Беседы с батюшкой. Православное воспитание подростков

Беседы с батюшкой. Православное воспитание подростков

(3 голоса5.0 из 5)

В петер­бург­ской сту­дии теле­ка­нала “Союз” на вопросы теле­зри­те­лей отве­чает декан факуль­тета пси­хо­ло­гии Рос­сий­ского пра­во­слав­ного уни­вер­си­тета свя­щен­ник Петр Коломейцев.

– Хри­стос вос­кресе, доро­гие бра­тья и сестры, ува­жа­е­мые теле­зри­тели. Тема нашей сего­дняш­ней про­граммы: «Пра­во­слав­ное вос­пи­та­ние подростка».

В гостях у нас отец Петр Коло­мей­цев, хри­сти­ан­ский пси­хо­лог в обла­сти спе­ци­аль­ной пси­хо­ло­гии, декан пси­хо­ло­ги­че­ского факуль­тета Мос­ков­ского пра­во­слав­ного инсти­тута имени апо­стола Иоанна Бого­слова, духов­ник реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­тров для тяже­ло­боль­ных детей и сирот, кли­рик храма свя­тых Косьмы и Дами­ана в городе Москве.

Отец Петр, бла­го­да­рим Вас за то, что, несмотря на очень насы­щен­ный день, Вы смогли вече­ром при­е­хать к нам. Бла­го­сло­вите нашу беседу.

– Хри­стос воскресе!

– Наша тема посвя­щена пра­во­слав­ному вос­пи­та­нию под­ростка, то есть тому пери­оду, когда ребе­нок уже не малень­кий, окон­чил началь­ную школу, он, ско­рее, ближе к стар­ше­класс­ни­кам. При вос­пи­та­нии ребенка такого воз­раста роди­тели стал­ки­ва­ются с рядом про­блем. Гото­вясь к сего­дняш­ней про­грамме, читал форум, где роди­тели пишут об этих про­бле­мах, и воз­никло ощу­ще­ние, что основ­ная про­блема пра­во­слав­ной семьи, где есть под­ро­сток, – это то, что ребе­нок больше не хочет ходить в цер­ковь. По Вашему мне­нию, неже­ла­ние ходить в цер­ковь – это дей­стви­тельно про­блема, и самая большая?

– Вообще, про­блем на самом деле больше. Это только внеш­нее выра­же­ние про­блемы. Есть извест­ная пого­ворка о том, что у каж­дого чело­века в жизни три этапа. Один – когда он верил в Деда Мороза, дру­гой – когда не верил в него, и тре­тий – когда сам стал Дедом Морозом.

На самом деле у под­ростка неиз­бежно про­ис­хо­дит рас­ста­ва­ние с дет­ской верой, с той фор­мой, в кото­рую она обле­ка­лась, с теми пред­став­ле­ни­ями, а взрос­лой веры у него еще не сфор­ми­ро­вано. Про­то­и­е­рей Васи­лий Зень­ков­ский пишет, что даже есть период «сти­хий­ного под­рост­ко­вого ате­изма». И к этому надо отно­ситься очень вни­ма­тельно, потому что ребенка невоз­можно вер­нуть обратно в мате­рин­скую утробу, невоз­можно вер­нуть в дет­ство, надо рабо­тать с изме­не­ни­ями его пред­став­ле­ний о мире. Эти пред­став­ле­ния должны как-то меняться, а вера – углубляться.

В классе, где учи­лась моя дочка и где я пре­по­да­вал Закон Божий, был такой слу­чай. Один маль­чик ска­зал: «Я не верю в Бога», а школа была пра­во­славно ори­ен­ти­ро­ван­ная. И я спро­сил его:

– В какого?

– Что зна­чит какого?

– Какой Он, Твой Бог, в Кото­рого ты не веришь?

И маль­чик начал рас­ска­зы­вать, что этот бог такой-то и такой-то. На что я ответил:

– Ну, мы с тобой еди­но­мыш­лен­ники. Я тоже в такого бога не верю, – и про­тя­нул ему руку.

Он гово­рит:

– А в какого бога Вы веруете?

– Этим мы и будем зани­маться на уро­ках и попро­буем пого­во­рить о том, Какой Бог на самом деле.

