Дни памяти

23 октября – Собор Волынских святых

18 ноября – Память Отцов Поместного Собора Церкви Русской 1917–1918 гг.

7 февраля  (переходящая) – Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

5 сентября

Житие

Му­че­ник Ни­ко­лай ро­дил­ся 25 но­яб­ря 1881 в Овруч­ском уез­де Во­лын­ской гу­бер­нии в се­мье чи­нов­ни­ка Ге­ор­гия Вар­жан­ско­го. Как и мно­гие вы­ход­цы из за­пад­ных гу­бер­ний Рос­сии, ис­пы­тав­шие на се­бе всю изощ­рен­ность воз­дей­ствия раз­но­го ро­да сект и ино­сла­вия, Ни­ко­лай Юрье­вич всем серд­цем устре­мил­ся к пра­во­сла­вию, по­ни­мая, что вне его нет спа­се­ния и что ес­ли де­лом сво­ей жиз­ни из­би­рать слу­же­ние на­ро­ду, то оно долж­но быть свя­за­но с про­по­ве­дью сло­ва Хри­сто­ва. По­это­му он по­сту­па­ет в Ду­хов­ную се­ми­на­рию, а за­тем в Мос­ков­скую Ду­хов­ную ака­де­мию, ко­то­рую окан­чи­ва­ет в 1907 го­ду со сте­пе­нью кан­ди­да­та бо­го­сло­вия.
В 1907 го­ду Ни­ко­лай же­нил­ся на де­ви­це Зи­на­и­де, до­че­ри про­то­и­е­рея Нео­фи­та Лю­би­мо­ва, на­сто­я­те­ля Вос­кре­сен­ской церк­ви на Ва­гань­ков­ском клад­би­ще в Москве. Про­то­и­е­рей Нео­фит Лю­би­мов был из­вест­ным в Москве мис­си­о­не­ром и про­по­вед­ни­ком и имел свое из­да­тель­ство, вы­пус­кав­шее мис­си­о­нер­скую и апо­ло­ге­ти­че­скую ли­те­ра­ту­ру. Об­щие устрем­ле­ния сбли­зи­ли впо­след­ствии Ни­ко­лая Юрье­ви­ча с его те­стем про­то­и­е­ре­ем Нео­фи­том, а их мис­си­о­нер­ская, про­све­ти­тель­ская де­я­тель­ность и ис­по­вед­ни­че­ский по­двиг бы­ли увен­ча­ны му­че­ни­че­ским вен­цом[1].
В 1908 го­ду Ни­ко­лай Юрье­вич был на­зна­чен сна­ча­ла на долж­ность по­мощ­ни­ка про­ти­во­сек­тант­ско­го мис­си­о­не­ра Мос­ков­ской епар­хии, а за­тем – мос­ков­ско­го епар­хи­аль­но­го мис­си­о­не­ра. С 1911 го­да, не остав­ляя мис­си­о­нер­ской де­я­тель­но­сти, он слу­жил в кан­це­ля­рии Свя­тей­ше­го Си­но­да; кро­ме то­го, он пре­по­да­вал в Мос­ков­ской Ду­хов­ной се­ми­на­рии. В 1912 и в 1914 го­дах он был на­граж­ден ор­де­на­ми Ста­ни­сла­ва и Ан­ны 3-й сте­пе­ни.
В на­ча­ле ХХ сто­ле­тия од­ним из са­мых ча­сто встре­ча­ю­щих­ся по­ро­ков ста­ло пьян­ство, рас­про­стра­нив­ше­е­ся осо­бен­но ши­ро­ко сре­ди ра­бо­чих. Пьян­ство до­во­ди­ло лю­дей до от­ча­я­ния и са­мо­убий­ства, раз­ру­ша­ло се­мью и ос­но­вы го­су­дар­ства, со­кру­ша­ло ве­ру и за­глу­ша­ло доб­рые се­ме­на, по­се­ян­ные Гос­по­дом в серд­цах лю­дей. Как му­же­ствен­ный во­ин Хри­стов всту­пил Ни­ко­лай Юрье­вич в борь­бу с этим страш­ным по­ро­ком. Им бы­ло ор­га­ни­зо­ва­но за Се­ме­нов­ской за­ста­вой в Ле­фор­то­ве, на­се­лен­ном в ос­нов­ном ра­бо­чи­ми, Вар­на­вин­ское об­ще­ство трез­во­сти, ко­то­рое име­ло свое по­ме­ще­ние и свой храм. В ка­че­стве лек­то­ров Ни­ко­лай Юрье­вич при­гла­шал из­вест­ных про­фес­со­ров, и лек­ции со­би­ра­ли до ты­ся­чи че­ло­век. Вско­ре рев­ност­ный и са­мо­от­вер­жен­ный бо­рец за ду­ши лю­дей – Ни­ко­лай Юрье­вич стал хо­ро­шо из­ве­стен в сре­де ра­бо­чих. Но чем боль­ше осво­бо­див­ши­е­ся от пьян­ства ра­бо­чие при­вя­зы­ва­лись к му­же­ствен­но­му мис­си­о­не­ру, тем силь­нее нена­ви­де­ли его те, кто был за­ин­те­ре­со­ван в рас­про­стра­не­нии это­го по­ро­ка в на­род­ной сре­де.
За де­сять лет неуто­ми­мых мис­си­о­нер­ских тру­дов Ни­ко­ла­ем Юрье­ви­чем бы­ло на­пи­са­но и из­да­но око­ло со­ро­ка книг и бро­шюр на те­мы, ка­са­ю­щи­е­ся борь­бы с сек­та­ми, как ста­ры­ми, так и но­вы­ми, по­доб­ны­ми тол­стов­цам. Ни­ко­лай Вар­жан­ский, при­во­дя при­ме­ры из со­чи­не­ний Льва Тол­сто­го, убе­ди­тель­но по­ка­зал, что Лев Тол­стой, по су­ще­ству, пан­те­ист, от­ри­ца­ю­щий Бо­га Твор­ца.
Од­ним из вы­да­ю­щих­ся яв­ле­ний про­све­ти­тель­ской де­я­тель­но­сти то­го вре­ме­ни бы­ло из­да­ние на­пи­сан­ной Ни­ко­ла­ем Юрье­ви­чем кни­ги «Доб­рое ис­по­ве­да­ние. Пра­во­слав­ный про­ти­во­сек­тант­ский ка­те­хи­зис», вы­шед­шей в 1910 го­ду.
В пре­ди­сло­вии к кни­ге Ни­ко­лай Юрье­вич пи­сал: «Несколь­ко на­род­ных про­ти­во­сек­тант­ских кур­сов, про­ве­ден­ных мною, по­ка­за­ли край­нюю необ­хо­ди­мость осо­бо­го ка­те­хи­за­тор­ско­го об­ще­до­ступ­но­го учеб­ни­ка, ко­то­рый рас­кры­вал бы по воз­мож­но­сти пол­ное хри­сти­ан­ское ми­ро­воз­зре­ние, ука­зы­вал бы, что спа­си­тель­ная хри­сти­ан­ская ве­ра Бо­жия – толь­ко од­на, а ере­си суть ан­ти­хри­сто­вы по­ги­бель­ные из­мыш­ле­ния, а не хри­сти­ан­ство, да­вал бы удоб­ное ору­жие для от­ра­же­ния сек­тант­ской лжи и от­ли­чал­ся бы яс­но­стью из­ло­же­ния.
У нас есть мно­го про­ти­во­сек­тант­ских книг, раз­би­ра­ю­щих от­дель­ные по­ло­же­ния на­ше­го упо­ва­ния, от­вер­га­е­мые сек­тан­та­ми; есть до­воль­но бес­си­стем­ные сбор­ни­ки тек­стов; есть ка­те­хи­зи­сы, или без­раз­лич­ные к пра­во­сла­вию, или хо­тя и хо­ро­шие, но очень крат­кие; есть, на­ко­нец, уче­ные со­чи­не­ния, ма­ло при­год­ные для на­ро­да. На­род­но­го же, пра­во­слав­но­го, да­ю­ще­го хри­сти­ан­ское ми­ро­воз­зре­ние, ка­те­хи­за­тор­ско­го учеб­ни­ка я не на­шел, но за­то твер­до ве­рю, что Гос­подь чрез со­ра­ду­ю­щих­ся Ис­тине лю­дей по­мо­жет его иметь, ес­ли не в на­сто­я­щем из­да­нии, то впо­след­ствии».
Кни­га быст­ро разо­шлась, и в 1912 го­ду вы­шло вто­рое из­да­ние, ко­то­рое ав­тор по­свя­тил «ис­крен­но лю­би­мым пра­во­слав­ным мос­ков­ским ра­бо­чим» и в пре­ди­сло­вии к ней на­пи­сал: «Мно­го­чис­лен­ные доб­рые от­зы­вы о мо­ей кни­ге и теп­лое от­но­ше­ние к мо­е­му тру­ду со­тен цер­ков­ных де­я­те­лей вы­зы­ва­ют мою ис­крен­нюю при­зна­тель­ность им за их снис­хо­ди­тель­ное вни­ма­ние. Пер­вые 5000 экз. “Доб­ро­го ис­по­ве­да­ния” дав­но уже разо­шлись, не дав­ши из­да­нию про­быть у ме­ня 10 ме­ся­цев. И так как спрос на кни­гу про­дол­жа­ет­ся, то я при­сту­паю ко 2‑му из­да­нию. В пре­ди­сло­вии к 1-му из­да­нию я усерд­но про­сил ука­зать мне недо­стат­ки кни­ги, на слу­чай но­во­го из­да­ния. Част­ные пись­ма не ука­зы­ва­ли мне недо­стат­ков, а лишь одоб­ря­ли и под­дер­жи­ва­ли кни­гу в дан­ном ее со­дер­жа­нии. Из пе­чат­ных от­зы­вов толь­ко один, при­над­ле­жа­щий ано­ним­но­му ав­то­ру в га­зе­те “Рус­ское Зна­мя”, на­зы­вал мою кни­гу “Злым ис­по­ве­да­ни­ем”, со­ве­то­вал рвать кни­гу, и глав­ным об­ра­зом за то, что в ней при­зна­на за свя­щен­но­дей­стви­ем мо­на­ше­ско­го по­стри­же­ния бла­го­дать Бо­жия.
Дей­стви­тель­но, в мо­ей кни­ге ска­за­но, что “мо­на­ше­ством мы на­зы­ва­ем хри­сти­ан­ский по­двиг без­брач­ной жиз­ни, с це­лью со­блю­де­ния це­ло­муд­рен­но­го воз­дер­жа­ния и бо­лее удоб­но­го, чем в су­пру­же­стве, про­хож­де­ния зем­ной жиз­ни, со­вер­шен­ство­ва­ния и до­сти­же­ния спа­се­ния” и что “Цер­ковь бла­го­слов­ля­ет этот по­двиг осо­бым свя­щен­но­дей­стви­ем и ис­пра­ши­ва­ет при­ни­ма­ю­ще­му мо­на­ше­ство бла­го­дать Бо­жию, по­мо­га­ю­щую ему успеш­но про­хо­дить этот по­двиг хри­сти­ан­ско­го со­вер­шен­ство­ва­ния”. Ка­за­лось бы, что здесь непра­виль­но? Ес­ли же­ня­щий­ся нуж­да­ет­ся в бла­го­да­ти Бо­жи­ей и по­лу­ча­ет ее в та­ин­стве бра­ка, то неуже­ли не нуж­да­ет­ся в по­мо­щи Бо­жи­ей ищу­щий це­ло­муд­рия и неуже­ли не по­лу­ча­ет ее в свя­щен­но­дей­ствии “ан­гель­ско­го чи­на”?! Я не мо­гу при­знать ни од­но­го хри­сти­ан­ско­го свя­щен­но­дей­ствия без­бла­го­дат­ным, ина­че по­лу­чит­ся, что у нас учре­жде­ны ка­кие-то “ко­ме­дий­ные дей­ства”, толь­ко изо­бра­жа­ю­щие что‑то, но не бла­го­дат­ству­ю­щие, не при­бли­жа­ю­щие че­ло­ве­ка к Бо­гу и спа­се­нию. За­чем же та­кие без­бла­го­дат­ные “дей­ствия” и воз­мож­ны ли они в Церк­ви? Та­ко­вых не мо­жет быть! По­се­му я, при вы­яс­не­нии хри­сти­ан­ско­го ми­ро­воз­зре­ния, опре­де­лен­но ука­зал, что бла­го­дать Бо­жия по­лу­ча­ет­ся в Церк­ви меж­ду дру­ги­ми сред­ства­ми и чрез свя­щен­но­дей­ствия хри­сти­ан­ские, а за­тем пе­ре­чис­лил и обос­но­вал От­кро­ве­ни­ем осо­бен­но те из пра­во­слав­ных свя­щен­но­дей­ствий, ко­то­рые хо­тя и от­вер­га­ют­ся неисто­во сек­тан­та­ми, но и об­ли­ча­ют сек­тан­тов, а имен­но: 7 та­инств и свя­щен­но­дей­ствия мо­на­ше­ства, во­до­освя­ще­ния, по­гре­бе­ния, крест­но­го зна­ме­ния. Во всех сих свя­щен­ных дей­стви­ях ис­пра­ши­ва­ет­ся бла­го­дать Гос­под­ня и да­ет­ся лю­дям. Из­ло­жен­ные ос­но­ва­ния по­бу­ди­ли ме­ня не вы­бра­сы­вать ни од­ной стро­ки из со­от­вет­ству­ю­щих сим пред­ме­там глав, но оста­вить их в преж­не­го из­да­ния мо­ти­ви­ров­ке».
Ни­ко­лай Юрье­вич по­лу­чил мно­же­ство от­зы­вов на свою кни­гу. Диа­кон Ан­то­ний Ро­ма­нен­ко пи­сал: «Озна­ко­мив­шись с Ва­ши­ми ру­ко­вод­ства­ми, я при­шел к за­клю­че­нию, что это пре­вос­хо­дит все на­пи­сан­ное до­ныне… Опы­ты по Ва­шим ру­ко­вод­ствам в шко­ле, в ко­то­рой я со­стою за­ко­но­учи­те­лем, да­ли пре­крас­ные ре­зуль­та­ты и, мож­но ска­зать, пре­взо­шли все мои ожи­да­ния».
Вы­да­ю­щий­ся мис­си­о­нер и ис­по­вед­ник пра­во­сла­вия – епи­скоп При­лук­ский Силь­вестр (Оль­шев­ский) пи­сал Ни­ко­лаю Юрье­ви­чу: «Сер­деч­но бла­го­да­рю Вас за при­слан­ные мне Ва­ми Ва­ши пре­крас­ные мис­си­о­нер­ские книж­ки. Ва­ши­ми тру­да­ми мы по­не­мно­гу поль­зу­ем­ся, так как они очень по серд­цу при­шлись мо­им со­труд­ни­кам по мис­си­о­нер­ско­му де­лу. Укре­пи Вас Гос­подь про­дол­жать свое свя­тое де­ло!»
Ни­ко­лай Юрье­вич был од­ним из ак­тив­ных участ­ни­ков мис­си­о­нер­ских съез­дов, вклю­чая 5-й съезд, про­хо­див­ший ле­том 1917 го­да в Би­зю­ков­ском мо­на­сты­ре в Хер­сон­ской гу­бер­нии. По­сле Фев­раль­ской ре­во­лю­ции и при­хо­да к вла­сти без­бож­но­го пра­ви­тель­ства про­све­ти­тель­скую де­я­тель­ность Ни­ко­лаю Юрье­ви­чу ста­но­ви­лось ве­сти все труд­нее.
24 ап­ре­ля 1917 го­да в по­ме­ще­нии Вар­на­вин­ско­го об­ще­ства трез­во­сти за Се­ме­нов­ской за­ста­вой про­хо­ди­ли лек­ций из­вест­ных мис­си­о­не­ров и про­фес­со­ров. Пред­се­да­те­лем чте­ний был Ни­ко­лай Юрье­вич, в пре­зи­ди­у­ме си­де­ли из­вест­ные про­фес­со­ра и свя­щен­ни­ки. В за­ле при­сут­ство­ва­ло око­ло ты­ся­чи слу­ша­те­лей – муж­чин и жен­щин, в ос­нов­ном ра­бо­чих. Пе­ред на­ча­лом лек­ций Ни­ко­лай Юрье­вич пред­ло­жил по­мо­лить­ся Бо­гу, за­тем, об­ра­тив­шись к со­брав­шим­ся, ска­зал: «Бра­тья и сест­ры, сей­час бу­дет лек­ция про­фес­со­ра Куз­не­цо­ва по во­про­су объ­еди­не­ния Церк­ви».
Лек­тор, кос­нув­шись ис­то­рии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, при­звал пра­во­слав­ных объ­еди­нять­ся во­круг Церк­ви. Он го­во­рил об объ­еди­не­нии и но­вом об­ще­ствен­ном строе, за­ме­тив, что он вряд ли на­ро­ду при­не­сет мно­го хо­ро­ше­го. По­сле до­кла­да на­ча­лись пре­ния и бы­ло мно­го вы­сту­пав­ших, неко­то­рые из ко­то­рых весь­ма от­кро­вен­но вы­ска­зы­ва­ли свои мне­ния о про­ис­хо­дя­щих со­бы­ти­ях. Ино­гда из за­ла раз­да­ва­лись гром­кие про­те­сты, но вся­кий раз Ни­ко­лай Юрье­вич вста­вал и весь­ма ми­ро­лю­би­во ста­рал­ся успо­ко­ить ауди­то­рию.
Пред­се­да­тель мест­но­го Со­ве­та ра­бо­чих и сол­дат­ских де­пу­та­тов Сте­па­нов, при­сут­ство­вав­ший в за­ле, ре­шил, что на чте­ни­ях про­во­дит­ся аги­та­ция за воз­вра­ще­ние ста­ро­го строя, и по­слал за на­ря­дом ми­ли­ции. Во вре­мя ре­чи чет­вер­то­го ора­то­ра в зал во­рвал­ся во­ору­жен­ный на­ряд ми­ли­ци­о­не­ров; на­ста­вив ре­воль­ве­ры на чле­нов пре­зи­ди­у­ма, они за­кри­ча­ли: «Ни с ме­ста, вы аре­сто­ва­ны!» Сте­па­нов вско­чил на стол и за­чи­тал бу­ма­гу, что по­ме­ще­ния Вар­на­вин­ско­го об­ще­ства трез­во­сти рек­ви­зи­ро­ва­ны для куль­тур­но-про­све­ти­тель­ских це­лей. В это вре­мя раз­да­лись кри­ки: «Ухо­ди­те! Бу­дут стре­лять!» В за­ле на­ча­лась па­ни­ка. Часть лю­дей, да­вя друг дру­га, бро­си­лась на лест­ни­цу, но боль­шин­ство пе­ре­шло в со­сед­ний до­мо­вый храм и, опу­стив­шись на ко­ле­ни, ста­ло мо­лить­ся. Стра­жа, окру­жив­шая аре­сто­ван­ных мис­си­о­не­ра Вар­жан­ско­го и про­фес­со­ра Куз­не­цо­ва, за­яви­ла им, что они про­тив лек­ции по су­ще­ству ни­че­го не име­ют, но она от­вле­ка­ет на­род от его глав­но­го де­ла – от ре­во­лю­ции. «Вы зо­ве­те на­род в бес­пар­тий­ные цер­ков­ные ор­га­ни­за­ции, – ска­зал один из них, – а на­ро­ду нуж­но за­ни­мать­ся по­ли­ти­кой. Ко­гда Рос­сия бу­дет устро­е­на, то­гда и мо­же­те это де­лать».
При объ­яс­не­нии со стра­жей Вар­жан­ский и Куз­не­цов за­ме­ти­ли, что преж­ний го­судар­ствен­ный строй пре­пят­ство­вал сво­бо­де сло­ва и Церк­ви, но, как это неуди­ви­тель­но, это по­вто­ря­ет­ся и те­перь. «Мы ни­ка­ко­го на­си­лия не со­вер­ша­ем», – воз­ра­зи­ли страж­ни­ки, толь­ко что разо­гнав­шие слу­ша­те­лей и дер­жав­шие аре­сто­ван­ных под ду­ла­ми ре­воль­ве­ров. Вско­ре все аре­сто­ван­ные бы­ли осво­бож­де­ны.
Во вре­мя По­мест­но­го Со­бо­ра 1917 го­да Ни­ко­лай Юрье­вич ис­пол­нял обя­зан­но­сти де­ло­про­из­во­ди­те­ля От­де­ла о внеш­ней и внут­рен­ней мис­сии и о цер­ков­ной дис­ци­плине.
В ок­тяб­ре 1917 го­да боль­ше­ви­ки за­хва­ти­ли Кремль. В эти дни они об­стре­ля­ли Ни­коль­ские во­ро­та, по­вре­див сна­ря­да­ми чу­до­твор­ный об­раз свя­ти­те­ля Ни­ко­лая. 1 мая, ко­то­рое но­вая власть по­тре­бо­ва­ла празд­но­вать как ин­тер­на­цио­наль­ный празд­ник, при­шлось в 1918 го­ду на Страст­ную сре­ду. Вла­сти по­ве­ле­ли за­крыть чу­до­твор­ный об­раз свя­ти­те­ля Ни­ко­лая на Ни­коль­ских во­ро­тах крас­ным по­лот­ни­щем с над­пи­сью «Да здрав­ству­ет пер­во­май­ский ин­тер­на­цио­наль­ный празд­ник!». Но слу­чи­лось чу­до – об­раз сам со­бой осво­бо­дил­ся от крас­но­го по­лот­ни­ща.
Ни­ко­лай Вар­жан­ский опи­сал это в вы­пу­щен­ном им лист­ке, ко­то­рый на­зы­вал­ся «Ска­за­ние о чу­до­твор­ном об­ра­зе свя­то­го Угод­ни­ка Бо­жия свя­ти­те­ля Ни­ко­лая над Ни­коль­ски­ми во­ро­та­ми в Москве». Впо­след­ствии вла­сти пуб­ли­ка­цию об этом чу­де по­ста­ви­ли Ни­ко­лаю Юрье­ви­чу в ви­ну. В этом лист­ке он пи­сал: «Всю ночь со Страст­но­го втор­ни­ка на Страст­ную сре­ду Крас­ная пло­щадь охра­ня­лась и ни­кто не мог сю­да по­дой­ти. Утром в Страст­ную сре­ду за­ме­ти­ли, что по­ве­шен­ное це­лое крас­ное по­лот­ни­ще про­рва­лось так, что чу­до­твор­ный об­раз Угод­ни­ка Бо­жия Ни­ко­лая стал ви­ден для всех и сде­лал­ся, по за­ме­ча­нию мно­гих, несрав­нен­но свет­лее, чем был до­се­ле. Крас­ное по­лот­ни­ще на­ча­ло рвать­ся ча­стя­ми, кус­ка­ми, лен­та­ми и упа­ло со­всем. Сна­ча­ла хо­те­ли объ­яс­нить, что по­лот­ни­ще разо­рва­но вет­ром, а по­том бы­ло на­пе­ча­та­но, что буд­то по­лот­ни­ще по­ве­ше­но про­ре­зан­ное, хо­тя ты­ся­чи на­ро­да ви­де­ли, что оно бы­ло це­лое, не про­ре­зан­ное. Как бы ни бы­ло, но Гос­подь не по­пустил по­кры­тия баг­ря­ни­цею чу­до­твор­ных об­ра­зов. Раз­ле­те­лось крас­ное по­лот­ни­ще, ко­то­рым при­кры­та бы­ла чу­до­твор­ная ико­на свя­то­го Угод­ни­ка Ни­ко­лая.
Спас Чу­до­тво­рец Ни­ко­лай неко­гда от та­тар, спа­сет и те­перь, ес­ли толь­ко бу­дем усерд­но мо­лить­ся ему и бу­дем сто­ять за свя­тую Ве­ру Пра­во­слав­ную и за свя­ты­ни на­ши да­же до смер­ти».
31 мая 1918 го­да Ни­ко­лай Юрье­вич за­шел на квар­ти­ру про­то­и­е­рея Иоан­на Вос­тор­го­ва, где в это вре­мя шел обыск и где при­сут­ство­ва­ли неко­то­рые дру­гие го­сти от­ца Иоан­на, и был здесь аре­сто­ван и за­тем за­клю­чен в Бу­тыр­скую тюрь­му. Ор­дер на его арест был вы­пи­сан лишь на сле­ду­ю­щий день.
Об­ви­не­ния Ни­ко­лаю Юрье­ви­чу со­би­ра­лись из пуб­ли­ка­ций га­зет, вы­хо­див­ших по­сле Фев­раль­ской ре­во­лю­ции. В част­но­сти, в га­зе­те «Ве­чер­ние но­во­сти» от 14 июня 1917 го­да бы­ло опуб­ли­ко­ва­но та­кое со­об­ще­ние: «В од­ном из по­след­них за­се­да­ний рек­ви­зи­ци­он­ной ко­мис­сии при ис­пол­ни­тель­ном ко­ми­те­те мос­ков­ских об­ще­ствен­ных ор­га­ни­за­ций об­суж­дал­ся во­прос о рек­ви­зи­ции Вар­на­вин­ско­го об­ще­ства, где в на­ча­ле ре­во­лю­ции был аре­сто­ван во вре­мя до­кла­да про­фес­сор Ду­хов­ной ака­де­мии Куз­не­цов. В за­се­да­ние рек­ви­зи­ци­он­ной ко­мис­сии бы­ла до­пу­ще­на де­пу­та­ция от Вар­на­вин­ско­го об­ще­ства во гла­ве с мис­си­о­не­ром Вар­жан­ским, пред­ста­вив­шим свои со­об­ра­же­ния о недо­пу­сти­мо­сти рек­ви­зи­ции.
Сто­рон­ни­ки рек­ви­зи­ции ука­за­ли, что Вар­на­вин­ское об­ще­ство яв­ля­ет­ся оча­гом контр­ре­во­лю­ции – ме­стом, от­ку­да ис­хо­дит от­кры­тая по­гром­ная про­па­ган­да, по­че­му и на­ста­и­ва­ют на за­кры­тии об­ще­ства. Один из чле­нов ко­мис­сии пред­ла­гал преж­де раз­ре­ше­ния во­про­са о рек­ви­зи­ции по­ру­чить ко­мис­сии по обес­пе­че­нию но­во­го строя про­ве­рить за­яв­ле­ния о по­гром­ной де­я­тель­но­сти об­ще­ства. В ре­зуль­та­те го­ло­со­ва­ния во­прос о рек­ви­зи­ции Вар­на­вин­ско­го об­ще­ства был ре­шен от­ри­ца­тель­но».
На ос­но­ва­нии этой пуб­ли­ка­ции сле­до­ва­тель ЧК вы­вел сле­ду­ю­щее об­ви­не­ние Ни­ко­лаю Юрье­ви­чу: «Ре­ак­ци­о­нер чи­стей­шей во­ды, ве­дет все­гда по­гром­ную и чер­но­со­тен­ную аги­та­цию. Глав­ным ему гнез­дом яви­лось Вар­на­вин­ское об­ще­ство трез­во­сти».
7 июня сле­до­ва­тель ЧК до­про­сил Ни­ко­лая Юрье­ви­ча. От­ве­чая на его во­про­сы, ис­по­вед­ник ска­зал, что ему 37 лет, что он яв­ля­ет­ся мос­ков­ским епар­хи­аль­ным мис­си­о­не­ром, сек­то­ве­дом. По­сле окон­ча­ния ака­де­мии все вре­мя за­ни­мал­ся сек­то­ве­де­ни­ем и про­по­ве­до­ва­ни­ем пра­во­сла­вия. «Вы­сту­пая с про­по­ве­дью, – ска­зал Ни­ко­лай Юрье­вич, – я ни­ко­гда не ка­сал­ся по­ли­ти­че­ских во­про­сов, за ис­клю­че­ни­ем тех пунк­тов, ко­то­рые со­при­ка­са­ют­ся с цер­ков­ной жиз­нью. С Вос­тор­го­вым я по­зна­ко­мил­ся еще бу­дучи сту­ден­том, ко­гда он был мос­ков­ским епар­хи­аль­ным мис­си­о­не­ром, ин­те­ре­су­ясь ре­ли­ги­оз­ны­ми во­про­са­ми. В ка­ких по­ли­ти­че­ских пар­ти­ях в это вре­мя со­сто­ял Вос­тор­гов, ме­ня ма­ло ин­те­ре­со­ва­ло. Ли­стов­ку “Ска­за­ние о чу­до­твор­ном об­ра­зе свя­то­го Угод­ни­ка Бо­жия свя­ти­те­ля Ни­ко­лая Чу­до­твор­ца” ре­дак­ти­ро­вал я. Из­да­вая ли­стов­ку, я пре­сле­до­вал це­ли осве­до­ми­тель­но­го ха­рак­те­ра и под­дер­жа­ния ре­ли­ги­оз­ных чувств в на­ро­де».
По­чти сра­зу по­сле аре­ста Ни­ко­лая Юрье­ви­ча в след­ствен­ную ко­мис­сию ста­ло об­ра­щать­ся мно­же­ство лю­дей и ор­га­ни­за­ций с прось­бой о его осво­бож­де­нии. В ЧК об­ра­ти­лись рек­тор и чле­ны Прав­ле­ния Мос­ков­ской Ду­хов­ной се­ми­на­рии, Со­юз цер­ков­но­при­ход­ских об­щин, объ­еди­нив­ших­ся при мос­ков­ской Пре­об­ра­жен­ской, что в Пре­об­ра­жен­ском, церк­ви, Со­вет объ­еди­нен­ных при­хо­дов, Со­вет Вар­на­вин­ско­го на­род­но­го об­ще­ства трез­во­сти. К этим мно­го­чис­лен­ным прось­бам об осво­бож­де­нии неви­нов­но­го ис­по­вед­ни­ка при­со­еди­нил­ся и Пат­ри­арх Ти­хон. Но всем про­си­те­лям от ли­ца чле­нов след­ствен­ной груп­пы ЧК Роз­ми­ро­ви­ча и Цейт­ли­на был один от­вет – от­кло­нить. 14 ав­гу­ста в Вер­хов­ный Ре­во­лю­ци­он­ный Три­бу­нал об­ра­ти­лась су­пру­га аре­сто­ван­но­го, Зи­на­и­да Нео­фи­тов­на, с прось­бой предо­ста­вить ей лич­ное сви­да­ние с му­жем, но ей в этом бы­ло от­ка­за­но.
20 июня сле­до­ва­тель ЧК Ко­са­рев, вед­ший де­ло, пред­ло­жил всех об­ви­ня­е­мых по де­лу, свя­зан­ных с про­то­и­е­ре­ем Ион­ном Вос­тор­го­вым, вклю­чая Ни­ко­лая Вар­жан­ско­го, рас­стре­лять.
23 июля 1918 го­да Кол­ле­гия след­ствен­но­го от­де­ла ЧК по­ста­но­ви­ла: де­ло Вар­жан­ско­го пре­кра­тить и сдать в ар­хив. 8 сен­тяб­ря след­ствен­ная ко­мис­сия об­ра­ти­лась во ВЦИК за раз­ре­ше­ни­ем лик­ви­ди­ро­вать де­ла вне­су­деб­ным по­ряд­ком, и де­ло из ве­де­ния Ре­во­лю­ци­он­но­го три­бу­на­ла вер­ну­лось в ЧК. 3 де­каб­ря 1918 го­да Пре­зи­ди­ум кол­ле­гии от­де­ла по борь­бе с контр­ре­во­лю­ци­ей при­го­во­рил Ни­ко­лая Вар­жан­ско­го к рас­стре­лу.
По­чти сра­зу по­сле аре­ста Ни­ко­лая Юрье­ви­ча, 6 июня 1918 го­да, ему бы­ла по­сла­на в тюрь­му ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри «Взыс­ка­ние по­гиб­ших» с над­пи­сью: «Усерд­но мо­лим­ся за до­ро­гих стра­сто­терп­цев». Узнав, что при­го­во­рен к рас­стре­лу, Ни­ко­лай Юрье­вич пе­ре­дал об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри су­пру­ге, на­пи­сав на дру­гой его сто­роне: «Да со­хра­нит те­бя и за­сту­пит Сво­им Ма­тер­ним По­кро­вом Пре­чи­стая За­ступ­ни­ца Ма­терь Све­та. Мо­лись, до­ро­гая Зи­ноч­ка, го­луб­ка моя, Бо­го­ро­ди­це, Она по­кро­ет твое вдов­ство ран­нее и си­ро­ток. Про­сти ме­ня, до­ро­гая моя, и за ме­ня мо­лись».
Ни­ко­лай Юрье­вич Вар­жан­ский был рас­стре­лян, а за­тем по­гре­бен на пу­сты­ре за огра­дой Ка­лит­ни­ков­ско­го клад­би­ща в Москве. На мо­ги­ле род­ствен­ни­ка­ми был уста­нов­лен ме­тал­ли­че­ский крест с над­пи­сью, но впо­след­ствии крест был сло­ман, ме­сто за­хо­ро­не­ния утра­че­но.


Со­ста­ви­тель игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка Мос­ков­ской епар­хии. Июнь-Ав­густ». Тверь, 2003 год, стр. 173-183.

Биб­лио­гра­фия

Ни­ко­лай Вар­жан­ский. Доб­рое ис­по­ве­да­ние. М., 1912.
ЦА ФСБ РФ. Арх. № Н521. Т. 10.

При­ме­ча­ния

[1] Про­то­и­е­рей Нео­фит Лю­би­мов был рас­стре­лян в Москве в 1918 го­ду.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru

Случайный тест