Дни памяти

16 мая  (переходящая) – Собор новомучеников, в Бутове пострадавших

1 июля

Житие

Пре­по­доб­но­му­че­ник Ни­ка­нор ро­дил­ся 13 мар­та 1870 го­да в се­ле Вы­же­лес Спас­ско­го уез­да Ря­зан­ской гу­бер­нии в се­мье кре­стья­ни­на Ми­ха­и­ла Мо­роз­ки­на и в кре­ще­нии был на­ре­чен Ни­ки­фо­ром. Впо­след­ствии его ро­ди­те­ли пе­ре­бра­лись жить в се­ло Сту­ден­ки Изюм­ско­го уез­да Харь­ков­ской гу­бер­нии, где отец стал ра­бо­тать бон­да­рем. В 1888 го­ду Ни­ки­фор на­все­гда по­ки­нул ро­ди­тель­ский дом и по­се­лил­ся в Орен­бур­ге, где сна­ча­ла пел в хра­ме на кли­ро­се, а за­тем стал ис­пол­нять обя­зан­но­сти пса­лом­щи­ка.
В 1899 го­ду Ни­ки­фор по­сту­пил в чис­ло бра­тии Ни­ко­ло-Пе­ре­р­вин­ско­го мо­на­сты­ря Мос­ков­ско­го уез­да[a]. 25 но­яб­ря 1903 го­да он был по­стри­жен в мо­на­ше­ство с на­ре­че­ни­ем ему име­ни Ни­ка­нор, а 24 ян­ва­ря 1904 го­да – ру­ко­по­ло­жен во иеро­ди­а­ко­на[1].
29 сен­тяб­ря 1909 го­да на­сто­я­тель Ни­ко­ло-Пе­ре­р­вин­ско­го мо­на­сты­ря, хо­да­тай­ствуя пе­ред на­чаль­ством о ру­ко­по­ло­же­нии иеро­ди­а­ко­на Ни­ка­но­ра во иеро­мо­на­ха, пи­сал, что, про­жи­вая в мо­на­сты­ре, тот «от­ли­чал­ся все­гда сво­им при­мер­ным по­ве­де­ни­ем и усер­ди­ем в ис­пол­не­нии воз­ло­жен­ных на него обя­зан­но­стей»[2]. 5 ок­тяб­ря 1909 го­да в хра­ме Хри­ста Спа­си­те­ля в Москве епи­скоп Дмит­ров­ский Три­фон (Тур­ке­ста­нов) ру­ко­по­ло­жил его во иеро­мо­на­ха[3].
27 фев­ра­ля 1917 го­да иеро­мо­нах Ни­ка­нор был на­зна­чен ду­хов­ни­ком бра­тии. 24 ав­гу­ста 1920 го­да со­вет об­щи­ны при ча­совне Ивер­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в Москве про­сил Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на на­зна­чить иеро­мо­на­ха Ни­ка­но­ра за­ве­ду­ю­щим ча­сов­ней, как «до­стой­но­го во всех от­но­ше­ни­ях и для за­ня­тия этой важ­ной долж­но­сти»[4].
В 1921 го­ду Ивер­ская ча­сов­ня бы­ла ограб­ле­на, во­ры про­ник­ли внутрь через кры­шу и по­хи­ти­ли укра­ше­ния с икон и неко­то­рые дру­гие цен­но­сти. Чле­ны цер­ков­но­го со­ве­та и иеро­мо­нах Ни­ка­нор бы­ли об­ви­не­ны в ха­лат­но­сти и аре­сто­ва­ны, и про­ве­ли под след­стви­ем в тюрь­ме один­на­дцать ме­ся­цев. Од­на­ко суд оправ­дал всех об­ви­ня­е­мых, и они бы­ли осво­бож­де­ны. Отец Ни­ка­нор вер­нул­ся в Ни­ко­ло-Пе­ре­р­вин­ский мо­на­стырь и был на­зна­чен его на­сто­я­те­лем. В 1923 го­ду он был воз­ве­ден в сан игу­ме­на и 29 мар­та 1923 го­да на­зна­чен чле­ном Мос­ков­ско­го епар­хи­аль­но­го со­бра­ния[5], в том же го­ду он был воз­ве­ден в сан ар­хи­манд­ри­та.
Отец Ни­ка­нор был аре­сто­ван во вре­мя оче­ред­ных го­не­ний на Цер­ковь – 2 фев­ра­ля 1932 го­да и за­клю­чен в Бу­тыр­скую тюрь­му в Москве. Пы­та­ясь най­ти вы­ход из нераз­ре­ши­мой ди­лем­мы, ко­гда со­вет­ская власть утвер­жда­ла пуб­лич­но, что она да­ет сво­бо­ду ис­по­ве­до­вать лю­бую ре­ли­гию и чуж­да ка­ким бы то ни бы­ло го­не­ни­ям на Цер­ковь, и в то же вре­мя бес­по­щад­но аре­сто­вы­ва­ла ду­хо­вен­ство, ар­хи­манд­рит Ни­ка­нор, от­ве­чая на во­про­сы сле­до­ва­те­ля, ска­зал: «В предъ­яв­лен­ном мне об­ви­не­нии ви­нов­ным се­бя не при­знаю, так как с мо­ей сто­ро­ны ни­ка­кой ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции не бы­ло. Я счи­таю се­бя обя­зан­ным ис­пол­нять сре­ди кре­стьян тре­бы, на ко­то­рые ме­ня при­гла­ша­ют, но в раз­го­во­ры с кре­стья­на­ми о по­ли­ти­ке ни­ко­гда не всту­пал. Лич­но я от­но­си­тель­но со­вет­ской вла­сти счи­таю, что со сто­ро­ны ее в от­но­ше­нии Церк­ви го­не­ния нет, но есть го­не­ние на ду­хо­вен­ство, ко­то­рое невин­но со­дер­жит­ся в тюрь­мах»[6].
Сле­до­ва­тель спро­сил от­ца Ни­ка­но­ра, по­мо­га­ет ли он вы­слан­но­му ар­хи­манд­ри­ту Ни­ко­ло-Пе­ре­р­вин­ско­го мо­на­сты­ря, на что он от­ве­тил, что по­мощь то­му, дей­стви­тель­но, по­сы­ла­ет­ся ре­гу­ляр­но один раз в ме­сяц.
13 мар­та 1932 го­да трой­ка ОГПУ при­го­во­ри­ла от­ца Ни­ка­но­ра к пя­ти го­дам ссыл­ки в Ка­зах­стан, и он был от­прав­лен в Ал­ма-Ату. 1 июля 1934 го­да он был, как ин­ва­лид, осво­бож­ден и вер­нул­ся в Моск­ву; но здесь ему жить не раз­ре­ши­ли, и он по­се­лил­ся в се­ле Спас-Оста­ше­во Во­ло­ко­лам­ско­го рай­о­на Мос­ков­ской об­ла­сти и стал слу­жить здесь в Спас­ской церк­ви.
Ар­хи­манд­рит Ни­ка­нор был аре­сто­ван 26 мар­та 1938 го­да и пер­вое вре­мя со­дер­жал­ся в во­ло­ко­лам­ской тюрь­ме, а за­тем был пе­ре­ве­ден в Та­ган­скую тюрь­му в Москве.
– Вы аре­сто­ва­ны за контр­ре­во­лю­ци­он­ную и ан­ти­со­вет­скую де­я­тель­ность, ко­то­рую вы про­во­ди­ли сре­ди окру­жа­ю­щих вас лиц. При­зна­е­те ли вы се­бя в этом ви­нов­ным? – спро­сил его сле­до­ва­тель.
– Контр­ре­во­лю­ци­он­ной и ан­ти­со­вет­ской кле­ве­ты я ни­ко­гда не вы­ска­зы­вал и ви­нов­ным се­бя не при­знаю, – от­ве­тил ар­хи­манд­рит.
– Вам за­чи­ты­ва­ют­ся вы­держ­ки из по­ка­за­ний сви­де­те­лей, ка­ко­вые ули­ча­ют вас в контр­ре­во­лю­ци­он­ной и ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­сти. Дай­те прав­ди­вые по­ка­за­ния по это­му во­про­су.
– Я еще раз под­твер­ждаю, что ни­ко­гда про­тив со­вет­ской вла­сти ни­че­го не го­во­рил и за­чи­тан­ные мне вы­держ­ки из по­ка­за­ний сви­де­те­лей счи­таю лож­ны­ми, – от­ве­тил отец Ни­ка­нор.
Бы­ли устро­е­ны оч­ные став­ки ар­хи­манд­ри­та со лже­сви­де­те­ля­ми; отец Ни­ка­нор ска­зал, что он все­це­ло был за­нят бо­го­слу­же­ни­ем и все вы­слу­шан­ные им по­ка­за­ния о его ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­сти счи­та­ет лож­ны­ми.
29 ап­ре­ля след­ствие бы­ло за­кон­че­но, и сле­до­ва­тель еще раз спро­сил от­ца Ни­ка­но­ра, при­зна­ет ли он се­бя ви­нов­ным в про­ве­де­нии контр­ре­во­лю­ци­он­ной и ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции, на что тот еще раз по­вто­рил, что ви­нов­ным се­бя не при­зна­ет. 14 июня 1938 го­да трой­ка НКВД при­го­во­ри­ла от­ца Ни­ка­но­ра к рас­стре­лу. Ар­хи­манд­рит Ни­ка­нор (Мо­роз­кин) был рас­стре­лян 1 июля 1938 го­да и по­гре­бен в без­вест­ной об­щей мо­ги­ле на по­ли­гоне Бу­то­во под Моск­вой.


Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка. Июнь».
Тверь. 2008. С. 379-382


При­ме­ча­ния

[a] Ныне на­хо­дит­ся в чер­те го­ро­да Моск­вы.

[1] Там же. Ф. 353, оп. 4, д. 383, л. 12 об-13. ЦИАМ. Ф. 1371, оп. 1, д. 82, л. 9 об-10.
[2] Там же. Ф. 203, оп. 551, д. 196, л. 1.
[3] Там же. Л. 2 об.
[4] ГАРФ. Ф. 353, оп. 4, д. 384, л. 77.
[5] ЦИАМ. Ф. 2303, оп. 1, д. 6, л. 153-154.
[6] ГАРФ. Ф. 10035. Д. 78798, л. 42.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru/

Случайный тест