Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичику

Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичику

(4 голоса5.0 из 5)

Мит­ро­фор­ный про­то­и­е­рей  Васи­лий Гад­жега сорок лет строил Цер­ковь Хри­стову с помо­щью  веры и пары рук. Строил в пря­мом, а не пере­нос­ном смысле: воз­рож­дал храмы. Его исто­рия –  луч­ший урок вос­пи­та­ния муже­ствен­но­сти для маль­чи­шек всех возрастов.

В новом учеб­ном году наши чада пошли в школы, кол­ле­джи и вузы, а  неко­то­рые  – и  в духов­ные семи­на­рии. Чем вдох­но­вить их на доб­рые начи­на­ния? Навер­ное, нашей молит­вой и  при­ме­рами веру­ю­щих людей, спо­соб­ных соеди­нять  воедино слово и дело.

Моло­дому поко­ле­нию изне­жен­ных юно­шей у ком­пью­тера, редко уме­ю­щих забить гвоздь и поме­нять кран, непро­сто будет в быту. А осо­бенно трудно им  пред­ста­вить, какой была Цер­ковь в 80–90‑е  годы. Наши дети при­выкли к тому, что в хра­мах  сего­дня кра­сиво и благолепно.

Они не застали тех батю­шек  на стро­и­тель­ных лесах под купо­лом, с мозо­лями на паль­цах и по локоть в цементе и побелке, кото­рые выво­зили тонны мусора, соби­рали кладку по кир­пичу и на грани невоз­мож­ного тво­рили  все это бла­го­ле­пие с нуля. Отец Васи­лий Гад­жега – один из таких созидателей.

Куличи на траве

Малая родина отца Васи­лия – село Берез­няки  в Закар­па­тье, родом из тех мест и его фами­лия. «Гад­жега», или «гад­жуга» в пере­воде с укра­ин­ского зна­чит «моло­дая ель», а в пере­воде с бол­гар­ского «гадже» – «люби­мый»: так лас­ково назы­вали детей родители.

И то, и дру­гое батюшке оди­на­ково под­хо­дит: родом из про­стой цер­ков­ной семьи, он рос люби­мым ребен­ком в живо­пис­ном месте, где елей и дру­гих при­род­ных кра­сот было в преизбытке.

IMG 5688 206x300 - Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичику

В церкви  пом­нит себя с мла­ден­че­ства: вме­сте с ним моли­лись и его дедушка-пса­лом­щик, и отец, кото­рый  с 12 лет испол­нял такое же послушание.

Васи­лий был в селе пас­туш­ком – про­сы­па­ясь затемно, выго­нял стадо и брал с собой молит­во­слов. Пас коров со ста­рым дедом Ива­ном, дев­ствен­ни­ком и пост­ни­ком – он  и при­учил к молитве.

В неболь­шом сель­ском храме Воз­не­се­ния Гос­подня  юноша  алтар­ни­чал, никто не застав­лял – про­сто тянуло в цер­ковь.

Веру­ю­щей семье не давали покоя, осо­бенно  пре­успел в этом пред­се­да­тель сель­со­вета, кото­рому парт­ор­га­ни­за­ция  все время ста­вила на вид дей­ству­ю­щую  цер­ковь в его селе. И  от про­стых зем­ля­ков  за цер­ков­ность и веру частенько доста­ва­лось – то и дело при­хо­ди­лось слы­шать насмешки и оскорбления.

До армии  Васи­лий попро­бо­вал посту­пить в духов­ную семи­на­рию в Москве, но перед армей­ской служ­бой его не приняли.

Так что, испол­нив  воин­ский долг, Васи­лий, недолго думая, сбе­жал из Кар­пат в Бого­ро­дицк, горо­док под Тулой – слу­жить в храме вме­сте с дядей, тоже поки­нув­шим малую родину. Мона­стырь в Закар­па­тье, где до того под­ви­зался  дядя, закрыли, так и ока­за­лись они оба  на новом месте.

Вспо­ми­ная юность, батюшка гово­рит, что в Цен­траль­ной Рос­сии почти не сохра­ни­лись ста­рин­ные цер­ков­ные тра­ди­ции, а вот на Укра­ине  в селах ори­ги­наль­ные обы­чаи соблю­да­ются и сей­час. На освя­ще­ние кули­чей и пасок ста­ра­ются прийти все, дома оста­ются только боль­ные и немощ­ные. Тра­пезу в боль­ших кор­зи­нах ста­вят возле храма на траве, там  и освящают.

Пас­халь­ный коло­коль­ный звон зво­нят с утра суб­боты до тех пор, пока зво­нарь с коло­кольни не уви­дит, что послед­ний чело­век с освя­щен­ными кули­чами вошел к себе домой. На Пасху селяне весе­лятся и хри­сто­су­ются, крест­ные раз­дают крест­ни­кам кра­ше­ные яйца и сла­до­сти, но сама празд­нич­ная тра­пеза про­ис­хо­дит дома, в кругу семьи. А в пол­ночь на сель­ском клад­бище сжи­гают ста­рые ненуж­ные дере­вян­ные кре­сты, чтобы осве­тить дорогу иду­щему вокруг храма крест­ному ходу.

Ксенины кирпичики

Вскоре буду­щий отец Васи­лий отпра­вился посту­пать в Ленин­град­скую духов­ную школу. Учеба с пер­вого дня увлекла. Ленин­град­ская семи­на­рия, небла­го­на­деж­ная для вла­стей, в те годы счи­та­лась  «цен­тром цер­ков­ной оппо­зи­ции». Бороться с этим «рас­сад­ни­ком»  активно пыта­лись, при­чем изнутри.

Отец Васи­лий поде­лился: «Был у нас пре­по­да­ва­тель исто­рии, ярый ате­ист и ком­му­нист, пол­ков­ник в отставке и полит­ра­бот­ник. Ко всему, что он рас­ска­зы­вал, отно­си­лись кри­ти­че­ски – моло­дое поко­ле­ние знало реаль­ную исто­рию Церкви в после­ре­во­лю­ци­он­ное время и уже тогда – неко­то­рую правду о  гонениях.

Если не брать идей­ную подо­плеку,  свой пред­мет он  неплохо пре­по­да­вал и, зная исто­рию страны, можно было сдать экза­мен. Но на лек­циях он  изде­вался над буду­щими свя­щен­ни­ками: мол, учи­тесь, а скоро Цер­ковь вашу закроют, оста­не­тесь не у дел: «Идите в свет­ские вузы, ста­но­ви­тесь нор­маль­ными совет­скими граж­да­нами, ваши дипломы – не дипломы, а так, шпар­галки,  такие бумажки никто не признает».

Конечно, мы пере­жи­вали  – для нас доку­менты семи­на­рии были почти свя­ты­ней. Но такое отно­ше­ние не охла­ждало: в Ленин­град­скую духов­ную школу боль­шин­ство семи­на­ри­стов  шли через пре­пят­ствия, уни­же­ния, мно­гое пре­тер­пели. В общем,  шла закалка веры».

«В 80‑е годы цер­ков­ные люди испы­ты­вали  при­тес­не­ния, но в своей альма-матер мы чув­ство­вали себя под защи­той,  пони­мали, что не одни, вдох­нов­ля­лись тем, что нужны и не выбро­шены за борт сего­дняш­ней рус­ской жизни», – делится батюшка.

Были у семи­на­ри­ста и высо­кие заступ­ники – свя­тые. Бла­жен­ная Ксе­ния Петер­бург­ская, к кото­рой батюшка с  ран­них лет про­никся любо­вью,  под­дер­жи­вала в труд­ную минуту, не остав­ляла в без­на­деж­ном положении:

«У бла­жен­ной Ксе­нии про­сил помощи, вся жизнь про­хо­дила под ее покро­вом – и при поступ­ле­нии, и при сдаче экза­ме­нов, и неслу­чайно, ведь она – покро­ви­тель­ница север­ной сто­лицы. Чув­ство­вал ее близость. 

Тогда она  меня к себе при­звала, при­ютила, помо­гала и по сей день помо­гает. В обще­жи­тии  семи­на­рии все­гда было шумно, и я садился на метро, ехал на Смо­лен­ское клад­бище, в тишину, к могилке и часовне свя­той Ксе­нии – там гото­виться к занятиям. 

А потом  Гос­подь спо­до­бил  меня  при­сут­ство­вать на ее про­слав­ле­нии. 6 июня 1988 года Помест­ным Собо­ром Церкви бла­жен­ная Ксе­ния была про­слав­лена в лике свя­тых. Моло­дому семи­на­ри­сту осо­бенно полю­бился один эпи­зод из жития – про Ксе­ньины кир­пи­чики. Он и не знал, что  ему пред­стоит поло­жить  кило­метры кир­пич­ной кладки. И  что среди этих кир­пи­чи­ков, воз­можно, будут  Ксеньюшкины.

Спасайся на руинах

При­е­хав в Тулу, отец Васи­лий алтар­ни­чал в соборе, был руко­по­ло­жен в свя­щен­ники и  назна­чен в храм Димит­рия Солун­ского, кото­рый счи­тает духов­ной роди­ной. Там  он встре­тился с извест­ным всей Рос­сии архи­манд­ри­том Хри­сто­фо­ром (Николь­ским), кото­рый и пре­по­дал пер­вые уроки свя­щен­ни­че­ского слу­же­ния: «Я был совсем один  вдали от род­ных и дру­зей и осо­бенно нуж­дался в оте­че­ском попечении.

Отец Хри­сто­фор, люб­ве­обиль­ный и высоко духов­ный, чув­ство­вал это». Глав­ным  поже­ла­нием отца Хри­сто­фора  было ко всем отно­ситься с лас­кой: «Со всеми будь-то полас­ко­вей, потому что ласку все любят». Отец Хри­сто­фор всех уми­рял, и это  уда­ва­лось ему в то слож­ное для Церкви время,  когда неиз­бежно воз­ни­кали кон­фликты со сто­роны властей.

IMG 8617 300x219 - Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичику 

«Помню рас­пад СССР, гор­ба­чев­ское прав­ле­ние, путч, дефолт, закры­тие пред­при­я­тий, пустые при­лавки и оче­реди,  до Церкви никому не было дела, – гово­рит отец  Васи­лий, – нам отдали храмы в поги­бель­ное время, зная, что у нас нет ни мате­ри­аль­ной базы, ни опыта. 

Вла­сти наблю­дали, как Цер­ковь спра­вится. Нужно было дока­зать, что  она спо­собна воз­ро­диться, но для этого тре­бо­ва­лось  уси­лие. И силы Гос­подь дал».

При Гор­ба­чеве нача­лось «потеп­ле­ние», пер­вой вос­ста­нов­лен­ной  в 1987 году оби­те­лью стала Оптина Пустынь, а самым пер­вым среди воз­рож­ден­ных хра­мов в Рос­сии ока­зался туль­ский Бого­ро­дице-Рож­де­ствен­ский храм в Горел­ках, буду­щий монастырь.

Вос­ста­нав­ли­вать  его пред­сто­яло отцу Васи­лию. Сам он так это оце­нил: «Мне выпал жре­бий, и я его с радо­стью при­нял как Гос­под­ний перст и Его свя­тую волю». В дове­рен­ном деле ему виделся и перст бла­жен­ной Ксе­нии,  свя­той покро­ви­тель­ницы стро­и­те­лей – кстати, руко­по­ло­жили его нака­нуне дня ее памяти.

«Во имя любви к храму Божьему и свя­тыне хоте­лось делать воз­мож­ное и невоз­мож­ное. Когда мы при­е­хали на объ­ект вме­сте с епи­ско­пом, я был ого­ро­шен состо­я­нием зда­ния, но он  обод­рил меня: «Отец Васи­лий, тебя Бог избрал вос­ста­нав­ли­вать Дом Божий, и я желаю тебе, чтобы ты на руи­нах этого храма спа­сал свою бого­по­доб­ную бес­смерт­ную душу». Эти слова запом­ни­лись и не давали опус­кать руки».

Отец Васи­лий  про­дол­жил обра­зо­ва­ние в МДА, но учебу не закон­чил. Оста­ва­лось сдать  пару экза­ме­нов и защи­тить диплом, но было не диплома – строил храм.

Дело всей Церкви

IMG 8624 207x300 - Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичикуВоз­рож­де­нию пер­вой церкви на Туль­ской земле веру­ю­щие радо­ва­лись, поэтому при­но­сили, кто что мог, объ­явили кру­жеч­ные сборы на бла­гое дело.

В совет­ские годы  в  храме  нахо­ди­лась филь­мо­тека, и одна­жды там слу­чился пожар – кино­ар­хив  сго­рел, а взо­рвав­ши­еся от огня  пленки повре­дили зда­ние, раз­во­ро­тив кладку. Внутри ничего не оста­лось. Кое-что  по кро­хам воз­вра­щали мест­ные жители.

До нашего вре­мени сохра­ни­лась Тих­вин­ская икона Божией Матери, а исто­рия ее такова: в 20‑е годы из хра­мо­вых икон вымо­стили мостик через ручей, и житель­ница Горе­лок при­шла ночью и забрала Бого­ро­дич­ный образ. Годы спу­стя она  вер­нула  икону в храм.

Отно­ше­ние  мест­ных жите­лей к воз­рож­де­нию свя­тыни было раз­ным: кто-то  нес послед­нее, кто-то скре­же­тал зубами, посы­лал про­кля­тия свя­щен­нику в спину.

«Кто насме­хался, кто помо­гал – в зави­си­мо­сти от духов­ного состо­я­ния.  Был сосед, кото­рый  повто­рял: тебя надо рас­стре­лять, а лучше взо­рвать твой храм и тебя вме­сте с ним». И не только он, мно­гие про­яв­ляли враж­деб­ность, него­до­вали. Мест­ные обы­ва­тели рас­тас­ки­вали ста­рин­ный кир­пич – стро­или под­валы и гаражи.

Все при­выкли пасти у храма коров, дети из школы непо­да­леку  играли в раз­ва­ли­нах, а через его тер­ри­то­рию шла про­то­рен­ная корот­кая  тро­пинка на клад­бище. «Боль­шин­ству людей стройка мешала, храм для них мало что зна­чил», – с горе­чью заме­чает  батюшка.

Не бойся высоты!

Отец Васи­лий рас­ска­зы­вает: «Цер­ковь вос­ста­нав­ли­вали одно­вре­менно с Опти­ной Пусты­нью. Храм был пол­но­стью раз­ру­шен, повезло, что он не при­над­ле­жал городу, не стоял на балансе ни у одной орга­ни­за­ции. И вот в 1987 году в нем состо­ялся пер­вый моле­бен». В помощ­ни­ках насто­я­тель очень  нуж­дался – спон­со­ров не было, все на его энту­зи­азме. «Руко­во­ди­тели пред­при­я­тий, к кото­рым я обра­щался, к просьбе о помощи отно­си­лись с осто­рож­но­стью, опа­са­лись послед­ствий, доро­жили долж­но­стью и парт­би­ле­том, а если кто-то и решался помочь, то только тайно.

Помню, как в начале 90‑х годов при­е­хал на завод в цех желе­зо­бе­тон­ных изде­лий. Подо­шла про­стая жен­щина из рабо­чих: «Вы, батюшка, при­шли про­сить помощи у руко­вод­ства, а нам три месяца зар­плату не платят. 

У меня сын утром не хотел в школу идти – порва­лась послед­няя обувь, купить не на что, дома есть нечего», – и она запла­кала. В тот момент я готов был по пояс в землю уйти от стыда и боли за эту жен­щину и дал себе слово больше ни у кого денег  не просить.

Но как без денег одному стро­ить? Поду­мал, помо­лился и создал бри­гаду из зем­ля­ков, кото­рую сам воз­гла­вил. Помогли род­ствен­ники, соседи, братья.

IMG 8643 300x212 - Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичику

«Осо­бенно тре­вожно мне было, когда стро­и­те­лям не мог запла­тить, назав­тра не хва­тало  денег на еду, не на что было отпра­вить людей домой. Хуже того, рабо­тать  не с чем,  нет мате­ри­а­лов – ни кир­пи­чей, ни досок. В стране страш­ный дефи­цит – негде взять эле­мен­тар­ный цемент, гвозди. Отча­и­ва­ешься, и вдруг  в два часа ночи подъ­ез­жает гру­зо­вик, при­во­зит кир­пич. Как мы стро­или, не пони­маю, все это было про­яв­ле­нием чуда Божия. В те годы чудо совер­ша­лось надо мной», – раз­мыш­ляет священник.

Тру­дился отец  Васи­лий вме­сте со всеми, не имея стро­и­тель­ного опыта, по инту­и­ции – что Гос­подь откры­вал, и все тяну­лись за ним. «Мы были пер­во­про­ход­цами, всего боя­лись,  осо­бенно высоты, но за все брались. 

Нани­ма­лись вос­ста­нав­ли­вать храмы по всей епар­хии –  зара­ба­ты­вали сред­ства на воз­рож­де­ние Бого­ро­дице-Рож­де­ствен­ской церкви, чтобы не видеть снова те жен­ские слезы, чтобы ни у кого больше не просить».

На один из объ­ек­тов в деревне Руд­нево бри­гаду отца Васи­лия при­гла­сил веру­ю­щий дирек­тор  мест­ного сов­хоза, чело­век, имев­ший «рев­ность за дер­жаву». «Вла­ди­мир  Пав­ло­вич стал хоро­шим дру­гом, он помо­гал стро­ить. Рядом с его сов­хо­зом нахо­ди­лось  име­ние кня­зей Обо­лен­ских с уни­каль­ным хра­мом  и сохра­нив­шимся кон­ским риста­ли­щем. Одна­жды, рабо­тая там, я неудачно спрыг­нул с лесов, сло­мал обе ноги и пол­года про­ле­жал с трав­мой, пере­дви­гался только на коляске. Но с тех пор пере­стал бояться высоты!»

Часовня в башне

После выздо­ров­ле­ния  и окон­ча­ния работ отец  Васи­лий  пере­дал  храм Рож­де­ства Бого­ро­дицы в руки насто­я­тель­ницы жен­ской оби­тели и при­нял послу­ша­ние вос­ста­нав­ли­вать Свято-Николь­ский храм в селе.

По вре­мени это сов­пало с упразд­не­нием там сель­ского хозяй­ства – сов­хоз при­шел в упа­док, и вос­ста­но­ви­тель­ные работы  при­шлось при­оста­но­вить. Поэтому бри­гада отца Васи­лия про­дол­жала искать сред­ства  – теперь под­ра­ба­ты­вали в селе Стра­хово непо­да­леку от Поле­ново. В 2005  году мест­ный пред­при­ни­ма­тель  пытался осво­ить бро­шен­ные земли. Земли не под­нял, но храм в Стра­хово успели восстановить.

IMG 8633 300x221 - Прот. Василий Гаджега: вера по кирпичику

«Это милость Божия, что мне доста­ва­лись раз­ру­шен­ные  церкви – было над чем потрудиться. 

Бла­го­даря  стра­хов­скому храму через два года куполь­ная, алтар­ная, тра­пез­ная части мед­вен­ской Свято-Николь­ской церкви были завер­шены, на этом работы прекратились».

Затем закар­пат­ские стро­и­тели во главе с отцом Васи­лием  под­ря­ди­лись  стро­ить часовню Испо­вед­ни­ков и ново­му­че­ни­ков Рос­сий­ских  в Тес­ниц­ком лесу у быв­шего рас­стрель­ного полигона.

Место опре­де­лили неда­леко от поклон­ного камня. Испол­нить про­ект ока­за­лось непро­сто:  уча­сток забо­ло­чен­ный, тех­нику нельзя при­ме­нять, да и элек­три­че­ства нет, все при­хо­ди­лось делать по ста­ринке: землю под фун­да­мент копали вруч­ную, вычер­пы­вали воду вед­рами, сло­вом, двух­мет­ро­вая глу­бина дава­лась нелегко.

Рабо­чие так и не доко­пали до твер­дого грунта, так что этот храм до сих пор  не стоит, а как бы дрей­фует на болоте. «Там мы вку­сили и радо­стей, и горе­стей: май, боло­ти­стый лес, злоб­ный кома­ри­ный  рой – комары круп­ные, как осы, кусали за всю совет­скую власть, – при­по­ми­нает батюшка. – Всей бри­га­дой жили в боль­шой палатке.

Сло­вом, во имя ново­му­че­ни­ков и испо­вед­ни­ков Церкви Рус­ской вку­сили мы желчи и горечи без­бо­жия. Пла­ни­ро­ва­лась часовня, но я чуть ото­шел от про­екта, выко­пал алтар­ную апсиду, чтобы со вре­ме­нем это мог быть пол­но­цен­ный храм». За два года они воз­вели храм до окон,  а потом у заказ­чика закон­чи­лись сред­ства, так что окан­чи­вали стро­и­тель­ство не они.

Затем  стро­или  часовню Ивер­ской иконы Божией Матери  с мемо­ри­а­лом в селе Архан­гель­ское, выко­пали из земли и бла­го­устро­или свя­той источ­ник в честь Миха­ила Архан­гела. Про­дол­жая искать сред­ства на мед­вен­скую цер­ковь, потру­ди­лись еще в одном поселке: «Там быв­шую водо­на­пор­ную башню  в жилом рай­оне пере­обо­ру­до­вали в  часовню. Ста­рая  башня сто­яла невос­тре­бо­ван­ной и как раз подо­шла для этой цели. Теперь среди новостроек  есть, где воз­дох­нуть Богу».

Отец Васи­лий так поды­то­жи­вает свои труды: «10 лет слу­жил в храме Димит­рия Солун­ского, 13 лет в Горелках,17 лет в Мед­венке, вот и полу­ча­ется сорок лет, такой жиз­нен­ный тре­уголь­ник. Сей­час храм наш достроен, дей­ствует, а тре­бу­ется понов­ле­ние – при­вычно берусь за инструмент.

Клад­бища очень люблю – прийти помо­литься мирно, спо­койно пораз­мыш­лять о веч­ном и так выйти на пра­виль­ную жиз­нен­ную стезю. Ска­зано в Вет­хом Завете – «Помни послед­няя твоя, и  вовеки не согре­шишь». Теперь «время соби­рать камни» про­шло. Настало время соби­рать Хри­стово стадо».

Совре­мен­ным маль­чи­кам  и юно­шам – и школь­ни­кам, и сту­ден­там, и семи­на­ри­стам, – хочется пока­зать как при­мер насто­я­щей, а не игра­ю­щей бицеп­сами муже­ствен­но­сти  весь объ­е­ми­стый  архив фото­гра­фий бри­гады с её стро­и­тель­ными буднями.

Про­пи­тан­ная строй­ма­те­ри­а­лами роба и тру­до­вой пот, жизнь в палат­ках и вагон­чи­ках, комары, холод и  дождь, тяже­лый руч­ной труд, – вот что годами состав­ляло жизнь отца Васи­лия помимо пол­но­цен­ного свя­щен­ни­че­ского слу­же­ния. В каж­дом  постро­ен­ном им храме  совер­ша­ется Литур­гия, в каж­дой часовне идет молитва.

Уди­ви­тельно, как много может один чело­век, когда отзы­ва­ется на при­зыв  Божий. Даже если его глаза стра­шатся – его руки делают.

Вален­тина Киденко
Фото автора и из лич­ного архива прот. Васи­лия Гаджеги

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки