Протоиерей Владимир Волгин о неосуждении

Протоиерей Владимир Волгин о неосуждении

(52 голоса4.2 из 5)

Беседа с про­то­и­е­реем Вла­ди­ми­ром Вол­ги­ным, насто­я­те­лем храма Софии Пре­муд­ро­сти Божией в Сред­них Садов­ни­ках. Из пере­дачи на радио «Радо­неж» 7 авгу­ста 2012 г.

«Осуж­де­ние»

Ска­чать плей­лист в фор­мате M3U
Ска­чать всю книгу в фор­мате M4B
Как слу­шать книги офлайн?

Рас­шиф­ровка беседы

— Сего­дня хоте­лось бы пораз­мыш­лять над сло­вами Гос­пода «Не судите, да не судимы будете». Отец Вла­ди­мир, а что зна­чит «судить»?

— Судить — это от слова «суд». Про­из­ве­сти суд над чело­ве­ком. Обо­зна­чить не грех, а отож­де­ствить чело­века с гре­хом. Ска­зать, что это пло­хой чело­век, нику­дыш­ный, что этот чело­век вор, допу­стим. Мы обычно гово­рим о людях, что этот —  вор, а в свое время ста­рец архи­манд­рит Иоанн (Кре­стьян­кин) попра­вил. Он гово­рит: непра­вильно так гово­рить, это суд. Мы не знаем, как чело­век в даль­ней­шем будет себя вести. Может быть, он рас­ка­ется в этом. Сей­час он ворует. Когда мы про­из­но­сим «вор», то мы как бы про­из­но­сим суд, суд навсе­гда. Без­условно, духов­ный суд при­над­ле­жит Богу.

— Но разве дело только в сло­вах, как назвать чело­века? Мы гово­рим «вор» не только потому, что хотим заклей­мить этого человека,а чтобы осу­дить само дей­ствие. Вот он вор, и это нехо­рошо — как бы такой ярлы­чок вешаем на него.

— Я думаю, что если ска­зать, что он ворует, скло­нен к воров­ству, наверно, это будет иметь тот же самый смысл, о кото­ром вы гово­рите. Только здесь мы не клей­мим чело­века, мы гово­рим об его сего­дняш­нем дей­ствии. Ведь мы не знаем, что про­ис­хо­дит в душе чело­века. Я все время вспо­ми­наю муче­ника Вони­фа­тия, кото­рый пил и нахо­дился в блуде со своей гос­по­жой. Ведь никто не видел его тай­ных слез. Он посто­янно молился Гос­поду и про­сил Гос­пода, чтобы Гос­подь осво­бо­дил его от пьян­ства и от блуда. И настал тот момент, когда Гос­подь дал ему силы пойти и испо­ве­до­вать себя хри­сти­а­ни­ном, и муче­ни­че­ская смерть смыла с него эти два смерт­ных греха. Этот чело­век был при­чис­лен к лику свя­тых. Разве кто видел неви­ди­мых слез муче­ника Вони­фа­тия? А можно было бы ска­зать, что он блуд­ник, что он пья­ница. Но лучше все­гда гово­рить, что этот чело­век сей­час — да, скло­нен к блуд­ной стра­сти, сей­час он скло­нен к вино­пи­тию. Но ни в коем слу­чае, как я понял из слов стар­цев, ни в коем слу­чае нельзя при­гвоз­дить чело­века к этому греху и отож­де­ствить его с этим гре­хом. Это все то нанос­ное, что несвой­ственно душе. Каж­дая душа создана по образу и по подо­бию Божию. Вспо­ми­наю свою жизнь. Ино­гда душа моя вопит и кри­чит, когда я вспо­ми­наю о своих гре­хах, соде­лан­ных мною в тече­нии всей своей жизни, она вопиет и кри­чит — это не я! То есть, это мне несвой­ственно, мне дру­гое свой­ственно. Мне свой­ственно было бы иметь и раз­ви­вать те Божие свой­ства, кото­рые зало­жены в душе каж­дого чело­века. А какие свой­ства зало­жены? Любовь, милость, дол­го­тер­пе­ние, мило­сер­дие, нрав­ствен­ная чистота. Все то, что свой­ственно Богу.

— А если мы гово­рим, что вот такой-то гре­шит — есть ли это осуж­де­ние? Как бра­тья про­сили авву Мои­сея, чтобы он при­шел на суд, и, напол­нив дыря­вую кор­зину пес­ком, ста­рец пошел. А на вопрос бра­тьев отве­чал, что вот грехи сыпятся позади меня, но я их не вижу, зато пошел судить брата моего. Отец Вла­ди­мир, можем ли мы пони­мать эти слова в том смысле, что даже наиме­но­ва­ние греха есть уже осуждение?

— Нет. Я думаю, что мы можем, без­условно, клас­си­фи­ци­ро­вать, сви­де­тель­ство­вать о том, что чело­век посту­пает непра­вильно, по неправде, что он грешит.

— Мы можем ска­зать ему это?

— Конечно. И чело­веку можем ска­зать, и пре­ду­пре­дить дру­гого чело­века. Пред­по­ло­жим, что этот чело­век, о кото­ром мы гово­рим, скло­нен к воров­ству или еще к каким-то гре­хам. Мы должны пре­ду­пре­дить дру­гого чело­века — будьте вни­ма­тельны, будьте осто­рожны, сей­час у него вот такая страсть име­ется, кото­рую он не может оста­но­вить в себе и иско­ре­нить в себе.

— Это не осуждение?

— Это не осуж­де­ние, это сви­де­тель­ство. Допу­стим, чело­век пьет воду. Я говорю — он пьет воду. Это осуж­де­ние? Нет. Если я вижу, что чело­век залез в кар­ман к дру­гому чело­веку, я говорю: он сво­ро­вал — с целью воров­ства полез в кар­ман дру­гому чело­веку. Это не осуж­де­ние, это сви­де­тель­ство о том поступке — непра­вед­ном или пра­вед­ном, или вообще без­раз­лич­ном, кото­рый чело­век делает и совер­шает. Поэтому это — сви­де­тель­ство об этом грехе или об этой страсти.

— Вот здесь очень тон­кая, как мне видится, грань. Такое явле­ние, что чело­век что-то узнал о дру­гом чело­веке, о небла­го­вид­ном поступке, наклон­но­сти к какому-то греху, и начи­нает всем рас­ска­зы­вать. Пра­вильно ли так себя вести? Где грань пре­ду­пре­жде­нию и где грань зло­сло­вию начинается?

— Есть раз­ные стра­сти чело­ве­че­ские. Если я вижу, — воз­вра­ща­ясь к стра­сти воров­ства, — без­условно, я дол­жен пре­ду­пре­дить, навер­ное, тех людей, с кото­рыми этот чело­век, склон­ный к стра­сти воров­ства, обща­ется, быть осто­рож­ными. Если я вижу, что чело­век, пред­по­ло­жим, скло­нен к блуд­ной стра­сти, я дол­жен пре­ду­пре­дить тех бары­шень-при­хо­жа­нок при­хода: будьте осто­рожны, может быть, этот чело­век имеет совер­шенно дру­гие цели в обще­нии с вами, не совсем чистые и не совсем нрав­ствен­ные, будьте начеку. Я дол­жен пре­ду­пре­дить об этом дру­гих людей, кото­рые свя­зы­ва­ются с тем или иным чело­ве­ком, склон­ным к той или иной стра­сти. Но при этом, без­условно, я не дол­жен чув­ство­вать себя праведником.

Вот смот­рите — Гос­подь Иисус Хри­стос — я хочу отме­тить этот момент, гово­рит: «что ты видишь сучок в глазе брата сво­его, а бревна в своем не видишь». Почему так гово­рит Гос­подь Иисус Хри­стос? Потому что мы видим недо­статки дру­гих, как мизер­ные, как сучок в глазе дру­гого чело­века. А если мы вгля­димся, всмот­римся в свою душу, то уви­дим и можем уви­деть бревно — не сучок, а бревно.

— То есть полу­ча­ется, осуж­де­ние про­ис­те­кает из нашей гор­до­сти, из-за того, что мы счи­таем себя чище ближе к Богу, чем наш ближ­ний, и поэтому имеем право его судить?

— Да, конечно. Ведь всем нам зна­кома притча о мытаре и фари­сее. Фари­сей, кото­рый вроде бы испол­нял запо­веди Божии, гово­рил о том, что я не такой как мытарь. Гос­подь закан­чи­вает эту притчу: кто ушел более оправ­дан­ным? Мытарь, кото­рый бил себя в грудь и не мог под­нять глаза к небу, или фари­сей? Конечно, мытарь. Потому что каж­дый чело­век, кото­рый ведет вни­ма­тель­ный образ жизни, пости­гает в себе без­дну стра­стей, видит в себе без­дну стра­стей и гре­хов. Мой опыт моей началь­ной духов­ной жизни, кото­рая до сих пор не пере­шла к какой-то зре­лой стати, сви­де­тель­ствует о сле­ду­ю­щем. Как только мне хочется обра­тить вни­ма­ние на недо­ста­ток дру­гого чело­века, уже авто­ма­ти­че­ски взор моей души погру­жа­ется в свою душу, глаза мои погру­жа­ются в душу свою. Я вижу так много гре­хов в себе, что мне ста­но­вится неже­ла­тель­ным дру­гого осуж­дать или сви­де­тель­ство­вать о каких-то гре­хах дру­гого чело­века. Мне больно за свои грехи. Я их вижу во мно­же­стве. Ведь,безусловно хорошо, когда чело­век прак­ти­че­ски воз­дер­жи­ва­ется и не совер­шает пре­ступ­ле­ния запо­ве­дей Божиих. Но Гос­подь ведь нас при­звал к чистоте сер­деч­ной. И кто из нас может ска­зать о себе, что у меня чистое сердце? Никто. Мы все мыс­ленно, чув­ственно, может быть согре­шаем и бываем виновны в пре­ступ­ле­нии всех запо­ве­дей Божиих в той или иной сте­пени. И как гово­рили свя­тые о том, что чело­век, согре­ша­ю­щий мыс­ленно, сядет на ска­мью под­су­ди­мых на Суде Божием — гово­рят они образно, — вме­сте с теми, кото­рые прак­ти­че­ски нару­шали запо­веди Божии. Видите как. Кто полу­чит боль­шее осуж­де­ние от Бога — я ли, согре­ша­ю­щий мыс­ленно свя­щен­ник, или чело­век, кото­рый прак­ти­че­ски нару­шает все запо­веди, но не познав­ший Бога? Кто полу­чит боль­шее осуж­де­ние: я или тот чело­век? Я руко­вод­ству­юсь сло­вами Гос­пода: «Кому больше дано, с того больше спро­сится». Я пони­маю внутри и в глу­бине своей души, что за мыс­лен­ные грехи, кото­рые я совер­шаю, как свя­щен­ник, я вполне воз­можно, дам гораздо боль­ший ответ на нели­це­при­ят­ном Суде Божием, чем те люди, кото­рые не познали Бога, и кото­рые живут по своей воле, по своим страстям.

— Отец Вла­ди­мир, а как пре­сечь сам корень греха осуждения?

— Мы со всем стра­стями, кото­рые борют нас, можем бороться только одним спо­со­бом и нам дан этот спо­соб борьбы — молиться непре­станно. Только в молитве мы можем отсечь те стра­сти, кото­рые кишат и вла­ды­че­ствуют над нашей душой. Как пре­по­доб­ный Иоанн Лествич­ник гово­рит: «Бей супо­ста­тов Име­нем Иису­со­вым» И, без­условно, вни­ма­тель­ными наблю­де­нием над про­яв­ле­нием своей души. Мы должны укло­няться от всех тех мыс­ли­мых чув­ствен­ных гре­хов и тех стра­стей, кото­рые внед­ря­ются в нашу душу. Молитвы, пере­клю­че­ние сво­его созна­ния на что-то дру­гое, от низ­мен­ного к высо­кому. И, без­условно — Таин­ство пока­я­ния, обя­за­тель­ная испо­ведь, кото­рая смы­вает с нас, счи­щает с нас все эти грехи, кото­рые мы совер­шаем, и в кото­рых искренно испо­ве­ду­емся. И все начи­на­ется с белого листа.

— А воз­можно ли вообще не осуждать?

— Вы зна­ете, пре­по­доб­ный Симеон Новый Бого­слов в одном из своих слов гово­рит: «Хулой на Духа Свя­того явля­ется сле­ду­ю­щая мысль, что чело­век не может достичь совер­шен­ной любви». То есть, каж­дый из нас спо­со­бен с помо­щью Божией достичь совер­шен­ной любви, а это зна­чит — достичь неосуждения.

— То есть, вот этот при­зыв Божий к свя­то­сти к любви к ближ­нему, исполним?

— Да, конечно. «Будьте совер­шенны, как Отец ваш Небес­ный совер­шен. Потому знают, что вы Мои уче­ники, если будете иметь любовь между собою». Это, без­условно, при­зыв. При­зыв к любви. А свой­ства любви гени­ально пере­чис­ляет апо­стол Павел, кото­рый гово­рит: «Любовь дол­го­тер­пит, мило­серд­ствует, не мыс­лит сво­его, не сора­ду­ется злу, а сора­ду­ется истине…» То есть, любви свой­ственно не осуж­дать, а про­щать, дол­го­тер­петь и пре­воз­но­сить чело­века, и видеть в чело­веке ту дра­го­цен­ную его часть, кото­рой явля­ется душа человеческая.

— На этом на сего­дня мы закон­чим. И в сле­ду­ю­щий раз про­дол­жим раз­мыш­лять над запо­ве­дью Божией «Не судите да не судимы будете». Бла­го­да­рим вас, батюшка, за столь инте­рес­ную беседу!

— Спаси Вас Гос­поди и Божие бла­го­сло­ве­ние при­зы­ваю на вас и слу­ша­ю­щих нашу передачу.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

3 комментария

  • Илья, 29.09.2017

    Спаси Гос­поди! Очень хоро­ший при­мер при­вел батюшка о любви и не осуж­де­нии пре­по­доб­ного Семи­она Нового Бого­слова, много что объ­яс­няет и пока­зы­вает он.

    Ответить »
  • Алла, 28.01.2016

    Очень нуж­ная про­по­ведь для нас мало­ве­ров, так тяжело понять, как же можно видеть зло и не осу­дить. Ока­зы­ва­ется можно, только очень сильно и не спеша надо над собой рабо­тать. Спа­сибо большое.

    Ответить »
  • ольга, 13.10.2015

    Заме­ча­тель­ная про­по­ведь! Только любовь может про­стить любой грех чело­века, тогда он не смо­жет осу­дить другого!Дай Вам Бог здо­ро­вья, батюшка!

    Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки