Надежда

А теперь пре­бы­вают сии три:
вера, надежда, любовь;

но любовь из них больше.
(1Кор.13:13)

***

Наде́жда (упо­ва­ние) – одна из глав­ных хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лей, есть успо­ко­е­ние сердца в Боге с уве­ре­нием, что Он непре­станно печется о нашем спа­се­нии и дарует нам обе­щан­ное бла­жен­ство. Хри­сти­ан­ская надежда есть непо­ко­ле­би­мое, спо­кой­ное и радост­ное ожи­да­ние буду­щего бла­жен­ства.

Надежда имеет своим осно­ва­нием веру.

«Ибо мы спа­сены в надежде. Надежда же, когда видит, не есть надежда; ибо если кто видит, то чего ему и наде­яться? Но когда наде­емся того, чего не видим, тогда ожи­даем в тер­пе­нии» (Рим. 8:24–25).

Глав­ным пред­ме­том хри­сти­ан­ской надежды явля­ется вечное спа­се­ние. Надежда обод­ряет дух в иску­ше­ниях, вооду­шев­ляет на подвиги.

Позна­ется надежда только в при­клю­чив­шейся скорби. Слу­чив­ша­яся неожи­дан­ность, вне­зап­ная потеря, болезнь близ­кого чело­века откры­вают хри­сти­а­нину глаза – на кого в дей­стви­тель­но­сти он наде­ялся.

О надежде в Новом Завете гово­рится в разных местах. При­ве­дем неко­то­рые из них: надежда от опыт­но­сти, а опыт­ность от тер­пе­ния (Рим. 5:4), сохра­нять надежду должно через тер­пе­ние и уте­ше­ние из Писа­ний (Рим. 15:4), Иисус Хри­стос явля­ется надеж­дой для хри­стиан (1Тим. 1:1), вся тварь с надеж­дою ожи­дает откро­ве­ния сынов Божиих (Рим.8:19).

***

Почему надежда счи­та­ется одной из высо­чай­ших хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лей?

В каче­стве доб­ро­де­тели, наряду с верой и любо­вью, при­зна­ётся далеко не всякая надежда, равно как и не всякая вера (ведь и демоны веруют (Иак.2:19)), и не всякая «любовь», но только бого­угод­ная. По сути хри­сти­ан­ская надежда немыс­лима без искрен­ней, под­лин­ной веры, а истин­ная вера — без жерт­вен­ной любви к Богу и ближ­ним (Мф.22:37–39). Именно вера, надежда и любовь выра­жают общее и личное отно­ше­ние хри­сти­а­нина к Богу.

В рамках Пра­во­слав­ного веро­уче­ния очер­чи­ва­ются и рас­кры­ва­ются важ­ней­шие рели­ги­оз­ные истины, знание кото­рых необ­хо­димо для фор­ми­ро­ва­ния пра­виль­ного пред­став­ле­ния о Боге, Его отно­ше­нии к миру, о самом мире, при­зва­нии и пред­на­зна­че­нии чело­века. По дей­ствию любви хри­сти­а­нин стре­мится к тес­ней­шему духов­ному еди­не­нию с Богом и ближ­ними. Надежда же служит важ­ней­шим моти­ви­ру­ю­щим фак­то­ром, сти­му­лом жить в соот­вет­ствии с верой, в любви.

Если бы вера не сопро­вож­да­лась надеж­дой, а пред­став­ляла собой только знание дог­ма­тов, она вос­при­ни­ма­лась бы чело­ве­ком на уровне (хотя и высшей, но только) фило­со­фии. Что бы в этом случае сти­му­ли­ро­вало его молиться, участ­во­вать в цер­ков­ных Таин­ствах, в жизни Церкви вообще? Исклю­чи­тельно чув­ство долга, обя­зан­но­сти? А разве мог бы он пол­но­ценно, сво­бодно, желанно стре­миться к тем высшим благам, о кото­рых обе­щано в Боже­ствен­ном Откро­ве­нии, не имей он надежды?

Надежда на Про­мысл Божий помо­гает чело­веку бороться с теку­щими труд­но­стями, пре­одо­ле­вать стра­да­ния, скорби. Надежда на вос­кре­се­ние умяг­чает один из силь­ней­ших чело­ве­че­ских стра­хов — страх перед физи­че­ской смер­тью, облег­чает скорбь при потери родных. Надежда на насле­до­ва­ние Цар­ства Небес­ного слу­жила хри­сти­а­нам отра­дой во время тяг­чай­ших испы­та­ний, пере­не­се­нии пыток и мук.

Край­няя сте­пень утраты надежды — состо­я­ние без­на­деж­но­сти — чре­вато отча­я­нием. При отча­я­нии у чело­века опус­ка­ются руки, помра­ча­ются разум и воля. Он ста­но­вится легкой добы­чей лука­вых демо­ни­че­ских сил. Отча­я­ние нередко служит при­чи­ной раз­ви­тия суи­ци­даль­ного настро­е­ния.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки