Посещаем музей или выставку

Посещаем музей или выставку

(3 голоса4.3 из 5)

Как сде­лать семей­ное посе­ще­ние музея ярким запо­ми­на­ю­щимся собы­тием, чтобы встреча с искус­ством была для ребенка инте­рес­ной и насыщенной?

Ситу­а­ция. Мно­гие роди­тели охотно берут с собой детей на выставки в музеи, однако не все могут пра­вильно орга­ни­зо­вать эти посе­ще­ния. Взрос­лые часто не знают, как общаться с детьми в музее, о чем можно там с ними пого­во­рить. В резуль­тате у детей оста­ются очень рас­плыв­ча­тые впе­чат­ле­ния от посе­ще­ния музеев и обще­ние с шедев­рами искус­ства не ока­зы­вает боль­шого вли­я­ния на их худо­же­ствен­ное развитие.

Вот один при­мер. Моск­вичка Наташа, уче­ница З‑го класса, часто ходит с мамой на выставки. Она была в Музее изоб­ра­зи­тель­ных искусств им. А.С. Пуш­кина, в Госу­дар­ствен­ной Тре­тья­ков­ской гале­рее, Выста­воч­ном зале на Малой Гру­зин­ской. Но ни одной кар­тины она не запом­нила. От Музея изоб­ра­зи­тель­ных искусств у нее в памяти оста­лись только вос­по­ми­на­ния о том, что ходили в музей с подру­гой мамы и что там было много кар­тин, напи­сан­ных яркими крас­ками. Вот и все. А ведь после посе­ще­ния музея про­шло всего две недели. Как же сде­лать встречу с искус­ством для ребенка инте­рес­ной и насыщенной?

Ана­лиз ситу­а­ции. Под­го­товка к посе­ще­нию музея. Пер­вый при­ход в музей дол­жен стать собы­тием в жизни ребенка. Поэтому неже­ла­тельно сов­ме­щать его с дру­гими зна­чи­мыми собы­ти­ями — напри­мер, с нача­лом учебы в школе, с воз­вра­ще­нием из лет­него лагеря или с дачи и т.п. Лучше, чтобы «откры­тие» музея ребен­ком про­изо­шло на фоне отно­си­тельно ров­ного тече­ния жизни. Тогда в созна­нии ребенка могут запе­чат­леться образы выда­ю­щихся про­из­ве­де­ний, кото­рые зай­мут цен­траль­ное место в смыс­ло­по­рож­да­ю­щих систе­мах пони­ма­ния искус­ства и тем самым будут опре­де­лять даль­ней­шее худо­же­ствен­ное раз­ви­тие ребенка.

Жела­тельно зара­нее пре­ду­пре­дить ребенка о гото­вя­щемся посе­ще­нии. Хорошо пока­зать ему одну-две репро­дук­ции из тех кар­тин, кото­рые вы пред­по­ла­га­ете посмот­реть в музее. При этом надо обя­за­тельно объ­яс­нить, что репро­дук­ция гораздо меньше под­лин­ника, менее яркая и отчет­ли­вая. Пусть ваш ребе­нок при­гла­сит кого-нибудь из дру­зей. Очень важно, чтобы он мог пойти в музей именно со сво­ими дру­зьями, а не с вашими. Ребенку надо иметь воз­мож­ность поде­литься впе­чат­ле­ни­ями с чело­ве­ком, в отно­ше­нии кото­рого он пред­по­ла­гает рав­ные права на оценку про­из­ве­де­ния. Ему проще выска­зать свое мне­ние сверст­нику, нежели взрос­лому. Ребе­нок и пони­мает сверст­ника лучше.

Осо­бен­но­сти пер­вого посе­ще­ния музея. Сле­дует пом­нить, что в музее помимо кар­тин и скульп­тур есть мно­же­ство дру­гих вещей, кото­рые при­вле­кают вни­ма­ние малень­ких посе­ти­те­лей: боль­шие лест­ницы, огром­ные залы, необыч­ный инте­рьер. Да и сама обста­новка непри­вычна для детей: люди ходят осто­рожно, о чем-то тихо пере­го­ва­ри­ва­ются. Как тут вести себя — непо­нятно. Поэтому хорошо так соста­вить план посе­ще­ния, чтобы дети могли посте­пенно осва­и­вать про­стран­ство музея.

Надо дать детям поси­деть на дива­нах (если, конечно, раз­ре­ша­ется пра­ви­лами музея), осмот­реть лест­ницы, стены и люстры, погля­деть на работу кас­си­ров. Пусть ребе­нок сам подаст билеты кон­тро­леру, посмот­рит в окно на улицу. Без всего этого малень­кому посе­ти­телю музея будет трудно сосре­до­то­читься на вос­при­я­тии кар­тин — он будет посто­янно отвле­каться. Ино­гда эти впе­чат­ле­ния могут ока­заться самыми глав­ными для ребенка. Вот, к при­меру, мои впе­чат­ле­ния о пер­вом посе­ще­нии Госу­дар­ствен­ного Эрмитажа.

“В 50‑х годах наша семья жила в Ленин­граде (теперь Санкт-Петер­бург). Мой отец, мор­ской офи­цер, учился тогда в Ака­де­мии. Я еще не ходил в школу. Мы сни­мали малень­кую ком­нату в ком­му­наль­ной квар­тире на Боль­шой Подья­че­ской. Помню, жили очень дружно и я не заме­чал убо­го­сти обста­новки нашего дома. И вот одна­жды роди­тели повели меня в Эрми­таж. Дво­рец сна­ружи был мне зна­ком, так как я не ходил в дет­ский сад и поэтому много гулял с мамой по городу. И вот мы вошли… Передо мной неожи­данно пред­стала вол­шеб­ная лест­ница: белое с золо­том! Глав­ная лест­ница Зим­него дворца. Я оро­бел от этого вели­ко­ле­пия и не мог сдви­нуться с места. Видимо, роди­тели поняли мое состо­я­ние. Отец взял меня за руку и уве­ренно повел впе­ред, мама пошла с дру­гой сто­роны. Я успо­ко­ился и под таким надеж­ным при­кры­тием взо­шел на лест­ницу. Меня не торо­пили и дали налю­бо­ваться всеми этими бес­ко­неч­ными золо­тыми зави­туш­ками. Что было потом, я почти не помню.

По окон­ча­нии Ака­де­мии отца пере­вели на службу в дру­гой город, и вто­рой раз я попал в Эрми­таж, будучи уже уче­ни­ком деся­того класса. Лест­ница опять неожи­данно пред­стала передо мной во всем своем бело-золо­том вели­ко­ле­пии. Я вдруг вспом­нил свои впе­чат­ле­ния от пер­вого посе­ще­ния музея. Отец слева. У него силь­ная теп­лая рука. Мама справа. Все пока­за­лось таким зна­ко­мым и род­ным! И теперь, много лет спу­стя, при каж­дом посе­ще­нии Эрми­тажа я испы­ты­ваю все те же пере­жи­ва­ния. Наверно, поэтому огром­ный импер­ский музей кажется мне уют­ным и близким.

Роди­тели до сих упор удив­ля­ются тому, как я запом­нил этот момент. Ведь мне было тогда всего около пяти лет. Я очень ценю эти вос­по­ми­на­ния. Мне кажется, что они повли­яли на мое увле­че­ние искусством”.

Обще­ние с детьми в залах музея. Мно­гие дети либо совсем не имеют цели по отно­ше­нию к вос­при­ни­ма­е­мой кар­тине, либо эти цели очень неопре­де­ленны. Поэтому взрос­лому надо поста­раться так орга­ни­зо­вать про­смотр, чтобы дети были “наце­лены” прежде всего на вос­при­я­тие худо­же­ствен­ного образа кар­тины. Можно поре­ко­мен­до­вать несколько при­е­мов. Вот пер­вый из них. Выбе­рите в зале кар­тину с ярко выра­жен­ным эмо­ци­о­наль­ным содер­жа­нием. Спро­сите детей, что заме­ча­тель­ного и инте­рес­ного они в ней уви­дели. Есть два типа дет­ских отве­тов. В одних при­сут­ствуют ука­за­ния на настро­е­ние, кото­рое вызы­вает кар­тина, на чув­ства и пере­жи­ва­ния героев, на дей­ствия, смысл кото­рых опре­де­ля­ется всей кар­ти­ной в целом. Все это раз­лич­ные аспекты худо­же­ствен­ного образа. В дру­гих отве­тах дети могут ука­зы­вать на отдель­ные детали кар­тины, на соот­вет­ствие или несо­от­вет­ствие цвета изоб­ра­же­ния пред­мет­ной окраске соот­вет­ству­ю­щего объ­екта дей­стви­тель­но­сти. Это уже част­но­сти, хотя и име­ю­щие место, но не опре­де­ля­ю­щие сути худо­же­ствен­ного образа. Взрос­лому надо под­дер­жать ука­за­ния именно на осо­бен­но­сти худо­же­ствен­ного образа, дать детям понять, что это самое глав­ное в кар­тине. По ходу беседы можно рас­ска­зать факты из исто­рии работы худож­ника над кар­ти­ной, из его био­гра­фии, дать све­де­ния о методе работы худож­ника. Но все это должно быть свя­зано именно с целост­ным обра­зом картины.

Напри­мер, обсуж­да­ется кар­тина Ю. Пиме­нова “Новая Москва” (Госу­дар­ствен­ная Тре­тья­ков­ская гале­рея). Дети могут отме­тить, что изоб­ра­жено “как будто дождь про­шел”, “все умыто”, чисто, свежо. Надо обя­за­тельно похва­лить такие ответы, а затем раз­вить эту мысль: “Здесь Москва изоб­ра­жена так, как будто новая жизнь начи­на­ется». Ука­за­ния детей на отдель­ные части изоб­ра­же­ния надо оце­нить как вер­ные, но вто­ро­сте­пен­ные. Напри­мер, неко­то­рые дети могут ска­зать, что на кар­тине “Новая Москва” изоб­ра­жена жен­щина за рулем и что это редко бывает. На это можно отве­тить очень про­сто: “Да, редко так бывает, но именно поэтому худож­ник напи­сал за рулем жен­щину. Чтобы под­черк­нуть ощу­ще­ние новизны и пере­мены во всем”.

А вот дру­гой прием. Пред­ло­жите детям выбрать из всех кар­тин в зале самую радост­ную по их мне­нию (если, конечно, в этом зале есть кар­тины, содер­жа­ние кото­рых можно интер­пре­ти­ро­вать как радост­ные). Пусть дети сна­чала обсу­дят между собой, какая из кар­тин отве­чает задан­ному опре­де­ле­нию. А потом попро­сите их обос­но­вать свое мне­ние. Можно пред­ло­жить детям выбрать самую суро­вую или тре­вож­ную по настро­е­нию картину.

Сле­дует пом­нить, что дети сильно раз­ли­ча­ются по уме­нию пони­мать образ­ное содер­жа­ние кар­тины. Это может быть обу­слов­лено раз­ни­цей в опыте их изоб­ра­зи­тель­ной дея­тель­но­сти и вос­при­я­тия искус­ства, инди­ви­ду­аль­ными осо­бен­но­стями раз­ви­тия эмо­ци­о­наль­ной сферы, начи­тан­но­стью и мно­гим дру­гим. Поэтому не стоит сер­диться, если ваш ребе­нок выска­зы­вает наив­ные и, как вам кажется, глу­пые суж­де­ния. Надо попро­бо­вать разо­браться, в чем дело, как в сле­ду­ю­щем примере.

Уче­ник 3‑го класса рас­смат­ри­вает кар­тину М. Сарьяна “Горы. Арме­ния. 1923” в Госу­дар­ствен­ной Тре­тья­ков­ской гале­рее. Маль­чик недо­уме­вает: “Что такое? Одни краски и ничего не понятно!” Ему дей­стви­тельно непо­нятно, так как он стоит близко и не видит всю кар­тину цели­ком. Взрос­лый отво­дит маль­чика подальше от кар­тины и пред­ла­гает еще раз посмот­реть на нее. Юный зри­тель вос­хи­щен: “Как кра­сиво! А полоски — это ока­зы­ва­ется поля в горах! И тут какое-то дей­ствие происходит”.

Роди­тели часто не подо­зре­вают, как тонко дети 7–10 лет могут чув­ство­вать образ кар­тины. Вот один слу­чай. Мама с доч­кой восьми лет смот­рят в Музее изоб­ра­зи­тель­ных искусств имени А.С. Пуш­кина порт­рет Ж. Сомари работы О. Рену­ара. Девочка, пока­зы­вая на кар­тину, спра­ши­вает у мамы: “О чем меч­тает эта тетя?” — “При­чем здесь “меч­тает”? — раз­дра­женно отве­чает мать. — Это зна­ме­ни­тая актриса. Видишь, тени на под­бо­родке сде­ланы фио­ле­то­вым цве­том. Из-за этого мно­гие ругали худож­ника, а теперь он один из самых зна­ме­ни­тых». Девочка стыд­ливо опус­кает глаза — ей уже не до кар­тины. А ведь она очень тонко уло­вила суть образа, создан­ного О. Рену­а­ром. Одно время его кар­тина назы­ва­лась “Меч­та­тель­ница”. А обре­ме­нен­ная своей эру­ди­цией мама не заме­тила, что дочка стоит на пороге сво­его, само­сто­я­тель­ного откры­тия, кар­тины. Можно было про­сто отве­тить: “Да, дей­стви­тельно меч­тает. Давай посмот­рим на кар­тину и поду­маем, о чем она может меч­тать”. Кто знает, до какой глу­бины могло бы рас­крыться это про­из­ве­де­ние для ребенка.

Взрос­лым вообще сле­дует быть очень осто­рож­ными в своих оцен­ках кар­тин и твор­че­ства худож­ни­ков. Дело в том, что дети 7–10 лет часто вос­при­ни­мают суж­де­ния взрос­лого, не соот­нося смысл этих суж­де­ний с содер­жа­нием ана­ли­зи­ру­е­мого пред­мета. При­хо­дится слы­шать от малень­ких зри­те­лей выра­же­ния, в кото­рых оценки искус­ства, выска­зан­ные мимо­хо­дом их экзаль­ти­ро­ван­ными роди­те­лями, воз­ве­дены в ранг общих прин­ци­пов и зако­нов. Напри­мер: “Импрес­си­о­низм — вот это да, а все осталь­ное ерунда!” Или: “В ста­рое время были насто­я­щие мастера, а сей­час одни хал­тур­щики”. Это мешает детям отне­стись к содер­жа­нию кар­тины на основе соб­ствен­ного чув­ствен­ного вос­при­я­тия. А без такого отно­ше­ния невоз­можно вос­пи­та­ние раз­ви­того худо­же­ствен­ного вкуса.

Неосто­рож­ные суж­де­ния роди­те­лей об искус­стве в при­сут­ствии детей часто при­во­дят к про­ник­но­ве­нию в созна­ние так назы­ва­е­мой идеи “наив­ного фор­ма­лизма” (или “наив­ной эсте­ти­за­ции”), суть кото­рой заклю­ча­ется в отри­ца­нии связи жизни и искус­ства вообще. Обычно это выра­жа­ется в оценке про­из­ве­де­ния с точки зре­ния изощ­рен­но­сти формы. Если “наив­ный реа­лизм” харак­те­рен для мас­со­вой пуб­лики, то фор­ма­лиз­мом больше увле­ка­ется неболь­шая рафи­ни­ро­ван­ная часть люби­те­лей искус­ства. У млад­ших школь­ни­ков редко встре­ча­ется явно выра­жен­ный фор­ма­лизм. В извест­ных нам слу­чаях дети про­сто вос­про­из­во­дили суж­де­ния своих экзаль­ти­ро­ван­ных роди­те­лей. Более опре­де­ленно можно кон­ста­ти­ро­вать нали­чие идеи “наив­ного фор­ма­лизма” в стар­шем под­рост­ко­вом и юно­ше­ском воз­расте. Правда, в этом слу­чае лучше гово­рить не о наив­ном пони­ма­нии искус­ства, а об излишне заумном.

Часто роди­тели инте­ре­су­ются, какие кар­тины детям можно пока­зы­вать, а какие нельзя. Прин­ци­пи­аль­ных огра­ни­че­ний на этот счет нет. Не стоит только акцен­ти­ро­вать вни­ма­ние на кар­ти­нах с изоб­ра­же­нием обна­жен­ной натуры. Их лучше пока­зы­вать в ряду дру­гих про­из­ве­де­ний. Сле­дует избе­гать обсуж­де­ния кар­тин с изоб­ра­же­нием сцен наси­лия, а также чрез­мерно пере­гру­жен­ных аллегориями.

Нет также прин­ци­пи­аль­ных огра­ни­че­ний на жанры. Дети с удо­воль­ствием смот­рят и пей­зажи, и натюр­морты, и жан­ро­вые про­из­ве­де­ния. Есть, правда, отли­чия в отно­ше­нии детей к живо­писи и гра­фике, свя­зан­ные с осо­бой при­вле­ка­тель­но­стью цвета для детей этого воз­раста. Поэтому, чтобы у ребенка оста­лись бла­го­при­ят­ные впе­чат­ле­ния от музея, пер­вое посе­ще­ние лучше посвя­тить экс­по­зи­ции живо­писи. А гра­фику можно оста­вить до дру­гого раза.

Вто­рое посе­ще­ние музея. Его лучше орга­ни­зо­вать недели через две, пока еще свежи пер­вые впе­чат­ле­ния. Начать экс­кур­сию хорошо с уже зна­ко­мого детям зала. Но задачу надо дать дру­гую. Можно, стоя в цен­тре зала, попро­сить детей опре­де­лить, какие кар­тины, по их мне­нию, могут при­над­ле­жать одному худож­нику? Если дети отве­тят пра­вильно, то можно попро­сить их объ­яс­нить, как они дога­да­лись. Ответы могут быть самые раз­ные. Взрос­лому надо под­дер­жи­вать прежде всего ука­за­ния на общий под­ход худож­ника к живо­писи, на общ­ность худо­же­ствен­ных задач, кото­рые решал мастер. Конечно, при этом надо выбрать соот­вет­ству­ю­щий зал музея. Напри­мер, в Госу­дар­ствен­ной Тре­тья­ков­ской гале­рее дети легко опре­де­ляют общ­ность порт­ре­тов кре­стья­нок, создан­ных А.Е. Архи­по­вым (1862–1930). Они обычно отме­чают, что в его кар­ти­нах яркие соч­ные краски, настро­е­ние весе­лое, все пест­рое, наряд­ное. Это, без­условно, отра­жает и осо­бен­но­сти твор­че­ского метода художника.

У детей воз­ни­кает мно­же­ство вопро­сов о том, как доби­ва­ется худож­ник того или иного эффекта. Для ква­ли­фи­ци­ро­ван­ного ответа, конечно, нужно хорошо знать искус­ство. Если вы затруд­ня­е­тесь дать ответ, то можно “вер­нуть” ребенку его вопрос: “А как ты сам дума­ешь?” Пусть ребе­нок пораз­мыш­ляет у картины.

После посе­ще­ния музея. При пра­виль­ной орга­ни­за­ции экс­кур­сии у детей надолго оста­ются в памяти впе­чат­ле­ния от музея. Но и они со вре­ме­нем зату­хают. Поэтому полезно под­дер­жи­вать инте­рес вашего ребенка к худо­же­ствен­ным музеям в пери­оды между экс­кур­си­ями. Огром­ную роль в этом деле могут сыг­рать книги по искусству.

Хорошо иметь в доме аль­бомы с репро­дук­ци­ями кар­тин из тех музеев, кото­рые посе­тил ваш ребе­нок. Можно поре­ко­мен­до­вать сле­ду­ю­щую работу. Пред­ло­жите ребенку найти в книге или аль­боме репро­дук­ции тех кар­тин, кото­рые он видел в музее. Спро­сите его, кто автор этих кар­тин, что о них известно. Хорошо, если ребе­нок ука­жет на неко­то­рые осо­бен­но­сти образ­ного содер­жа­ния. Обя­за­тельно похва­лите его за это. Если же он ука­жет только на отдель­ные изоб­ра­же­ния, то согла­си­тесь и обра­тите его вни­ма­ние на осо­бен­но­сти образа, кото­рые уда­лось сохра­нить в репро­дук­ции. Можно также спро­сить, похожа ли репро­дук­ция на ори­ги­нал. Если ребе­нок заме­тит, что она не совсем точно пере­дает ори­ги­нал, несколько иска­жает образ, то объ­яс­ните ему, что это свя­зано с труд­но­стями печат­ного дела.

Жела­тельно иметь в домаш­ней биб­лио­теке книги, в кото­рых рас­сказы о про­из­ве­де­ниях искус­ства свя­заны с опи­са­нием раз­лич­ных сто­рон дея­тель­но­сти худож­ни­ков. Для детей 7–10 лет это очень инте­ресно и важно.

Также полезно иметь дет­ские книги с иллю­стра­ци­ями извест­ных худож­ни­ков. Мно­гие выда­ю­щи­еся мастера XX века зани­ма­лись иллю­стри­ро­ва­нием дет­ских книг. Поэтому во мно­гих оте­че­ствен­ных музеях и на выстав­ках дети могут уви­деть про­из­ве­де­ния худож­ни­ков, кото­рых они уже знают по своим люби­мым кни­гам. Пере­жи­ва­ния от таких встреч могут ока­заться очень сильными.

Нако­нец, если дома ребе­нок захо­чет что-либо нари­со­вать по своим впе­чат­ле­ниям от музея, то надо вся­че­ски под­дер­жать его в этом начи­на­нии. Как пра­вило, это будут наив­ные попытки вос­про­из­ве­де­ния сюжета или формы отдель­ных про­из­ве­де­ний. Но тем самым может уста­но­виться очень важ­ная для детей этого воз­раста связь вос­при­я­тия искус­ства с их изоб­ра­зи­тель­ной деятельностью.

Автор: В.А. Гуру­жа­пов, канд. пси­хол. наук,
Пси­хо­ло­ги­че­ский инсти­тут РАО

Источ­ник: сайт www.danilova.ru

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки