Диковинки Красного угла — Блохин Н.В.

Диковинки Красного угла — Блохин Н.В.

(16 голосов4.4 из 5)

Знакомство

Вто­рое полу­го­дие 6‑й «А» начи­нал с урока «Исто­рии древ­него мира». По мне­нию ребят — ненуж­ный урок, на кото­ром лучше заняться более важ­ными делами: напри­мер, спи­сы­ва­нием у отлич­ника мате­ма­тики, или обсуж­де­нием, как выклян­чить у роди­те­лей деньги на кроссовки.

В этот пер­вый день спи­сы­вать было нечего и неза­чем, потому как на кани­кулы мате­ма­тику не задают; да и вообще, этот пер­вый день учебы назы­ва­ется учеб­ным чисто сим­во­ли­че­ски: при­шли, отме­ти­лись, полу­чили домаш­нее зада­ние и разбежались.

Исто­рию вела един­ствен­ная в школе «исто­ричка» Клара Кар­ловна, кото­рую за глаза все школь­ники от пяти­класс­ни­ков до выпуск­ни­ков звали Кар­лой. Диплом учи­теля Карла полу­чила недавно, свой пред­мет, исто­рию, любила без­за­ветно, была уве­рена, что хорошо ее знает и все в ней понимает.

Сего­дня зна­ко­ми­лись с воз­ник­но­ве­нием хри­сти­ан­ства и его Осно­ва­те­лем, Кото­рый в учеб­нике назы­вался «бед­ным стран­ству­ю­щим про­по­вед­ни­ком». Треть стра­ницы — вот сколько места нашлось хри­сти­ан­ству и его Осно­ва­телю в «Исто­рии древ­него мира», — ровно в десять раз меньше, чем рим­скому импе­ра­тору Нерону и его вос­пи­та­телю, фило­софу Сенеке, назван­ному «вели­ким». Неро­ном с Сене­кой и закон­чи­лось ушед­шее в кани­кулы про­шлое полу­го­дие. Нерон был выпи­сан таким него­дяем, что жуть брала. Глав­ное же него­дяй­ство его заклю­ча­лось в том, что он заста­вил вос­пи­та­теля сво­его, Сенеку, покон­чить с собой, что тот и испол­нил совер­шенно спо­койно, вскрыв себе вены. На фоне этого зло­де­я­ния под­жог им своей сто­лицы, Рима, выгля­дел не очень круп­ным эпи­зо­дом. В под­жоге обви­нили хри­стиан — после­до­ва­те­лей недавно воз­ник­шего и всем мешав­шего «уче­ния». В связи с опи­са­нием этого эпи­зода и воз­никли хри­сти­ане на стра­ни­цах учеб­ника. С ними Нерон жестоко рас­пра­вился, и, как утвер­ждала «Исто­рия древ­него мира», сама жесто­кость каз­ней про­буж­дала у рим­ского насе­ле­ния сочув­ствие к этим людям. Затем сле­до­вали три поуче­ния Осно­ва­теля хри­сти­ан­ства, Иисуса Хри­ста, что воз­вы­ша­ю­щие себя — уни­жены будут, что про­ся­щему у тебя надо дать и что судить нельзя никого, тогда ты сам не будешь судим. Затем сле­до­вали каверз­ные вопросы уче­ни­кам, типа: есть ли сход­ство взгля­дов Сенеки с уче­нием хри­стиан? Сохра­нили ли поуче­ния Иисуса Хри­ста свое зна­че­ние в наши дни? На этом тема хри­сти­ан­ства закры­ва­лась, после чего быст­ренько пере­хо­дили к сле­ду­ю­щим после­не­ро­нов­ским вре­ме­нам, и в этих вре­ме­нах о хри­сти­ан­стве не упо­ми­на­лось вовсе.

Сей­час же Карла решила задать, на ее взгляд, более важ­ный вопрос, кото­рый сле­до­вало бы задать еще в про­шлом полу­го­дии, после изу­че­ния пери­ода Неро­нова прав­ле­ния: «Суще­ствует мне­ние, что неогра­ни­чен­ная власть пор­тит и раз­вра­щает пра­ви­теля госу­дар­ства. Под­твер­жда­ется ли это мне­ние на при­мере Нерона?». Отве­чать на этот вопрос Карла вызвала Павла Фивей­ского, отлич­ника, сво­его любим­чика, того самого, у кото­рого все спи­сы­вали мате­ма­тику, да и не только ее. Прямо перед Кар­лой, за пер­вым сто­лом, сидел новень­кий (пер­вый день сего­дня), чуд­но­ва­тый маль­чик со стран­ной фами­лией — Соби­ра­те­лев. Карла заме­тила, как вздрог­нул он, когда про­из­несла она фами­лию отличника.

Павел Фивей­ский на вопрос отве­тил кратко и бойко:

— Неогра­ни­чен­ная власть отвра­ти­тельна. В циви­ли­зо­ван­ном обще­стве ей вообще не должно быть места.

Отлич­ник выде­лил голо­сом слово «отвра­ти­тельна», а про «циви­ли­зо­ван­ное обще­ство» ввер­нул оттого, что это было люби­мым сло­во­со­че­та­нием Карлы, кото­рую знал уже давно. Карла и его мама — дав­ниш­ние подруги, закон­чили один и тот же педа­го­ги­че­ский инсти­тут, но, в отли­чие от Карлы, мама отлич­ника зани­ма­лась домом — так рас­по­ря­дился папа, кото­рого Карла в шутку назы­вала дес­по­том. Да, папа Павла Фивей­ского имел в своей семье власть неогра­ни­чен­ную, что взрос­ле­ю­щему под­ростку «очень нра­ви­лось», а точ­нее, совсем не нравилось.

С двумя вопро­сами из учеб­ника про Сенеку и поуче­ния Хри­ста отлич­ник раз­де­лался столь же быстро и кате­го­рично. Он заявил, что неко­то­рое сход­ство име­лось в уче­ниях Сенеки и Хри­ста — о мило­сер­дии и вели­ко­ду­шии, но Сенека несрав­ненно выше Хри­ста, ибо Сенека опи­рался на гор­дость и честь в чело­веке, а посему ни одно из поуче­ний Хри­ста для сего­дняш­него дня не годится, ибо в них нет места ни гор­до­сти, ни чести — чело­веку нельзя воз­вы­шаться, сле­дует про­щать всех под­ряд и невоз­можно никого судить.

— И осталь­ные поуче­ния Учи­теля хри­стиан такие же, — Павел пре­не­бре­жи­тельно пожал пле­чами. — Воз­люби вра­гов… Вра­гов бить надо!

— Успо­койся, успо­койся, Пав­лик, — Карла мяг­ким жестом пока­зала, чтобы он садился. — Ты моло­дец, и я вижу, что в кани­кулы ты время не терял, допол­ни­тель­ную лите­ра­туру почи­ты­вал. Ну что ж, отме­ток в этот день обычно не ста­вят, но нару­шим обы­чай, поста­вим за чет­кость и убеж­ден­ность — первую в этом полу­го­дии пятерочку.

Поста­вив в жур­нал пятерку, Карла под­няла голову и… даже поежи­лась слегка от направ­лен­ного на нее взгляда новень­кого. А смот­рел он на нее так, как будто ему Карла вме­сто обе­щан­ного моро­же­ного под­су­нула дох­лую мышь.

— Мне кажется, ваш новый одно­класс­ник хочет что-то доба­вить? — Карла, улы­ба­ясь, гля­дела на новенького.

Тот под­нялся и сказал:

— Добав­лять тут нечего. Все, что он ска­зал — неправда. А как жаль! Ведь Павел — одно­фа­ми­лец такого вели­кого человека.

Карла после заме­ша­тель­ства ска­зала, уже не улыбаясь:

— А ну-ка, поясни, какого человека?

— Павел Фивей­ский — это такой свя­той, друг Анто­ния Вели­кого, монах, кото­рый жил в пещере Фива­ид­ской, в Египте, ему ворон каж­дый день хлеб в клюве приносил.

— Как, ворон в клюве? — Карла снова улыб­ну­лась. — Ваня, но вы уже вышли из воз­раста, когда сказки за быль принимают.

— Это не сказка. Это «Жития свя­тых». Мы их с дедуш­кой каж­дый день читаем…

Карла пере­била его мягко:

— Нельзя опи­раться на «Жития свя­тых» как на исто­ри­че­ское свидетельство…

— Почему? — воз­ра­зил новень­кий. — Там все правда, а вот здесь, — он щелк­нул паль­цем по учеб­нику, — вра­нья хватает!

Что там вра­нья хва­тает, Карла была вполне согласна, однако подоб­ные пощел­ки­ва­ния у шести­класс­ни­ков надо пресекать.

Карла под­няла вверх палец и ска­зала назидательно:

— Но-но! Нельзя так говорить.

— Можно. Ложь можно обли­чать. Спа­си­тель ска­зал: про­по­ве­дуйте. А вра­гов не уби­вать, вра­гов любить надо, потому что эта запо­ведь — не чело­ве­че­ская выдумка, а наказ самого Гос­пода. Нач­нешь мстить всем вра­гам, обя­за­тельно най­дется кто-то, кто посиль­ней тебя. Кто тогда спа­сет тебя от его мести? А про­стишь сво­его врага, тогда и Гос­подь всех, кто тебе мстить соби­ра­ется, силы лишит.

— А ты читал Евангелие?

— Мы его с дедуш­кой каж­дый день читаем, а что непо­нятно, он мне растолковывает.

— А кто у тебя дедушка?

Стр. 1 из 44 Следующая

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 Комментарий

Открыть весь текст
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки