<span class=bg_bpub_book_author>Люкимсон П.Е.</span><br>Царь Давид

Люкимсон П.Е.
Царь Давид

(29 голосов4.4 из 5)

Оглавление
След. глава

Предисловие

Как ни странно это про­зву­чит, но нет ничего проще, чем напи­сать исто­ри­че­ский (или псев­до­и­сто­ри­че­ский) роман о царе Давиде. Да, худо­же­ствен­ный уро­вень этого романа будет зави­сеть от сте­пени таланта автора, но все сюжет­ные пери­пе­тии и харак­теры героев вполне пред­ска­зу­емы. Даже если писа­тель захо­чет про­де­мон­стри­ро­вать силу сво­его вооб­ра­же­ния и решит при­бег­нуть к жанру фэн­тези, все равно вольно или невольно он оста­нется при­вя­зан­ным к Биб­лии — Книге Книг, вле­ку­щей всё новых чита­те­лей, неза­ви­симо от того, верят они в Бога или нет.

В сущ­но­сти, рас­ска­зы­ва­е­мая Биб­лией исто­рия жизни царя Давида и пред­став­ляет собой такой роман, при­чем напи­сан­ный рукой гени­аль­ного мастера или группы соав­то­ров. Если бы это было иначе, если бы Биб­лия несла в себе только рели­ги­озно-фило­соф­ские идеи и некие исто­ри­че­ские све­де­ния, не захва­ты­вая при этом сер­дец чита­те­лей, она нико­гда не сыг­рала бы такой огром­ной роли в исто­рии человечества.

Так что с рома­ном о царе Давиде все более или менее ясно…

Совсем иное дело попы­таться создать хотя бы отча­сти науч­ную био­гра­фию царя Давида — вели­кого воина и госу­дар­ствен­ного дея­теля, а также, вне сомне­ния, самого попу­ляр­ного поэта всех вре­мен и наро­дов, ибо трудно найти язык, на кото­рый не были бы пере­ве­дены напи­сан­ные им псалмы[1].

Прежде всего, автор такой био­гра­фии неми­ну­емо стал­ки­ва­ется с науч­ной шко­лой, утвер­жда­ю­щей, что, подобно Авра­аму, Иса­аку, Иакову, Мои­сею и Иисусу Навину, пер­вые цари Изра­иля Саул, Давид и Соло­мон «роди­лись на стра­ни­цах Биб­лии», то есть явля­ются вымыш­лен­ными, ска­зоч­ными персонажами.

Надо ска­зать, что исто­ри­ков, при­дер­жи­ва­ю­щихся вер­сии, что этих царей нико­гда не суще­ство­вало, сего­дня немного. Куда меньше, чем, ска­жем, тех, кто выска­зы­вает подоб­ную точку зре­ния по отно­ше­нию к еврей­ским пра­от­цам и про­року Мои­сею. Но они есть, в их суж­де­ниях име­ется своя логика, и нельзя взять и про­сто про­игно­ри­ро­вать их аргументы.

Глав­ным дово­дом в пользу своей точки зре­ния сто­рон­ники этой школы дол­гое время при­во­дили тот факт, что, кроме самой Биб­лии, ника­ких дру­гих пись­мен­ных источ­ни­ков и архео­ло­ги­че­ских памят­ни­ков, под­твер­жда­ю­щих реаль­ность суще­ство­ва­ния царей Саула, Давида и Соло­мона, нет. В 1994 году пер­вый такой памят­ник вроде бы появился — это стела из Тель-Дана, на кото­рой высе­чено утвер­жде­ние ара­мей­ского пра­ви­теля, что он «…уни­что­жил семь­де­сят царей, кото­рые сна­ря­дили про­тив него тысячи колес­ниц и тысячи всад­ни­ков. И… убил царя Изра­иля Иорама, сына Ахавы, и царя из дома Дави­дова Ахи­зи­яху, сына Иорамы».

На этом, как отме­чает аме­ри­кан­ский иссле­до­ва­тель Эрик Кляйн, все и закан­чи­ва­ется. Больше ника­ких запи­сей и сви­де­тельств с упо­ми­на­ни­ями о Давиде или Соло­моне нет. Все сохра­нив­ши­еся постройки, свя­зан­ные, по мне­нию архео­ло­гов, с царем Дави­дом, дати­ру­ются не X веком до н. э., а IX или даже VIII. Про­фес­сор Кляйн по этому поводу отме­чает, что мно­гие архео­логи, рабо­та­ю­щие сего­дня в Изра­иле, нередко дати­руют свои находки, све­ря­ясь с отрыв­ками из Биб­лии, в чем глу­боко не правы. Ведь цель биб­лей­ской архео­ло­гии, спра­вед­ливо пишет он далее, не в том, чтобы дока­зы­вать или опро­вер­гать содер­жа­ние Биб­лии, а в изу­че­нии под­лин­ной куль­туры Свя­той земли и ее реаль­ной исто­рии[2].

Но в том-то и дело, что ника­ких арте­фак­тов, ста­вя­щих под сомне­ние исто­ри­че­скую досто­вер­ность основ­ных собы­тий, опи­сы­ва­е­мых в Биб­лии, тоже до сих пор не най­дено. Зато всё новые и новые находки под­твер­ждают аутен­тич­ность ее тек­стов и прав­ди­вость изло­жен­ных в ней собы­тий. Как чита­тель уви­дит далее, эти же находки под­твер­ждают и исто­ри­че­скую реаль­ность фигуры царя Давида. А что каса­ется эпохи, в кото­рую он жил, то это, как гово­рится, отдель­ный вопрос, в кото­ром нам еще пред­стоит разобраться.

Ну и, без­условно, довод, что, если нет веще­ствен­ных дока­за­тельств, то Биб­лии дове­рять нельзя, демон­стри­рует лишь пред­взя­тость тех, кто его выдви­гает. Так можно дорас­суж­даться и до того, что если у нас на руках нет ника­ких арте­фак­тов, под­твер­жда­ю­щих те или иные собы­тия, изло­жен­ные в сред­не­ве­ко­вых хро­ни­ках или рус­ских лето­пи­сях, то этих собы­тий нико­гда и не было и все они от начала до конца при­ду­маны. А если зав­тра такие арте­факты най­дутся, то ста­нем заяв­лять, что они ничего не зна­чат, так как ранее было убе­ди­тельно дока­зано, что этих собы­тий не было. Дви­га­ясь в таком направ­ле­нии, мы очень быстро ока­жемся в числе при­вер­жен­цев псев­до­уче­ных вроде Фоменко и Носов­ского. Но, повто­рим, иссле­до­ва­тели, отри­ца­ю­щие исто­рич­ность фигуры царя Давида, уже давно нахо­дятся в «подав­ля­ю­щем меньшинстве».

С начала XX века трудно найти серьез­ный учеб­ник или моно­гра­фию по исто­рии древ­него Ближ­него Востока, не содер­жа­щих хотя бы одной неболь­шой главы, рас­ска­зы­ва­ю­щей о царях Давиде и Сауле и как ими созда­ва­лось пер­вое Еврей­ское госу­дар­ство. Обычно в этих тру­дах при­зна­ется роль Давида как царя, объ­еди­нив­шего раз­роз­нен­ные еврей­ские пле­мена, заво­е­вав­шего Иеру­са­лим и пре­вра­тив­шего его в поли­ти­че­скую и рели­ги­оз­ную сто­лицу госу­дар­ства, а также рас­ши­рив­шего раз­меры своей пона­чалу очень неболь­шой дер­жавы за счет заво­е­ва­тель­ных войн про­тив сосед­них народов.

Но ведь этим зна­че­ние лич­но­сти и насле­дия Давида, его вли­я­ния на судьбу сво­его народа и всего чело­ве­че­ства не исчер­пы­ва­ется! Не только его воен­ные победы и госу­дар­ствен­ная муд­рость и даже не только напи­сан­ные им гени­аль­ные поэ­ти­че­ские гимны, но и част­ная жизнь царя Давида давно стала досто­я­нием исто­рии. И жизнь эта так богата собы­ти­ями, так насы­щенна, что, без­условно, заслу­жи­вает отдель­ного рас­сказа и при­сталь­ного изучения.

Более того, жиз­нен­ный путь царя Давида пред­стает намного более слож­ным и дра­ма­тич­ным при зна­ком­стве с мид­ра­шами (уст­ными еврей­скими пре­да­ни­ями, при­зван­ными уточ­нить и допол­нить те или иные стра­ницы Книги Книг), с ком­мен­та­ри­ями Свя­щен­ного Писа­ния, дан­ными раз­лич­ными авто­рами, и тру­дами исто­ри­ков и тео­ло­гов, посвя­щен­ными царю Давиду.

Эта книга пред­став­ляет собой попытку вос­со­здать био­гра­фию вели­кого царя и псал­мо­певца, впер­вые сведя эти источ­ники вме­сте и под­верг­нув их кри­ти­че­скому ана­лизу. Как след­ствие, даже хорошо зна­ко­мому с Биб­лией чита­телю пред­стоит по про­чте­нии несколько иначе взгля­нуть и на извест­ные собы­тия, и на лич­ность царя Давида и, смею наде­яться, открыть для себя много нового. В том числе и не самого лице­при­ят­ного для заглав­ного героя. Однако автор убеж­ден, что все напи­сан­ное не только не ума­ляет, но и ярче под­чер­ки­вает под­лин­ное вели­чие Давида, гигант­ский мас­штаб его гения и неза­у­ряд­ность крайне про­ти­во­ре­чи­вой, а потому необы­чайно инте­рес­ной фигуры.

В ходе работы над кни­гой перед авто­ром встал целый рад чисто «тех­ни­че­ских» вопро­сов. И пер­вый заклю­чался в том, как… титу­ло­вать Давида, да и всех осталь­ных еврей­ских монархов.

Как известно, рус­ская пере­вод­че­ская тра­ди­ция издревле пере­во­дила иврит­ское слово «мелех» как «царь», и все изра­иль­ские само­держцы не только в Биб­лии, но и в науч­ных текстах назы­ва­ются в силу этой тра­ди­ции «царями». Однако на англий­ский язык слово «мелех» все­гда пере­во­ди­лось как «king» — «король», и в 90‑х годах XX века в основ­ном среди рус­ско­языч­ных авто­ров, рабо­та­ю­щих за пре­де­лами Рос­сии, стало при­ня­тым исполь­зо­вать именно это слово, то есть назы­вать Саула, Давида, Соло­мона и всех про­чих «коро­лями».

«Слово „царь“ при­шло в рус­ский язык с латы­нью, с име­нем импе­ра­тора Юлия Цезаря. Царями име­но­ва­лись, прежде всего, монархи, пра­ви­тели дер­жавы — само­держцы… За что была ока­зана пер­выми пере­вод­чи­ками Биб­лии такая честь Шаулу и Давиду — не знаю, но тер­мин этот явно не под­хо­дит к неболь­шому госу­дар­ству Шаула, Давида, Шломо…

Поэтому я пред­по­чел слова „король“, „коро­лев­ство“, оста­вив „цар­ство“ для Свя­той земли, но не для смерт­ных ее пра­ви­те­лей: Цар­ство Божье. Да ведь и на совре­мен­ном Ближ­нем Востоке нет царств, нет царей, а есть короли — сау­дов­ский, иор­дан­ский, король Марокко — так они и назы­ва­ются в газе­тах»[3], — объ­яс­нял ини­ци­а­тор этого нов­ше­ства Давид Малкин.

Ну что ж, фор­мально он, без­условно, прав. «Царь» — это от латин­ского «цезарь», «кесарь», то есть импе­ра­тор, а мас­штабы еврей­ского госу­дар­ства на импе­рию нико­гда не тянули — разве что на коро­лев­ство, да и то малень­кое. И все же, поду­мав, автор решил при­дер­жи­ваться усто­яв­шихся в рус­ском языке пра­вил, ибо тра­ди­ци­он­ное вос­при­я­тие в итоге все­гда ока­зы­ва­ется силь­нее самой желез­ной логики. К тому же, если разо­браться, слово «мелех» на иврите на самом деле озна­чает «вла­сти­тель», «пра­ви­тель», «вла­дыка». Именно в этом кон­тек­сте оно упо­треб­ля­ется по отно­ше­нию к Богу: Он — «Мелех а‑олям», то есть Вла­дыка, Царь Все­лен­ной, при этом никому из вла­де­ю­щих рус­ским язы­ком не при­дет в голову назвать Все­выш­него «коро­лем Все­лен­ной». Поэтому Саул, Давид и Соло­мон име­ну­ются в этой книге царями, а древ­нее Еврей­ское госу­дар­ство именно цар­ством, а не королевством.

