Важно быть любезным: «Хороший тон. Сборник советов и наставлений» 1889 года

Важно быть любезным: «Хороший тон. Сборник советов и наставлений» 1889 года

(1 голос5.0 из 5)

В вопро­сах вос­пи­та­ния  есть вещи пре­хо­дя­щие и не уста­ре­ва­ю­щие. Пра­вила хоро­шего тона – это то, без чего поня­тие вос­пи­тан­но­сти невоз­можно. «Важно быть любез­ным» – утвер­ждают авторы книги «Хоро­ший тон. Сбор­ник сове­тов и настав­ле­ний» 1889 года.

При оби­лии печат­ной про­дук­ции в нашей жизни стало встре­чаться много ред­ких книг. Ред­кость этих книг со всей оче­вид­но­стью объ­яс­ня­ется их невос­тре­бо­ван­но­стью. Как один из при­ме­ров можно рас­смот­реть книжку под назва­нием «Хоро­ший тон. Сбор­ник сове­тов и настав­ле­ний» 1889 года изда­ния в мало­ти­раж­ном репринт­ном пере­из­да­нии 1993 года.

dbef4fcb41cet - Важно быть любезным: «Хороший тон. Сборник советов и наставлений» 1889 года

Кажется, роди­те­лям было бы небезын­те­ресно узнать, каким внеш­ним пра­ви­лам пове­де­ния в преж­ние вре­мена в город­ской семье учили детей, и отве­тить себе на вопрос, а так ли важно быть любез­ным? Отве­тить на этот вопрос для пользы детей современных.

Книжка, конечно, ста­рая. Но замени слово мещан­ский на слово город­ской, а слово пуб­лика на слово чита­тели – и мно­гое может пока­заться не уста­рев­шим. Да и напо­ми­на­ние о прежде высо­ко­ча­стот­ных сло­вах, напри­мер, бла­го­вос­пи­тан­ный, вполне в состо­я­нии обо­га­тить наш совре­мен­ный сло­вар­ный актив.

Вряд ли мы не ста­нем учи­ты­вать пра­вила  вроде «утром носите пер­стень, вече­ром же заме­няйте его коль­цом с одним брил­ли­ан­том» и пере­пи­сы­вать книжку цели­ком, но то, к чему можно исполь­зо­вать опцию «при­ме­нить», мы применим.

Любез­ность не явля­ется попу­ляр­ной моде­лью пове­де­ния в совре­мен­ном обще­стве. Это легко заме­тить, даже не напо­ми­ная о жую­щих и спя­щих юнцах на дива­нах метро и о бабушке, кото­рой в голову не при­хо­дит ска­зать «спа­сибо», если ред­кий из них вдруг опом­нится и усту­пит место.

Любез­ность не хозяйка и в пра­во­слав­ной среде – зачем серьёз­ному чело­веку улы­баться? Но ведь мы так хотим избе­гать кон­флик­тов или даже изба­виться от них!

Итак, что же думали прежде о внеш­них фор­мах поведения?

Держать себя с тактом и изяществом

Соста­ви­тели сбор­ника счи­тали, что основы хоро­шего вос­пи­та­ния лежат в хри­сти­ан­ских прин­ци­пах. Они прямо так и пишут: «…исто­рия ясно и неопро­вер­жимо сви­де­тель­ствует, что весь кодекс при­лич­ного обще­жи­тия раз­вился и окреп именно у хри­сти­ан­ских народов.

Китайцы, напри­мер, со всеми сво­ими трид­ца­тью тыся­чами цере­мо­ний и в наши дни оста­ются теми же вар­ва­рами, какими они были 2000 лет тому назад (про­стите, китайцы! – полит­корр. прим. ред.) и будут оста­ваться такими же до тех пор, пока свет хри­сти­ан­ской веры не оза­рит их, а слово все­про­ще­ния и любви не смяг­чит сынов Небес­ной Империи.

Грубо оши­ба­ются те, кото­рые пра­вила свет­ского эти­кета евро­пей­цев отож­деств­ляют с китай­скими цере­мо­ни­ями, под­ра­зу­ме­вая под свет­ско­стью внут­рен­нюю пустоту, при­кры­тую внеш­нею цере­мон­но­стью. Это неверно уже потому, что свет­ский эти­кет евро­пей­ских наро­дов осно­ван на бла­го­вос­пи­тан­но­сти, а бла­го­вос­пи­тан­ность имеет широ­кое и серьёз­ное значение.

Нико­гда не надо забы­вать, что законы обще­жи­тия, подобно хри­сти­ан­ским, из кото­рых они чер­пают свое начало, свои прин­ципы, тре­буют «любви, согла­сия, дол­го­тер­пе­ния, кро­то­сти, доб­роты, гуман­ного обра­ще­ния и ува­же­ния к личности».

Когда и как при­ви­ва­ются чело­веку пра­вила хоро­шего тона? «Само слово «бла­го­вос­пи­тан­ный» (или хорошо вос­пи­тан­ный) пока­зы­вает, что «при­лич­ные манеры» есть нечто при­об­ре­та­е­мое, при­ви­ва­ю­ще­еся к чело­веку вос­пи­та­нием с дет­ских лет…

Из ска­зан­ного не сле­дует, однако, чтобы уме­нье дер­жать себя в обще­стве <… > могло бы быть при­об­ре­та­емо исклю­чи­тельно только с дет­ства, путём вос­пи­та­ния; напро­тив, жиз­нен­ный опыт пока­зы­вает, что каж­дый взрос­лый чело­век, хотя бы и вырос­ший на дере­вен­ской почве, или где-нибудь за при­лав­ком, может вполне пере­вос­пи­тать сам себя и стать в пол­ном смысле при­лич­ным чело­ве­ком … и будет дер­жать себя с так­том и изяществом…».

Манеры смягчают отношения

В чем же про­яв­ля­ются хоро­шие манеры обхож­де­ния (при этом кто-то утвер­ждал, что в мане­рах отра­жа­ются доб­ро­де­тели)? «Хоро­шие манеры далеко не в такой сте­пени суетны и ничтожны, как мно­гие это думают; напро­тив, они в зна­чи­тель­ной мере спо­соб­ствуют облег­че­нию житей­ских дел, а также и смяг­чают и при­дают при­ят­ность вза­им­ным отно­ше­ниям людей. <…>

Между тем как гру­бость и суро­вость всюду затво­ряют перед собою двери и оттал­ки­вают сердца, при­вет­ли­вость и при­лич­ное обхож­де­ние, в кото­ром и состоят хоро­шие манеры, имеют силу таин­ствен­ных слов: «Сезам, отво­рись». Перед нами отво­ря­ются двери, и они слу­жат про­вод­ни­ками к сердцу каж­дого чело­века, моло­дого и старого.

<…> Манеры ука­зы­вают на харак­тер чело­века. Они слу­жат внеш­ней обо­лоч­кой его внут­рен­ней при­роды. Они обли­чают его вкусы, его чув­ства, его душев­ное настро­е­ние, а также и то обще­ство, в кото­ром он при­вык вра­щаться. … Изя­ще­ство манер вну­ша­ется любез­но­стью, а любез­ность пред­став­ля­ется усло­вием, почти не менее важ­ным, чем таланты и образование.

Сочув­ствие есть тот золо­той клю­чик, кото­рым откры­ва­ется сердце чело­века. Оно не только научает веж­ли­во­сти, но и уве­ли­чи­вает про­ни­ца­тель­ность и муд­рость, а потому на него можно поис­тине смот­реть, как на венец чело­ве­че­ских качеств. 

<…> Веж­ли­вость по при­ня­тому опре­де­ле­нию, есть искус­ство выра­жать внеш­ними зна­ками то внут­рен­нее ува­же­ние, кото­рое мы питаем к тому или дру­гому лицу. Насто­я­щая веж­ли­вость осно­вана на искрен­но­сти. Она должна быть вну­ша­ема серд­цем, иначе не будет про­из­во­дить проч­ного впе­чат­ле­ния, потому что ника­кая сумма учти­во­стей не в состо­я­нии заме­нить правдивости. <…>

Насто­я­щая веж­ли­вость полна доб­ро­ду­шия. Она про­яв­ля­ется в готов­но­сти спо­соб­ство­вать сча­стью ближ­него и в забот­ли­вом ста­ра­нии избе­гать всего того, что могло бы его огорчить. 

Не менее доб­роты свой­ственна ей и при­зна­тель­ность: она охотно при­знает доб­рые дела…

Хорошо вос­пи­тан­ные люди при­вет­ливы, и ино­гда даже обес­пе­чи­вают себе ува­же­ние дру­гих про­стым уме­нием тер­пе­ливо выслу­ши­вать то, что им гово­рят или рас­ска­зы­вают. Они тер­пе­ливы, снис­хо­ди­тельны и ода­рены искус­ством воз­дер­жи­ваться от рез­ких суж­де­ний, рез­кие же суж­де­ния о дру­гих почти неиз­менно вызы­вают рез­кие суж­де­ния о нас самих…

Разумно веж­ли­вый чело­век не делает вида, будто он лучше, умнее и богаче сво­его соседа. Он не хва­ста­ется ни своим поло­же­нием, ни своим про­ис­хож­де­нием, ни даже своей стра­ною; а также и не смот­рит свы­сока на людей, не име­ю­щих оди­на­ко­вых с ним преимуществ; 

он не похва­ля­ется сво­ими подви­гами или своим при­зва­нием, и раз­го­вор его не вер­тится посто­янно и един­ственно на пред­ме­тах его про­фес­сии. Напро­тив, он будет скро­мен и есте­ствен во всем, что делает и гово­рит; насто­я­щий его харак­тер про­яв­ля­ется ско­рее в испол­не­нии дела, чем в хва­стов­стве, ско­рее в поступ­ках, чем в словах.

Отсут­ствие ува­же­ния к чув­ствам дру­гих обык­но­венно порож­да­ется себя­лю­бием и, посте­пенно раз­ви­ва­ясь, пре­вра­ща­ется в жесто­кость и гру­бость манер. Оно может про­ис­хо­дить не столько от зло­на­ме­рен­но­сти, сколько от недо­статка сочув­ствия и дели­кат­но­сти, от недо­статка вни­ма­тель­но­сти отно­си­тельно тех мело­чей, кото­рыми в жизни достав­ля­ется удо­воль­ствие или при­чи­ня­ется огор­че­ние ближнему.

Поис­тине, можно ска­зать, что спо­соб­ность к само­по­жерт­во­ва­нию в обык­но­вен­ных мел­ких столк­но­ве­ниях повсе­днев­ной жизни слу­жит глав­ным отли­чием чело­века хорошо вос­пи­тан­ного от дурно воспитанного.

Не обла­дая неко­то­рою сдер­жан­но­стью, чело­век в обще­стве может ока­заться почти нетерпимым. …

Совер­шен­ство в хоро­ших мане­рах заклю­ча­ется в непри­нуж­ден­но­сти, – такой непри­нуж­ден­но­сти, кото­рая бы не при­влекла ничьего вни­ма­ния, но была бы есте­ственна и проста.

Чело­век откро­вен­ный и при­вет­ли­вый умеет сде­лать, чтобы всем окру­жа­ю­щим его было ловко и уютно. Он согре­вает и ожив­ляет их своим при­сут­ствием и рас­по­ла­гает в свою пользу все сердца. 

Таким обра­зом, манеры в своих выс­ших про­яв­ле­ниях полу­чают зна­че­ние насто­я­щей дви­жу­щей силы.

Воспитанность – проявление любви к ближнему

… Надо заме­тить, впро­чем, что мно­гие невеж­ливы не потому, чтобы они хотели быть такими, а потому что они неук­люжи и не умеют лучше поступать».

Истин­ная бла­го­вос­пи­тан­ность нераз­рывно свя­зана с любо­вью к ближ­нему и пол­ным отсут­ствием эгоизма.

Она про­яв­ля­ется в учти­во­сти, веж­ли­во­сти, бла­го­при­стой­но­сти и осу­ществ­ле­нии пра­вил веде­ния разговора.

Осно­вой учти­во­сти явля­ется доб­ро­сер­де­чие. Учти­вость про­яв­ля­ется во вни­ма­тель­но­сти и пре­ду­пре­ди­тель­но­сти ко всем и каждому.

Вот неко­то­рые пра­вила учтивости:

  • усту­пать дорогу дамам и старикам;
  • более удоб­ное место усту­пать дамам и ста­ри­кам, а самому доволь­ство­ваться худшим;
  • не гово­рить с излиш­ней горяч­но­стью и страстностью;
  • не обра­щать вни­ма­ния на малень­кие сла­бо­сти и упу­ще­ния, кото­рые ино­гда про­ры­ва­ются у неко­то­рых людей;
  • не гово­рить неува­жи­тельно о какой бы то ни было профессии;
  • уметь тер­пе­ливо выслу­ши­вать и такие мне­ния, с кото­рыми вы оче­видно не можете согласиться;
  • уметь опро­вер­гать мне­ния людей, не огор­чая и не оскорб­ляя их.

Глав­ней­шие законы при­ли­чия состоят в сохра­не­нии искрен­но­сти; снис­хож­де­ние должно сопро­вож­дать правду, но не должно уни­что­жать её. 

Вы нару­шите при­ли­чие, если ока­жете чело­веку больше ува­же­ния, чем он достоин – неумест­ная учти­вость все­гда счи­та­ется за оскорбление.

«Хотите иметь в себе неис­то­щи­мый источ­ник учти­во­сти? Умейте вла­деть своей душой. Обра­зуйте её так, чтобы она печально сжи­ма­лась, когда вам при­дётся огор­чить кого бы то ни было. Так тело наше сжи­ма­ется, когда ему нано­сят рану.

Такое счаст­ли­вое обра­зо­ва­ние души будет в вас источ­ни­ком истин­ной учтивости. <…>

Учти­вость не есть доб­ро­де­тель ума. Осно­ва­ние её – в сердце. 

Посмот­рите, учтивы ли вы? Совесть гово­рит ли вам, что вы обла­да­ете невоз­му­ти­мо­стью харак­тера, склон­но­стью одол­жать дру­гих (одол­жать кого-либо – ока­зы­вать услугу, делать угод­ное, отсюда одол­же­ние – милость, услуга, помощь. Сло­варь В. Даля. – прим. ред.), и тою лас­ко­во­стью, без кото­рой нет истин­ной учтивости».

«Веж­ли­вость и учти­вость – глав­ней­шие пред­меты в вос­пи­та­нии. Эта веж­ли­вость не должна заклю­чаться в низ­ких покло­нах и в натя­ну­тых цере­мо­ниях, но в уме­нии дер­жать себя сво­бодно и в тоже время почтительно».

Бла­го­при­стой­ность каса­ется всех дей­ствий жизни; она тре­бует, чтобы мы были уме­рен­ными в наших удо­воль­ствиях, осто­рож­ными в наших рас­суж­де­ниях и веч­ными вра­гами всего того, что нару­шает наш долг.

Глав­ные пра­вила благопристойности:

  • не при­ни­мать вида ни выше, ни ниже сво­его положения;
  • ока­зы­вать дру­гим вни­ма­ние и почте­ние, на кото­рое они имеют право;
  • не обра­щаться с весё­лым видом к лицам, кото­рые, как нам известно, имеют осо­бен­ные при­чины быть грустными;
  • не при­ни­мать пре­не­бре­жи­тель­ного и пол­ного гор­до­сти вида;
  • избе­гать слиш­ком боль­шого числа слов, объ­яс­не­ний, отступ­ле­ний от предмета;
  • гово­рить про­сто и нико­гда не горя­читься, начи­нать гово­рить не иначе как в свою оче­редь и ста­раться не пере­би­вать говорящих;
  • все­гда при­ни­мать сто­рону спра­вед­ли­во­сти и правоты;
  • нико­гда не завла­де­вать одному всем разговором;
  • избе­гать, по воз­мож­но­сти, гово­рить шёпо­том тому, возле кого находятся;
  • гово­рить мало, но кстати;
  • не гово­рить о себе;
  • не при­ни­мать в раз­го­воре при­нуж­дён­ный вид; все­гда сле­дует гово­рить при­ят­ным, спо­кой­ным и бла­го­род­ным образом.

Чистоплотность – тоже вежливость

Пра­вила раз­го­вора обширны, поэтому мы сей­час не ста­нем вос­про­из­во­дить их в боль­шей подроб­но­сти. Вме­сте с тем в нашем сбор­нике много иных, теперь почему-то нигде не затра­ги­ва­е­мых момен­тов, а также тем, пред­став­ля­ю­щих собой исто­ри­че­ский инте­рес – пред­ло­же­ние и помолвка, девич­ник, вен­ча­ние, рож­де­ние, кре­стины, кон­чина и погре­бе­ние, траур, прочее.

Так, в сферу веж­ли­во­сти ока­зы­ва­ется вклю­чен­ной… чисто­плот­ность – чистота тела, пла­тья, жилища и окру­жа­ю­щей среды. Коль скоро все рас­суж­де­ния наших авто­ров сосре­до­то­чены на отно­ше­ниях «мой ближ­ний и я», то и чисто­плот­ность явля­ется про­яв­ле­нием нашего ува­же­ния к ближнему.

Почему-то стало затруд­ни­тель­ным объ­яс­нить Коле, по какой при­чине ему сле­дует при­хо­дить в школу в чистой рубашке, а Маше – постричь ногти. Чисто­плот­ность – это вопрос пра­виль­ного вос­пи­та­ния: «Моло­дые люди и девицы должны чув­ство­вать, почти инстинк­тивно, необ­хо­ди­мость содер­жать свои пла­тья посто­янно в чистом виде; иначе, что заста­вят они думать о себе в дру­гих отношениях?

Нечи­сто­плот­ная жен­щина вполне спра­вед­ливо счи­та­ется при­чи­ною всех бес­по­ряд­ков в доме». И это верно: разве не начи­нает со вре­ме­нем раз­дра­жать мужа его жена, посто­янно мель­ка­ю­щая в испод­нем или в нести­ран­ном без пуго­виц халате?

«Оде­ваться или раз­де­ваться в при­сут­ствии кого-либо, коль скоро этого можно избег­нуть, счи­та­ется при­зна­ком дур­ного воспитания».

Свет­ское при­ли­чие, «как бы в про­ти­во­ре­чие опрят­но­сти, отвер­гает массу самых есте­ствен­ных дей­ствий. Так, чесать в голове, запус­кать пальцы в волосы, в нос, в ухо, грызть ногти, пле­вать на пол, в огонь, в окно, тушить свечу перед носом при­сут­ству­ю­щих, – все эти дей­ствия счи­та­ются в обще­стве неприличными.

Кроме того, очень непри­лично за сто­лом смор­каться, чихать, чистить в зубах, нюхать табак, оти­рать пот с лица и т.п. Когда явля­ется край­няя необ­хо­ди­мость плю­нуть, то сле­дует плю­нуть в свой носо­вой пла­ток, по край­ней мере, тогда, когда вы не нахо­ди­тесь на улице. Надо осте­ре­гаться, чтоб не вошло в при­вычку пле­вать каж­дую минуту…»

Платье – снову, а честь – смолоду

Кроме того, чтобы «беречь пла­тье снову», ока­зы­ва­ется без­услов­ным пра­ви­лом «беречь честь смо­лоду». Главы об обя­зан­но­стях чело­века – его нрав­ствен­ном долге, долге отно­си­тельно роди­те­лей и род­ных, под­чи­нён­ных и иных ближ­них, обя­зан­но­стей отно­си­тельно оте­че­ства, не исклю­чая и обя­зан­но­стей по отно­ше­нию к самому себе, – изла­гают пра­вила чести бла­го­вос­пи­тан­ного человека.

Соот­не­сёмся в крат­ком изло­же­нии с обя­зан­но­стями по отно­ше­нию к самому себе, с тем, что мы обя­за­тельно и неукос­ни­тельно должны испол­нить в отно­ше­нии себя:

  • «исправ­ляйте недо­статки вашего харак­тера, они могут сде­латься несча­стием для всех окру­жа­ю­щих вас;
  • избе­гайте гнева и упо­треб­ляйте все уси­лия для подав­ле­ния его, чтобы не сде­латься неспра­вед­ли­вым и жестоким;
  • избе­гайте празд­но­сти: она остав­ляет нас одних с нашим вооб­ра­же­нием, в борьбе со стра­стями и поро­ками; при­вы­кайте к посто­ян­ному труду, доб­ро­воль­ному или обязательному;
  • бори­тесь со стрем­ле­нием к богат­ству, чело­века должно удо­вле­тво­рять скром­ное довольство;
  • опа­сай­тесь упо­е­ния удо­воль­стви­ями; они порож­дают пороки;
  • ста­рай­тесь доволь­ство­ваться малым, это девиз бла­го­ра­зум­ных; чем меньше потреб­но­стей, тем меньше пово­дов к дур­ным поступ­кам и тем ближе мы к счастью;
  • бере­ги­тесь, чтобы не сде­латься лаком­кой, так как это порок, дела­ю­щий нас рабами непо­мер­ного аппе­тита, упо­треб­ляйте с осто­рож­но­стью вина и спирт­ные напитки; уме­рен­ность сохра­няет чело­веку здо­ро­вье, кроме того, её пред­пи­сы­вает нам чув­ство соб­ствен­ного достоинства;
  • будьте разумно эко­номны, но избе­гайте ску­по­сти, кото­рая осквер­няет душу;
  • нико­гда не ведите без­нрав­ствен­ных раз­го­во­ров, они осквер­няют чело­века и недо­стойны его; гоните из вашей речи все гру­бые выра­же­ния, они пока­зы­вают неве­же­ство и дур­ное воспитание;
  • нико­гда не хва­лите себя. Умный чело­век сознает, что он чело­век, т.е. что он слаб и что рас­судку его и дея­тель­но­сти есть границы;
  • пере­но­сите с бод­ро­стью и реши­мо­стью горе­сти этой жизни. Это доб­ро­де­тель бла­го­род­ного и силь­ного сердца».

Вот так выгля­дит свет­ский чело­век, что и вполне не стыдно перед лицом совре­мен­ного цер­ков­ного мира. Тут мы улы­ба­емся, но не свы­сока, а про­сто­сер­дечно и с надеж­дой на пони­ма­ние нашим ближ­ним всех совре­мен­ных нюан­сов зна­че­ния слова «свет­ский», а также про­блем пове­де­ния, быту­ю­щих и в цер­ков­ной и в нецер­ков­ной среде. Улыб­нется ли кто нам в ответ? Кив­нет ли?…

И  немного о доступ­ном чте­нии на тему нашего рас­суж­де­ния. Роди­тели, про­чтите детям рас­сказ В. Осе­е­вой «Вол­шеб­ное слово», а сами себе – ста­тью пра­во­слав­ного фило­софа Ивана Ильина, кото­рая так и назы­ва­ется: «О любезности».

Опуб­ли­ко­вано на обра­зо­ва­тель­ном пор­тале «Слово»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 Комментарий

  • Мария Тура­ева, 06.12.2020

    Заме­ча­тель­ная ста­тья! Боль­шое спа­сибо за публикацию!

    Ответить »
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки