Дни памяти:

4 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

8 января

Житие

Епи­скоп Ма­рий­ский Лео­нид (в ми­ру Лав­рен­тий Ев­ти­хи­евич Ан­то­щен­ко) ро­дил­ся 6 ав­гу­ста 1872 го­да, в празд­ник Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня, в де­ревне Ма­ло-Ни­ко­ла­ев­ка Ба­хмут­ско­го уез­да Ека­те­ри­но­слав­ской гу­бер­нии в се­мье кре­стьян. По­сле окон­ча­ния го­род­ско­го учи­ли­ща, 30 мая 1896 го­да он по­сту­пил в Свя­то-Тро­иц­кую Сер­ги­е­ву Лав­ру, а 26 мая 1898 го­да был опре­де­лен по­слуш­ни­ком этой оби­те­ли.
30 июля 1904 го­да Лав­рен­тий Ан­то­щен­ко был пе­ре­ве­ден в Мос­ков­ский ка­фед­раль­ный Чу­дов мо­на­стырь, где 8 ав­гу­ста 1905 го­да по­стри­жен в мо­на­ше­ство с име­нем Лео­нид, а 16 ок­тяб­ря то­го же го­да ру­ко­по­ло­жен во иеро­ди­а­ко­на. По­ми­мо со­вер­ше­ния бо­го­слу­же­ний, отец Лео­нид нес кли­рос­ное по­слу­ша­ние, за­ни­мал долж­ность смот­ри­те­ля ар­хи­ерей­ских по­ко­ев при Чу­до­вом мо­на­сты­ре, а за­тем был на­зна­чен каз­на­че­ем оби­те­ли. «По­ве­де­ние весь­ма хо­ро­шее, к по­слу­ша­ни­ям спо­со­бен», — так го­во­рит­ся о нем в со­хра­нив­шей­ся кли­ро­вой ве­до­мо­сти тех лет.
В мар­те 1910 го­да иеро­ди­а­кон Лео­нид (Ан­то­щен­ко) был на­зна­чен за­ве­ду­ю­щим Пе­тер­бург­ским по­дво­рьем Пе­кин­ской Ду­хов­ной мис­сии. В свя­зи с этим он неод­но­крат­но вы­ез­жал в Санкт-Пе­тер­бург, а 21 мар­та по­дал на имя Вы­со­ко­прео­свя­щен­ней­ше­го мит­ро­по­ли­та Мос­ков­ско­го и Ко­ло­мен­ско­го Вла­ди­ми­ра (Бо­го­яв­лен­ско­го) сле­ду­ю­щее про­ше­ние: «Вви­ду вы­зо­ва ме­ня в Санкт-Пе­тер­бург для за­ня­тия долж­но­сти на­сто­я­те­ля Пе­кин­ско­го мис­си­о­нер­ско­го по­дво­рья сми­рен­ней­ше про­шу Ва­ше Вы­со­ко­прео­свя­щен­ство раз­ре­шить мне ме­сяч­ный от­пуск до окон­ча­тель­но­го утвер­жде­ния ме­ня в этой долж­но­сти и пе­ре­сыл­ки мо­их до­ку­мен­тов из Мос­ков­ской Ду­хов­ной кон­си­сто­рии». На этом до­ку­мен­те име­ет­ся ре­зо­лю­ция вла­ды­ки Вла­ди­ми­ра: «Пре­пят­ствий к пе­ре­хо­ду от­ца Лео­ни­да на долж­ность на­сто­я­те­ля Пе­кин­ско­го мис­си­о­нер­ско­го по­дво­рья с мо­ей сто­ро­ны не встре­ча­ет­ся».
Ана­ло­гич­ное про­ше­ние о пе­ре­во­де в Санкт-Пе­тер­бург иеро­ди­а­кон Лео­нид (Ан­то­щен­ко) по­дал и на имя на­мест­ни­ка ка­фед­раль­но­го Чу­до­ва мо­на­сты­ря ар­хи­манд­ри­та Ар­се­ния (Жа­да­нов­ско­го), впо­след­ствии епи­ско­па. К пе­ре­хо­дам из од­ной мо­на­ше­ской оби­те­ли в дру­гую в то вре­мя от­но­си­лись весь­ма вни­ма­тель­но. В свя­зи с этим ар­хи­манд­рит Ар­се­ний со­ста­вил для иеро­ди­а­ко­на Лео­ни­да удо­сто­ве­ре­ние, сви­де­тель­ству­ю­щее, кро­ме про­че­го, и о том ува­же­нии, ко­то­рым поль­зо­вал­ся бу­ду­щий свя­щен­но­му­че­ник в Чу­до­вом мо­на­сты­ре: «Сим удо­сто­ве­ряю, что иеро­ди­а­кон Лео­нид на­зна­чен на­сто­я­те­лем Пе­кин­ско­го мис­си­о­нер­ско­го по­дво­рья в Пе­тер­бург не по соб­ствен­ной прось­бе, а по пред­ло­же­нию, так что в дан­ном слу­чае он ис­пол­ня­ет мо­на­ше­ское по­слу­ша­ние, а в Чу­до­вом мо­на­сты­ре он все­гда мо­жет быть же­ла­тель­ным на­сель­ни­ком».
26 мар­та 1910 го­да епи­скоп Ин­но­кен­тий (Фигу­ров­ский), на­чаль­ник Пе­кин­ской Ду­хов­ной мис­сии, из­дал рас­по­ря­же­ние, со­глас­но ко­то­ро­му иеро­ди­а­кон Лео­нид (Ан­то­щен­ко) на­зна­чал­ся за­ве­ду­ю­щим Пе­тер­бург­ским по­дво­рьем мис­сии. Вско­ре он был ру­ко­по­ло­жен в сан иеро­мо­на­ха и при­сту­пил к ис­пол­не­нию сво­их обя­зан­но­стей. В 1911 го­ду от­цу Лео­ни­ду бы­ло по­ру­че­но стро­и­тель­ство хра­ма мис­сии в Пе­тер­бур­ге, за­клад­ку ко­то­ро­го 8 мая 1911 го­да тор­же­ствен­но со­вер­шил епи­скоп Во­ло­год­ский Ни­кон (Рож­де­ствен­ский). С этим по­слу­ша­ни­ем ба­тюш­ка справ­лял­ся успеш­но: уже к осе­ни то­го же го­да был вы­стро­ен ниж­ний храм во имя Ар­хи­стра­ти­га Бо­жия Ми­ха­и­ла, ко­то­рый в но­яб­ре 1911 го­да освя­тил ар­хи­епи­скоп Фин­лянд­ский и Вы­борг­ский Сер­гий (Стра­го­род­ский). По­сле мо­леб­на ве­ру­ю­щие, в знак при­зна­ния за­слуг от­ца Лео­ни­да, по­да­ри­ли ему зо­ло­той на­перс­ный крест с укра­ше­ни­я­ми. 14 ав­гу­ста 1913 го­да епи­скоп Ин­но­кен­тий (Фигу­ров­ский) освя­тил пре­стол в честь Рож­де­ства Хри­сто­ва в верх­нем хра­ме мис­сии, а к 1914 го­ду по­строй­ка церк­ви и при­ле­га­ю­щих к ней стро­е­ний бы­ла за­вер­ше­на пол­но­стью.
Сви­де­тель­ством до­ве­рия к иеро­мо­на­ху Лео­ни­ду (Ан­то­щен­ко) бы­ли и дру­гие от­вет­ствен­ные по­ру­че­ния: 3 ав­гу­ста 1913 го­да он освя­щал ча­сов­ню во имя Спа­са Неру­ко­твор­но­го на тер­ри­то­рии Мос­ков­ско­го по­дво­рья Пе­кин­ской Ду­хов­ной мис­сии, а 18 ок­тяб­ря 1914 го­да здесь же участ­во­вал в освя­ще­нии хра­ма. Од­ним из воз­ло­жен­ных на ба­тюш­ку по­слу­ша­ний бы­ло стро­и­тель­ство в 1915-1916 го­дах церк­ви в Хар­бине, где так­же на­хо­ди­лось по­дво­рье Пе­кин­ской Ду­хов­ной мис­сии. Но вслед­ствие на­чав­шей­ся в Рос­сии ре­во­лю­ции эта ра­бо­та не бы­ла за­вер­ше­на.
Од­ной из глав­ней­ших це­лей Пе­тер­бург­ско­го по­дво­рья был сбор средств в поль­зу мис­сии, рас­по­ла­гав­шей­ся в Ки­тае, не имев­шей осо­бых до­хо­дов и нуж­да­ю­щей­ся в по­доб­ных по­жерт­во­ва­ни­ях. В год празд­но­ва­ния 300-ле­тия До­ма Ро­ма­но­вых в па­мять это­го со­бы­тия бы­ло ре­ше­но воз­двиг­нуть в Пе­кине ве­ли­че­ствен­ный со­бор. Со­труд­ни­ки Пе­тер­бург­ско­го по­дво­рья при­ня­ли ак­тив­ней­шее уча­стие в сбо­ре средств.
С де­каб­ря 1912 го­да при Пе­тер­бург­ском по­дво­рье дей­ство­ва­ла цер­ков­но-при­ход­ская шко­ла, где иеро­мо­нах Лео­нид про­во­дил с людь­ми пас­тыр­ские бе­се­ды, за­ни­мал­ся с ни­ми цер­ков­ным пе­ни­ем. При по­дво­рье бы­ли устро­е­ны так­же при­ют для ки­тай­ских де­тей, обу­чав­ших­ся в Пе­тер­бур­ге, спра­воч­ное бю­ро для от­прав­ля­ю­щих­ся на Даль­ний Во­сток, шко­ла пев­чих, книж­ный склад с ки­тай­ски­ми кни­га­ми и биб­лио­те­ка. Здесь же рас­по­ла­га­лось «Об­ще­ство трез­во­сти», де­я­тель­ность ко­то­ро­го бы­ла осо­бен­но важ­на в свя­зи с тем, что По­дво­рье на­хо­ди­лось в рай­оне по пре­иму­ще­ству с ра­бо­чим на­се­ле­ни­ем. К 1914 го­ду Об­ще­ство на­счи­ты­ва­ло бо­лее 30 ты­сяч че­ло­век, по за­ве­ден­но­му обы­чаю каж­до­днев­но за бо­го­слу­же­ни­ем утром и ве­че­ром про­ис­хо­ди­ла за­пись же­ла­ю­щих дать обет трез­во­сти.
В 1914 го­ду у Пе­тер­бург­ско­го по­дво­рья по­явил­ся «фили­ал»: жи­те­ли при­го­род­но­го по­сел­ка От­рад­ное по­жерт­во­ва­ли Пе­кин­ской мис­сии зем­лю для воз­ве­де­ния хра­ма. 19 ав­гу­ста 1914 го­да иеро­мо­нах Лео­нид (Ан­то­щен­ко) слу­жил здесь Ли­тур­гию во вре­мен­ном де­ре­вян­ном хра­ме. «Этот вре­мен­ный ба­рак-храм яв­ля­ет­ся пунк­том, объ­еди­ня­ю­щим всех жи­те­лей От­рад­но­го, здесь, по-ви­ди­мо­му, вся­кий чув­ству­ет се­бя как до­ма, и от­но­ше­ние жи­те­лей к хра­му са­мое бла­го­же­ла­тель­ное, каж­дый ста­ра­ет­ся в чем-ни­будь по­тру­дить­ся для сво­е­го хра­ма»,— пи­сал ба­тюш­ка впо­след­ствии. Эту осо­бую ат­мо­сфе­ру от­ме­чал и рек­тор Пет­ро­град­ской Ду­хов­ной ака­де­мии, епи­скоп Ям­бург­ский Ана­ста­сий (Алек­сан­дров), со­вер­шив­ший бо­го­слу­же­ние в От­рад­ном 17 ав­гу­ста. По­сле Ли­тур­гии Вла­ды­ка об­ра­тил­ся к на­ро­ду с про­чув­ство­ван­ным сло­вом, в ко­то­ром ска­зал, что, несмот­ря на край­нюю бед­ность дан­но­го хра­ма, он «ни в од­ном бо­га­том хра­ме не мо­лил­ся так го­ря­чо, как здесь».
Тру­ды иеро­мо­на­ха Лео­ни­да (Ан­то­щен­ко) на ни­ве Хри­сто­вой по­лу­чи­ли при­зна­ние. Еще в 1913 го­ду, по­сле освя­ще­ния верх­не­го хра­ма Пе­кин­ско­го по­дво­рья, по хо­да­тай­ству епи­ско­па Ин­но­кен­тия (Фигу­ров­ско­го), Свя­тей­ший Си­нод вы­нес по­ста­нов­ле­ние о на­граж­де­нии его «за от­лич­но-усерд­ную и по­лез­ную служ­бу Церк­ви Бо­жи­ей» на­перс­ным кре­стом, а в 1919 го­ду ба­тюш­ка был воз­ве­ден в сан ар­хи­манд­ри­та.
В хо­де ре­во­лю­ции и граж­дан­ской вой­ны свя­зи Пе­кин­ской Ду­хов­ной мис­сии с Пет­ро­град­ским по­дво­рьем бы­ли пре­рва­ны. А по­сле за­кры­тия По­дво­рья в 1919 го­ду храм, рас­по­ла­гав­ший­ся в Пет­ро­гра­де на Во­ро­неж­ской ули­це, стал при­ход­ской цер­ко­вью, а ар­хи­манд­рит Лео­нид (Ан­то­щен­ко) — ее на­сто­я­те­лем. Ба­тюш­ка был так­же пред­се­да­те­лем цер­ков­ной два­дцат­ки, поль­зо­вал­ся у ве­ру­ю­щих огром­ным ав­то­ри­те­том. При хра­ме дей­ство­ва­ло брат­ство Ца­ри­цы Небес­ной, объ­еди­няв­шее 3000 че­ло­век и спо­соб­ство­вав­шее со­хра­не­нию ве­ры в ду­шах жи­те­лей го­ро­да. Ко­неч­но быть на­сто­я­те­лем при­хо­да в усло­ви­ях же­сто­ких го­не­ний на Цер­ковь бы­ло нелег­ко: в 1922 го­ду отец Лео­нид был аре­сто­ван ОГПУ пер­вый раз и про­вел в за­клю­че­нии один ме­сяц.
Ар­хи­манд­рит Лео­нид про­жи­вал в Ле­нин­гра­де до 1927 го­да. 26 июня 1927 го­да он был ру­ко­по­ло­жен во епи­ско­па Пе­ре­славль-За­лес­ско­го, ви­ка­рия Вла­ди­мир­ской епар­хии. Про­жи­вал Вла­ды­ка в Пе­ре­слав­ле. Епи­скоп Лео­нид со­вер­шал бо­го­слу­же­ния, ру­ко­по­ло­же­ния во свя­щен­ный сан, при­ни­мал у се­бя жаж­дав­ших уте­ше­ния и ду­хов­но­го ру­ко­вод­ства свя­щен­но­слу­жи­те­лей и ми­рян. К 1930 го­ду под его на­ча­лом в Пе­ре­слав­ле дей­ство­ва­ло 18 церк­вей, в го­ро­де на­хо­ди­лись мо­щи свя­тых Яро­слав­ских чу­до­твор­цев. Хра­мы, где пре­бы­ва­ли свя­ты­ни, слу­жи­ли ме­стом па­лом­ни­че­ства, ты­ся­чи при­хо­жан со­би­ра­лись здесь в празд­ни­ки, мно­гие по­лу­ча­ли ис­це­ле­ние от ду­шев­ных и те­лес­ных неду­гов. В 1928 го­ду ве­ру­ю­щие пы­та­лись от­сто­ять со­бор­ный храм, а по­сле его за­кры­тия про­си­ли воз­вра­тить куп­лен­ные на их сред­ства цер­ков­ное иму­ще­ство и по­чи­та­е­мую ико­ну Ро­стов­ских чу­до­твор­цев. Под за­яв­ле­ни­ем об этом сто­я­ло 40 под­пи­сей.
Та­кое ожив­ле­ние ре­ли­ги­оз­ной жиз­ни не устра­и­ва­ло со­вет­скую власть. Епи­скоп Лео­нид был аре­сто­ван 1 фев­ра­ля 1930 го­да по лож­но­му об­ви­не­нию в ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­сти, про­ти­во­дей­ствии ме­ро­при­я­ти­ям вла­стей, хра­не­нии контр­ре­во­лю­ци­он­ной ли­те­ра­ту­ры, про­во­ци­ро­ва­нии мас­со­вых бес­по­ряд­ков на поч­ве рас­про­стра­не­ния слу­хов о за­кры­тии церк­вей.
На един­ствен­ном до­про­се, со­сто­яв­шем­ся 1 фев­ра­ля 1930 го­да, сво­ей ви­ны вла­ды­ка не при­знал. 2 мар­та 1930 го­да ре­ше­ни­ем трой­ки при ПП ОГПУ по Ива­нов­ской об­ла­сти он был осуж­ден на 5 лет ли­ше­ния сво­бо­ды и от­прав­лен в Пи­нюг­ские ла­ге­ря, рас­по­ла­гав­ши­е­ся в Ки­ров­ской об­ла­сти. За­клю­чен­ные стро­и­ли здесь зем­ля­ное по­лот­но для же­лез­ной до­ро­ги Пи­нюг-Сык­тыв­кар. Ра­бо­тать при­хо­ди­лось вруч­ную, с по­мо­щью ло­пат, зем­лю во­зи­ли на тач­ках, тру­ди­лись при силь­ней­ших мо­ро­зах, лег­ко оде­тые. Ра­бо­тая на стро­и­тель­стве же­лез­ной до­ро­ги, Вла­ды­ка ду­хов­но окорм­лял хри­сти­ан, на­хо­дя­щих­ся в ла­ге­ре: ис­по­ве­до­вал, при­ча­щал Свя­ты­ми Да­ра­ми, при­сы­ла­е­мы­ми из Моск­вы, и да­же со­вер­шил мо­на­ше­ский по­стриг. По вос­по­ми­на­ни­ям оче­вид­цев «ху­день­кий, с неболь­шим чуть про­дол­го­ва­тым ли­цом, с боль­шой от­кры­той улыб­кой в со­че­та­нии с ис­кря­щи­ми­ся ра­до­стью гла­за­ми, он обод­рял ве­ру­ю­щих, вы­зы­вал у об­ща­ю­щих­ся с ним лю­дей от­вет­ную ду­хов­ную ра­дость».
Несмот­ря на тя­же­лые усло­вия жиз­ни и стро­гий над­зор, за­клю­чен­ным уда­ва­лось со­вер­шать в ла­ге­ре бо­го­слу­же­ния. Вот как опи­сы­ва­ет в кни­ге «Да­ле­кий путь» ар­хи­манд­рит Сер­гий (Са­ве­льев), по­стри­же­ник вла­ды­ки Лео­ни­да и оче­ви­дец тех со­бы­тий, празд­но­ва­ние Пас­хи в 1930 го­ду: «В ба­ра­ке бы­ла пол­ная ти­ши­на. Вдруг, ров­но в две­на­дцать ча­сов, раз­дал­ся пе­ву­чий го­лос: «Вос­кре­се­ние Твое, Хри­сте Спа­се, ан­ге­ли по­ют на небе­сех, и нас на зем­ли спо­до­би чи­стым серд­цем Те­бе сла­ви­ти». Мгно­вен­но со всех кон­цов ба­ра­ка лю­ди устре­ми­лись к по­ю­ще­му. Пел свя­щен­ник, и да­же в об­ла­че­нии. На нем бы­ли фе­лонь из про­сты­ни и епи­тра­хиль из по­ло­тен­ца. С ве­ли­ким во­оду­шев­ле­ни­ем про­пе­ли Пас­халь­ный ка­нон и сти­хи­ры Пас­хи». На дру­гой год ве­ру­ю­щих вы­ну­ди­ли встре­чать празд­ник Пас­хи на на­рах и в без­мол­вии.
По до­сроч­ном осво­бож­де­нии из за­клю­че­ния, в сен­тяб­ре 1932 го­да, вла­ды­ка Лео­нид был на­зна­чен епи­ско­пом Алек­сан­дров­ским, ви­ка­ри­ем Вла­ди­мир­ской епар­хии. Но вско­ре его вновь аре­сто­ва­ли и со­сла­ли в го­род Ба­лах­ну Ни­же­го­род­ско­го края. Вла­ды­ка по­се­лил­ся здесь в ма­лень­ком до­ми­ке в два ок­на, еже­днев­но хо­дил в цер­ковь. В 1933 го­ду по­сле­до­ва­ла но­вая ссыл­ка — в го­род Сен­ги­лей близ Улья­нов­ска. От­сю­да свя­ти­тель по­сы­лал пись­ма-уте­ше­ния сво­им ду­хов­ным ча­дам — «вну­ча­там», ча­сто под­пи­сы­вая их «Де­душ­ка». Из этих по­сла­ний мы мо­жем со­ста­вить пред­став­ле­ние о жиз­ни Вла­ды­ки в тот пе­ри­од, о его ду­хов­ном ру­ко­вод­стве сво­и­ми ча­да­ми. 31 мар­та 1934 го­да епи­скоп Лео­нид пи­сал: «Я, сла­ва Бо­гу, по­ка здо­ров и бла­го­ду­шен. Бла­го­да­ря за­бо­там ста­рых дру­зей ни в чем не нуж­да­юсь… Ни­кто и ни­что не на­ру­ша­ет здесь мо­е­го уеди­не­ния. По-преж­не­му еже­днев­но хо­жу в храм Бо­жий, где вспо­ми­наю мо­лит­вен­но вас всех». А вот фраг­мент из пись­ма от 1 сен­тяб­ря 1934 го­да: «Пред­сто­я­щая жизнь пусть те­бя не сму­ща­ет. Пусть бо­ят­ся и дро­жат за свою бу­дущ­ность те, ко­то­рые не име­ют упо­ва­ния. На­ша же бу­дущ­ность яс­на, как на ла­до­ни. До­ро­га, по ко­то­рой нам над­ле­жит ид­ти, уже пре­крас­но про­то­ре­на. Ко­неч­ная цель яс­на, и хо­ро­шие ре­зуль­та­ты обес­пе­че­ны. Бу­дем бла­го­душ­ны и вер­ны».
Срок этой ссыл­ки за­кон­чил­ся 10 де­каб­ря 1934 го­да. 29 де­каб­ря епи­скоп Лео­нид был на при­е­ме у мит­ро­по­ли­та Сер­гия (Стра­го­род­ско­го), Пат­ри­ар­ше­го ме­сто­блю­сти­те­ля, и по­лу­чил на­зна­че­ние на Кун­гур­скую ка­фед­ру, ку­да при­был 30 ян­ва­ря 1935 го­да. Слу­жил здесь вла­ды­ка до мар­та 1935 го­да, а за­тем неко­то­рое вре­мя на­хо­дил­ся на по­кое, по­се­лив­шись 29 июня 1935 го­да в се­ле Те­ля­е­во-Сло­бо­да Во­ло­ко­лам­ско­го рай­о­на Мос­ков­ской об­ла­сти, в церк­ви ко­то­ро­го и со­вер­шал бо­го­слу­же­ния. «Жи­ву я близ хра­ма. Храм пре­крас­ный. Служ­бы со­вер­ша­ют­ся че­ты­ре ра­за в неде­лю: в вос­кре­се­нье, сре­ду, пят­ни­цу и суб­бо­ту. На­ка­нуне вос­крес­ных и празд­нич­ных дней слу­жат­ся все­нощ­ные… Вбли­зи на­хо­дит­ся Иоси­фов­ский мо­на­стырь с ве­ли­ко­леп­ной ро­щей и озе­ра­ми. Сей­час здесь ды­шит­ся очень хо­ро­шо, и я бу­ду очень рад сво­их до­ро­гих вну­чат ви­деть здесь. Доб­ро по­жа­ло­вать!» — так опи­сы­вал вла­ды­ка свою жизнь под Во­ло­ко­лам­ском.
По­сле но­вой встре­чи с мит­ро­по­ли­том Сер­ги­ем (Стра­го­род­ским), со­сто­яв­шей­ся в июле 1936 го­да, епи­скоп Лео­нид был на­прав­лен в Сверд­ловск, но мест­ные вла­сти не поз­во­ли­ли ему там слу­жить. По­след­ней ка­фед­рой вла­ды­ки ста­ла Ма­рий­ская, ку­да он был на­зна­чен в мар­те 1937 го­да. «Уже из ва­го­на епи­скоп Лео­нид бла­го­сло­вил про­во­жа­ю­щих и тут же про­ро­че­ски ука­зал на се­бя в грудь и в зем­лю», — вспо­ми­нал ар­хи­манд­рит Сер­гий (Са­ве­льев) о про­во­дах Вла­ды­ки в Ма­рий­скую об­ласть. Епи­скоп Лео­нид по­се­лил­ся в Йош­кар-Оле, а с 1 ок­тяб­ря 1937 го­да пе­ре­брал­ся в се­ло Се­ме­нов­ка, где слу­жил в хра­ме Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Ру­ко­вод­ству­ясь ука­за­ни­я­ми мит­ро­по­ли­та Сер­гия (Стра­го­род­ско­го), с ко­то­рым вновь встре­чал­ся в июне 1937 го­да, вла­ды­ка Лео­нид управ­лял Ма­рий­ской епар­хи­ей, со­вер­шал ру­ко­по­ло­же­ния во свя­щен­ный сан и на­зна­чал свя­щен­но­слу­жи­те­лей на при­хо­ды, при­зы­вал ве­ру­ю­щих не хо­дить в об­нов­лен­че­ские хра­мы, что во вто­рой по­ло­вине 1930-х го­дов в Ма­рий­ском крае бы­ло по-преж­не­му ак­ту­аль­но. Воз­не­сен­ская цер­ковь — по­след­няя из не за­кры­тых к се­ре­дине 1930-х го­дов в Йош­кар-Оле, в июне 1935 го­да пе­ре­шла в ру­ки об­нов­лен­цев. Цер­ковь Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы се­ла Се­ме­нов­ка та­ким об­ра­зом ста­ла опло­том Пра­во­сла­вия, сю­да сте­ка­лись ве­ру­ю­щие со всей окру­ги.
Со­глас­но до­ку­мен­там го­судар­ствен­ных и пар­тий­ных ор­га­нов то­го вре­ме­ни, с при­ез­дом епи­ско­па Лео­ни­да (Ан­то­щен­ко) на ма­рий­скую ка­фед­ру ре­ли­ги­оз­ная жизнь на­се­ле­ния рес­пуб­ли­ки ак­ти­ви­зи­ро­ва­лась. Та­кая де­я­тель­ность ар­хи­пас­ты­ря, ко­неч­но, не оста­лась без вни­ма­ния вла­стей: 21 де­каб­ря 1937 го­да Вла­ды­ка был аре­сто­ван и по­ме­щен в Йош­кар-Олин­скую тюрь­му. На до­про­сах, со­сто­яв­ших­ся 22 и 27 де­каб­ря, ви­нов­ным в контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти епи­скоп Лео­нид се­бя не при­знал. 29 де­каб­ря 1937 го­да трой­ка НКВД по МАССР при­го­во­ри­ла его к рас­стре­лу. При­го­вор при­ве­ли в ис­пол­не­ние 7 ян­ва­ря 1938 го­да, в день празд­ни­ка Рож­де­ства Хри­сто­ва.

Ис­точ­ник: http://mari.eparhia.ru

Случайный тест

(3 голоса: 5 из 5)
 

Требуется программист