Какими были святые в детстве? Сюжеты из жизни маленьких людей

Какими были святые в детстве? Сюжеты из жизни маленьких людей

(8 голосов5.0 из 5)

Игры, хули­ган­ство, пер­вые откры­тия, обо­дран­ные коленки и сса­дины на лице – все эти сим­волы сопро­вож­дают дет­ство каж­дого чело­века. Отли­ча­лись ли в этом воз­расте свя­тые от своих сверст­ни­ков?

Каким был малень­кий подвиж­ник веры? Чув­ство­вал ли он в себе нечто осо­бен­ное? Жур­нал «Фома» попро­бо­вал отве­тить на эти вопросы в руб­рике «Как жили святые».

Обычный подросток

Его дет­ство было вполне обыч­ным. Можно даже ска­зать, сред­не­ста­ти­сти­че­ским. В нем не было осо­бен­ных зна­ков или ука­за­ний от Бога. И чудес­ных при­ме­ров ран­них аске­ти­че­ских и молит­вен­ных подви­гов тоже не было.

Вели­кий хри­сти­ан­ский свя­той и бого­слов Авгу­стин в дет­стве – лени­вый уче­ник, люби­тель спор­тив­ных игр, ино­гда даже хулиган.

Свою жизнь, в том числе и ее ран­ний, дет­ский этап, зна­ме­ни­тый свя­той нераз­де­лен­ной Церкви бла­жен­ный Авгу­стин (354–430) опи­сал в книге «Испо­ведь».

Родив­шись в Север­ной Африке (город Тагаст), он вырос в семье скром­ного рим­ского чинов­ника. Отец был языч­ни­ком, а мать, Моника, – христианкой.

1497971164 95028 800817 - Какими были святые в детстве? Сюжеты из жизни маленьких людей

Дет­ство буду­щего вели­кого бого­слова, фило­софа было вполне обыч­ным, ничем не при­ме­ча­тель­ным. Школа маль­чику при­но­сила скорби и разо­ча­ро­ва­ния: зна­ние здесь в пря­мом смысле слова «вби­вали» в детей линей­ками и подзатыльниками.

Сам юный Авгу­стин, судя по «Испо­веди», осо­бен­ного смысла в учебе не видел, а гре­че­ский язык (язык тогдаш­них интел­лек­ту­а­лов, язык науч­ного мира) про­сто нена­ви­дел. Ему, как и любому обыч­ному маль­чику его воз­раста, нра­ви­лись состя­за­тель­ные игры: актив­ные, спортивные.

Уди­ви­тельно при­сталь­ное вни­ма­ние Авгу­стин в своей книге уде­лил одному доста­точно без­обид­ному, на пер­вый взгляд, слу­чаю. Как-то раз буду­щий свя­той про­гу­ли­вался по род­ному городу в шум­ной ком­па­нии своих сверстников.

Под­ростки зате­яли малень­кое хули­ган­ство – они решили забраться ночью в чужой сад, чтобы украсть груши. Ска­зано – сде­лано, и шалость, что назы­ва­ется, уда­лась. А укра­ден­ные плоды под­ростки даже есть не стали.

Впо­след­ствии, с болью огля­ды­ва­ясь на себя тогдаш­него, Авгу­стин скру­пу­лезно и все­сто­ронне рас­смат­ри­вал слу­чив­ше­еся через нрав­ствен­ную призму. Свя­той епи­скоп обна­жает при­роду этого под­рост­ко­вого хули­ган­ства, пыта­ясь опре­де­лить сущ­ность греха, кото­рый, как он резю­ми­рует, «был тем при­я­тен, что был запретен».

В 16-лет­нем воз­расте юноша оста­вил маль­чи­ше­ские забавы и начал осва­и­вать важ­ней­шую науку тогдаш­него мира – рито­рику. Под­ро­сток усту­пил место вырас­та­ю­щему ученому.

Играя в святого

С ран­него воз­раста он жил меч­той о мона­ше­стве. С дет­ской чисто­той буду­щий свя­той вдох­нов­лялся хри­сти­ан­скими иде­а­лами и зара­жал ими окру­жа­ю­щих. И даже свои дет­ские игры он напол­нял духов­ным смыслом.

Свя­ти­тель Иоанн Шан­хай­ский (1896–1966), до мона­ше­ского пострига Михаил, родился в Харь­ков­ской губер­нии в бла­го­че­сти­вой и глу­боко рели­ги­оз­ной семье.

У Миши было сла­бое здо­ро­вье – он часто болел. Тихий и крот­кий маль­чик все­гда бла­го­душно общался с окру­жа­ю­щими людьми, но близ­ких дру­зей у него нико­гда не было. Шум­ных игр он избегал.

Дома Миша любил играть «в мона­стырь». Он наря­жал игру­шеч­ных сол­дат в бута­фор­ские ино­че­ские обла­че­ния и орга­ни­зо­вы­вал для них «оби­тель» из игру­шеч­ных кре­по­стей, со своим уста­вом и порядками.

Задум­чи­вый ребе­нок с ран­него дет­ства инте­ре­со­вался рели­ги­оз­ными вопро­сами. Он много читал об этом и даже собрал у себя в ком­нате неболь­шую биб­лио­теку из люби­мых книг.

Из рас­ска­зов начи­тан­ного маль­чика его стар­шие брат и сестра мно­гое узнали о жизни свя­тых и об исто­рии России.

Серьез­ное и взрос­лое отно­ше­ние юного Миши к вере про­из­вело настолько глу­бо­кое впе­чат­ле­ние на фран­цуз­скую гувер­нантку – като­личку, кото­рая рабо­тала в их доме, что она решила стать пра­во­слав­ной. И Миша, кото­рому тогда уже было 15 лет, помог ей под­го­то­виться к этому шагу.

Шумный ребенок

Он совер­шенно не соот­вет­ство­вал клас­си­че­скому образу свя­того отрока, избе­га­ю­щего дет­ских раз­вле­че­ний и шало­стей. Пре­по­доб­ный Амвро­сий Оптин­ский (1812–1891) рос «весе­лым и рез­вым маль­чи­ком», как пишет в жиз­не­опи­са­нии свя­того схи­ар­хи­манд­рит Иоанн (Мас­лов). Он был неусид­чив, подви­жен до край­но­сти и думать не думал ни о каком монашестве.

Родив­шись в бла­го­че­сти­вой и рели­ги­оз­ной мно­го­дет­ной семье, про­пи­тан­ной пат­ри­ар­халь­ным духом рус­ского пра­во­сла­вия, Саша (так звали свя­того в миру), фак­ти­че­ски все дет­ство был «белой вороной».

Его озор­ство, шум­ный тем­пе­ра­мент, неустан­ное жела­ние весе­литься и играть нару­шало сте­пен­ный уклад скром­ной семьи. Потому к маль­чику отно­ше­ние было сдер­жан­ное, ино­гда даже холодное.

Отец пре­по­доб­ного умер рано, и маль­чик рос в доме сво­его деда-свя­щен­ника, кото­рый недо­люб­ли­вал сво­его рез­вого внука. Даже мать свя­того отно­си­лась к нему отстра­ненно, уде­ляя больше вни­ма­ния и заботы его более при­леж­ным братьям.

«Одна­жды, – вспо­ми­нал впо­след­ствии ста­рец Амвро­сий, – очень раз­до­са­до­ван­ный этим, я решил ото­мстить брату, кото­рого осо­бенно любили родители.

Зная, что дед мой не любит шума и что если мы, дети, бывало, рас­шу­мимся, то он всех нас без раз­бора – и пра­вого, и вино­ва­того – отде­рет за чуб, я, чтобы под­ве­сти сво­его бра­тишку под тяже­лую руку деда, раз­драз­нил его. Тот закри­чал, и выве­ден­ный из тер­пе­ния дед ото­драл и меня, и его. А послед­нее-то мне и нужно было.

Впро­чем, мне и помимо деда доста­ва­лось за это поряд­ком и от матери, и от бабки».

В 12 лет маль­чик посту­пил в семи­на­рию. Учеба дава­лась ему легко, а его откры­тость и все­гда весе­лое настро­е­ние быстро сде­лали буду­щего свя­того душой ком­па­нии. Тогда он и не подо­зре­вал о том, что пред­стоит ему в буду­щем – в Оптин­ской оби­тели. «В мона­стырь я не думал нико­гда идти», – вспо­ми­нал впо­след­ствии преподобный.

Маленький ученый

С ран­него дет­ства он гото­вился стать бого­сло­вом. Круп­ней­ший апо­ло­гет и духов­ный писа­тель XX века, свя­щен­но­му­че­ник Ила­рион (Тро­иц­кий), уже в пяти­лет­нем воз­расте читал Псал­тирь на кли­росе и всеми силами стре­мился к науч­ному знанию.

Вла­ди­мир Тро­иц­кий (1886–1929) родился в семье сель­ского свя­щен­ника в Мос­ков­ской губер­нии. Он рано остался без матери и за его вос­пи­та­ние взя­лась ее неза­муж­няя сестра. Она рабо­тала в при­ход­ской школе и часто брала с собой малень­кого маль­чика. Уже к пяти годам буду­щий свя­той мог читать не только на рус­ском, но и на цер­ков­но­сла­вян­ском языке.

Володя рос в тишине сель­ской мест­но­сти, в мире и спо­кой­ствии бла­го­че­сти­вой семьи. Много лет спу­стя, уже будучи епи­ско­пом, он с теп­лом и уми­ле­нием будет вспо­ми­нать мгно­ве­ния сво­его дет­ства: «Ожи­вает при­рода, и сми­рен­ный народ справ­ляет празд­ник Воскресения.

Слы­шишь, бывало, как несется над рекой пас­халь­ный звон, – будто волны новой жизни вли­ва­ются в душу, слезы навер­ты­ва­ются на гла­зах. Долго и молча сто­ишь зачарованный».

Более всего маль­чик хотел учиться. Он жаж­дал новых зна­ний и с нетер­пе­нием ждал, когда же наста­нет вели­кий день и он, нако­нец, ста­нет школьником.

Одна­жды тер­пе­ние пяти­лет­него ребенка кон­чи­лось. Он решил само­сто­я­тельно, пеш­ком, отпра­виться в Москву – учиться, при­хва­тив с собой бук­варь и млад­шего трех­лет­него бра­тика. Вскоре в доме обна­ру­жили, что дети про­пали. Бро­си­лись искать. 

Через несколько часов отец на телеге нагнал важ­ных пут­ни­ков. На гнев­ные упреки роди­теля малень­кий уче­ный вос­клик­нул: «Папа, не рас­стра­и­вайся! А как же Ломо­но­сов? Ведь он пеш­ком пошел в Москву – и я тоже решил идти учиться!»

И, когда настало время, буду­щий свя­той с блес­ком окон­чил школу, семи­на­рию, а затем и ака­де­мию, став кан­ди­да­том богословия.

Избранные от рождения

Недет­ская серьез­ность, неот­мир­ность, необыч­ное пове­де­ние среди сверст­ни­ков – все это ука­зы­вало на их осо­бен­ное будущее.

Цер­ков­ное пре­да­ние хра­нит чудес­ные сюжеты из жизни свя­тых людей, на чье пред­на­зна­че­ние Бог поже­лал ука­зать с самого их рождения.

Так свя­ти­тель Нико­лай, Мир­ли­кий­ский чудо­тво­рец (ок. 270–345), будучи еще мла­ден­цем, на про­тя­же­нии всего таин­ства Кре­ще­ния, про­стоял на ногах в купели – его никто не поддерживал.

Пре­по­доб­ный Сер­гий Радо­неж­ский (1314–1392), нахо­дясь еще в утробе матери, трое­кратно вос­клик­нул во время Боже­ствен­ной литур­гии: пер­вый раз перед чте­нием Еван­ге­лия, затем во время Херу­вим­ской песни, и после воз­гласа свя­щен­ника «Свя­тая святым».

С самого мла­ден­че­ства в пост­ные дни пре­по­доб­ный не при­ни­мал молока матери.

25 bashmaki blazhennj ksenii - Какими были святые в детстве? Сюжеты из жизни маленьких людей

Ино­гда свя­тым явля­лись ангелы. Такой встречи, напри­мер, спо­до­бился шести­лет­ний Иоанн Крон­штадт­ский (1829–1909).

Про­хора Мош­нина, буду­щего пре­по­доб­ного Сера­фима Саров­ского (1754–1833), ангел спас, когда маль­чик сорвался с высо­кой коло­кольни. Свя­той остался невре­дим. Пре­по­доб­ный Сер­гий Радо­неж­ский после встречи и беседы с таин­ствен­ным безы­мян­ным стар­цем быстро пре­одо­лел труд­но­сти в осво­е­нии грамоты.

Слу­ча­лось, что такие малень­кие дети пред­ре­кали роди­те­лям свое буду­щее. Так пре­по­доб­ный Ири­нарх Затвор­ник (1547–1616), еще будучи шести­лет­ним маль­чи­ком, со взрос­лой серьез­но­стью гово­рил своей матери: «Вырасту – буду мона­хом, обложу себя желе­зом, и люди ста­нут ходить ко мне».

Жур­нал «Фома»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки