Истинная правда
— Ужасное происшествие! — сказала курица, проживавшая совсем на другом конце города, а не там, где случилось происшествие. — Ужасное происшествие в курятнике! Я просто не смею теперь ночевать одна! Хорошо, что нас много на нашести!
И она принялась рассказывать, да так, что у всех кур перышки повставали дыбом, а у петуха съёжился гребешок. Да, да, истинная правда!
Но мы начнем сначала, а оно произошло в курятнике на другом конце города.
Солнце садилось, и все куры уже были на нашести. Одна из них, белая коротконожка, курица во всех отношениях исправная и почтенная, усевшись поудобнее, стала перед сном чиститься и расправлять носиком перышки. И вот, одно перышко вылетело и упало на пол.
— Ишь, как полетело! — сказала курица. — Право, чем больше я чищусь, тем делаюсь красивее!
Это было сказано так, в шутку, — курица вообще была веселого нрава, но это ничуть не мешало ей быть, как уже сказано, весьма и весьма почтенною курицей. С тем она и заснула.
В курятнике было темно. Куры все сидели рядом, и та, что сидела бок-о-бок с нашей курицей, не спала еще; она не то, чтобы нарочно подслушивала слова соседки, а так, слушала себе краем уха, — так, ведь, и следует, если хочешь жить, в мире с ближними! И вот, она не утерпела и шепнула другой своей соседке:
— Слышала? Я не желаю называть имен, но тут есть курица, которая готова выщипать себе все перья, чтобы, только быть покрасивее. Будь я петухом, я бы презирала ее!
Как раз над курами сидела в гнезде сова с мужем и детками; у сов уши вострые, и они не проронили ни одного слова соседки. Все они при этом усиленно вращали зрачками, а совиха махала крыльями, точно опахалами.
— Т-с! не слушайте, детки! Впрочем, вы, конечно, уж слышали? Я — тоже. Ах! просто уши вянут! Одна из кур до того забылась, что принялась выщипывать себе перья прямо на глазах у петуха!
— Prenez garde aux enfants! — сказал сова-отец. — Детям вовсе некстати слушать подобные вещи!
— Надо будет все-таки рассказать об этом нашей соседке-сове, — она такая милая особа!
И совиха полетела к соседке.
— У-гу, у-гу! — загукали потом обе совы прямо над соседней голубятней. — Вы слышали? Вы слышали? У-гу! Одна курица выщипала себе все перья из-за петуха! Она замерзнет, замерзнет до смерти! Если уж не замерзла! У-гу!
— Кур-кур! Где, где? — ворковали голуби.
— На соседнем дворе! Это почти на моих глазах было! Просто неприлично и говорить об этом, но это истинная правда!
— Верим, верим! — сказали голуби и заворковали сидящим внизу курам:
— Кур-кур! Одна курица, говорят, даже две, выщипали себе все перья, чтобы отличиться перед петухом! Рискованная затея! Можно, ведь, простудиться и умереть, да они уж и умерли!
— Ку-ку-реку! — запел петух, взлетая на забор. — Проснитесь! — У него самого глаза еще совсем слипались от сна, а он уж кричал: — Три курицы погибли от несчастной любви к петуху! Они выщипали себе все перья! Такая гадкая история! Не хочу молчать о ней! Пусть разнесется по всему свету!
— Пусть, пусть! — запищали летучие мыши, закудахтали куры, закричали петухи. — Пусть, пусть!
И история разнеслась — из двора во двор, из курятника в курятник и дошла, наконец, до того места, откуда пошла.
— Пять куриц, — рассказывалось тут — выщипали себе все перья, чтобы показать, кто из них больше исхудал от любви к петуху! Потом они заклевали друг друга на смерть, в позор и посрамление всему своему роду и в убыток своим хозяевам!
Курица, которая выронила одно перышко, конечно, не узнала своей собственной истории и, как курица во. всех отношениях почтенная, сказала:
— Я презираю этих кур! Но таких, ведь, много! О подобных вещах нельзя, однако, молчать! И я с своей стороны сделаю все, чтобы история эта попала в газеты! Пусть разнесется по всему свету, — эти куры и весь их род стоят того!
И в газетах действительно напечатали всю историю, и — это истинная правда: «одному маленькому перышку куда как нетрудно превратиться в целых пять кур!»
Комментировать