• Цвет полей:

• Цвет фона:


• Шрифт: Book Antiqua Arial Times
• Размер: 14pt 12pt 11pt 10pt
• Выравнивание: по левому краю по ширине
 
Автор: Шорохова Татьяна

Так на чьей ты стороне?

(1 голос: 5 из 5)

 

Стихи-предчувствия

Неразрывная связь

Не затеряны средь мелочей
И ещё не измяты Европой
Петербург – город белых ночей,
Город белой земли – Севастополь.

Неразрывной ковалась их связь
На великую славу России!
Почему же случилось сейчас,
Что друг другу они как чужие?

Всё ж осталась надежда… И рад
Севастополю с прежней заботой
Город-первенец, город Кронштадт –
Сердце славного Русского флота!

Но Отчизна забыть не должна:
Там, у бухт, – и глубоких, и узких –
Братских кладбищ сестра – тишина
Причитает о павших по-русски.

Петербург, 2003

На таможнях – грустные собаки…

На таможнях – грустные собаки,
Комиксы искусственных границ
И разнохарактерные флаги
Над похожестью славянских лиц.
Но, конечно, дело не в мытарствах –
Горечи душа моя полна:
Русский мир разбит на государства,
А Отчизна у меня – одна.
Помню, в детстве я, не умолкая,
Пела без предчувствия потерь:
«Широка страна моя родная…»
А какую песню петь теперь?
Я тужу, а падких на приманки
Раздражает мой сиротский вид.

…Как в бомбёжку раненная мамка,
У черты рубежной Русь лежит.

Новороссийск–Симферополь, март 2012

Чёрный конь

Вдоль по свету ходит конь.
Из ноздрей его – огонь.
Ты коня того не тронь –
Своё сердце не полонь.
Возле чёрного коня,
Возле чёрного огня –
Только мёртвая трава,
И душа, как нежива.

Как пойдёт он вдоль Руси,
Ты себя не подкоси.
Не водись с таким конём –
Чёрный всадник есть на нём.
А тот всадник на коне
Почерней коня вдвойне:
Льёт отраву он ковшом…
Не играй с его огнём.

Как тот чёрный конь дохнёт,
Враг отравою плеснёт,
Так у русичей подряд
Закипает в сердце яд.
Конь уже невдалеке –
На границе, на реке.
И огонь от чёрных сил
Долетает до Руси.
Вот и встреча, вот и край!
Кого любишь, выбирай:
Кто за Русь, тот с гадом – в бой!
Кто с врагом – плати душой!
Эх, ребятушки, не трусь!
За спиной – Святая Русь!
Прямо – ворог на коне! –

…Так на чьей ты стороне?

поезд Петербург-Киев,
август 2011 г.

В Севастополе

Сердцу и язык сражений внятен,
Если настоялось на любви.
Здесь на каждом камне, каждой пяди
Можно ставить храмы на крови.

Разгадать истории зигзаги
Не берусь, хотя вопрос открыт:
Севастополю с его отвагой
Третья оборона предстоит?..

Севастополь–Симферополь, 29.03.2012

Взгляд из Крыма

Как умом ты тут не прикидывай,
Проходя с трудной думой по полю,
А намаются: Русь – без Киева,
И Россия – без Севастополя.

Так – в мороз без тёплого свитера…
Так в реке – меж острыми крыжами…
Украина бедна без Питера,
Без Москвы Тавриде не выдюжить.

На белённом – заметней красное…
И грядущее машет знаками,
От которых яснее-ясного:
Что-то будет здесь, да инаково.

Севастополь, 2012

Крымская земля

Переменчива. Неожиданна.
Кровью русских людей пропитана.
Ярких подвигов русской рати
Здесь на многие книги хватит.

Не сокрыты в дырявом саване
Ни дороги твои, ни гавани.
Здесь основа – Крещеньем близкая –
Государственности Российской.
Время вехи твои чеканит
От Москвы до Тмутаракани.
И расшита веков завеса
Петербургом до Херсонеса.
Вот у нас – и причина веская
Помнить славу твою имперскую.
И на русских, живущих ныне, –
Долг хранить здесь Руси святыни:
Храмы – кладези русской силы
И сражений былых могилы…
Все, полёгшие в крымских росах,
С нас, потомков, за это спросят.

Симферополь, 2008

Сергию Радонежскому

Троицкой Лавры кремлёвские стены…
Звон колокольный – могучий, степенный…
Древние лики… Господь Иисус…
Молится с Сергием Спасова Русь.
Нам, не забывшим Донского Димитрия,
Бедствия Смуты, сражений реликвии,
Как не понять? – в твой молитвенный щит
Сердце народа согласно стучит.
Царь и мужик…
Всякий шёл к Преподобному.
Рядом с мощами и горе народное
Легче сносилось. Так было не раз
Беды теперь донимают и нас.
Но не о личном наше моление…

Просим, заступниче, благословения,
Как получали и князи, и рать,
Снова соборно за Русь постоять.
Силу духовную в русских всели,
Светлый печальниче Русской земли!

Тосно, 29.01.2013

«Купно за едино!» [1]

Девиз народного ополчения
К. Минина и Д. Пожарского

Под сенью кладбищ, в тесноте,
Лежат сразившиеся братья.
Их даты жизни как проклятья
Братоубийственной вражде.
А нам бы – купно за едино!
Но берегись! Ударит в спину
Твой русский брат, что самый свой…

Не для того ли враг войной
Приходит, чтобы всех сплотила
Любви завещанная сила,
И на Руси – ценой утрат! –
Стал русский снова брату брат?!

Тосно, 2012

Не грозным маршем – тихой, нежной музыкой…

Не грозным маршем – тихой, нежной музыкой
Хотелось мне прожить.
Да доля – русская…
И в гуще сечи, где звенит броня,
Вы кроткой не узнаете меня.
Не встретитесь с ранимой, слабой женщиной
Не потому, что мне сказать вам нечего
О нежности, о счастье, о любви…
Не до себя!.. Отечество в крови.

Тосно, 2002

Крым-Петербург: вертикаль судьбы

Прадедам

Было! Мои дальновидцы,
Робкой Руси вопреки,
Отодвигали границы
От пограничной Оки.
Земли стране прирастили,
К югу сместив борозду,
Сопротивленье осилив –
Дикого Поля вражду.

Памятью сердце украсив,
Той, что жива и болит,
Выросла я на заквасе
Битв, и трудов, и молитв.
И прикипела, как намертво,
К южной сторонке моей.

Земно вам кланяюсь, прадеды,
Сдвинувшим Русь до морей,
Грозных, желанных, эпических,
Отогревающих Крым –
Мой полуостров Таврический,
Ставший России родным.

Симферополь–Москва, 2012

Дуб

1.
Не сравнится с ливнем морось –
Ей земли не напоить…

Дуб, конечно, пустит поросль,
Если крону отрубить.
Люди где-то за полями
Соберут добротный сруб.
Только пень, пусть и с ростками,
Всё равно уже – не дуб.

2.
Тесным стало вдруг раздолье,
Затушёванное болью:
Крону на Руси моей
Отделили от корней.

Петербург, август 2008

О границах

Забудут и эти были:
С усердием палача
Не головы нам рубили –
Рубили страну с плеча
Безликие истуканы.

…На шрамах-границах – псы.
В России – отец и мама,
Со мною в Тавриде – сын.
Семьи нераздельный полюс
Разрезали рубежи.

…По сердцу промчался поезд.
И как я осталась жить?..

Симферополь, 1993

За вас, славяне!

«…Для всякого славянина… после
Бога и Его святой Церкви, – идея
Славянства должна быть высшею идеей».

Н. Я. Данилевский

Взойду на сцену, как на эшафот.
Я эту казнь предпочитаю плену.
Где море мне отнюдь не по колено,
Вступаюсь я за собственный народ.
Не потому, что я смелее всех –
По коренному, родственному праву!
И пусть мне этот пафос не во грех
Зачтёт Господь, а Родине во славу!
На трёх обломках стоя, говорю.
За вас, славяне, возвышаю голос.
За поле оскудевшее, за колос,
Что не народит хлеба к сентябрю!

Сегодня забивает трын-трава
Святое притяженье братской крови.
Но как забыть, что первые слова
Сказала я на украинский мови?
Но как забыть мой колыбельный дом
И дом в России
в скорбных лентах горя? –
И я лежу поваленным крестом
От Чёрного до Баренцева моря!
Я – только кроха. Миллионы нас –
Обманутых, оболганных, крещёных,
На самоистребленье обречённых,
Разложенных, как карточный пасьянс.
Мои единоверцы! Земляки!
Ну, что делить нам по большому счету –
Судьбину, веру, праздники, работу,
Отечество, рассудку вопреки?
Простим друг другу распри и долги,
Перечеркнём поставленную точку,
Ведь каждый умирает в одиночку,
Когда не дремлют общие враги.
Беда у нас – одна и Бог – один!
Так неужели мы не повинимся,
О самом кровном не договоримся,

Чернобыль поминая и Хатынь?
Великое приветствие у нас –
Оно звучит в веках –
Христос Воскресе!
А сколько сказок общих, сколько песен!
А лиц похожих! А похожих глаз!
И где Мария – явится Иван
В полтавском ли, в воронежском ли виде…

Молюсь о тех, кто братьев ненавидит.
Молюсь о тех, кто верует в славян!

1995, Симферополь

Ой, как неспроста!..

Ой, как неспроста!
Ох, как ловко
Превратили Крым
В мышеловку.
Неспроста Кащей
Снова чахнет –
Таврика ему
Златом пахнет!
Выбрит он теперь,
Дружит с кремом,
А зовут его
Дядей Сэмом.
В Рождество и он
Ставит ёлку.

Ну, а те – в Крыму –
На иголках!..

Симферополь, 2000

Ох, Россиюшка…

Ох, Россиюшка, –
Жёнка праздная!
Как, скажи, тебя
Угораздило
Вроде с русскими,
А не с клонами,
Из империи –
Да в колонию?!
При живых отцах –
Всюду сироты…
Где растратила
Свою силу ты?

Петербург, 2002

В будни-праздники

Я зачем себя тружу,
Жгу потерями?..
По Империи хожу
Без Империи.
Всё смотрю на белый свет
В будни-праздники:
То ли – Русь, а то ли – нет, –
Люди разные…
А вокруг заморской лжи
Понаклеено!..
Богу и Царю служить
С виду некому.
Нищеты блестящей след
Слепит стразами:
То ли – Русь, а то ли – нет, –
Люди разные…

Утёс

Кому – наследные права.
Кому – «долой аристократию!» –
И снова в яркие слова
Рядятся блёклые понятия.
И напридуманных свобод
Причинно-следственные завязи
Опять уводят в недород
Народа. В революций зарево.
И вот уже, как сели – с гор,
Ревут вокруг потоки мутные
И вымывают всех из нор
В свои дела сиюминутные.
Там, где потоки напролом
Идут – свалить, сравнять с пустынею, –
Стою, как русич за Днепром
В часы нашествия Батыева.
Пусть – не родня богатырю,
И выросла не красной девицей,
Стою утёсом и смотрю
На то, что в русском мире деется.

Тосно. 2011

Из тупика

Мой зов, мой плач, мой клич – Россия! –
Издалека, из тупика,
Исконная, святая сила,
Текущая через века.
На то и бедствие случилось,
Гордыню нашу сокруша,
Чтоб покаянием омылась
Её высокая душа.
Внимайте, данники позора,
В любой близи, в любой дали:
Русь и теперь под омофором
Царицы Неба и земли!!!

Симферополь, 1996

Крымский вальс

Волны лижут горячий песок, лижут ноги босые…
Я – осколок земли под названьем щемящим – Россия.
В этом южном краю, где живу и люблю, и страдаю,
Почему-то всё чаще, Россия, тебя вспоминаю.
Манят за море нас необычные, яркие страны,
А в России моей – всё болота, дожди и туманы,
Заливные луга, в соловьях просветлённые рощи,
Да седые снега, что метелями дали полощут.
Слышишь плач журавлей? В этих криках – протяжные вздохи
Позабытых детей на обломках ушедшей эпохи,
Да земная печаль, да вселенское наше сиротство.
Неужели с тобой этот край никогда не срастётся?
Что ж ты, Матушка-Русь, потеряла былое величье?
Я, родная, к тебе прилечу с первой стаею птичьей.
И прильну, и прижмусь, поцелую студёные росы.
Как мне трогают душу раздолье твоё и березы!

Симферополь, 1995

Единой стране

Без величья Родины согреться
Духом нелегко.
И в сгустке бед,
Как народу жить, когда на сердце
Прошлое, а прежней силы нет?

Лик твой затуманенный, таинствен…
От Тавриды до полярных льдов
Ты лежишь в нетронутом единстве
Всех своих земель и городов
В памяти моей…
И «остров Крым»
От тебя во мне неотделим.

Симферополь, 2012

Петербургом рождённый…

Петербургом рождённый,
Превращённый в купца,
Севастополь, лишённый
Всех регалий отца.

И куда же ты идешь
С родословьем таким –
Уж не сын, а подкидыш?
Как… и царственный Крым.

Петербург, 30.01.2013

Мой век… Моя страна… Поруганная песня…

Мой век… Моя страна… Поруганная песня…
Надежда не ушла, но как она слаба!
(А что же ждёт ещё? А что же будет, если?…) –
И обретают смысл и вера, и судьба.

Симферополь, 1993

Невольно берёзу люблю…

Невольно берёзу люблю,
Невольно рябину…
На сердце ледок растоплю
Лишь взглядом окину
Сестриц из России моей,
Заехавших в гости
Проведать её сыновей,
Проведать её дочерей
На крымском погосте…

Симферополь, 1998

Я простужена западным ветром

Я простужена западным ветром
На последней восточной весне,
Где седая вершина Ай-Петри
Сокровенно сочувствует мне.

Ялта, 2001

Поляница – богатырю

Богатырь, ты видишь, не приемлю
Карликов эпохи перемен!

…Нет! Не кровь обогащала землю –
Вытекала родина из вен
Рук твоих, мой незабвенный витязь!
Страшен твой диагноз – суицид.
Слёг ты в степь, седым холмом возвысясь,
Спрятал меч свой, схоронил свой щит.
Что мне делать, Ванька-неваляшка?
Посмотри! – травой зарос наш двор…
Знал бы ты, как без тебя мне тяжко!
Этот вздох – последний мой укор.

Севастополь, июнь 2013

Убогая, несмелая…

Убогая, несмелая,
И всё ж – молюсь:
Собою – ниткой белою –
Латаю Русь.

Алупка, 2001

Николаю Рубцову от крымчанки

Если только буду знаменит,
То поеду в Ялту отдыхать…

Н. Рубцов

Быть может, бессилье осилив,
В твои я края доберусь
С любовью к забытой России
С таинственным именем «Русь».

И тихо у белой могилы
Сложу припасённые впрок,
Ракушку, что море вместила,
И с ялтинской клумбы цветок.

Курортного крымского гвалта
В твоей не случилось судьбе,
Но всё же ты вспомнил про Ялту,
И я благодарна тебе.

Не будем о грустном, не будем…
Ведь знаю, о прошлом скорбя,
Что южные русские люди
И в Ялте читают тебя.

Магнолии, яркие розы,
Поверь, не затмили в сердцах
Печаль о твоих перевозах
И русских – во тьме – огоньках…

Вдоль пляжа – шикарная бездна.
У пирса – воспетый мазут…
Что ж, если ты в Ялту не съездил,
В котомке её привезу.

Симферополь–Ялта, 2007

Журавли

В темноте, через дымку туманную,
Как и тысячу вёсен назад,
Недоступные и долгожданные
Журавли над Алупкой [2] летят.

Ничего нет на свете победнее:
Одолев и усталость, и страх
Дотянуть через море последнее
И упасть на озёра в горах.

Как её ощущенье живительно –
Самой первой родимой земли!
Над вечерней Тавридой спасительной
На Россию летят журавли.

Не обычай – любви дерзновение!
Оттого и до сердца проник
Этот радостный плач возвращения –
Журавлиный пронзительный крик.

Алупка, 12-13 марта 2001

Спустя сто лет

Что проку досаждать судьбе,
Когда в погоне за свободой
Дом разделился сам в себе,
И Китеж опустился в воду?
Эпоха наломала дров! –
По всей Руси плоды увидишь…

…Перебирая чётки слов,
Ищу потерянный град-Китеж.

Тосно, август 2008 г.

А многие забыли Перекоп…

А многие забыли Перекоп…
На Крым, что был всегда столпом империи,
«Отрезанный ломоть!» – им говорить легко
И даже не скрывать высокомерия.

Петербург, 2012

Обременённая поклажею…

Обременённая поклажею,
Вдруг принимаю горячо
И облачность многоэтажную
И дождь, и травы по плечо.

Не зная ничего заранее,
Томлю вопрос на злобу дня:
Прибежищем или изгнанием –
Чем станет север для меня?

Ещё робея, а не мудрствуя,
Ненужностью смиряя прыть,
Смогу ль, крымчанка петербургская,
Я сердцем здесь заговорить?

С пришельцами извне несмелые,
Они пока молчат внутри, –
В июньской шали ночи белые
И в чёрной шали декабри.

Но в граде, шпилями мерцающем,
С иглою на манер шипа,
Есть ангел, всех благословляющий,
С Александрийского столпа.

И потому, снимая прежние
Сомнения иных начал,
Я здесь одарена надеждою,
Как шубой с царского плеча.

Петербург, 2001

К теме – внимание тусклое…

К теме – внимание тусклое…
Кто я? – седьмая родня?..
Материковые русские
Не понимают меня.

Тугой своей неугодная,
Поводом став для молвы,
С крымской посетую родиной,
Не понимая Москвы!

Петербург–Севастополь, 2012

И юг, и север

Союза уроженке,
Мне как с вопросом быть?
– Эй ты, переселенка!
Что можешь ты любить?
Ты здесь, как иностранка
С отрезанных югов –
Невзрачная беглянка
Забытых берегов.
Твои стихи – сверчками
Руси не огласить.
Вся жизнь твоя клочками
На времени висит.
Помимо рек и пашен,
Здесь многое – не так:
Гранит подножий наших –
Совсем не известняк.
Ты северу – чужая!
Ты Питеру – не в масть!

…Страна моя большая,
В тебе ли мне пропасть?
Твои ли мне просторы
Душой не охватить,
Пока твоих узоров
Не истрепалась нить?!
Цветёт повсюду клевер.
И где б я ни жила,

И юг люблю, и север –
Такие, брат, дела.

Ответ на некоторые замечания

– А вы погубите свой дар:
В стихах – излишний пафос,
И конъюнктуры пылкий жар,
И православный ракурс.
Вас в Петербурге не поймут…

– Ну, что мне вам ответить? –
Попробуйте пожить в Крыму
На рубеже столетий.

Петербург, 2006

Пора бы попривыкнуть, в самом деле!..

Пора бы попривыкнуть, в самом деле! –
Всмотреться, притерпеться, полюбить
Петровский град и ливней канители,
И октябри его, и декабри…
Он, несомненно, лучший на планете:
Имперская столица, не дыра!
Но почему-то Александр Третий
В Ливадию уехал умирать…
Кто был в Крыму хотя бы раз, хотя бы
На южный край лишь мельком посмотрел, –
Простит мне спотыканья на ухабах
В простуженную Балтикой метель
И воздохнёт со мною об Отчизне…

Кронштадта, Ай-Тодора [3] маяки –
Два полюса могучей русской жизни,
Которая распалась на куски.

 Петербург, 2008

Довольно!

Как-то вяло, скукоженно
Заалел небосвод…

Экономно, по ложечке
Солнце свет раздаёт.
Словно детскою горсткою
Насыпает и мне,
Чтоб волна черноморская
Билась в невской волне.
Но довольно выстраивать
Милый самообман!

Неба блёклое зарево…
Блики – плёночкой ран…

В ожидании эха

Детства и юга!!!– Хоть толику!

…Стала далекой и внешней
Дому и яркому дворику
С ивой, орехом, черешней.

Память сечётся порошею…

В каменном граде великом
Детства цветочное прошлое
Вздохом достану – не криком.

Маются сумерки древние…

Может, откликнется эхом
Дом под большими деревьями –
Ивой, черешней, орехом?

Там – если б знала заранее! –
Сколько мне выпало счастья!!!
Детские воспоминания,
Будни белёсые скрасьте,
Скрасьте житейские промахи
Запахом белой акации…

Ветра колючие шорохи
К югу позёмкой змеятся.
В них исчезает всё встречное –
Эхо, дорожные вехи…

– Что приуныла, сердечная?
Есть и на рынке орехи…

По зимней России – к миндальному цвету долин…

По зимней России – к миндальному цвету долин,
До кромки прибоя, шуршащего сказами лета,
Я еду, я еду сквозь снега метущийся дым.
В мой Крым запредельный за трудною радостью еду.

Дорога Петербург-Севастополь, 2010

В старом Крыму

Путь накатан, призывны дела
И заботы всё время в приросте…
В Старый Крым угодив, я вошла
Прямо к Юлии Друниной в гости.
Дом добротный… Уютный музей…
Фотографии… Книги в витрине…
Всё с любовью, без лишних затей,
И букет сухоцветов в кувшине.
Убедителен сказ и правдив
У вещей, как дневник пилигрима.
Здесь легко без препятствий пройти
По античному Старому Крыму.
Перекрёсток имён, городов,
Судеб, слов, что сюда заносились…
Старый Крым до цветенья садов
Так похож на глубинку России!
Здесь беспомощность СССР
Мне предметы напомнили тонко.

…День весенний и мягок, и сер,
Словно нежный каракуль ягнёнка.

Старый Крым – Симферополь, 28.03.2012.

Родовое древо

Внукам передам, не только сыну:
Нас вскормила Киевская Русь –
Беларусь, Россию, Украину –
Стран славянских родовой союз.

От землицы с племенем Полянским,
На которой предок мой взошёл,
До конца истории славянской
Киев – родового древа ствол.

Еду в гости и везу гостинец –
Песен и стихов певучий груз –
И тебе, брат русский – украинец,
И тебе, брат русский – белорус.

Тосно, 22.02.2011.

Классикой сильна архитектура…

Классикой сильна архитектура.
Севастополь – классики оплот.
Но боюсь, что участь Порт-Артура
Южный город русской славы ждёт.
На фасадах – то резьба, то лепка…
Но сегодня кто здесь не смущён?

…Так слабеет дуб, обвитый крепко
Соки пьющим вьющимся плющом.

Севастополь-Симферополь, 29.03.2012

Северным мэтрам

Здесь многим и тепло, и хорошо.
Здесь кулики своё болото хвалят.
Здесь каждый, что хотел, то и нашёл,
Но я впишусь в счастливый круг едва ли.
Спасённым, что взобрались на корабль,
Уж не до тех, кто за бортом остался,
И потому мне уезжать пора
К твердыням «Севастопольского вальса».
Довольно усмехаются в лицо
Мечтавшие меня подальше сплавить…

Но кости ваших дедов и отцов,
В Крыму погибших, на кого оставить?

Тосно, 7.02.2013

Обожжённая севером

Дознавалась настойчиво
Близ Невы у столпа –
Неужели сговорчивой
Не бывает судьба?

…Оставляю намеренно
Жизни питерской круг.
Обожжённая севером,
Возвращаюсь на юг.

Севастополь, 2013.

Поезд номер семь

(Петербург–Севастополь)

Превратил во встречи – расставанья
Взмах руки – в разлуку насовсем
Петербургского формированья
В Севастополь поезд – номер семь.

Здесь и там – у отчего порога…
Неделима для меня страна!
Поезд номер семь – судьбы дорога.
Неспроста железная она!

Симферополь, 9.04.2012

Юг-север-юг…

Юг-север-юг…
Уток ныряет…
Основа…
Нити…
Полотно…
Душа события вбирает,
Соединяет их в одно
Пространство севера и юга.
И вдруг, как будто дрогнул дом,
Нить обрывается разлукой…
Чтоб стать надёжным узелком.

Тосно, 15.01.2013

Не южная аляповатость лип…

Не южная аляповатость лип
В краю глициний, кипарисы склонном
Вычерчивать графически по склонам,
Коснётся сердца, словно детский всхлип.

И город, что уже покинут мной,
Забрезжит первой ласточкой рассвета.
Там зим отваром вспоенному лету
Однажды стала я своей, родной.

Зачем идти за тридевять земель?
Я обитаю в тридесятом царстве,
Где малых родин липовое братство
Цвет рассыпает, превращаясь в цвель.

Но ароматный – на пыльце – настой
В соцветьях пробудившихся росинок
Приму, как знак внимания России,
И как тут не растрогаться самой?

Симферополь. 23.06.13.

2014 год: русская весна

К событиям в Украине

И снова – за вилы, и снова – за пики,
Надеждам, покою – под дых…
И снова могилы, и снова гвоздики,
Земля на телах молодых.
Безгневные камни в руках разъярённых…
Увы, не Давид со пращой! –
Невольный заложник умов изощрённых…
Он будет ли Богом прощён?
А каждый, кто целился, в ком застревала
Убойная заданность пуль –
Те в добрых людей из камней и металла
Опять обратятся ль?
Испуг
И детский, и женский пусть станет мольбою
В едином порыве: «Господь!
Заполни сердца милосердной любовью
И ненависть дай побороть!»

Симферополь, 21 февраля 2014 г.

Почему украинцы за нэзалэжнисть?

Ой, страшат и даль, и ширь
Шефов демонстраций!
У России есть Сибирь –
Все её боятся!
Ни тайга, ни Енисей,
Ни Байкал, ни омуль
Не нужны громаде сей,
Попривыкшей к дому.
Вот и можно дурковать,
Можно и жестоко
Кровь людскую проливать –
Не сошлют далёко!

Севастополь, 23.02.2014.

Сынам Отечества

к событиям в Одессе

И школьник, и опытный витязь,
Умывшись слезами, мужайтесь!
Кто может молиться – молитесь!
Кто может сражаться – сражайтесь!

Над братской Одесской могилой
Покой обретёте едва ли.
Добудьте оружие силой –
Так деды всегда поступали!

Нахлынули горе и беды…
За правду, гордились которой,
Пусть в этой борьбе до Победы
Вам матери станут опорой.

Севастополь, 4.05.2014.

Львовские скачки

В листочках вместо поясов…
Как тот дикарь в звериной мести,
Скачи же, африканский Львов!
Скачи-скачи с Обамой вместе!

Уж где ты только ни скакал!
Но знай, ложась под иностранца,
Не будет ни один москаль
С тобой в скакании тягаться!

Запомни, не твоя судьба
Нам уготована Мессией! –
Взирает на скачки раба
Высокородная Россия.

Севастополь, 16.05.2014.

А в Донбассе убивают Россию

На Приморском – и светло, и красиво,
Волны – в просинях…
А в Донбассе убивают Россию –
Новороссию.
Цвет акаций душу настроит
В лад с узорочьем…
А в Донбассе погибают герои
В сердце с горечью.
В Севастополе с могильными плитами –
Маки истовы…
А героев обзывают бандитами,
Террористами.
Роза прелестью своей озабочена
Рядом с тополем…
А в Донбассе оборона не кончилась
Севастополя.

Севастополь, 27.05.2014.

Свет с Востока

Защитникам Новороссии
Не только вчитываться! – Ведать,
Вникая в буквиц начертанье,
Как Слово, что всегда в начале,
В итоге празднует Победу.

И повергается жестокость,
И жертвенность ведёт к спасенью,
И неизбежно Воскресенье,
Когда приходит Свет с Востока.
Севастополь, 28.08.14.

Не хочу в Европу!..

Не хочу в Европу!
Мат – их королю.
Город Севастополь,
Я тебя люблю!
И в священном гневе
Помня боль утрат,
Еврокоролеве
Объявляю мат.
Пусть уходит в штопор
На Руси меже…

Город Севастополь,
Ты мне по душе!

Севастополь, 27-28.05.2014.

Мы вместе

В бессильи постигая силу,
В огне майданов и в чаду,
Я выучила гимн России,
Когда мой Крым попал в беду.

Со всеми, кто любовью мерил
Великой Родины слова,
С надеждой признаюсь и верой:
– Я так ждала тебя, Москва!

Кто уберёг Руси святыни,
Чья правда в мире высока,
Своих не бросили. Отныне
Мы вместе. Вместе на века!

Сердца в едином чувстве слиты –
Всей мощью распростёртых крыл
Над Херсонесом, над Тавридой
Орёл двуглавый воспарил!

23-24.03.2014, Севастополь

Сакральные вехи Руси

Андрею Первозванному

Не за золотом, не за славой
В край суровый
Проходил по чужим заставам
Друг Христовый.

Горним странником – Первый званный,
Божий ловчий.
По следам его на курганах
Травы сочны.

По крестам его – иереи
Святят срубы.
И по вере – идут Андреи
В боголюбы.

На рассвете ли, на закате,
При дорогах
По словам его – церкви в злате
Славят Бога.

По мольбе его люди в храмах
Терпеливы,
От Тавриды до Валаама
Спасом живы.

Потому-то под облаками
В силах реять –
Флагом поднятый над веками –
Крест Андрея!

Петербург, декабрь 2001

Херсонес

…Здесь князь впервые у икон
Благоговейно приклонился,
А чистый, серебристый звон
Над ним пророчески катился
И звал Владимира туда,
Где и загадочно, и тайно
Уже святилася вода
Днепра, Крещатика, Почайны,
Где оживляющей росы
Душа народа ожидала,
И время старое часы
Свои последние считало.
Князь верой зрел. Князь духом креп.
Мужал достоинством державным.
Апостолам делами равный,
На Русь понёс духовный хлеб.
И неба вытканный убрус
Блистал словами молодыми:
– Святися, Киевская Русь!
– Святись, Великий князь Владимир!

Симферополь, 1997

Кто она?

Зачем чужим идти путём,
Чужою мерить мерой?..
Для нас – с молитвой и постом –
Владимир выбрал веру.
Да вот случилась недолга
Сменила Русь дорогу!
Теперь – ни бесу кочерга,
Да и ни свечка Богу.

Но, сидя нищенкой в золе
Всемирной распродажи,
Она последней на земле
Святое слово скажет.

Тосно, 2002

Приношение Киеву

Дитё некрещёное – нерусь.
Народная пословица

Не забыл Крещатик
У седых могил,
Что святой Владимир
Русь свою крестил.

Что в воде днепровской,
Чуя неба власть,
Верой жить и Правдой
Спасу Русь клялась.

Что посланцы князя –
Киевом горжусь! –
Духом пламенея,
Освятили Русь:

Новгород Великий, Псков,
Тмутаракань
За сыновство Божье
Выдержали брань.

Русичи попрали
Бесовый полон,
Нерусью назвали
Всех, кто не крещён.

Но злораден местью
Неруси оскал:
Русский город Киев
Украиной стал.

Лишь слепой да чуждый
Духом – не поймёт,
Как родное имя
Потерял народ.

Но доныне светят –
И хватает сил! –
Всей Руси – святые
Киевской Руси.

Кустик клевера

Вечер щедро оросил
Куст смородины…
Каждый листик на Руси
Пахнет родиной.
Незабудка на лугу
Словно свечечка.
Вся-то травушка в стогу
От Отечества.
Ах, как запахи свежи
С юга-севера!..
Посади в цветник души
Кустик клевера.
Неказист он, может быть,
Только чувствую,
Что не может не любить
Землю русскую.
Видишь, клевера цветок
Пчёлке нравится –
Собирать себе медок
Здесь старается.
Как три братика, листы
Вместе собраны –
Отразились в них черты
Нашей Родины.
Три народа у Руси
Вместе молятся:
– От раздора нас спаси,
Богородица!

Симферополь, 1999, 2010

А Русь ещё стоит, но прорван…

А Русь ещё стоит, но прорван
Её серебряный доспех.
Из раны капли алой крови
Вокруг окрашивают снег.
Так богатырь теряет силы,
Пронзённый – в спину! – копиём…

О, стон ранимых душ России,
Что сердцем чувствуют её!
О, дар, не утопая в личном,
Увидеть вдруг через туман,
Как – пусть не в городе столичном –
Но подрастает сын Иван.
Уже он на коне – и скачет
За мёртвой и живой водой,
Пока изменники судачат
Над новой русскою бедой.
Иван вернётся – этот малый! –
Водою рану оросит…

Так на Руси всегда бывало
И снова будет на Руси.

Китеж-град

Русь…
Поросшее жнивьё
Лесом лиственным…

Но есть Китеж у неё –
Град таинственный.
Не на дне озёрном спит,
Скован чарами, –
Китеж в душеньках сокрыт
Светлояровых.
В граде этом – порадей! –
Нет измученных,
И слышна из уст людей
Речь певучая.
Задушевно там поют,
В Бога веруют,
Жизнь степенную ведут
Строгой мерою.
Мастерит там каждый брат
Всё искусное…
Ясен-светел Китеж-град –
Тайна русская.

Тосно, 14.06.11

Мольбой охваченная Русь…

Мольбой охваченная Русь,
Тебя люблю, тобой болею –
Земля, которой не стыжусь,
Которую зову своею.

И бунт, и вольницы пожар,
И мудрость убелённых старцев,
И Китеж-град, и Светлояр
Несут в себе твои скитальцы.

В тиши, в трудах колоколов,
Над слов молитвенных струеньем, –
И Богородицы покров,
И Свет, и Духа снисхожденье.

С тобой и в бой не побоюсь,
Небес нечаянная радость, –
Не раз оплаканная Русь,
Неопалимая как святость.

Симферополь, 3.02. 2014.

Не за харчи, не от обид…

Не за харчи, не от обид,
В общаге старой – не в обители,
Я стала Родину любить,
Когда вокруг возненавидели.
До преисподней всей земли
Расколотая перебранками,
Она лежит – и ковыли
Тускнеют под её останками.
В завалах, выбившись из сил,
Как будто жизнь до края пройдена,
Мне до кончины голосить
Над изуродованной Родиной.
То причитая, то без слов
По-бабьи отпевать запретную
Мою горючую любовь –
И позднюю, и безответную…

Симферополь, 1995

Охотники со славою дружить…

Охотники со славою дружить,
Мне предложили сердце раздвоить,
Чтоб о нейтральном петь…
Простите, но,
Увы, сопротивляется оно…

Петербург, 2006

Примечания

[1] Вместе за одно.

[2] Городок на Южном берегу Крыма в 25 км от Ялты в сторону Севастополя.
Расположен у подножья горы Ай-Петри – красивейшего крымского ландшафта. Здесь осуществляется перелёт журавлей через Черное море во время их весенней миграции.

[3] Мыс Ай-Тодор (Святой Феодор) замыкает с запада Ялтинскую бухту. В 30-х годах XIX в. здесь был построен маяк, который после распада СССР оставался в ведении России.

Авторы
Самое популярное (читателей)
Обновления на почту

Введите Ваш email-адрес: