сты.

В 1944 го­ду мит­ро­по­ли­ту Иоан­ни­кию уда­лось на­ко­нец на­ла­дить кон­такт со Свя­щен­ным Си­но­дом в Бел­гра­де. В са­мом на­ча­ле го­да мит­ро­по­лит пи­сал в сво­ем со­об­ще­нии Свя­щен­но­му Си­но­ду СПЦ о тя­же­лом по­ло­же­нии мит­ро­по­лии: 

«На тер­ри­то­рии епар­хии раз­ру­ше­ны и по­до­жже­ны мо­на­сты­ри: Ре­же­вич, Гра­диш­те, Ждре­бао­ник, Жу­па и Би­е­ла.

Прак­ти­че­ски все осталь­ные мо­на­сты­ри по­стра­да­ли и осо­бен­но ма­те­ри­аль­но опу­сто­ше­ны, по­то­му что боль­шин­ство из них на­хо­дит­ся в ру­ках ком­му­ни­сти­че­ской ор­га­ни­за­ции.

Иеро­мо­на­хи ча­стью уби­ты, мно­гие из­бе­жа­ли смер­ти, по­ки­нув пе­ред пре­вос­хо­дя­щей си­лой мо­на­сты­ри; а есть, к со­жа­ле­нию, и та­кие, кто на­хо­дит­ся на служ­бе у ком­му­ни­стов.

От де­таль­но­го рас­смот­ре­ния мы воз­дер­жи­ва­ем­ся по­то­му, что не име­ем со­об­ще­ния с внут­рен­ни­ми рай­о­на­ми епар­хии…»[14].

До­воль­но ем­ко опре­де­лил по­ло­же­ние Серб­ской Церк­ви в Чер­но­го­рии ис­сле­до­ва­тель Ву­кич в кни­ге «Чер­но­гор­ско-При­мор­ская мит­ро­по­лия на рас­пу­тье ис­то­рии»: «Фа­шист­ская ок­ку­па­ция и граж­дан­ская вой­на в 1941–1945 го­дах со­зда­ли се­рьез­ную угро­зу Це­тин­ской мит­ро­по­лии и су­ще­ство­ва­нию пра­во­слав­но­го ду­хо­вен­ства в Чер­но­го­рии. Мит­ро­по­лия ока­за­лась в неза­вид­ном по­ло­же­нии под дав­ле­ни­ем двух во­ин­ству­ю­щих идео­ло­гий ан­ти­хри­сти­ан­ско­го ду­ха (фа­шиз­ма и ком­му­низ­ма), ко­то­рые со­зда­ва­ли угро­зу со­хра­не­нию пра­во­слав­ной ве­ры, куль­ту­ры и ци­ви­ли­за­ции не толь­ко в Чер­но­го­рии, но и на всем серб­ском и рус­ском эт­ни­че­ском про­стран­стве. Од­на­ко неумо­ли­мые ис­то­ри­че­ские фак­ты сви­де­тель­ству­ют, что ком­му­ни­сты в Чер­но­го­рии… при­ме­ня­ли несрав­ни­мо бо­лее же­сто­кие ре­прес­сии в от­но­ше­нии пра­во­слав­но­го кли­ра, неже­ли ок­ку­па­ци­он­ные вла­сти»[15].

В но­яб­ре 1944 го­да при на­ступ­ле­нии пар­ти­зан мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий при­нял ре­ше­ние вре­мен­но по­ки­нуть Це­ти­нье вме­сте со зна­чи­тель­ной ча­стью пра­во­слав­но­го ду­хо­вен­ства и от­пра­вит­ся в сто­ро­ну за­пад­ной гра­ни­цы Юго­сла­вии. Про­изо­шел фак­ти­че­ский ис­ход серб­ско­го ду­хо­вен­ства. В ко­лонне бе­жен­цев, по­ми­мо свы­ше 60 свя­щен­ни­ков, бы­ло око­ло 5–6 ты­сяч чер­но­гор­ских чет­ни­ков, боль­шое ко­ли­че­ство ста­ри­ков, жен­щин и де­тей. Бе­жен­цы от­прав­ля­лись в бук­валь­ном смыс­ле сло­ва в неиз­вест­ность. По всей ви­ди­мо­сти, это был шаг от­ча­я­ния в на­деж­де ока­зать­ся в аме­ри­кан­ской ок­ку­па­ци­он­ной зоне и не по­пасть в ру­ки к ком­му­ни­стам. Од­на­ко до­стиг­нув Сло­ве­нии, бе­жен­цы у ме­стеч­ка Зи­да­ни мост бы­ли схва­че­ны во­ен­но­слу­жа­щи­ми 1-й Юго­слав­ской ар­мии, ко­то­рой ко­ман­до­вал ге­не­рал Печ­ко Дап­че­вич.

В пер­вой по­ло­вине июня 1945 го­да в Аран­дже­лов­це мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий был убит. Рас­пра­вой над мит­ро­по­ли­том ко­ман­до­ва­ли то­гдаш­ний пол­ков­ник ОЗНА Вла­ди­мир Ро­ло­вич и ге­не­рал Пе­ко Дап­че­вич.

В на­ча­ле 90-х го­дов XX ве­ка на стра­ни­цах цер­ков­ной прес­сы по­яви­лось несколь­ко неиз­вест­ных ра­нее сви­де­тельств об об­сто­я­тель­ствах му­че­ни­че­ской кон­чи­ны мит­ро­по­ли­та. В ка­лен­да­ре «Цер­ковь» за 1991 год бы­ло по­ме­ще­но сви­де­тель­ство про­фес­со­ра Све­то­за­ра Ду­ша­ни­ча. Его отец, свя­щен­ник Сте­ва Ду­ша­нич, слу­жил в кон­це вой­ны в Аран­дже­лов­це. Он со­об­щал, что ко­гда в се­ре­дине сен­тяб­ря 1944 го­да в Аран­дже­ло­вац при­шли пар­ти­за­ны, то в од­ном из зда­ний раз­ме­сти­лось от­де­ле­ние ОЗНА ("ОЗНА" – От­де­ле­ние за­щи­ты на­ро­да.). В ком­на­тах вре­мен­но со­дер­жа­лось по 30–40 за­клю­чен­ных, ко­то­рых по­том пла­но­мер­но лик­ви­ди­ро­ва­ли у ре­ки под го­рой Бу­куль. В один из празд­нич­ных дней отец Сте­ва за­стал во дво­ре груп­пу за­клю­чен­ных, вы­ве­ден­ных на про­гул­ку, сре­ди ко­то­рых был по­жи­лой че­ло­век с бе­лой бо­ро­дой и в граж­дан­ской одеж­де, ко­то­рый со­об­щил ему, что он мит­ро­по­лит Чер­но­гор­ско-При­мор­ский Иоан­ни­кий. Вла­ды­ка рас­ска­зал от­цу Сте­во, что по­сле аре­ста был до­став­лен в За­греб, где у него от­ня­ли лич­ные ве­щи, па­на­гию и об­ла­че­ние. Ин­фор­ма­ция о том, что мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий на­хо­дит­ся в Аран­дже­лов­це до­шла до свя­щен­но­на­ча­лия в Бел­гра­де, но по­пыт­ка про­яс­нить у пред­ста­ви­те­лей на­род­ной вла­сти судь­бу за­клю­чен­но­го не при­нес­ла успе­ха.

О по­след­них днях мит­ро­по­ли­та Иоан­ни­кия в Аран­дже­лов­це сви­де­тель­ству­ет и док­тор Алек­сандр Недок, лич­но знав­ший мит­ро­по­ли­та. В июне 1945 го­да он на­хо­дил­ся в ка­че­стве во­ен­но­слу­жа­ще­го в шта­бе 1-й Юго­слав­ской ар­мии. Од­на­жды в раз­го­во­ре с со­слу­жив­ца­ми он узнал о том, что его быв­ший учи­тель за­ко­на Бо­жи­его на­хо­дит­ся в тюрь­ме в Аран­дже­лов­це. На во­прос о том, мо­жет ли он по­се­тить за­клю­чен­но­го, был по­лу­чен от­вет, что это за­пре­ще­но и что луч­ше да­же не го­во­рить об этом. Через несколь­ко дней он по­лу­чил из­ве­стие, что мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий мертв.

Дру­гое, ко­рот­кое, но мно­го­го­во­ря­щее сви­де­тель­ство о кон­чине мит­ро­по­ли­та со­дер­жит­ся в до­ку­мен­те, на­прав­лен­ном шта­бом 1-й Юго­слав­ской ар­мии 21 июня 1945 го­да в Чер­но­гор­скую мит­ро­по­лию в Це­ти­нье: «По­сы­ла­ем вам па­на­гию и крест, ко­то­рые най­де­ны у раз­бой­ни­ка быв­ше­го мит­ро­по­ли­та Иоан­ни­кия. Смерть фа­шиз­му, сво­бо­да на­ро­ду!»

Ге­не­рал Пе­ко Дапчевич: "В од­ном из но­ме­ров жур­на­ла «Све­ти­го­ра» за 1992 год был опуб­ли­ко­ван рас­сказ про­то­и­е­рея Бран­ко Мар­ко­ви­ча, един­ствен­но­го на тот мо­мент жи­во­го свя­щен­ни­ка, по­лу­чив­ше­го хи­ро­то­нию от рук свя­щен­но­му­чен­ни­ка. Отец Бран­ко со­об­щал, что в 1951–1952 го­дах встре­чал в мо­на­сты­ре Прас­кви­ца че­ло­ве­ка, ра­бо­тав­ше­го рань­ше при мит­ро­по­ли­те и по­ки­нув­ше­го вме­сте с ним Це­ти­нье в 1944 го­ду. По его сло­вам, вла­ды­ка был схва­чен вме­сте с груп­пой свя­щен­ни­ков у Зи­да­но­го мо­ста, от­прав­лен в За­греб и при­ве­ден к Пе­ко Дап­че­ви­чу. Дап­че­вич спро­сил мит­ро­по­ли­та: «Ты ли Иоан­ни­кий (Ли­по­вац)?» Услы­шав утвер­ди­тель­ный от­вет, он за­явил, что вла­ды­ка не име­ет пра­во пред­став­лять­ся мит­ро­по­ли­том, по­то­му что в Це­ти­нье все­гда пра­ви­ли ве­ли­кие и за­слу­жен­ные лю­ди, а не та­кие пре­да­те­ли, как он. На это вла­ды­ка ука­зал Дап­че­ви­чу, что он не име­ет пра­ва так ве­сти се­бя с ним, мит­ро­по­ли­том, по­то­му что имен­но он выз­во­лил из ита­льян­ско­го ла­ге­ря мать Дап­че­ви­ча и сде­лал все воз­мож­ное для осво­бож­де­ния от­ца. Дап­че­вич от­ве­тил, что это и яв­ля­ет­ся под­твер­жде­ни­ем служ­бы вла­ды­ки ок­ку­пан­там, а за­тем при­ка­зал снять с вла­ды­ки все зна­ки епи­скоп­ско­го до­сто­ин­ства".

На ос­но­ва­нии этих и дру­гих сви­де­тельств из­вест­но, что мит­ро­по­лит Иоан­ни­кий убит в пер­вой по­ло­вине 1945 го­да в Аран­дже­лов­це. Точ­ное ме­сто его за­хо­ро­не­ния оста­лось неиз­вест­ным.

В кон­це 1946 го­да мит­ро­по­лит Скоп­ский Иосиф со­об­щал, что пат­ри­арх Гав­ри­ил, узнав об ис­чез­но­ве­нии мит­ро­по­ли­та Иоан­ни­кия из Аран­дже­лов­ца и пред­по­ла­гая, что он убит, со­вер­шил за­упо­кой­ное по­ми­но­ве­ние.

Дол­гие го­ды имя свя­щен­но­му­чен­ни­ка прак­ти­че­ски бы­ло пре­да­но за­бве­нию. Толь­ко в 1990-е го­ды ис­то­ри­ки и цер­ков­ные пуб­ли­ци­сты по­лу­чи­ли воз­мож­ность ис­сле­до­вать судь­бу и ду­хов­ное на­сле­дие мит­ро­по­ли­та Иоан­ни­кия. В 1996 го­ду вы­шла в свет кни­га Ве­ли­бо­ра Джо­ми­ча «Гол­го­фа мит­ро­по­ли­та Чер­но­гор­ско-При­мор­ско­го Иоан­ни­кия. 1941–1945», в ко­то­рой бы­ли со­бра­ны до­ку­мен­ты, в пол­ной ме­ре от­ра­жа­ю­щие все об­сто­я­тель­ства нелег­ко­го слу­же­ния ар­хи­ерея в го­ды вой­ны и ок­ку­па­ции.

22 мая 1998 го­да Свя­щен­ный Ар­хи­ерей­ский Со­бор Серб­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви на сво­ем за­се­да­нии при­нял ре­ше­ние о ка­но­ни­за­ции мит­ро­по­ли­та Чер­но­гор­ско-При­мор­ско­го Ион­ни­кия (Ли­пов­ца) в ли­ке свя­щен­но­му­чен­ни­ков, на­ря­ду с дру­ги­ми серб­ски­ми ар­хи­ере­я­ми, по­стра­дав­ши­ми за Хри­ста в го­ды Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. Тор­же­ствен­ное про­слав­ле­ние свя­щен­но­му­че­ни­ка Иоан­ни­кия в ли­ке свя­тых со­сто­я­лось 22 мая 2002 го­да в хра­ме Свя­то­го Сав­вы в Бел­гра­де.


При­ме­ча­ния

[1] Реџић Ву­че­та, др. Грађан­ски рат у Цр­ноj Го­ри 1941–1945 го­дине. Сту­по­ви. Под­го­ри­ца, 2002. Књ. 1. С. 111.

[2] Там же. С. 117.

[3] Там же.

[4] Там же. С. 112.

[5] http://www.mitropolija.me/istbibl/golgota_joanikija/dzomic-golgota_1942.html#b42_15

[6] Ву­кић П. Мит­ро­по­лиjа Цр­но­гор­ско-При­мор­ска на рас­пећу ис­то­риjе: са по­себ­ним освр­том на раз­доб­лье од 1941–1961. С. 31.

[7] Там же.

[8] Там же. С. 31–33.

[9] Там же. С. 34.

[10] Там же.

[11] Џомиħ В. Гол­го­та мит­ро­по­ли­та Цр­но­гор­ско-при­мор­ског Jоани­киjа (1941–1945). Це­тиње: Све­ти­го­ра, 1996. C. 79.

[12] Там же. C. 80.

[13] Там же. С. 84.

[14] Из­ве­штаj мит­ро­по­ли­та Све­том Ар­хиjереjском Си­но­ду СПЦ. М.бр. 141/02.02.1944 г. // Там же. С. 289.

[15] Ву­кић П. Мит­ро­по­лиjа Цр­но­гор­ско-При­мор­ска на рас­пећу ис­то­риjе. Це­тиње, 2002. С. 28.

Случайный тест