Ваш город - Сиэтл?

Для получения календаря в соответствии с Вашей временной зоной - пожалуйста, укажите город.

Не найден город с таким названием. Пожалуйста, укажите другой (например, ближайший региональный центр).

Дни памяти:

7 марта  (переходящая) – Обре́тение мощей

4 сентября  (переходящая) – Собор Московских святых

2 мая

5 октября – Собор Тульских святых

Житие

Фильм "Блаженная Матрона Московская".

Ро­ди­лась бла­жен­ная Мат­ро­на (Мат­ро­на Ди­мит­ри­ев­на Ни­ко­но­ва) в 1885 го­ду в се­ле Се­би­но Епи­фан­ско­го уез­да (ныне Ки­мов­ско­го рай­о­на) Туль­ской гу­бер­нии. Се­ло это рас­по­ло­же­но ки­ло­мет­рах в два­дца­ти от зна­ме­ни­то­го Ку­ли­ко­ва по­ля. Ро­ди­те­ли ее – Ди­мит­рий и На­та­лия, кре­стьяне – бы­ли людь­ми бла­го­че­сти­вы­ми, чест­но тру­ди­лись, жи­ли бед­но. В се­мье бы­ло чет­ве­ро де­тей: двое бра­тьев – Иван и Ми­ха­ил, и две сест­ры – Ма­рия и Мат­ро­на. Мат­ро­на бы­ла млад­шей. Ко­гда она ро­ди­лась, ро­ди­те­ли ее бы­ли уже немо­ло­ды.

При той нуж­де, в ко­то­рой жи­ли Ни­ко­но­вы, чет­вер­тый ре­бе­нок мог стать преж­де все­го лиш­ним ртом. По­это­му из-за бед­но­сти еще до рож­де­ния по­след­не­го ре­бен­ка мать ре­ши­ла из­ба­вить­ся от него. Об убий­стве мла­ден­ца во чре­ве ма­те­ри в пат­ри­ар­халь­ной кре­стьян­ской се­мье не мог­ло быть и ре­чи. За­то су­ще­ство­ва­ло мно­же­ство при­ютов, где неза­кон­но­рож­ден­ные и необес­пе­чен­ные де­ти вос­пи­ты­ва­лись за ка­зен­ный счет или на сред­ства бла­го­тво­ри­те­лей.

Мать Мат­ро­ны ре­ши­ла от­дать бу­ду­ще­го ре­бен­ка в при­ют кня­зя Го­ли­цы­на в со­сед­нее се­ло Бу­чал­ки, но уви­де­ла ве­щий сон. Еще не ро­див­ша­я­ся дочь яви­лась На­та­лии во сне в ви­де бе­лой пти­цы с че­ло­ве­че­ским ли­цом и за­кры­ты­ми гла­за­ми и се­ла ей на пра­вую ру­ку. При­няв сон за зна­ме­ние, бо­го­бо­яз­нен­ная жен­щи­на от­ка­за­лась от мыс­ли от­дать ре­бен­ка в при­ют. Дочь ро­ди­лась сле­пой, но мать лю­би­ла свое «ди­тя несчаст­ное».

Свя­щен­ное Пи­са­ние сви­де­тель­ству­ет, что Все­ве­ду­щий Бог ино­гда предъ­из­би­ра­ет Се­бе слу­жи­те­лей еще до их рож­де­ния. Так, Гос­подь го­во­рит свя­то­му про­ро­ку Иере­мии: «Преж­де неже­ли Я об­ра­зо­вал те­бя во чре­ве, Я по­знал те­бя, и преж­де неже­ли ты вы­шел из утро­бы, Я освя­тил те­бя» (Иер.1:5). Гос­подь, из­брав Мат­ро­ну для осо­бо­го слу­же­ния, с са­мо­го на­ча­ла воз­ло­жил на нее тя­же­лый крест, ко­то­рый она с по­кор­но­стью и тер­пе­ни­ем нес­ла всю жизнь.

При Кре­ще­нии де­воч­ка бы­ла на­зва­на Мат­ро­ной в честь пре­по­доб­ной Мат­ро­ны Кон­стан­ти­но­поль­ской, гре­че­ской по­движ­ницы V ве­ка, па­мять ко­то­рой празд­ну­ет­ся 9 (22) но­яб­ря.

О Бо­го­из­бран­но­сти де­воч­ки сви­де­тель­ство­ва­ло то, что при Кре­ще­нии, ко­гда свя­щен­ник опу­стил ди­тя в ку­пель, при­сут­ству­ю­щие уви­де­ли над мла­ден­цем столб бла­го­уха­ю­ще­го лег­ко­го ды­ма. Об этом по­ве­дал род­ствен­ник бла­жен­ной Па­вел Ива­но­вич Про­хо­ров, при­сут­ство­вав­ший при Кре­ще­нии. Свя­щен­ник, отец Ва­си­лий, ко­то­ро­го при­хо­жане по­чи­та­ли как пра­вед­ни­ка и бла­жен­но­го, был неска­зан­но удив­лен: «Я мно­го кре­стил, но та­кое ви­жу в пер­вый раз, и этот мла­де­нец бу­дет свят». Еще отец Ва­си­лий ска­зал На­та­лии: «Ес­ли де­воч­ка что-то по­про­сит, вы обя­за­тель­но об­ра­ти­тесь пря­мо ко мне, иди­те и го­во­ри­те пря­мо, что нуж­но».

Он до­ба­вил, что Мат­ро­на встанет на его ме­сто и пред­ска­жет да­же его кон­чи­ну. Так впо­след­ствии и по­лу­чи­лось. Од­на­жды но­чью Мат­ро­нуш­ка вдруг ска­за­ла ма­те­ри, что отец Ва­си­лий умер. Удив­лен­ные и ис­пу­ган­ные ро­ди­те­ли по­бе­жа­ли в дом свя­щен­ни­ка. Ко­гда они при­шли, то ока­за­лось, что он дей­стви­тель­но толь­ко что скон­чал­ся.

Рас­ска­зы­ва­ют и о внеш­нем, те­лес­ном зна­ке бо­го­из­бран­но­сти мла­ден­ца – на гру­ди де­воч­ки бы­ла вы­пук­лость в фор­ме кре­ста, неру­ко­твор­ный на­тель­ный кре­стик. Поз­же, ко­гда ей бы­ло уже лет шесть, мать как-то ста­ла ру­гать ее: «За­чем ты кре­стик с се­бя сни­ма­ешь?» «Ма­моч­ка, у ме­ня свой кре­стик на гру­ди», – от­ве­ча­ла де­воч­ка. «Ми­лая доч­ка, – опом­ни­лась На­та­лия, – про­сти ме­ня! А я-то все те­бя ру­гаю...»

По­дру­га На­та­лии поз­же рас­ска­зы­ва­ла, что, ко­гда Мат­ро­на бы­ла еще мла­ден­цем, мать жа­ло­ва­лась: «Что мне де­лать? Дев­ка грудь не бе­рет в сре­ду и пят­ни­цу, спит в эти дни сут­ка­ми, раз­бу­дить ее невоз­мож­но».

Мат­ро­на бы­ла не про­сто сле­пая, у нее со­всем не бы­ло глаз. Глаз­ные впа­ди­ны за­кры­ва­лись плот­но со­мкну­ты­ми ве­ка­ми, как у той бе­лой пти­цы, что ви­де­ла ее мать во сне. Но Гос­подь дал ей ду­хов­ное зре­ние. Еще в мла­ден­че­стве по но­чам, ко­гда ро­ди­те­ли спа­ли, она про­би­ра­лась в свя­той угол, ка­ким-то непо­сти­жи­мым об­ра­зом сни­ма­ла с пол­ки ико­ны, кла­ла их на стол и в ноч­ной ти­шине иг­ра­ла с ни­ми.

Мат­ро­нуш­ку ча­сто драз­ни­ли де­ти, да­же из­де­ва­лись над нею: де­воч­ки сте­га­ли кра­пи­вой, зная, что она не уви­дит, кто имен­но ее оби­жа­ет. Они са­жа­ли ее в яму и с лю­бо­пыт­ством на­блю­да­ли, как она на­о­щупь вы­би­ра­лась от­ту­да и бре­ла до­мой.

С се­ми-вось­ми­лет­не­го воз­рас­та у Мат­ро­нуш­ки от­крыл­ся дар пред­ска­за­ния и ис­це­ле­ния боль­ных.

Дом Ни­ко­но­вых на­хо­дил­ся по­бли­зо­сти от церк­ви Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри. Храм кра­си­вый, один на семь-во­семь окрест­ных де­ре­вень. Ро­ди­те­ли Мат­ро­ны от­ли­ча­лись глу­бо­ким бла­го­че­сти­ем и лю­би­ли вме­сте бы­вать на Бо­го­слу­же­ни­ях. Мат­ро­нуш­ка бук­валь­но вы­рос­ла в хра­ме, хо­ди­ла на служ­бы сна­ча­ла с ма­те­рью, по­том од­на, при вся­кой воз­мож­но­сти. Не зная, где доч­ка, мать обыч­но на­хо­ди­ла ее в церк­ви. У нее бы­ло свое при­выч­ное ме­сто – сле­ва, за вход­ной две­рью, у за­пад­ной сте­ны, где она непо­движ­но сто­я­ла во вре­мя служ­бы. Она хо­ро­шо зна­ла цер­ков­ные пес­но­пе­ния и ча­сто под­пе­ва­ла пев­чим. Ви­ди­мо, еще в дет­стве Мат­ро­на стя­жа­ла дар непре­стан­ной мо­лит­вы.

Ко­гда мать, жа­лея ее, го­во­ри­ла Мат­ро­нуш­ке: «Ди­тя ты мое несчаст­ное!» – она удив­ля­лась: «Я-то несчаст­ная? У те­бя Ва­ня несчаст­ный да Ми­ша». Она по­ни­ма­ла, что ей да­но от Бо­га го­раз­до боль­ше, чем дру­гим.

Да­ром ду­хов­но­го рас­суж­де­ния, про­зор­ли­во­сти, чу­до­тво­ре­ния и ис­це­ле­ния Матрона бы­ла от­ме­че­на Бо­гом с ран­них пор. Близ­кие ста­ли за­ме­чать, что ей ве­до­мы не толь­ко че­ло­ве­че­ские гре­хи, пре­ступ­ле­ния, но и мыс­ли. Она чув­ство­ва­ла при­бли­же­ние опас­но­сти, пред­ви­де­ла сти­хий­ные и об­ще­ствен­ные бед­ствия. По ее мо­лит­ве лю­ди по­лу­ча­ли ис­це­ле­ние от бо­лез­ней и уте­ше­ние в скор­бях. К ней ста­ли хо­дить и ез­дить по­се­ти­те­ли. К из­бе Ни­ко­но­вых шли лю­ди, тя­ну­лись под­во­ды, те­ле­ги с боль­ны­ми из окрест­ных сел и де­ре­вень, со все­го уез­да, из дру­гих уез­дов и да­же гу­бер­ний. При­во­зи­ли ле­жа­чих боль­ных, ко­то­рых де­воч­ка под­ни­ма­ла на но­ги. Же­лая от­бла­го­да­рить Мат­ро­ну, они оставляли ее ро­ди­те­лям про­дук­ты и по­дар­ки. Так де­воч­ка вме­сто то­го, чтобы стать обу­зой для се­мьи, ста­ла ее глав­ной кор­ми­ли­цей.

Ро­ди­те­ли Мат­ро­ны лю­би­ли хо­дить в храм вме­сте. Од­на­жды в празд­ник мать Мат­ро­ны оде­ва­ет­ся и зо­вет с со­бой му­жа. Но он от­ка­зал­ся и не по­шел. До­ма он чи­тал мо­лит­вы, пел. Мат­ро­на то­же бы­ла до­ма. Мать же, на­хо­дясь в хра­ме, все ду­ма­ла о сво­ем му­же: «Вот, не по­шел». И все вол­но­ва­лась. Ли­тур­гия за­кон­чи­лась, На­та­лия при­шла до­мой, а Мат­ро­на ей го­во­рит: «Ты, ма­ма, в хра­ме не бы­ла». «Как не бы­ла? Я толь­ко что при­шла и вот раз­де­ва­юсь!» А де­воч­ка за­ме­ча­ет: «Вот отец был в хра­ме, а те­бя там не бы­ло». Ду­хов­ным зре­ни­ем она ви­де­ла, что мать на­хо­ди­лась в хра­ме толь­ко те­лес­но.

Как-то осе­нью Мат­ро­нуш­ка си­де­ла на за­ва­лин­ке. Мать ей го­во­рит: «Что же ты си­дишь, хо­лод­но, иди в из­бу». Мат­ро­на от­ве­ча­ет: «Мне до­ма си­деть нель­зя, огонь мне под­став­ля­ют, ви­ла­ми ко­лют». Мать недо­уме­ва­ет: «Там нет ни­ко­го». А Мат­ро­на ей по­яс­ня­ет: «Ты же, ма­ма, не по­ни­ма­ешь, са­та­на ме­ня ис­ку­ша­ет!»

Од­на­жды Мат­ро­на го­во­рит ма­те­ри: «Ма­ма, го­товь­ся, у ме­ня ско­ро бу­дет свадь­ба». Мать рас­ска­за­ла свя­щен­ни­ку, тот при­шел, при­ча­стил де­воч­ку (он все­гда при­ча­щал ее на до­му по ее же­ла­нию). И вдруг через несколь­ко дней едут и едут по­воз­ки к до­му Ни­ко­но­вых, идут лю­ди со сво­и­ми бе­да­ми и го­ре­стя­ми, ве­зут боль­ных и по­че­му-то все спра­ши­ва­ют Мат­ро­нуш­ку. Она чи­та­ла над ни­ми мо­лит­вы и очень мно­гих ис­це­ля­ла. Мать ее спра­ши­ва­ет: «Мат­рю­шень­ка, да что же это та­кое?» А она от­ве­ча­ет: «Я же те­бе го­во­ри­ла, что бу­дет свадь­ба».

Ксе­ния Ива­нов­на Си­фа­ро­ва, род­ствен­ни­ца бра­та бла­жен­ной Мат­ро­ны, рас­ска­зы­ва­ла, как од­на­жды Мат­ро­на ска­за­ла ма­те­ри: «Я сей­час уй­ду, а зав­тра бу­дет по­жар, но ты не сго­ришь». И дей­стви­тель­но, утром на­чал­ся по­жар, чуть ли не вся де­рев­ня сго­ре­ла, за­тем ве­тер пе­ре­ки­нул огонь на дру­гую сто­ро­ну де­рев­ни, и дом ма­те­ри остал­ся цел.

В от­ро­че­стве ей пред­ста­ви­лась воз­мож­ность по­путе­ше­ство­вать. Дочь мест­но­го по­ме­щи­ка, бла­го­че­сти­вая и доб­рая де­ви­ца Ли­дия Янь­ко­ва, бра­ла Мат­ро­ну с со­бой в па­лом­ни­че­ства: в Ки­е­во-Пе­чер­скую Лав­ру, Тро­и­це-Сер­ги­е­ву Лав­ру, в Пе­тер­бург, дру­гие го­ро­да и свя­тые ме­ста Рос­сии. До нас до­шло пре­да­ние о встре­че Мат­ро­нуш­ки со свя­тым пра­вед­ным Иоан­ном Крон­штадт­ским, ко­то­рый по окон­ча­нии служ­бы в Ан­дре­ев­ском со­бо­ре Крон­штад­та по­про­сил на­род рас­сту­пить­ся пе­ред под­хо­дя­щей к со­лее 14-лет­ней Мат­ро­ной и во все­услы­ша­ние ска­зал: «Мат­ро­нуш­ка, иди-иди ко мне. Вот идет моя сме­на – вось­мой столп Рос­сии». Зна­че­ния этих слов ма­туш­ка ни­ко­му не объ­яс­ни­ла, но ее близ­кие до­га­ды­ва­лись, что отец Иоанн про­ви­дел осо­бое слу­же­ние Мат­ро­нуш­ки Рос­сии и рус­ско­му на­ро­ду во вре­ме­на го­не­ний на Цер­ковь.

Про­шло немно­го вре­ме­ни, и на сем­на­дца­том го­ду Мат­ро­на ли­ши­лась воз­мож­но­сти хо­дить: у нее вне­зап­но от­ня­лись но­ги. Са­ма ма­туш­ка ука­зы­ва­ла на ду­хов­ную при­чи­ну бо­лез­ни. Она шла по хра­му по­сле при­ча­стия и зна­ла, что к ней по­дой­дет жен­щи­на, ко­то­рая от­ни­мет у нее спо­соб­ность хо­дить. Так и слу­чи­лось. «Я не из­бе­га­ла это­го – та­ко­ва бы­ла во­ля Бо­жия».

До кон­ца дней сво­их она бы­ла «си­дя­чей». И си­де­ние ее – в раз­ных до­мах и квар­ти­рах, где она на­хо­ди­ла при­ют, – про­дол­жа­лось еще пять­де­сят лет. Она ни­ко­гда не роп­та­ла из-за сво­е­го неду­га, а сми­рен­но нес­ла этот тяж­кий крест, дан­ный ей от Бо­га.

Еще в ран­нем воз­расте Мат­ро­на пред­ска­за­ла ре­во­лю­цию, как «бу­дут гра­бить, разо­рять хра­мы и всех под­ряд гнать». Об­раз­но она по­ка­зы­ва­ла, как бу­дут де­лить зем­лю, хва­тать с жад­но­стью на­де­лы, лишь бы за­хва­тить се­бе лиш­нее, а по­том все бро­сят зем­лю и по­бе­гут кто ку­да. Зем­ля ни­ко­му не нуж­на бу­дет.

По­ме­щи­ку из их се­ла Се­би­но Янь­ко­ву Мат­ро­на со­ве­то­ва­ла пе­ред ре­во­лю­ци­ей все про­дать и уехать за гра­ни­цу. Ес­ли бы он по­слу­шал бла­жен­ную, то не ви­дел бы раз­граб­ле­ния сво­е­го име­ния и из­бе­жал ран­ней преж­девре­мен­ной смер­ти, а дочь его – ски­та­ний.

Од­но­сель­чан­ка Мат­ро­ны Ев­ге­ния Ива­нов­на Ка­лач­ко­ва рас­ска­зы­ва­ла, что пе­ред са­мой ре­во­лю­ци­ей од­на ба­ры­ня ку­пи­ла дом в Се­би­но, при­шла к Мат­роне и го­во­рит: «Я хо­чу стро­ить ко­ло­коль­ню». «Что ты за­ду­ма­ла де­лать, то не сбу­дет­ся», – от­ве­ча­ет Мат­ро­на. Ба­ры­ня уди­ви­лась: «Как же не сбу­дет­ся, ко­гда все у ме­ня есть – и день­ги, и ма­те­ри­а­лы?» Так ни­че­го с по­строй­кой ко­ло­коль­ни и не вы­шло.

Для церк­ви Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри по на­сто­я­нию Мат­ро­ны (ко­то­рая уже при­об­ре­ла из­вест­ность в окру­ге и прось­ба ко­то­рой вос­при­ни­ма­лась как бла­го­сло­ве­ние) бы­ла на­пи­са­на ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Взыс­ка­ние по­гиб­ших». Вот как это про­изо­шло.

Од­на­жды Мат­ро­на по­про­си­ла мать пе­ре­дать свя­щен­ни­ку, что у него в биб­лио­те­ке, в та­ком-то ря­ду, ле­жит кни­га с изо­бра­же­ни­ем ико­ны «Взыс­ка­ние по­гиб­ших». Ба­тюш­ка очень уди­вил­ся. На­шли ико­ну, а Мат­ро­нуш­ка и го­во­рит: «Ма­ма, я вы­пи­шу та­кую ико­ну». Мать опе­ча­ли­лась – чем же пла­тить за нее? По­том Мат­ро­на го­во­рит ма­те­ри: «Ма­ма, мне все снит­ся ико­на «Взыс­ка­ние по­гиб­ших». Бо­жия Ма­терь к нам в цер­ковь про­сит­ся». Мат­ро­нуш­ка бла­го­сло­ви­ла жен­щин со­би­рать день­ги на ико­ну по всем де­рев­ням. Сре­ди про­чих жерт­во­ва­те­лей один му­жик дал рубль нехо­тя, а его брат – од­ну ко­пей­ку на смех. Ко­гда день­ги при­нес­ли к Мат­ро­нуш­ке, она пе­ре­бра­ла их, на­шла этот рубль и ко­пей­ку и ска­за­ла ма­те­ри: «Ма­ма, от­дай им, они мне все день­ги пор­тят».

Ко­гда со­бра­ли необ­хо­ди­мую сум­му, за­ка­за­ли ико­ну ху­дож­ни­ку из Епи­фа­ни. Имя его оста­лось неиз­вест­но. Мат­ро­на спро­си­ла у него, смо­жет ли он на­пи­сать та­кую ико­ну. Он от­ве­тил, что для него это де­ло при­выч­ное. Мат­ро­на ве­ле­ла ему по­ка­ять­ся в гре­хах, ис­по­ве­дать­ся и при­ча­стить­ся Свя­тых Хри­сто­вых Таин. По­том она спро­си­ла: «Ты точ­но зна­ешь, что на­пи­шешь эту ико­ну?» Ху­дож­ник от­ве­тил утвер­ди­тель­но и на­чал пи­сать. Про­шло мно­го вре­ме­ни, на­ко­нец он при­шел к Мат­роне и ска­зал, что у него ни­че­го не по­лу­ча­ет­ся. А она от­ве­ча­ет ему: «Иди, рас­кай­ся в сво­их гре­хах» (ду­хов­ным зре­ни­ем она ви­де­ла, что есть еще грех, ко­то­рый он не ис­по­ве­дал). Он был по­тря­сен, от­ку­да она это зна­ет. По­том сно­ва по­шел к свя­щен­ни­ку, по­ка­ял­ся, сно­ва при­ча­стил­ся, по­про­сил у Мат­ро­ны про­ще­ния. Она ему ска­за­ла: «Иди, те­перь ты на­пи­шешь ико­ну Ца­ри­цы Небес­ной».

На со­бран­ные по де­рев­ням день­ги по бла­го­сло­ве­нию Мат­ро­ны бы­ла за­ка­за­на в Бо­го­ро­диц­ке и дру­гая ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Взыс­ка­ние по­гиб­ших».

Ко­гда она бы­ла го­то­ва, ее по­нес­ли крест­ным хо­дом с хо­руг­вя­ми от Бо­го­ро­диц­ка до са­мой церк­ви в Се­би­но. Мат­ро­на хо­ди­ла встре­чать ико­ну за че­ты­ре ки­ло­мет­ра, ее ве­ли под ру­ки. Вдруг она ска­за­ла: «Не хо­ди­те даль­ше, те­перь уже ско­ро, они уже идут, они близ­ко». Сле­пая от рож­де­ния го­во­ри­ла как зря­чая: «Через пол­ча­са при­дут, при­не­сут ико­ну». Дей­стви­тель­но, через пол­ча­са по­ка­зал­ся крест­ный ход. От­слу­жи­ли мо­ле­бен, и крест­ный ход на­пра­вил­ся в Се­би­но. Мат­ро­на то дер­жа­лась за ико­ну, то ее ве­ли под ру­ки ря­дом с ней. Этот об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри «Взыс­ка­ние по­гиб­ших» стал глав­ной мест­ной свя­ты­ней и про­сла­вил­ся мно­ги­ми чу­до­тво­ре­ни­я­ми. Ко­гда бы­ва­ла за­су­ха, его вы­но­си­ли на луг по­сре­ди се­ла и слу­жи­ли мо­ле­бен. По­сле него лю­ди не успе­ва­ли дой­ти до сво­их до­мов, как на­чи­нал­ся дождь.

На про­тя­же­нии всей жиз­ни бла­жен­ную Мат­ро­ну окру­жа­ли ико­ны. В ком­на­те, где она про­жи­ла впо­след­ствии осо­бен­но дол­го, бы­ло це­лых три крас­ных уг­ла, а в них – ико­ны свер­ху до­ни­зу с го­ря­щи­ми пе­ред ни­ми лам­па­да­ми. Од­на жен­щи­на, ра­бо­тав­шая в хра­ме Ри­зо­по­ло­же­ния в Москве, ча­сто хо­ди­ла к Мат­роне и вспо­ми­на­ла по­том, как та ей го­во­ри­ла: «Я в ва­шей церк­ви все ико­ны знаю, ка­кая где сто­ит».

Удив­ля­ло лю­дей и то, что Мат­ро­на име­ла и обыч­ное, как и у зря­чих лю­дей, пред­став­ле­ние об окру­жа­ю­щем ми­ре. На со­чув­ствен­ное об­ра­ще­ние близ­ко­го к ней че­ло­ве­ка, Зи­на­и­ды Вла­ди­ми­ров­ны Жда­но­вой: «Жаль, ма­туш­ка, что вы не ви­ди­те кра­со­ту ми­ра!» – она как-то от­ве­ти­ла: «Мне Бог од­на­жды от­крыл гла­за и по­ка­зал мир и тво­ре­ние Свое. И сол­ныш­ко ви­де­ла, и звез­ды на небе, и все, что на зем­ле, кра­со­ту зем­ную: го­ры, ре­ки, трав­ку зе­ле­ную, цве­ты, пти­чек...».

Но есть еще бо­лее уди­ви­тель­ное сви­де­тель­ство про­зор­ли­во­сти бла­жен­ной. 3.В. Жда­но­ва вспо­ми­на­ет: «Ма­туш­ка бы­ла со­вер­шен­но негра­мот­ная, а все зна­ла. В 1946 го­ду я долж­на бы­ла за­щи­щать ди­плом­ный про­ект «Ми­ни­стер­ство во­ен­но-мор­ско­го фло­та» (я то­гда учи­лась в ар­хи­тек­тур­ном ин­сти­ту­те в Москве). Мой ру­ко­во­ди­тель, непо­нят­но за что, все вре­мя ме­ня пре­сле­до­вал. За пять ме­ся­цев он ни ра­зу не про­кон­суль­ти­ро­вал ме­ня, ре­шив «за­ва­лить» мой ди­плом. За две неде­ли до за­щи­ты он объ­явил мне: «Зав­тра при­дет ко­мис­сия и утвер­дит несо­сто­я­тель­ность ва­шей ра­бо­ты!» Я при­шла до­мой вся в сле­зах: отец в тюрь­ме, по­мочь неко­му, ма­ма на мо­ем ижди­ве­нии, од­на на­деж­да бы­ла – за­щи­тить­ся и ра­бо­тать.

Ма­туш­ка вы­слу­ша­ла ме­ня и го­во­рит: «Ни­че­го, ни­че­го, за­щи­тишь­ся! Вот ве­че­ром бу­дем пить чай, по­го­во­рим!» Я еле-еле до­жда­лась ве­че­ра, и вот ма­туш­ка го­во­рит: «По­едем мы с то­бой в Ита­лию, во Фло­рен­цию, в Рим, по­смот­рим тво­ре­ния ве­ли­ких ма­сте­ров...». И на­ча­ла пе­ре­чис­лять ули­цы, зда­ния! Оста­но­ви­лась: «Вот па­лац­цо Пит­ти, вот дру­гой дво­рец с ар­ка­ми, сде­лай так же, как и там – три ниж­них эта­жа зда­ния круп­ной клад­кой и две ар­ки въез­да». Я бы­ла по­тря­се­на ее ве­де­ни­ем. Утром при­бе­жа­ла в ин­сти­тут, на­ло­жи­ла каль­ку на про­ект и ко­рич­не­вой ту­шью сде­ла­ла все ис­прав­ле­ния. В де­сять ча­сов при­бы­ла ко­мис­сия. По­смот­ре­ли мой про­ект и го­во­рят: «А что, ведь про­ект по­лу­чил­ся, от­лич­но вы­гля­дит – за­щи­щай­тесь!»

Мно­го лю­дей при­ез­жа­ло за по­мо­щью к Мат­роне. В че­ты­рех ки­ло­мет­рах от Се­би­но жил муж­чи­на, у ко­то­ро­го не хо­ди­ли но­ги. Мaтро­на ска­за­ла: «Пусть с утра идет ко мне, пол­зет. Ча­сам к трем до­пол­зет, до­пол­зет». Он полз эти че­ты­ре ки­ло­мет­ра, а от нее по­шел на сво­их но­гах, ис­це­лен­ный.

Од­на­жды к Мат­роне на Пас­халь­ной сед­ми­це при­шли жен­щи­ны из де­рев­ни Ор­лов­ки. Мат­ро­на при­ни­ма­ла, си­дя у ок­на. Од­ной она да­ла просфо­ру, дру­гой – во­ду, тре­тьей – крас­ное яй­цо и ска­за­ла, чтобы она это яй­цо съе­ла, ко­гда вый­дет за ого­ро­ды, на гум­но. Жен­щи­на эта по­ло­жи­ла яй­цо за па­зу­ху, и они по­шли. Ко­гда вы­шли за гум­но, жен­щи­на, как ве­ле­ла ей Мат­ро­на, раз­би­ла яй­цо, а там – мышь. Они ис­пу­га­лись и ре­ши­ли вер­нуть­ся об­рат­но. По­до­шли к ок­ну, а Мат­ро­на го­во­рит: «Что, гад­ко мы­ша-то есть?» – «Мат­ро­нуш­ка, ну как же есть-то его?» – «А как же ты лю­дям про­да­ва­ла мо­ло­ко, тем па­че си­ро­там, вдо­вам, бед­ным, у ко­то­рых нет ко­ро­вы? Мышь бы­ла в мо­ло­ке, ты ее вы­тас­ки­ва­ла, а мо­ло­ко да­ва­ла лю­дям». Жен­щи­на го­во­рит: «Мат­ро­нуш­ка, да ведь они не ви­де­ли мышь-то и не зна­ли, я ж ее вы­бра­сы­ва­ла от­ту­да» – «А Бог-то зна­ет, что ты мо­ло­ко от мы­ша про­да­ва­ла!».

Мно­го лю­дей при­хо­ди­ло к Мат­роне со сво­и­ми бо­лез­ня­ми и скор­бя­ми. Имея пред­ста­тель­ство пред Бо­гом, она по­мо­га­ла мно­гим.

А.Ф. Вы­бор­но­ва, от­ца ко­то­рой кре­сти­ли вме­сте с Мат­ро­ной, рас­ска­зы­ва­ет по­дроб­но­сти од­но­го из та­ких ис­це­ле­ний. «Мать моя ро­дом из се­ла Устье, и там у нее был брат. Од­на­жды вста­ет он – ни ру­ки, ни но­ги не дви­га­ют­ся, сде­ла­лись как пле­ти. А он в це­ли­тель­ные спо­соб­но­сти Мат­ро­ны не ве­рил. За ма­мой в се­ло Се­би­но по­еха­ла дочь бра­та: «Крест­ная, по­едем ско­рее, с от­цом пло­хо, сде­лал­ся как глу­пый: ру­ки опу­стил, гла­за не смот­рят, язык еле ше­ве­лит­ся». То­гда моя мать за­пряг­ла ло­шадь и они с от­цом по­еха­ли в Устье. При­е­ха­ли к бра­ту, а он на ма­му по­смот­рел и еле вы­го­во­рил «сест­ра». Со­бра­ла она бра­та и при­вез­ла к нам в де­рев­ню. Оста­ви­ла его до­ма, а са­ма по­шла к Мат­рю­ше спро­сить, мож­но ли его при­вез­ти. При­хо­дит, а Мат­рю­ша ей го­во­рит: «Ну что, го­во­рил твой брат, что я ни­че­го не мо­гу, а сам сде­лал­ся как пле­тень». А она его еще не ви­де­ла! По­том ска­за­ла: «Ве­ди его ко мне, по­мо­гу». По­чи­та­ла над ним, да­ла ему во­ды, и на него на­пал сон. Он уснул как уби­тый и утром встал со­всем здо­ро­вым. «Бла­го­да­ри сест­ру, ее ве­ра те­бя ис­це­ли­ла», – толь­ко и ска­за­ла Мат­ро­на бра­ту».

По­мощь, ко­то­рую по­да­ва­ла Мат­ро­на бо­ля­щим, не толь­ко не име­ла ни­че­го об­ще­го с за­го­во­ра­ми, во­рож­бой, так на­зы­ва­е­мым на­род­ным це­ли­тель­ством, экс­тра­сен­со­ри­кой, ма­ги­ей и про­чи­ми кол­дов­ски­ми дей­стви­я­ми, при со­вер­ше­нии ко­то­рых «це­ли­тель» вхо­дит в связь с тем­ной си­лой, но име­ла прин­ци­пи­аль­но от­лич­ную, хри­сти­ан­скую при­ро­ду. Имен­но по­это­му пра­вед­ную Мат­ро­ну так нена­ви­де­ли кол­ду­ны и раз­лич­ные ок­куль­ти­сты, о чем сви­де­тель­ству­ют лю­ди, близ­ко знав­шие ее в мос­ков­ский пе­ри­од жиз­ни. Преж­де все­го Мат­ро­на мо­ли­лась за лю­дей. Бу­дучи угод­ни­цей Бо­жи­ей, бо­га­то на­де­лен­ная свы­ше ду­хов­ны­ми да­ра­ми, она ис­пра­ши­ва­ла у Гос­по­да чу­дес­ную по­мощь неду­гу­ю­щим. Ис­то­рия Пра­во­слав­ной Церк­ви зна­ет мно­го при­ме­ров, ко­гда не толь­ко свя­щен­но­слу­жи­те­ли или мо­на­хи-ас­ке­ты, но и жив­шие в ми­ру пра­вед­ни­ки мо­лит­вой вра­че­ва­ли нуж­да­ю­щих­ся в по­мо­щи.

Мат­ро­на чи­та­ла мо­лит­ву над во­дой и да­ва­ла ее при­хо­див­шим к ней. Пив­шие во­ду и окроп­ляв­ши­е­ся ею из­бав­ля­лись от раз­лич­ных на­па­стей. Со­дер­жа­ние этих мо­литв неиз­вест­но, но, ко­неч­но, тут не мог­ло быть и ре­чи об освя­ще­нии во­ды по уста­нов­лен­но­му Цер­ко­вью чи­ну, на что име­ют ка­но­ни­че­ское пра­во лишь свя­щен­но­слу­жи­те­ли. Но так­же из­вест­но, что бла­го­дат­ны­ми це­ли­тель­ны­ми свой­ства­ми об­ла­да­ет не толь­ко свя­тая во­да, но и во­да неко­то­рых во­до­е­мов, ис­точ­ни­ков, ко­лод­цев, озна­ме­но­ван­ных пре­бы­ва­ни­ем и мо­лит­вен­ной жиз­нью близ них свя­тых лю­дей, яв­ле­ни­ем чу­до­твор­ных икон.

В 1925 го­ду Мат­ро­на пе­ре­би­ра­ет­ся в Моск­ву, в ко­то­рой про­жи­вет до кон­ца сво­их дней. В этом огром­ном сто­лич­ном го­ро­де бы­ло мно­же­ство несчаст­ных, по­те­рян­ных, от­пав­ших от ве­ры, ду­хов­но боль­ных лю­дей с отрав­лен­ным со­зна­ни­ем. Жи­вя око­ло трех де­ся­ти­ле­тий в Москве, она со­вер­ша­ла то ду­хов­но-мо­лит­вен­ное слу­же­ние, ко­то­рое мно­гих от­вра­ти­ло от ги­бе­ли и при­ве­ло ко спа­се­нию.

Моск­ву бла­жен­ная очень лю­би­ла, го­во­ри­ла, что «это свя­той го­род, серд­це Рос­сии». Оба бра­та Мат­ро­ны, Ми­ха­ил и Иван, всту­пи­ли в пар­тию, Ми­ха­ил стал сель­ским ак­ти­ви­стом. По­нят­но, что при­сут­ствие в их до­ме бла­жен­ной, ко­то­рая це­лы­ми дня­ми при­ни­ма­ла на­род, де­лом и при­ме­ром учи­ла хра­нить ве­ру пра­во­слав­ную, ста­но­ви­лось для бра­тьев невы­но­си­мым. Они опа­са­лись ре­прес­сий. Жа­лея их, а так­же ста­ри­ков ро­ди­те­лей (мать Мат­ро­ны скон­ча­лась в 1945 го­ду), ма­туш­ка и пе­ре­еха­ла в Моск­ву. На­ча­лись ски­та­ния по род­ным и зна­ко­мым, по до­ми­кам, квар­ти­рам, под­ва­лам. По­чти вез­де Мат­ро­на жи­ла без про­пис­ки, несколь­ко раз чу­дом из­бе­жа­ла аре­ста. Вме­сте с ней жи­ли и уха­жи­ва­ли за ней по­слуш­ни­цы – хо­жал­ки.

Это был но­вый пе­ри­од ее по­движ­ни­че­ской жиз­ни. Она ста­но­вит­ся без­дом­ной стран­ни­цей. По­рой ей при­хо­ди­лось жить у лю­дей, от­но­сив­ших­ся к ней враж­деб­но. С жи­льем в Москве бы­ло труд­но, вы­би­рать не при­хо­ди­лось.

З.В. Жда­но­ва рас­ска­зы­ва­ла, ка­кие ли­ше­ния по­рой при­хо­ди­лось пре­тер­пе­вать бла­жен­ной: «Я при­е­ха­ла в Со­коль­ни­ки, где ма­туш­ка ча­сто жи­ла в ма­лень­ком фа­нер­ном до­ми­ке, от­дан­ном ей на вре­мя. Бы­ла глу­бо­кая осень. Я во­шла в до­мик, а в до­ми­ке – гу­стой, сы­рой и про­мозг­лый пар, то­пит­ся же­лез­ная печ­ка-бур­жуй­ка. Я по­до­шла к ма­туш­ке, а она ле­жит на кро­ва­ти ли­цом к стене, по­вер­нуть­ся ко мне не мо­жет, во­ло­сы при­мерз­ли к стене, еле ото­дра­ли. Я в ужа­се ска­за­ла: «Ма­туш­ка, да как же это? Ведь вы же зна­е­те, что мы жи­вем вдво­ем с ма­мой, брат на фрон­те, отец в тюрь­ме и что с ним – неиз­вест­но, а у нас – две ком­на­ты в теп­лом до­ме, со­рок во­семь квад­рат­ных мет­ров, от­дель­ный вход; по­че­му же вы не по­про­си­лись к нам?» Ма­туш­ка тя­же­ло вздох­ну­ла и ска­за­ла: «Бог не ве­лел, чтобы вы по­том не по­жа­ле­ли».

Жи­ла Мат­ро­на до вой­ны на Улья­нов­ской ули­це у свя­щен­ни­ка Ва­си­лия, му­жа ее по­слуш­ни­цы Пе­ла­геи, по­ка он был на сво­бо­де. Жи­ла на Пят­ниц­кой ули­це, в Со­коль­ни­ках (в лет­ней фа­нер­ной по­строй­ке), в Виш­ня­ков­ском пе­ре­ул­ке (в под­ва­ле у пле­мян­ни­цы), жи­ла так­же у Ни­кит­ских во­рот, в Пет­ров­ско-Ра­з­умов­ском, го­сти­ла у пле­мян­ни­ка в Сер­ги­е­вом По­са­де (За­гор­ске), в Ца­ри­цы­но. Доль­ше все­го (с 1942 по 1949 год) она про­жи­ла на Ар­ба­те, в Ста­ро­ко­ню­шен­ном пе­ре­ул­ке. Здесь в ста­рин­ном де­ре­вян­ном особ­ня­ке, в 48-мет­ро­вой ком­на­те, жи­ла од­но­сель­чан­ка Мат­ро­ны, Е.М. Жда­но­ва с до­че­рью Зи­на­и­дой. Имен­но в этой ком­на­те три уг­ла за­ни­ма­ли ико­ны, свер­ху до­ни­зу. Пе­ред ико­на­ми ви­се­ли ста­рин­ные лам­па­ды, на ок­нах – тя­же­лые до­ро­гие за­на­вес­ки (до ре­во­лю­ции дом при­над­ле­жал му­жу Жда­но­вой, про­ис­хо­див­ше­му из бо­га­той и знат­ной се­мьи).

Рас­ска­зы­ва­ют, что неко­то­рые ме­ста Мат­ро­на по­ки­да­ла спеш­но, ду­хом преду­га­ды­вая го­то­вя­щи­е­ся непри­ят­но­сти, все­гда на­ка­нуне при­хо­да к ней ми­ли­ции, так как жи­ла без про­пис­ки. Вре­ме­на бы­ли тя­же­лые, и лю­ди бо­я­лись ее про­пи­сать. Тем она спа­са­ла от ре­прес­сий не толь­ко се­бя, но и при­ютив­ших ее хо­зя­ев.

Мно­го раз Мат­ро­ну хо­те­ли аре­сто­вать. Бы­ли аре­сто­ва­ны и по­са­же­ны в тюрь­му (или со­сла­ны) мно­гие из ее ближ­них. Зи­на­и­да Жда­но­ва бы­ла осуж­де­на как участ­ни­ца цер­ков­но-мо­нар­хи­че­ской груп­пы.

Ксе­ния Ива­нов­на Си­фа­ро­ва рас­ска­зы­ва­ла, что пле­мян­ник Мат­ро­ны Иван жил в За­гор­ске. И вдруг она мыс­лен­но вы­зы­ва­ет его к се­бе. При­шел он к сво­е­му на­чаль­ни­ку и го­во­рит: «Хо­чу у вас от­про­сить­ся, пря­мо не мо­гу, на­до мне к мо­ей те­те ехать». Он при­е­хал, не зная, в чем де­ло. А Мат­ро­на ему го­во­рит: «Да­вай, да­вай, пе­ре­ве­зи ме­ня ско­рей в За­горск, к те­ще сво­ей». Толь­ко они уеха­ли, как при­шла ми­ли­ция. Мно­го раз так бы­ло: толь­ко хо­тят ее аре­сто­вать, а она на­ка­нуне уез­жа­ет.

Ан­на Филип­пов­на Вы­бор­но­ва вспо­ми­на­ет та­кой слу­чай. Од­на­жды при­шел ми­ли­ци­о­нер за­би­рать Мат­ро­ну, а она ему и го­во­рит: «Иди, иди ско­рей, у те­бя несча­стье в до­ме! А сле­пая от те­бя ни­ку­да не де­нет­ся, я си­жу на по­сте­ли, ни­ку­да не хо­жу». Он по­слу­шал­ся. По­ехал до­мой, а у него же­на от ке­ро­га­за об­го­ре­ла. Но он успел до­ве­зти ее до боль­ни­цы. При­хо­дит он на сле­ду­ю­щий день на ра­бо­ту, а у него спра­ши­ва­ют: «Ну что, сле­пую за­брал?» А он от­ве­ча­ет: «Сле­пую я за­би­рать ни­ко­гда не бу­ду. Ес­ли б сле­пая мне не ска­за­ла, я б же­ну по­те­рял, а так я ее все-та­ки в боль­ни­цу успел от­вез­ти».

Жи­вя в Москве, Мат­ро­на бы­ва­ла в сво­ей де­ревне – то вы­зо­вут ее по ка­ко­му-то де­лу, то со­ску­чит­ся по до­му, по ма­те­ри.

Внешне жизнь ее тек­ла од­но­об­раз­но: днем – при­ем лю­дей, но­чью – мо­лит­ва. По­доб­но древним по­движ­ни­кам, она ни­ко­гда не укла­ды­ва­лась спать по-на­сто­я­ще­му, а дре­ма­ла, ле­жа на бо­ку, на ку­лач­ке. Так про­хо­ди­ли го­ды.

Как-то в 1939 или 1940-м го­ду Мат­ро­на ска­за­ла: «Вот сей­час вы все ру­га­е­тесь, де­ли­те, а ведь вой­на вот-вот нач­нет­ся. Ко­неч­но, на­ро­ду мно­го по­гибнет, но наш рус­ский на­род по­бе­дит».

В на­ча­ле 1941 го­да дво­ю­род­ная сест­ра 3.В. Жда­но­вой Оль­га Нос­ко­ва спра­ши­ва­ла у ма­туш­ки со­ве­та, ид­ти ли ей в от­пуск (да­ва­ли пу­тев­ку, а ей не хо­те­лось ехать от­ды­хать зи­мой). Ма­туш­ка ска­за­ла: «Нуж­но ид­ти в от­пуск сей­час, по­том дол­го-дол­го не бу­дет от­пус­ков. Бу­дет вой­на. По­бе­да бу­дет за на­ми. Моск­ву враг не тронет, она толь­ко немно­го по­го­рит. Из Моск­вы уез­жать не на­до».

Ко­гда на­ча­лась вой­на, ма­туш­ка про­си­ла всех при­хо­дя­щих к ней при­но­сить иво­вые вет­ки. Она их ло­ма­ла на па­лоч­ки оди­на­ко­вой дли­ны, очи­ща­ла от ко­ры и мо­ли­лась. Ее ближ­ние вспо­ми­на­ли, что паль­цы ее бы­ли в ран­ках. Мат­ро­на мог­ла ду­хов­но при­сут­ство­вать в раз­лич­ных ме­стах, для ее ду­хов­но­го взо­ра про­стран­ства не су­ще­ство­ва­ло. Она ча­сто го­во­ри­ла, что бы­ва­ет неви­ди­мо на фрон­тах, по­мо­га­ет на­шим во­и­нам. Она пе­ре­да­ла всем, что в Ту­лу нем­цы не вой­дут. Ее про­ро­че­ство оправ­да­лось.

В день Мат­ро­нуш­ка при­ни­ма­ла до со­ро­ка че­ло­век. Лю­ди при­хо­ди­ли со сво­и­ми бе­да­ми, ду­шев­ной и те­лес­ной бо­лью. Она ни­ко­му не от­ка­зы­ва­ла в по­мо­щи, кро­ме тех, кто при­хо­дил с лу­ка­вым на­ме­ре­ни­ем. Иные ви­де­ли в ма­туш­ке на­род­ную це­ли­тель­ни­цу, ко­то­рая в си­лах снять пор­чу или сглаз, но по­сле об­ще­ния с ней по­ни­ма­ли, что пе­ред ни­ми Бо­жий че­ло­век, и об­ра­ща­лись к Церк­ви, к ее спа­си­тель­ным та­ин­ствам. По­мощь ее лю­дям бы­ла бес­ко­рыст­ной, она ни с ко­го ни­че­го не бра­ла.

Мо­лит­вы ма­туш­ка чи­та­ла все­гда гром­ко. Знав­шие ее близ­ко го­во­рят о том, что мо­лит­вы эти бы­ли из­вест­ные, чи­та­е­мые в хра­ме и до­ма: «От­че наш», «Да вос­креснет Бог», де­вя­но­стый пса­лом, «Гос­по­ди Все­дер­жи­те­лю, Бо­же сил и вся­кия пло­ти» (из утрен­них мо­литв). Она под­чер­ки­ва­ла, что по­мо­га­ет не са­ма, а Бог по ее мо­лит­вам: «Что Мат­ро­нуш­ка – Бог, что ли? Бог по­мо­га­ет!» – от­ве­ча­ет она Ксе­нии Гав­ри­ловне По­та­по­вой на прось­бу по­мочь ей.

Ис­це­ляя недуж­ных, ма­туш­ка тре­бо­ва­ла от них ве­ры в Бо­га и ис­прав­ле­ния гре­хов­ной жиз­ни. Так, од­ну по­се­ти­тель­ни­цу она спра­ши­ва­ет, ве­ру­ет ли она, что Гос­подь си­лен ее ис­це­лить. Дру­гой, за­болев­шей па­ду­чей бо­лез­нью, ве­лит не про­пус­кать ни од­ной вос­крес­ной служ­бы, на каж­дой ис­по­ве­до­вать­ся и при­ча­щать­ся Свя­тых Хри­сто­вых Тайн. Жи­ву­щих в граж­дан­ском бра­ке она бла­го­слов­ля­ет обя­за­тель­но вен­чать­ся в Церк­ви. Всем обя­за­тель­но но­сить на­тель­ный крест.

С чем при­хо­ди­ли к ма­туш­ке лю­ди? С обыч­ны­ми бе­да­ми: неиз­ле­чи­мая бо­лезнь, про­па­жа, уход му­жа из се­мьи, несчаст­ная лю­бовь, по­те­ря ра­бо­ты, го­не­ния со сто­ро­ны на­чаль­ства... С жи­тей­ски­ми нуж­да­ми и во­про­са­ми. Вы­хо­дить ли за­муж? Ме­нять ли ме­сто жи­тель­ства или служ­бы? Не мень­ше бы­ло бо­ля­щих, одер­жи­мых раз­ны­ми неду­га­ми: кто-то вне­зап­но за­не­мог, кто-то ни с то­го ни с се­го на­чал ла­ять, у ко­го-то ру­ки-но­ги све­ло, ко­го-то пре­сле­ду­ют гал­лю­ци­на­ции. В на­ро­де та­ких лю­дей на­зы­ва­ют «пор­че­ны­ми» кол­ду­на­ми, зна­ха­ря­ми, ча­ро­де­я­ми. Это лю­ди, ко­то­рым, как го­во­рят в на­ро­де, «сде­ла­ли», ко­то­рые под­верг­лись осо­бо­му де­мо­ни­че­ско­му воз­дей­ствию.

Од­на­жды чет­ве­ро муж­чин при­ве­ли к Мат­роне ста­руш­ку. Она ма­ха­ла ру­ка­ми, как вет­ря­ная мель­ни­ца. Ко­гда ма­туш­ка от­чи­та­ла ее, она ослаб­ла и ис­це­ли­лась.

Прас­ко­вья Сер­ге­ев­на Ано­со­ва, ча­сто по­се­щав­шая в пси­хи­ат­ри­че­ской ле­чеб­ни­це сво­е­го бра­та, вспо­ми­на­ет: «Од­на­жды, ко­гда мы еха­ли к нему, с на­ми ехал муж­чи­на с же­ной – дочь из боль­ни­цы вы­пи­сы­вать. Об­рат­но мы опять еха­ли вме­сте. Вдруг эта де­вуш­ка (ей бы­ло 18 лет) на­ча­ла ла­ять. Я и го­во­рю ее ма­ме: «Жаль мне вас, мы ми­мо Ца­ри­цы­но едем, да­вай за­ве­зем доч­ку к Мат­ро­нуш­ке...». Отец этой де­вуш­ки, ге­не­рал, сна­ча­ла и слы­шать ни­че­го не хо­тел, го­во­рил, что все это вы­дум­ки. Но же­на его на­сто­я­ла, и мы по­еха­ли к Мат­ро­нуш­ке... И вот ста­ли де­вуш­ку под­во­дить к Мат­ро­нуш­ке, а она сде­ла­лась как кол, ру­ки как пал­ки, по­том ста­ла на Мат­ро­нуш­ку пле­вать, вы­ры­ва­лась. Мат­ро­на го­во­рит: «Оставь­те ее, те­перь она уже ни­че­го не сде­ла­ет». Де­вуш­ку от­пу­сти­ли. Она упа­ла, ста­ла бить­ся и кру­жить­ся по по­лу, ее ста­ло рвать кро­вью. А по­том эта де­вуш­ка усну­ла и про­спа­ла трое су­ток. За ней уха­жи­ва­ли. Ко­гда она оч­ну­лась и уви­де­ла мать, то спро­си­ла: «Ма­ма, где мы на­хо­дим­ся?» Та ей от­ве­ча­ет: «Мы, доч­ка, на­хо­дим­ся у про­зор­ли­во­го че­ло­ве­ка...» И все ей рас­ска­за­ла, что с ней бы­ло. И с это­го вре­ме­ни де­вуш­ка со­вер­шен­но ис­це­ли­лась».

3.В. Жда­но­ва рас­ска­зы­ва­ет, что в 1946 го­ду в их квар­ти­ру, где жи­ла то­гда Мат­ро­на, при­ве­ли жен­щи­ну, ко­то­рая за­ни­ма­ла вы­со­кое по­ло­же­ние. У нее со­шел с ума един­ствен­ный сын, муж по­гиб на фрон­те, са­ма она, ко­неч­но, бы­ла без­бож­ни­цей. Она ез­ди­ла с боль­ным сы­ном в Ев­ро­пу, но из­вест­ные вра­чи по­мочь ему не смог­ли. «Я при­шла к вам от от­ча­я­ния, – ска­за­ла она, – мне ид­ти неку­да». Мат­ро­на спро­си­ла: «Ес­ли Гос­подь вы­ле­чит тво­е­го сы­на, по­ве­ришь ли ты в Бо­га?» Жен­щи­на ска­за­ла: «Я не знаю, как это – ве­рить». То­гда Мат­ро­на по­про­си­ла во­ды и в при­сут­ствии несчаст­ной ма­те­ри ста­ла гром­ко чи­тать над во­дой мо­лит­ву. По­да­вая ей за­тем эту во­ду, бла­жен­ная ска­за­ла: «По­ез­жай сей­час в Ка­щен­ко (пси­хи­ат­ри­че­ская боль­ни­ца в Москве), до­го­во­рись с са­ни­та­ра­ми, чтобы они его креп­ко дер­жа­ли, ко­гда бу­дут вы­во­дить. Он бу­дет бить­ся, а ты по­ста­рай­ся плес­нуть этой во­дой ему в гла­за и обя­за­тель­но по­па­ди в рот».

Зи­на­и­да Вла­ди­ми­ров­на вспо­ми­на­ет: «Через неко­то­рое вре­мя мы с бра­том ста­ли сви­де­те­ля­ми, как эта жен­щи­на вновь при­е­ха­ла к Мат­роне. Она на ко­ле­нях бла­го­да­ри­ла ма­туш­ку, го­во­ря, что те­перь сын здо­ров. А де­ло бы­ло так. Она при­е­ха­ла в боль­ни­цу и все сде­ла­ла, как ма­туш­ка ве­ле­ла. Там был зал, ку­да с од­ной сто­ро­ны ба­рье­ра вы­ве­ли ее сы­на, а она по­до­шла с дру­гой сто­ро­ны. Пу­зы­рек с во­дой был у нее в кар­мане. Сын бил­ся и кри­чал: «Ма­ма, вы­бро­си то, что у те­бя ле­жит в кар­мане, не му­чай ме­ня!» Ее по­ра­зи­ло: от­ку­да он узнал? Она быст­ро плес­ну­ла во­дой ему в гла­за, по­па­ла в рот, вдруг он успо­ко­ил­ся, гла­за ста­ли яс­ны­ми, и он ска­зал: «Как хо­ро­шо!» Вско­ре его вы­пи­са­ли».

Ча­сто Мат­ро­на на­кла­ды­ва­ла ру­ки на го­ло­ву и го­во­ри­ла: «Он, он, сей­час я те­бе кры­лыш­ки под­ре­жу, по­во­юй, по­во­юй по­ка!» «Ты кто та­кой?» – спро­сит, а в че­ло­ве­ке вдруг за­жуж­жит. Ма­туш­ка опять ска­жет: «Ты кто?» – и еще силь­нее за­жуж­жит, а по­том она по­мо­лит­ся и про­мол­вит: «Ну, по­во­е­вал ко­мар, те­перь хва­тит!» И че­ло­век ухо­дит ис­це­лен­ный.

По­мо­га­ла Мат­ро­на и тем, у ко­го не ла­ди­лась се­мей­ная жизнь. Од­на­жды к ней при­шла жен­щи­на и рас­ска­за­ла, что ее за­муж вы­да­ли не по люб­ви, и с му­жем она пло­хо жи­вет. Мат­ро­на ей от­ве­ча­ет: «А кто ви­но­ват? Ви­но­ва­та ты. По­то­му что у нас Гос­подь гла­ва, а Гос­подь в муж­ском об­ра­зе, и муж­чине мы, жен­щи­ны, долж­ны под­чи­нять­ся, ты долж­на ве­нец со­хра­нить до кон­ца жиз­ни сво­ей. Ви­но­ва­та ты, что пло­хо с ним жи­вешь...» Жен­щи­на эта по­слу­ша­ла бла­жен­ную, и ее се­мей­ная жизнь на­ла­ди­лась.

«Ма­туш­ка Мат­ро­на всю жизнь бо­ро­лась за каж­дую при­хо­дя­щую к ней ду­шу, – вспо­ми­на­ет Зи­на­и­да Жда­но­ва, – и одер­жи­ва­ла по­бе­ду. Она ни­ко­гда не се­то­ва­ла, не жа­ло­ва­лась на труд­но­сти сво­е­го по­дви­га. Не мо­гу се­бе про­стить, что ни ра­зу не по­жа­ле­ла ма­туш­ку, хо­тя и ви­де­ла, как ей бы­ло труд­но, как она бо­ле­ла за каж­до­го из нас. Свет тех дней со­гре­ва­ет до сих пор. В до­ме пе­ред об­ра­за­ми теп­ли­лись лам­па­ды, лю­бовь ма­туш­ки и ее ти­ши­на оку­ты­ва­ли ду­шу. В до­ме бы­ли свя­тость, ра­дость, по­кой, бла­го­дат­ное теп­ло. Шла вой­на, a мы жи­ли как на небе».

Ка­кой за­пом­ни­лась Мат­ро­на близ­ким лю­дям? С ми­ни­а­тюр­ны­ми, слов­но дет­ски­ми, ко­рот­ки­ми руч­ка­ми и нож­ка­ми. Си­дя­щей, скре­стив нож­ки, на кро­ва­ти или сун­ду­ке. Пу­ши­стые во­ло­сы на пря­мой про­бор. Креп­ко со­мкну­тые ве­ки. Доб­рое свет­лое ли­цо. Лас­ко­вый го­лос.

Она уте­ша­ла, успо­ка­и­ва­ла бо­ля­щих, гла­ди­ла их по го­ло­ве, осе­ня­ла крест­ным зна­ме­ни­ем, ино­гда шу­ти­ла, по­рой стро­го об­ли­ча­ла и на­став­ля­ла. Она не бы­ла стро­гой, бы­ла тер­пи­ма к че­ло­ве­че­ским немо­щам, со­стра­да­тель­на, теп­ла, участ­ли­ва, все­гда ра­дост­на, ни­ко­гда не жа­ло­ва­лась на свои бо­лез­ни и стра­да­ния. Ма­туш­ка не про­по­ве­до­ва­ла, не учи­тель­ство­ва­ла. Да­ва­ла кон­крет­ный со­вет, как по­сту­пить в той или иной си­ту­а­ции, мо­ли­лась и бла­го­слов­ля­ла.

Она во­об­ще бы­ла немно­го­слов­на, крат­ко от­ве­ча­ла при­хо­дя­щим на во­про­сы. Оста­лись неко­то­рые ее на­став­ле­ния об­ще­го ха­рак­те­ра.

Ма­туш­ка учи­ла не осуж­дать ближ­них. Она го­во­ри­ла: «За­чем осуж­дать дру­гих лю­дей? Ду­май о се­бе по­ча­ще. Каж­дая овеч­ка бу­дет под­ве­ше­на за свой хво­стик. Что те­бе до дру­гих хво­сти­ков?» Мат­ро­на учи­ла пре­да­вать се­бя в во­лю Бо­жию. Жить с мо­лит­вой. Ча­сто на­ла­гать на се­бя и окру­жа­ю­щие пред­ме­ты крест­ное зна­ме­ние, ограж­да­ясь тем са­мым от злой си­лы. Со­ве­то­ва­ла ча­ще при­ча­щать­ся Свя­тых Хри­сто­вых Таин. «За­щи­щай­тесь кре­стом, мо­лит­вою, свя­той во­дой, При­ча­ще­ни­ем ча­стым... Пе­ред ико­на­ми пусть го­рят лам­па­ды».

Учи­ла так­же лю­бить и про­щать ста­рых и немощ­ных. «Ес­ли вам что-ни­будь бу­дут непри­ят­ное или обид­ное го­во­рить ста­рые, боль­ные или кто из ума вы­жил, то не слу­шай­те, а про­сто им по­мо­ги­те. По­мо­гать боль­ным нуж­но со всем усер­ди­ем и про­щать им на­до, что бы они ни ска­за­ли и ни сде­ла­ли».

Мат­ро­нуш­ка не поз­во­ля­ла при­да­вать зна­че­ния снам: «Не об­ра­щай на них вни­ма­ния, сны бы­ва­ют от лу­ка­во­го – рас­стро­ить че­ло­ве­ка, опу­тать мыс­ля­ми».

Мат­ро­на предо­сте­ре­га­ла не бе­гать по ду­хов­ни­кам в по­ис­ках «стар­цев» или «про­зор­лив­цев». Бе­гая по раз­ным от­цам, го­во­ри­ла она, мож­но по­те­рять ду­хов­ную си­лу и пра­виль­ное на­прав­ле­ние жиз­ни.

Вот ее сло­ва: «Мир ле­жит во зле и пре­ле­сти, и пре­лесть – пре­льще­ние душ – бу­дет яв­ная, осте­ре­гай­ся». «Ес­ли иде­те к стар­цу или свя­щен­ни­ку за со­ве­том, мо­ли­тесь, чтобы Гос­подь умуд­рил его дать пра­виль­ный со­вет». Учи­ла не ин­те­ре­со­вать­ся свя­щен­ни­ка­ми и их жиз­нью. Же­ла­ю­щим хри­сти­ан­ско­го со­вер­шен­ства со­ве­то­ва­ла не вы­де­лять­ся внешне сре­ди лю­дей (чер­ной одеж­дой и т. д.). Она учи­ла тер­пе­нию скор­бей. 3.В. Жда­но­вой она го­во­ри­ла: «Хо­ди в храм и ни на ко­го не смот­ри, мо­лись с за­кры­ты­ми гла­за­ми или смот­ри на ка­кой-ни­будь об­раз, ико­ну». По­доб­ное на­став­ле­ние есть так­же у пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма Са­ров­ско­го и дру­гих свя­тых от­цов. Во­об­ще в на­став­ле­ни­ях Мат­ро­ны не бы­ло ни­че­го, что шло бы враз­рез со свя­то­оте­че­ским уче­ни­ем.

Ма­туш­ка го­во­ри­ла, что кра­сить­ся, то есть упо­треб­лять де­ко­ра­тив­ную кос­ме­ти­ку – боль­шой грех: че­ло­век пор­тит и ис­ка­жа­ет об­раз есте­ства че­ло­ве­че­ско­го, до­пол­ня­ет то, че­го не дал Гос­подь, со­зда­ет под­дель­ную кра­со­ту, это ве­дет к раз­вра­ще­нию.

Про де­ву­шек, ко­то­рые уве­ро­ва­ли в Бо­га, Мат­ро­на го­во­ри­ла: «Вам, де­ви­цам, Бог все про­стит, ес­ли бу­де­те пре­да­ны Бо­гу. Кто се­бя об­ре­ка­ет не вы­хо­дить за­муж, та долж­на дер­жать­ся до кон­ца. Гос­подь за это ве­нец даст».

Мат­ро­нуш­ка го­во­ри­ла: «Враг под­сту­па­ет – на­до обя­за­тель­но мо­лить­ся. Вне­зап­ная смерть бы­ва­ет, ес­ли жить без мо­лит­вы. Враг у нас на ле­вом пле­че си­дит, а на пра­вом – ан­гел, и у каж­до­го своя кни­га: в од­ну за­пи­сы­ва­ют­ся на­ши гре­хи, в дру­гую – доб­рые де­ла. Ча­ще кре­сти­тесь! Крест – та­кой же за­мок, как на две­ри». Она на­став­ля­ла не за­бы­вать кре­стить еду. «Си­лою Чест­на­го и Жи­во­тво­ря­ща­го Кре­ста спа­сай­тесь и за­щи­щай­тесь!»

О кол­ду­нах ма­туш­ка го­во­ри­ла: «Для то­го, кто во­шел доб­ро­воль­но в со­юз с си­лой зла, за­нял­ся ча­ро­дей­ством, вы­хо­да нет. Нель­зя об­ра­щать­ся к баб­кам, они од­но вы­ле­чат, а ду­ше по­вре­дят».

Ма­туш­ка ча­сто го­во­ри­ла близ­ким, что сра­жа­ет­ся с кол­ду­на­ми, со злой си­лой, неви­ди­мо во­ю­ет с ни­ми. Од­на­жды при­шел к ней бла­го­об­раз­ный ста­рик, с бо­ро­дой, сте­пен­ный, пал пе­ред ней на ко­ле­ни весь в сле­зах и го­во­рит: «У ме­ня уми­ра­ет един­ствен­ный сын». А ма­туш­ка на­кло­ни­лась к нему и ти­хо спро­си­ла: «А ты как ему сде­лал? На смерть или нет?» Он от­ве­тил: «На смерть». А ма­туш­ка го­во­рит: «Иди, иди от ме­ня, неза­чем те­бе ко мне при­хо­дить». По­сле его ухо­да она ска­за­ла: «Кол­ду­ны Бо­га зна­ют! Ес­ли бы вы так мо­ли­лись, как они, ко­гда вы­ма­ли­ва­ют у Бо­га про­ще­ние за свое зло!».

Ма­туш­ка по­чи­та­ла по­кой­но­го свя­щен­ни­ка Ва­лен­ти­на Ам­фи­те­ат­ро­ва. Го­во­ри­ла, что он ве­лик пе­ред Бо­гом и что на мо­гил­ке сво­ей он по­мо­га­ет страж­ду­щим, неко­то­рых из сво­их по­се­ти­те­лей по­сы­ла­ла за пе­соч­ком с его мо­ги­лы.

Мас­со­вое от­па­де­ние лю­дей от Церк­ви, во­ин­ству­ю­щее бо­го­бор­че­ство, на­рас­та­ние от­чуж­де­ния и зло­бы меж­ду людь­ми, от­вер­же­ние мил­ли­о­на­ми тра­ди­ци­он­ной ве­ры и гре­хов­ная жизнь без по­ка­я­ния при­ве­ли мно­гих к тяж­ким ду­хов­ным по­след­стви­ям. Мат­ро­на это хо­ро­шо по­ни­ма­ла и чув­ство­ва­ла.

В дни де­мон­стра­ции ма­туш­ка про­си­ла всех не вы­хо­дить на ули­цу, за­кры­вать ок­на, фор­точ­ки, две­ри – пол­чи­ща де­мо­нов за­ни­ма­ют все про­стран­ство, весь воз­дух и охва­ты­ва­ют всех лю­дей. (Мо­жет быть, бла­жен­ная Мат­ро­на, ча­сто го­во­рив­шая ино­ска­за­тель­но, хо­те­ла на­пом­нить о необ­хо­ди­мо­сти дер­жать за­кры­ты­ми от ду­хов зло­бы «ок­на ду­ши» – так свя­тые от­цы на­зы­ва­ют че­ло­ве­че­ские чув­ства).

3.В. Жда­но­ва спро­си­ла ма­туш­ку: «Как же Гос­подь до­пу­стил столь­ко хра­мов за­крыть и раз­ру­шить?». (Она име­ла в ви­ду го­ды по­сле ре­во­лю­ции.) А ма­туш­ка от­ве­ча­ла: «На это во­ля Бо­жия, со­кра­ще­но ко­ли­че­ство хра­мов по­то­му, что ве­ру­ю­щих бу­дет ма­ло и слу­жить бу­дет неко­му». «По­че­му же ни­кто не бо­рет­ся?». Она: «На­род под гип­но­зом, сам не свой, страш­ная си­ла всту­пи­ла в дей­ствие... Эта си­ла су­ще­ству­ет в воз­ду­хе, про­ни­ка­ет вез­де. Рань­ше бо­ло­та и дре­му­чие ле­са бы­ли ме­стом оби­та­ния этой си­лы, по­то­му что лю­ди хо­ди­ли в хра­мы, но­си­ли крест и до­ма бы­ли за­щи­ще­ны об­ра­за­ми, лам­па­да­ми и освя­ще­ни­ем. Бе­сы про­ле­та­ли ми­мо та­ких до­мов, а те­перь бе­са­ми за­се­ля­ют­ся и лю­ди по их неве­рию и от­вер­же­нию от Бо­га».

Же­лая при­от­крыть за­ве­су над ее ду­хов­ной жиз­нью, неко­то­рые лю­бо­пыт­ные по­се­ти­те­ли ста­ра­лись под­смот­реть, что Мат­ро­на де­ла­ет по но­чам. Од­на де­вуш­ка ви­де­ла, что она всю ночь мо­ли­лась и кла­ла по­кло­ны...

Жи­вя у Жда­но­вых в Ста­ро­ко­ню­шен­ном пе­ре­ул­ке, Мат­ро­нуш­ка ис­по­ве­до­ва­лась и при­ча­ща­лась у свя­щен­ни­ка Ди­мит­рия из хра­ма на Крас­ной Пресне. Непре­стан­ная мо­лит­ва по­мо­га­ла бла­жен­ной Мат­роне нести крест слу­же­ния лю­дям, что бы­ло на­сто­я­щим по­дви­гом и му­че­ни­че­ством, выс­шим про­яв­ле­ни­ем люб­ви. От­чи­ты­вая бес­но­ва­тых, мо­лясь за каж­до­го, раз­де­ляя люд­ские скор­би, ма­туш­ка так уста­ва­ла, что к кон­цу дня не мог­ла да­же го­во­рить с близ­ки­ми и толь­ко ти­хо сто­на­ла, ле­жа на ку­лач­ке. Внут­рен­няя, ду­хов­ная жизнь бла­жен­ной все же оста­лась тай­ной да­же для близ­ких к ней лю­дей, оста­нет­ся тай­ной и для осталь­ных.

Не зная ду­хов­ной жиз­ни ма­туш­ки, тем не ме­нее лю­ди не со­мне­ва­лись в ее свя­то­сти, в том, что она бы­ла на­сто­я­щей по­движ­ни­цей. По­двиг Мат­ро­ны за­клю­чал­ся в ве­ли­ком тер­пе­нии, иду­щем от чи­сто­ты серд­ца и го­ря­чей люб­ви к Бо­гу. Имен­но о та­ком тер­пе­нии, ко­то­рое бу­дет спа­сать хри­сти­ан в по­след­ние вре­ме­на, про­ро­че­ство­ва­ли свя­тые от­цы Церк­ви. Как на­сто­я­щая по­движ­ни­ца, бла­жен­ная учи­ла не сло­ва­ми, а всей сво­ей жиз­нью. Сле­пая те­лес­но, она учи­ла и про­дол­жа­ет учить ис­тин­но­му ду­хов­но­му зре­нию. Не имев­шая воз­мож­но­сти хо­дить, она учи­ла и учит ид­ти по труд­но­му пу­ти спа­се­ния.

В сво­их вос­по­ми­на­ни­ях Зи­на­и­да Вла­ди­ми­ров­на Жда­но­ва пи­шет: «Кто та­кая бы­ла Мат­ро­нуш­ка? Ма­туш­ка бы­ла во­пло­щен­ный Ан­гел-во­и­тель, буд­то меч ог­нен­ный был в ее ру­ках для борь­бы со злой си­лой. Она ле­чи­ла мо­лит­вой, во­дой... Она бы­ла ма­лень­кая, как ре­бе­нок, все вре­мя по­лу­ле­жа­ла на бо­ку, на ку­лач­ке. Так и спа­ла, по-на­сто­я­ще­му ни­ко­гда не ло­жи­лась. Ко­гда при­ни­ма­ла лю­дей, са­ди­лась, скре­стив нож­ки, две руч­ки вы­тя­ну­ты пря­мо над го­ло­вой при­шед­ше­го в воз­ду­хе, на­ло­жит паль­чи­ки на го­ло­ву сто­я­ще­го пе­ред ней на ко­ле­нях че­ло­ве­ка, пе­ре­кре­стит, ска­жет глав­ное, что на­доб­но его ду­ше, по­мо­лит­ся.

Она жи­ла, не имея сво­е­го уг­ла, иму­ще­ства, за­па­сов. Кто при­гла­сит, у то­го она и жи­ла. Жи­ла на при­но­ше­ния, ко­то­ры­ми са­ма не мог­ла рас­по­ря­жать­ся. Бы­ла в по­слу­ша­нии у злой Пе­ла­геи, ко­то­рая всем рас­по­ря­жа­лась и раз­да­ва­ла все, что при­но­си­ли ма­туш­ке, сво­им род­ствен­ни­кам. Без ее ве­до­ма ма­туш­ка не мог­ла ни пить, ни есть...

Ма­туш­ка, ка­за­лось, зна­ла все со­бы­тия на­пе­ред. Каж­дый день про­жи­той ею жиз­ни – по­ток скор­бей и пе­ча­лей при­хо­дя­щих лю­дей. По­мощь боль­ным, уте­ше­ние и ис­це­ле­ние их. Ис­це­ле­ний по ее мо­лит­вам бы­ло мно­го. Возь­мет дву­мя ру­ка­ми го­ло­ву пла­чу­ще­го, по­жа­ле­ет, со­гре­ет свя­то­стью сво­ей, и че­ло­век ухо­дит окры­лен­ный. А она, обес­си­лен­ная, толь­ко взды­ха­ет и мо­лит­ся но­чи на­про­лет. У нее на лбу бы­ла ям­ка от паль­чи­ков, от ча­сто­го крест­но­го зна­ме­ния. Кре­сти­лась она мед­лен­но, усерд­но, паль­чи­ки ис­ка­ли ям­ку...».

Во вре­мя вой­ны мно­го бы­ло слу­ча­ев, ко­гда она от­ве­ча­ла при­хо­див­шим на их во­про­сы – жив или нет. Ко­му-то ска­жет – жив, жди­те. Ко­му-то – от­пе­вать и по­ми­нать.

Мож­но пред­по­ла­гать, что к Мат­роне при­ез­жа­ли и те, кто ис­кал ду­хов­но­го со­ве­та и ру­ко­вод­ства. О ма­туш­ке зна­ли мно­гие мос­ков­ские свя­щен­ни­ки, мо­на­хи Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ры. По неве­до­мым судь­бам Бо­жи­им не ока­за­лось ря­дом с ма­туш­кой вни­ма­тель­но­го на­блю­да­те­ля и уче­ни­ка, спо­соб­но­го при­от­крыть за­ве­су над ее ду­хов­ным де­ла­ни­ем и на­пи­сать об этом в на­зи­да­ние по­том­кам.

Ча­сто ез­ди­ли к ней зем­ля­ки из ее род­ных мест, то­гда из всех окрест­ных де­ре­вень ей пи­са­ли за­пи­соч­ки, а она от­ве­ча­ла на них. При­ез­жа­ли к ней и за две­сти, и за три­ста ки­ло­мет­ров, а она зна­ла имя че­ло­ве­ка. Бы­ва­ли и моск­ви­чи, и при­ез­жие из дру­гих го­ро­дов, про­слы­шав­шие о про­зор­ли­вой ма­туш­ке. Лю­ди раз­но­го воз­рас­та: и мо­ло­дые, и ста­рые, и лю­ди сред­них лет. Ко­го-то она при­ни­ма­ла, а ко­го-то нет. С неко­то­ры­ми го­во­ри­ла прит­ча­ми, с дру­ги­ми – про­стым язы­ком.

Зи­на­и­да как-то по­жа­ло­ва­лась ма­туш­ке: «Ма­туш­ка, нер­вы...» А она: «Ка­кие нер­вы, вот ведь на войне и в тюрь­ме нет нер­вов... На­до вла­деть со­бой, тер­петь».

Ма­туш­ка на­став­ля­ла, что ле­чить­ся нуж­но обя­за­тель­но. Те­ло – до­мик, Бо­гом дан­ный, его нуж­но ре­мон­ти­ро­вать. Бог со­здал мир, тра­вы ле­чеб­ные, и пре­не­бре­гать этим нель­зя.

Сво­им близ­ким ма­туш­ка со­чув­ство­ва­ла: «Как мне вас жаль, до­жи­ве­те до по­след­них вре­мен. Жизнь бу­дет ху­же и ху­же. Тяж­кая. При­дет вре­мя, ко­гда пе­ред ва­ми по­ло­жат крест и хлеб и ска­жут – вы­би­рай­те!» – «Мы вы­бе­рем крест, – от­ве­ча­ли они, – а как же то­гда мож­но жить бу­дет?» – «А мы по­мо­лим­ся, возь­мем зе­мель­ки, ска­та­ем ша­ри­ки, по­мо­лим­ся Бо­гу, съе­дим и сы­ты бу­дем!»

В дру­гой раз она го­во­ри­ла, под­бад­ри­вая в тя­же­лой си­ту­а­ции, что не на­до ни­че­го бо­ять­ся, как бы ни бы­ло страш­но: «Во­зят ди­тя в са­ноч­ках, и нет ни­ка­кой за­бо­ты! Гос­подь сам все упра­вит!»

Мат­ро­нуш­ка ча­сто по­вто­ря­ла: «Ес­ли на­род те­ря­ет ве­ру в Бо­га, то его по­сти­га­ют бед­ствия, а ес­ли не ка­ет­ся, то гибнет и ис­че­за­ет с ли­ца зем­ли. Сколь­ко на­ро­дов ис­чез­ло, а Рос­сия су­ще­ство­ва­ла и бу­дет су­ще­ство­вать. Мо­ли­тесь, про­си­те, кай­тесь! Гос­подь вас не оста­вит и со­хра­нит зем­лю на­шу!»

По­след­ний зем­ной при­ют Мат­ро­нуш­ка на­шла на под­мос­ков­ной стан­ции Сход­ня (ули­ца Кур­ган­ная, дом 23), где по­се­ли­лась у даль­ней род­ствен­ни­цы, по­ки­нув ком­на­ту в Ста­ро­ко­ню­шен­ном пе­ре­ул­ке. И сю­да то­же по­то­ком шли по­се­ти­те­ли и нес­ли свои скор­би. Лишь пе­ред са­мой кон­чи­ной ма­туш­ка, уже со­всем сла­бая, огра­ни­чи­ла при­ем. Но лю­ди все рав­но шли, и неко­то­рым она не мог­ла от­ка­зать в по­мо­щи. Го­во­рят, что о вре­ме­ни кон­чи­ны ей бы­ло от­кры­то Гос­по­дом за три дня, и она сде­ла­ла все необ­хо­ди­мые рас­по­ря­же­ния. Ма­туш­ка про­си­ла, чтобы ее от­пе­ли в церк­ви Ри­зо­по­ло­же­ния. (В это вре­мя слу­жил там лю­би­мый при­хо­жа­на­ми свя­щен­ник Ни­ко­лай Го­луб­цов. Он знал и по­чи­тал бла­жен­ную Мат­ро­ну). Она не ве­ле­ла при­но­сить на по­хо­ро­ны вен­ки и пласт­мас­со­вые цве­ты.

До по­след­них дней жиз­ни она ис­по­ве­до­ва­лась и при­ча­ща­лась у при­хо­див­ших к ней свя­щен­ни­ков. По сво­е­му сми­ре­нию она, как и обык­но­вен­ные греш­ные лю­ди, бо­я­лась смер­ти и не скры­ва­ла от близ­ких сво­е­го стра­ха. Пе­ред смер­тью при­шел ее ис­по­ве­до­вать свя­щен­ник, отец Ди­мит­рий, она очень вол­но­ва­лась, пра­виль­но ли сло­жи­ла руч­ки. Ба­тюш­ка спра­ши­ва­ет: «Да неуже­ли и вы бо­и­тесь смер­ти?» – «Бо­юсь».

2 мая 1952 го­да она по­чи­ла. 3 мая в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой Лав­ре на па­ни­хи­ду бы­ла по­да­на за­пис­ка о упо­ко­е­нии но­во­пре­став­лен­ной бла­жен­ной Мат­ро­ны. Сре­ди мно­же­ства дру­гих она при­влек­ла вни­ма­ние слу­жа­ще­го иеро­мо­на­ха. «Кто по­дал за­пис­ку? – взвол­но­ван­но спро­сил он. – Что, она умер­ла?». (Мно­гие на­сель­ни­ки Лав­ры хо­ро­шо зна­ли и по­чи­та­ли Мат­ро­ну.) Ста­руш­ка с до­че­рью, при­е­хав­шие из Моск­вы, под­твер­ди­ли: на­ка­нуне ма­туш­ка скон­ча­лась, и нын­че ве­че­ром гроб с те­лом бу­дет по­став­лен в мос­ков­ской церк­ви Ри­зо­по­ло­же­ния на Дон­ской ули­це. Так лавр­ские мо­на­хи узна­ли о кон­чине Мат­ро­ны и смог­ли при­е­хать на ее по­гре­бе­ние. По­сле от­пе­ва­ния, ко­то­рое со­вер­шил отец Ни­ко­лай Го­луб­цов, все при­сут­ству­ю­щие под­хо­ди­ли и при­кла­ды­ва­лись к ее ру­кам.

4 мая в Неде­лю жен-ми­ро­но­сиц при боль­шом сте­че­нии на­ро­да со­сто­я­лось по­гре­бе­ние бла­жен­ной Мат­ро­ны. По ее же­ла­нию она бы­ла по­гре­бе­на на Да­ни­лов­ском клад­би­ще, чтобы «слы­шать служ­бу» (там на­хо­дил­ся один из немно­гих дей­ству­ю­щих мос­ков­ских хра­мов). От­пе­ва­ние и по­гре­бе­ние бла­жен­ной бы­ли на­ча­лом ее про­слав­ле­ния в на­ро­де как угод­ни­цы Бо­жи­ей.

Бла­жен­ная пред­ска­зы­ва­ла: «По­сле мо­ей смер­ти на мо­гил­ку мою ма­ло бу­дет хо­дить лю­дей, толь­ко близ­кие, а ко­гда и они умрут, за­пу­сте­ет моя мо­гил­ка, раз­ве из­ред­ка кто при­дет... Но через мно­го лет лю­ди узна­ют про ме­ня и пой­дут тол­па­ми за по­мо­щью в сво­их го­ре­стях и с прось­ба­ми по­мо­лить­ся за них ко Гос­по­ду Бо­гу, и я всем бу­ду по­мо­гать и всех услы­шу».

Еще пе­ред смер­тью она ска­за­ла: «Все, все при­хо­ди­те ко мне и рас­ска­зы­вай­те, как жи­вой, о сво­их скор­бях, я бу­ду вас ви­деть, и слы­шать, и по­мо­гать вам». А еще ма­туш­ка го­во­ри­ла, что все, кто до­ве­рит се­бя и жизнь свою ее хо­да­тай­ству ко Гос­по­ду, спа­сут­ся. «Всех, кто об­ра­ща­ет­ся ко мне за по­мо­щью, я бу­ду встре­чать при их смер­ти, каж­до­го».

Бо­лее чем через трид­цать лет по­сле кон­чи­ны ма­туш­ки ее мо­гил­ка на Да­ни­лов­ском клад­би­ще сде­ла­лась од­ним из свя­тых мест пра­во­слав­ной Моск­вы, ку­да при­ез­жа­ли лю­ди со всех кон­цов Рос­сии и из-за ру­бе­жа со сво­и­ми бе­да­ми и бо­лез­ня­ми.

Бла­жен­ная Мат­ро­на бы­ла пра­во­слав­ным че­ло­ве­ком в глу­бо­ком, тра­ди­ци­он­ном зна­че­нии это­го сло­ва. Со­стра­да­ние к лю­дям, иду­щее из пол­но­ты лю­бя­ще­го серд­ца, мо­лит­ва, крест­ное зна­ме­ние, вер­ность свя­тым уста­вам Пра­во­слав­ной Церк­ви – вот что бы­ло сре­до­то­чи­ем ее на­пря­жен­ной ду­хов­ной жиз­ни. При­ро­да ее по­дви­га сво­и­ми кор­ня­ми ухо­дит в мно­го­ве­ко­вые тра­ди­ции на­род­но­го бла­го­че­стия. По­это­му и по­мощь, ко­то­рую лю­ди по­лу­ча­ют, мо­лит­вен­но об­ра­ща­ясь к пра­вед­ни­це, при­но­сит ду­хов­ные пло­ды: лю­ди утвер­жда­ют­ся в пра­во­слав­ной ве­ре, во­цер­ков­ля­ют­ся внешне и внут­ренне, при­об­ща­ют­ся к по­все­днев­ной мо­лит­вен­ной жиз­ни.

Мат­ро­ну зна­ют де­сят­ки ты­сяч пра­во­слав­ных лю­дей. Мат­ро­нуш­ка – так лас­ко­во на­зы­ва­ют ее мно­гие. Она так же, как при зем­ной сво­ей жиз­ни, по­мо­га­ет лю­дям. Это чув­ству­ют все те, кто с ве­рою и лю­бо­вью про­сит ее о за­ступ­ни­че­стве и хо­да­тай­стве пе­ред Гос­по­дом, к Ко­то­ро­му бла­жен­ная ста­ри­ца име­ет ве­ли­кое дерз­но­ве­ние.

Молитвы

Тропарь блаженной Матроны Московской

глас 4

Земли Тульския прозябение, / града Москвы ангелоподобная воительнице / блаженная старице Матроно. / От рождения в слепоте телесней до конца своих дней пребывшая. / Но от Бога щедро духовное зрение приявшая, / прозорливице и молитвеннице. / Наипаче дар исцеления болезней стяжавшая. / Помогай всем с верою к тебе притекающим и просящим в болезнех душевных и телесных, / радосте наша.

Тропарь блаженной Матроны

глас 2

Богом умудренную блаженную старицу Матрону,/ земли Тульския процветение/ и града Москвы преславное украшение,/ восхвалим днесь, вернии./ Сия бо, света дневнаго не познавши,/ светом Христовым просветися/ и даром прозрения и исцеления обогатися./ Пресельница же и странница на земли бывши,/ ныне в чертозех Небесных Престолу Божию предстоит// и молится о душах наших.

показать все

Кондак блаженной Матроны

глас 7

К служению Христову/ от чрева матерня предызбранная,/ праведная Матроно,/ стезею скорбей и печалей шествующи,/ твердую веру и благочестие явивши,/ Богу угодила еси./ Темже, почитающе память твою, молим тя:/ помози и нам в любви Божии пребывати,// старице блаженная.

Молитва блаженной Матроне Московской

О блаженная мати Матроно, душею на Небеси пред Престолом Божиим предстоящи, телом же на земли почивающи, и данною ти свыше благодатию различные чудеса источающи, призри ныне милостивным твоим оком на ны, грешныя, в скорбех, болезнех и греховных искушениих дни своя иждивающия, утеши ны, отчаянныя, исцели недуги наши лютыя, от Бога нам по грехом нашим попущаемыя, избави нас от многих бед и обстояний, умоли Господа нашего Иисуса Христа простити нам вся наша согрешения, беззакония и грехопадения, имиже мы от юности нашея даже до настоящаго дне и часа согрешихом, да твоими молитвами получивше благодать и велию милость, прославим в Троице Единого Бога, Отца и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Каноны и Акафисты

Акафист святой праведной Матроне Московской

Текст утвержден Священным Синодом
Русской Православной Церкви
20 апреля 2000 года
(журнал б/н)

Кондак 1

Избра́нная Ду́­хом Бо́­жи­им от пеле́н младе́нческих, блаже́нная ста́рице Матро́но, слепоту́ и не́мощь теле́сную ко очище́нию духо́вному от Бо́­га прия́вшая, да́ром про­зре́­ния и чу­де́с обогати́лася еси́ и вен­це́м нетле́нным от Го́с­по­да украси́лася еси́. Се­го́ ра́­ди и мы бла­го­да́р­не ве­не́ц похва́льный при­но́­сим ти, во­пию́­ще:

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Икос 1

А́н­гел во пло́­ти яви́­ла­ся еси́ на зем­ли́, Матро́но блаже́нная, исполня́ющи во́лю Бо́­жию. А́ще рождество́ твое́ в слепоте́ теле́сней бысть, но Гос­по́дь, умудря́яй слепцы́ и любя́й пра́ведныя, про­све­ти́ духо́внии о́чи твои́, да послужи́ши лю́­дем и дела́ Бо́жии явя́тся чрез те­бе́. Мы же с лю­бо́­вию во­пи­е́м ти та­ко­ва́я:

Ра́­дуй­ся, от младе́нчества Бо́­гом избра́нная; ра́­дуй­ся, бла­го­да́­тию Ду́­ха Свя­та́­го от пеле́н осе­не́н­ная.

Ра́­дуй­ся, да́ром чу­де́с измла́да обогаще́нная; ра́­дуй­ся, прему́дростию от Бо́­га свы́­ше испо́лненная.

Ра́­дуй­ся, мы́сленныма очи́­ма во́лю Бо́­жию прозира́ющая; ра́­дуй­ся слепо́тствующих умо́м мудрецо́в ве́­ка се­го́ по­срам­ля́ю­щая.

Ра́­дуй­ся, ду́­ши заблу́ждшия к Бо́­гу приводя́щая; ра́­дуй­ся, ско́р­би и пе­ча́­ли утоля́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 2

Ви́­дя­ще лю́­дие и иере́й, ег­да́ креща́ше тя, блаже́нная, чу́д­ный столп о́блачный над гла­во́ю твое́ю и обоня́вше бла­го­уха́­ние ве́­лие, дивля́хуся, что у́бо сия́ от­ро­ко­ви́­ца бу́дет, пою́­ще Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 2

Ра́­зум име́я про­све­ще́н­ный, иере́й Бо́­жий Васи́лий по­зна́, я́ко креща́емая от не­го́ со­су́д бла­го­да́­ти Бо́­жия есть, и тя, пра́ведная Матро́но, от­ро­ко­ви́­цу свя́ту нарече́. От на́­ше­го же усе́рдия при­но́­сим ти похвалы́ сия́:

Ра́­дуй­ся, во свя­те́й купе́ли бла­го­да́­тию Свя­та́­го Ду́­ха облагоуха́нная; ра́­дуй­ся, на пе́рсех тво­и́х крест запечатле́нный име́вшая.

Ра́­дуй­ся, моли́твеннице, от Бо́­га лю́­дем дарова́нная; ра́­дуй­ся, свеще́ неугаси́мая, пред Го́с­по­дем сия́ющая.

Ра́­дуй­ся, да́ром чудотворе́ния от Бо́­га просла́вленная на зем­ли́; ра́­дуй­ся, вен­це́м неувяда́емым от Го́с­по­да увенча́нная на Не­бе­си́.

Ра́­дуй­ся, ми́­лос­ти Бо́­жия гре́ш­ным возвеща́ющая; ра́­дуй­ся, от ис­то́ч­ни­ка воды́ живы́я жа́ждущия напая́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 3

Си́­лу Бо́­жия бла­го­да́­ти ощуща́ющи, еще́ во младе́нчестве су́­щи, Матро́но блаже́нная, ко ико́­нам свя­ты́м устремля́лася еси́, и чи́стым се́рд­цем и младе́нческими ус­ты́ хва­лу́ Бо́­гу возглаша́ла еси́: Алли­лу́иа.

Икос 3

Иму́­щи от Бо́­га дар про­зре́­ния изде́тска, блаже́нная ма́­ти, сокрове́нная сер­де́ц приходя́щих к те­бе́ ве́дущи, и о́ным бу́дущая, я́ко нас­тоя́­щая сказу́ющи, мно́­гия лю́­ди на путь бла­го­че́с­тия направля́ла еси́. Те́м­же про­слав­ля́ю­ще Бо́­га, умудря́ющаго слепцы́, во­пи­е́м те­бе́ си́­це:

Ра́­дуй­ся, ди́в­ная прови́дице; ра́­дуй­ся, сокрове́нных гре­хо́в обличи́тельнице.

Ра́­дуй­ся, помраче́нных ду­ше́ю пре­све́т­лая нас­та́в­ни­це; ра́­дуй­ся, за­блу́жд­ших ми́лостивая путеводи́тельнице.

Ра́­дуй­ся, звез­до́, ве́р­ным путь указу́ющая; ра́­дуй­ся, свеще́, во тьме ве́­ка се­го́ све­тя́­щая.

Ра́­дуй­ся, еди́­но­му Бо́­гу послужи́вшая; ра́­дуй­ся, ко́з­ни диа́вольския бла­го­да́­тию Ду́­ха Свя­та́­го попра́вшая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 4

Бу́ря недоуме́ния и смяте́ния о чудесе́х тво­и́х в лю́­дех разве́яся, ма́­ти блаже́нная, и ти́и, вразуми́вшу их Го́с­по­ду, ди́в­но­му во свя­ты́х Сво­и́х, просла́виша и восхвали́ша тя, Бо́­гу же с благодаре́нием воспе́ша: Алли­лу́иа.

Икос 4

Слы́­шав­ше лю́­дие, ма́­ти Матро́но, я́ко по́­мощь в не­ду́­зех ду­ше́в­ных и те­ле́с­ных подае́ши, при­хож­да́­ху к те­бе́ со упова́нием, и, сове́т благоприя́тен и ис­це­ле́­ние по­лу­чи́в­ше, бла­го­да­ря́­ще Бо́­га, воспева́ху те­бе́:

Ра́­дуй­ся, я́ко боле́знующих и стра́ждущих ду­ше́ю прие́млеши; ра́­дуй­ся, я́ко мир ду­ша́м скор­бя́­щим да́руеши.

Ра́­дуй­ся, в заблужде́ниих су́­щих вразуми́тельнице; ра́­дуй­ся, бла­го­че́с­тия учи́тельнице.

Ра́­дуй­ся, пе­ча́­лей на́­ших утоли́тельнице; ра́­дуй­ся, в ско́р­бех уте́­ши­тель­ни­це.

Ра́­дуй­ся, бла­га́я безсре́бренице; ра́­дуй­ся, не­ду́­гов вся́ческих безме́здная врачева́тельнице.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 5

Бо­го­те́ч­ная звез­да́ возсия́ла еси́, ма́­ти блаже́нная Матро́но, во дни лихоле́тия во Оте́чествии на́­шем, я́ко но́вая испове́дница, и́го Хрис­то́­во дерз­но­ве́н­но и безбоя́зненно чрез все жи­тие́ пронесла́ еси́, и бла­го­да́­тию Бо́­жиею укрепля́ема, подава́ла еси́ недоумева́ющим вразумле́ние, стра́­жду­щим осла́бу, боль­ны́м ис­це­ле́­ние, бла­го­да́р­ствен­но зову́щим Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 5

Ви́­дев­ше мно́­зи Росси́йстии лю́­дие чу­де­са́ и ис­це­ле́­ния, Бо́­жиею бла­го­да́­тию от те­бе́ подава́емая: хро­мы́м — хожде́ние, разсла́бленным и на од­ре́ лежа́щим — ис­це­ле́­ние, бесну́ющимся — ду­хо́в зло́бы отгна́ние, устре­ми́­ша­ся к те­бе́, ма́­ти, я́ко к исто́чнику неисчерпа́емому, от не­го́ же испи́вше оби́ль­но, умиле́нным се́рд­цем возо­пи́­ша те­бе́ та­ко­ва́я:

Ра́­дуй­ся, на путь пра́вый от младе́нчества призва́нная; ра́­дуй­ся, пра́веднице, от Бо́­га нам дарова́нная.

Ра́­дуй­ся, цели́тельнице, не­ду́­ги на́­ша исцеля́ющая; ра́­дуй­ся, в ну́ж­дах на́­ших ско́ро помога́ющая.

Ра́­дуй­ся, душеполе́зными сове́ты нас вразумляющая; ра́­дуй­ся, недоуме́ния на́­ша ско́ро разреша́ющая.

Ра́­дуй­ся, ду́хи нечи́стыя от че­ло­ве́к от­го­ня́ю­щая; ра́­дуй­ся, от вся́­ка­го зла мо­ли́т­вою твое́ю огражда́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 6

Провозве́стник свя́тости и пра́ведности жи­тия́ тво­его́, блаже́нная ма́­ти, яви́­ся свя­ты́й и пра́ведный оте́ц Иоа́нн Кроншта́дтский, ег­да́ узре́ тя во хра́­ме и наименова́ тя свою́ прее́мницу та́же и осмы́й столп Рос­си́и. Вси же, слы́­шав­ше сие́, просла́виша Го́с­по­да, возглаша́юще Ему́ песнь: Алли­лу́иа.

Икос 6

Воз­сия́ мо­ли́т­ва­ми тво­и́ми, ма́­ти Матро́но, свет бла­го­да́­ти Бо́­жия в сердца́х, не ве́­ду­щих Бо́­га и грех­ми́ мно́­ги­ми прогневля́ющих Его́. Ти́и же, ви́­дя­ще чу­де­са́, то­бо́ю соверша́емая, обраща́хуся ко Го́с­по­ду, убла­жа́­юще тя си́­це:

Ра́­дуй­ся, по́д­ви­ги тво­и́ми Бо́­га про­слав­ля́ю­щая; ра́­дуй­ся, сла́­ву Бо́­жию нам яв­ля́ю­щая.

Ра́­дуй­ся, не­ве́р­ныя на путь пра́вый нас­тав­ля́ю­щая; ра́­дуй­ся, грех­ми́ оскверне́нныя мо­ли́т­ва­ми тво­и́ми очища́ющая.

Ра́­дуй­ся, к по­кая­нию нас призыва́ющая; ра́­дуй­ся, за вся благодари́ти Го́с­по­да нас вразумляющая.

Ра́­дуй­ся, храм Бо́­жий люби́ти нас науча́ющая; ра́­дуй­ся, во огра́ду церко́вную расточе́нныя о́в­цы собира́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 7

Хо­тя́­щи Пресвяту́ю Влады́чицу на́­шу Богоро́дицу досто́йно ублажи́ти, ма́­ти Матро́но, повеле́ла еси́ лю́­дем написа́ти всечестны́й о́б­раз Ея́, «Взыска́ние поги́бших» имену́емый, и в хра́­ме Бо́жием ве́­си твоея́ водвори́ти, да вси взи­ра́ю­ще на све́тлый лик Пречи́стыя, со уми­ле́­нием восхва́лят Ю, Го́с­по­ду же возопию́т: Алли­лу́иа.

Икос 7

Но́вую тя за­сту́п­ни­цу, моли́твенницу и хода́таицу к Бо́­гу да­ро­ва́ Гос­по́дь в годи́ну тя́жкую лю́­дем Росси́йским, мно́­зи бо отпада́ху от Свя­ты́я Це́рк­ве, ты же, ма́­ти, малове́рныя и заблу́ждшия наставля́ла еси́ сло́­вом и де́­лом, явля́ющи ди́в­ная чу­де­са́ Бо́­жия. Те́м­же вос­пе­ва́­ем ти си́­це:

Ра́­дуй­ся, стра­ны́ на́шея Рос­си́й­ския неусы́пная печа́льнице; ра́­дуй­ся, спа­се́­ния на́­ше­го хо­да́­таи­це.

Ра́­дуй­ся, Бо́­га, Судии́ пра­вед­на­го, умилостиви́тельнице; ра́­дуй­ся, неду́жных и оби́­ди­мых покрови́тельнице.

Ра́­дуй­ся, немощны́х и безнаде́жных по­мо́щ­ни­це; ра́­дуй­ся, про­ти́­ву ду­хо́в зло́бы непреста́нная вои́тельнице.

Ра́­дуй­ся, я́ко тре­пе́­щут тя кня́зи бе­со́в­стии; ра́­дуй­ся, я́ко ра́дуются о те­бе́ а́н­ге­лы и челове́цы.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 8

Стра́н­но малове́рным и неразу́мным бысть, ка́­ко слепорожде́нная ви́дети и ве́дети мо́­жет не то́­чию нас­тоя́­щая, но и бу́дущая, не ве́дяху бо си́­лы Бо́­жия в не́­мо­щи челове́честей соверша́емыя. Мы же, блаже́нная ма́­ти, прему́дрость Бо́­жию, в те­бе́ явле́нную зря́ще, во­пи­е́м Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 8

Вся́ческия досажде́ния и оби́ды, изгна́ния и укоре́ния претерпе́ла еси́, блаже́нная ма́­ти, не се́тующи о сем, но за вся благодаря́щи Бо́­га. Сим же и нас науча́еши терпели́вно нести́ крест свой, те­бе́ же бла­го­хва­ли́ти та́­ко:

Ра́­дуй­ся, в мо­ли́т­ве непреста́нно пребыва́вшая; ра́­дуй­ся, ду­хо́в зло́бы пос­то́м и мо­ли́т­вою отгна́вшая.

Ра́­дуй­ся, мир бла­го­да́т­ный стяжа́вшая; ра́­дуй­ся, лю­бо́­вию твое́ю мно́­гия о́к­рест те­бе́ спаса́вшая.

Ра́­дуй­ся, жи­ти­е́м тво­и́м изря́дно лю́­дем послужи́вшая: ра́­дуй­ся, и по кончи́не тво­е́й лю́­дем непреста́нно помога́ющая.

Ра́­дуй­ся, и ны́­не на́­шим проше́нием те́п­ле внима́ющая; ра́­дуй­ся, упова́ющих на по́­мощь твою́ не оставля́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 9

Вся́­кия ско́р­би и бо­ле́з­ни а́ще и претерпе́ла еси́, ма́­ти Матро́но, непреста́нно веду́щи брань с си́лами тьмы, облича́ющи ко́з­ни и ко­ва́р­ства их, и изгоня́ющи бе́сы от одержи́мых, оба́­че до кон­чи́­ны дний тво­и́х помога́ла еси́ стра́­жду­щим, не­ду́­гую­щим и скор­бя́­щим, при́с­но пою́щи Бо́­гу: Алли­лу́иа.

Икос 9

Вити́и мно­го­ве­ща́н­нии не воз­мо́­гут досто́йно просла́вити свято́е жи­тие́ твое́ и чу­де­са́, си́­лою Бо́­жиею то­бо́ю твори́мая, преди́вная ста́рице. Мы же, хотя́ще псало́мски хвали́ти Бо́­га во свя­ты́х Его́ и подвиза́емии серде́чною лю­бо́­вию, дерза́ем пе́­ти те­бе́ та­ко­ва́я:

Ра́­дуй­ся, у́зкий путь и те́сная врата́ избра́вшая; ра́­дуй­ся, доброде́тельми мно́­ги­ми просия́вшая.

Ра́­дуй­ся, вся тле́н­ная в жи­тии тво­е́м отве́ргшая; ра́­дуй­ся, смире́нием, я́ко вен­це́м дра­ги́м, украше́нная.

Ра́­дуй­ся, ева́нгельски, я́ко пти́ца не­бе́с­ная, на зем­ли́ пожи́вшая; ра́­дуй­ся, Сы́­ну Бо́­жию, не име́вшему, где гла­ву́ подклони́ти, после́довавшая.

Ра́­дуй­ся, ны́­не во оби́­те­лех ра́йс­ких веселя́щаяся; ра́­дуй­ся, и нас, гре́ш­ных, мо­ля́­щих­ся те­бе́, ми́­лос­тию твое́ю не оставля́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 10

Спас­ти́ хо­тя́­щи мно́­гия лю́­ди от страда́ний те­ле́с­ных и ду­ше́в­ных не­ду́г, всено́щно пребыва́ла еси́, пра́веднице Бо́­жия, в мо­ли́т­ве, прося́щи им по́­мо­щи и укрепле́ния от Го́с­по­да на́­ше­го Иису́­са Хри­ста́, пою́щи Ему́: Алли­лу́иа.

Икос 10

Сте­на́ и по­кро́в была́ еси́ во дни жи­тия́ тво­его́, блаже́нная ма́­ти, всем к те­бе́ при­бе­га́ю­щим, и по сме́р­ти не престае́ши хода́тайствовати пред Бо́­гом о лю́­дех, с ве́­рою при­те­ка́ю­щих ко гро́бу тво­ему́. Те́м­же у́бо, услы́­ши ны́­не и нас, гре́ш­ных, скорбьми́, боле́зньми и мно́­ги­ми печа́льми одержи́мых и потщи́ся на по́­мощь тво­и́ми мо­ли́т­ва­ми, всем, к те­бе́ во­пию́­щим:

Ра́­дуй­ся, оби́­ди­мых ско́­рая предста́тельнице; ра́­дуй­ся, терпя́щих лише́ния уте́­ши­тель­ни­це.

Ра́­дуй­ся, честна́го супру́жества охране́ние; ра́­дуй­ся, всех, во вражде́ су́­щих, умире́ние.

Ра́­дуй­ся, непра́во на суд влеко́мых защи́тительнице; ра́­дуй­ся, и о вино́вных пред судо́м земны́м к Бо́­гу ми́лостивая хо­да́­таи­це.

Ра́­дуй­ся, лиши́вшихся кро́ва при­ста́­ни­ще; ра́­дуй­ся, о всех к те­бе́ взыва́ющих, за­сту́п­ни­це.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 11

Пе́­ние а́н­гель­ское слы́шала еси́, ма́­ти честна́я Матро́но, еще́ на зем­ли́ живу́щи. Нау­чи́ и нас, не­до­сто́й­ных, ка́­ко по­до­ба́­ет сла́­ви­ти Бо́­га, в Тро́­ице почита́емаго, От­ца́ и Сы́­на и Свя­та́­го Ду́­ха, Ему́­же непреста́нно во́­ин­ства не­бе́с­ная велегла́сно вос­пе­ва́­ют: Алли­лу́иа.

Икос 11

Светоза́рным све́­том сия́ет жи­тие́ твое́, блаже́нная Матро́но, освеща́я мрак многосу́етнаго ми́­ра се­го́, и влече́т к се­бе́ ду́­ши на́­ша, я́ко да и мы луче́ю бла­го­да́­ти Бо́­жия озари́мся и ско́рбный путь привре́менныя жи́з­ни богоуго́дно про́йдем и Ца́рст­вия Бо́­жия дости́гнем, иде́­же ты, ма́­ти, ны́­не всели́лася еси́, слы́шащи глас наш, те­бе́ зо­ву́­щих:

Ра́­дуй­ся, свеще́ Бо́­жия, при́с­но горя́щая; ра́­дуй­ся, би́­се­ре чест­ны́й, бли­ста́­ни­ем свя­ты́­ни Твоея́ нас озаря́ющий.

Ра́­дуй­ся, цве́­те бла­го­во́н­ный, Ду́­хом Свя­ты́м нас облагоуха́ющий; ра́­дуй­ся, ка́­ме­ню ве́­ры, малоду́шныя в бла­го­че́с­тии утвержда́ющий.

Ра́­дуй­ся, звез­до́ пре­све́т­лая, пра́вый путь нам указу́ющая; ра́­дуй­ся, до́б­рая вои́тельнице Хри­сто́­ва, ме­че́м мо­ли́т­вы де́монския полки́ устра­ша́ю­щая.

Ра́­дуй­ся, я́ко все жи­тие́ твое́ свя́то и непоро́чно; ра́­дуй­ся, я́ко и смерть твоя́ пред Го́с­по­дем че́стна.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 12

Бла­го­да́ть Бо́­жию оби́ль­но еще́ от пеле́н восприя́ла еси́, ма́­ти блаже́нная, я́же вы́­ну пребы́сть с то­бо́ю по вся дни жи́з­ни. Ве́­ру­ем несумне́нно, я́ко и по успе́нии тво­е́м бла­го­да́ть сия́ пребога́тно пребыва́ет с то­бо́ю. Се­го́ ра́­ди при­па́­даю­ще мо́­лим­ся: не лиши́ и нас, еще́ стра́нствующих на зем­ли́, по́­мо­щи твоея́ и за­ступ­ле́­ния, прося́щи Го́с­по­да поми́ловати всех, пою́щих Ему́: Алли­лу́иа.

Икос 12

Пою́­ще мно́гая и ди́в­ная твоя́ чу­де­са́, ма́­ти Матро́но, вос­хва­ля́­ем Бо́­га, да­ро­ва́в­ша­го гра́­ду Моск­ве́ и Оте́честву на́­ше­му во дни безбо́жия и гоне́ния тя, не­по­ко­ле­би́­мый столп бла­го­че́с­тия и ве́­ры. Ны́­не же, блаже́нная ма́­ти, благода́рным се́рд­цем вос­пе­ва́­ем те­бе́ си́­це:

Ра́­дуй­ся, мир Хрис­то́в в душе́ тво­е́й стяжа́вшая; ра́­дуй­ся, се­го́ ра́­ди мно́­гия лю́­ди о́к­рест те­бе́ к Бо́­гу приве́дшая.

Ра́­дуй­ся, в немощно́м те́ле су́­щи, си́­лу Бо́­жия бла­го­да́­ти показа́вшая; ра́­дуй­ся, во обрете́нии чест­ны́х мо­ще́й тво­и́х Бо́­жию ми́­лость нам яви́вшая.

Ра́­дуй­ся, со́нма свя­ты́х Моско́вских изря́дное процвете́ние; ра́­дуй­ся, гра́­да Москвы́ пре­сла́в­ное укра­ше́­ние.

Ра́­дуй­ся, Оте́чества на́­ше­го при́сная пред Бо́­гом печа́льнице; ра́­дуй­ся, к по­кая­нию и мо­ли́т­ве о зем­ли́ Рос­си́й­стей всех призыва́ющая.

Ра́­дуй­ся, пра́ведная ма́­ти Матро́но, те́плая о нас к Бо́­гу моли́твеннице.

Кондак 13

О блаже́нная ма́­ти, услы́­ши ны́­не воспева́емое те­бе́ хва­ле́б­ное пе́­ние и ис­про­си́ нам у Го́с­по­да Иису́­са Хри­ста́ гре­хо́в ос­тав­ле́­ние, хри­сти­а́н­ския ми́рныя кон­чи́­ны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Его́, да и мы с то­бо́ю спо­до́­бим­ся в селе́ниих ра́йс­ких сла́­ви­ти Свя­ту́ю Тро́ицу, во­пию́­ще: Алли­лу́иа.

Этот кондак чи­та­ет­ся трижды, за­те́м икос 1-й «А́н­гел во пло́­ти…» и кондак 1-й «Избра́нная Ду́­хом Бо́­жи­им…».

Мо­ли́т­ва

О блаже́нная ма́­ти Матро́но, ду­ше́ю на Не­бе­си́ пред Пре­сто́­лом Бо́­жи­им предстоя́щи, те́­лом же на зем­ли́ почива́ющи, и да́н­ною ти свы́­ше бла­го­да́­тию разли́чные чу­де­са́ источа́ющи, при́­зри ны́­не ми́­ло­стив­ным тво­и́м о́ком на ны, гре́ш­ныя, в ско́р­бех, бо­ле́з­нех и гре­хо́в­ных искуше́ниих дни своя́ иждива́ющия, уте́ши ны, отча́янныя, ис­це­ли́ не­ду́­ги на́ши лю́тыя, от Бо́­га нам по грехо́м на́­шим попуща́емыя, из­ба́­ви нас от мно́гих бед и об­стоя́­ний, умо­ли́ Го́с­по­да на́­ше­го Иису́­са Хри­ста́ прости́ти нам вся на́­ша согреше́ния, без­за­ко́­ния и грехопаде́ния, и́ми­же мы от ю́нос­ти на́шея да́же до на­стоя́­ща­го дне и ча́са согреши́хом, да тво­и́ми мо­ли́т­ва­ми по­лу­чи́в­ше бла­го­да́ть и ве́­лию ми́­лость, про­сла́­вим в Тро́­ице Еди́­на­го Бо́­га, От­ца́ и Сы́­на, и Свя­та́­го Ду́­ха, ны́­не и при́с­но и во ве́­ки ве­ко́в. Ами́нь.

Канон святой праведной Матроне Московской

глас 8

Песнь 1

Ирмос: Воду прошед яко сушу, и египетскаго зла избежав, израильтянин вопияше: Избавителю и Богу нашему поим.

Боже Всемилостиве, сподоби ны, недостойныя, воспети угодницу Твою Матрону, нашу изрядную пред Тобою ходатаицу и молитвенницу.

Любовию ко Христу от младенческих пелен уязвилася еси и Тому неленостно в житии твоем служила еси, мати блаженная.

Избранный сосуд Духа Святаго явилася еси, благодать бо Божию от святыя купели до конца дний твоих присно усердно возгревала еси, мати блаженная.

Богородичен: Архангельски песнь Тебе поем, Чистая: радуйся, Обрадованная, Марие, Мати Христа Бога, присно молящаяся за род наш.

Песнь 3

Ирмос: Небеснаго круга Верхотворче, Господи, и Церкве Зиждителю,Ты мене утверди в любви Твоей, желаний краю, верных утверждение, едине Человеколюбче.

Житием богоугодным и праведным освятилася еси, мати блаженная, темже и нам, с верою к тебе прибегающим, помози благодати Божия исполнитися.

Христа Человеколюбца, Егоже от юности твоея возлюбила еси, мати святая, моли утвердитися нам на камени заповедей Его.

Церкве Зиждитель Господь светообразное чадо церковное содела тя, праведная мати, и в любви Своей утверди тя, яко Человеколюбец.

Богородичен: Небеси и земли Царице, Богородице Дево, и Церкве Покрове всемощный, утверди обитель сию непоколебимо во благочестии пребывати.

Седален, глас 4

По имени твоему, Матроно блаженная, житие твое бысть, скитания бо, поношения и скорби ни во что же вменивши, госпожа явилася еси не токмо именем, но и духом. Темже и вся потребная Царствия ради Божия стяжала еси и Богом обогатилася еси.

Песнь 4

Ирмос: Услышах, Господи, смотрения Твоего таинство, разумех дела Твоя и прославих Твое Божество.

Смотрение Божие на тебе особь явлено бе, мати блаженная, яко слепа и немощна телом сущи, даром прозрения и чудес обогатилася еси и венцем нетленным от Господа украсилася еси.

Мудрования плотская презрела еси, блаженная, обаче мудростию, еюже Господь умудряет слепцы, изрядно обогатилася еси.

Яко алавастр мира, облагаухающь пределы Российстии, вемы тя, Матроно праведная, стекаются бо к тебе со всех концев людие земли нашея, заступления просяще.

Богородичен: Блажим Тя вси роди, Пресвятая Дево, погибающих взыскующую, немощных врачующую и сирых заступающую.

Песнь 5

Ирмос: Просвети нас повелении Твоими, Господи, и мышцею Твоею высокоюТвой мир подаждь нам, Человеколюбче.

Христос, Свет Истинный, ум твой, святая мати, просветил есть к разумению повелений Его, темже служити Ему в житии твоем усердно потщалася еси.

Светом Христовым озаряема, в мире сем безбожием и грехолюбивем явилася еси яко столп огнен, светяй во тьме, праведная Матроно.

Яко звезда многосветлая, возсияла еси в житии твоем, праведная Матроно, указующи истинный путь людем заблуждшим. Сице и ныне в Небесных обителех водворившися, моли просветити и спасти души наша.

Богородичен: Свет рождшая Божественный и Превечный, Богоневесто, разреши мглу прегрешений наших.

Песнь 6

Ирмос: Молитву пролию ко Господу и Тому возвещу печали моя, яко зол душа моя исполнися и живот мой аду приближися, и молюся, яко Иона: от тли, Боже, возведи мя.

Молитвы присныя к Богу возносящи, вся нужды и печали Тому возвещала еси, праведная мати, и, яко Иона во чреве китове, в скорби велией вопияла еси: Боже, из глубины зол возведи мя.

Помощию Божиею вся нужды смиренне претерпевши, праведная Матроно, вражию силу молитвою твоею победила еси. Темже, ныне неоскудно благодать Христову приемши, молися, еже от злодейства диавольскаго нам избавитися.

Многими подвиги твоими, праведная Матроно, стала еси противу козней диавольских, брань ведущи с миродержителем тьмы века сего. Темже о нас ныне молися, да приимем вся оружия Божия и возможем противитися во дни лютыя духовом злобы поднебесным.

Богородичен: Ада и смерти Победителя рождшая, Пречистая Дево, моли Господа и Сына Твоего врагов злодействия нас избавити.

Кондак, глас 7

К служению Христову от чрева матерня предызбранная, праведная Матроно, стезею скорбей и печалей шествующи, твердую веру и благочестие явивши, Богу угодила еси. Темже, почитающе память твою, молим тя: помози и нам в любви Божией пребывати, старице блаженная.

Песнь 7

Ирмос: От Иудеи дошедше отроцы, в Вавилоне иногда, верою Троическою пламень пещный попраша, поюще: отцев Боже, благословен ecu.

Возгореся нечестие в земли нашей, яко пламень древле в пещи вавилонстей, веру отеческую в людех тщащееся попалити, ты же, блаженная, приходящих к тебе научала еси верою воспевати: отцев Боже, благословен еси.

Богопротивнии мучителие, от закона Божия отступльшии, огнь гонений во стране нашей возжгоша, ты же, праведная Матроно, приходящим к тебе силою Христовою росу духовную подавала еси, да не попалены до конца будут, но присно воспевают: отцев Боже, благословен еси.

Ангелу Божию, в пещи вавилонстей отроком древле пламень огненный угасившему, уподобилася еси, блаженная, российским бо людем во дни нечестия молитвами твоими от злобожнаго языковредия неврежденным быти споспешествовала еси, научающи взывати: отцев Боже, благословен еси.

Богородичен: К покрову Твоему прибегаем, Дево, Купино Неопалимая, грехи наша, яко терние зловредное, попали молитвами Твоими, да чистым сердцем взываем: отцев Боже, благословен еси.

Песнь 8

Ирмос: Царя Небеснаго, Егоже поют вои ангельстии, хвалите и превозносите во вся веки.

Царя Небеснаго измлада возлюбила еси и Тому до конца дний своих со тщанием служила еси, блаженная. Ныне же с лики ангельскими присно поеши: Господа пойте и превозносите Его во вся веки.

Заповеди Господни усердне соблюдающи, столп благочестия России явилася еси, мати блаженная, якоже о тебе предрече кронштадтский праведник. С ним же превозносиши Христа во веки.

Мнозии людие российстии, плененнии безбожием, молитвами твоими, праведная Матроно, на путь спасения возвратишася и, в вере правей укрепившеся, Триединому Богу воспеша: Господа пойте и превозносите Его во вся веки.

Богородичен: Рождшую Царя Небеснаго, явльшагося в мир взыскати нас, погибающих, Тя, Богородице, величаем.

Песнь 9

Ирмос: Воистину Богородицу Тя исповедуем, спасеннии Тобою, Дево Чистая, с безплотными лики Тя величающе.

О, чудо велие, кости сухия источают исцеления и тленное естество дух наш к Нетленному Богу возводит. Сего ради Матрону блаженную величаем.

Град Москву и обитель Покрова Пресвятыя Богородицы, идеже почивают честныя мощи твоя, праведная Матроно, сохрани от всяких напастей и зол и утверди в правей вере и благочестии всех, почитающих тя.

Приими наше недостойное моление, Матроно блаженная, и, якоже обещалася еси, ходатайствуй пред Господем полезная нам даровати, да с тобою сподобимся в селениих райских славити Святую Троицу.

Богородичен: Истинную избранницу Твою, Богомати, вемы, Матрону блаженную: сия бо в день почитания иконы Твоея Скоропослушницы родися, в храме Успения Твоего крестися, образ Твой Взыскание погибших тщанием ея написася, таже и телом во обители честнаго Покрова Твоего почивает и молится о душах наших.

Светилен

Ангели пресветлии вознесоша святую душу твою, блаженная Матроно, к Престолу Царя Славы, идеже торжествуеши со всеми святыми и молишися о душах наших.