- Афанасьев А.Н. Предисловие ко 2-му изданию 1873 г.
- Лисичка-сестричка и волк (№ 1—7)
- №1
- №2
- №3
- №4
- №5
- №6
- №7
- За лапоток — курочку, за курочку — гусочку
- №8
- Лиса-повитуха
- №9
- №10
- №11
- №12
- №13
- Лиса, заяц и петух
- №14
- Лиса-исповедница
- №15
- №16
- №17
- Лиса-лекарка
- №18
- Старик лезет на небо
- №19
- Старик на нёбе
- №20
- Лиса-плачея
- №21
- №22
- Мужик, медведь и лиса
- №23
- №24
- №25
- №26
- Старая хлеб-соль забывается
- №27
- Овца, лиса и волк
- №28
- Звери в яме
- №29
- №30
- Лиса и тетерев
- №31
- Лиса и дятел
- №32
- Лиса и журавль
- №33
- Снегурушка и лиса
- №34
- Лиса и рак
- №35
- Колобок
- №36
- Кот, петух и лиса
- №37
- №38
- №39
- Кот и лиса
- №40
- №41
- №42
- №43
- Напуганные медведь и волки
- №44
- №45
- №46
- №47
- Медведь, лиса, слепень и мужик
- №48
- Волк
- №49
- №50
- Свинья и волк
- №51
- №52
- Волк и коза
- №53
- №54
- Волк-дурень
- №55
- №56
- Медведь
- №57
- №58
- Медведь, собака и кошка
- №59
- Коза
- №60
- №61
- Сказка о козе лупленой
- №62
- Сказка про одного однобокого барана
- №63
- Зимовье зверей
- №64
- Медведь и петух
- №65
- Собака и дятел
- №66
- №67
- Кочет и курица
- №68
- Смерть петушка
- №69
- Курочка
- №70
- №71
- Журавль и цапля
- №72
- Ворона и рак
- №73
- Орел и ворона
- №74
- Золотая рыбка
- №75
- Жадная старуха
- №76
- Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове
- №77
- №78
- №79
- №80
- Байка о щуке зубастой
- №81
- Терем мухи
- №82
- №83
- №84
- Мизгирь
- №85
- №86
- Пузырь, соломинка и лапоть
- №87
- №88
- Репка
- №89
- Грибы
- №90
- Мороз, Солнце и Ветер
- №91
- Солнце, Месяц и Ворон Воронович
- №92
- Ведьма и Солнцева сестра
- №93
- Вазуза и Волга
- №94
- Морозко
- №95
- №96
- Старуха-говоруха
- №97
- Дочь и падчерица
- №98
- Кобиляча голова
- №99
- Крошечка-Хаврошечка
- №100
- Буренушка
- №101
- Баба-яга
- №102
- №103
- Василиса Прекрасная
- №104
- Баба-яга и Заморышек
- №105
- Баба-яга и жихарь
- №106
- №107
- Ивашко и ведьма
- №108
- №109
- №110
- №111
- Терешечка
- №112
- Гуси-лебеди
- №113
- Князь Данила-Говорила
- №114
- Правда и Кривда
- №115
- №116
- №117
- №118
- №119
- №120
- №121
- №122
- Королевич и его дядька
- №123
- №124
- Иван-царевич и Марфа-царевна
- №125
- Масенжны дзядок
- №126
- Купеческая дочь и служанка
- №127
- Три царства — медное, серебряное и золотое
- №128
- №129
- №130
- Фролка-сидень
- №131
- Норка-зверь
- №132
- Покатигорошек
- №133
- №134
- Иван Попялов
- №135
- Буря-богатырь Иван коровий сын
- №136
- Иван Быкович
- №137
- Иван крестьянский сын и мужичок сам с перст, усы на семь верст
- №138
- Иван Сученко и Белый Полянин
- №139
- Зорька. Вечорка и Полуночка
- №140
- Медведко, Усыня, Горыня и Дубыня-богатыри
- №141
- №142
- Надзей папов унук
- №143
- Летучий корабль
- №144
- Семь Семионов
- №145
- №146
- №147
- Никита Кожемяка
- №148
- Змей и цыган
- №149
- Батрак
- №150
- Шабарша
- №151
- Иванко Медведко
- №152
- Солдат избавляет царевну
- №153
- Беглый солдат и черт
- №154
- Два Ивана солдатских сына
- №155
- Кощей Бессмертный
- №156
- №157
- №158
- Марья Моревна
- №159
- Федор Тугарин и Анастасия Прекрасная
- №160
- Иван-царевич и Белый Полянин
- №161
- Хрустальная гора
- №162
- Бухтан Бухтанович
- №163
- Козьма Скоробогатый
- №164
- Емеля-дурак
- №165
- №166
- По щучьему веленью
- №167
- Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и о сером волке
- №168
- Жар-птица и Василиса-царевна
- №169
- №170
- Сказка о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде
- №171
- №172
- №173
- №174
- №175
- №176
- №177
- №178
- Приложения
- Л. Г. Бараг, Н. В. Новиков. А. Н. Афанасьев и его собрание народных сказок
- Бараг Л. Г., Новиков Н. В. Библиография
- Список сокращений
- Бараг Л. Г., Новиков Н. В. Примечания
Солдат избавляет царевну
№153[718]
Загнали солдата на дальние границы; прослужил он положенный срок, получил чистую отставку и пошел на родину. Шел он чрез многие земли, чрез разные государства; приходит в одну столицу и останавливается на квартире у бедной старушки. Начал ее расспрашивать: «Как у вас, баушка, в государстве — все ли здорово?» — «И-и, служивый! У нашего царя есть дочь-красавица Марфа-царевна; сватался за нее чужестранный принц; царевна не захотела за него идти, а он напустил на нее нечистую силу. Вот уж третий год неможет! Не дает ей нечистая сила по ночам спокою; бьется сердечная и кричит без памяти… Уж чего царь ни делает: и колдунов и знахарей приводил — никто не избавил!»
Выслушал это солдат и думает сам с собой: «Дай пойду, счастья попытаю; может, и избавлю царевну! Царь хоть что-нибудь на дорогу пожалует». Взял шинель, вычистил пуговицы мелом, надел и марш во дворец. Увидала его придворная прислуга, узнала, зачем идет, подхватила под руки и привела к самому царю. «Здравствуй, служба! Что хорошего скажешь?» — говорит царь. «Здравия желаю, ваше царское величество! Слышал я, что у вас Марфа-царевна хворает; я могу ее вылечить». — «Хорошо, братец! Коли вылечишь, я тебя с ног до головы золотом осыплю». — «Только прикажите, ваше величество, выдавать мне все, что требовать стану». — «Говори, что тебе надобно?» — «Да вот дайте мне меру чугунных пуль, меру грецких орехов, фунт свечей и две колоды карт да изладьте мне чугунный прут, чугунную царапку о пяти зубьях да чугунное подобие человека с пружинами». — «Ну, хорошо; к завтрему все будет готово».
Вот изготовили, что надо; солдат запер во дворце все окна и двери накрепко и закрестил их православным крестом, только одну дверь оставил незапертой и стал возле нее на часах; комнату осветил свечами, на стол положил карты, а в карманы насыпал чугунных пуль да грецких орехов. Управился и ждет. Вдруг в самую полночь прилетел нечистый дух: куда ни сунется — не может войти! Летал-летал кругом дворца и увидал, наконец, отворёну дверь; скинулся человеком и хочет войти. «Кто идет?» — окликнул солдат. «Пусти, служивый! Я придворный лакей». — «Где же ты, халдейская харя, до сих пор таскался?» — «А где был, там теперь нету! Дай-ка мне орешков погрызть!» — «Много вас тут, халдеев! Всех по ореху оделить, самому ничего не останется». — «Дай, пожалуйста!» — «Ну, возьми!» — и дает ему пулю.
Черт взял в рот пулю, давил-давил зубами, в лепешку ее смял, а разгрызть — не разгрыз. Пока он с чугунною пулей возился, солдат орехов с двадцать разгрыз да съел. «Эх, служивый, — говорит черт, — крепки у тебя зубы!» — «Плох ты, я вижу! — отвечал солдат. — Ведь я двадцать пять лет царю прослужил, над сухарями зубы притупил, а ты б посмотрел, каков с молодых годов я был!» — «Давай, служивый, в карты играть». — «А на что играть-то станем?» — «Известно — на деньги». — «Ах ты, халдейская харя! Ну, какие у солдата деньги? Он всего жалованья — три денежки в сутки получает, а надо ему и мыла, и ваксы, и мелу, и клею купить и в баню сходить. Хочешь — на щелчки играть?» — «Пожалуй!» Начали на щелчки играть. Черт наиграл на солдата три щелчка. «Давай, — говорит, — бить стану!» — «Догоняй до десятку, тогда и бей; из трех щелчков нечего рук марать!» — «Ладно!» Стали опять играть; пришел солдату крестовый хлюст[719], и нагнал он на нечистого десять щелчков. «Ну-ка, — говорит черту, — подставляй свой лоб; я покажу тебе, каково с нашим братом на щелчки играть! По-солдатски урежу! И другу и недругу закажешь!…»
Черт взмолился, просит, чтоб солдат полегче его бил. «То-то! С вами, халдеями, только свяжись, сам не рад будешь; как дело к расчету — так сейчас и отлынивать! А мне никоим способом нельзя тебя пощадить; я — солдат и давал присягу завсегда поступать верою-правдою». — «Возьми, служивый, деньгами!» — «А на что мне твои деньги? Я играл на щелчки — щелчками и плати. Разве вот что: есть у меня меньшой брат, пойдем-ка к нему — он пробьет тебе щелчки потише моего; а если не хочешь, давай я сам стану бить!» — «Нет, служивый, веди лучше к меньшому брату».
Солдат привел нечистого к чугунному человеку, тронул за пружину да как щелкнет черта по лбу — тот ажно в другую стену отлетел; а солдат ухватил его за руку: «Стой! Еще девять щелчков за тобою». Тронул в другой раз пружину да так урезал, что черт кубарем покатился да чуть-чуть стены не пробил! А в третий раз отбросило нечистого прямо в окно; вышиб он раму, выскочил вон и навострил лыжи. «Помни, проклятый, — кричит солдат, — за тобой еще семь щелчков осталось!» А черт-то улепетывает, аж пятками в зад достает. Наутро спрашивает царь Марфу-царевну: «Ну что — каково ночь проводила?» — «Спокойно, государь-батюшка!»
На другую ночь отрядил сатана во дворец иного черта; вишь, они ходили стращать да мучить царевну по очереди. Досталось и этому на орехи! В тринадцать ночей перебывало у солдата тринадцать нечистых в переделке, и всем равно туго пришлось! Ни один в другой раз идти не хочет. «Ну, внучки́, — говорит им дедушка-сатана, — я сам теперь пойду». Пришел сатана во дворец и ну с солдатом разговаривать; то-другое, пятое-десятое, стали в карты играть; солдат обыграл его и повел к меньшому брату щелчками угощать. Привел, подавил пружины, меньшой брат обхватил сатану чугунными руками да так-таки плотно, что ему ни взад, ни вперед нельзя пошевелиться. Солдат схватил чугунный прут и давай хлестать; бьет сатану да приговаривает: «Вот тебе в карты играть! Вот тебе Марфу-царевну мучить!» Исхлестал чугунный прут и взялся царапкой строгать: сатана благим матом ревет, а солдат знай себе дерет, и так его донял, что тот как вырвался — без оглядки убежал! Вернулся в свое болото, охает: «Ах, внучки́, чуть было солдат до смерти не убил!» — «То-то, дедушка! Вишь он какой мудреный! Вот уж две недели, как я во дворце был, а все голова трещит! Да еще спасибо, что не сам бил, а меньшого брата заставлял!»
Вот стали черти придумывать, как бы выжить им из дворца этого солдата. Думали-думали и решились золотом откупиться. Прибежали к солдату разом все; тот увидал, испугался и закричал громким голосом: «Эй, брат, ступай сюда скорее, должники пришли, надо щелчки давать». — «Полно, полно, служивый! Мы пришли к тебе о деле потолковать; сколько хочешь возьми с нас золота — только выйди из дворца!» — «Нет! Что мне золото! Уж коли хотите услужить мне, так полезайте все в ранец; я слыхал, что нечистая сила больно хитра — хоть в щель, и то влезет! Вот коли это сделаете, — право слово, уйду из дворца!» Черти обрадовались: «Ну, служивый, открывай свой ранец». Солдат открыл; они и полезли туда все до единого, сатана сверху лег. «Укладывайтесь плотнее, — говорит солдат, — чтоб можно было на все пряжки застегнуть». — «Застегивай, не твоя печаль!» — «Счастье вам, коли застегну! А не то не прогневайтесь, ни за что из дворца не выйду!»
Вот солдат взял застегнул ранец на все пряжки, перекрестил его, надел на себя и пошел к царю: «Ваше царское величество! Прикажите изготовить тридцать железных молотов, каждый молот в три пуда». Царь отдал приказ; сейчас изготовили тридцать молотов. Солдат принес ранец в кузницу, положил на наковальню и велел бить как можно сильнее. Плохо пришлось чертям, а вылезть никак нельзя! Угостил их солдат на славу! «Теперь довольно!» Вскинул ранец на плечи и явился к царю с докладом: «Служба-де моя кончена; больше нечистая сила не станет царевны тревожить».
Царь поблагодарил его: «Молодец, служивый! Ступай гуляй по всем кабакам и трактирам, требуй, что только душе угодно; ни в чем тебе нет запрету!» И приставил к нему царь двух писарей, чтобы всюду за ним ходили да записывали на казенный счет, где сколько солдат нагуляет. Вот он гулял-гулял, целый месяц прогулял и пошел к царю. «Что, служба, нагулялся?» — «Нагулялся, ваше величество! Хочу домой идти». — «Что ты! Оставайся-ка у нас; я тебя первым человеком сделаю». — «Нет, государь, хочется повидать своих сродников». — «Ну, ступай с Богом!» — сказал царь, дал ему повозку, лошадей и денег столько, что в целый век не прожить.
Поехал солдат на родину; пристал дорогою в какой-то деревне и увидал знакомого солдата — в одном полку служили. «Здравствуй, брат!» — «Здравствуй!» — «Как поживаешь?» — «Все по-старому!» — «А мне Господь счастье дал: вдруг разбогател! На радостях надо бы выпить: сбегай-ка, брат, купи ведерку вина». — «Рад бы сбегать, да, вишь, у меня скотинка еще не убрана; потрудись, сходи сам — кабак вот, недалече!» — «Ладно; а ты возьми мой ранец, положи в избе да накажи бабам, чтоб не трогали!» Отправился наш солдат за вином, а земляк его принес ранец в избу и говорит бабам: «Не трожьте!» Пока убирал он скотину, бабам не терпится: «Дай посмотрим, что такое в ранце накладено?» Принялись расстегивать — как выскочат оттуда черти с шумом да с треском; двери с крючьев посбивали и ну бежать! А навстречу им солдат с ведеркою: «Ах, проклятые! Кто вас выпустил?» Черти испугались и бросились в буковище[720] под мельницу, да там навсегда и остались. Солдат пришел в избу, разбранил баб и давай гулять со старым товарищем; а после приехал на родину и зажил богато и счастливо.
Комментировать