Государство

Литература по теме

Госуда́рство — политическая организация общества, основными признаками которой являются:
I. Наличие публичной политической власти, регламентирующей на основе права гражданские отношения и обладающей исключительным правом применения силы для поддержания правопорядка, а также для защиты целостности и безопасности государства в случаях внешней угрозы со стороны другого государства;
II. Наличие территории, населенной гражданами (подданными) этого социума;
III. Суверенитет, заключающийся в верховенстве государственной власти внутри государства и независимости от иных государств (существуют государства с ограниченным суверенитетом);
IV. Существование одного или несколько языков (де-факто или де-юре имеющих характер государственных) как условие осуществления законодательной, исполнительной и судебной деятельности;
V. Как правило, сбор налогов в том или ином виде.

С христианской точки зрения государство — богоустановленный институт. Однако необходимость существования государства (в нашем понимании) не вытекает непосредственно из содержания замысла Божия о первозданном Адаме. Государства, которые зарождались, формировались, утверждались, нередко разрушались, возрождались на протяжении истории развития человечества, существовали в условиях, связанных с грехопадением прародителей, по благословению или же попущению Вседержителя, конечно, учитывавшего (учитывающего) греховность человеческого рода. Антропологическая причина двойственности феномена государства коренится, таким образом, в падшести человека. Грехопадение, исказившее первозданную природу человека, его разум и волю, не позволяет человеку принять полноту всесовершенного Божественного закона, теократию как прямое правление Бога; в то же время закон, создаваемый несовершенным человечеством, несет на себе печать несовершенства. Государственное устройство общества благословляется Богом потому, что в испорченном грехом мире человек нуждается во властной и принуждающей силе, в ограждении от разрушительных проявлений греховности и своей собственной, и своих ближних. «…Для направления человеческих законов… к цели, предначертанной Промыслом Божиим, Бог даровал… государственной власти силу, чтобы она рукою, вооруженною мечом правды и справедливости, вела людей во имя Его благим путем», — пишет епископ Никодим (Милаш).

Согласно Священному Писанию, первоначальной ячейкой человеческого общества, предтечей государства, были семейные союзы: семья Адама и Евы (Быт.1:27-30), семьи их потомков (Быт.4:17-5:32). Установление Богом в самом начале общественной жизни власти мужа над женой (Быт.3:16) и тем самым власти главы семьи над всеми остальными ее членами явилось, по словам епископа Никодима (Милаша), основанием «верховной власти одного над другим», ограничением самоволия и прообразом государственной власти. Разрастаясь, семьи преобразовывались в общины, племена и народы. В результате исторического развития, которым руководит Промысл Божий, усложнение общественных связей привело к образованию у различных народов государств.

Древние евреи жили патриархальной родовой общиной и не знали государства вплоть до переселения в Египет семейства Иакова (Быт.46:5-7), но и в Египте не имели собственного государства. Древний Израиль приобрел черты государственного устройства с завоеванием земли обетованной (Нав., Суд.). Благословляя для Израиля устроение земного царства во главе с царем, Господь устами прор. Самуила ясно говорит, что ожидает от царя и государственной власти верности Его заповедям и творения добрых дел (1Цар.12:13-15). В Священном Писании подчеркивается созидательная роль государства, власть имущие призываются использовать его силу для ограничения зла и поддержки добра, в чем видится нравственный смысл существования государства (Рим.13:4-5; 1Пет.2:14-15). Образом идеального правителя стал для христианского мира ветхозаветный царь Давид при всех его человеческих немощах и греховных падениях. Согласно Ветхому Завету, даже языческие правители получают достоинство помазанника Божия, чтобы проводить волю Бога (Ис.45:1). Таким образом, анархия — отсутствие в обществе правопорядка и всякое стремление к разрушению правопорядка, к отмене права — противоречит заповедям Божиим и учению Церкви.

Какое было отношение к государству у Иисуса Христа во дни Его земной жизни?

Из рода царя Давида по плоти произошел Иисус Христос, Спаситель, Царь царствующих и Господь господствующих (1Тим.6:15), Основатель и Глава Церкви, Который в Своей земной жизни подчинил Себя земному порядку вещей и повиновался носителям государственной власти. Однако в Евангелии не содержится развернутое учение об отношениях государства и Церкви, потому что проповедуемое в Евангелии Царство Божие, по словам Самого Спасителя, «не от мира сего» (Ин.18:36). Как пишет протопресвитер Иоанн Мейендорф, «государство же, поскольку оно есть учреждение этого мира, по своему существу не входит в конечную цель существования христианской Церкви», богоустановленность государственной власти опосредована историческим процессом. «Сей мир» отчасти повинуется Богу, отчасти автономизирует себя от своего Творца. В той мере, в какой мир не подчиняется Богу, он подчиняется сатане и «лежит во зле» (1Ин.5:19).

В ответ на искусительный вопрос фарисеев о позволительности давать подать кесарю, то есть главе языческого государства, не признающему единого Бога, Христос сказал: «Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф.22:21), то есть исполняйте свои обязанности, как в отношении к Богу, так и в отношении к государственной власти, поскольку последнее не противоречит первому. «…Главный аспект христианского отношения к государству: разделение между царством Божиим и царством мира сего», пишет протопресвитер Иоанн Мейендорф.

Что говорили апостолы об отношении христианина к государству?

О христианском отношении к государственной власти учили святые апостолы Павел и Петр: поскольку государство есть Божие установление, «всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога. …Противящийся власти противится Божию установлению. …Начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. …Начальник… не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести. Для сего вы и подати пла́тите, ибо они — Божии служители, сим самым постоянно занятые. …Отдавайте всякому должное: кому по́дать — по́дать; кому оброк — оброк; кому страх — страх; кому честь — честь» (Рим.13:1-7). «…Будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро,- ибо такова есть воля Божия, чтобы мы, делая добро, заграждали уста невежеству безумных людей, — как свободные, не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии. Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите» (1Пет.2:13-17). Апостолы учили христиан повиноваться властям независимо от отношения государства к Церкви. В апостольский век Церковь Христова была гонима и иудейской, и государственной римской властью. Это не мешало христианам, в том числе мученикам, молиться за гонителей (1Тим.2:2).

Что делать христианину, если государство, в котором он живет, богоборческое?

Когда власть мешает человеку проявлять послушание Богу, апостолы призывали не подчиняться ей (Деян.4:19), ибо «должно повиноваться больше Богу, чем человекам» (Деян.5:29). В книге Откровение Иоанна Богослова в контексте принципиального противопоставления царства земного Царству Божию говорится о современном автору римском государстве как о Вавилоне — матери блудниц (Откр.17:5).

Что значит: «Церковь отделена от государства»?

Отделение церкви от государства — принцип взаимоотношений государства и церкви, предполагающий отказ государства от вмешательства в церковные дела; свободу граждан от принуждения к исповеданию той или иной религии; отсутствие закрепленных за церковью государственных функций. Светский характер государства Российская Федерация закреплен в пункте 1 статьи 14 ныне действующей Конституции России, пункт 2 той же статьи предусматривает отделение религиозных объединений от государства.

Это не исключает взаимодействия церкви и государства. Государство заинтересовано в церкви, т. к. у него нет мощных внутренних, духовных стимулов для поддержания порядка, а есть только идеологические и репрессивные. Церкви от государства требуется здоровый нравственный климат, который является основой для духовного развития человека.

При этом не следует не забывать, что Церковь от государства отделена, а государство (в лице его граждан) от Церкви – нет.

Каково сегодняшнее отношение Церкви к различным формам государства?

Государство как человеческое учреждение не должно превращаться в самодовлеющий институт, иначе оно теряет свое подлинное предназначение, указывается в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви», документе, принятом Архиерейским юбилейным Собором РПЦ 2000 г.

«Форма и методы правления, — говорится в том же документе, — во многом обусловливаются духовным и нравственным состоянием общества. Зная это, Церковь принимает соответствующий выбор людей или, по крайней мере, не противится ему. При судействе — общественном строе, описанном в Книге Судей, — власть действовала не через принуждение, а силой авторитета, причем авторитет этот сообщался Божественной санкцией. Чтобы такая власть действенно осуществлялась, вера в обществе должна быть весьма сильной. При монархии власть остается богоданной, но для своей реализации использует уже не столько духовный авторитет, сколько принуждение. Переход от судейства к монархии свидетельствовал об ослаблении веры, отчего и возникла потребность заменить Царя Незримого царем видимым». Согласно ветхозаветному повествованию, развращенные грехами и беззакониями, непослушанием Богу израильтяне захотели, подобно другим народам, иметь земного правителя, отвергнув тем самым принципы теократии. Господь принял этот выбор, но в то же время выразил сожаление о нем: «И сказал Господь Самуилу… они… отвергли Меня, чтоб Я не царствовал над ними… итак… представь им и объяви им права царя, который будет царствовать над ними» (1Цар.8:7-9).

«Современные демократии, в том числе монархические по форме, не ищут Божественной санкции власти. Они представляют из себя форму власти в секулярном обществе, предполагающую право каждого дееспособного гражданина на волеизъявление посредством выборов». Переход власти в более религиозно-укорененную форму невозможен без одухотворения общества, иначе это изменение дискредитирует себя. «Однако нельзя вовсе исключить возможность такого духовного возрождения общества, когда религиозно более высокая форма государственного устроения станет естественной». «Вместе с тем Церковь должна уделять главное внимание не системе внешней организации государства, а состоянию сердец своих членов. Посему Церковь не считает для себя возможным становиться инициатором изменения формы правления» и придерживается позиции «непредпочтительности» для себя «какого-либо государственного строя, какой-либо из существующих политических доктрин», — говорится в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви».

Источники:

  1. Православная энциклопедия;
  2. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. — М.: Изд-во Московской патриархии РПЦ, 2019. — 176 с.;
  3. Никодим (Милаш), еп. Православное церковное право: монография. — СПб.: Тип. В.В. Комарова, 1897. — 726 с.
  4. Мейендорф И., протопр. Церковь и государство // Рус. зарубежье в год 1000-летия Крещения Руси: Сб. М., 1991. С. 281–290.

***

cв. Николай Кавасила

«…Не следует считать богатство, корабли и войска [главнейшим] делом правителей, о котором из всех возможных только и следует им печься. Поскольку, [будь оно так], чем [такие правители] будут отличаться от тиранов, для которых нет ничего важнее оружия, которые готовы пожертвовать и законами, и справедливостью, и святыней, и всем [вообще], чтобы властвовать силой оружия? Но добрые правители, которые заслуженно носят это имя, напротив, восходят к власти с той целью, чтобы сохранить законы и обеспечить подданным приличествующую человеку свободу.
Именно этим тирания и хуже достойного государственного строя: одни вооружаются ценой порабощения подданных и беззакония, а другие ценят оружие потому, что оно защищает законы от нарушения и свободу — от поругания. Одним нет дела до благополучия подданных: [для вида] думая о них, они занимаются собственными делами и используют и [подданных], и все их имущество для собственной безопасности и удовольствия. Другие же сами прилагают усилия, чтобы принести пользу подданным, трудятся, не жалея себя, над тем, что может послужить [людям] во благо и идут на все ради этого, сознавая, что важнее всего справедливость и законы. Одни презирают [законы], осуждая крайнюю глупость тех, кто их устанавливает. Другие же всячески заботятся о них, поскольку нет иного пути к утверждению державы и безопасности подданных.
Ибо, что важнее всего, именно так оказывается возможным действительно жить — не унижаться до скотского существования, но оставаться людьми (μένειν ἀνθρώπους ὄντας), достойно руководствуясь разумом и сохраняя независимость собственного мнения (γνώμης αὐτονομίᾳ); ведь именно это и делает человека человеком. При таком образе жизни никто не причиняет вреда соседу и не дерзает, служа беззаконным страстям, на злодеяние, поскольку этому препятствует закон — в чем и состоит устроение жизни, сообразное с разумом; в то же время никто и не терпит несправедливости или насилия — в чем и состоит свобода.
Да и как может укрепить державу такой государственный строй (πολιτεία), при котором в жизни нет свободы? Нет у людей ничего равного свободе — ни золото, ни просторы земли, ни самые высокие почести не имеют такой ценности. Тому, кто правит державой, [в которой нет свободы], нужно либо всех держать под стражей и надзором, взяв в осаду собственных подданных, словно врагов, либо, дав хоть немного слабины, немедленно потерять всю власть, поскольку никто не захочет быть рабом. Если же все будут под стражей, то что пользы от них будет для них ли самих или для общественного блага? Если никто не будет господином собственного имущества, но во власти правителя будет делать с ним, что угодно; если при одном упоминании слова «государство» (τὸ κοινόν) все будут дрожать и бояться за свое имущество, кто — какой ремесленник, землепашец, купец — станет трудиться ради дохода, сознавая, что плоды его трудов достанутся другим? Живя в нищете, кто станет упражняться в мудрости, изучать военное дело, входить в тонкости законов или осваивать дело полководца? Да и откуда взяться государственным доходам, если повсюду господствует бедность?
Поэтому-то разумные правители считали своим [основным] делом защиту справедливости и свободы подданных. А чтобы в их городах ничто не причиняло [свободе и справедливости] ущерба — ни изнутри, ни со стороны внешних недоброжелателей — они готовились к обеим возможностям: и к войне, и к миру; для врагов они готовили стены и оружие, а для своих — суды и законы. А коль скоро это так, не кажется ли глупой нелепостью, что те, кто должен брать в руки оружие, чтобы не допустить насилия и беззакония, вооружаются путем беззаконного насилия над подданными?»

Nicolaus Cabasilas. Sermo contra zelatores. 24–26 (Ševčenko I. Nicolas Cabasilas’ «Anti-Zealot» Discourse: A Reinterpretation // DOP. 1957. Vol. 11. P. 103–104)

Цитаты о государстве

«…Не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего».
Евр.13:14

«Наше же жительство – на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа».
Фил.3:20

«Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении».
«Основы Социальной концепции Церкви»

«Церковь не должна служить любому государству на любых условиях. Она может помогать государству, если оно стремится следовать парадигме христианских ценностей. Но всегда надо помнить о том, что любое государство несовершенно. Оно ущербно онтологически, так как появилось в результате грехопадения и было призвано просто помешать людям истребить друг друга».
прот. Георгий Митрофанов

«Христиане могут и часто обязаны участвовать в политической жизни обществ, в которых они живут, но всегда делать это как служители правды и милости Царства Божия. Таково было предписание самых ранних христианских времен: Ибо нас учили начальникам и властям, поставленным от Бога, воздавать приличную и безвредную для нас честь (Мученичество Поликарпа, 10). Иногда такое участие может проявляться не в абсолютном повиновении, а в гражданском неповиновении и даже восстании – в силу гражданства более высокого порядка. Христианин должен быть верен в первую и последнюю очередь Царствию Божию, тогда как верность чему–либо другому является не более чем временной, преходящей, частичной и случайной».
Официальный документ Константинопольского патриархата «За жизнь мира»

«Наш Спаситель и Бог не имел Своей главной целью установление государственного строя и к нему относящегося порядка. Он ведал (воистину ведал!), что опыт достаточно хорошо учит людей, чтобы они могли [сделать это самостоятельно]. Ибо повседневные нужды и потребности предоставляют им удобные для усвоения уроки, и неудач предшественников может быть довольно для того, чтобы грядущие [поколения] в сходных обстоятельствах, напротив, преуспели. Главным же попечением Спасителя было спасение душ человеческих и устроение жития любомудрого и жизни высшей. Так [Им] было устроено освобождение от страстей, а также возвращение и приобщение людей к первому Благу; а о политическом строе или телесном благополучии [Он] попечения не прилагал».
свт. Фотий Константинопольский

Комментировать

*

Каналы АВ
TG: t.me/azbyka
Viber: vb.me/azbyka
Размер шрифта: A- 15 A+
Тёмная тема:
Цвета
Цвет фона:
Цвет текста:
Цвет ссылок:
Цвет акцентов
Цвет полей
Фон подложек
Заголовки:
Текст:
Выравнивание:
Боковая панель:
Сбросить настройки