Дни памяти

16 мая  (переходящая) – Собор новомучеников, в Бутове пострадавших

13 ноября

Житие

Свя­щен­но­му­че­ник Ва­си­лий ро­дил­ся 24 фев­ра­ля 1864 го­да в го­ро­де Сер­пу­хо­ве Мос­ков­ской гу­бер­нии в се­мье пса­лом­щи­ка Ва­си­лия Ар­хан­гель­ско­го. В 1884 го­ду Ва­си­лий Ва­си­лье­вич окон­чил Мос­ков­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию. Же­нил­ся, впо­след­ствии у них с су­пру­гой ро­ди­лось чет­ве­ро де­тей. Был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка и с 1885 по 1891 год слу­жил в хра­ме в се­ле Мат­ве­ев­ском По­доль­ско­го уез­да. В том же го­ду он был пе­ре­ве­ден в храм Ах­тыр­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в се­ле Ах­тыр­ка Хоть­ков­ской во­ло­сти Дмит­ров­ско­го уез­да. В де­рев­нях сво­е­го при­хо­да он ор­га­ни­зо­вал три цер­ков­но­при­ход­ских шко­лы. В 1914 го­ду отец Ва­си­лий был на­граж­ден зо­ло­тым на­перс­ным кре­стом, в 1919 го­ду – воз­ве­ден в сан про­то­и­е­рея.
По­сле при­хо­да к вла­сти без­бож­ни­ков отец Ва­си­лий в 1920 го­ду был аре­сто­ван и при­го­во­рен к трем ме­ся­цам за­клю­че­ния услов­но по об­ви­не­нию в контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти. В 1925 го­ду про­то­и­е­рей Ва­си­лий был на­граж­ден на­перс­ным кре­стом с укра­ше­ни­я­ми, а в 1929 го­ду – па­ли­цей.
В свя­зи с уси­ле­ни­ем го­не­ний на Рус­скую Пра­во­слав­ную Цер­ковь в 1929 го­ду, со­труд­ни­ки ОГПУ с по­мо­щью осве­до­ми­те­лей ста­ли со­би­рать све­де­ния об от­це Ва­си­лии и на их ос­но­ва­нии вы­дви­ну­ли про­тив него об­ви­не­ние в том, что «свя­щен­ник ис­поль­зо­вал свой ав­то­ри­тет сре­ди ве­ру­ю­щих для ве­де­ния злост­ной ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции», а так­же в том, что он «по­все­мест­но, как в част­ных бе­се­дах, так и в про­по­ве­дях, ве­дет злост­ную ан­ти­со­вет­скую и ан­ти­се­мит­скую аги­та­цию, за­тра­ги­вая по­ли­ти­че­ские те­мы», так что «даль­ней­шее пре­бы­ва­ние его на сво­бо­де име­ет от­ри­ца­тель­ное вли­я­ние на на­стро­е­ние на­се­ле­ния к со­вет­ской вла­сти». В ночь со 2 на 3 сен­тяб­ря 1929 го­да отец Ва­си­лий был аре­сто­ван и за­клю­чен в Бу­тыр­скую тюрь­му в Москве.
3 сен­тяб­ря бы­ла до­про­ше­на жи­тель­ни­ца де­рев­ни Ко­мя­ки­но, вхо­див­шей в при­ход от­ца Ва­си­лия. Она по­ка­за­ла, что 9 июля, ко­гда по до­мам в их де­ревне с мо­леб­на­ми хо­ди­ли свя­щен­ник с диа­ко­ном, ее до­ма не бы­ло, а ко­гда она при­шла, то узна­ла, что они толь­ко что ушли. Она по­сла­ла свою доч­ку за ни­ми. Отец Ва­си­лий при­шел и от­слу­жил мо­ле­бен, а за­тем ска­зал, что «нехо­ро­шо, что я из­бе­гаю свя­щен­ни­ка, так как этим я ли­ша­юсь Бо­жье­го бла­го­сло­ве­ния. Я ста­ла оправ­ды­вать­ся, го­во­ря, что сде­ла­ла это не по зло­му умыс­лу, а по­то­му, что у ме­ня не бы­ло де­нег. По­сле это­го он ска­зал: “Пло­хо, что неко­то­рые до­ма, на­слу­шав­шись боль­ше­ви­ков, от­ка­за­лись от икон, их за это по­стигнет Бо­жья ка­ра”. Он мне еще мно­го го­во­рил по-уче­но­му, так что я не мо­гу вам пе­ре­дать пол­но­стью его слов, так как не мо­гу вспом­нить».
На сле­ду­ю­щий день сле­до­ва­тель до­про­сил от­ца Ва­си­лия. Вы­слу­шав его во­про­сы, свя­щен­ник ска­зал: «Ни­ка­кой ан­ти­со­вет­ской аги­та­ци­ей сре­ди кре­стьян я не за­ни­мал­ся, и раз­го­во­ров с кре­стья­на­ми на по­ли­ти­че­ские те­мы я не вел. Я не аги­ти­ро­вал кре­стьян и по­рвав­шим с цер­ко­вью не го­во­рил, что их сму­ти­ли боль­ше­ви­ки. Кни­гу Ни­лу­са, в ко­то­рой идет речь о про­то­ко­лах Си­он­ских муд­ре­цов, я не имел и не имею. Ни­лу­са я чи­тал лишь о мо­на­сты­рях. За­яв­ляю, что по­ли­ти­че­ски­ми во­про­са­ми я не ин­те­ре­су­юсь. Вы­пи­сы­вая жур­нал “Без­бож­ник”, я его чи­таю ис­клю­чи­тель­но с же­ла­ни­ем узнать, что пи­шут о ре­ли­гии. Мно­го­му из него я не ве­рю и не до­пус­каю мыс­ли, чтобы фак­ты, о ко­то­рых пи­шут в “Без­бож­ни­ке”, тво­ри­лись в на­шей сре­де».
12 сен­тяб­ря сле­до­ва­тель до­про­сил диа­ко­на, Алек­сея Ар­хан­гель­ско­го, слу­жив­ше­го рань­ше в Хоть­ков­ском мо­на­сты­ре, с ко­то­рым отец Ва­си­лий хо­дил слу­жить мо­леб­ны, и тот по­ка­зал: «В раз­го­во­ре со мной свя­щен­ник Ар­хан­гель­ский дей­стви­тель­но вы­ра­жал недо­воль­ство со­вет­ской вла­стью, го­во­ря, что власть на­хо­дит­ся в ру­ках жи­дов: на­чи­ная от Сов­нар­ко­ма и до ни­зов всё де­ла­ют по их указ­ке, что пра­ви­тель­ство, объ­явив сво­бо­ду ве­ро­ис­по­ве­да­ния, всех ве­ру­ю­щих при­тес­ня­ет. Кро­ме то­го, в до­ме в де­ревне Ко­мя­ки­но он го­во­рил, что те до­ма, ко­то­рые не при­ни­ма­ют свя­щен­ни­ка, ли­ша­ют­ся Бо­жье­го бла­го­сло­ве­ния. Это от­то­го, что они на­слу­ша­лись боль­ше­ви­ков».
17 сен­тяб­ря со­труд­ни­ки ОГПУ до­про­си­ли еще од­ну жи­тель­ни­цу се­ла; от­ве­чая на во­про­сы сле­до­ва­те­ля, она ска­за­ла: «Я бы­ва­ла у свя­щен­ни­ка Ар­хан­гель­ско­го и ино­гда с ним раз­го­ва­ри­ва­ла. В его раз­го­во­рах что-ли­бо пло­хо­го о со­вет­ской вла­сти не бы­ло, он про­сто го­во­рил, что в на­сто­я­щее вре­мя ве­ра сре­ди на­ро­да па­да­ет и это при­ве­дет всех к пло­хо­му кон­цу. Раз­го­ва­ри­вая о войне, он мне го­во­рил, что луч­ше, ес­ли вой­ны не бу­дет».
23 но­яб­ря 1929 го­да Осо­бое Со­ве­ща­ние при Кол­ле­гии ОГПУ при­го­во­ри­ло про­то­и­е­рея Ва­си­лия к трем го­дам ссыл­ки в Се­вер­ный край по об­ви­не­нию «в ан­ти­со­вет­ской и ан­ти­се­мит­ской аги­та­ции». Отец Ва­си­лий был со­слан в го­род Ба­ра­бинск в За­пад­ной Си­би­ри, а за­тем пе­ре­ве­ден в Во­ло­год­скую об­ласть.
Ко­гда он осво­бо­дил­ся из ссыл­ки в 1932 го­ду, ему не поз­во­ле­но бы­ло се­лить­ся бли­же ста од­но­го ки­ло­мет­ра к Москве, и та­ким об­ра­зом он был на­зна­чен слу­жить в храм Рож­де­ства Бо­го­ро­ди­цы в се­ло Ти­ма­ше­во Во­ло­ко­лам­ско­го рай­о­на Мос­ков­ской об­ла­сти. В 1935 го­ду про­то­и­е­рей Ва­си­лий был на­граж­ден мит­рой.
В 1937 го­ду на­чал­ся пе­ри­од са­мых бес­по­щад­ных го­не­ний на Рус­скую Пра­во­слав­ную Цер­ковь. Про­то­и­е­рей Ва­си­лий был аре­сто­ван 22 сен­тяб­ря 1937 го­да и за­клю­чен в тюрь­му в го­ро­де Во­ло­ко­лам­ске. Во вре­мя обыс­ка, ко­то­рый был про­ве­ден очень тща­тель­но, ни­че­го не на­шли кро­ме 17 се­реб­ря­ных со­вет­ских монет по 50 ко­пе­ек, ко­то­рые и бы­ли изъ­яты.
На сле­ду­ю­щий день со­труд­ни­ки НКВД до­про­си­ли пред­се­да­те­ля сель­со­ве­та. Он по­ка­зал, что про­то­и­е­рей Ва­си­лий, «от­быв срок на­ка­за­ния, про­жи­ва­ет в се­ле Ти­ма­ше­во, си­сте­ма­ти­че­ски за­ни­ма­ет­ся контр­ре­во­лю­ци­он­ной ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­стью, на­прав­лен­ной на срыв ме­ро­при­я­тий, про­во­ди­мых со­вет­ской вла­стью и пар­ти­ей. 22 сен­тяб­ря 1937 го­да в мо­мент про­ве­де­ния аре­ста и обыс­ка он за­явил, что вы зря у ме­ня что-то ище­те, пи­сем от Троц­ко­го у ме­ня не най­де­те, да и что бы­ло, я все по­жег в печ­ке, и сей­час вам у ме­ня ни­че­го не най­ти. Ар­хан­гель­ский сре­ди кол­хоз­ни­ков за­ни­ма­ет­ся аги­та­ци­ей. Ле­том в мо­ем при­сут­ствии и кол­хоз­ни­ков го­во­рил, что всем пло­хо жи­вет­ся в кол­хо­зе, по­то­му что не ста­ли жить в со­от­вет­ствии с Бо­жьим Пи­са­ни­ем, Бо­га за­бы­ли, в цер­ковь пе­ре­ста­ли хо­дить, а все слу­ша­ют ком­му­ни­стов, ко­то­рые до­ве­дут до то­го, что с го­ло­ду бу­де­те дох­нуть как му­хи, хлеб на по­лях ско­ро ро­дить­ся не бу­дет. Вес­ной 1937 го­да во вре­мя про­ве­де­ния проб­но­го вы­ез­да в кол­хо­зе Ар­хан­гель­ский, ука­зы­вая на кол­хоз­ные брига­ды, за­явил: “Гля­ди­те, сколь­ко их оста­лось, по­се­вов мно­го, а на­ро­да нет, все, что и по­се­я­но, им не убрать, а ес­ли и убе­рут, то все рав­но ни­че­го не по­лу­чат – все го­су­дар­ство за­бе­рет, а кол­хоз­ни­ки по­лу­чат толь­ко со­ло­му. Вот и иди­те в кол­хоз­ни­ки, ра­бо­тай­те за­да­ром”».
Сле­до­ва­тель на до­про­се по­тре­бо­вал от от­ца Ва­си­лия:
– Дай­те по­ка­за­ния о ва­шей контр­ре­во­лю­ци­он­ной ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­сти.
– Контр­ре­во­лю­ци­он­ной ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­стью я не за­ни­мал­ся, – от­ве­тил свя­щен­ник.
– Ко­гда у вас де­ла­ли обыск при ва­шем аре­сте, вы за­яви­ли, что пи­сем к Троц­ко­му и от Троц­ко­го вы не най­де­те, я их все сжег. Объ­яс­ни­те след­ствию, по­че­му вы так за­яви­ли.
– Ко­гда у ме­ня де­ла­ли обыск, то, ко­гда осмат­ри­ва­ли цер­ков­ные кни­ги, я за­явил, шу­тя, что пи­сем Троц­ко­го вы не най­де­те, я их все сжег.
На этом до­про­сы бы­ли за­кон­че­ны, и на­чаль­ник Во­ло­ко­лам­ско­го от­де­ле­ния НКВД на­пи­сал в ха­рак­те­ри­сти­ке се­ми­де­ся­ти­трех­лет­не­го свя­щен­ни­ка, что тот хо­тя и по­жи­лой, но физи­че­ски креп­кий. 11 но­яб­ря 1937 го­да трой­ка НКВД при­го­во­ри­ла от­ца Ва­си­лия к рас­стре­лу. Про­то­и­е­рей Ва­си­лий Ар­хан­гель­ский был рас­стре­лян 13 но­яб­ря 1937 го­да на по­ли­гоне Бу­то­во под Моск­вой и по­гре­бен в без­вест­ной об­щей мо­ги­ле.


Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка Мос­ков­ской епар­хии. До­пол­ни­тель­ный том 3». Тверь, 2005 год, стр. 155-160.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru

Случайный тест