Рассказы для детей

Рассказы для детей

(3 голоса5.0 из 5)

Рас­сказы для детей Татьяны Недоспасовой.

 

 

Олины именины

Насту­пил день памяти свя­той рав­ноап­о­столь­ной Ольги. В этот день Оля надела своё самое наряд­ное пла­тье и пошла с мамой к литур­гии. В церкви её все поздрав­ляли, а после при­ча­стия мама дала ей пять руб­лей и раз­ре­шила купить то, что она захочет.

Из церкви мама пошла домой, а Оля напра­ви­лась вдоль по набе­реж­ной, чтобы что-нибудь купить.

Сто­яло лето. На набе­реж­ной было много отды­ха­ю­щих. На лот­ках про­да­вали моро­же­ное, сла­до­сти и гази­ро­ван­ную воду. Оля встала в оче­редь за моро­же­ным, но пока сто­яла, стала думать о том, что моро­же­ное так быстро съешь, и ничего не останется.

- Куплю-ка я себе изюм в шоко­ладе! Его можно будет надолго растянуть.

Оля вышла из оче­реди и пошла дальше.

Навстречу ей шла девочка с огром­ным воз­душ­ным шаром. Оля очень любила воз­душ­ные шары.

- Да, лучше купить шар. Но у сто­лика с шарами висела афиша: новое пред­став­ле­ние в цирке.

- Цирк! Вот куда я хочу попасть! Это стоит и моро­же­ного, и шаров.

Оля закрыла глаза и пред­ста­вила, как заме­ча­тельно побы­вать в цирке.

- Сего­дня конечно гости, но можно купить билеты и схо­дить зав­тра с сосед­кой Валей.

Оля в раз­ду­мье пошла дальше и тут уви­дела у ска­мейки ста­рого музы­канта. Он был в сером потёр­том и запла­тан­ном костюме. На его шее висел гал­стук, но такой ста­рый, что ско­рее похо­дил на тря­почку. Оля совсем уже было ушла с набе­реж­ной, как вдруг услы­шала позади себя скорб­ные звуки флейты – это заиг­рал музы­кант. Флейта пела печально и тро­га­тельно. Оля оста­но­ви­лась и прислушалась.

Музы­кант играл, а флейта рас­ска­зы­вала о нищете и оди­но­че­стве. Каза­лось, флейта пла­кала и в своём плаче гово­рила о том, что пере­жи­вал ста­рый музыкант.

У Оли высту­пили слезы на глазах.

- Бед­нень­кий, ведь ему нечего есть, – поду­мала Оля, и ей стало так жаль его, что она готова была оста­но­вить всех про­хо­жих и попро­сить их помочь несчастному.

И тут она вспом­нила о своих пяти рублях.

- Ничего, обой­дусь без цирка, моро­же­ного и шаров, лишь бы ему помочь.

Оля твер­дым шагом напра­ви­лась к музы­канту. Она подо­шла к его потёр­той шляпе и поло­жила туда свои деньги. Потом под­няла глаза на музы­канта и уви­дела столько при­зна­тель­но­сти в его взгляде, что невольно произнесла:

- Да помо­жет вам Бог.

Теперь она бежала домой с такой радо­стью в сердце, какую нико­гда в жизни не испытывала.

Когда Оля зашла в квар­тиру, мама сразу заме­тила радость дочки и спросила:

- Ну, что ты купила, Оленька?

Оля немного рас­те­ря­лась, а потом ответила:

- Мама, я отдала деньги нищему музыканту.

- Моло­дец, доченька. Ведь давая деньги нищим, ты пода­ёшь Самому Христу.

- Мама, я нико­гда в жизни не испы­ты­вала такой радо­сти, как сегодня.

- Видишь, ты отдала свое зем­ное досто­я­ние, и Гос­подь воз­дал тебе небес­ной радо­стью. Такая же, но несрав­нимо боль­шая радость ожи­дает пра­вед­ни­ков на небесах.

Оля улыб­ну­лась и про­шла в ком­нату. Там уже собра­лись пер­вые гости. При­шла соседка Валя и пода­рила Оле воз­душ­ный шар. Когда же вер­нулся с работы отец, то вру­чил ей два билета в цирк – для неё и для Вали.

- Да, – поду­мала Оля, – если бы я купила шар или билеты в цирк, то они были бы у меня лиш­ними. А теперь как раз столько, сколько нужно.

В сле­ду­ю­щее вос­кре­се­нье Оля с Валей пошли в цер­ковь. У входа она встре­тила ста­рого музы­канта. Он улыб­нулся и сказал:

- В тот день тво­ими молит­вами Гос­подь дей­стви­тельно помог мне. Мне пред­ло­жили очень хоро­шую работу.

- Да что я, ведь тогда был день памяти свя­той кня­гини Ольги, она и помогла вам.

Они зашли в храм и поста­вили две свечки у иконы свя­той Ольги, про­све­ти­тель­ницы Рус­ской земли.

Ноев ковчег

Это было в дале­кой древ­но­сти, когда люди жили намного дольше, а звери ещё пом­нили чело­ве­че­ский язык.

В боль­шом лесу жил любо­зна­тель­ный еж. С неко­то­рого вре­мени он стал слы­шать стук топора на дру­гой сто­роне леса, и ему очень захо­те­лось узнать, что, соб­ственно говоря, там происходит.

Одна­жды утром он взял свою дорож­ную палку и напра­вился туда, откуда доно­сился стук. Там он уви­дел ста­рого Ноя, кото­рый рубил огром­ные брёвна.

- Инте­ресно, зачем ему столько бре­вен, да таких боль­ших? Ведь они даже для дома велики! – раз­мыш­лял еж, молча наблю­дая, как тру­дится Ной.

Ёжик под­бе­жал к Ною, но из скром­но­сти всё никак не решался задать ему свой вопрос.

Нако­нец, Ной пре­рвал работу, опу­стил топор, сел на пень только что сруб­лен­ного дерева и сказал:

- Я вижу, что тебе очень хочется узнать, чем я зани­ма­юсь. Видишь ли, люди сде­лали уже столько зла, что земля вопиет к небу о помощи и избав­ле­нии. Поэтому Гос­подь решил пре­сечь их без­за­ко­ния, и как мне воз­ве­щено в откро­ве­нии – на земле слу­чится потоп.

- Как потоп?

- Да, погиб­нут нерас­ка­ян­ные грешники.

Видишь эти брёвна? Я строю ков­чег. Когда построю, то буду бить в било и звать всех людей к покаянию.

Пока­яв­ши­еся спа­сутся в ков­чеге, а не пока­яв­ши­еся погибнут.

- Люди-то людьми, а мы как же? Неужели из-за ваших гре­хов нам, зве­рям, погибать?

- В моём ков­чеге будет место и для зве­рей. Кто услы­шит стук в било и при­дёт – спа­сутся в ков­чеге. Не знаю только, что из этого полу­чится, ведь вы все такие драчливые.

- Я знаю, Ной. Мы поста­вим усло­вие, чтобы не драться, не кусаться и не пожи­рать друг друга. Кто согла­сен – пусть при­хо­дит, а несо­глас­ные – ну, раз уж они такие, пус­кай себе гибнут.

Ной про­мол­чал. Потом взял топор и стал опять рубить дерево.

А что же ёж? Он стал думать о том, что быть может не все звери услы­шат стук в било, и тогда они погиб­нут. Ежа эта мысль сильно огор­чила, и он решил пройти по всему лесу и пре­ду­пре­дить всех живот­ных о гро­зя­щей опасности.

Кто бежит со всех ножек? Это я – бед­ный ёжик.

Как же мне удастся всех успеть предупредить?

Ах, надо, надо поторопиться,

Вот-вот польётся с небес вода.

Должны все звери, должны все птицы

Узнать, что скоро при­дёт беда.

Ёж дви­нулся в путь. Он очень торо­пился, но уже через несколько десят­ков шагов уви­дел бегу­щего льва.

- Лев, постой У меня есть к тебе серьез­ный разговор.

Лев был очень гор­дого нрава, поскольку счи­тал себя царем зве­рей, но впро­чем к ежу он отно­сился бла­го­склонно, ува­жая его колючки. Не пово­ра­чи­вая головы, лев приостановился

- Лев, гро­зит потоп Ной будет сту­чать в било, и надо прийти в ков­чег, чтобы не погибнуть.

У льва забле­стели глаза.

- И там будут овцы и зайцы?

- Да, лев Но есть одно усло­вие: не драться, не кусаться и не пожи­рать друг друга.

- Э, нет. Это не для меня.

- Поду­май хоро­шенько, ведь ты погибнешь!

Лев побе­жал своей доро­гой, а ёжик пошёл своей. Он рас­ска­зал об опас­но­сти пти­цам и про­сил, чтоб они пре­ду­пре­дили остальных.

В таких стран­ствиях он про­вёл несколько дней. Обойдя весь лес, ёжик вышел к реке. Там стоял огром­ный дино­завр и ел папоротник.

- Дино­завр, – про­кри­чал ёж, – нам гро­зит опас­ность! Нужно укрыться в ковчеге.

Я прошу про­ще­нья, динозавр,
Надви­га­ется беда.
Может быть через одно мгно­ве­нье, да!
Чтобы звери после наводненья
Не исчезли без следа,
Спря­таться должны мы все в ков­чеге, да!

Дино­завр долго думал, затем посмот­рел на ежа, посмот­рел на папо­рот­ник и спросил:

- А там будет папо­рот­ник, а?

- Ну, нарви с собой немножко. В конце кон­цов, можно и попо­ститься ради такого случая.

- Нет, сам постись. Я без све­жего папо­рот­ника жить не могу, – отре­зал дино­завр и повер­нулся к ежу спиной.

Ёж вздох­нул и спу­стился к реке. Он хотел было пре­ду­пре­дить рыб, но потом сооб­ра­зил, что рыбы и так живут в воде, и потому потоп им не страшен.

А на дру­гой сто­роне реки стоял мамонт – огром­ный воло­са­тый слон, отли­чав­шийся непо­мер­ной ленью.

- Ма-амонт, – закри­чал ёж, – надо прийти в ков­чег к Но-ою, чтобы не поги-и-ибнуть.

Мамонт лениво при­от­крыл глаза, посмот­рел на ежа и пробормотал:

- Идти?.. Нет… Мне бы сто­ять здесь, на сол­нышке. А потом хоть потоп.

Мамонт закрыл глаза, а ёжик побе­жал дальше.

Кто лен­тяй и обжора,
Тот спа­стись никак не сможет.
Надо поско­рее осталь­ных предупредить.
В ков­чеге смо­жем мы все укрыться,
Когда польётся с небес вода,
Должны все звери, должны все птицы
Узнать, что скоро при­дёт беда.

Он встре­тил лису, зайца, бар­сука, мед­ведя и всем рас­ска­зал о ков­чеге. О домаш­них живот­ных ёжик не бес­по­ко­ился, потому что знал, что Ной обя­за­тельно возь­мёт и корову, и козу, и собаку, и остальных.

Нако­нец, ёж обо­шёл весь лес и вер­нулся к себе домой. Надо было сушить грибы на дорогу. Тем вре­ме­нем Ной закон­чил стро­ить свой ков­чег. Он сде­лал дере­вян­ное било, стал ходить по земле и звать людей к пока­я­нию. Но люди были очень заняты сво­ими делами и заба­вами, так что смот­рели на Ноя, как на сума­сшед­шего Так никто и не при­шел к ков­чегу Ноя, кроме его сыно­вей с женами.

А у ков­чега уже суе­тился ёжик. Он бегал между живот­ными и вни­ма­тельно смот­рел, все ли собра­лись, никто ли не опоз­дал. Звери были в пол­ном сборе, не при­шли только лев, дино­завр и мамонт. На поляне возле ков­чега стоял шум и гам- змеи шипели, вороны кар­кали, коровы мычали, все живот­ные выра­жали своё недо­воль­ство и пре­не­бре­же­ние к окружающим.

Ёж не мог на это смот­реть, он про­брался к ков­чегу и с шумом захлоп­нул его дверь.

Тот­час стало тихо Все звери повер­ну­лись на дверь и удив­ленно посмот­рели на ежа.

- Послу­шайте, звери! Вы все погиб­ните, если не в воде, то от соб­ствен­ной злобы. Ещё несколько дней, и воды покроют всю землю! Пора же вам, нако­нец, пре­кра­тить вражду и понять, что ков­чег стал нашим общим домом. И каж­дый из вас ценен, поскольку дру­гого такого нет, и не будет. А поэтому вы не должны ни драться, ни кусаться, ни пожи­рать друг друга. Кто не согла­сен – оста­вай­тесь себе на поги­бель, а кто согла­сен – заходи в ковчег.

Живот­ные пре­кра­тили гам и молча дви­ну­лись к ков­чегу. Никто не хотел оста­ваться. Забра­лись все, и когда Ной был готов закрыть дверь, при­бе­жал лев. Ёж радостно воскликнул:

- Лев! И ты пришёл!

- Так что же, поги­бать что ли, раз ове­чек не дают?

- Моло­дец, лев.

И ёж про­вёл его на самое почёт­ное место в зве­ри­ном отделе ковчега.

И вот полил про­лив­ной дождь. Ёж гля­дел в окно и видел, как день ото дня уве­ли­чи­ва­лась вода. Скоро потоки под­хва­тили ков­чег, и он понёсся по вол­нам невесть куда. Ёж видел, как всё также стоял мамонт на своём месте, пока его не покрыла вода. А дино­завр сам уто­нул, когда хотел достать папоротник.

- Что ж, – вздох­нул ёж, – их погу­били лень и обжор­ство. Мы больше нико­гда не уви­дим ни дино­завра, ни мамонта. Так они и оста­нутся допо­топ­ными животными.

В ков­чеге неко­то­рое время всё было спо­койно. Звери были настолько испу­ганы про­ис­хо­дя­щим, что плыли молча. А через несколько дней все свык­лись с обста­нов­кой, и каж­дый стал про­яв­лять свой харак­тер: змеи по каж­дому поводу шипели, птицы бол­тали о вся­кой чепухе, лиса рас­ска­зы­вала раз­ные исто­рии о своих подви­гах, при­чём все они были чистой выдум­кой, а заяц мучался от того, что зави­до­вал дру­гим. Часто ёж нахо­дил зайца в слезах.

- О чём ты пла­чешь, зайка?

- Я такой весь малень­кий, серень­кий. У всех что-нибудь да есть, а у меня ничего такого нет.

У лисички хвост трубой
Рыжий и пушистый,
Лишь у зайки хво­стик – ой,
Вовсе никудышный.
Хво­стик длин­ный и простой
Есть у крошки мышки,
А у зайки хво­стик – ой,
Всё равно, что шишка.
А мед­ведь такой большой,
И рычит отлично,
Только серый зайка – ой,
Всё равно, что лишний.

- Глу­пый ты, однако. Ты плохо смот­ришь Давай смот­реть вме­сте. Вот напри­мер, у лисы рыжая шкура, так зна­ешь ли ты, как за ней гоня­ются охот­ники? Хорошо, у ове­чек – кудри Но посмотри, не такие же кудри на той одежде, кото­рую носит жена Хама? У каж­дого есть свои досто­ин­ства и свои недо­статки. Ты не зави­дуй тому, чего у тебя нет, но ста­райся в том, что име­ешь, быть порядочным.

Так ёж уте­шал оби­жен­ных, мирил ссо­рив­шихся и ста­рался изо всех сил, чтобы звери свои лич­ные чув­ства под­чи­нили той обшей беде, в кото­рой они оказались.

Про­шло сорок дней. Пере­стал лить дождь. Волны при­утихли. Ков­чег, плавно рас­ка­чи­ва­ясь, плыл по бес­пре­дель­ному океану.

К этому вре­мени звери уже немно­жечко свык­лись друг с дру­гом, научи­лись пере­но­сить недо­статки ближ­них и раз­де­лять их скорби. Когда стали закан­чи­ваться запасы, кото­рые они взяли с собой в пла­ва­нье, то звери ста­ра­лись под­бод­рить друг друга.

И вот одна­жды утром Ной спу­стился к зве­рям и забрал ворона.

- Что это? – стали спра­ши­вать живот­ные, когда Ной ушёл. – Неужели и он так про­го­ло­дался, что готов уже ворона съесть?!

- А почему ворона? – удив­лённо спро­сил лев.

- Ну, навер­ное ворон много кар­кал и надоел нашему хозя­ину, – ото­зва­лась лиса.

- Это что же полу­ча­ется? Мы усло­ви­лись не пожи­рать друг друга, а Ной?..

И все звери стали напе­ре­бой защи­щать несчаст­ного ворона.

- Пусть он кар­кает много, у него голос такой, он не умеет по-дру­гому, – ска­зал заяц, и все согласились.

Тогда ёж вызвался пойти к Ною и раз­ве­дать о слу­чив­шемся. Но пока про­хо­дили эти споры, спу­стился Ной и забрал голубя.

- Ну уж-шшш это слиш-ш-шком! – про­ши­пела змея. – Голубь-то вообщ-ще самое без-з-зобид­ное сущ-щ-щество.

Во время стран­ствий в ков­чеге звери настолько хорошо усво­или, что каж­дый из них ценен и непо­вто­рим, что рас­смат­ри­вали посту­пок Ноя, как преступление.

Но Ной, конечно, и не думал съе­дать этих птиц, а хотел узнать, сошла ли вода, и выпус­кал их из ков­чега, чтобы те уле­тели. Ведь если они не най­дут сухое место, то обя­за­тельно вер­нутся, когда у них уста­нут крылья.

Ворон дей­стви­тельно скоро вер­нулся Когда же Ной выпу­стил голубя, то тот при­ле­тел обратно с мас­лич­ной вет­кой. Было ясно, что вода схо­дит На пас­мур­ном небе заси­яла радуга, воз­ве­ща­ю­щая Милость Божию.

А голубь про­брался к зве­рям и поло­жил перед львом мас­лич­ную ветку.

- Я знаю, что тебе труд­нее всех было в ков­чеге Каж­дый день смот­реть на овец и зай­цев и не при­кос­нуться ни к кому из них! Да, лев, ты ока­зался выше зова желудка.

Со сле­зами лев ответил:

- Да что я? Я смот­рел на вас всех, видел, что всем трудно, и сам терпел.

Звери плыли еще несколько дней, и когда сошла вода, Ной выпу­стил всех из ков­чега Птицы раз­ле­те­лись, змеи рас­полз­лись, живот­ные раз­бе­жа­лись, но еще долго-долго пом­нили они о мас­лич­ной ветке, кото­рая стала для них сим­во­лом ува­же­ния, дружбы и любви друг к другу А на небе с тех пор время от вре­мени стала появ­ляться радуга, напо­ми­нав­шая людям и зве­рям о бес­пре­дель­ной любви Гос­пода к Сво­ему творению.

Сказка о воробье и ромашке

Жил на свете оди­но­кий воро­бей. Он пор­хал с ветки на ветку, весело чири­кал с синич­ками и голу­бями, но всё же оста­вался очень одиноким.

Насту­пала осень. Все птицы соби­ра­лись в стаи, летели на юг, и воро­бью ста­но­ви­лось всё тоск­ли­вее. Уле­тали лебеди, утки, голуби. Они дружно гал­дели, созы­вая друг друга, сле­та­лись в огром­ные стаи, кру­жили над поля­ной и летели в теп­лые края.

А оди­но­кий воро­бей остался чири­кать на поляне. И ему бы совсем стало грустно, если бы не одна белая ромашка. Каж­дое утро она с вос­хо­дом солнца под­ни­мала свою головку, рас­кры­вала лепестки и целый день смот­рела на сол­нышко. Когда же насту­пал вечер, она сво­ра­чи­вала лепестки и засы­пала до сле­ду­ю­щего утра. Воро­бью было радостно от чув­ства, что он не один на поляне, и когда ему ста­но­ви­лось грустно, он летел к белой ромашке, садился рядом с ней и начи­нал вслед за ней гля­деть на сол­нышко. А когда ромашка закры­вала свои лепестки, то и воро­бей летел устра­и­ваться на ночлег.

Так и жили вдвоём на поляне воро­бей и ромашка.

Но вот насту­пили холода. Осы­па­лись листья с дере­вьев, шёл дождь, и ромашка стала реже смот­реть на солнце. Воро­бей очень боялся, что она замёрз­нет, и при­нёс ей в клюве камы­ши­ного пуха. Но ромашка чахла.

Одна­жды утром воро­бей проснулся от холода, погля­дел на землю и уви­дел снег. Он сле­тел к ромашке, но та вся съё­жи­лась от холода, опу­стила головку на камы­ши­ный пух и покоричневела.

Жалобно зачи­ри­кал воро­бей. На всей поляне он остался совер­шенно оди­но­ким. Не с кем было вме­сте вста­вать и смот­реть на солнце, не с кем было раз­де­лить свою грусть.

Жил на свете воробей
тонень­кие ножки,
Он чири­кал меж ветвей
и кле­вал он крошки.
И была у воробья
доб­рая подружка,
Вме­сте сол­нышко встречать
было им так нужно.
Замела бела метель
стёжки и дорожки
И попря­тала зверей
в норки и берложки.
Накло­ни­лась до земли
милая ромашка,
Солнце спря­та­лось вдали,
пото­нув в овражке.

Долго пла­кал воро­бей о погиб­шей ромашке. Он обло­жил её пухом, насы­пал хол­мик и каж­дый день летал на её могилку пла­кать о своём одиночестве.

Так про­шла вся зима. И вот зазве­нела весен­няя капель. Стало ярче при­гре­вать сол­нышко. А из-за хол­мика, в кото­ром лежала умер­шая ромашка, про­бился зелё­ный бутончик.

Сле­та­лись птицы на поляну, вер­ну­лись с юга утки, но воро­бей всё гру­стил о своей погиб­шей подруге. Ему было оди­ноко и среди птиц, и с травками.

Он только сидел у могилки и пла­кал о белой ромашке.

Боль­шая слеза ска­ти­лась с его клюва и попала прямо на зелё­ный бутон. И вот, о чудо!

Бутон рас­крылся, и на воро­бья взгля­нула его ромашка.

- Чирик! Так зна­чит ты не умерла?! Чик-чик!

- Нет, но согре­тая теп­лом твоей любви, камы­ши­ного пуха и твоих слез, я пере­несла холод­ную зиму. И вот я снова на поляне, ведь смерть бес­сильна там, где царит любовь.

- Чик-чик-чук, разве? А как же люди, чирик, что на клад­бище за поля­ной пла­чут о своих умерших?

- Пла­чут лишь те, кто не знает Бога. Ведь Бог есть любовь, и в ком царит Бог – смерть бес­сильна. Их ждет воскресение.

Эта мысль очень пора­зила его, но он был уве­рен в истин­но­сти слов ромашки, ведь воро­бей сво­ими гла­зами видел, как она вос­кресла. Для него сразу открылся новый мир веч­но­сти, где нет смерти и зла, а цар­ствует лишь Бог и любовь. Ему очень захо­те­лось рас­ска­зать об этом всем пти­цам и людям, кото­рые пла­кали на клад­бище об умер­ших. И воро­бей поле­тел на клад­бище, чтобы там чири­кать всем пла­чу­щим о вос­кре­се­нии мертвых.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 Комментарий

  • Надежда, 11.04.2014

    Спа­сибо, за инте­рес­ные истории.
    Моим доче­рям очень понра­ви­лось. Осо­бенно млад­шая дочка София была в вос­торге. Спасибо!!! =)

    Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки