День памяти

7 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

Житие

Бу­ду­щий свя­щен­но­ис­по­вед­ник Ми­ха­ил ро­дил­ся в 1868 го­ду в го­ро­де Москве, в се­мье пса­лом­щи­ка Фе­до­ра Мар­ко­ва. В го­ды уче­бы Ми­ха­ил вме­сте с то­ва­ри­щем ез­дил на ка­ни­ку­лы в се­ло Аме­ре­во Брон­ниц­ко­го уез­да, от­ку­да был ро­дом его отец. В этом се­ле Ми­ха­ил Мар­ков по­зна­ко­мил­ся со сво­ей бу­ду­щей же­ной, Алек­сан­дрой Ва­си­льев­ной Все­х­свят­ской; впо­след­ствии у них ро­ди­лось де­сять де­тей. В 1887 го­ду он окон­чил ду­хов­ное учи­ли­ще. В это вре­мя для служ­бы в хра­ме се­ла Аме­ре­во по­тре­бо­вал­ся пса­лом­щик, и Ми­ха­ил Фе­до­ро­вич по­сту­пил ту­да на эту долж­ность.

В 1919 го­ду он пе­ре­шел в храм пре­по­доб­но­го Сер­гия в се­ле Го­ры Озер­ско­го уез­да Мос­ков­ской гу­бер­нии, где пер­вое вре­мя был пса­лом­щи­ком. Вско­ре Ми­ха­ил Фе­до­ро­вич был ру­ко­по­ло­жен в сан диа­ко­на; в этом сане он про­дол­жил свое слу­же­ние в Гор­ской церк­ви. На­сто­я­те­лем здесь был про­то­и­е­рей Па­вел Нев­ский. В се­ле бы­ло две церк­ви. Во вто­рой церк­ви – Вве­де­ния во храм Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы – слу­жил свя­щен­ник Ми­ха­ил Тро­иц­кий. В 1923 го­ду диа­кон Ми­ха­ил был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка. Так он стал свя­щен­но­слу­жи­те­лем во храм пре­по­доб­но­го Сер­гия се­ла Го­ры.

Отец Ми­ха­ил и его же­на от­ли­ча­лись боль­шим ми­ло­сер­ди­ем. У них все­гда кто-ни­будь но­че­вал из обез­до­лен­ных и ни­щих. Один из ни­щих, тя­же­ло за­болев, так и умер у них на пе­чи. По рас­ска­зам род­ствен­ни­ков, Алек­сандра Ва­си­льев­на ва­ри­ла ва­ре­нье та­за­ми, а от­да­ва­ли все ни­щим. Для них она бы­ла са­мым до­ро­гим и близ­ким че­ло­ве­ком.

Пред­се­да­тель во­лост­но­го со­ве­та со­чув­ство­вал се­мье свя­щен­ни­ка и в осо­бен­но­сти его жене, по­чи­тая ее за стран­но­при­им­ство. Ко­гда вла­сти при­ня­ли ре­ше­ние о вы­се­ле­нии кре­стьян и ста­ли со­став­лять спис­ки ли­шен­цев, в ко­то­рые долж­на бы­ла по­пасть и се­мья свя­щен­ни­ка, он при­шел к Алек­сан­дре Ва­си­льевне и ска­зал: «По­ка отец Ми­ха­ил здесь, да­вай­те – я вас раз­ве­ду». Они по­шли в во­лост­ной со­вет, где пред­се­да­тель вы­пи­сал до­ку­мен­ты, что свя­щен­ник с же­ной раз­ве­де­ны, офор­мив раз­вод зад­ним чис­лом. Бла­го­да­ря это­му Алек­сандра Ва­си­льев­на и де­ти не по­па­ли в спис­ки ли­шен­цев, и впо­след­ствии, ко­гда отец Ми­ха­ил был аре­сто­ван, ни­кто из его се­мьи не был вы­слан и дом остал­ся за ни­ми.

Вре­мя бы­ло та­кое, что ино­гда де­ти бо­я­лись от­кры­то об­щать­ся с ро­ди­те­ля­ми, ес­ли тех пре­сле­до­ва­ли вла­сти. Од­на из до­че­рей от­ца Ми­ха­и­ла, жив­шая в Озе­рах, ес­ли со­би­ра­лась на­ве­стить ро­ди­те­лей, то про­си­ла, чтобы ее при­во­зи­ли на те­ле­ге тай­но, под се­ном.

Отец Ми­ха­ил, ис­пол­няя свой долг, без­от­каз­но хо­дил ко всем, кто про­сил со­бо­ро­вать и при­ча­щать. Вла­стям это не нра­ви­лось; в на­ча­ле ян­ва­ря 1930 го­да они при­шли к свя­щен­ни­ку с обыс­ком и на­шли в свя­том уг­лу да­ро­но­си­цу. Это ста­ло до­ста­точ­ным, чтобы за­ве­сти на него уго­лов­ное де­ло. 24 ян­ва­ря 1930 го­да на­род­ный суд Озер­ско­го рай­о­на при­го­во­рил от­ца Ми­ха­и­ла к трем го­дам ссыл­ки, об­ви­нив в хи­ще­нии цер­ков­но­го иму­ще­ства. При­го­вор, од­на­ко, не успе­ли при­ве­сти в ис­пол­не­ние. В ночь со 2 на 3 фев­ра­ля отец Ми­ха­ил был аре­сто­ван и за­клю­чен в тюрь­му в го­ро­де Ко­ломне; вме­сте с ним был аре­сто­ван свя­щен­ник Вве­ден­ско­го хра­ма и неко­то­рые при­хо­жане. Их об­ви­ни­ли в том, что они «про­во­ди­ли сре­ди на­се­ле­ния злост­ную ан­ти­со­вет­скую аги­та­цию про­тив ме­ро­при­я­тий со­вет­ской вла­сти на се­ле с ис­поль­зо­ва­ни­ем ре­ли­ги­оз­ных пред­рас­суд­ков неко­то­рой ча­сти масс, чем при­чи­нен зна­чи­тель­ный вред». 6 фев­ра­ля сле­до­ва­тель до­про­сил от­ца Ми­ха­и­ла. Вы­слу­шав во­про­сы сле­до­ва­те­ля, свя­щен­ник от­ве­тил: «По во­про­су кол­хо­зов суж­де­ния с граж­да­на­ми име­ли та­кие. По­лу­чит­ся ли от это­го толк, не вы­шло бы ра­зо­ре­ния кре­стьян­ских хо­зяйств. Та­кое опа­се­ние на­ше по­лу­ча­лось из-за то­го, что мы не бы­ли зна­ко­мы с по­ло­же­ни­ем о кол­хо­зах. По во­про­су о на­ло­гах я оби­жал­ся, что на ду­хо­вен­ство и Цер­ковь на­ло­ги непо­силь­ные. Власть этим устра­и­ва­ет ка­кое-то го­не­ние на ре­ли­гию. Кро­ме то­го, во вре­мя упла­ты на­ло­гов за цер­ковь я ве­ру­ю­щим на со­бра­нии объ­явил: ес­ли де­нег на на­лог не со­бе­рут, то вла­сти за­кро­ют цер­ковь. Несмот­ря на мой при­зыв, де­нег со­бра­но бы­ло ма­ло, и цер­ковь за­кры­ли».

12 фев­ра­ля вла­сти до­про­си­ли од­но­го из сви­де­те­лей, кре­стья­ни­на де­рев­ни Ка­мен­ка Озер­ско­го рай­о­на, тот на во­про­сы сле­до­ва­те­ля от­ве­тил: «Свя­щен­ник Ми­ха­ил Фе­до­ро­вич Мар­ков в бе­се­де с граж­да­на­ми при каж­дом удоб­ном слу­чае вну­шал: «Ре­ли­гия со­вет­ской вла­стью го­ни­ма, вар­вар­ская власть до­би­ва­ет­ся раз­ны­ми ме­ра­ми за­кры­тия церк­вей, че­го ве­ру­ю­щие до­пу­стить не долж­ны. Кре­стьяне на­ло­га­ми за­ду­ше­ны. Преж­де всем жи­лось луч­ше. Сво­ей по­ли­ти­кой власть мо­жет сно­ва до­ве­сти стра­ну до го­ло­да. Кол­лек­ти­вы кро­ме за­ка­ба­ле­ния и ра­зо­ре­ния кре­стьян хо­ро­ше­го ни­че­го не да­дут, по­са­дят всех на па­ек, при­дет­ся всем раз­бе­гать­ся». И во­об­ще вы­ска­зы­вал все­гда недо­воль­ство по адре­су со­вет­ской вла­сти, чем вли­ял на ве­ру­ю­щих. По его при­зы­ву по до­мам граж­дане со­би­ра­ли на цер­ковь день­ги». Эти об­ви­не­ния вла­сти со­чли до­ста­точ­ны­ми для осуж­де­ния.

27 мар­та 1930 го­да трой­ка ОГПУ при­го­во­ри­ла свя­щен­ни­ка Ми­ха­и­ла Мар­ко­ва к ссыл­ке в Се­вер­ный край на пять лет. Отец Ми­ха­ил был со­слан в Ко­ми. Здесь в на­ча­ле трид­ца­тых го­дов раз­ра­зил­ся же­сто­кий го­лод, так что из пи­щи ссыль­ным оста­ва­лась толь­ко кра­пи­ва. Отец Ми­ха­ил не пе­ре­нес го­ло­да и, бу­дучи от при­ро­ды сла­бо­го здо­ро­вья, скон­чал­ся.

Па­мять свя­то­го Цер­ковь со­вер­ша­ет в Со­бо­ре но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских 25 ян­ва­ря по но­во­му сти­лю (7 фев­ра­ля – по ста­ро­му) или в вос­кре­се­ние, бли­жай­шее к 25 ян­ва­ря.

Свя­щен­но­ис­по­вед­ни­че Ми­ха­и­ле, мо­ли Бо­га о нас!

Случайный тест