Во-пер­вых, про­ис­хо­дит эта очень важ­ная пере­стройка. Во-вто­рых, у ребенка начи­нает поти­хо­нечку раз­ви­ваться его само­сто­я­тель­ность, ведь пере­ход­ный воз­раст – это очень важ­ный период, период как бы вто­рого рож­де­ния. Когда ребе­нок выхо­дит из мате­рин­ской утробы, отры­ва­ется пупо­вина, он все равно эмо­ци­о­нально и пси­хи­че­ски очень при­вя­зан к роди­те­лям, чуть что, кри­чит: «Мама!» Понятно, что долго про­жить в таком состо­я­нии он не может, иначе не ста­нет само­сто­я­тель­ным чело­ве­ком, не создаст свою семью.

И вот про­ис­хо­дит этот отрыв от роди­те­лей, и фор­ми­ру­ются новые отно­ше­ния к роди­те­лям, отно­ше­ния, кото­рые уже осно­ваны на ува­же­нии, на при­зна­нии авто­ри­тета роди­те­лей, на ощу­ще­нии цен­но­сти того, что они транс­ли­руют, то есть при­част­но­сти каким-то кор­ням, исто­рии, роду. Это очень важно. Потому что ино­гда роди­тели пыта­ются как бы вер­нуть ребенка в мате­рин­ское лоно. Это невоз­можно. Надо пони­мать, что ребенку надо давать осно­ва­ния для авто­ри­тета, его надо заслу­жи­вать, гово­рить, как он свя­зан через роди­те­лей с родом, пле­ме­нем, Оте­че­ством и т.д. То есть про­ис­хо­дит фор­ми­ро­ва­ние совсем дру­гого един­ства. А роди­те­лям ино­гда кажется: как же, раньше ребе­нок кри­чал «мама, папа», а теперь нет, зна­чит, пере­стал любить. Да нет, надо радо­ваться, что насту­пает дру­гой, более осо­знан­ный период в его жизни.

Что каса­ется сти­хий­ного ате­изма, то, как гово­рит тот же про­то­и­е­рей Васи­лий Зень­ков­ский, очень важно, чтобы роди­тели не столько про­по­ве­до­вали и гово­рили о вере, сколько сви­де­тель­ство­вали своей жиз­нью. Очень важно, как именно эта вера пре­тво­ря­ется в их жизнь: как они живут, посту­пают, думают в соот­вет­ствии со своей верой. Тут дей­стви­тельно есть очень серьез­ные вопросы. Потому что дети, тем более под­ростки, очень остро чув­ствуют фальшь. И если роди­тели гово­рят одно, а делают совер­шенно дру­гое, если вера для них ока­зы­ва­ется чем-то внеш­ним, фасад­ным, то это самое худ­шее, что они могут про­де­мон­стри­ро­вать сво­ему ребенку. Потому что под­ро­сток дол­жен пони­мать, что вера – это то, что явля­ется стерж­нем, опо­рой в его жизни.

– Перед про­грам­мой при­шел вопрос от одного из батю­шек, кото­рому под­ро­сток гово­рит в испо­веди, что он чув­ствует: в храме его роди­тели молятся, кре­стятся, при­ча­ща­ются, а дома, где их не видят дру­гие пра­во­слав­ные хри­сти­ане, ведут себя совер­шенно по-дру­гому. Он чув­ствует это про­ти­во­ре­чие и в ужасе от про­ис­хо­дя­щего. Можно дать совет батюшке?

– Здесь надо гово­рить серьезно. Во-пер­вых, не стоит гово­рить: «Да, твои роди­тели фари­сеи» или, наобо­рот: «Нет, ты ничего не пони­ма­ешь, ты на них наго­ва­ри­ва­ешь». Такие ответы не помогут.

Можно ска­зать так: «Тебе хорошо: ты живешь в такой среде, где вера не запре­щена, храмы открыты, где за испо­ве­да­ние своей веры тебя не про­го­нят с работы, не отчис­лят из инсти­тута, где за рели­ги­оз­ную дея­тель­ность не поса­дят. Поэтому сей­час созданы такие усло­вия, когда вера не раз­де­ля­ется с твоей жиз­нью. Но было и дру­гое время, в кото­рое жили и вос­пи­ты­ва­лись твои роди­тели, когда откры­тое испо­ве­да­ние своей веры мно­гим могло сто­ить карьеры и т.д.

Поэтому под­со­зна­тельно закре­пи­лась при­вычка, что есть очень неболь­шие про­стран­ства, где можно про­яв­лять свою веру. И, ско­рее всего, роди­тели вос­пи­таны в то время, и можно ска­зать, что у них еще не хва­тает сил все время оста­ваться в этом состо­я­нии. Для них при­ход в цер­ковь – это празд­ник, где они могут не бес­по­ко­иться, про­яв­лять свою веру и чув­ство­вать себя про­сто и сво­бодно. А на работе и даже в повсе­днев­ной жизни пока еще этого нет. И в этом смысле тебе легче: ты живешь в дру­гое время».

– Полу­ча­ется, что ему надо найти силы про­дол­жать любить своих роди­те­лей и, как в вет­хо­за­вет­ной исто­рии о Ное, при­крыть родителя.

– Понятно, что к роди­те­лям мы отно­симся без кри­тики, как к погоде, то есть мы ста­ра­емся их понять. И прежде всего мы должны понять, что роди­тели выросли в дру­гое время. Я помню, что моя мама очень пере­жи­вала, что я пощусь, что в инсти­туте уви­дят, что я пощусь. Сей­час она сво­бодно ходит в храм, и таких мыс­лей у нее нет, а тогда, как она гово­рит, дро­жала каж­дый день: а что будет, а если из инсти­тута отчис­лят и т.д. Потому что она при­выкла к, ска­жем так, кон­спи­ра­ции и счи­тала, что я пре­не­бре­гаю кон­спи­ра­цией и часто откры­ва­юсь, сво­бодно говорю. И она боя­лась: дого­во­ришься где-нибудь.

– Про­смат­ри­вая соц­сети и то, о чем гово­рят под­ростки, у меня сло­жи­лось такое впе­чат­ле­ние, что сей­час такие вре­мена, когда под­ростку, стар­ше­класс­нику или сту­денту пер­вых кур­сов быть пра­во­слав­ным среди сверст­ни­ков не очень модно. Если ты пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин, ходишь в цер­ковь, тебя могут даже высме­ять. В каком-то смысле вре­мена повто­ря­ются. Как моло­дому чело­веку сохра­нить веру в среде, нега­тивно отно­ся­щейся к ней?

– Кстати, это испы­та­ние обще­ствен­ным мне­нием в эпоху, когда ничего не запре­щено, может быть еще слож­нее. Потому что во вре­мена гоне­ний люди могли не раз­де­лять твоих взгля­дов, но они их ува­жали. Ска­жем, чело­век, при­дер­жи­ва­ю­щийся рели­ги­оз­ных взгля­дов – хри­сти­а­нин, иудей, мусуль­ма­нин, – вызы­вал ува­же­ние, потому что этот чело­век шел напе­ре­кор обще­ству, напе­ре­кор системе. В этом смысле он даже полу­чал внут­рен­нее ува­же­ние, кото­рое вполне могло вос­при­ни­маться как под­держка такой позиции.

Конечно, самое серьез­ное испы­та­ние веры насту­пает в эпоху, когда все раз­ре­шено. И мы видим, что это испы­та­ние сво­бо­дой мно­гие не выдер­жи­вают. Не выдер­жи­вают и в Европе, в тех стра­нах, где вера нико­гда не запре­ща­лась и нико­гда не было пре­сле­до­ва­ний за веру. К этому при­хо­дят и быв­шие соци­а­ли­сти­че­ские страны Восточ­ной (или Цен­траль­ной) Европы, и на про­стран­стве быв­шего Совет­ского Союза. Это время, когда вера напря­мую стал­ки­ва­ется с духом века сего. То есть это испы­та­ние, кото­рое идет про­тив того ате­изма и анти­кле­ри­ка­лизма, кото­рый сеет враг рода человеческого.

Конечно, там сра­ба­ты­вают и дру­гие меха­низмы. Любой чело­век, про­ти­во­по­став­ля­ю­щий себя Церкви, чаще всего делает это потому, что не хочет рабо­тать над собой, над изме­не­нием себя: каяться, поститься, не хочет любого духов­ного труда. А самая луч­шая отго­ворка такая же, как и у сатаны: а все такие, люди зани­ма­ются ерун­дой. Не я в чем-то плох, не мне надо каяться и исправ­ляться, нет, у меня все в порядке: все так живут, и я так живу. Про­сто люди зани­ма­ются ерун­дой, и мне смешно, что они это делают. Именно это имел в виду в свое время Хри­стос, когда ска­зал: «Вас будут пре­сле­до­вать». Потому что если все так живут – и вдруг один пра­вед­ник, кото­рый так не живет, он уже будет вызы­вать раз­дра­же­ние всех. Как же все, если один уже нет? И раз­дра­же­ние будет очень силь­ным. Поэтому Хри­стос гово­рит, что при­нес любовь, но и при­нес не мир, а, полу­ча­ется, меч, кото­рый раз­де­ляет даже родню. Именно потому, что нико­гда грех не согла­сится с тем, что свя­тость – это норма.

Поэтому надо гово­рить под­ростку, что быть собой, быть не как все – на это тоже нужно муже­ство. И что это, может быть, не менее серьез­ное испо­вед­ни­че­ство. Когда все­об­щее отно­ше­ние нега­тив­ное, не осуж­дая дру­гих, тем не менее сохра­нять свое. И тут надо не сомне­ваться, а все-таки верить и дове­рять, дове­рять себе и тому голосу, кото­рый в тебе. А идти на поводу у всех и быть как все не тре­бует боль­шого муже­ства, это как раз самый про­стой путь. Поэтому надо гото­вить к тому, что это трудно, непро­сто, осуж­да­емо, и кто-то, может быть, даже отвер­нется. При этом не впа­дать в осуж­де­ние дру­гих людей, какую-нибудь демон­стра­цию своей веры, гор­де­ли­вое про­ти­во­по­став­ле­ние себя. То есть это путь непро­стой и очень тонкий.

– Несет ли чело­век ответ­ствен­ность за то, что своим пове­де­нием отвра­щает кого-то от Церкви и Бога?

– Гос­подь ска­зал, что тому, кто совра­тит кого из малых сих, лучше бы пове­сить на шею жер­нов и уто­питься. Ведь это же веро­ломно – это ломает веру у дру­гих людей. Когда люди иску­шают дру­гих своим пове­де­нием, осо­бенно если они при­над­ле­жат к Церкви и осо­бенно если при­над­ле­жат к клиру, то осуж­де­ние из-за твоих некра­си­вых поступ­ков пере­хо­дит на всю Цер­ковь. Апо­стол Павел в свое время гово­рил, что для него идо­ло­жерт­вен­ное ничто, потому что идол – это ничто. И тем не менее гово­рил, что лучше вообще нико­гда не будет есть ника­кого мяса, чтобы только кого-то не иску­сить. Настолько это важно и серьезно. И, конечно, все воцер­ко­в­лен­ные люди и осо­бенно кли­рики особо чув­ствуют и этот вни­ма­тель­ный, при­сталь­ный взгляд, и осуждение.

Но те, кто хотят хаять, хотят осуж­дать, так и будут осуж­дать, тут на них не уго­дишь. А если речь идет о чело­веке, кото­рый только ищет свой путь, здесь, конечно, очень важно, чтобы была искрен­ность. Чтобы чело­век видел, что хри­сти­ане не только могут оши­баться, но что они могут каяться, про­сить про­ще­ния, что они могут пере­жи­вать из-за того, что у них что-то не полу­ча­ется, и что это нор­маль­ный путь хри­сти­а­нина – вста­вать и падать, падать и вставать.

– Если моло­дой чело­век пони­мает, что в Церкви, в храме свя­щен­ник ведет себя не так, как он этого ожи­дал, как ему пре­одо­леть это искушение?

– Мне очень понра­ви­лось, как отве­тил один батюшка, к кото­рому при­шли жители из сосед­ней деревни:

«А почему вы при­шли ко мне кре­стить сво­его ребенка? У вас есть свой храм, свой батюшка». –  «Ну, батюшка, Вы же зна­ете про этот храм и этого батюшку то, что все про него знают?» – «А вы на что? Сколько он вам гре­хов отпус­кает, вы что, не можете за него помо­литься? При­дите к нему и возь­мите у него бла­го­сло­ве­ние каж­дую неделю вече­ром соби­раться в храме и молиться ака­фи­стом “Неупи­ва­е­мой Чаше” за его здоровье».

Потом я спро­сил, чем закон­чи­лась эта исто­рия. Люди пошли, взяли у батюшки бла­го­сло­ве­ние. Сна­чала он им про­сто давал ключ, они при­хо­дили, читали ака­фист. Потом он стал захо­дить смот­реть, как они читают ака­фист о нем. А потом был им сер­дечно бла­го­да­рен за то, что они его отмолили.

В дан­ном слу­чае люди почув­ство­вали, что батюшка отве­чает за них, но они-то нико­гда за него не молятся. Хоть раз помя­нули за утрен­ней или вечер­ней молит­вой сво­его, можно ска­зать, духов­ного настав­ника? Да ни разу. Это они его бро­сили на про­из­вол судьбы. Так что это реаль­ный случай.

– Кстати, он поз­во­ляет посмот­реть под дру­гим углом на какие-то наши про­блемы. Время пере­дачи летит неза­метно, уже про­шло больше поло­вины нашей беседы. Можно попро­сить про­ве­сти лик­без для роди­те­лей, у кото­рых ребе­нок уже под­ро­сток, буду­щий сту­дент, и ска­зать, что им нельзя делать? Допу­стим, пять вещей, кото­рые нельзя делать с под­рост­ком, если мы хотим сохра­нить его пси­хи­че­ское здоровье.

– Во-пер­вых, нельзя не ува­жать под­ростка, про­яв­лять неува­же­ние, пре­не­бре­же­ние, высо­ко­ме­рие к нему: кто ты такой? да ты никто. Нельзя не при­слу­ши­ваться к его мне­нию, не ува­жать его, не пытаться как-то дого­во­риться. Нельзя вести дву­смыс­лен­ную жизнь, то есть гово­рить одно, а на деле транс­ли­ро­вать дру­гое, – это дей­стви­тельно дез­ори­ен­ти­рует. Нельзя унижать.

Мне кажется, очень важно не отож­деств­лять под­ростка с теми нехо­ро­шими ситу­а­ци­ями, в кото­рые он попа­дает. То есть нельзя кле­ить ему ярлык: ты пло­хой чело­век, ты него­дяй, ты совер­ша­ешь пло­хие поступки. А, напри­мер, ска­зать так: у тебя полу­ча­ются нехо­ро­шие поступки, ты еще не смог пре­одо­леть какие-то вещи, но ты это пре­одо­ле­ешь. Нельзя под­ры­вать веру под­ростка в его изна­чаль­ную пра­вед­ность, потому что он создан по образу и подо­бию Божию, и счи­тать, что все заду­маны Богом как хоро­шие, а он – как плохой.

Нельзя под­ры­вать веру в любовь Божию, когда роди­тели посто­янно гово­рят: Бог тебя нака­жет и т.п. Бог тебя любит: Он за тебя рас­пялся, Он за тебя жизнь отдал – вот это самое глав­ное. И больше всего Бог хочет тво­его сча­стья, хочет, чтобы ты был спа­сен, чтобы ты реа­ли­зо­вал те дары, кото­рые Он тебе дал, чтобы с тобой не слу­ча­лись пло­хие вещи. Мне кажется, это явля­ется самым главным.

 – Если все-таки слу­ча­ются ситу­а­ции, когда нару­шен кон­такт с доче­рью или сыном, кото­рый, допу­стим, уехал посту­пать в дру­гой город и ведет себя там совер­шенно не так, как его вос­пи­ты­вали все эти годы. Как роди­те­лям найти силы?

– Пере­чи­тать притчу о блуд­ном сыне. Вообще, несла­бое чте­ние для роди­те­лей: каж­дый роди­тель смо­жет посту­пить так, как посту­пил отец блуд­ного сына.

Пом­нить, что ино­гда у чело­века есть свой осо­бый путь. Одна мама трид­цать лет моли­лась за сво­его сына, кото­рый вел греш­ную жизнь, у кото­рого были вне­брач­ные отно­ше­ния. В конце кон­цов она его как-то отмо­лила. Он напи­сал книжку «Испо­ведь», он стал свя­тым – это Бла­жен­ный Авгу­стин. А ее при­чис­лили к лику свя­тых за то, что она не пере­ста­вала молиться за него. Ее при­мер тоже очень показательный.

Самое глав­ное, чтобы ребе­нок знал, что в любой ситу­а­ции, что бы с ним ни слу­чи­лось, роди­тель­ская любовь и любовь Божия неот­ме­ня­емы, они с ним. И даже когда он попа­дает в совсем нехо­ро­шую ситу­а­цию, роди­тели все равно оста­ются с ним и про­дол­жают его любить. И Бог его про­дол­жает любить. И все равно они верят в него.

– Нужно верить до послед­него в сво­его ребенка.

– И еще любить, при­чем любить без усло­вий. А то бывает: я тебя люблю, если ты сде­ла­ешь то-то, а если это, то я тебя не люблю. Есть такой очень стран­ный вопрос: «А за что мне тебя любить?» Так любят не за что, а любят вопреки всему. А за что Гос­поду нас любить? Да вроде бы особо и не за что. Но ведь Он же любит.

– Также людей бес­по­коит вопрос о нака­за­ниях: о том, какие еще могут быть меры воз­дей­ствия, кроме разговоров?

– Инте­ресно, что само слово «нака­за­ние» озна­чает «науче­ние». В начале учеб­ного года мы молимся «о доб­ром нака­за­нии отро­ков». Не о том, чтобы их хорошо пока­рали, а о том, чтобы они хоро­шему научи­лись. То есть нака­за­ние – это, прежде всего, науче­ние. Поэтому, мне кажется, в нака­за­нии дол­жен быть какой-то вывод – как потом не попа­дать в такую ситу­а­цию, как из нее достойно выйти. Это первое.

Вто­рое – мне кажется, что глав­ное не кара, а помощь. Ситу­а­ция некра­си­вая, но роди­тели все равно готовы помо­гать ребенку и рас­пу­тать даже слож­ные, запу­тан­ные жиз­нен­ные узлы.

– Полу­ча­ется, что нака­за­ния в совет­ском пони­ма­нии слова – ремень, угол – неприемлемы?

– Был совер­шенно заме­ча­тель­ный чело­век, кото­рого роди­тели вос­пи­ты­вали очень строго: ста­вили под иконы в угол на горох, при­ме­няли к нему методы телес­ного воз­дей­ствия. Чело­век вырос дей­стви­тельно очень хоро­шим, был исклю­чи­тельно интел­ли­гент­ным и высо­ко­нрав­ствен­ным чело­ве­ком. Да, он наизусть знал весь Часо­слов, мог про­чи­тать в храме Шесто­псал­мие без книжки. Он очень хорошо отно­сился к вере, но сам для себя выбрал отстра­нен­ный путь и даже на смерт­ном одре не при­ча­стился. Это Антон Пав­ло­вич Чехов.

Хотя, когда мы читаем его рас­сказы, напри­мер рас­сказ «Сту­дент», то видим, какое у него глу­бо­кое отно­ше­ние к вере. В своем име­нии он отре­мон­ти­ро­вал на свои сред­ства цер­ковь. У него оста­ва­лись какие-то свои внут­рен­ние отно­ше­ния с Богом, но внеш­няя цер­ков­ность была отрав­лена тем вос­пи­та­нием, кото­рое он полу­чил в дет­стве. Для него это была одна боль­шая травма.

– Как роди­телю понять, что он не вос­пи­ты­вает, а трав­ми­рует ребенка?

– Помню, как-то один батюшка, у кото­рого было много детей, что-то очень громко кри­чал на одного из своих чад, а матушка с кухни кри­чала ему: «Отец имя­рек, твои дети будут атеистами!»

И это как-то застав­ляло его задуматься.

Как Гос­подь посту­пает в Еван­ге­лии? Топает ли Он ногами, бро­сает ли Он камень в греш­ницу, кото­рую к Нему при­вели? Мы видим, что Гос­подь крайне дели­ка­тен, Он очень бере­жен. Конечно, он кри­чит на фари­сеев, на менял в храме. Бывает, что Он повы­шает голос на тех, кто счи­тает себя как бы слу­жи­те­лями храма, но пре­вра­щает его в вер­теп разбойников.

Гос­подь гово­рит: «Горе вам, фари­сеи», но «горе вам, греш­ницы, горе вам, блуд­ники» и т.д. не гово­рит нико­гда. Он гово­рит, что при­шел не к пра­вед­ни­кам, а греш­ни­кам, как врач к больным.

– То есть роди­те­лям надо все­гда наде­яться на милость Божию, что в деле взрос­ле­ния Гос­подь не оста­вит человека?

– Да, и все­гда чув­ство­вать, что ты можешь или помочь, или, наобо­рот, поме­шать, отвратить.

– Вопрос от взрос­лой жен­щины, сын кото­рой, к сожа­ле­нию, скон­чался от нар­ко­ма­нии, и она испы­ты­вает чув­ство вины перед своим уже умер­шим сыном, что не смогла его защи­тить, убе­речь. Как посту­пать родителям?

– Конечно, надо ска­зать, что ино­гда ответ­ствен­ность пред­по­ла­гает не только наше жела­ние хоро­шего, но и все-таки неко­то­рые зна­ния. Сего­дня очень мно­гое нам дает хри­сти­ан­ская пси­хо­ло­гия, в том числе и в работе с зави­си­мо­стями, и в очень мно­гих дру­гих ситу­а­циях. Изда­тель­ство «Никея» издает заме­ча­тель­ные книжки, напри­мер «Душа вашего под­ростка», «Неза­ви­си­мость» о том, как жить, осво­бо­див­шись от зави­си­мо­сти, и мно­гие дру­гие цен­ные книги, кото­рые дают нам зна­ния, как рабо­тать с тем или иным неду­гом и как не допу­стить тех или иных оши­бок, то есть откуда все это берется.

Поэтому мне кажется, что ответ­ствен­ность под­ра­зу­ме­вает еще и какую-то ком­пе­тент­ность. Мы же не гово­рим, что чело­век, кото­рый ничего не знает о вере, пой­дет и будет кате­хи­за­то­ром, но счи­таем, что сна­чала он дол­жен чему-то научиться, пройти какие-то курсы и потом уже кате­хи­зи­ро­вать. А эти вопросы жиз­ненно важ­ные, и здесь как нигде важно быть компетентным.

– На каких авто­ров ори­ен­ти­ро­ваться? Чьи книги и лек­ции искать роди­те­лям, если они хотят вос­пи­тать ребенка достойно?

– Если по вопро­сам зави­си­мо­стей, то очень хоро­шие книги вышли у Вален­тины Дмит­ри­евны Мос­ка­ленко: «Воз­вра­ще­ние к жизни» и «Когда любви слиш­ком много». Книга Петра Дмит­ри­ев­ского «Путь к не-зави­си­мо­сти». Книга «Выход есть», посвя­щен­ная слож­ной про­блеме, когда ребе­нок может запу­таться в своей ген­дер­ной иден­тич­но­сти. Есть много хоро­ших книг. Мне кажется, что изда­тель­ство «Никея» очень хорошо отби­рает авто­ров, и в этих кни­гах освя­ща­ются дей­стви­тельно самые акту­аль­ные вопросы.

Вообще, надо ска­зать, с кни­гами по пси­хо­ло­гии очень тяжело. Это такой вал, что если прийти в книж­ный мага­зин, там будет про­сто без­дна книг по пси­хо­ло­гии, без­дна пси­хо­ло­ги­че­ских школ, направ­ле­ний, даже такие, кото­рые кон­фрон­ти­руют друг с дру­гом. Поэтому, конечно, голова идет кру­гом. Но мне кажется, что в этом смысле хри­сти­ан­ские пси­хо­логи удачно соче­тают в себе и веру, и опре­де­лен­ную, нераз­мы­тую нрав­ствен­ную пози­цию и, кроме того, соче­тают это с науч­ным взгля­дом и всем пози­тив­ным, что нако­пила науч­ная психология.

– То есть можно ска­зать зри­те­лям, что общее направ­ле­ние – это поиск Ваших книг и книг изда­тель­ства «Никея», в кото­рых под­ни­ма­ются раз­лич­ные слож­ные вопросы и кото­рые напи­саны пра­во­слав­ными пси­хо­ло­гами. Это важно, потому что время эфира огра­ни­ченно, а когда тема инте­рес­ная, люди про­дол­жают инте­ре­со­ваться и задают вопросы.

И кон­крет­ные вопросы. Что делать, если роди­тели чув­ствуют, что у ребенка зави­си­мость от компьютера?

– Это про­блема серьез­ная и, надо ска­зать, во мно­гом недо­оце­нен­ная. Есть кадры, где заснят ребе­нок, кото­рого лишили ком­пью­тера. У него про­сто горят глаза, руки тря­сутся, пол­ное ощу­ще­ние, что это нар­ко­ман во время ломки, то есть это дей­стви­тельно очень силь­ная зави­си­мость. Папа одной девочки, чтобы она под­го­то­ви­лась к ЕГЭ и поступ­ле­нию в вуз, забрал из ком­наты систем­ный блок и мони­тор, через какое-то время он услы­шал ее крик, она сто­яла на пери­лах бал­кона и ска­зала, что счи­тает до пяти. Если ей не вер­нут систем­ный блок и мони­тор, она сига­нет вниз с деся­того этажа.

То есть эта зави­си­мость, ока­зы­ва­ется настолько силь­ной, что от нее очень трудно изба­виться. И тут, во-пер­вых, надо не допус­кать фор­ми­ро­ва­ния этой зави­си­мо­сти, а если уж она сфор­ми­ро­вана, то, как все­гда и стро­ится работа с зави­си­мо­стями, надо вытес­нять это чем-то пози­тив­ным. Нельзя про­сто забрать, и все. На чистое, выме­тен­ное место при­хо­дят семь худ­ших бесов. Нужно дать такую стра­те­гию в жизни, кото­рая бы вытес­нила эту зави­си­мость и как-то помогла чело­веку дер­жаться на плаву.

Понятно, что нельзя дово­дить до такого состо­я­ния, когда ребе­нок пол­но­стью теряет кон­такт с роди­те­лями. Он дол­жен чув­ство­вать ува­же­ние к себе как лич­но­сти, любовь к себе как чело­веку и готов­ность помочь ему, то, что он в любом слу­чае не оста­ется оди­но­ким, а роди­тели – это люди, кото­рые в любой ситу­а­ции за него. Тогда не будет жела­ния совсем ухо­дить в этот вир­ту­аль­ный мир. Потому что ком­пью­тер­ная зави­си­мость – это такой ком­плекс­ный враг: здесь созда­ется и своя, парал­лель­ная, жизнь, и свое, парал­лель­ное, обще­ние, вообще как бы все свое. Полу­ча­ется, что чело­веку реаль­ный мир про­сто не нужен. А для этого надо помочь ему справ­ляться с про­бле­мами, кото­рые суще­ствуют в этом реаль­ном мире. Помочь найти дру­зей-помощ­ни­ков в этом реаль­ном мире, чтобы не ухо­дить в мир виртуальный.

– Это уни­вер­саль­ный совет не только для пре­ду­пре­жде­ния ком­пью­тер­ной зави­си­мо­сти, но вообще для вос­пи­та­ния счаст­ли­вого ребенка.

К сожа­ле­нию, у нас оста­ется чуть больше минуты. Может быть, в эти пас­халь­ные дни Вы дадите крат­кое напут­ствие родителям?

– Самое луч­шее напут­ствие, кото­рое все­гда повто­рял Иоанн Бого­слов: любите друг друга. Надо дей­стви­тельно очень любить и очень ува­жать своих детей. Если есть любовь, тогда и все осталь­ное будет полу­чаться. Потому что в делах любви нет закона, нет пра­вил. И то, что мы делаем и то, и это, зна­чит, что мы любим. Мы любим, а зна­чит, и все осталь­ное мы сде­лаем пра­вильно. Поэтому я хочу побла­го­да­рить всех теле­зри­те­лей и поздра­вить их с этими пас­халь­ными днями. Хри­стос воскресе!

– Воис­тину вос­кресе! Отец Петр, бла­го­да­рим Вам за беседу. И завер­ша­ю­щий момент для наших теле­зри­те­лей: если вам инте­ресна тема о под­рост­ко­вом вос­пи­та­нии, ищите книги отца Петра Коло­мей­цева, книги изда­тель­ства «Никея», где можно почи­тать о том, как нала­дить вза­и­мо­от­но­ше­ния со сво­ими детьми.

Веду­щий Антон Пепеляев

Источ­ник: Теле­ка­нал “Союз”

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки