Отверженный: ребенок без права на ошибку

Отверженный: ребенок без права на ошибку

(2 голоса5.0 из 5)

«Меня зовут Миша, потому что я всем мешаю. Это дру­гие дети хоро­шие, а я неудач­ник – без­на­деж­ный при­ду­рок с дыря­вой памя­тью и косыми руками. Так гово­рит мама, когда я роняю посуду или забы­ваю  что-то в школе». Зача­стую  мы хотим научить ребенка само­сто­я­тель­но­сти, а  при­учаем к нездо­ро­вому само­би­че­ва­нию. Вос­пи­ты­ваем здо­ро­вую само­кри­тику, а полу­чаем болез­нен­ное само­ед­ство. Что не так и кого здесь надо воспитывать?

От него одни проблемы…

«Адам, где ты?», – вопро­шал Бог в Раю после гре­хо­па­де­ния, но пер­вый чело­век спря­тался за дере­вьями. И это при­том, что пра­о­тец услы­шал не жест­кий окрик и не уни­зи­тель­ное обли­че­ние, а неж­ный Оте­че­ский зов, в кото­ром зву­чало бес­по­кой­ство.

Пре­ступ­ле­ние Адама было серьез­ным – оно изме­нило к худ­шему весь мир. Так ли нежно и бережно мы обра­ща­емся к детям, нашко­див­шим по мелочам?

1413566984 detki 7 300x249 - Отверженный: ребенок без права на ошибкуЕсть много анек­до­тов про еврей­ские семьи, вроде этого: «Сара, ваш бан­дит опять хули­га­нит. Или Вы дадите ему вос­пи­та­ние, или я ему – под­за­тыль­ник». Вот такой  педа­го­ги­че­ский  посыл – ребе­нок бес­ко­нечно любим и лично не осуж­даем.

Отчего-то у нас, пра­во­слав­ных хри­стиан, такое отно­ше­ние  к своим детям счи­та­ется ненор­маль­ным и попустительским.

Имея  самое поверх­ност­ное пред­став­ле­ние о насто­я­щем содер­жа­нии и исто­ри­че­ском кон­тек­сте «Домо­строя», мы берем все в ежо­вые рука­вицы и  воору­жа­емся соб­ствен­ным «Домо­строем» – ста­ра­ясь «вос­пи­тать чело­века» из сво­его чада, зача­стую мы ста­но­вимся  к нему жест­кими и без­жа­лост­ными, кри­ти­куя с утра до вечера. И это вовсе не делает ребенка силь­нее и уве­рен­нее,  напро­тив  –  усво­ен­ный им нега­тив­ный  опыт пере­жи­ва­ния  ситу­а­ции остав­ляет болез­нен­ный  след на всю жизнь. 

Как часто в обще­ствен­ном месте можно  наблю­дать такие сцены: мама в яро­сти отчи­ты­вает свое дитя, не стес­ня­ясь в выра­же­ниях и под­би­рая самые жест­кие и уни­жа­ю­щие досто­ин­ство слова. Про­ходя мимо, мы вскользь слы­шим, что от этого вих­ра­стого  сим­па­тяги у матери одни про­блемы, руки у него рас­тут не оттуда, голова пустая, а то, что он нена­ро­ком раз­бил стек­лян­ную бутылку с соком  в зале тор­го­вого цен­тра – непро­сти­тель­ное преступление.

И про­хо­дим мимо, видя краску и заме­ша­тель­ство на его лице и мамин аффект, в кото­ром она не пони­мает, что морально и физи­че­ски кале­чит ребенказакла­ды­вает сыну болез­нен­ный опыт эмо­ци­о­наль­ного реа­ги­ро­ва­ния.

Вме­ша­емся в момент кон­фликта – и вряд ли будем услы­шаны. Поэтому обра­тимся к роди­те­лям в спо­кой­ном состо­я­нии, ведь мно­гим из нас подоб­ные ситу­а­ции знакомы.

Впитали с молоком

Дет­ство  – очень важ­ный период, где так мно­гое закла­ды­ва­ется, чтобы затем неза­метно при­сут­ство­вать  и вли­ять на нашу жизнь. Тогда и про­ис­хо­дит фор­ми­ро­ва­ние лич­но­сти. При­чем  именно в семье – в том есте­ствен­ном аре­але оби­та­ния ребенка с пер­вых его дней, где для него все зна­чимо и неслучайно.

Здесь он учится  у взрос­лых ходить и гово­рить, играть и помо­гать – закреп­ляет свои уме­ния на всех уров­нях  памяти, пере­плав­ляя опыт близ­ких людей в соб­ствен­ный. Точно так же он осва­и­вает в семье непро­стой опыт эмо­ци­о­наль­ного обще­ния с миром и близ­кими. И эти навыки, в том числе нега­тив­ный опыт, закреп­ля­ются очень быстро.

Выра­же­ние «мой дом – моя кре­пость» очень верно в  пси­хо­ло­ги­че­ском плане, ведь именно «под кры­шей дома сво­его» ребе­нок учится тому, чтобы быть внут­ренне силь­ным  и про­ти­во­сто­ять всем житей­ским вет­рам.

И очень горько, если вме­сто кре­по­сти духа он при­об­ре­тает рас­те­рян­ность и неуве­рен­ность в своих силах. Так бывает, если к нему обра­щены не про­яв­ле­ния любви и заботы, а одни роди­тель­ские угрозы и упреки по пустя­кам. А это, будем назы­вать вещи сво­ими име­нами – еже­днев­ное эмо­ци­о­наль­ное наси­лие. А отве­тить на него малое дитя не может – внут­ренне не готово.  Как ребенку пога­сить внут­ренне напря­же­ние, снять стресс? Только согла­ситься, что он пло­хой, неверно поняв, что любить его можно только идеальным.

Гадкий я

Эмо­ци­о­наль­ная память очень устой­чива, она удер­жи­вает самые ран­ние вос­по­ми­на­ния, в том числе трав­ми­ру­ю­щие. Вспом­ним клас­си­ков, про­но­ся­щих через всю жизнь и вопло­ща­ю­щих в своих кни­гах горь­кий дет­ский опыт.

И  по себе знаем – забыть мно­гие болез­нен­ные ситу­а­ции, слу­чив­ши­еся  в дет­ском саду, в школе, на улице и тем более дома долго не получается.

Что имеет в виду вот эта мама, кри­ча­щая посреди улицы, что ее дочка-под­ро­сток  «уродка, чума­зая бом­жиха и нико­гда не научится за собой сле­дить» – опять забыла надеть чистую куртку и почи­стить перед выхо­дом сапоги? Видимо, что в дан­ный момент она рас­стро­ена и оза­бо­чена ее внеш­ним видом.

Что запи­сы­вает на своей «под­корке» ребе­нок?  Что  права на ошибку у него нет. Надо быть иде­аль­ным все­гда и во всем – тогда и полю­бят, и похва­лят. Но в дан­ный момент – что он ненор­маль­ный, урод­ли­вый, обще­ственно осуж­да­е­мый  и похож на бомжа, поэтому среди нор­маль­ных людей ему не место. А глав­ное, что мама в таком виде его тер­петь не может и, похоже, сты­дится идти рядом.

chashka 300x290 - Отверженный: ребенок без права на ошибку

Поло­жи­тель­ный образ самого себя (то есть разумно завы­шен­ная само­оценка) – силь­ный пси­хо­ло­ги­че­ский щит, эта­кий «ремень без­опас­но­сти» для взрос­лого. В зре­лом воз­расте он помо­гает нам не отча­яться в слож­ных ситу­а­циях, хотя и создает неко­то­рые «помехи», когда мы гото­вимся к Таин­ству Исповеди.

И у ребенка суще­ствует убеж­де­ние – я хоро­ший, но его защит­ная функ­ция довольно сла­бая, потому что малень­кому чело­веку не хва­тает кри­тич­но­сти в вос­при­я­тии себя и дру­гих людей, он не отде­ляет себя от дома, семьи, роди­те­лей.  Именно поэтому ситу­а­ция «гад­кий я» – самая непе­ре­но­си­мая для него внут­рен­няя драма,  кото­рая зани­жает самооценку.

Пра­во­слав­ный пси­хо­лог Алек­сандр Тка­ченко кон­ста­ти­рует: «Бывает так, что само­оценка… начи­нает сильно «зашка­ли­вать» в сто­рону нега­тива. Мыс­лен­ное осуж­де­ние себя ста­но­вится посто­ян­ным фоном, любой пустяк вроде нена­ро­ком раз­ли­того на столе чая вызы­вает гнев­ные обли­чи­тель­ные тирады в свой же адрес.

А уж если какое-то досад­ное недо­ра­зу­ме­ние про­изо­шло на гла­зах у дру­гих людей, тогда вообще хочется про­ва­литься сквозь землю, даже если твоей ошибки никто не заме­тил. Внут­рен­ний голос тут же начи­нает объ­яс­нять тебе, кто ты есть, уже не выби­рая выра­же­ний и инто­на­ций, порой пере­ходя в откро­вен­ную брань. Такие само­об­ли­че­ния, даже при всей их фор­маль­ной правоте, испод­воль отни­мают уве­рен­ность в своих воз­мож­но­стях, лишают сил и радо­сти».

Сло­вом, даже для взрос­лого глу­бо­кое пере­жи­ва­ние  стресса «себя пло­хого»  вряд ли ста­нет нача­лом лич­ност­ного роста. Тем более постра­дает от него хруп­кая  и рани­мая душа ребенка.

Ско­рее всего, в сле­ду­ю­щий раз  та самая «девочка-бомж»  будет выгля­деть иде­ально ухо­жен­ной, но в ушах у нее еще долго будет зве­неть мамин крик, от кото­рого она будет внут­ренне съе­жи­ваться. И, воз­можно, её само­оценке уже нане­сена неза­жи­ва­ю­щая рана.

Выйдя замуж, родив детей, не исклю­чено, что она  при всем внеш­нем совер­шен­стве про­дол­жит ощу­щать себя «урод­кой» и «бом­жи­хой», про­дол­жая твер­дить себе на каж­дом шагу, какие недо­пу­сти­мые  и непро­сти­тель­ные ошибки совер­шает, ска­жем, забыв купить молока или хлеба. Как бы она не ста­ра­лась, стать иде­аль­ной невозможно…

Мамы не будет рядом, но ее место легко зай­мет свой внут­рен­ний мучи­тель и кри­ти­кан. Неза­метно он ста­нет частью лич­но­сти  и  про­дол­жит зудеть над ухом  – твер­дить о том, что она не доста­точно хороша  во всем и поэтому ничего хоро­шего не достойна.

Все это может ска­заться на отно­ше­ниях в ее новой  семье. А уродке, соот­вет­ственно, урод­ская жизнь, наи­бо­лее веро­ят­ный про­гноз кото­рой – болез­нен­ные соза­ви­си­мые отно­ше­ния, в кото­рых она – все­гда стра­да­ю­щая сторона.

Маэстро критикан

Итак, вырос­ший вме­сте с ребен­ком внут­рен­ний кри­тик, оче­видно, будет неот­вяз­ным, если с ним не бороться. В даль­ней­шем он искусно и иску­си­тельно  ста­нет играть свою роль – под­стра­и­ваться под голос сове­сти, в резуль­тате чего взрос­лый чело­век может начать  стра­дать нев­ро­ти­че­ским рас­строй­ством от бес­ко­неч­ного само­уко­ре­ния и самоуничижения.

Что такое само­ед­ство? Тол­ко­вый сло­варь Оже­гова опре­де­ляет его как «излиш­нюю само­кри­тич­ность, недо­воль­ство сво­ими поступ­ками, пове­де­нием». И в  основе его  – не обя­за­тельно уязв­лен­ная гор­дыня, ско­рее,  именно ранен­ное в дет­стве само­лю­бие и достоинство.

Носи­тель  «внут­рен­него кри­ти­кана»  вряд ли  сам  изба­вится от лож­ных уста­но­вок,  а будучи воцер­ко­в­лен­ным,  может еще и усу­гу­бить своё страдание

Есть такая псев­до­пра­во­слав­ная мысль: быть «пло­хим»  в соб­ствен­ных гла­зах с духов­ной точки зре­ния… хорошо. Мысль очень опас­ная и невер­ная.

Видеть без­дну своих гре­хов  – для хри­сти­а­нина нор­мально и пра­вильно. Но это – совсем не то, что зары­ваться с голо­вой  в мелочи (кото­рые, соб­ственно, и гре­хами не являются).

Сто­рон­ники пра­во­слав­ного само­кри­ти­кан­ства любят на людях пого­во­рить о своих мел­ких «пре­гре­ше­ниях» и «иску­ше­ниях», что для неко­то­рых ста­но­вится  сво­его рода хобби  ради про­цесса  или спор­том со сво­ими «план­ками дости­же­ний», где на финише можно, залю­бо­вав­шись собой,  гордо ска­зать: «Я греш­нее всех».

Такие само­кри­тики любят при­во­дить в при­мер свя­тых отцов и цити­ро­вать молитвы и

при каж­дом  удоб­ном слу­чае биче­вать себя по мело­чам, про­ходя мимо глав­ных гре­хов и про­блем. Будем бди­тельны – эти угры­зе­ния рас­ша­тан­ной пси­хики не свя­заны с истин­ным пока­ян­ным чувством.

Поды­то­жим сло­вами  упо­мя­ну­того нами  пси­хо­лога Алек­сандра Тка­ченко  –  «Аске­ти­че­ская прак­тика само­уко­ре­ния не имеет ничего общего с про­яв­ле­ни­ями трав­ма­тич­ного эмо­ци­о­наль­ного опыта, застав­ля­ю­щего чело­века ругать себя за любую мелочь. «Кано­ни­зи­ро­вать»  сво­его «внут­рен­него кри­тика» – дело заве­домо бес­смыс­лен­ное и вред­ное для душев­ного здоровья».

«Не вина, но оплошность…»

Близ­кие – самые зна­чи­мые люди для детей, поэтому так  веско зву­чит каж­дое их слово, и так важно, как именно оно про­из­не­сено. Тембр, инто­на­ция, высота голоса – все имеет смысл. Помня об этом,  как делать про­стые быто­вые заме­ча­ния, если твер­дим-твер­дим,  а детям всё как об стенку горох?

Ска­жем, раз­бился кра­си­вый сер­виз, и вы при всех награж­да­ете своё чадо и его руки самыми силь­ными эпи­те­тами (кри­вые, косые, дыря­вые, дур­ные…).  Окру­жа­ю­щие, оче­видно,  ваш посыл услы­шат (что, конечно  уси­лит эффект воз­дей­ствия на ребенка –  а пред­ставьте себя на его месте – каково быть при­людно морально выпо­ро­тым). Но мы, кажется, уже нашли ответ на вопрос – возы­меет ли успех такое роди­тель­ское настав­ле­ние? И ответ – кате­го­ри­че­ское  «нет».

Рас­ста­вим при­о­ри­теты. Что дороже – вот этот ста­рый фар­фор, что давно из моды вышел,  или дет­ская душа, на кото­рой оста­ются неиз­гла­ди­мые трещины?

Да, бывают про­вин­но­сти и посе­рьез­ней.  И наши нервы тоже не бесконечны.

Дру­зья рас­ска­зали реаль­ную исто­рию – их дочка подо­шла к куль­ману, уви­дела чер­теж и рас­кра­сила папе его полу­го­до­вую диплом­ную работу в домики и цве­точки. Понятно, что защита не состо­я­лась. Но ведь малышка рисо­вала с самыми доб­рыми чув­ствами, видимо, в бук­валь­ном смысле слова желая скра­сить папе рутин­ную серость его работы. Пер­вая реак­ция папы, увы, оче­видна… Но, учи­ты­вая такую тро­га­тель­ную дет­скую моти­ва­цию, как не найти для девочки муд­рые и  не очень стро­гие слова, когда дар речи, нако­нец, к вам вернется?

Никто не утвер­ждает, что нельзя кри­ти­ко­вать ребенка, но кри­тика должна быть разум­ной и осно­ван­ной на любви.  Прин­цип про­стой – кри­ти­куем не чело­века, а его поступки. Не Машу, Васю, Мишу как тако­вых, а их про­вин­но­сти, про­махи, говоря хри­сти­ан­ским язы­ком – грехи. Осуж­даем  ложь (Вася чашку раз­бил и не ска­зал или солгал, что не он – плохо), а не Васю – мол, «неук­лю­жий остолоп».

На память при­хо­дят уди­ви­тель­ные стихи Брод­ского, кото­рые напи­саны о взрос­лом, но уместны и в обсуж­да­е­мой нами дет­ской ситуации:

«Не вина, но оплошность

Раз­би­вает стекло.

Что скор­беть, расколовшись,

Что вино утекло?»

Так давайте не поз­во­лим малень­кому сердцу рас­ко­лоться от суро­вого чув­ства вины за всего-то малень­кую оплошность. 

Тон искрен­но­сти очень тонок, поэтому  будем вести себя кате­го­рично, но мягко.  Ска­жем по воз­мож­но­сти спо­койно – сосчи­тав мыс­ленно до десяти, не поз­во­лив себе внут­ренне рас­пус­каться,  взве­сив  все аргу­менты и пред­ста­вив все последствия.

Помо­гите ребенку почув­ство­вать и понять глав­ное: кри­ти­куя поступки, его не отвер­гают, не пере­стают любить, жалеть  и заботиться.

Про­ви­нился, не сде­лал как надо – это еще не ката­строфа. Малыш, бояться  нечего – ты по-преж­нему среди своих.

Поэтому ска­зан­ные слова должны быть не злыми, колю­чими и раня­щими, а именно сло­вами любви и под­держки – искрен­ними и по воз­мож­но­сти доб­рыми.

Ведь вме­сто гру­бого окрика «Вася, идиот, не тро­гай, ты сей­час разо­бьешь наше сва­деб­ное блюдо» может  бережно про­зву­чать  и такое: «Доро­гой, пра­вильно оце­ни­вай свои силы. Надо бы тебе быть поосторожнее».

Кстати, в этом слу­чае не только у дет­ской души (да и нерв­ной системы), но и у сва­деб­ного блюда появится гораздо больше шан­сов  остаться целым…

Мария Солунь

Фото из откры­тых источников

 

 

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки