Душа и разум языка

Душа и разум языка

(2 голоса5.0 из 5)

Куда дви­жется «вели­кий и могу­чий рус­ский язык»? Спо­со­бен ли он по-преж­нему вос­пи­ты­вать луч­шие чув­ства и стрем­ле­ния в наших детях? По  мне­нию попу­ляр­ного фило­лога и писа­теля Васи­лия ИРЗАБЕКОВА, рус­ский не рас­те­рял свое содер­жа­ние и не утра­тил сакраль­ной при­роды: он сви­де­тель­ствует о Боге, его тво­рили свя­тые, и поэтому у него есть разум и душа. О неожи­дан­ном духов­ном смысле при­выч­ных слов читайте в нашей ста­тье и в его книгах.

 

 Свежий взгляд на привычное

Этот уди­ви­тель­ный иссле­до­ва­тель не впи­сы­ва­ется в при­выч­ный образ спе­ци­а­ли­ста по рус­ской сло­вес­но­сти. Лично для него, азер­бай­джанца и мусуль­ма­нина по рож­де­нию,  живая рус­ская речь открыла дру­гой мир – Пра­во­сла­вие. Он счи­тает, что рус­ский язык – это вели­кая тайна, через кото­рую можно познать весь мир

Все свои наблю­де­ния и ощу­ще­ния  автор – прежде Фазиль, а в свя­том кре­ще­нии Васи­лий Ирза­бе­ков – опуб­ли­ко­вал в книге «Тайна рус­ского слова» с под­за­го­лов­ком «Заметки нерус­ского человека». 

Реко­мен­дуем почи­тать ее и  обсу­дить вме­сте с детьми. Это изда­ние – из раз­ряда тех ред­ких книг, кото­рые меняют наши пред­став­ле­ния и раз­ру­шают стереотипы.

Листая стра­ницы и дру­гих книг Ирза­бе­кова, пони­ма­ешь, насколько порой важен све­жий и «неза­мы­лен­ный» взгляд на при­выч­ное – взгляд со сто­роны,  ведь, при­ни­мая дистан­цию автора,  начи­на­ешь про­зре­вать про­стые  и оче­вид­ные истины в сло­вах род­ного языка.

zagruzhennoe 206x300 - Душа и разум языка06labuuki1332669430 243x300 - Душа и разум языка

Богоносный и Богослужебный

В цер­ков­ной среде не сти­хают дебаты об  судьбе  цер­ковно-сла­вян­ского языка в храме. Такие раз­го­воры Васи­лий Ирза­бе­ков пре­се­кает на корню. Для него как фило­лога оче­видно, что цер­ковно-сла­вян­ский жив и жиз­не­спо­со­бен. И это стало понятно ему не  путем соб­ствен­ных умо­за­клю­че­ний, а бла­го­даря рус­ским классикам.

«Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич Тол­стой ска­зал: нельзя слу­жить Богу на еже­днев­ном языке.

Пуш­кин напи­сал сти­хо­тво­ре­ние «Про­рок». Посмот­рите, оно про­сто изоби­лует цер­ковно-сла­вян­ской лек­си­кой! А ведь он тогда не был в такой сте­пени воцерковлен.

А почему? Потому, что Пуш­кин – гений. Он нам подает под­сказку: с Богом нужно раз­го­ва­ри­вать только на этом языке. Свя­тые рав­ноап­о­столь­ные Кирилл и Мефо­дий создали этот язык.

Зна­ете, чем он отли­ча­ется от дру­гих? У этого языка нет язы­че­ских кор­ней. Его создали свя­тые. Он родился в чистой хри­сти­ан­ской купели».

Диалекты уходят, акцент появляется…

О про­цес­сах в совре­мен­ном языке Ирза­бе­ков раз­мыш­ляет так: «Мы сего­дня очень плохо гово­рим.

Я любил бывать на севере, там все­гда инте­ресно раз­го­ва­ри­вали, такой уди­ви­тель­ный диа­лект: «быват», «хва­тат». Я захо­дил в Архан­гель­ске в мага­зин и зада­вал какие-то вопросы девуш­кам-про­дав­щи­цам, с одной только целью – послу­шать эту музыку север­ной речи.

А вот недавно был на севере, хотел наслу­шаться – и не полу­чи­лось! Сего­дня, к сожа­ле­нию, ухо­дят диа­лекты. Моло­дежь сего­дня раз­го­ва­ри­вает, как ди-джеи мос­ков­ских радио­стан­ций, как аме­ри­канцы. Вы можете поехать на Даль­ний Восток, в Восточ­ную Сибирь, на север, на юг – все то же. Нико­гда рус­ская речь тако­вой не была!

Если назвать одним сло­вом – это холуй­ство. Самая, быть может, отвра­ти­тель­ная форма холуй­ства, потому что каса­ется вели­чай­шей после веры свя­тыни – нашего вели­ко­рус­ского языка».

Человек – потому что… словесный?

«Вот, мы – венец тво­ре­ния Божия, мы назы­ваем себя «чело­век».

И я начал ко всем при­ста­вать: а что такое чело­век? И только бла­го­даря Алек­сан­дру Шиш­кову, а позже игу­мену Паф­ну­тию, про­то­и­е­рею Геор­гию Дья­ченко с его заме­ча­тель­ным «Пол­ным цер­ковно-сла­вян­ским сло­ва­рем», я, нако­нец, понял.

Ведь лет 500–700 назад в наших зем­лях не гово­рили «чело­век», а гово­рили «сло­век». А почему? А потому, что мы же един­ствен­ные во всей Все­лен­ной сло­вес­ные суще­ства!

Кроме нас, больше никто не мыс­лит, не гово­рит сло­вами. Мне при­хо­ди­лось видеть доку­мен­таль­ный фильм с маль­чи­ком, уже юно­шей, кото­рый вырос среди вол­ков в Индии. Он уже нико­гда не ста­нет чело­ве­ком. У него нет речи, и уже не будет.

И на это печально смот­реть, потому что речь – это вели­кий дар. И именно поэтому мы сло­веки – мы сло­весны.

Вот тогда мне стало понятно, почему в Еван­ге­лии от Иоанна Хри­стос наш Бог назы­ва­ется Сло­вом. А потому, что к сло­вес­ному можно придти только Сло­вом. Только в… языке тебе дается Боже­ствен­ное достоинство.

Гос­подь гово­рит: Я, твой Отец, а рус­ский язык это под­твер­ждает. Потому, что если Отец – роди­тель Слова, то Его ребе­но­чек – сло­век.

Посмот­рите, в тюрк­ских язы­ках чело­век – это «адам», в англий­ском – это «мэн». Но это ника­кого отно­ше­ния не имеет к Самому Богу.

Ока­зы­ва­ется, не «гуд бай» пол­ная форма англий­ского про­ща­ния. Это тоже усе­чен­ная форма. А пона­чалу было «Год бай ю». То есть, Бог с вами. Как мы гово­рим, «оста­вайся с Богом».

Оста­лось, как лай – бай. А у нас это «чел».

Сбе­ре­же­ние чистоты нашей речи, рус­ского языка, нашей жем­чу­жины, и цер­ковно-сла­вян­ского бла­го­дат­ней­шего языка – это защита нашей веры. Муже­ства и кре­по­сти желаю всем нам в их защите, кото­рые, по сути, теперь сли­лись в одно».

«Любовь» и «боль» – одного корня

Иссле­до­ва­тель задался вопро­сом, что озна­чает слово «неве­ста» и отве­тил на свой вопрос так: «Это не веда­ю­щая греха, чистая, свя­тая, честная».

Слова, свя­зан­ные с семьей, Ирза­бе­кову осо­бенно инте­ресны: «Обя­за­тельно среди при­гла­шен­ных на сва­дьбу най­дется чело­век, кото­рый, поздрав­ляя ново­брач­ных, ска­жет, с поз­во­ле­ния ска­зать, шутку: «Хоро­шее дело бра­ком не назо­вут». И меня, свет­ского и  совет­ского чело­века, так даже тогда это коро­било. Ну как же? Только что ска­зали, что закла­ды­ва­ется новая ячейка обще­ства, и тут – брак.

Да, когда испор­чена резьба – это брак. Плохо выпе­чен­ный хлеб – это брак. И то, что Цер­ковь наша таин­ственно име­нует малой цер­ко­вью, – тоже брак? Обра­тите вни­ма­ние: не малень­кой цер­ко­вью. Малая – это духов­ное сми­ре­ние. Так почему и то «брак», и это «брак»?

Слава Богу, что когда-то в Рос­сии жил и тво­рил уди­ви­тель­ный чело­век, в кото­ром не было ни капли рус­ской крови, Вла­ди­мир Ива­но­вич Даль. Он оста­вил нам насто­я­щее сокро­вище – чуд­ный «Сло­варь живаго вели­ко­рус­скаго языка».

Даль пишет, что, несмотря на орфо­эпи­че­ское сход­ство, это раз­ные слова, и про­ис­хож­де­ние у них раз­ное. Тот брак, кото­рый озна­чает некон­ди­ци­он­ное изде­лие, слово немец­кое. А вот слово «брак», кото­рый «семья» – исконно русское.

Все исконно рус­ские слова нам гово­рят о Хри­сте. А еще каж­дое рус­ское слово имеет как бы два уровня. Один оче­вид­ный, а дру­гой все­гда таинственный.

Так вот, «брак» – это от брашно, яство, питие. Пер­вое, что мы можем пред­по­ло­жить – это пошло из Еван­ге­лия. Помните чудо, кото­рое сотво­рил Гос­подь в Кане Гали­лей­ской, одним Своим при­хо­дом освя­тив инсти­тут семьи?

Вто­рое – это из Таин­ства Вен­ча­ния. Вспом­ните, кто вен­чался, – когда Таин­ство бли­зится к завер­ше­нию, свя­щен­ник выно­сит чашу с вином, и каж­дый супруг, сна­чала муж, потом жена, делают по глотку. И это тоже таин­ственно, ведь вино в себе все­гда соче­тает и сла­дость, и горечь. И чаша тоже сим­вол: отныне все, что жизнь будет посы­лать супру­гам, надо делить поровну. И потом «не сошлись харак­те­рами» при­ни­маться не будет.

Уди­ви­те­лен небес­ный смысл про­стого рус­ского слова.

Семья рус­ская – это семя, это еван­гель­ское семя, кото­рое должно про­расти. А чтобы оно про­росло, нужна жертва.

Любовь немыс­лима без жертв, ибо в рус­ском языке слово «любовь» и слово «боль» – слова одного корня».

Если друг оказался вдруг…

«Пора­зи­тельно, но мы совер­шенно спо­койно про­из­но­сим фразы типа «избили друг друга» или же «оскор­били друг друга». Но если вду­маться: друг избил друга! Друг оскор­бил (нанёс скорбь) друга! Напрочь поза­быв при этом древ­нюю истину, что гла­сит: «Рана, нане­сён­ная ору­жием, порой зажи­вает, сло­вом же – никогда».

А между тем, друг (самый близ­кий) и дру­гой (чужой) – слова одно­кор­не­вые! Непо­нят­ное, а потому не объ­яс­ни­мое здра­вым смыс­лом и фор­маль­ной логи­кой ока­зы­ва­ется совер­шенно пра­виль­ным с еван­гель­ской точки зре­ния: мы все дру­гие, потому как раз­ные, и все други, ибо мы – дети Адама и Евы, сотво­рен­ных Отцом Небес­ным.

Так что, согла­си­тесь, друг не может избить и оскор­бить друга по опре­де­ле­нию. В про­тив­ном слу­чае один из них, а то и оба сразу же пере­стают быть дру­зьями. И тогда все по-иному: про­сто один может поко­лош­ма­тить или обо­звать дру­гого. Но никак не друг друга!»

А вот что еще откры­вает нам Васи­лий Ирза­бе­ков о лек­сике  конфликтов.

«…Что, соб­ственно, озна­чает слово «стерва»? Полез, как водится, в сло­варь В.И. Даля. И тут… а впро­чем, предо­ста­вим слово кори­фею нашего языка: «СТЕРВА ж. и стерво ср. труп око­лев­шего живот­ного, скота; падаль, мерт­ве­чина, дох­ля­тина, упадь, дох­лая, палая ско­тина. Ныне корова, зав­тра стерва. Стер­вя­ной, ко стерву отно­сящ. Стер­вя­тина, пада­лина, мерт­ве­чина, мясо палого живот­ного. Стер­вят­ник или стер­вя­ник, мед­ведь самой круп­ной породы, охот­нее про­чих пита­ю­щийся пада­лью; раз­ли­чают: овся­ника, мура­вей­ника и стер­вят­ника, но учё­ные утвер­ждают, что они раз­нятся только летами. | Пск. бран­ное также стер­вень, стер­вюж­ник, беше­ный сорва­нец, неисто­вый буян. Стер­вят­ни­чье логово. | Стер­вят­ник, боль­шой чёр­ный орёл, могиль­ник, сле­дя­щий ста­ями за гур­тами и вой­сками. Стер­во­яд­ные живот­ные. Стер­ве­неть, стер­ве­ниться, стать, при­хо­дить в остер­ве­не­нье, в бешен­ство, неистов­ство, ярость, звер­ство; начать остер­ве­няться».

Опре­де­ле­ние Даля – вполне доста­точ­ное и в ком­мен­та­риях не нуждается…

«Право правящие»

… «Слово «пра­ви­тель» – как рази­тельно отли­ча­ется оно корен­ным своим смыс­лом от все­воз­мож­ных лиде­ров, гене­раль­ных сек­ре­та­рей, пре­зи­ден­тов и пре­мьер-мини­стров. Только вслу­ша­емся, пра­ви­тель – это ведь тот, кто при­зван вести вве­рен­ный ему Богом народ по пра­вому, сиречь спа­си­тель­ному пути, дабы вос­стал он, когда прейдут вре­мена и насту­пят сроки, справа – одес­ную Пре­стола Божия.

А потому и в ака­фи­сте пре­по­доб­ному Сер­гию, игу­мену Радо­неж­скому, поём: «Радуйся, доб­рый стада сво­его ино­че­ству­ю­щих настав­ниче и пра­ви­телю» (Икос 9).

…Загля­нуть – хотя б разок – в канон Ангелу-хра­ни­телю и заме­реть, про­чи­тав молит­вен­ное обра­ще­ние к нему: «руко­во­ди­телю мой».

А ещё… автор этих строк горячо сове­то­вал бы людям, несу­щим службу в мили­ции, все­рьёз заду­маться над сло­вом «пра­во­по­ря­док». 

Кстати, о насущ­ном: тех, кто в силу каких–то при­чин не годился для самого почёт­ного для муж­чины заня­тия – службы в армии, на Руси испо­кон назы­вали него­дя­ями или  негод­ни­ками. Почему? Воз­можно, и потому, что изо­ля­ция в юные годы от здо­ро­вого муж­ского кол­лек­тива спо­соб­ство­вала раз­ви­тию в этих моло­дых людях черт, не год­ных для муж­чины вообще».

Слово с Благодатным Огнем 

Автора давно инте­ре­со­вало про­ис­хож­де­ние и смысл ещё одного слова, свет­лого и радост­ного – «вос­кре­се­ние».

«Ни разу, ни в одной ауди­то­рии не услы­шал сколько-нибудь внят­ного ответа. А ведь слово это, согла­си­тесь, из раз­ряда клю­че­вых, поскольку речь идёт о нашем с вами спасении.

Под­сказка была неожи­дан­ной и радост­ной. В «Слове о полку Иго­реве» читаем: «Иго­реве храб­рого полку не кре­сити». Чтобы понять смысл этой фразы, нужно рас­крыть том Далева сло­варя и про­честь о том, что «кре­сать» озна­чало неко­гда «высе­кать огонь».

А потому и слово «вос­кре­се­ние», кото­рым в языке нашем названо само чудо Вос­кре­се­ния Хри­ста Спа­си­теля из мёрт­вых, есть некий таин­ствен­ный Боже­ствен­ный Огонь, тепло и свет вопреки адским холоду и мраку. 

И опять, уже в кото­рый раз, это не только кра­си­вый поэ­ти­че­ский образ, но и кон­ста­та­ция непре­лож­ной истины, потря­са­ю­щего науч­ного факта! Вспом­ним: одно из чудес пра­во­слав­ной веры, Турин­ская пла­ща­ница, кото­рую име­нуют ещё и Пятым Еван­ге­лием, Еван­ге­лием Стра­стей Гос­под­них, сви­де­тель­ствует – по бес­страст­ному мне­нию учё­ных, обсле­до­вав­ших её, – о необы­чай­ной силы и мощ­но­сти вспышке, неимо­вер­ном выбросе таин­ствен­ной энергии».

Верный – значит, верующий

«Как часто слы­шим мы в чей-то адрес, что он, дескать, невер­ный муж, а кто-то выбрал в этой жизни невер­ный путь.

Если же вслу­шаться, то невер­ный муж – это прежде неве­ру­ю­щий чело­век, живу­щий не по-хри­сти­ан­ски. Потому как если бы жил по-хри­сти­ан­ски, то хра­нил бы вер­ность супруге своей, памя­туя о том, что измена ей, пре­лю­бо­де­я­ние, есть смерт­ный грех.

Вер­ный же своей вто­рой поло­вине есть супруг бла­го­вер­ный. А вот избрав­ший невер­ный путь есть также укло­нив­шийся от спа­си­тель­ного пути, иначе – грешник.

Таким обра­зом, быть вер­ным зна­чит быть веру­ю­щим во Хри­ста!

Неслу­чайно в тек­сте Еван­ге­лия слова невер­ный и раз­вра­щён­ный в речи Спа­си­теля не про­сто сосед­ствуют, но и зву­чат как сино­нимы: «О, род невер­ный и раз­вра­щён­ный! доколе буду с вами? доколе буду тер­петь вас?» (Мф.17:17).

Малень­ких измен как тако­вых не бывает. И об этом убе­ди­тельно сви­де­тель­ствует Еван­ге­лие устами Самого Хри­ста: «Вер­ный в малом и во мно­гом верен, а невер­ный в малом неве­рен и во мно­гом» (Лк.16:10). Неуди­ви­тельно, что неко­гда в языке нашем оба эти поня­тия обо­зна­ча­лись одним словом».

Язык, который спасает

cerkovnaja kniga 18 vek na staroslavjanskom jazyke dvukhcvetnaja pechat 300x213 - Душа и разум языка

«Сего­дня наш свя­той язык под­вер­га­ется насто­я­щим гоне­ниям и изде­ва­тель­ствам. Раньше я часто гово­рил, что надо спа­сать, надо обе­ре­гать язык, не пони­мая, какая это… самонадеянность.

Нас обе­ре­гает, нас спа­сает сам рус­ский язык.

И когда встает задача: а что мы должны и можем сде­лать для языка, я думаю, самое важ­ное, что может сде­лать чело­век, для кото­рого рус­ский язык род­ной, – это слу­жить языку. А что тре­бу­ется от слуги? Вер­ность. Ибо защита рус­ского языка, сбе­ре­же­ние его сего­дня задача не фило­ло­ги­че­ская, не куль­ту­ро­ло­ги­че­ская и не эстетическая.

Сего­дня, когда мы охра­няем наш язык, мы охра­няем нашу веру, нацию, землю и, в конеч­ном счете…русскую душу».

Вален­тина Киденко по мате­ри­а­лам пра­во­слав­ных интернет–СМИ  

Фото из откры­тых источников

 

 

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки