Отпрыск райского растения
Высоко-высоко, в светлом, прозрачном воздушном пространстве, летел ангел с цветком из райского сада. Ангел крепко поцеловал цветок, и от него оторвался крошечный лепесток и упал на землю. Упал он на рыхлую, влажную лесную почву и сейчас же пустил корни. Скоро между лесными растениями появилось новое.
— Что это за чудно́й росток? — говорили те, и никто из них — даже чертополох и крапива — не хотел знаться с ним.
— Это какое то садовое растение! — говорили они и поднимали его на смех.
Но оно все росло, да росло, пышно раскидывая побеги во все стороны.
— Куда ты лезешь? — говорил высокий чертополох, весь усеянный колючками. — Ишь ты распыжился! У нас так не водится! Мы тебе не подпорки дались!
Пришла зима, растение покрылось снегом, но от самого растение исходил такой блеск, что блестел и снег, словно освещенный снизу солнечными лучами. Весною растение зацвело; прелестнее его не было во всем лесу!
И вот, явился раз профессор ботаники, — так он и по бумагам значился. Он осмотрел растение, даже попробовал, каково оно на вкус. Нет, положительно, оно не было известно в ботанике, и профессор так и не мог отнести его ни к какому классу.
— Это какая-нибудь разновидность! — сказал он. — Я не знаю его, оно не внесено в таблицы.
— Не внесено в таблицы! — подхватили чертополох и крапива.
Большие деревья, росшие, кругом, слышали сказанное и тоже видели, что растение было не из их породы, но не проронили ни одного слова, ни дурного, ни хорошего. Да оно и вернее промолчать, если не отличаешься умом.
Через лес проходила одна бедная невинная девушка.
Сердце ее было чисто, ум возвышен верою; все ее достояние заключалось в старой Библии, но со страниц ее говорил с девушкой сам Господь: «Станут обижать тебя, вспомни историю об Иосифе; ему тоже хотели сделать зло, но Бог повернул злое на доброе. Если же будут преследовать тебя, глумиться над тобою, вспомни о Нем, невиннейшем, чистейшем Агнце, над Которым надругались, Которого пригвоздили ко кресту, и Который все-таки молился: «Отче, прости им, ибо не знают, что делают!»
Девушка остановилась перед чудесным растением; зеленые листья его дышали таким сладким, живительным, ароматом, цветы блестели на солнце радужными переливами, а из чашечек их лилась дивная мелодия, словно в каждой был неисчерпаемый колодезь чарующих созвучий. С благоговением смотрела девушка на дивное растение Божие, потом наклонилась, чтобы поближе рассмотреть цветы, поглубже вдохнуть в себя их аромат — и душа ее просветлела, на сердце стало так легко! Как ей хотелось сорвать хоть один цветочек, но она не посмела, — он, ведь, так скоро завял, бы у нее. И она взяла себе лишь один зеленый листик, принесла его домой и положила в Библию. Там он и лежал, все такой же свежий, благоухающий, неувядаемый.
Да, он лежал в Библии, а сама Библия лежала под головою молодой девушки в гробу, — несколько недель спустя девушка умерла. На лице, ее застыло выражение торжественной, благоговейной серьезности, какое только и могло отпечататься на бренной земной оболочке души в то время, как сама душа стояла перед престолом Всевышнего.
А чудесное растение по-прежнему благоухало в лесу; скоро оно разрослось в целое дерево; перелетные птицы слетались к нему стаями и низко преклонялись перед ним; в особенности — ласточка и аист.
— Иностранные кривляки! — сказали чертополох и крапива. — У нас это не принято! Такое ломанье нам не к лицу!
И черные лесные улитки плевали на дерево.
Наконец, пришел в лес свинопас надергать чертополоху и других растений, которые он сжигал, чтобы добыть себе золы, и выдернул в том числе со всеми корнями и чудесное растение. Оно тоже попало в его вязанку!
— Пригодится и оно! — сказал свинопас, и — дело было сделано.
Между тем, король той страны давно уже страдал глубокою меланхолией. Он прилежно работал — толку не было; ему читали самые ученые, мудреные книги, читали и самые легкие, веселые — тоже. Тогда явился посол от одного из первейших мудрецов в свете; к нему обращались за советом, и он отвечал через посланного, что есть одно верное средство облегчить и даже совсем исцелить больного.
«В собственном государстве короля находится в лесу растение небесного происхождения, такого-то и такого-то вида, — ошибиться нельзя» Тут следовало подробное описание растения, по которому его не трудно было узнать. «Оно зеленеет и зиму, и лето; пусть берут от него каждый вечер по свежему листочку и кладут на лоб короля, — тогда мысли его прояснятся, и чудный сон подкрепит его к следующему дню!»
Яснее изложить дела было нельзя, и вот, все доктора, с профессором ботаники во главе, отправились в лес. Но… куда же девалось растение?
— Должно быть, попало ко мне в вязанку, — сказал свинопас: — и давным-давно стало золою. Мне и невдомек было, что оно может понадобиться!
— Невдомек! — сказали все. — О, невежество, невежество, нет тебе границ!
Свинопас должен был намотать эти слова себе на ус; свинопас и никто больше — думали остальные. Не нашлось даже ни единого листика небесного растения: уцелел, ведь, только один, да и тот лежал в гробу, и никто и не знал этого.
Сам король пришёл в лес на то место, где росло небесное растение.
— Вот где оно росло! — меланхолично сказал он. — Священное место!
И место огородили вызолоченною решеткой: и приставили сюда стражу; часовые ходили и день, и ночь.
Профессор ботаники написал целое исследование о небесном растении, и его за это всего озолотили — к большому его удовольствию. Позолота очень шла к нему и ко всему его семейству, и вот это то и есть самое радостное во всей истории: от небесного растение не осталось, ведь, и следа, и король по-прежнему ходил, повесив голову.
— Ну, да он и прежде был таким! — сказала стража.
Комментировать