Дни памяти

9 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

3 октября

Житие

Краткое житие священномученика Феоктиста Смельницкого

Свя­щен­но­му­че­ник Фео­к­тист ро­дил­ся в се­мье пса­лом­щи­ка 17 ян­ва­ря 1874 го­да в се­ле Та­ра­со­ви­чи Остер­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии (Вы­ш­го­род­ский рай­он Ки­ев­ской об­ла­сти) в се­мье пса­лом­щи­ка Вос­кре­сен­ской церк­ви Ели­сея Смель­ниц­ко­го.

По­сле окон­ча­ния уче­бы в Чер­ни­гов­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии в 1898 го­ду, Фео­к­тист Смель­ниц­кий об­вен­чал­ся с Клав­ди­ей Ми­хай­лов­ной Яго­дов­ской, с ко­то­рой про­жил всю жизнь. Ма­туш­ка Клав­дия ро­ди­лась 18 мая 1879 го­да. В се­мье у них бы­ло двое де­тей: Ва­лен­тин ро­дил­ся 14 ап­ре­ля 1899 го­да, дочь Нон­на ро­ди­лась 15 ап­ре­ля 1905 го­да.

28 ав­гу­ста то­го же го­да, в день празд­ни­ка Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, епи­ско­пом Чер­ни­гов­ским и Нежин­ским Ан­то­ни­ем (Со­ко­ло­вым) ру­ко­по­ло­жен к церк­ви с. Верх­ли­чи Су­раж­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии (Крас­но­гор­ский рай­он Брян­ской об­ла­сти), где со­сто­ял и за­ко­но­учи­те­лем цер­ков­но-при­ход­ской шко­лы.

26 июня 1900 г. пе­ре­ме­щен к Ни­ко­ла­ев­ской церк­ви ме­стеч­ка Гор­ска Го­род­нян­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии (Щор­ский рай­он Чер­ни­гов­ской об­ла­сти), со­сто­ял за­ве­ду­ю­щим и за­ко­но­учи­те­лем в зем­ских шко­лах ме­стеч­ка Гор­ска и сел Жо­ве­ди и Пес­чан­ки то­го же уез­да.

7 июня 1905 г. по соб­ствен­но­му про­ше­нию пе­ре­ме­щен к Пре­об­ра­жен­ской церк­ви ме­стеч­ка Го­голе­ва Остер­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии (Бро­вар­ской рай­он Ки­ев­ской об­ла­сти). С 30 но­яб­ря 1905 г. со­сто­ял за­ко­но­учи­те­лем в мест­ной зем­ской шко­ле. В Го­голе­ве о. Фео­к­тист вос­ста­вал де­я­тель­но про­тив ев­рей­ских по­гро­мов, во вре­мя ко­то­рых вме­сте с се­мьей де­жу­рил це­лым сут­ка­ми, за­щи­щая от по­гро­мов до­ма ев­ре­ев, не да­вая вы­но­сить иму­ще­ство, пря­ча це­лые се­мьи.

30 ап­ре­ля 1906 г. до­пу­щен к ис­пол­не­нию свя­щен­ни­че­ских обя­зан­но­стей к церк­ви, еще не от­крыв­ше­го­ся при­хо­да, се­ла Во­ро­па­е­ва Остер­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии (Вы­ш­го­род­ский рай­он, Ки­ев­ской об­ла­сти), а 24 мая по от­кры­тии Свя­тей­шим Пра­ви­тель­ству­ю­щим Си­но­дом при­хо­да се­ла Во­ро­па­е­ва, утвер­жден свя­щен­ни­ком к сей церк­ви.

С 1913-1917 г. был пре­по­да­ва­те­лем в Чер­ни­гов­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии и со­вер­шал Бо­го­слу­же­ния в се­ми­нар­ском хра­ме свя­тых му­че­ни­ков Ми­ха­и­ла и Фе­о­до­ра Чер­ни­гов­ских.

По­след­ним при­хо­дом от­ца Фео­к­ти­ста бы­ла Свя­то-Тро­иц­кая цер­ковь по­сел­ка Ло­си­нов­ка Нежин­ско­го рай­о­на Чер­ни­гов­ской об­ла­сти, в ко­то­рой он слу­жил до ее за­кры­тия в 1936 го­ду. В том же го­ду свя­щен­ни­ка аре­сто­ва­ли и от­пра­ви­ли в кон­цен­тра­ци­он­ный ла­герь «Кар­лаг» в Ка­зах­стане, а уже в сле­ду­ю­щем го­ду ба­тюш­ку при­го­во­ри­ли к рас­стре­лу. При­го­вор был при­ве­ден в ис­пол­не­ние 3 ок­тяб­ря 1937 го­да в 23 ча­са 30 ми­нут. Ме­сто за­хо­ро­не­ния свя­щен­ни­ка неиз­вест­но.

Опре­де­ле­ни­ем Юби­лей­но­го Освя­щен­но­го Ар­хи­ерей­ско­го Со­бо­ра Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви от 20 ав­гу­ста 2000 го­да про­то­и­е­рей Фео­к­тист Ели­се­е­вич Смель­ниц­кий был при­чис­лен к ли­ку свя­тых в сон­ме Но­во­му­че­ни­ков и Ис­по­вед­ни­ков Рус­ских.

День па­мя­ти свя­щен­но­му­че­ни­ка Фео­к­ти­ста - 3 ок­тяб­ря, в день его бла­жен­ной кон­чи­ны.

Полное житие священномученика Феоктиста Смельницкого

Свя­щен­но­му­че­ник Фео­к­тист Ели­се­е­вич Смель­ниц­кий (1874–1937) ро­дил­ся 4 ян­ва­ря 1874 го­да в се­ле Та­ра­со­ви­чи Остер­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии, в се­мье пса­лом­щи­ка.

В 1898 го­ду окон­чил Чер­ни­гов­скую ду­хов­ную се­ми­на­рию.

Всту­пил в брак с Клав­ди­ей Ми­хай­лов­ной Яго­дов­ской (1879 г.р.), у них ро­ди­лось двое де­тей: Ва­лен­тин (1899 г.р.) и Нон­на (1905 г.р.).

15 ав­гу­ста 1898 го­да был ру­ко­по­ло­жен в сан свя­щен­ни­ка епи­ско­пом Чер­ни­гов­ским Ан­то­ни­ем (Со­ко­ло­вым), опре­де­лен на­сто­я­те­лем Рож­де­ствен­ской церк­ви с. Верх­ли­чи Су­раж­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии и за­ко­но­учи­те­лем зем­ской шко­лы[1].

26 июня 1900 го­да был на­зна­чен на­сто­я­те­лем Ни­ко­ла­ев­ской церк­ви д. Горск (укр. містеч­ка Гірсь­ка) Го­род­нян­ско­го уез­да. Кро­ме это­го ба­тюш­ка за­ни­мал долж­но­сти за­ве­ду­ю­ще­го и за­ко­но­учи­те­ля мест­ных сель­ских зем­ских школ и школ гра­мо­ты. Со­здал в при­хо­де цер­ков­ный хор и за­бо­тил­ся, чтобы пе­ние был изящ­ным и ме­ло­дич­ным.

В июне 1905 го­да на­зна­чен на­сто­я­те­лем Пре­об­ра­жен­ской церк­ви ме­стеч­ка Го­голев Остер­ско­го уез­да.

Во вре­мя ре­во­лю­ци­он­ных со­бы­тий 1905-1907 го­дов вся се­мья от­ца Фео­к­ти­ста, ча­сто жерт­вуя сво­ей жиз­нью, про­те­сто­ва­ла про­тив слу­ча­ев гра­бе­жей, ма­ро­дер­ства и ев­рей­ских по­гро­мов. Из-за ре­ши­тель­но­го вы­ступ­ле­ния ба­тюш­ки про­тив про­из­во­ла и без­дей­ствия вла­стей в фев­ра­ле 1906 го­да его се­мья бы­ла вы­нуж­де­на по­ки­нуть го­голев­ский при­ход. Ар­хи­ерей (по тре­бо­ва­нию гу­бер­на­то­ра) от­ка­зы­вал­ся на­зна­чить от­ца Фео­к­ти­ста на один из при­хо­дов сво­ей епар­хии. Лишь в кон­це ап­ре­ля 1906 го­да ба­тюш­ка был на­прав­лен слу­жить в еще недо­стро­ен­ной церк­ви се­ла Во­ро­па­е­ва Остер­ско­го уез­да. А уже 10 июня 1906 со­сто­я­лось след­ствие для вы­яс­не­ния де­я­тель­но­сти от­ца Фео­к­ти­ста во вре­мя ре­во­лю­ци­он­ных со­бы­тий, ко­то­рое воз­гла­вил на­сто­я­тель Пан­те­ле­и­мо­но-Ва­си­льев­ской церк­ви г. Нежи­на свя­щен­ник Гри­го­рий Вер­биц­кий. По ре­зуль­та­там рас­сле­до­ва­ния свя­щен­ник был оправ­дан и 26 июня был утвер­жден в долж­но­сти на­сто­я­те­ля По­кров­ской церк­ви се­ла Во­ро­па­е­ва и за­ко­но­учи­те­ля зем­ско­го учи­ли­ща се­ла Выс­шая Ду­беч­ня (укр. Ви­ща Ду­беч­ня).

В 1913 го­ду пе­ре­ве­ден в Чер­ни­гов и на­зна­чен эко­но­мом Чер­ни­гов­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии. В Чер­ни­го­ве ба­тюш­ка слу­жил в се­ми­нар­ском хра­ме свя­тых му­че­ни­ков Ми­ха­и­ла и Фе­о­до­ра Чер­ни­гов­ских.

Во вре­мя ре­во­лю­ци­он­ных со­бы­тий 1917 го­да се­мья свя­щен­ни­ка бы­ла вы­нуж­де­на пе­ре­ехать в Ки­ев. Отец Фео­к­тист око­ло трех лет был на­сто­я­те­лем Дар­ниц­ко­го хра­ма. Пре­не­бре­гая здо­ро­вьем и да­же рискуя жиз­нью сво­ей се­мьи, как это бы­ло и рань­ше в Го­голе­ве, ба­тюш­ка про­те­сто­вал про­тив из­де­ва­тельств над невин­ны­ми людь­ми. Осо­бен­но он за­сту­пал­ся за ев­ре­ев, ко­то­рых мас­со­во гра­би­ли и уби­ва­ли толь­ко за их на­цио­наль­ность. Отец Фео­к­тист с се­мьей це­лы­ми сут­ка­ми де­жу­ри­ли под от­кры­тым небом, за­щи­щая ев­рей­ские се­мьи, их до­ма и иму­ще­ство от ма­ро­де­ров, а в их до­ме скры­ва­лись це­лые ев­рей­ские се­мьи. Ба­тюш­ка об­хо­дил ки­ев­ские тюрь­мы и все­воз­мож­ны­ми сред­ства­ми пы­тал­ся осво­бо­дить всех несчаст­ных, чем на­влек на се­бя опас­ность. Ма­туш­ка Клав­дия в пись­мах упо­ми­на­ла об угро­зах от де­ни­кин­цев: "Мы по­ка­жем по­пу, как спа­сать жи­дов и ком­му­ни­стов, вме­сто то­го, чтоб слу­жить бла­годар­ствен­ные мо­леб­ны". Сре­ди боль­шо­го ко­ли­че­ства спа­сен­ных от ги­бе­ли бы­ли и та­кие, ко­то­рые поз­же, при со­вет­ской вла­сти, за­ня­ли вы­со­кие долж­но­сти.

В 1919 го­ду, во вре­мя на­ступ­ле­ния боль­ше­ви­ков, дом от­ца Фео­к­ти­ста под­верг­ся по­гро­му, и ба­тюш­ка со сво­ей се­мьей дол­жен пе­ре­би­рать­ся из Дар­ни­цы в Ки­ев, но там он был аре­сто­ван ки­ев­ской ЧК. Ба­тюш­ку вы­пу­сти­ли из тюрь­мы толь­ко через три ме­ся­ца по хо­да­тай­ству боль­шо­го ко­ли­че­ства лю­дей, сре­ди ко­то­рых бы­ли и те, ко­то­рых со­всем недав­но отец Фео­к­тист сам осво­бож­дал из тю­рем.

В ок­тяб­ре 1919 го­да пре­ем­ник от­ца Фео­к­ти­ста в Во­ро­па­ев­ской церк­ви свя­щен­ник Ни­ко­лай Са­вчен­ко вы­ехал из се­ла и поз­же скон­чал­ся на Пол­тав­щине, а при­хо­жане оста­лись без на­сто­я­те­ля. Ко­гда они узна­ли, что их пер­вый на­сто­я­тель отец Фео­к­тист на­хо­дит­ся в г. Ки­е­ве, то от­пра­ви­ли ему при­гла­ше­ние вер­нуть­ся к ним, ко­то­рое он при­нял с ра­до­стью и вме­сте с ма­туш­кой пе­ре­ехал в се­ло. В это вре­мя ба­тюш­ка ста­рал­ся быть ря­дом со сво­и­ми при­хо­жа­на­ми, но неред­ко был вы­нуж­ден остав­лять все де­ла и ехать в го­ло­да­ю­щий Ки­ев с хле­бом для де­тей. Отец Фео­к­тист вла­дел сто­ляр­ной про­фес­сии, по­это­му мог да­же в тя­же­лые вре­ме­на со­дер­жать свою се­мью и по­мо­гать бо­лее нуж­да­ю­щим­ся.

В ав­гу­сте 1921 го­да был аре­сто­ван по­лит­бю­ро Остер­ско­го уез­да Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии «за контр­ре­во­лю­ци­он­ную аги­та­цию про­тив со­вет­ской вла­сти». На свя­щен­ни­ка на­пи­са­ли до­нос быв­ший диа­кон Во­ро­па­и­всь­кои церк­ви Сер­гей Сит­ни­ков, ко­то­ро­го при­хо­жане вы­гна­ли из церк­ви за пьян­ство еще до при­ез­да от­ца Фео­к­ти­ста, мест­ный сек­ре­тарь ис­пол­ко­ма Ва­си­лий Те­ре­щен­ко, ко­то­ро­го ба­тюш­ка ча­сто об­ли­чал за чрез­мер­ное ко­ры­сто­лю­бие, и член сель­ско­го ком­бе­да Гри­го­рий Юв­жик, ко­то­ро­му ба­тюш­ка сде­лал за­ме­ча­ние от­но­си­тель­но из­би­е­ния им сво­е­го ста­ро­го от­ца.

По­ка шло след­ствие, свя­щен­ни­ка удер­жи­ва­ли в Остер­ской тюрь­ме в ужас­ных усло­ви­ях. Отец Фео­к­тист от­ка­зал­ся от пи­щи, но в контр­ре­во­лю­ци­он­ном пре­ступ­ле­нии ви­нов­ным се­бя так и не при­знал. Все вре­мя за ба­тюш­ку не пе­ре­ста­ва­ли хло­по­тать жи­те­ли се­ла Во­ро­па­е­ва. В Остер­ское по­лит­бю­ро на­ча­ли по­сту­пать мно­го­чис­лен­ные пись­ма с хо­да­тай­ства­ми об осво­бож­де­нии свя­щен­ни­ка из тюрь­мы. Эти пись­ма пи­са­ли дар­ниц­кие ра­бо­чие, чи­нов­ни­ки и да­же евреи, остав­ши­е­ся в жи­вых толь­ко по­кро­ви­тель­ством ба­тюш­ки. В этих пись­мах они уве­ря­ют сле­до­ва­те­лей в по­ли­ти­че­ской бла­го­на­деж­но­сти о. Фео­к­ти­ста, и каж­дый рас­ска­зы­ва­ет о том, как ба­тюш­ка без ма­лей­ше­го стра­ха бук­валь­но вы­ры­вал их из рук смер­ти. Эти пись­ма не оста­лись без вни­ма­ния вла­сти. 13 ок­тяб­ря 1921 го­да отец Фео­к­тист был осво­бож­ден, а по­ста­нов­ле­ни­ем Чер­ни­гов­ско­го гу­берн­ско­го ре­во­лю­ци­он­но­го три­бу­на­ла от 12 ян­ва­ря 1922 го­да уго­лов­ное де­ло в от­но­ше­нии него бы­ло пре­кра­ще­но за от­сут­стви­ем со­ста­ва пре­ступ­ле­ния. По­сле осво­бож­де­ния отец Фео­к­тист немед­лен­но вер­нул­ся к слу­же­нию, но в ре­зуль­та­те упад­ка сил за­бо­лел тя­же­лой фор­мой сып­но­го ти­фа и око­ло го­да не мог вы­здо­ро­веть

В 1922 го­ду раз­вер­ну­лась ши­ро­ко­мас­штаб­ная кам­па­ния по изъ­я­тию цер­ков­ных цен­но­стей. Отец Фео­к­тист за­ра­нее озна­ко­мил об­ще­ствен­ность с по­сла­ни­ем Чер­ни­гов­ско­го епи­ско­па Па­хо­мия (Кед­ро­ва) о доб­ро­воль­ной пе­ре­да­че цер­ков­ной дра­го­цен­ной утва­ри, но при­хо­жане вы­ска­за­лись за то, чтобы до­ждать­ся при­ез­да ко­мис­сии. Ко­гда 27 мая 1922 го­да ко­мис­сия по изъ­я­тию цер­ков­ных цен­но­стей при­бы­ла в Во­ро­па­ев, на­сто­я­те­ля хра­ма не ока­за­лось на ме­сте, он уехал по де­лам в Ки­ев. Чле­ны ко­мис­сии вме­сте с цер­ков­ным ста­ро­стой Ва­си­ли­ем Бру­хан­ским и пред­се­да­те­лем цер­ков­но­го со­ве­та Ан­дре­ем Кач­кан не смог­ли най­ти кни­гу опи­си цер­ков­но­го иму­ще­ства. Это про­изо­шло из-за то­го, что ра­нее Во­ро­па­ев­ская цер­ковь счи­та­лась клад­би­щен­ской и бы­ла при­пи­са­на к Жу­кин­ско­му при­хо­ду, по­это­му кни­га опи­си цер­ков­но­го иму­ще­ства хра­ни­лась в Жу­кин­ской церк­ви. За­то чле­ны ко­мис­сии на­шли в ал­та­ре се­реб­ря­ную ча­шу и сра­зу об­ви­ни­ли свя­щен­ни­ка, ста­ро­сту и пред­се­да­те­ля со­ве­та в со­кры­тии цер­ков­ных цен­но­стей. Ста­ро­сту и пред­се­да­те­ля при­ход­ско­го со­ве­та аре­сто­ва­ли на ме­сте, а свя­щен­ник был аре­сто­ван сра­зу по­сле то­го, как он вер­нул­ся из Ки­е­ва.

Отец Фео­к­тист со­дер­жал­ся в Остер­ском до­пре. Сле­до­ва­тель уста­но­вил, что «Смель­ниц­кий (об­ви­нял­ся в контр­ре­во­лю­ции, но по­че­му-то оправ­дан) ви­но­вен в со­зна­тель­ном укры­ва­тель­ству цер­ков­ных цен­но­стей, он яв­ля­ет­ся за­яд­лым со­зна­тель­ным вра­гом вла­сти ра­бо­чих и кре­стьян. Кач­кан и Бру­хан­ский яв­ля­ют­ся ви­нов­ны­ми в со­уча­стии с Смель­ниц­ким». Ре­ше­ни­ем Чер­ни­гов­ско­го Губ­рев­тре­бу­на­ла от 29 июня все об­ви­ня­е­мые по­лу­чи­ли по од­но­му го­ду об­ще­ствен­но-при­ну­ди­тель­ных ра­бот с ли­ше­ни­ем сво­бо­ды, хо­тя и услов­но. 22 июля со­сто­я­лось за­се­да­ние Вер­хов­но­го кас­са­ци­он­но­го су­да, на ко­то­ром рас­смат­ри­ва­лась кас­са­ци­он­ная жа­ло­ба от­ца Фео­к­ти­ста, но ре­ше­ние преды­ду­ще­го су­да оста­лось без из­ме­не­ний.

В 1930-х го­дах о. Фео­к­тист был на­зна­чен на­сто­я­те­лем Свя­то-Тро­иц­ко­го хра­ма по­сел­ка Ло­си­нов­ка, рас­по­ло­жен­ном в 110 ки­ло­мет­рах от Чер­ни­го­ва. В Ло­си­нов­ке в это вре­мя шла борь­ба за хра­мы: с од­ной сто­ро­ны пред­ста­ви­те­ля­ми без­бож­ной вла­сти, а с дру­гой - с рас­коль­ни­ка­ми-ав­то­ке­фа­ли­ста­ми. Дей­ству­ю­щей оста­ва­лась толь­ко Свя­то-Тро­иц­кая цер­ковь.

В 1936 го­ду власть за­кры­ла и Тро­иц­кий храм, иг­но­ри­руя мно­го­чис­лен­ные про­те­сты ве­ру­ю­щих. Свя­щен­ни­ка все­ми прав­да­ми и неправ­да­ми за­став­ля­ли по­ки­нуть Ло­си­нов­ку. Отец Фео­к­тист неод­но­крат­но об­ра­щал­ся с прось­бой к сель­ско­му пред­се­да­те­лю не вы­го­нять его се­мью зи­мой из цер­ков­но­го до­ма. От­ве­та не при­шлось дол­го ждать: ру­ко­вод­ство се­ла со­ста­ви­ло на свя­щен­ни­ка до­нос, а в кон­це мар­та от­ца Фео­к­тист был аре­сто­ван и за­клю­чен в Нежин­скую тюрь­му, а за­тем осуж­ден на два го­да ли­ше­ния сво­бо­ды услов­но с ис­пы­та­тель­ным сро­ком на три го­да.

27 мая 1936 го­да был вновь аре­сто­ван, об­ви­нял­ся в том, что «на­хо­дясь под стра­жей в тюрь­ме, вел сре­ди за­клю­чен­ных ан­ти­со­вет­скую аги­та­цию, до­ка­зы­вая им, что со­вет­ская власть яв­ля­ет­ся вла­стью бан­ди­тов, что на­род ско­ро вос­станет и со­вет­ская власть бу­дет сверг­ну­та». Ви­нов­ным се­бя не при­знал.

17 июля 1936 го­да Спец­кол­ле­ги­ей Чер­ни­гов­ско­го обл­су­да был при­го­во­рен к пя­ти го­дам ис­пра­ви­тель­но-тру­до­во­го ла­ге­ря. По при­чине стар­че­ской дрях­ло­сти и рез­ко­го упад­ка сил он был при­знан негод­ным к физи­че­ско­му тру­ду. Его от­пра­ви­ли в Кар­лаг НКВД в Ка­зах­стане, где по ин­ва­лид­но­сти ему раз­ре­ши­ли не ра­бо­тать. В ла­герь по­сту­пил 10 сен­тяб­ря 1936 го­да.

19 сен­тяб­ря 1937 го­да он был аре­сто­ван в ла­ге­ре по об­ви­не­нию в "злост­ной ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции, контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти в ла­ге­ре". Из об­ви­ни­тель­но­го за­клю­че­ния:

"На­хо­дясь на из­ле­че­нии на ин­ва­лид­ной ко­ман­ди­ров­ке "Тар­та­ул" - про­во­дил злост­ную к/р аги­та­цию - не пре­кра­тил к/р де­я­тель­но­сти в ла­ге­ре. В сво­ей к/р аги­та­ции Смель­ниц­кий го­во­рил за­клю­чен­ным: "...Мы все ду­ра­ки. Их здесь ма­ло (ука­зы­вая на охра­ну), их мож­но толь­ко обез­ору­жить и пой­ти так даль­ше и уни­что­жить всех в Рос­сии, нуж­но толь­ко ор­га­ни­зо­вать­ся вам, а то один сде­ла­ет, а все мол­чат, а мы все ожи­да­ем, чтобы кто-то на­чал", "стра­ной управ­ля­ет бан­дит (т.СТАЛИН), ко­то­рый про­си­дел в тюрь­ме 27 лет, а те­перь мы хо­тим ждать от него добра. Та­кие же и дру­гие. На­при­мер, Гр.Ив.Пет­ров­ский, он род­ствен­ник мо­ей же­ны (дво­ю­род­ный брат), до ре­во­лю­ции за­ни­мал­ся жуль­ни­че­ством и во­ров­ством". В раз­го­во­ре о ла­ге­рях и про­во­ди­мой в них ис­пра­ви­тель­но-тру­до­вой по­ли­ти­ке Смель­ниц­кий го­во­рил за­клю­чен­ным, что ла­ге­ря­ми управ­ля­ют бо­ся­ки и быв­шие пре­ступ­ни­ки, что здесь за­став­ля­ют ра­бо­тать из-под но­жа, что для "сво­ло­чей" он ра­бо­тать не бу­дет и ес­ли встре­тит со­про­тив­ле­ние, то это­го за­клю­чен­но­го на­зы­ва­ют ре­во­лю­ци­о­не­ром, кри­ча "Та­ких на­до уби­вать". Бу­дучи до­про­шен­ным в ка­че­стве об­ви­ня­е­мо­го, Смель­ниц­кий ви­нов­ным се­бя не при­знал, но на все за­дан­ные ему во­про­сы дал ис­чер­пы­ва­ю­щие от­ве­ты, но под­пи­сать свое по­ка­за­ние от­ка­зал­ся, не же­лая пач­кать сво­их рук"

28 сен­тяб­ря 1937 го­да трой­кой при УНКВД по Ка­ра­ган­дин­ской обл. был при­го­во­рен к выс­шей ме­ре на­ка­за­ния.

Рас­стре­лян 3 ок­тяб­ря 1937 г. в 23 ча­са 30 ми­нут, в от­де­ле­нии "Тар­та­ул" Кар­ла­га НКВД. По­гре­бен в без­вест­ной мо­ги­ле.

6 мая 1990 го­да был ре­а­би­ли­ти­ро­ван за­ме­сти­те­лем про­ку­ро­ра Ка­ра­ган­дин­ской об­ла­сти по 1937 го­ду ре­прес­сий.

Ка­но­ни­зи­ро­ван в ав­гу­сте 2000 го­да ре­ше­ни­ем Ар­хи­ерей­ско­го Со­бо­ра Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.


При­ме­ча­ние

[1] По БД ПСТГУ со ссыл­кой ма­те­ри­а­лы Ар­хи­ва Цен­тра Пра­во­вой Ста­ти­сти­ки и Ин­фор­ма­ции при Обл. Про­ку­ра­ту­ре г. Ка­ра­ган­ды, Д. 2089, ро­дил­ся в 1863 го­ду в Том­ске, окон­чил ме­ди­цин­ский фа­куль­тет Том­ско­го уни­вер­си­те­та, а за­тем – Ки­ев­скую ду­хов­ную ака­де­мию, в ко­то­рой остал­ся пре­по­да­вать цер­ков­ное пра­во и пат­ри­сти­ку на ка­фед­ре рим­ско­го пра­ва. На са­мом де­ле ка­фед­ры с та­ким на­име­но­ва­ни­ем в КДА ни­ко­гда не бы­ло. В до­ре­во­лю­ци­он­ных спис­ках пре­по­да­ва­те­лей и вы­пуск­ни­ков КДА имя Фео­к­ти­ста Смель­ниц­ко­го не зна­чит­ся. Факт его обу­че­ния в Том­ском уни­вер­си­те­те так­же вы­зы­ва­ет со­мне­ние, по­сколь­ку в до­ре­во­лю­ци­он­ный пе­ри­од его слу­же­ние бы­ло тес­но свя­за­но с Чер­ни­гов­ской епар­хи­ей. Вполне оче­вид­но, что био­гра­фи­че­ские дан­ные, ко­то­рые со­дер­жат­ся в след­ствен­ном де­ле, не со­от­вет­ству­ют дей­стви­тель­но­сти. Воз­мож­но, бы­ли спу­та­ны све­де­ния о несколь­ких раз­ных ли­цах. См. Бу­ре­га В.В., "Со­бор свя­тых Ки­ев­ской ду­хов­ной ака­де­мии: Уста­нов­ле­ние празд­но­ва­ния и ико­но­гра­фия" // Тру­ды КДА, 18 (2013), с. 192,

Случайный тест