Боль­шие труд­но­сти воз­никли также с име­нами дей­ству­ю­щих героев, гео­гра­фи­че­скими назва­ни­ями и т. д. Дело в том, что в силу фоне­ти­че­ских раз­ли­чий иврита и рус­ского языка, а также из-за того, что буквы «каф», «пэй» и «шин» в иврите обо­зна­чают сразу два звука, то и зву­ча­ние имен соб­ствен­ных при пере­воде зача­стую не сов­па­дает: Шаул пре­вра­ща­ется в Саула, Шломо — в Соло­мона, Шму­эль — в Саму­ила, пелиш­тим (пилиш­тим­ляне) — сна­чала в фили­стим­лян, а затем и вообще в пале­стин­цев и т. д. Эти несов­па­де­ния уси­ли­лись суще­ство­ва­нием в доре­фор­мен­ном рус­ском алфа­вите буквы «фита», обо­зна­чав­шей про­ме­жу­точ­ный звук между «т» и «ф». В резуль­тате в прин­ципе хорошо зна­ко­мые и исполь­зу­е­мые рус­ским чита­те­лем в оби­ходе иврит­ские имена Тамар (Тамара), Натан, Йона­тан и дру­гие в сино­даль­ном пере­воде стали читаться, как Фамарь, Нафан, Ионафан…

Автор книги дает имена героев и гео­гра­фи­че­ские назва­ния в той тран­скрип­ции, в какой они при­ве­дены в сино­даль­ном пере­воде, однако при пер­вом упо­ми­на­нии в скоб­ках при­во­дится их ори­ги­наль­ное звучание.

И все же наи­боль­шую слож­ность пред­став­лял вопрос, какой именно пере­вод Биб­лии на рус­ский язык цити­ро­вать в тек­сте. Конечно, заман­чиво было бы вос­поль­зо­ваться зна­ко­мым чита­телю сино­даль­ным пере­во­дом, но, к сожа­ле­нию, это ока­за­лось невоз­мож­ным. Во-пер­вых, потому что в нем, увы, есть неточ­но­сти. Во-вто­рых, в книге порой цити­ру­ются немец­кие и англий­ские источ­ники, а пере­вод Биб­лии на англий­ский язык, выпол­нен­ный с латин­ской «Вуль­гаты», в отли­чие от сино­даль­ного, сде­лан­ного с гре­че­ской «Сеп­ту­а­гинты», в точ­но­сти повто­ряет струк­туру еврей­ской кано­ни­че­ской Биб­лии — «Танаха», кото­рый у хри­стиан при­нято назы­вать Вет­хим Заветом.

Поэтому в итоге автор решил поль­зо­ваться счи­та­ю­щимся более точ­ным пере­во­дом Давида Йоси­фона, в кото­ром, помимо про­чего, лучше пере­да­ется фоне­тика ори­ги­нала. Однако и пере­вод Йоси­фона, как уви­дит чита­тель, ино­гда гре­шит несо­от­вет­стви­ями, и в отдель­ных слу­чаях автору при­хо­дится давать в книге соб­ствен­ный под­строч­ный пере­вод биб­лей­ского тек­ста. Впро­чем, язык «Танаха» при всей его внеш­ней про­стоте так лако­ни­чен и одно­вре­менно мно­го­зна­чен, что сде­лать его адек­ват­ный, пере­да­ю­щий все оттенки смысла пере­вод на дру­гой язык прак­ти­че­ски невозможно.

Но в связи с исполь­зо­ва­нием пере­вода Йоси­фона неми­ну­емо воз­никла про­блема ссы­лок на цитаты. Как уже было ска­зано, авторы сино­даль­ного пере­вода Вет­хого Завета несколько изме­нили поря­док и ори­ги­наль­ные назва­ния его книг. Основ­ные све­де­ния о жизни и дея­тель­но­сти Давида содер­жатся в четы­рех кни­гах «Танаха»: в «Пер­вой книге Саму­ила» и «Вто­рой книге Саму­ила» (две книги «Шму­эль»), в «Пер­вой книге Царей» («Мела­хим») и в пер­вой из двух книг «Диврей ха-ямим», что бук­вально озна­чает «Слова дней», а обычно пере­во­дится как «Дея­ния дней», «Лето­пись дней», «Книга Хро­ник», либо «Хро­ни­кон». В «Сеп­ту­а­гинте» и, соот­вет­ственно, в пра­во­слав­ном хри­сти­ан­ском каноне Вет­хого Завета, «Книге Хро­ник», дано назва­ние «Пара­ли­по­ме­нон» (по-гре­че­ски — «про­пу­щен­ное», оче­видно, пере­вод­чики «Сеп­ту­а­гинты» рас­смат­ри­вали ее как допол­не­ние к осталь­ным биб­лей­ским кни­гам). Назва­ние «Пара­ли­по­ме­нон» при­нято и в «Вуль­гате». В боль­шин­стве пере­во­дов Биб­лии на новые языки полу­чило рас­про­стра­не­ние и упо­треб­ля­ется назва­ние «Хро­ни­кон». Им и решил вос­поль­зо­ваться автор в этой книге.

Ссылки на «Первую книгу Саму­ила» и «Вто­рую книгу Саму­ила» имеют автор­ское обо­зна­че­ние «I Сам.» и «И Сам.» — и далее, как при­нято, ука­заны про­ну­ме­ро­ван­ные главы и строки. Цитаты из «Пер­вой книги Царей» отме­чены как «I Цар.», а из пер­вой книги «Хро­ни­кона» — «I Хрон.». При этом сле­дует пом­нить, что выбран­ные сокра­ще­ния не соот­вет­ствуют сло­жив­шейся в рус­ском языке тра­ди­ции цити­ро­ва­ния Биб­лии, так как двум кни­гам Саму­ила в «Танахе» соот­вет­ствуют Пер­вая и Вто­рая книги Царств в Вет­хом Завете в сино­даль­ном пере­воде, а «Пер­вой книге Царей» — Тре­тья книга Царств.

Нако­нец, послед­нюю про­блему пред­став­ляло цити­ро­ва­ние псал­мов Давида, боль­шин­ство из кото­рых были напи­саны в связи с кон­крет­ными собы­ти­ями его жизни. Автор при­зна­ется, что был соблазн исполь­зо­вать поэ­ти­че­ские пере­воды этих псал­мов, выпол­нен­ные раз­лич­ными рус­скими или еврей­скими поэтами. Однако в итоге он при­шел к выводу, что ни один из этих пере­во­дов, увы, не отра­жает всей глу­бины и мощи ори­ги­наль­ных тек­стов. Отка­зался он — вновь из-за мно­же­ства неточ­но­стей — и от цити­ро­ва­ния Псал­тыри в сино­даль­ном пере­воде, и от пере­вода «Псал­мов» Д. Йоси­фона. В итоге все псалмы в книге при­во­дятся в пере­воде Алек­сандра Каца[4]. Их текст бли­зок к под­строч­нику, доста­точно точен, но, увы, в нем нередко утра­чи­ва­ется исход­ная поэ­тич­ность псал­мов. Так как нуме­ра­ция и раз­бивка «Псал­мов» в ори­ги­нале и в сино­даль­ном пере­воде несколько отли­ча­ются друг от друга, то в книге при­во­дится поряд­ко­вый номер псалма в ори­ги­нале, а рядом, в квад­рат­ных скоб­ках, — его номер в сино­даль­ном пере­воде Псалтыри.

Вот, пожа­луй, и все о «тех­ни­че­ских» труд­но­стях. Сей­час вам пред­стоит встреча с уди­ви­тель­ной, пре­крас­ной, горь­кой и все еще оста­ю­щейся во мно­гом зага­доч­ной судь­бой царя Давида, пря­мым потом­ком кото­рого, если верить еврей­ским и хри­сти­ан­ским источ­ни­кам, будет мес­сия — спа­си­тель и изба­ви­тель чело­ве­че­ства. Что каса­ется Корана, то его автор цити­рует по пере­воду ака­де­мика Игна­тия Крач­ков­ского[5].

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

1 Комментарий

  • Адми­ни­стра­тор, 20.03.2017

    Спа­сибо. Исправили.

    Ответить »
Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки