Практическое исследование проблем взаимодействия Церкви и пенитенциарной системы в исправительном учреждении — Наклеушев А.М.

Практическое исследование проблем взаимодействия Церкви и пенитенциарной системы в исправительном учреждении — Наклеушев А.М.


ПРАВОСЛАВНЫЙ СВЯТО-ТИХОНОВСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ

УНИВЕРСИТЕТ ИНСТИТУТ ДИСТАНЦИОННОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Кафедра новых тех­но­ло­гий в гума­ни­тар­ном образовании

Основ­ная обра­зо­ва­тель­ная про­грамма по направ­ле­нию 48.04.01 «Тео­ло­гия» направ­лен­ность: «Пра­во­слав­ное бого­сло­вие и фило­со­фия в совре­мен­ном дискурсе»

Выпуск­ная ква­ли­фи­ка­ци­он­ная работа

на тему:

«Прак­ти­че­ское иссле­до­ва­ние про­блем вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы в испра­ви­тель­ном учреждении»

Сту­дент:

Накле­у­шев Алек­сей Михайлович

Науч­ный руко­во­ди­тель: зав.кафедрой НТГО, канд. техн. Наук Мела­нина Татьяна Владимировна

В пред­став­лен­ной работе рас­смот­рены наи­бо­лее харак­тер­ные вопросы, каса­ю­щи­еся вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы в испра­ви­тель­ном учре­жде­нии в части труд­но­стей, воз­ни­ка­ю­щих в ходе испра­ви­тель­ных про­цес­сов на основ­ных эта­пах пре­бы­ва­ния лиц, заклю­чён­ных под стражу в местах лише­ния сво­боды: от поста­новки задачи (исправ­ле­ния осуж­дён­ных) до пост­пе­ни­тен­ци­ар­ного сопро­вож­де­ния. Иссле­до­ва­ние про­во­ди­лось в круп­ней­шем на тер­ри­то­рии страны испра­ви­тель­ном учре­жде­нии — след­ствен­ном изо­ля­торе №1 управ­ле­ния феде­раль­ной службы испол­не­ния нака­за­ний (УФСИН) Рос­сии по г. Санкт-Петер­бургу и Ленин­град­ской обла­сти. Нас инте­ре­сует: какие суще­ствуют про­блемы во вза­и­мо­дей­ствии ведомств, каким обра­зом это про­яв­ля­ется на кон­крет­ных при­ме­рах, в чём при­чина уста­нов­лен­ных про­блем и каковы могут быть меха­низмы их устра­не­ния. При работе над иссле­до­ва­нием при­ме­нён сле­ду­ю­щий ком­плекс мето­дов сбора и ана­лиза информации:

  • обзор лите­ра­туры;
  • наблю­де­ние про­цес­сов вза­и­мо­дей­ствия сотруд­ни­ков ведомств и осужденных;
  • опросы сотруд­ни­ков ведомств и осуждённых;
  • ана­лиз полу­чен­ных дан­ных в кон­тек­сте пра­во­слав­ного вероучения;
  • ана­лиз полу­чен­ных дан­ных на осно­ва­нии лич­ного опыта службы в уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе.

С точки зре­ния пра­во­слав­ной антро­по­ло­гии, исправ­ле­ние пре­ступ­ника дости­га­ется соблю­де­нием несколь­ких усло­вий, глав­ное из кото­рых — стя­жа­ние Бога. В свою оче­редь, для соблю­де­ния этого усло­вия необ­хо­дима каче­ствен­ная пере­мена ума хри­сти­а­нина, что немыс­лимо без лич­ного аске­ти­че­ского уси­лия, соб­ствен­ной духов­ной борьбы. Цен­траль­ным выво­дом про­ве­дён­ного иссле­до­ва­ния явля­ется мысль об исклю­чи­тель­ной необ­хо­ди­мо­сти духов­ного обра­зо­ва­ния воцер­ков­ля­ю­щихся осуж­дён­ных для ини­ци­и­ро­ва­ния в их отно­ше­нии этих про­цес­сов. Все осуж­дён­ные, изъ­яв­ля­ю­щие жела­ние полу­чать духов­ное обра­зо­ва­ние, должны иметь такую воз­мож­ность. Кроме того, были пред­ло­жены кон­крет­ные изме­не­ния в меха­низ­мах функ­ци­о­ни­ро­ва­ния ведомств.

Клю­че­вые слова: Цер­ковь, уго­ловно-испол­ни­тель­ная система,

пени­тен­ци­ар­ные про­цессы, духов­ное обра­зо­ва­ние, гума­ни­за­ция отбы­ва­ния нака­за­ния, реабилитация.

Введение

1. Исторический обзор объекта исследования

Уго­ловно-испол­ни­тель­ная система (УИС) в Рос­сии имеет бога­тую исто­рию. Меры воз­дей­ствия на осуж­дён­ных неод­но­кратно меня­лись в зави­си­мо­сти от эпохи. В доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии, где функ­ци­о­ни­ро­ва­ние Церкви было встро­ено в госу­дар­ствен­ную систему, «свя­щен­ник был неотъ­ем­ле­мой частью каж­дой тюрьмы и имел своей посто­ян­ной обя­зан­но­стью духовно-нрав­ствен­ное попе­че­ние о заклю­чён­ных. Глу­бо­кая вза­и­мо­связь и вза­и­мо­за­ви­си­мость Церкви и госу­дар­ства явля­лась харак­тер­ной чер­той рос­сий­ской исто­рии [34]. Конечно, система не была в насто­я­щем смысле испра­ви­тель­ной и уж точно не была гуман­ной в части усло­вий отбы­ва­ния нака­за­ния. Пер­вые шаги в этом направ­ле­нии дела­ются лишь в цар­ство­ва­ние Ека­те­рины II. При её непо­сред­ствен­ном уча­стии созда­ётся про­ект «Поло­же­ние о тюрь­мах», где впер­вые в рос­сий­ской уго­ловно-испол­ни­тель­ной прак­тике опре­де­ля­ются мно­гие нор­ма­тивы испра­ви­тель­ных учре­жде­ний [42].

Совет­ская власть офи­ци­ально про­воз­гла­сила испра­ви­тель­ный харак­тер отбы­ва­ния нака­за­ний в стране. С целью морально-нрав­ствен­ного воз­дей­ствия на спец. кон­тин­гент в пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ниях фор­ми­ру­ется инсти­тут вос­пи­та­те­лей. Однако, вме­сте с тем, Цер­ковь лиша­ется воз­мож­но­сти такого воз­дей­ствия вслед­ствие репрес­сив­ного харак­тера госу­дар­ствен­ного отно­ше­ния к послед­ней. В даль­ней­шем, ряд оши­бок совет­ских руко­во­ди­те­лей, свя­зан­ных, в том числе, с пре­вен­тив­ным закры­тием боль­шого числа испра­ви­тель­ных учре­жде­ний (вслед­ствие уто­пи­че­ских пла­нов постро­е­ния в крат­чай­шие сроки пра­во­вого обще­ства без пре­ступ­но­сти) [25], при­вёл к краху уголовно­исполнительной системы. Этот крах со всей рез­ко­стью про­явился в начале- сере­дине 90‑х годов XX века.

Вме­сте с тем, в конце 80‑х гг. двери тюрем вновь откры­лись для Церкви. Опять стало воз­мож­ным душе­по­пе­че­ние об осуж­дён­ных, содей­ствие в их исправлении.

2. Актуальность

Послед­ние ради­каль­ные изме­не­ния в уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе наме­ти­лись в 1998 году, когда она ока­за­лась в веде­нии Глав­ного управ­ле­ния испол­не­ния нака­за­ний Мини­стер­ства юсти­ции Рос­сий­ской Феде­ра­ции. Это ведом­ство, в тес­ном сотруд­ни­че­стве с евро­пей­скими парт­нё­рами, начало актив­ную работу по гума­ни­за­ции УИС. Резуль­та­том дан­ного вза­и­мо­дей­ствия ста­но­вится опуб­ли­ко­ван­ная в 2010 году Кон­цеп­ция раз­ви­тия УИС до 2020 года. Несмотря на то, что мно­гие поло­же­ния Кон­цеп­ции до сих пор не уда­лось реа­ли­зо­вать, сей­час можно с уве­рен­но­стью ска­зать, что стрем­ле­ние руко­вод­ства ФСИН РФ к пре­об­ра­зо­ва­ниям в системе дей­стви­тельно отра­жает тен­ден­ции совре­мен­но­сти: испол­не­ние евро­пей­ского зако­но­да­тель­ства по реа­ли­за­ции прав чело­века в усло­виях лише­ния свободы.

Сотруд­ни­че­ство УИС с Рус­ской Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью играет важ­ную роль в про­цессе пре­об­ра­зо­ва­ния системы. Так, Кон­цеп­ция раз­ви­тия УИС пред­по­ла­гает «акти­ви­за­цию вза­и­мо­дей­ствия с тра­ди­ци­он­ными кон­фес­си­ями, в част­но­сти, обес­пе­че­ние осуж­ден­ным воз­мож­но­сти уча­стия в рели­ги­оз­ных обря­дах, реа­ли­за­ция сов­мест­ных с тра­ди­ци­он­ными кон­фес­си­ями гума­ни­тар­ных про­ек­тов» [3, п. III. 4].

Руко­вод­ство ФСИН видит в обще­ствен­ной дея­тель­но­сти Церкви потен­циал, кото­рый можно исполь­зо­вать в пени­тен­ци­ар­ных и пост­пе­ни­тен­ци­ар­ных про­цес­сах, а именно «в духовно-нрав­ствен­ном про­све­ще­нии и вос­пи­та­нии осуж­ден­ных и работ­ни­ков уголовно­исполнительной системы, а также для соци­аль­ной адап­та­ции лиц, осво­бо­див­шихся из мест лише­ния сво­боды» [3, п. III. 6].

Однако, на прак­тике мы видим, что во вза­и­мо­от­но­ше­ниях Церкви и уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы суще­ствует ряд нераз­ре­шён­ных про­блем, не поз­во­ля­ю­щих Церкви реа­ли­зо­вать тот потен­циал, кото­рый она могла бы про­явить в местах лише­ния сво­боды. Напро­тив, неко­то­рые меры, кото­рые при­няты сто­ро­нами в рам­ках вза­и­мо­дей­ствия, не при­но­сят жела­е­мых результатов.

3. Методология

Наи­бо­лее раци­о­нально будет про­ве­сти дан­ное иссле­до­ва­ние мето­дом кейс-ста­дис. В соот­вет­ствии с одним из опре­де­ле­ний, кейс-ста­дис — это метод эмпи­ри­че­ского иссле­до­ва­ния, спо­соб­ству­ю­щий изу­че­нию какого-либо явле­ния в кон­тек­сте реаль­но­сти, когда ни само явле­ние, ни его кон­текст не явля­ются ни оче­вид­ными, ни одно­значно пони­ма­е­мыми [18, с. 37]. Тюрем­ное слу­же­ние Церкви как явле­ние, в рас­смат­ри­ва­е­мом испра­ви­тель­ном учре­жде­нии, вполне соот­вет­ствует этому опре­де­ле­нию. При этом, автор имеет воз­мож­ность при­ме­не­ния основ­ных ком­плек­сов мето­дов сбора и ана­лиза инфор­ма­ции, исполь­зу­е­мых обычно в ходе про­ве­де­ния кейс-стадис.

Отме­тим, что иссле­до­ва­ния про­блем вза­и­мо­дей­ствия ведомств нуж­да­ются, как и любые иссле­до­ва­ния, в кон­крет­ных иллю­стра­циях. Проф. Б. Флив­берг спра­вед­ливо заме­чает по этому поводу, что «дис­ци­плина без образ­цо­вых при­ме­ров — неэф­фек­тивна»  [39, с. 19]. Таким образом,

исполь­зо­ва­ние метода кейс-ста­дис в дан­ном при­звано послу­жить каче­ствен­ной иллю­стра­цией в общей схеме сотруд­ни­че­ства Церкви и уголовно­исполнительной системы.

В иссле­до­ва­нии будут при­ме­нены сле­ду­ю­щие методы сбора информации

  • ана­лиз документов;
  • наблю­де­ние;
  • интер­вью­и­ро­ва­ние.

Метод ана­лиза доку­мен­тов носит в иссле­до­ва­нии обзорно­вспомогательную функ­цию. С одной сто­роны, инфор­ма­ция, полу­чен­ная в ходе ана­лиза доку­мен­тов помо­гает про­яс­нить нюансы функ­ци­о­ни­ро­ва­ния системы; с дру­гой сто­роны, метод ана­лиза слу­жит нагляд­ным под­твер­жде­нием либо опро­вер­же­нием дан­ных кейса, полу­чен­ных при исполь­зо­ва­нии дру­гих мето­дов (в част­но­сти, интер­вью и наблю­де­ния) что ниве­ли­рует субъ­ек­тив­ность в интер­пре­та­ции дан­ных, [18, с. 38].

Будучи в тече­ние дол­гих лет непо­сред­ствен­ным участ­ни­ком и функ­ци­о­не­ром пени­тен­ци­ар­ной системы, автор на про­тя­же­нии всего этого вре­мени осу­ществ­лял сбор инфор­ма­ции мето­дом «вклю­чён­ного» [18, с. 38] наблю­де­ния. Ана­лиз инфор­ма­ции, полу­чен­ной в ходе наблю­де­ния, поз­во­лил под­го­то­вить необ­хо­ди­мые вопросы, задан­ные впо­след­ствии участ­ни­кам исследования.

Метод интер­вью­и­ро­ва­ния дал воз­мож­ность полу­че­ния отве­тов на инте­ре­су­ю­щие автора вопросы от непо­сред­ствен­ных участ­ни­ков исследования.

В ходе ана­лиза полу­чен­ной инфор­ма­ции, интер­вью были рас­шиф­ро­ваны; ответы на вопросы сопо­став­ля­лись между собой для выяс­не­ния схо­жих либо раз­лич­ных мне­ний по задан­ным темам. Сфор­ми­ро­ван­ная таким обра­зом на смыс­ло­вые группы инфор­ма­ция, была про­ком­мен­ти­ро­вана ком­пе­тент­ными лицами.

Выводы дела­лись на осно­ва­нии ана­лиза всей сово­куп­но­сти полу­чен­ной инфор­ма­ции, кото­рая была рас­смот­рена через призму пра­во­слав­ного веро­уче­ния. Не послед­нюю роль в фор­ми­ро­ва­нии выво­дов сыг­рал лич­ный опыт службы автора в уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе.

4. Цель

На осно­ва­нии сопо­став­ле­ния дан­ных иссле­до­ва­ния выявить и про­ана­ли­зи­ро­вать про­блемы вза­и­мо­дей­ствия пред­ста­ви­те­лей Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, зани­ма­ю­щихся тюрем­ным слу­же­нием с адми­ни­стра­цией иссле­ду­е­мого учре­жде­ния. Испра­ви­тель­ное учре­жде­ние, в кото­ром будет про­во­диться иссле­до­ва­ние, явля­ется, среди след­ствен­ных изо­ля­то­ров, одним из самых круп­ных в мире и круп­ней­шим в Рос­сии. Учи­ты­вая общ­ность руко­во­дя­щих доку­мен­тов, а также схем функ­ци­о­ни­ро­ва­ния испра­ви­тель­ных учре­жде­ний в Рос­сии, можно с высо­кой долей веро­ят­но­сти пред­по­ло­жить вос­про­из­во­ди­мость полу­чен­ных резуль­та­тов в дру­гих учре­жде­ниях подоб­ного рода. Этот факт озна­чает и воз­мож­ность пере­дачи опыта, полу­чен­ного в ходе иссле­до­ва­ния, вклю­чая и меха­низмы раз­ре­ше­ния выяв­лен­ных труд­но­стей. Таким обра­зом, иссле­дуя про­блемы вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы в кон­крет­ном учре­жде­нии, поста­ра­емся опре­де­лить меха­низмы их пре­одо­ле­ния на обще­рос­сий­ском уровне.

5. Задачи исследования

  1. Про­из­ве­сти систе­ма­ти­че­ский ана­лиз име­ю­щейся лите­ра­туры, каса­ю­щейся про­блем вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы.
  2. Про­ве­сти ана­лиз схемы функ­ци­о­ни­ро­ва­ния отдель­ных служб учре­жде­ния, важ­ных для испол­не­ния пени­тен­ци­ар­ных про­цес­сов, а также ана­лиз схемы вза­и­мо­дей­ствия дан­ных служб с пред­ста­ви­те­лями тюрем­ного слу­же­ния (тюрем­ными капелланами).
  3. Про­ве­сти интер­вью с осуж­дён­ными, чле­нами духов­ного кружка с целью выяс­не­ния их духов­ных устрем­ле­ний и выяв­ле­ния реаль­ных духов­ных потребностей.
  4. Про­ве­сти интер­вью с сотруд­ни­ками вос­пи­та­тель­ного отдела, сотруд­ни­ками пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии УИС, а также со свя­щен­ни­ками, окорм­ля­ю­щими учре­жде­ние, в ходе кото­рых озна­ко­мить их с резуль­та­тами опро­сов осуж­дён­ных. В резуль­тате необ­хо­димо выяс­нить взгляд дан­ных сотруд­ни­ков на про­блемы вза­и­мо­дей­ствия ведомств с учё­том мне­ний сторон.
  5. Систе­ма­ти­зи­ро­вать полу­чен­ные дан­ные и, на осно­ва­нии име­ю­щихся зна­ний в обла­сти пра­во­слав­ного веро­уче­ния и лич­ного опыта работы в уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе, сде­лать необ­хо­ди­мые выводы о полу­чен­ных в ходе интер­вью данных.
  6. Сопо­ста­вить дан­ные по име­ю­щейся лите­ра­туре, каса­ю­щейся про­блем вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы, а также дан­ные, полу­чен­ные в ходе интер­вью с выше­ука­зан­ными лицами. На осно­ва­нии этого ана­лиза и осно­вы­ва­ясь на лич­ном опыте службы в УИС, попы­таться сде­лать окон­ча­тель­ные выводы о воз­мож­ных меха­низ­мах в пре­одо­ле­нии име­ю­щихся трудностей.
  7. Науч­ная новизна

Науч­ная новизна иссле­до­ва­ния состоит в том, что оно явля­ется пер­вой попыт­кой клас­си­фи­ка­ции име­ю­щихся про­блем во вза­и­мо­дей­ствии Церкви и УИС с поис­ком меха­низ­мов их раз­ре­ше­ния в рам­ках одной науч­ной работы.

Глава I. Анализ источников, касающихся проблем взаимодействия ведомств

1.1. Необходимость классификации, обзора и анализа специальной литературы

Лите­ра­туру, необ­хо­ди­мую для иссле­до­ва­ния по дан­ной теме можно раз­де­лить на три класса:

  1. Нор­ма­тив­ные доку­менты, в кото­рых содер­жатся поло­же­ния, регу­ли­ру­ю­щие права и обя­зан­но­сти участ­ни­ков пени­тен­ци­ар­ных про­цес­сов, а также доку­менты, содер­жа­щие планы по совер­шен­ство­ва­нию пени­тен­ци­ар­ной системы;
  2. Иссле­до­ва­ния, про­во­ди­мые науч­ными сотруд­ни­ками пени­тен­ци­ар­ной системы с целью улуч­ше­ния её функционирования;
  3. Ста­тьи и пуб­ли­ка­ции, напи­сан­ные свя­щен­но­слу­жи­те­лями зани­ма­ю­щи­мися мис­си­о­нер­ской и иной духов­ной рабо­той в усло­виях пени­тен­ци­ар­ной системы, а также нор­ма­тив­ные доку­менты, опи­сы­ва­ю­щие роль Церкви в пени­тен­ци­ар­ных процессах.
  4. Свет­ские иссле­до­ва­ния, опи­сы­ва­ю­щие тюрем­ное слу­же­ние Церкви.

Ана­лиз лите­ра­туры — это пер­вое, с чего сле­дует начать иссле­до­ва­ние вза­и­мо­дей­ствия Церкви и УИС. Ана­лиз ведом­ствен­ных, госу­дар­ствен­ных и меж­ду­на­род­ных нор­ма­тив­ных доку­мен­тов даст нам пред­став­ле­ние о той зако­но­да­тель­ной базе, в кото­рой про­ис­хо­дит функ­ци­о­ни­ро­ва­ние систем. Иссле­до­ва­ния сотруд­ни­ков пени­тен­ци­ар­ной системы, а также их взгляд на вопросы вза­и­мо­дей­ствия ведомств даст нам воз­мож­ность оце­нить, насколько адек­ватно пред­став­ля­ется ими роль Церкви в уго­ловно-испол­ни­тель­ном про­цессе, как и в чём система видит вза­и­мо­дей­ствие с Цер­ко­вью и есть ли в таком виде пер­спек­тивы сотруд­ни­че­ства. Ана­лиз нор­ма­тив­ных актов, издан­ных Цер­ко­вью, пояс­нит нам взгляд самой Церкви на её место в пени­тен­ци­ар­ном про­цессе. Пуб­ли­ка­ции свя­щен­но­слу­жи­те­лей должны позна­ко­мить с их взгля­дом на осо­бен­но­сти тюрем­ного слу­же­ния, в том числе и на про­бле­ма­тику дан­ного слу­же­ния. Узнав осо­бен­но­сти нор­ма­тив­ных доку­мен­тов, осно­вы­ва­ясь на лич­ном опыте и мне­нии пред­ста­ви­те­лей ведомств, можно будет выявить досто­ин­ства и недо­статки пред­став­лен­ной доку­мен­та­ции, соот­не­сти, насколько поло­же­ния этих доку­мен­тов соот­вет­ствуют реаль­ной кар­тине. Осно­вы­ва­ясь на полу­чен­ных дан­ных, можно попы­таться найти меха­низмы устра­не­ния выяв­лен­ных недостатков.

1.2. Нормативные акты, регулирующие вопросы взаимодействия ведомств

Выс­шим юри­ди­че­ским доку­мен­том в Рос­сии явля­ется Кон­сти­ту­ция РФ. Оче­видно, что с ней должны соот­но­ситься все осталь­ные нор­ма­тив­ные акты, регу­ли­ру­ю­щие как дея­тель­ность УИС, так и Церкви.

К нор­ма­тив­ным доку­мен­там, регу­ли­ру­ю­щим дея­тель­ность уголовно­исполнительной системы относятся:

  • Закон РФ №5473–1 от 21.07.1993 г. «Об учре­жде­ниях и орга­нах, испол­ня­ю­щих уго­лов­ные нака­за­ния». Дан­ный закон «опре­де­ляет основы дея­тель­но­сти учре­жде­ний и орга­нов, испол­ня­ю­щих уго­лов­ные нака­за­ния в виде лише­ния сво­боды и состав­ля­ю­щих еди­ную уголовно­исполнительную систему» [2].
  • Феде­раль­ный закон №103 от 15.07.1995 г. «О содер­жа­нии под стра­жей обви­ня­е­мых и подо­зре­ва­е­мых в совер­ше­нии пре­ступ­ле­ний». Дан­ный закон «регу­ли­рует поря­док и опре­де­ляет усло­вия содер­жа­ния под стра­жей, гаран­тии прав и закон­ных инте­ре­сов» [14, ст. 1] лиц, заклю­чён­ных под стражу. Кроме того, он запре­щает дис­кри­ми­на­цию лиц, содер­жа­щихся под стра­жей, по рели­ги­оз­ному при­знаку [14, ст. 6], а также гаран­ти­рует воз­мож­ность осу­ществ­ле­ния дан­ными лицами рели­ги­оз­ных обря­дов [14, ст. 16].
  • Уго­ловно-испол­ни­тель­ный кодекс РФ (УИК) от 01.07.1997 г., кото­рый «регу­ли­рует поря­док и усло­вия испол­не­ния и отбы­ва­ния нака­за­ний, опре­де­ле­ние средств исправ­ле­ния осуж­ден­ных, охрану их прав, сво­бод и закон­ных инте­ре­сов, ока­за­ние осуж­ден­ным помощи в соци­аль­ной адап­та­ции» [11, ст. 1, п. 2]. Кроме того, он гаран­ти­рует обес­пе­че­ние сво­боды сове­сти в веро­ис­по­ве­да­ния осуж­дён­ных [11, ст. 14, п. 1].
  • Уго­ловно-про­цес­су­аль­ный кодекс РФ (УПК) от 18.12.2001 г., кото­рый уста­нав­ли­вает «поря­док уго­лов­ного судо­про­из­вод­ства на тер­ри­то­рии Рос­сий­ской Феде­ра­ции» [12].
  • Поло­же­ние о Феде­раль­ной службе испол­не­ния нака­за­ний №1314 от 13.10.2004 г., кото­рое содер­жит пра­во­вое обес­пе­че­ние дея­тель­но­сти ФСИН РФ.
  • Кон­цеп­ция раз­ви­тия уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы Рос­сий­ской Феде­ра­ции до 2020 года от 14.10.2010 г., а также Кон­цеп­ция феде­раль­ной целе­вой про­граммы «Раз­ви­тие уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы (2017­2025 годы)» от 23.11.2016 г. Дан­ные доку­менты пояс­няют цели, кото­рых необ­хо­димо достичь ФСИН РФ при осу­ществ­ле­нии рефор­ми­ро­ва­ния и раз­ви­тия УИС.
  • Феде­раль­ный закон №125 «О сво­боде сове­сти и рели­ги­оз­ных объ­еди­не­ниях» от 26.09.1997 г., кото­рый «регу­ли­рует пра­во­от­но­ше­ния в обла­сти прав чело­века и граж­да­нина на сво­боду сове­сти и сво­боду веро­ис­по­ве­да­ния, а также пра­во­вое поло­же­ние рели­ги­оз­ных объ­еди­не­ний, в том числе осо­бен­но­сти их граж­дан­ско-пра­во­вого поло­же­ния» [13, ст. 1]. Фак­ти­че­ски дан­ный закон опре­де­ляет пра­во­вой ста­тус рели­ги­оз­ных объ­еди­не­ний, в том числе и Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви. В част­но­сти, дан­ный закон раз­ре­шает Церкви про­ве­де­ние рели­ги­оз­ных обря­дов в местах лише­ния сво­боды [13, ст. 16, ч. 1], при­вле­че­ние волон­тё­ров для осу­ществ­ле­ния своей дея­тель­но­сти [13, ст. 18]. Важ­ным пунк­том дан­ного закона явля­ется госу­дар­ствен­ная гаран­тия соблю­де­ния тайны испо­веди: «свя­щен­но­слу­жи­тель не может быть при­вле­чен к ответ­ствен­но­сти за отказ от дачи пока­за­ний по обсто­я­тель­ствам, кото­рые стали известны ему из испо­веди» [13, ст. 3].

Также суще­ствует целый ряд меж­ду­на­род­ных доку­мен­тов, соблю­де­ние поло­же­ний кото­рых тре­бу­ется в соот­вет­ствии с меж­ду­на­род­ными обя­за­тель­ствами, взя­тыми на себя Рос­сией. К ним относятся:

  • Кон­вен­ция о защите прав чело­века и основ­ных сво­бод от 4.11.1950 г.;
  • Реко­мен­да­ция Коми­тета Мини­стров Совета Европы Rec (2006)2 госу­дар­ствам-чле­нам Совета Европы о Евро­пей­ских пени­тен­ци­ар­ных пра­ви­лах от 11.01.2006 г.;
  • Мини­маль­ные стан­дарт­ные пра­вила в отно­ше­нии обра­ще­ния с заклю­чен­ными (Пра­вила Нель­сона Ман­делы), при­няты Резо­лю­цией Гене­раль­ной Ассам­блии ООН 17 декабря 2015 г.

К нор­ма­тив­ным доку­мен­там, регу­ли­ру­ю­щим дея­тель­ность Церкви при вза­и­мо­дей­ствии с пени­тен­ци­ар­ной систе­мой, относятся:

  • Основы соци­аль­ной кон­цеп­ции Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви от 13.08.2000 г.
  • Мис­сия тюрем­ного слу­же­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви и пени­тен­ци­ар­ные учре­жде­ния от 12.03.2013 г.
  • Согла­ше­ние о вза­и­мо­дей­ствии Феде­раль­ной службы испол­не­ния нака­за­ний и Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви от 23.06.2017 г. Пред­ме­том согла­ше­ния явля­ется «вза­и­мо­дей­ствие Сто­рон на без­воз­мезд­ной основе в обла­сти удо­вле­тво­ре­ния духов­ных потреб­но­стей работ­ни­ков уголовно­исполнительной системы и чле­нов их семей, в том числе кур­сан­тов обра­зо­ва­тель­ных учре­жде­ний ФСИН Рос­сии, обес­пе­че­ния сво­боды сове­сти и сво­боды веро­ис­по­ве­да­ния осуж­ден­ных к лише­нию сво­боды, а также лиц, подо­зре­ва­е­мых либо обви­ня­е­мых в совер­ше­нии пре­ступ­ле­ний, нахо­дя­щихся под стра­жей в учре­жде­ниях уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы» [9].

Несо­мненно, дан­ная нор­ма­тив­ная база весьма суще­ственна в вопро­сах гума­ни­за­ции отбы­ва­ния нака­за­ний по срав­не­нию со всеми пред­ше­ству­ю­щими исто­ри­че­скими пери­о­дами. Кроме того, про­сле­жи­ва­ются тен­ден­ции и к пол­но­цен­ному вхож­де­нию Церкви в пени­тен­ци­ар­ное про­стран­ство. Соблю­де­ние поло­же­ний нор­ма­тив­ных актов тща­тельно кон­тро­ли­ру­ется евро­пей­скими парт­нё­рами, а евро­пей­ские суды, в част­но­сти Евро­пей­ский суд по пра­вам чело­века регу­лярно рас­смат­ри­вают жалобы от лиц, содер­жа­щихся под стра­жей, каса­ю­щи­еся усло­вий содер­жа­ния. Так, жалобы на усло­вия содер­жа­ния в рос­сий­ских пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ниях явля­ются лиди­ру­ю­щими среди всех жалоб, адре­со­ван­ных граж­да­нами Рос­сии в ЕСПЧ [9]. Однако, есть и про­блемы, свя­зан­ные с регла­мен­та­цией вза­и­мо­дей­ствия Церкви и ФСИН РФ. Рас­смот­рим наи­бо­лее акту­аль­ные из них.

  • 1.3 Ана­лиз нор­ма­тив­ной доку­мен­та­ции ведомств, опре­де­ле­ние харак­тер­ной проблематики
  • 1.3.1. Нор­ма­тив­ные акты УИС; оценка с пози­ции пра­во­слав­ной антропологии

Нор­ма­тив­ным доку­мен­том, отра­жа­ю­щим дея­тель­ность уголовно­исполнительной системы явля­ется Уго­ловно-испол­ни­тель­ный кодекс Рос­сии. Статься №9 УИК РФ, рас­кры­ва­ю­щая поня­тие «исправ­ле­ние» харак­те­ри­зует его так: «исправ­ле­ние осуж­ден­ных — это фор­ми­ро­ва­ние у них ува­жи­тель­ного отно­ше­ния к чело­веку, обще­ству, труду, нор­мам, пра­ви­лам и тра­ди­циям чело­ве­че­ского обще­жи­тия и сти­му­ли­ро­ва­ние пра­во­по­слуш­ного пове­де­ния» [11, ст. 9, п. 1]. На наш взгляд, опре­де­ле­ние это допу­стимо, но недо­ста­точно. Ведь ува­же­ние к обще­ству не все­гда озна­чает отказ от пре­ступ­ле­ний, ува­же­ние к труду не все­гда ведёт к осо­зна­нию необ­хо­ди­мо­сти соб­ствен­ного труда. Таким обра­зом, непра­виль­ная поста­новка задачи уво­дит нас от реше­ния дей­стви­тельно необ­хо­ди­мых вопро­сов. Пра­во­по­слуш­ное пове­де­ние также вовсе не озна­чает чистоты ума: можно заста­вить чело­века путём физи­че­ского и мораль­ного дав­ле­ния соблю­дать любые уста­нов­лен­ные в учре­жде­нии пра­вила, однако, если этот чело­век не пони­мает цели соблю­де­ния дан­ных пра­вил и если эта цель для него не явля­ется лич­ной цен­но­стью, то в таком слу­чае мы будем наблю­дать лишь форму, не напол­нен­ную нуж­ным содер­жа­нием — «медь зве­ня­щую» (1 Кор. 13, 1), по мет­кому выра­же­нию апо­стола Павла. Как нам пред­став­ля­ется, с такой пози­цией согла­сятся и не рели­ги­оз­ные люди: пере­вос­пи­та­ние — это, прежде всего, изме­не­ние внут­рен­них взгля­дов, а не только внешне при­лич­ное пове­де­ние. Повре­ждён­ный же ум, как часть повре­ждён­ной гре­хом при­роды чело­века, вне зави­си­мо­сти от пове­де­ния обя­за­тельно скло­нен к нару­ше­нию нрав­ствен­ного или обще­ствен­ного зако­но­да­тель­ства: «Если гово­рим, что не имеем греха, — обма­ны­ваем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1, 8). Конечно, это не каж­дый раз при­во­дит к уго­лов­ному пре­сле­до­ва­нию, но ведь грех, в пра­во­слав­ном пони­ма­нии — это есть гру­бое нару­ше­ние Боже­ствен­ного (а зна­чит и нрав­ствен­ного) закона. И если пре­ступ­ле­ние совер­шено как акт сво­бод­ного выбора чело­века, то пере­вос­пи­та­ние может осу­ще­ствиться лишь как пере­мена ума.

В кон­тек­сте пра­во­слав­ного веро­уче­ния, пере­мена ума — мета­нойя — харак­те­ри­зу­ется изме­не­нием пове­де­ния, свя­зан­ным с каче­ствен­ной пере­ме­ной всей жизни чело­века через обра­ще­ние его к Богу. В этом слу­чае резко сни­жа­ется веро­ят­ность нару­ше­ния уго­лов­ного зако­но­да­тель­ства в корыст­ных целях, поскольку уже не обще­ство гово­рит чело­веку о недо­пу­сти­мо­сти пре­ступ­ле­ния закона, но чело­век соб­ствен­ным умом пони­мает это. Такое пони­ма­ние закреп­лено и в доку­менте Основы соци­аль­ной кон­цеп­ции Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви: «Смысл нака­за­ния состоит в исправ­ле­нии чело­века, нару­шив­шего закон, а также в ограж­де­нии обще­ства от пре­ступ­ника и в пре­се­че­нии его про­ти­во­прав­ной дея­тель­но­сти. Цер­ковь, не ста­но­вясь судьей чело­веку, пре­сту­пив­шему закон, при­звана нести попе­че­ние о его душе. Именно поэтому она пони­мает нака­за­ние не как месть, но как сред­ство внут­рен­него очи­ще­ния согре­шив­шего» [6, гл. 9].

Кон­цеп­ции раз­ви­тия уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы до 2020 и 2025 года пока­зы­вают то, каким видится уго­ловно-испол­ни­тель­ная система соб­ствен­ному руко­вод­ству в конеч­ном вари­анте. Новый доку­мент направ­лен, в основ­ном, на при­ве­де­ние в над­ле­жа­щий вид быто­вых норм. В этом смысле он весьма неуте­ши­те­лен, поскольку это озна­чает, что мно­гие поло­же­ния, пред­пи­сы­ва­е­мые ста­рой Кон­цеп­цией раз­ви­тия УИС оста­лись нере­а­ли­зо­ван­ными. Так, в соот­вет­ствии с феде­раль­ной целе­вой про­грам­мой «Раз­ви­тие уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы (2017 — 2025 годы)», к началу 2017 года кон­ста­ти­ро­ва­лось «несо­от­вет­ствие усло­вий содер­жа­ния под стра­жей в след­ствен­ных изо­ля­то­рах, рас­по­ло­жен­ных в 22 субъ­ек­тах Рос­сии […] зако­но­да­тель­ству Рос­сии, самым важ­ным из кото­рых явля­ется сани­тар­ная норма пло­щади» [4]. Таким обра­зом, при­ве­де­ние в соот­вет­ствие зако­но­да­тель­ству сани­тар­ной нормы пло­щади явля­ется при­о­ри­тет­ной зада­чей ФСИН на бли­жай­шие годы, а вся Кон­цеп­ция заклю­ча­ется, по сути, в стро­и­тель­стве новых пло­ща­дей. Это, с одной сто­роны, спра­вед­ливо, поскольку напря­мую свя­зано с гума­ни­за­цией отбы­ва­ния нака­за­ния. С дру­гой сто­роны, по нашему глу­бо­кому убеж­де­нию, несо­от­вет­ствие сани­тар­ных норм пло­щади зако­но­да­тель­ству может иметь лишь кос­вен­ное отно­ше­ние к той роли Церкви, кото­рую она могла бы играть в пени­тен­ци­ар­ном процессе.

Цер­ковь в испра­ви­тель­ных про­цес­сах, по мысли авто­ров кон­цеп­ций, играет вто­ро­сте­пен­ную, кос­вен­ную роль. Руко­вод­ство ФСИН, исходя из содер­жа­ния Кон­цеп­ции 2017 — 2025, видит при­об­ще­ние осуж­дён­ных к труду одним из наи­бо­лее важ­ных эта­пов в деле их исправ­ле­ния: «обя­за­тель­ное при­вле­че­ние осуж­дён­ных к обще­ственно-полез­ному труду явля­ется одной из мер реа­ли­за­ции уго­ловно-испол­ни­тель­ной поли­тики госу­дар­ства, способствует

их исправ­ле­нию, ресо­ци­а­ли­за­ции и пра­во­по­слуш­ному пове­де­нию в период отбы­ва­ния нака­за­ния, создаёт пред­по­сылки для успеш­ной адап­та­ции после осво­бож­де­ния» [4]. При этом заме­ча­ется, что «в насто­я­щее время в испра­ви­тель­ных учре­жде­ниях содер­жится 290 тыс. осуж­дён­ных, не обес­пе­чен­ных рабо­той»    [3].   Не под­вер­гая сомне­нию важ­ность труда осуж­дён­ных и необ­хо­ди­мость обес­пе­че­ния их рабо­той, всё же необ­хо­димо кон­ста­ти­ро­вать, что о роли Церкви в новой Кон­цеп­ции не ска­зано ни слова.

Ста­рая Кон­цеп­ция (до 2020 года) более про­странна, нежели новый доку­мент. Она также не имеет среди своих целей исправ­ле­ние осуж­дён­ных в при­ве­дён­ном нами смысле. Целью посту­ли­ру­ется лишь «сокра­ще­ние реци­дива пре­ступ­ле­ний, совер­шен­ных лицами, отбыв­шими нака­за­ние в виде лише­ния сво­боды, за счет повы­ше­ния эффек­тив­но­сти соци­аль­ной и пси­хо­ло­ги­че­ской работы в местах лише­ния сво­боды» [3, гл. 2]. Кроме того, речь там идёт и о «повы­ше­нии гаран­тий соблю­де­ния прав и закон­ных инте­ре­сов осуж­дён­ных» [3, гл. 2], а это под­ра­зу­ме­вает под собой «про­ве­де­ние рели­ги­оз­ных обря­дов и цере­мо­ний по прось­бам нахо­дя­щихся в них граж­дан в поме­ще­ниях, спе­ци­ально выде­ля­е­мых адми­ни­стра­цией для этих целей с соблю­де­нием тре­бо­ва­ний уго­ловно-испол­ни­тель­ного зако­но­да­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции» [13, ст. 16, ч. 3]. Правда, в соот­вет­ствии и УИК РФ, « В этих целях адми­ни­стра­ция ука­зан­ных учре­жде­ний при нали­чии воз­мож­но­сти выде­ляет соот­вет­ству­ю­щее зда­ние (соору­же­ние, поме­ще­ние) на тер­ри­то­рии учре­жде­ния, испол­ня­ю­щего нака­за­ние, и обес­пе­чи­вает соот­вет­ству­ю­щие усло­вия, опре­де­ля­е­мые согла­ше­ни­ями о вза­и­мо­дей­ствии с заре­ги­стри­ро­ван­ными в уста­нов­лен­ном порядке цен­тра­ли­зо­ван­ными рели­ги­оз­ными орга­ни­за­ци­ями» [11, ст. 14, п. 4]. Сле­до­ва­тельно, ссы­ла­ясь на отсут­ствие воз­мож­но­сти предо­став­ле­ния тако­вого поме­ще­ния, можно бес­пре­пят­ственно не испол­нять тре­бо­ва­ние ука­зан­ной ста­тьи. Кон­цеп­цией 2020 пред­пи­сано «совер­шен­ство­ва­ние уголовно­исполнительной поли­тики (орга­ни­за­ции испол­не­ния нака­за­ний), направ­лен­ной на соци­а­ли­за­цию осуж­ден­ных», но в дан­ном слу­чае реа­ли­за­ция осуж­дён­ными прав на про­ве­де­ние рели­ги­оз­ных обря­дов, цере­мо­ний и лич­ных встреч с пред­ста­ви­те­лями рели­ги­оз­ных орга­ни­за­ций пол­но­стью зави­сит от пози­ции руко­вод­ства кон­крет­ного учре­жде­ния, кото­рое может, в соот­вет­ствии с дей­ству­ю­щим зако­но­да­тель­ством, отка­зать в реа­ли­за­ции дан­ных прав, ссы­ла­ясь на отсут­ствие воз­мож­но­сти соблю­де­ния УИК РФ.

Также Кон­цеп­цией 2020 предписывается:

  • раз­ра­ботка форм про­ве­де­ния вос­пи­та­тель­ной работы, орга­ни­за­ции обра­зо­ва­тель­ного про­цесса и тру­до­вой заня­то­сти осуж­ден­ных в новых усло­виях отбы­ва­ния наказания;
  • изме­не­ние идео­ло­гии при­ме­не­ния основ­ных средств исправ­ле­ния осуж­ден­ных в местах лише­ния сво­боды с уси­ле­нием психолого­педагогической работы с лич­но­стью и под­го­товки ее к жизни в обществе;
  • раз­ра­ботка форм про­ве­де­ния вос­пи­та­тель­ной работы, орга­ни­за­ции обра­зо­ва­тель­ного про­цесса и тру­до­вой заня­то­сти осуж­ден­ных в новых усло­виях отбы­ва­ния наказания.

Таким обра­зом, видим, что кра­е­уголь­ными кам­нями в деле исправ­ле­ния осуж­дён­ных руко­вод­ство ФСИН видит труд, обра­зо­ва­ние и работу с пси­хо­ло­гом. Кон­цеп­цией пред­пи­сано «закреп­ле­ние в уго­ловно-испол­ни­тель­ном зако­но­да­тель­стве Рос­сий­ской Феде­ра­ции форм соци­аль­ной, психолого­педагогической работы с осуж­ден­ными в каче­стве основ­ного сред­ства исправ­ле­ния осуж­ден­ных» [3, гл. 3, п. 1]. Конечно, Кон­цеп­цией 2020 пред­пи­сы­ва­ется и «акти­ви­за­ция сотруд­ни­че­ства с пред­ста­ви­те­лями тра­ди­ци­он­ных кон­фес­сий», однако, в чём кон­кретно заклю­ча­ется это сотруд­ни­че­ство, ничего не ска­зано. На прак­тике ока­зы­ва­ется, что тюрем­ная пси­хо­ло­ги­че­ская служба явля­ется свое­об­раз­ной под­ме­ной тому, чем должна зани­маться Цер­ковь. А учи­ты­вая, что методы работы пси­хо­лога и свя­щен­ника при общей цели — исправ­ле­ния — всё-таки раз­ные, тако­вая под­мена не может быть равноценной.

Отме­тим нема­ло­важ­ную дан­ность: место пси­хо­лога в пени­тен­ци­ар­ном учре­жде­нии все­гда строго опре­де­лено, место свя­щен­ника — все­гда раз­ное, в зави­си­мо­сти от кон­крет­ной ситу­а­ции. Основ­ная про­блема здесь заклю­ча­ется в отсут­ствии нор­ма­тив­ных доку­мен­тов, регла­мен­ти­ру­ю­щих дея­тель­ность свя­щен­ника в пени­тен­ци­ар­ном учре­жде­нии, поло­же­ния кото­рых были бы обя­за­тельны для выпол­не­ния и свя­щен­но­слу­жи­те­лями, и сотруд­ни­ками учре­жде­ний. В их отсут­ствие от свя­щен­ника в кон­крет­ных ситу­а­циях может потре­бо­ваться про­яв­ле­ние широ­кой ини­ци­а­тивы, чтобы его мне­ние обрело зна­чи­мость у сотруд­ни­ков учре­жде­ния. Поло­жи­тель­ный момент заклю­ча­ется в том, что свя­щен­ник, как лицо, не нахо­дя­ще­еся в долж­ност­ном под­чи­не­нии у руко­вод­ства учре­жде­ния, имеет реаль­ную воз­мож­ность для про­яв­ле­ния этой ини­ци­а­тивы. К при­меру, видя явную неспра­вед­ли­вость в обра­ще­нии к своим под­опеч­ным и исчер­пав попытки «вну­ше­ния в духе кро­то­сти», свя­щен­ник может обра­титься за апел­ля­цией в выше­сто­я­щие инстан­ции УИС, не опа­са­ясь, в отли­чие от любого сотруд­ника ФСИН, карьер­ных или мате­ри­аль­ных санк­ций со сто­роны руко­вод­ства учреждения.

В каче­стве воз­мож­ных вари­ан­тов реше­ния про­блем, свя­зан­ных с непол­ным или некор­рект­ным содер­жа­нием нор­ма­тив­ных доку­мен­тов, нам бы хоте­лось пред­ло­жить сле­ду­ю­щие. Учи­ты­вая несо­вер­шен­ство уголовно­исполнительного кодекса в части опре­де­ле­ния фун­да­мен­таль­ного для пени­тен­ци­ар­ных про­цес­сов поня­тия «исправ­ле­ние», необ­хо­димо если не тре­бо­вать изме­не­ния УИК РФ в целях при­ве­де­ния в соот­вет­ствие с пра­во­слав­ным веро­уче­нием, то хотя бы при­ни­мать во вни­ма­ние дан­ное несо­от­вет­ствие при выстра­и­ва­нии вза­и­мо­от­но­ше­ний с орга­нами УИС. Для любого сотруд­ника уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы, от кото­рого зави­сят испра­ви­тель­ные про­цессы, должно быть оче­видно, что наша общая и глав­ная цель состоит не в поверх­ност­ной сти­му­ля­ции пра­во­по­слуш­ного пове­де­ния, а в реаль­ной пере­мене ума и, напря­мую свя­зан­ных с ней, глу­бин­ных изме­не­ниях в соци­аль­ной пове­ден­че­ской модели осуждённого.

Также, нам хоте­лось бы в каче­стве «поиска и исполь­зо­ва­ния новых форм и мето­дов испра­ви­тель­ного воз­дей­ствия на осуж­ден­ных, орга­ни­за­ци­он­ных меха­низ­мов соци­аль­ной работы с осуж­ден­ными», кото­рый посту­ли­ру­ется Кон­цеп­ци­ями раз­ви­тия УИС, ука­зать руко­во­ди­те­лям ФСИН РФ на Цер­ковь, кото­рая спо­собна ока­зы­вать эффек­тив­ное испра­ви­тель­ное воз­дей­ствие на боль­шое число осуж­дён­ных. Напри­мер, сего­дня оче­видна тех­ни­че­ская невоз­мож­ность ФСИН РФ обес­пе­чи­вать довольно вну­ши­тель­ную часть осуж­дён­ных тру­дом, кото­рый, в соот­вет­ствии с нор­ма­тив­ной базой, спра­вед­ливо явля­ется одной из важ­ных вех в испра­ви­тель­ном про­цессе. Попе­че­ние о части, не заня­тых на рабо­тах, а потому навер­няка празд­ных осуж­дён­ных, могла бы взять на себя именно Цер­ковь. Это было бы тех­ни­че­ски проще, чем созда­ние тысяч рабо­чих мест, хотя и не может рас­смат­ри­ваться как замена труду. Уча­стие Церкви здесь может выра­жаться в самых раз­но­об­раз­ных видах мис­си­о­нер­ской и кате­хи­зи­че­ской дея­тель­но­сти: про­по­веди, про­ве­де­нии бого­слу­же­ний, духов­ном обра­зо­ва­нии, пере­писке с бра­тьями во Хри­сте. Дея­тель­ность эта, как под­твер­дило дан­ное иссле­до­ва­ние, вполне спо­собна про­бу­дить живой отклик в опре­де­лён­ной части осуж­дён­ных. Даль­ней­шая посту­па­тель­ная работа с этим сег­мен­том может про­из­ве­сти в осуж­дён­ных ту пере­мену ума, кото­рая и явля­ется нашей глав­ной целью.

В кон­тек­сте выше­ска­зан­ного, важно зако­но­да­тельно утвер­дить необ­хо­ди­мость реа­ли­за­ции права осуж­дён­ного на про­ве­де­ние рели­ги­оз­ных обря­дов. Тех­ни­че­ское испол­не­ние этого тре­бо­ва­ния, учи­ты­вая хотя бы один только факт уда­лён­но­сти неко­то­рых испра­ви­тель­ных учре­жде­ний от циви­ли­за­ции — тема для отдель­ного иссле­до­ва­ния. Однако, пони­мая исклю­чи­тельно важ­ную роль Церкви в испра­ви­тель­ном про­цессе, дан­ная мера пред­став­ля­ется нам очень важ­ной. В любом слу­чае, учи­ты­вая раз­но­об­раз­ные воз­мож­но­сти веде­ния мис­си­о­нер­ской и кате­хи­зи­че­ской дея­тель­но­сти (вклю­чая дистан­ци­он­ные), Цер­ковь, осо­зна­вая своё исклю­чи­тель­ное зна­че­ние в испра­ви­тель­ном про­цессе, могла бы реа­ли­зо­вы­вать её в том или ином виде во всех испра­ви­тель­ных учре­жде­ниях даже не смотря на отсут­ствие в кон­крет­ном учре­жде­нии капеллана.

Оче­вид­ной для нас явля­ется и необ­хо­ди­мость встра­и­ва­ния свя­щен­но­слу­жи­теля в общую схему работы УИС со спец­кон­тин­ген­том, закреп­лён­ную нор­ма­тив­ными актами. Свя­щен­ник, пси­хо­лог и дру­гие сотруд­ники в испра­ви­тель­ном учре­жде­нии должны рабо­тать в тес­ной связке, обме­ни­ва­ясь между собой про­фес­си­о­наль­ной инфор­ма­цией. О спра­вед­ли­во­сти этого утвер­жде­ния пого­во­рим ниже.

  • 1.3.2. Отра­же­ние про­блем вза­и­мо­дей­ствия в ста­тьях ведом­ствен­ных изда­ний; оценка с пози­ции пра­во­слав­ной антропологии

На основе ста­тей в ведом­ствен­ных изданиях:

«Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние», «Ведо­мо­сти УИС», «Казен­ный дом» рас­смат­ри­ва­ются точки зре­ния науч­ных работ­ни­ков УИС на про­блемы раз­ви­тия пени­тен­ци­ар­ной системы, тюрем­ного слу­же­ния Церкви, а также исправ­ле­ния осуждённых.

Одной из основ­ных точек зре­ния на испра­ви­тель­ные про­цессы среди руко­во­ди­те­лей пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ний, явля­ется без­услов­ная, сто­я­щая во главе угла необ­хо­ди­мость регу­ляр­ного труда. Труд, по их мне­нию, явля­ется основ­ным сред­ством на пути к исправ­ле­нию [16, с. 24]. Под­ход невер­ный с точки зре­ния пра­во­слав­ной антро­по­ло­гии, поскольку исправ­ле­ние в хри­сти­ан­стве не зацик­ли­ва­ется исклю­чи­тельно на труде, а свя­зы­ва­ется, прежде всего, со стя­жа­нием Бога. К духов­ному очи­ще­нию ведёт только истин­ная мета­нойя — осо­зна­ние вины перед Богом: «когда греш­ник идет к духов­нику, чтобы рас­ска­зать ему о своих гре­хах, потому что боится попасть в адскую муку, — это тоже не пока­я­ние. То есть для такого чело­века задача не в том, как бы пока­яться, а в том, как бы не попасть в адскую муку! Насто­я­щее пока­я­ние — осо­знать свои пре­гре­ше­ния, испы­тать за них боль, попро­сить у Бога про­ще­ния и после этого поис­по­ве­до­ваться» [29]. В этом про­цессе труд выпол­няет лишь опо­сре­до­ван­ную функ­цию — тезис есте­ствен­ный для любого тюрем­ного капел­лана, но далеко не все­гда оче­вид­ный для руко­вод­ства учре­же­д­ний УИС.

К сожа­ле­нию, в усло­виях пост­со­вет­ской дей­стви­тель­но­сти, тюрем­ный капел­лан пока не вос­при­ни­ма­ется боль­шин­ством сотруд­ни­ков УИС как пол­но­цен­ный участ­ник пени­тен­ци­ар­ного про­цесса. Рабо­тает он, как пра­вило, изо­ли­ро­ванно от дру­гих сотруд­ни­ков. Схему вза­и­мо­дей­ствия раз­ных служб на при­мере вос­пи­та­тель­ной коло­нии при­во­дит в своей ста­тье Л. Нилова [28, с. 37]. Свя­щен­ник в эту схему не вклю­чён. А между тем, его прак­ти­че­ская полез­ность в деле при­ми­ре­ния сто­рон с зача­стую раз­ной пози­цией, при­зна­ётся как выс­шими руко­во­ди­те­лями ФСИН РФ, так и чле­нами обще­ствен­ных наблю­да­тель­ных комис­сий [35, с. 32] и самой Цер­ко­вью [5].

Кроме того, учи­ты­вая факт пози­ци­о­ни­ро­ва­ния труда как основ­ного сред­ства к исправ­ле­нию, тем абсурд­нее выгля­дят то обсто­я­тель­ство, что фак­ти­че­ски у адми­ни­стра­ции нет закон­ных рыча­гов при­ну­дить к работе тех осуж­дён­ных, кто от неё отка­зы­ва­ется. То есть, труд обя­за­те­лен для исправ­ле­ния, но тру­диться можно по жела­нию; про­фи­лак­ти­че­ские беседы с сотруд­ни­ками вос­пи­та­тель­ных отде­лов необ­хо­димы, но про­во­дятся по жела­нию. Таким обра­зом, нет ника­ких гаран­тий, что отбыв­шие нака­за­ние осуж­дён­ные, выхо­дя­щие на сво­боду, ока­жутся гото­выми к пра­во­по­слуш­ной жизни в обще­стве, что под­твер­ждает ста­ти­стика: «каж­дое тре­тье пре­ступ­ле­ние в стране совер­ша­ется лицами, ранее при­вле­кав­ши­мися к уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти» [34].

Вме­сте с тем, диа­лог между руко­вод­ством ФСИН РФ и Цер­ко­вью непре­рывно ведётся. И это очень важно, поскольку руко­во­ди­тели пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ний должны осо­зна­вать необ­хо­ди­мость Церкви в жизни осуж­дён­ных, пони­мать, в чём кон­кретно она заклю­ча­ется. Так, ведом­ствен­ных жур­на­лах посту­ли­ру­ется и осо­зна­ётся непо­сред­ствен­ным руко­вод­ством ФСИН РФ необ­хо­ди­мость лич­ност­ного под­хода, важ­ность инди­ви­ду­аль­ной работы с осуж­дён­ными. Осве­ща­ется дея­тель­ность фору­мов по вопро­сам воз­мож­но­сти осу­ществ­ле­ния сов­мест­ных меро­при­я­тий ФСИН РФ и Церкви в рам­ках дан­ной кон­цеп­ции [20, с. 56]. Сей­час вопрос нахо­дится в ста­дии проработки.

Много вни­ма­ния ведом­ствен­ная лите­ра­тура уде­ляет зна­че­нию пост­пе­ни­те­ци­ар­ного пери­ода в жизни осво­бож­да­ю­щихся осуж­дён­ных. В част­но­сти, Н. Колес­ник рас­смат­ри­вает воз­мож­ность пере­не­се­ния запад­ного опыта уча­стия Церкви в пост­пе­ни­тен­ци­ар­ном про­цессе на рос­сий­скую почву [27, с. 29]. Сама Цер­ковь также чув­ствует ответ­ствен­ность за пост­пе­ни­тен­ци­ар­ную соци­а­ли­за­цию осуж­дён­ных. Эта пози­ция офи­ци­ально закреп­лена в ведом­ствен­ном нор­ма­тив­ном акте. Одно из основ­ных направ­ле­ний мис­сии тюрем­ного слу­же­ния в пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ниях Цер­ковь видит как «содей­ствие ресо­ци­а­ли­за­ции (соци­аль­ной адап­та­ции) заклю­чен­ных — под­го­товка к осво­бож­де­нию из заклю­че­ния и жизни на сво­боде (за пол­года до осво­бож­де­ния и пер­вое время после выхода на сво­боду); уста­нов­ле­ние и после­ду­ю­щая под­держка соци­аль­ных свя­зей осуж­ден­ных с род­ствен­ни­ками, бла­го­тво­ри­тель­ная помощь чле­нам семей осуж­ден­ных; юри­ди­че­ская, пси­хо­ло­ги­че­ская, меди­цин­ская и иная помощь осво­бо­див­шимся осуж­ден­ным после выхода на сво­боду; созда­ние днев­ных (для при­хо­дя­щих) цен­тров соци­аль­ной адап­та­ции (реа­би­ли­та­ции) для быв­ших заклю­чен­ных на базе при­хо­дов или мона­сты­рей» [5]. Дей­стви­тельно, сле­дует при­знать абсо­лют­ную необ­хо­ди­мость пост­пе­ни­тен­ци­ар­ного про­цесса, осо­бенно в тех слу­чаях, когда осуж­дён­ный, в про­цессе отбы­ва­ния нака­за­ния, стал чле­ном Церкви. Без этого суще­ствует огром­ная веро­ят­ность, что этот чело­век (осо­бенно, если он имеет опыт упо­треб­ле­ния нар­ко­ти­ков) быстро вер­нётся к преж­ним преступлениям.

  • 1.3.3. Орга­ни­за­ция дея­тель­но­сти свя­щен­но­слу­жи­теля с точки зре­ния цер­ков­ных нор­ма­тив­ных актов; про­блемы окорм­ле­ния спец. кон­тин­гента гла­зами цер­ков­ных деятелей

Одним из наи­бо­лее успешно адап­ти­ро­ван­ных к реа­лиям пени­тен­ци­ар­ной системы нор­ма­тив­ным актом явля­ется, уже упо­мя­ну­тый нами, при­ня­тый Сино­дом доку­мент «Мис­сия тюрем­ного слу­же­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви и пени­тен­ци­ар­ные учре­жде­ния». Его поло­же­ния, по сути, явля­ются эта­лон­ными: именно так Цер­ковь пози­ци­о­ни­рует тюрем­ную мис­сию. Очень важ­ной частью доку­мента явля­ется осве­ще­ние дея­тель­но­сти и прин­ципы избра­ния свя­щен­ни­ков, осу­ществ­ля­ю­щих тюрем­ное слу­же­ние — тюрем­ных капел­ла­нов. В част­но­сти, пред­ла­га­ется три под­хода к осу­ществ­ле­нию дан­ной деятельности:

  1. посто­ян­ный тюрем­ный свя­щен­но­слу­жи­тель — «насто­я­тель или кли­рик пени­тен­ци­ар­ного (тюрем­ного) храма, нахо­дя­ще­гося на режим­ной тер­ри­то­рии в местах при­ну­ди­тель­ного содер­жа­ния, назна­ча­ется епар­хи­аль­ным архи­ереем (по согла­со­ва­нию с руко­вод­ством пени­тен­ци­ар­ного учре­жде­ния) и осу­ществ­ляет бого­слу­жеб­ную дея­тель­ность и духовно-пас­тыр­ское окорм­ле­ние на посто­ян­ной основе по отно­ше­нию к заклю­чен­ным, сотруд­ни­кам учре­жде­ний и чле­нам их семей» [5]. Такой свя­щен­но­слу­жи­тель смо­жет пол­но­стью посвя­тить себя работе с осуж­дён­ными, вклю­чив­шись с сов­мест­ную дея­тель­ность с вос­пи­та­тель­ными и пси­хо­ло­ги­че­скими службами;
  2. при­ход­ской тюрем­ный свя­щен­но­слу­жи­тель — «насто­я­тель или штат­ный кли­рик при­ход­ского храма, рас­по­ло­жен­ного в непо­сред­ствен­ной бли­зо­сти — «шаго­вой» доступ­но­сти от учре­жде­ния УИС, кото­рому епар­хи­аль­ным архи­ереем (по согла­со­ва­нию с руко­вод­ством пени­тен­ци­ар­ного учре­жде­ния) пору­чено в каче­стве допол­ни­тель­ного к при­ход­скому слу­же­нию осу­ществ­лять бого­слу­жеб­ную дея­тель­ность и духовно-пас­тыр­ское окорм­ле­ние в кон­крет­ном месте при­ну­ди­тель­ного содер­жа­ния (СИЗО, тюрьме, коло­нии, вос­пи­та­тель­ном цен­тре, спец­школе и т.п.) на посто­ян­ной основе по отно­ше­нию к заклю­чен­ным, сотруд­ни­кам учре­жде­ний и чле­нам их семей [5];
  3. ком­би­ни­ро­ван­ный вари­ант. Свя­щен­нику необ­хо­димо окорм­лять сразу несколько пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ний, зача­стую явля­ясь одно­вре­менно насто­я­те­лем при­ход­ского храма. Такой под­ход порож­дает опре­де­лён­ные про­блемы, свя­зан­ные с реа­ли­за­цией тюрем­ного слу­же­ния. Так, прот. Геор­гий Сычёв в лич­ной беседе с нами при­знал абсо­лют­ную необ­хо­ди­мость духов­ного обра­зо­ва­ния осуж­дён­ных, но и ука­зал на фак­ти­че­скую невоз­мож­ность его каче­ствен­ного осу­ществ­ле­ния: «про­граммы духов­ного про­све­ще­ния осуж­дён­ных не суще­ствует. Это может быть только лич­ной ини­ци­а­ти­вой свя­щен­ника. Кроме того, в след­ствен­ном изо­ля­торе речь идёт об узком кон­тин­генте: осуж­дён­ных. А в основ­ном свя­щен­ники имеют воз­мож­ность прийти раз в неделю, жерт­вуя своим вре­ме­нем. И они идут к под­след­ствен­ным. От под­след­ствен­ных копится мно­же­ство заяв­ле­ний, куда там ещё лек­ци­ями зани­маться! Тот свя­щен­ник, кото­рый рабо­тает с хоз. отря­дом, утром ещё при­е­дет; вече­ром — вряд ли. Кроме того, у свя­щен­ника много вре­мени отни­мают адми­ни­стра­тив­ные вопросы. Плюс, у нас сей­час стро­ятся ещё несколько тюрем­ных хра­мов, они тоже отни­мают массу времени».

Труды дея­те­лей Церкви, каса­ю­щи­еся тюрем­ного слу­же­ния, можно раз­де­лить на несколько типов. Суще­ствует опыт доре­во­лю­ци­он­ных дея­те­лей с их взгля­дом на пени­тен­ци­ар­ные про­цессы. Очень пока­за­тель­ным для нас явля­ется доку­мент «Пра­вила для Попе­чи­тель­ного Обще­ства о тюрь­мах», где гово­рится о «настав­ле­нии в пра­ви­лах Хри­сти­ан­ского бла­го­че­стия» [7, с. 40] как об неотъ­ем­ле­мом сред­стве исправ­ле­ния заклю­чён­ных под стражу. Абсо­лют­ное боль­шин­ство доре­во­лю­ци­он­ных авто­ров, зани­ма­ю­щихся темой исправ­ле­ния пре­ступ­ни­ков в местах лише­ния сво­боды, объ­еди­няет при­вер­жен­ность двум фак­то­рам: под сомне­ние не ста­вится необ­хо­ди­мость мило­сер­дия к пре­ступ­нику, а нрав­ствен­ное его исправ­ле­ние видится в тес­ной связи с Богом. В этой ситу­а­ции про­сле­жи­ва­ется опре­де­лён­ный пара­докс: с одной сто­роны посту­ли­ру­ется эта оче­вид­ная зави­си­мость. С дру­гой сто­роны, вопросы эле­мен­тар­ного быто­вого харак­тера, кото­рые сего­дня напря­мую свя­зы­ва­ются зако­но­да­те­лями с обще­че­ло­ве­че­ским гума­низ­мом и счи­та­ются такими, на кото­рые уже нет необ­хо­ди­мо­сти дис­ку­ти­ро­вать (как напри­мер норма сани­тар­ной пло­щади на чело­века, содер­жа­ще­гося в СИЗО, кото­рая по евро­пей­ским стан­дар­там и, сле­до­ва­тельно, рос­сий­скому зако­но­да­тель­ству [14, с. 23], состав­ляет 4 м), тогда вообще не под­ни­ма­лись. Вели­кий рус­ский хри­сти­ан­ский писа­тель и фило­соф Ф. М. Досто­ев­ский в «Запис­ках из мёрт­вого дома» весьма подробно опи­сы­вает каторж­ный быт того вре­мени: «Мне все­гда было тяжело воз­вра­щаться со двора в нашу казарму. Это была длин­ная, низ­кая и душ­ная ком­ната, тускло осве­щен­ная саль­ными све­чами, с тяже­лым, уду­ша­ю­щим запа­хом. Не пони­маю теперь, как я выжил в ней десять лет. На нарах у меня было три доски: это было всё мое место. На этих же нарах раз­ме­ща­лось в одной нашей ком­нате чело­век трид­цать народу. Зимой запи­рали рано; часа четыре надо было ждать, пока все засы­пали. А до того — шум, гам, хохот, руга­тель­ства, звук цепей, чад и копоть, бри­тые головы, клей­мен­ные лица, лос­кут­ные пла­тья, всё — обру­ган­ное, ошель­мо­ван­ное… да, живуч чело­век! Чело­век есть суще­ство ко всему при­вы­ка­ю­щее, и, я думаю, это самое луч­шее его опре­де­ле­ние» [21]. Сего­дня же, напро­тив, когда (по край­ней мере декла­ра­тивно) решён вопрос быто­вых норм, необ­хо­ди­мость хри­сти­ан­ства для нрав­ствен­ного исправ­ле­ния осуж­дён­ных далеко не оче­ви­ден совре­мен­ным законодателям.

Как отдель­ный жанр лите­ра­туры, суще­ствуют пуб­ли­ци­сти­че­ские записки свя­щен­ни­ков. Тюрем­ное слу­же­ние — есть вид весьма спе­ци­фи­че­ской дея­тель­но­сти, для пло­до­твор­ного осу­ществ­ле­ния кото­рой необ­хо­димо каче­ство, кото­рое при­нято име­но­вать «при­зва­нием». Воз­можно, именно этим объ­яс­ня­ется исто­ри­че­ская ску­дость лите­ра­туры, кото­рая когда-либо пуб­ли­ко­ва­лась тюрем­ными капел­ла­нами: писать на тему тюрем­ного слу­же­ния, пуб­ли­ко­ваться может лишь тот свя­щен­ник, дея­тель­ность кото­рого не только осу­ществ­ля­ется по при­зва­нию от Бога, не только у кото­рого раз­вит писа­тель­ский талант, но и у кого при этом оста­ются силы на лите­ра­тур­ную работу. Эту мысль пре­красно иллю­стри­рует фраг­мент письма зна­ме­ни­того тюрем­ного свя­щен­ника прот. Иосифа Фуделя, опуб­ли­ко­ван­ного в книге вос­по­ми­на­ний его сына, С. Фуделя: «Тюрем­ное дело такое слож­ное дело, что тут не только один свя­щен­ник, но и десять могли бы быть полез­ными. Это целый мир осо­бых людей, более всего ищу­щих духов­ной жизни, помощи… Про­сто теря­ешься от той гро­мад­ной обла­сти духов­ных нужд, какую пред­став­ляет из себя тюрьма. Ведь здесь посто­янно сред­ним чис­лом 2500 чело­век заклю­чен­ных! Это целый горо­док людей духовно боль­ных, людей, наи­бо­лее вос­при­им­чи­вых к духов­ному свету. И вот при­хо­дится теряться в гро­маде дел и впе­чат­ле­ний. Пой­дешь по каме­рам, зай­дешь в одну, дру­гую — пол­дня про­шло; как вспом­нишь, что еще 45 камер, так и руки опус­ка­ются. А тут еще лите­ра­тур­ное дело; какое ни на есть, а все время отни­мает часа три в день» [41, ч. 1, гл. 2].

На прак­тике ока­за­лось, что прот. И Фудель стал чуть ли не един­ствен­ным доре­во­лю­ци­он­ным свя­щен­ни­ком, оста­вив­шим после себя плоды своих лите­ра­тур­ных тру­дов, каса­ю­щихся тюрем­ного слу­же­ния. В «Днев­нике свя­щен­ника пере­сыль­ной тюрьмы» о. Иосифа нет строй­ной системы повест­во­ва­ния: мысли изло­жены в том хро­но­ло­ги­че­ском порядке, как они при­шли в голову и были пере­не­сены на бумагу. Мы нахо­дим в его труде такие необ­хо­ди­мые аспекты в нрав­ствен­ном исправ­ле­нии осуж­дён­ного как:

  • жела­тель­ное сов­мест­ное сожи­тель­ство осуж­дён­ных, пози­ци­о­ни­ру­ю­щих себя воцер­ко­в­лён­ными пра­во­слав­ными хри­сти­а­нами: «Полу­чил от началь­ника тюрьмы раз­ре­ше­ние устро­ить школу гра­моты среди катор­жан. Пере­дал ему спи­сок жела­ю­щих учиться. В списке 55 чело­век. Сде­лал началь­ник рас­по­ря­же­ние поме­стить их всех в одну камеру. С Божьей помо­щью дело нач­нется» [40];
  • заня­тия по духов­ной гра­мот­но­сти: «Читал житие преп. Ефрема Сирина и подробно оста­нав­ли­вался на уро­ках его жизни. Осо­бенно тро­нули отрывки из слов пре­по­доб­ного: у мно­гих слезы на гла­зах. По окон­ча­нии чте­ния бла­го­да­рили» [40].
  • нефор­маль­ное, душев­ное обще­ние свя­щен­ника с осуж­дён­ными — лич­ност­ный под­ход. То, чего очень не хва­тает в совре­мен­ных учре­жде­ниях: «Име­нин­ник катор­жа­нин Алек­сандр при­гла­сил меня к себе. При­шел я, когда он обе­дал. Был у него пирог, и я отве­дал кусок; осталь­ные катор­жане рас­се­лись кру­гом на нарах и уми­ленно на меня смот­рели; видимо, им понра­ви­лось мое отно­ше­ние к ним. Теперь они уж не отно­сятся ко мне, как к началь­нику, не пуга­ются при моем входе в камеру, не изум­ля­ются, а спо­койно под­хо­дят под бла­го­сло­ве­ние» [40];
  • недо­пу­сти­мость обли­чи­тель­ного харак­тера про­по­веди осуж­дён­ным: «Вы воры, вы отвер­жен­ные, вы поде­лом нака­заны и т. д. Не нра­вится мне. Харак­тер про­по­веди у заклю­чен­ных не рас­трав­лять раны, а при­кла­ды­вать небес­ный боже­ствен­ный пла­стырь на рану. При­и­дите ко мне все труж­да­ю­щи­еся… » [40];
  • фор­ми­ро­ва­ние пра­виль­ного духов­ного настроя даже у невинно осуж­дён­ных: «Удив­ля­юсь я заме­ча­тельно хри­сти­ан­скому настро­е­нию мно­гих узни­ков, осуж­ден­ных невинно: ни малей­шего ропота; ясное созна­ние того, что нака­заны за преж­ние грехи; рас­ка­я­ние в этих гре­хах и жела­ние только одного, чтобы не нака­зы­вал Гос­подь в буду­щей жизни… Такое настро­е­ние встре­чал я у мно­же­ства, конечно, у народа, а не интел­ли­ген­ции; интел­ли­гент ведь оста­ется сам собою гор­дым, рас­су­дочно-резо­нер­ству­ю­щим» [40].

В совет­скую и пост­со­вет­скую эпоху тема тюрем­ного слу­же­ния в тру­дах свя­щен­ни­ков также не полу­чила долж­ного рас­про­стра­не­ния. Вообще, тема эта

дол­гое время с начала пост­со­вет­ского пери­ода счи­та­лась побоч­ной, поэтому ей не уде­ля­лось долж­ного вни­ма­ния. Так, до 2010 года вопросы тюрем­ного слу­же­ния нахо­ди­лись в веде­нии Сино­даль­ного отдела по вза­и­мо­дей­ствию с Воору­жен­ными силами и пра­во­охра­ни­тель­ными орга­нами. Сей­час, когда уже почти 20 лет суще­ствует Сино­даль­ный отдел Мос­ков­ского Пат­ри­ар­хата по тюрем­ному слу­же­нию, стало раз­ви­ваться и про­фес­си­о­наль­ное направ­ле­ние дея­тель­но­сти тюрем­ных капел­ла­нов. Науч­ных работ, посвя­щен­ных раз­ви­тию совре­мен­ного тюрем­ного слу­же­ния, ещё очень мало и они носят в основ­ном обзор­ный харак­тер. Суще­ствуют ста­тьи, посвя­щён­ные какой-то отдель­ной проблематике.

К эпохе воз­об­нов­ле­ния слу­же­ния Церкви в местах лише­ния сво­боды, отно­сятся пуб­ли­ци­сти­че­ские заметки про­то­и­е­рея Глеба Каледы, пер­во­про­ходца в тюрем­ном слу­же­нии новей­шей Рос­сии. О. Глеб был свя­щен­ни­ком в след­ствен­ном изо­ля­торе «Бутырка» во вре­мена слома эпох, кото­рый ката­стро­фи­че­ским обра­зом отра­зился на быте людей, вина кото­рых ещё даже не была дока­зана судом. Осме­лимся утвер­ждать, что время это — начало и сере­дина 90‑х годов XX века — была самым тяжё­лым в исто­рии рос­сий­ских тюрем как для заклю­чён­ных, так и для сотруд­ни­ков УИС. Вот как опи­сы­вает о. Глеб тогдаш­ний быт под­след­ствен­ных: «Чис­лен­ность заклю­чен­ных в Бутыр­ской тюрьме резко воз­росла и зна­чи­тельно пре­вы­шает норму. Зна­ме­ни­тая петер­бург­ская тюрьма «Кре­сты» была постро­ена при царе- батюшке в рас­чете на 1000 заклю­чен­ных, по совет­ским нор­мам в ней было поло­жено содер­жать 3300 аре­стан­тов, в начале 1992 года в ней сидело 6500 чело­век, а в пер­вом квар­тале 1993 — 8000 чело­век. Все нормы давно пре­вы­шены и в тюрьме «Мат­рос­ская тишина». 65 и 80 чело­век в одной камере — это каче­ственно раз­ные и физи­че­ские, и пси­хо­ло­ги­че­ские состо­я­ния. Даже в 1937 году, как сооб­щил мне началь­ник след­ствен­ных изо­ля­то­ров Москвы Ана­то­лий Семе­но­вич Голу­бев, в Бутыр­ской тюрьме сидело меньше аре­сто­ван­ных, чем осе­нью 1992 года» [25]. Инте­ресно, что о. Глеб объ­яс­няет при­чину таких бес­че­ло­веч­ных усло­вий (помимо плохо рабо­та­ю­щих инсти­ту­тов след­ствия и суда) не насле­дием «кара­тель­ной» совет­ской системы, а фак­ти­че­скими ошиб­ками совет­ских руко­во­ди­те­лей: «В начале 1960‑х годов были уни­что­жены тюрьмы в боль­ших горо­дах, напри­мер, Таган­ская и Новин­ская тюрьмы в Москве, так как нам твер­дили, что в 1980 году насту­пит ком­му­низм, когда ника­ких пре­ступ­ле­ний, кроме шпи­о­нажа и дивер­сий ино­стран­ных раз­ве­док, — про­сто не может быть!» [25].

О. Глеб писал о необ­хо­ди­мо­сти т. н. «апо­сто­лата мирян», то есть, несе­ния Слова Божия под­го­тов­лен­ными кате­хи­за­то­рами. Необ­хо­ди­мость этого пред­при­я­тия он свя­зы­вает с недо­стат­ком свя­щен­ства. В быт­ность тюрем­ного слу­же­ния о. Глеба миряне-кате­хи­за­торы тоже при­хо­дили к под­след­ствен­ным прямо в камеры: «Они часами сидят в каме­рах, бесе­дуя с аре­стан­тами, они гото­вят их ко кре­ще­нию, изу­чают с .ними Закон Божий, сами активно участ­вуют в бого­слу­же­ниях. Бла­го­даря про­ве­ден­ным ими заня­тиям, заклю­чен­ные начали сами читать «Часы» на Литур­гиях, и «Бла­го­дар­ствен­ные молитвы после При­ча­стия», и даже «Апо­стол» (что делает обычно дья­кон). Кате­хи­за­торы сле­дят за рас­про­стра­не­нием икон, кре­стиль­ных кре­сти­ков, све­чей. Между заклю­чен­ными и кате­хи­за­то­рами уста­нав­ли­ва­ются лич­ност­ные духов­ные и чело­ве­че­ские отно­ше­ния» [25]. Сего­дня в хоз. отряде изо­ля­тора, в кото­ром про­во­дятся наши иссле­до­ва­ния, лишь один осуж­дён­ный умеет читать по цер­ковно-сла­вян­ски. Этот навык он при­об­рёл ещё на сво­боде. Ника­кой работы с под­след­ствен­ными, не говоря уже о том, чтобы кате­хи­за­торы при­хо­дили к под­след­ствен­ным в камеры, не проводится.

Итак, про­то­и­е­рей Глеб Каледа был уве­рен в необ­хо­ди­мо­сти при­сталь­ного, все­сто­рон­него вни­ма­ния к лицам, заклю­чён­ным под стражу, вклю­ча­ю­щего в себя и духов­ное обра­зо­ва­ние, и регу­ляр­ное уча­стие в Таин­ствах, и вообще живое, а не фор­маль­ное уча­стие в жизни людей. Наблю­дая инте­рес запад­ных жур­на­ли­стов к открыв­шейся воз­мож­но­сти делать репор­тажи из мест заклю­че­ния, о. Глеб с горь­кой иро­нией заме­чает: «К тюрь­мам при­вле­чено вни­ма­ние жур­на­лист­ского кор­пуса, но там нужен не бег по кори­до­рам с теле­ви­зи­он­ной каме­рой, не эпи­зо­ди­че­ская раз­дача посы­лок, а огром­ная систе­ма­ти­че­ская работа с людьми» [25]. Вынуж­дены кон­ста­ти­ро­вать, что за про­шед­шие деся­ти­ле­тия эта работа в долж­ной мере так и не была налажена.

Одним из наи­бо­лее успеш­ных рели­ги­оз­ных дея­те­лей совре­мен­но­сти, зани­ма­ю­щихся вопро­сами тюрем­ного слу­же­ния явля­ется пред­се­да­тель Отдела по тюрем­ному слу­же­нию Санкт-Петер­бург­ской епар­хии, помощ­ник началь­ника УФСИН РФ по Спб и ЛО по работе с веру­ю­щими про­то­и­е­рей Олег Скоморох.

О.  Олегу при­над­ле­жит мно­же­ство пуб­ли­ка­ций на тему тюрем­ного слу­же­ния. В рам­ках дан­ных пуб­ли­ка­ций рас­смат­ри­ва­ются акту­аль­ные про­блемы, свя­зан­ные с вза­и­мо­дей­ствием Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы. Напри­мер, в одной из своих ста­тей о. Олег гово­рит о мас­штабе про­де­лан­ной работы в деле духов­ного окорм­ле­ния заклю­чён­ных, но в то же время ука­зы­вает и на такие про­блемы как про­ти­во­ре­чия зако­нов, пре­пят­ству­ю­щих тюрем­ным свя­щен­ни­кам нор­маль­ному испол­не­нию дея­тель­но­сти [33, с. 56 — 59]. Под­вер­га­ются кри­тике и о целые зако­но­да­тель­ные лакуны, фак­ти­че­ски озна­ча­ю­щие неопре­де­лён­ность прав и обя­зан­но­стей цер­ков­ных дея­те­лей в пени­тен­ци­ар­ных учреждениях.

В 2014 году про­то­и­е­рей Олег Ско­мо­рох защи­тил в Мос­ков­ской Духов­ной Ака­де­мии док­тор­скую дис­сер­та­цию на тему «Прак­тика тюрем­ного слу­же­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви в Рос­сий­ской Феде­ра­ции в конце XX — начале XXI вв». Дан­ная работа содер­жит наи­бо­лее пол­ный на сего­дняш­ний день обзор дея­тель­но­сти Церкви в местах лише­ния сво­боды. На осно­ва­нии при­ве­дён­ных дан­ных, автор наме­чает сле­ду­ю­щие вехи в раз­ви­тии вза­и­мо­от­но­ше­ния ведомств:

  • необ­хо­ди­мость закреп­ле­ния пра­во­вого ста­туса тюрем­ных капел­ла­нов, вклю­ча­ю­щего в себя их соци­аль­ную и финан­со­вую защиту;
  • необ­хо­ди­мость выра­ботки и зако­но­да­тель­ного закреп­ле­ния форм и мето­дов дея­тель­но­сти свя­щен­но­слу­жи­те­лей по духовно-нрав­ствен­ному вос­пи­та­нию осуждённых;
  • необ­хо­ди­мость выра­ботки Инструк­ции о порядке дея­тель­но­сти свя­щен­но­слу­жи­те­лей, их прав, обя­зан­но­стей, исходя из спе­ци­фики режим­ных учре­жде­ний. Дан­ная дея­тель­ность, по мысли автора, должна регу­ли­ро­ваться кон­трак­том кон­крет­ного свя­щен­ника с госу­дар­ством. Дан­ный кон­тракт дол­жен преду­смат­ри­вать рав­ную ответ­ствен­но­стью сто­рон. Инструк­ции должны вклю­чать в себя осо­бен­но­сти осу­ществ­ле­ния в тюрем­ном храме обыс­ко­вых меро­при­я­тий, регла­мен­ти­ро­вать над­зор за нахо­дя­щимся в храме спец­кон­тин­ген­том, формы вза­и­мо­дей­ствия адми­ни­стра­ции со свя­щен­но­слу­жи­те­лями. В част­но­сти, под­чёр­ки­ва­ется необ­хо­ди­мость выде­ле­ния в плане по бое­вой и слу­жеб­ной под­го­товке часов для дове­де­ния до сотруд­ни­ков УИС акту­аль­ной инфор­ма­ции свя­щен­но­слу­жи­те­лями [34, с. 274 — 275].

Слу­же­ние Церкви в тюрьме суще­ствует и рас­про­стра­ня­ется, вовле­кая в себя всё больше тюрем­ных капел­ла­нов. Про­граммы неко­то­рых семи­на­рий и вузов уже вклю­чают в себя учеб­ные модули, посвя­щён­ные тюрем­ному слу­же­нию. Правда, и здесь есть свои труд­но­сти. Как утвер­ждает прот. Олег Ско­мо­рох, с полу­че­нием духов­ными учеб­ными заве­де­ни­ями госу­дар­ствен­ной аккре­ди­та­ции, ока­за­лось, что воз­ни­кают слож­но­сти с встра­и­ва­нием курса по тюрем­ному слу­же­нию в пере­сы­щен­ную пред­ме­тами госу­дар­ствен­ную про­грамму по тео­ло­гии [32]. Как аль­тер­на­тива, в пуб­ли­ци­стике появ­ля­ются посо­бия по тюрем­ному слу­же­нию, напи­сан­ные самими тюрем­ными капел­ла­нами. Ярким при­ме­ром здесь может слу­жить посо­бие иерея Вяче­слава Зуева «Если вы при­шли в тюрьму…», кото­рое, по сло­вам самого автора, явля­ется «инструк­цией мак­си­мально объ­ек­тив­ной и полез­ной для того, кто вста­нет на непро­стой путь тюрем­ного слу­же­ния» [23]. В этом посо­бии раз­би­ра­ются важ­ные для тюрем­ного капел­лана вопросы, каса­ю­щи­еся выстра­и­ва­ния вза­и­мо­от­но­ше­ний с осуж­дён­ными: как назна­чить ста­ро­сту, какой кон­тин­гент осуж­дён­ных для этого под­хо­дит, как орга­ни­зо­вать духов­ные заня­тия, какие бывают осо­бен­но­сти про­ве­де­ния бого­слу­же­ний среди спец­кон­тин­гента. Нужно пони­мать, что осуж­дён­ные — это совер­шенно осо­бый тип людей со сво­ими осо­бен­но­стями пове­де­ния. Выстра­и­ва­ние отно­ше­ний с ними необ­хо­димо про­из­во­дить с помо­щью опре­де­лён­ных меха­низ­мов и с вели­чай­шей осто­рож­но­стью. Не зная эле­мен­тар­ных тюрем­ных пра­вил, свя­щен­ник рис­кует лишиться авто­ри­тета (кото­рый, по умол­ча­нию, весьма высок) среди под­опеч­ных. Дело в том, что осуж­дён­ные хри­сти­ане, даже отри­цая воров­ские тра­ди­ции, всё равно невольно явля­ются участ­ни­ками соци­ума — носи­теля «блат­ной куль­туры». Неко­то­рые осо­бен­но­сти про­яв­ле­ния этих тра­ди­ций необ­хо­димо учи­ты­вать тюрем­ному капел­лану. Очень ярким при­ме­ром явля­ется уча­стие в бого­слу­же­нии и При­ча­ще­ние Свя­тых Хри­сто­вых Тайн низ­шей касты осуж­дён­ных, т. н. «оби­жен­ных». Внутри тюрем­ного сооб­ще­ства обыч­ному осуж­дён­ному нельзя упо­треб­лять одну и ту же посуду с пред­ста­ви­те­лем «оби­жен­ных». Это все­гда вызы­вает про­блемы в тюрем­ной среде даже в отсут­ствие в кон­крет­ном учре­жде­нии актив­ных при­вер­жен­цев идео­ло­гии «еди­ного аре­стант­ского уклада». Решать эту про­блему свя­щен­ник может по раз­ному, но не брать её в рас­чёт не полу­чится. В посо­бии о. Вяче­слава Зуева рас­смот­рен один из спо­со­бов реше­ния этой важ­ной про­блемы, столк­нуться с кото­рой пред­стоит любому тюрем­ному капеллану.

  • 1.3.4. Цер­ковь в пени­тен­ци­ар­ные про­цессы в совре­мен­ных свет­ских исследованиях

Несмотря на то, что свет­ских иссле­до­ва­ний на дан­ную тему пока немного, ана­лиз их очень важен, поскольку поз­во­ляет зафик­си­ро­вать вопросы, наи­бо­лее акту­аль­ные с точки зре­ния совре­мен­ного рос­сий­ского граж­дан­ского общества.

Так, в ста­тье «Вза­и­мо­дей­ствие РПЦ с учре­жде­ни­ями пени­тен­ци­ар­ной системы Рос­сии» авто­рами дела­ется обзор­ный исто­ри­че­ский ана­лиз сора­бот­ни­че­ства ведомств. Для опре­де­ле­ния харак­те­ри­стики тюрем­ной системы в доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии исполь­зу­ется тер­мин «кара­тель­ная», что резко дис­со­ни­рует со встре­ча­ю­щимся в обы­ва­тель­ской среде мне­нием, о том, что дан­ное опре­де­ле­ние при­ме­нимо исклю­чи­тельно для опи­са­ния тюрем в совет­ской Рос­сии. Опи­сы­ва­ется широ­кое при­ме­не­ние труда заклю­чён­ных для госу­дар­ствен­ных строек в пет­ров­скую эпоху: «рабо­чие руки были необ­хо­димы Рос­сии, про­би­ва­ю­щей «окно в Европу», созда­ю­щей свой мор­ской флот, раз­ви­ва­ю­щей своё про­из­вод­ство» [42, с. 67]. Сдвиг в сто­рону гума­ни­за­ции отбы­ва­ния нака­за­ния наблю­да­ется лишь с цар­ство­ва­ния Ека­те­рины II. В ста­тье опи­сан опыт тюрем­ного слу­же­ния в цар­ской Рос­сии, где «свя­щен­ники, диа­коны и пса­лом­щики при­зна­ются офи­ци­аль­ными долж­ност­ными лицами, в обя­зан­но­сти кото­рых вме­ня­ется идео­ло­ги­че­ское воз­дей­ствие на аре­стан­тов […] абсо­лютно всю нагрузку по вос­пи­та­тель­ной и обра­зо­ва­тель­ной работе с заклю­чён­ными несли именно пред­ста­ви­тели Церкви» [42, с. 68]. Авторы ста­тьи под­чёр­ки­вают, несмотря на оче­вид­ные про­блемы (прежде всего, финан­со­вого харак­тера), акту­аль­ную и сего­дня пользу прак­тики вве­де­ния свя­щен­но­слу­жи­те­лей в штат испра­ви­тель­ных учреждений.

В дру­гом иссле­до­ва­нии И. А. Ерзы­лева про­во­дит обзор­ный ана­лиз тюрем­ного слу­же­ния в Рязан­ской обла­сти. В ста­тье особо под­чёр­ки­ва­ется важ­ность духов­ного обра­зо­ва­ния осуж­дён­ных. При этом автор обра­щает вни­ма­ние на пре­иму­ще­ствен­ную необ­хо­ди­мость очного обра­зо­ва­ния: «для боль­шин­ства уча­щихся дистан­ци­он­ное осво­е­ние мате­ри­ала зати­руд­ни­тельно» [22]. Каса­ется автор и такого важ­ного вопроса как необ­хо­ди­мость рели­ги­оз­ного про­све­ще­ния сотруд­ни­ков УИС, «осо­бенно тех, кто отве­чает за орга­ни­за­цию вос­пи­та­тель­ного про­цесса в испра­ви­тель­ных учре­жде­ниях» [22].

Заслу­жи­ва­ю­щей нашего вни­ма­ния явля­ется ста­тья Ф. Н. Селез­нёва «Тео­ло­ги­че­ский под­ход к пони­ма­нию пре­ступ­но­сти». Несмотря на довольно спор­ные утвер­жде­ния, встре­ча­ю­щи­еся в ста­тье, такие как напри­мер: «пра­во­сла­вие и есть наци­о­наль­ная идея Рос­сии», дан­ный ана­лиз, в целом, без­условно пред­став­ляет бого­слов­ский инте­рес. В нём дела­ются попытки обра­тить вни­ма­ние свет­ских спе­ци­а­ли­стов на воз­мож­ность изу­че­ния пси­хо­ло­гии пре­ступ­ника с точки зре­ния рели­гии: «Совре­мен­ной рос­сий­ской кри­ми­но­ло­гии, науке, изу­ча­ю­щей лич­ность пре­ступ­ника и непо­сред­ственно при­роду пре­ступ­но­сти, при­чины и усло­вия её воз­ник­но­ве­ния, про­сто необ­хо­димо исполь­зо­вать рели­ги­озно-фило­соф­ский, духов­ный опыт хри­сти­ан­ского пра­во­слав­ного миро­воз­зре­ния. Тем более что пред­по­сылки к этому есть как в кри­ми­но­ло­гии (пост­ли­бе­раль­ный ста­тус), так и в самом рос­сий­ском обще­стве (исто­ри­че­ски хри­сти­ан­ском пра­во­слав­ном)» [31, с. 65]. В этом кон­тек­сте автор под­чёр­ки­вает необ­хо­ди­мость «осо­бой кри­ми­но­ло­ги­че­ской оценки» [31, с. 67] тюрем­ного слу­же­ния Церкви.

В обла­сти свет­ских иссле­до­ва­ний необ­хо­димо затро­нуть такую важ­ную тему, как пост­пе­ни­тен­ци­ар­ное сопро­вож­де­ние быв­ших осуж­дён­ных. Мы уже писали о запад­ном опыте после­тю­рем­ной ресо­ци­а­ли­за­ции. Наша Цер­ковь вряд ли смо­жет пере­нять его в том виде, в каком он суще­ствует на Западе. Однако, отка­зы­ваться от него нельзя, поскольку именно от того, как про­хо­дил пост­пе­ни­тен­ци­ар­ный период, во мно­гом зави­сит воз­мож­ность совер­ше­ния осуж­дён­ными, ока­зав­ши­мися на сво­боде, реци­див­ных пре­ступ­ле­ний. На сего­дняш­ний день в Рос­сии функ­ци­о­ни­руют цен­тры соци­аль­ной адап­та­ции лиц, осво­бо­див­шихся из мест лише­ния сво­боды под эги­дой Церкви, ФСИН или част­ных бла­го­тво­ри­те­лей. В отли­чие от испра­ви­тель­ной коло­нии, пре­бы­ва­ние в таком цен­тре доб­ро­воль­ное, а к стро­гому рас­по­рядку бывают готовы далеко не все реа­би­ли­танты, что дока­зы­вает нега­тив­ный опыт. Вот при­мер уча­стия в дея­тель­но­сти реа­би­ли­та­ци­он­ного цен­тра выпуск­ника Мис­си­о­нер­ского факуль­тета ПСТГУ В. Воро­нина: «Не утвер­див­шись в вере они все, кроме Антона и Алек­сея Нау­мова, решили создать свои семьи, тру­диться, вос­пи­ты­вать детей. Бла­гое наме­ре­ние, но не рано­вато ли? Жизнь в нашей общине — это не затвор, не отре­че­ние от мира, а сво­его рода под­го­товка, чтобы выжить в мире пол­ном соблаз­нов и иску­ше­ний. Совер­ша­лись частые бого­слу­же­ния, орга­ни­зо­вы­ва­лись палом­ни­че­ские поездки по свя­тым местам, в том числе: Москву, Санак­сары, Диве­ево, Оптину пустынь…, всем предо­ста­вили воз­мож­ность учиться, что бы полу­чить води­тель­ские права; осво­е­ние кли­рос­ного дела, пче­ло­вод­ства, рыбалка /р. Волга рядом/, фут­бол, волей­бол, хок­кей, предо­став­лены рав­ные воз­мож­но­сти поступ­ле­ния в Ниже­го­род­скую духов­ную семи­на­рию. От них тре­бо­ва­лось — все делать по бла­го­сло­ве­нию. Но за два года они не навыкли этому. Послу­ша­ние ока­за­лось кам­нем пре­ткно­ве­ния. Пер­вым оста­вил нас Игорь Шапо­ва­лов /бывший наркоман/. Оста­вил под бла­гим наме­ре­нием создать семью и честно тру­диться. В итоге он вновь при­стра­стился к нар­ко­ти­кам, зара­бо­тал ВИЧ-инфек­цию и вновь совер­шил пре­ступ­ле­ние. Нико­лай Шар­лы­гин уехал к пре­ста­ре­лой матери и вновь запил, вме­сто того, чтобы помо­гать ей. Игорь Греку /также быв­ший наркоман/ тайно оста­вил нас. Зво­нил из Ниж­него Нов­го­рода и сооб­щил, что рабо­тает пса­лом­щи­ком в церкви и заве­рил на 150%, что не сядет на иглу. Про­шел год. Женился на девушке-нар­ко­манке, и сам сел на иглу, а еще через пол­года ока­зался в тюрьме. Суб­бо­тин Сер­гей /также быв­ший наркоман/ посту­пив в Ниже­го­род­скую духов­ную семи­на­рию на заоч­ное отде­ле­ние, уехал в Ниж­ний Нов­го­род про­дол­жать учебу. Сер­геев Вла­ди­мир, Ефи­мов Димит­рий и Чиха­чев Димит­рий (на сего­дняш­ний день вновь пре­сту­пив­ший закон) поки­нули нас три месяца назад также под бла­гим наме­ре­нием созда­ния семьи. Однако, факты сви­де­тель­ствуют об обрат­ном. Наши быв­шие узники ока­за­лись очень сво­бо­до­лю­бивы, о чем ни вос­пи­та­тели, ни вос­пи­тан­ники не подо­зре­вали. Поэтому, любое малое утес­не­ние в мыс­лях, жела­ниях, сло­вах и поступ­ках вос­пи­тан­ники вос­при­ни­мали очень болез­ненно и гово­рили: «Батюшка создал для нас вто­рую зону». Таким обра­зом, при нали­чии неко­то­рых поло­жи­тель­ных момен­тов, отме­чен­ных выше, в целом эта ноша ока­за­лась нашему при­ходу не под силу. Цель реа­би­ли­та­ции не вполне достиг­нута» [19, с. 70 — 71]. Таким обра­зом, оче­видно, что необ­хо­ди­мость в ресо­ци­а­ли­за­ции суще­ствует, но испол­не­ние её — тема отдель­ного скру­пу­лёз­ного изучения.

Особ­ня­ком среди совре­мен­ных цер­ков­ных дея­те­лей стоит Ната­лия Вла­ди­ми­ровна Поно­ма­рёва, дол­гое время являв­ша­яся руко­во­ди­те­лем Цен­тра духов­ной под­держки пра­во­слав­ных общин в заклю­че­нии ПСТГУ Более два­дцати лет назад в дан­ном цен­тре была раз­ра­бо­тана про­грамма дистан­ци­он­ного обу­че­ния, осно­ван­ного на пере­писке с осуж­дён­ными. По замыслу про­граммы, в ходе её про­хож­де­ния должна про­ис­хо­дить посте­пен­ная кате­хи­за­ция осуж­дён­ных. Несмотря на то, что про­грамма эта по каким-то при­чи­нам так и не стала обще­цер­ков­ной, она, за время сво­его суще­ство­ва­ния, охва­тила тысячи осуж­дён­ных, повы­сив­ших с её помо­щью свой духов­ный уро­вень. Про­грамма с успе­хом рабо­тает и сей­час, поло­жив начало ряду заоч­ных духов­ных школ. Так напри­мер, «сотруд­ники Заоч­ной вос­крес­ной школы для осуж­дён­ных (ЗВШО в Раеве), создан­ной на […] при­ходе в 2000 г., ведут мето­ди­че­скую пере­писку со ста­ро­стами учеб­ных групп пра­во­слав­ных общин испра­ви­тель­ных коло­ний (ИК): ”В про­шед­шем 2018 учеб­ном году по про­грамме ЗВШО в 14 общи­нах муж­ских ИК Север­ных обла­стей обу­ча­лось 98 уча­щихся, из них 57 чело­век стали выпуск­ни­ками. Усва­и­вая 2‑годичный огла­си­тель­ный курс “Основы пра­во­слав­ного веро­уче­ния ”, осуж­дён­ные учатся читать и петь на цер­ков­но­сла­вян­ском языке и зво­нить в коло­кола. Позна­вая веру, уча­щи­еся при­хо­дят к пока­я­нию, имеют воз­мож­ность испо­ве­до­ваться и при­ча­щаться, их окорм­ляют мест­ные свя­щен­ники. Выпуск­ники полу­чают “Сви­де­тель­ство об окон­ча­нии вос­крес­ной школы”, и мно­гие, выходя на сво­боду, строят свою жизнь по-хри­сти­ан­ски: вен­ча­ются с жёнами или создают семьи, кре­стят и вос­пи­ты­вают в вере детей, совер­шают палом­ни­че­ские поездки и помо­гают на мест­ных при­хо­дах, иные под­ви­за­ются в мона­сты­рях труд­ни­ками, послуш­ни­ками, мона­хами» [1].

К сожа­ле­нию, про­грамма суще­ствует исклю­чи­тельно за счёт волон­тё­ров, а поэтому не может охва­тить сколь-нибудь вну­ши­тель­ное коли­че­ство испра­ви­тель­ных учре­жде­ний. Так, на прак­тике ока­зы­ва­ется, что, напри­мер, в «Кре­стах» (а это, напомню, круп­ней­ший след­ствен­ный изо­ля­тор в Рос­сии) о воз­мож­но­сти уча­стия в дистан­ци­он­ном обу­че­нии не слы­шали ни под­след­ствен­ные, ни осуж­дён­ные, ни сотрудники.

Выводы

Сопо­став­лять дан­ные из при­ве­дён­ных источ­ни­ков с той обста­нов­кой, кото­рую нам уда­лось наблю­дать лично, мы ещё обя­за­тельно будем во вто­рой главе иссле­до­ва­ния. А пока под­ве­дём про­ме­жу­точ­ный итог, каса­ю­щийся инфор­ма­ции, кото­рую предо­став­ляют выше­упо­мя­ну­тые нор­ма­тив­ные акты, спе­ци­а­ли­сты ФСИН РФ и цер­ков­ные дея­тели. В зако­но­да­тель­ной базе в части вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы, со вре­мён рас­пада СССР, про­изо­шёл вну­ши­тель­ный ска­чок. Можно кон­ста­ти­ро­вать, что Цер­ковь плотно сотруд­ни­чает с уго­ловно-испол­ни­тель­ной систе­мой, жела­ю­щие осуж­дён­ные и под­след­ствен­ные участ­вуют в цер­ков­ных Таин­ствах, при­зна­ётся необ­хо­ди­мость духов­ного про­све­ще­ния сотруд­ни­ков УИС [5; 22]. Аппа­рат ФСИН РФ осо­знаёт поло­жи­тель­ное вли­я­ние Церкви на спец­кон­тин­гент и желает укреп­ле­ния вза­и­мо­дей­ствия ведомств [26; 32; 38]. Совре­мен­ные свя­щен­ники (как впро­чем и во все вре­мена) адек­ватно оце­ни­вают свою роль пас­ты­рей и духов­ных уте­ши­те­лей лиц, заклю­чён­ных под стражу [23; 34]. Дела­ются попытки реаль­ного осо­зна­ния пси­хо­ло­гии осуж­дён­ных, пони­ма­ния спе­ци­фики суще­ство­ва­ния хри­стиан среди поряд­ков уго­лов­ного мира [23; 25]. В этих попыт­ках ощу­ща­ется пас­тыр­ская муд­рость, иду­щая как во благо Церкви Хри­сто­вой, так и воцер­ко­вив­шихся осуждённых.

С дру­гой сто­роны, сле­дует при­знать, что нор­ма­тив­ная база пока далека от совер­шен­ства. Пра­во­вое поло­же­ние тюрем­ных капел­ла­нов во мно­гом не опре­де­лено, не уре­гу­ли­ро­ван вопрос оплаты их труда, поскольку абсо­лют­ное боль­шин­ство капел­ла­нов не состоят в штате испра­ви­тель­ных учре­жде­ний. Духов­ное про­све­ще­ние осуж­дён­ных в одних учре­жде­ниях нала­жено, но в дру­гих отсут­ствует вовсе. В этом кон­тек­сте нова­тор­ски выгля­дит опыт мис­си­о­нер­ского слу­же­ния прот. Глеба Каледы, кото­рый сего­дня крайне актуа­лен, но труд­но­по­вто­рим. Он осу­ществ­лял, по нынеш­ним мер­кам, немыс­ли­мые вещи: напри­мер,   в  отсут­ствие эле­мен­тар­ного порядка и зако­но­да­тель­ства, зару­чив­шись лишь под­держ­кой руко­вод­ства след­ствен­ного изо­ля­тора, свя­щен­ник с под­опеч­ными кате­хи­за­то­рами-миря­нами посе­щали заклю­чён­ных прямо в каме­рах изолятора.

Духов­ное про­све­ще­ние сотруд­ни­ков если и при­сут­ствует, то лишь в составе учеб­ных про­грамм, каса­ю­щихся повы­ше­ния ква­ли­фи­ка­ции у неко­то­рых стар­ших офи­це­ров. Духов­ное про­све­ще­ние сред­него и млад­шего началь­ству­ю­щего состава УИС на сего­дняш­ний день пол­но­стью отсут­ствует. То есть фак­ти­че­ски Согла­ше­ние о вза­и­мо­дей­ствии Феде­раль­ной службы испол­не­ния нака­за­ний и Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, в части орга­ни­за­ции духов­ного про­све­ще­ния сотруд­ни­ков УИС и чле­нов их семей, не работает.

Глава II. Анализ проблем, существующих во взаимодействии Церкви и уголовно-исполнительной системы, выявленных в ходе практической деятельности на примере ФКУ СИЗО — 1 УФСИН РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области

2.1. Описание и обоснование методики проведения исследования и обработки результатов

Работа над дан­ной гла­вой про­хо­дила в несколько эта­пов. Сбор инфор­ма­ции, осу­ществ­лялся в ходе интер­вью с осуж­дён­ными и долж­ност­ными лицами раз­ных уров­ней. Интер­вью с осуж­дён­ными пред­ше­ство­вало нала­жи­ва­ние пси­хо­ло­ги­че­ского кон­такта с респон­ден­тами. Он был достиг­нут в ходе про­хож­де­ния прак­тики в рам­ках учеб­ного плана маги­стра­туры, а именно: чле­нам духов­ного кружка рабо­чего кор­пуса СИЗО №1 был про­чи­тан курс лек­ций, осве­ща­ю­щий пра­во­слав­ное веро­уче­ние через подроб­ный посту­па­тель­ный раз­бор Чле­нов Сим­вола Веры. Дру­гая цель, постав­лен­ная нами в ходе заня­тий — про­бу­дить инте­рес к пра­во­слав­ному веро­уче­нию — также была достиг­нута. Это видно из коли­че­ствен­ных пока­за­те­лей: реаль­ное число слу­ша­те­лей учеб­ной про­граммы ока­за­лось в два раза больше про­гно­зи­ру­е­мого свя­щен­ни­ком, окорм­ля­ю­щим учре­жде­ние: вме­сто 5–6 заяв­лен­ных изна­чально слу­ша­те­лей, за всё время про­ве­де­ния заня­тий лек­ции посе­тило 15 раз­ных чело­век. В сред­нем, на одной лек­ции при­сут­ство­вало 10–12 чело­век. В ходе заня­тий зада­ва­лось мно­же­ство вопро­сов, каса­ю­щихся пра­во­слав­ного веро­уче­ния, меж­ре­ли­ги­оз­ных и меж­кон­фес­си­о­наль­ных отно­ше­ний. Боль­шое вни­ма­ние слу­ша­тели уде­ляли про­яс­не­нию образа пове­де­ния хри­сти­а­нина в быту. Инте­ре­со­ва­лись исто­рией хри­сти­ан­ства и хри­сти­ан­ских Церк­вей. Все эти осо­бен­но­сти повли­яли на наш пер­во­на­чаль­ный замы­сел: уде­лять лек­циям лишь один аст­ро­но­ми­че­ский час в день во избе­жа­ние уста­ло­сти слушателей.

Фак­ти­че­ски все лек­ции дли­лись 2 — 2,5 аст­ро­но­ми­че­ских часа при­чём по жела­нию самих слушателей.

Слу­ша­тели изна­чально знали, что заня­тия ведёт сотруд­ник УИС, кото­рый зани­ма­ется про­бле­мами вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы. В начале нашего обще­ния, как и все­гда при вза­и­мо­дей­ствии осуж­дён­ного с сотруд­ни­ком УИС, между нами суще­ство­вала опре­де­лён­ная пси­хо­ло­ги­че­ская пре­града. Однако, в резуль­тате успешно про­ве­дён­ных заня­тий, этот барьер был слом­лен. Это поз­во­лило нам полу­чить интер­вью у боль­шин­ства осуж­дён­ных, посе­тив­ших занятия.

Необ­хо­димо пояс­нить, почему в каче­стве основ­ного метода сбора инфор­ма­ции было выбрано именно интер­вью. Дело в том, что аль­тер­на­тив­ный доступ­ный метод: анке­ти­ро­ва­ние — это все­гда весьма фор­ма­ли­зо­ван­ный про­цесс, обычно вызы­ва­ю­щий, оттор­же­ние у ауди­то­рии. Исходя из лич­ного опыта службы в УИС, можно утвер­ждать, что самая цен­ная инфор­ма­ция от респон­дента обычно посту­пает в ходе нефор­ма­ли­зо­ван­ной, дове­ри­тель­ной беседы. Именно этих аспек­тов: нефор­маль­но­сти и дове­ри­тель­но­сти мы пыта­лись достичь выше­опи­сан­ным мето­дом уста­новки пси­хо­ло­ги­че­ского кон­такта с ауди­то­рией. Поло­жи­тель­ной харак­те­ри­сти­кой т. н. «глу­бо­кого интер­вью» (тер­мин исполь­зу­е­мый социо­ло­гом С. А. Бела­нов­ским в одно­имён­ном учеб­ном посо­бии) как раз явля­ется нефор­ма­ли­зо­ва­ность. С. А. Бела­нов­ский пишет: «Глу­бо­кое интер­вью — это сво­его рода “откры­тое иссле­до­ва­ние”, поиск пер­вич­ных поня­тий, пер­вич­ных опи­са­ний и работа по их струк­ту­ри­за­ции. Основ­ная ошибка социо­ло­гов, рабо­та­ю­щих с помо­щью фор­ма­ли­зо­ван­ных анкет, заклю­ча­ется в сле­ду­ю­щем: реаль­но­сти, объ­екту они навя­зы­вают поня­тий­ный аппа­рат, сфор­ми­ро­ван­ный для дру­гих целей и объ­ек­тов дру­гих типов. Склон­ность к рефлек­сии у нас в обще­стве вообще очень мала, и социо­логи в своей массе не явля­ются исклю­че­нием. Поэтому навя­зы­ва­ние объ­екту чуж­дого ему кон­цеп­ту­аль­ного аппа­рата в соци­аль­ных иссле­до­ва­ниях- обыч­ное дело. Не про­во­дится тон­кая работа по фор­ми­ро­ва­нию пер­вич­ных опи­са­ний и после­ду­ю­щему пере­воду языка этих опи­са­ний на более обоб­щен­ный язык науки» [15]. Сфо­ку­си­ро­вав­шись на опре­де­лён­ной теме, в слу­чае если удастся нала­дить дове­ри­тель­ную беседу, можно полу­чить весьма неожи­дан­ные, но, вме­сте с тем, крайне важ­ные для иссле­до­ва­ния резуль­таты. Это ста­но­вится воз­мож­ным в силу спе­ци­фики глу­бо­кого интер­вью, о чём неод­но­кратно сви­де­тель­ствует С. А. Бела­нов­ский: «Роль интер­вью­ера […] заклю­ча­ется не в том, чтобы сфо­ку­си­ро­вать на чем-то вни­ма­ние респон­дента, а в том, чтобы помочь ему самому сфо­ку­си­ро­вать свои мысли. Этот алго­ритм веде­ния интер­вью мы назы­ваем “само­фо­ку­си­ров­кой”» [15]. Само­фо­ку­си­ровка помо­гает вести раз­го­вор в русле, наи­бо­лее инте­рес­ном для респон­дента, где он, к тому же, воз­можно, наи­бо­лее ком­пе­тен­тен. Этот метод, в част­но­сти, может помочь уви­деть обще­из­вест­ную про­блему с неожи­дан­ной сто­роны. В слу­чае, если это про­изой­дёт, не исклю­чена воз­мож­ность пред­ло­же­ния аль­тер­на­тив­ных воз­мож­но­стей для её реше­ния. С. А. Бела­нов­ский при­во­дит при­меры, когда подоб­ные реше­ния, ока­зав­ши­еся опти­маль­ными, пред­ла­гали люди, изна­чально не рас­це­ни­вав­ши­еся как пол­но­стью ком­пе­тент­ные в вопросе (рядо­вые работники).

В нашем слу­чае, беседа как с осуж­дён­ными, так и со спе­ци­а­ли­стами не была пол­но­стью нефор­ма­ли­зо­вана. Так, у осуж­дён­ных, чле­нов духов­ного кружка под­ле­жали выяс­не­нию вполне опре­де­лён­ные ниже­сле­ду­ю­щие темы:

  1. цель нахож­де­ния в цер­ков­ной общине;
  2. сте­пень воцер­ко­в­лён­но­сти чле­нов цер­ков­ной общины;
  3. сте­пень удо­вле­тво­рен­но­сти духов­ной жиз­нью в пени­тен­ци­ар­ном учре­жде­нии: что не устра­и­вает, что соот­вет­ствует ожи­да­ниям, что хоте­лось бы улучшить.

Ответы участ­ни­ков не преду­смат­ри­вали вре­мен­ных рамок и стро­гих вари­ан­тов отве­тов. В про­цессе обще­ния респон­дент имел воз­мож­ность отвлечься на инте­ре­су­ю­щие его темы. Ответы респон­ден­тов запи­сы­ва­лась на дик­то­фон для рас­шиф­ровки резуль­та­тов. При­мер­ная мат­рица вопро­сов, на кото­рой стро­и­лось обще­ние интер­вью­ера и респон­дента-осуж­дён­ного выгля­дела сле­ду­ю­щим образом:

  • Сколько вре­мени респон­дент нахо­дится в местах лише­ния свободы?
  • Удо­вле­тво­рён ли респон­дент быто­выми усло­ви­ями, заня­то­стью, уров­нем досуга?
  • Чем зани­ма­ется в хоз. отряде?
  • Дово­лен ли рабо­той в хоз. отряде?
  • Сколько вре­мени в сутки отни­мает заня­тость в хоз. отряде?
  • Удо­вле­тво­рён ли респон­дент духов­ной жиз­нью в тюрьме?
  • Есть ли опыт уча­стия в цер­ков­ных таин­ствах на свободе?
  • При­шёл к вере в тюрьме или на свободе?
  • Счи­тает ли себя воцер­ко­в­лён­ным христианином?
  • Про­во­дится ли с осуж­дён­ными кате­хи­зи­че­ские беседы или иные формы заня­тий по духов­ной гра­мот­но­сти? Кто их про­во­дит? Как часто?
  • Удо­вле­тво­рён ли респон­дент дан­ными занятиями?
  • Что он хотел бы улучшить?
  • Отно­ше­ние респон­дента к тюрем­ному священнику.
  • Занят ли свя­щен­ник в тюрьме иными видами дея­тель­но­сти, кроме испо­веди и при­ча­ще­ния осуж­дён­ных? Если да, то какими?
  • Про­во­дятся ли в тюрьме богослужения?
  • Насколько часто?
  • Сколько людей при­сут­ствует на богослужениях?
  • Сколько имеет воз­мож­ность присутствовать?
  • Сколько людей участ­вует в таинствах?
  • Сколько имеет воз­мож­ность участвовать?
  • Как часто в тюрьме есть воз­мож­ность для уча­стия в таинствах?
  • Как часто респон­дент участ­вует в таин­ствах, про­во­ди­мых в тюрьме?
  • Насколько частота уча­стия в таин­ствах удо­вле­тво­ряет самого респон­дента (много, доста­точно, мало)?
  • Пла­ни­рует ли респон­дент на сво­боде регу­лярно участ­во­вать в цер­ков­ных таинствах?
  • Какую пери­о­дич­ность уча­стия в таин­ствах респон­дент счи­тает достаточной?
  • Каковы мотивы нахож­де­ния в цер­ков­ном кружке у дан­ного респондента?
  • Каково отно­ше­ние к хри­сти­ан­ству и Церкви у дан­ного респондента?
  • Каково отно­ше­ние к хри­сти­ан­ству и Церкви в целом среди осуж­дён­ных по мне­нию респондента?
  • Что необ­хо­димо сде­лать, по мне­нию респон­дента, чтобы среди осуж­дён­ных стало больше тех, кото­рые пози­ци­о­ни­ро­вали бы себя хри­сти­а­нами и кото­рые регу­лярно участ­во­вали бы в таинствах?
  • Как Цер­ковь и ФСИН могут повли­ять на дан­ную ситуацию?
  • Счи­тает ли респон­дент, что тюрьма пози­тивно повли­яла на его духов­ное состояние?
  • Зна­чит ли это, что тюрьма при­несла ему пользу?
  • Чем пла­ни­рует респон­дент зани­маться на сво­боде (семья, работа, досуг, духов­ная жизнь)?

При­мер­ная мат­рица вопро­сов, на кото­рой стро­и­лось обще­ние интер­вью­ера и респон­дента, сотруд­ника пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии выгля­дела сле­ду­ю­щим образом:

  • В чём назна­че­ние пси­хо­лога в испра­ви­тель­ном учреждении?
  • Какие зна­ния и осо­бен­но­сти харак­тера помо­гают в работе психологу?
  • В чём Вы видите свою миссию?
  • Насколько пси­хо­лог погру­жён в про­блемы осуждённых?
  • Сколько вре­мени Вы уде­ля­ете сотруд­ни­кам, а сколько осуждённым?
  • По каким вопро­сам чаще всего обра­ща­ются сотруд­ники, а по каким осуждённые?
  • Каковы стан­дарт­ные методы работы с под­след­ствен­ными и осуждёнными?
  • Насколько часто под­след­ствен­ные и осуж­дён­ные тре­буют внимания?
  • Боль­шая часть наших респон­ден­тов — люди, отбы­ва­ю­щие нака­за­ние за неза­кон­ный обо­рот нар­ко­ти­че­ских средств. Какая работа про­во­дится с ними в связи со спе­ци­фи­че­скими осо­бен­но­стями дан­ной уго­лов­ной статьи?
  • Необ­хо­димо ли при­сут­ствие Церкви в тюрьме?
  • Какова, если она есть, поло­жи­тель­ная роль Церкви в пени­тен­ци­ар­ном процессе?
  • Необ­хо­димо ли вза­и­мо­дей­ствие или работа в связке с тюрем­ным священником?
  • Как Вы оце­ни­ва­ете опыт зару­беж­ных стран, где свя­щен­ник рабо­тает в тес­ной связке с пси­хо­ло­гом? Могла бы такая ситу­а­ция сло­житься в Рос­сии? Что из зару­беж­ного опыта мы могли бы перенять?
  • Дол­жен ли пси­хо­лог рабо­тать с осуж­дён­ными, кото­рые поло­жи­тельно отно­сятся к совер­шён­ным пре­ступ­ле­ниям, напри­мер, к соб­ствен­ной нар­ко­за­ви­си­мо­сти? Какая работа подоб­ного рода ведётся в изоляторе?

Схо­жие вопросы, с укло­ном в сто­рону спе­ци­фи­че­ских осо­бен­но­стей про­фес­сии были заданы сотруд­нику вос­пи­та­тель­ного отдела.

При­мер­ная мат­рица вопро­сов, на кото­рой стро­и­лось обще­ние интер­вью­ера и респон­дента-свя­щен­ника выгля­дела сле­ду­ю­щим образом:

  • Согла­сен ли респон­дент с необ­хо­ди­мо­стью духов­ного обра­зо­ва­ния осуждённых?
  • Какие суще­ствуют к этому препятствия?
  • В чём роль свя­щен­ника в про­цессе пере­вос­пи­та­ния осуждённых?
  • Какую дея­тель­ность про­во­дит свя­щен­ник в испра­ви­тель­ном учре­жде­нии помимо пре­по­да­ния Таинств?
  • Имеет ли свя­щен­ник какое-либо отно­ше­ние к духов­ному кружку, кото­рый посе­щают осуждённые?
  • Каково в сред­нем число осуж­дён­ных, при­сут­ству­ю­щих на Литур­гии? Сколько из них причастников?
  • Суще­ствует ли вза­и­мо­дей­ствие свя­щен­ника с сотруд­ни­ками испра­ви­тель­ного учре­жде­ния? В чём оно заключается?
  • Ком­пе­тентны ли опре­де­лён­ные сотруд­ники (пси­хо­логи, вос­пи­та­тели) в вопро­сах пра­во­слав­ного вероучения?
  • Каково пре­иму­ще­ствен­ное отно­ше­ние сотруд­ни­ков учре­жде­ния к Церкви?

Как уже пояс­ня­лось выше (см. вве­де­ние, п. 3), в ходе ана­лиза полу­чен­ной из интер­вью инфор­ма­ции, ответы на вопросы сопо­став­ля­лись между собой для выяс­не­ния схо­жих либо раз­лич­ных мне­ний по задан­ным темам и фор­ми­ро­ва­ния по смыс­ло­вым груп­пам, что было необ­хо­димо для под­го­товки интер­вью со специалистами.

Ответы, преду­смат­ри­ва­ю­щие раз­вёр­ну­тость и не попав­шие в опре­де­лён­ную группу, также ана­ли­зи­ро­ва­лись и пред­ла­га­лись для ком­мен­ти­ро­ва­ния ком­пе­тент­ным лицам: сотруд­нику вос­пи­та­тель­ного отдела, пси­хо­логу, тюрем­ному капел­лану. Сотруд­ники пояс­няли, почему воз­можно или невоз­можно осу­ществ­ле­ние обо­зна­чен­ных аспек­тов в теку­щей ситу­а­ции, что необ­хо­димо, по их мне­нию, сде­лать для раз­ре­ше­ния вопро­сов и раз­ре­шимы ли эти вопросы вообще. На осно­ва­нии дан­ных обра­ботки, а также осно­вы­ва­ясь на лич­ном опыте службы автора в уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе, были сде­ланы выводы о состо­я­нии вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы. Кроме того, были пред­ло­жены меха­низмы пре­одо­ле­ния неко­то­рых труд­но­стей, о чём будет подробно рас­ска­зано ниже.

2.2 Анализ условий содержания подследственных с точки зрения возможностей реализации взаимодействия со священнослужителем

В след­ствен­ном изо­ля­торе спец. кон­тин­гент делится на две основ­ные группы: под­след­ствен­ные, то есть лица, вину кото­рых по вме­ня­е­мой им уго­лов­ной ста­тье ещё пред­стоит дока­зать суду и осуж­дён­ные, то есть лица, вина кото­рых дока­зана, а по уго­лов­ному делу выне­сены опре­де­лён­ные сроки отбы­ва­ния нака­за­ния. Как пра­вило, из след­ствен­ного изо­ля­тора осуж­дён­ные направ­ля­ются в испра­ви­тель­ные коло­нии по виду назна­чен­ного режима содер­жа­ния (коло­ния-посе­ле­ние, общий, стро­гий и осо­бый). Однако, если осуж­дён­ный при­го­во­рён к общему режиму, то он, по согла­со­ва­нию с руко­вод­ством учре­жде­ния, может быть остав­лен в след­ствен­ном изо­ля­торе для выпол­не­ния хозяй­ствен­ных работ, то есть стать чле­ном хозяй­ствен­ного отряда. В «Кре­стах» коли­че­ство осуж­дён­ных, состав­ля­ю­щих хоз. отряд варьи­ру­ется вокруг чис­лен­но­сти в 250 чело­век. Именно на участ­ни­ков хоз. отряда, а именно на чле­нов духов­ного кружка хоз. отряда была направ­лена наша мис­си­о­нер­ская деятельность.

Под­след­ствен­ные — это лица, содер­жа­щи­еся в след­ствен­ном изо­ля­торе, чья вина ещё не дока­зана судом, но по отно­ше­нии к кото­рым госу­дар­ством была выбрана мера пре­се­че­ния в виде заклю­че­ния под стражу. К под­след­ствен­ным в изо­ля­тор при­хо­дят сле­до­ва­тели, адво­каты, обще­ствен­ные защит­ники, близ­кие род­ствен­ники на крат­ко­сроч­ные сви­да­ния по раз­ре­ше­нию след­ствен­ных орга­нов. Из изо­ля­тора под­след­ствен­ный ездит под кон­воем в суд либо на след­ствен­ные дей­ствия. Как пра­вило, при мел­ких пра­во­на­ру­ше­ниях все след­ствен­ные и судеб­ные меро­при­я­тия про­хо­дят в корот­кий срок. Однако, чем серьёз­нее уго­лов­ное дело, тем дольше и сопут­ству­ю­щие ему дей­ствия. В этой ситу­а­ции чело­век может про­во­дить в след­ствен­ном изо­ля­торе дол­гие месяцы и годы. Очень часто, боль­шую часть вре­мени чело­век про­во­дит праздно, осо­бенно, когда след­ствен­ные дей­ствия по каким-то при­чи­нам при­оста­нав­ли­ва­ются или про­хо­дят без самого под­след­ствен­ного. Празд­ность крайне деструк­тивно дей­ствует на физи­че­ское и мораль­ное состо­я­ние чело­века. Даже изна­чально несклон­ный к нару­ше­нию режима под­след­ствен­ный, в состо­я­нии мораль­ного упадка зача­стую начи­нает искать раз­вле­че­ний в запре­щён­ной режи­мом сфере и эту про­блему не решить исклю­чи­тельно под­бо­ром сока­мер­ни­ков по интересам.

2.3. Возможности взаимодействия обвиняемых и представителей Церкви со службами следственного изолятора для участия в исправительных процессах

  • Опе­ра­тив­ная и режим­ная службы. Фак­ти­че­ски оба эти отдела отве­чают за соблю­де­ние режима содер­жа­ния. Несмотря на то, что сотруд­ники опе­ра­тив­ного и режим­ного отде­лов не при­ни­мают непо­сред­ствен­ного уча­стия в испра­ви­тель­ном про­цессе, именно сотруд­ник опе­ра­тив­ного отдела опре­де­ляет состав кон­крет­ной камеры; именно от дей­ствий или без­дей­ствия сотруд­ника режим­ного отдела зави­сит, будет ли кон­крет­ный под­след­ствен­ный обес­пе­чен необ­хо­ди­мой для духов­ного раз­ви­тия лите­ра­ту­рой. Свя­щен­ник, окорм­ля­ю­щий под­след­ствен­ных и явля­ю­щийся свя­зу­ю­щим зве­ном между адми­ни­стра­цией и пред­ста­ви­те­лями спец­кон­тин­гента, дол­жен нахо­диться если не в тес­ном вза­и­мо­дей­ствии, то, по воз­мож­но­сти, в доб­рых отно­ше­ниях с пред­ста­ви­те­лями этих служб. И это непро­стая задача, поскольку отно­ше­ние к Церкви у мно­гих сотруд­ни­ков УИС колеб­лется от сдер­жан­ного до открыто нега­тив­ного. Однако, выпол­не­ние этой задачи может быть напря­мую свя­зано с усло­ви­ями содер­жа­ния пасомых.
  • Вос­пи­та­тель­ный отдел. Непра­вильно думать, что совет­ская система нака­за­ний была исклю­чи­тельно кара­тель­ной, как непра­вильно думать, что совре­мен­ная уго­ловно-испол­ни­тель­ная система — это нечто

прин­ци­пи­ально новое, не похо­жее на совет­ский обра­зец. Боль­шин­ство отде­лов в пени­тен­ци­ар­ном учре­жде­нии, а также весь уклад жизни спец­кон­тин­гента достался совре­мен­ной УИС от совет­ской системы, кото­рая, как и сего­дняш­няя система, пози­ци­о­ни­ро­вала себя испра­ви­тель­ной. Осно­ван­ный при совет­ской вла­сти, вос­пи­та­тель­ный отдел изна­чально отве­чал за пере­мену ума в уго­лов­ном пре­ступ­нике. Однако, долж­ность вос­пи­та­теля под­ра­зу­ме­вала боль­ший упор на внеш­нюю обще­ствен­ную дея­тель­ность. Обя­зан­но­сти совре­мен­ного началь­ника отряда прак­ти­че­ски пол­но­стью ско­пи­ро­ваны с совет­ского вари­анта:  «К функ­циям, непо­сред­ственно направ­лен­ным на

осу­ществ­ле­ние вос­пи­та­тель­ной работы в отряде, отно­сятся: работа с кол­лек­ти­вом осуж­ден­ных (под­го­товка к собра­нию совета кол­лек­тива отряда, раз­лич­ным меро­при­я­тиям сек­ций, про­ве­де­ние собра­ний осуж­ден­ных отряда, заня­тий с осуж­ден­ными, орга­ни­за­ция оформ­ле­ния нагляд­ной аги­та­ции, про­верка доку­мен­та­ции само­де­я­тель­ных орга­ни­за­ций, работа в школе под­го­товки к осво­бож­де­нию осуж­ден­ных, орга­ни­за­ция работы круж­ков и т. д.); инди­ви­ду­аль­ная вос­пи­та­тель­ная работа с осуж­ден­ным (изу­че­ние лич­но­сти: беседы с вновь при­быв­шими осуж­ден­ными,     чле­нами    само­де­я­тель­ных   организаций,

осво­бож­да­ю­щи­мися, труд­но­вос­пи­ту­е­мыми, лицами, нахо­дя­щи­мися на про­фу­чете; работа с нару­ши­те­лями режима содер­жа­ния, осуж­ден­ными, нахо­дя­щи­мися в штраф­ном изо­ля­торе, поме­ще­нии камер­ного типа, без­опас­ном месте; прием по лич­ным вопро­сам); разъ­яс­не­ние прав и обя­зан­но­стей, реше­ние вопро­сов мате­ри­ально-быто­вого обес­пе­че­ния и т. д.; вза­и­мо­дей­ствие с обще­ствен­но­стью (пред­ста­ви­те­лями обще­ствен­ных орга­ни­за­ций и объ­еди­не­ний, рели­ги­оз­ных кон­фес­сий, встречи и беседы с род­ствен­ни­ками осуж­ден­ных и т. п.)» [30, с. 46]. По сути, вос­пи­та­тель в испра­ви­тель­ном учре­жде­нии явля­ется ана­ло­гом поли­ти­че­ского руко­во­ди­теля в под­раз­де­ле­ниях вой­ско­вых частей Красной

Армии дру­гое назва­ние долж­но­сти кото­рого зву­чит как заме­сти­тель коман­дира по поли­тико-про­све­ти­тель­ской и вос­пи­та­тель­ной работе. Исправ­ле­ние ста­ви­лось в пря­мую зави­си­мость от про­из­во­ди­мого осуж­дён­ным полез­ного труда, а также от работы вос­пи­та­теля, кото­рый отве­чал за раз­ви­тие обви­ня­е­мых и осуж­дён­ных в век­торе госу­дар­ствен­ной идео­ло­гии. И сего­дня, соот­вет­ствии с нор­ма­тив­ными доку­мен­тами, труд по преж­нему явля­ется одним из основ­ных средств исправ­ле­ния осуж­дён­ных, о чём мы писали выше. Однако, госу­дар­ствен­ная идео­ло­гия теперь отсут­ствует, а польза рели­гии и её исклю­чи­тель­ная роль в деле нрав­ствен­ного вос­пи­та­ния не оче­видна для зако­но­да­те­лей. Не оче­видна она и для самих вос­пи­та­те­лей, как и для боль­шин­ства сотруд­ни­ков, что можно с уве­рен­но­стью утвер­ждать, осно­вы­ва­ясь хотя бы на их нево­цер­ко­в­лён­но­сти. Этот тезис был под­твер­ждён в ходе интер­вью: опро­шен­ные нами сотруд­ники, несмотря на озву­чен­ный нами поло­жи­тель­ный запад­ный опыт, не видят точек сопри­кос­но­ве­ния со свя­щен­но­слу­жи­те­лями в своей про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти, за исклю­че­нием уже суще­ству­ю­щего вза­и­мо­дей­ствия, кото­рое вос­при­ни­ма­ется сотруд­ни­ками ско­рее как навя­зан­ное им. Нор­ма­тив­ные доку­менты, как мы уже упо­ми­нали выше, сво­дят при­сут­ствие Церкви в местах лише­ния сво­боды к воз­мож­но­сти уча­стия осуж­дён­ных в рели­ги­оз­ных обря­дах [3, гл. 3, п. 4]. Поэтому, вос­пи­та­тель­ный отдел, де­факто, пре­вра­тился в службу по сбору ста­ти­стики поощ­ре­ний и нака­за­ний под­след­ствен­ных и осуж­дён­ных. Таким обра­зом, отдел лишился своей глав­ной функ­ции — вос­пи­та­ния. Мы побе­се­до­вали с одним из вос­пи­та­те­лей учре­жде­ния, кото­рый ока­зался крайне пес­си­ми­стично настро­ен­ным к воз­мож­но­сти исправ­ле­ния осуж­дён­ных. По его сло­вам, вос­пи­та­тель­ная работа с осуж­дён­ными заклю­ча­ется в выпи­сы­ва­нии им поощ­ре­ний за дея­тель­ность в круж­ках, а также взыс­ка­ниях за нару­ше­ние режима содер­жа­ния. Кроме того,

преду­смот­рена инди­ви­ду­аль­ная беседа вос­пи­та­теля с осуж­дён­ным, на кото­рой осуж­дён­ный при­сут­ствует по сво­ему жела­нию. Однако, оче­видно, что для того, чтобы в осуж­дён­ном дей­стви­тельно состо­я­лась пере­мена ума, с ним недо­ста­точно про­ве­де­ния несколь­ких вос­пи­та­тель­ных бесед. Нужна, как мы уже заме­чали, «огром­ная систе­ма­ти­че­ская работа с людьми» [25]. Свя­щен­ник вза­и­мо­дей­ствует с вос­пи­та­тель­ным отде­лом, поскольку именно дан­ные сотруд­ники (в отсут­ствие той прак­тики, кото­рая суще­ство­вала во вре­мена прот. Глеба Каледы) осу­ществ­ляют вывод под­след­ствен­ных из камеры к свя­щен­нику. Они же хода­тай­ствуют или высту­пают про­тив обви­ня­е­мого в суде, пред­став­ляя на него характеристику.

  • Сотруд­ники пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии. Один из немно­гих отде­лов, появив­шихся в новей­шее время, а не достав­шийся совре­мен­ной пени­тен­ци­ар­ной системе в наслед­ство от совет­ской. Долж­ность пси­хо­лога, вве­дён­ная повсе­местно в испра­ви­тель­ных учре­жде­ниях уже в новей­шее время, осно­вана на обще­ми­ро­вом опыте. Важ­ными зада­чами пси­хо­ло­ги­че­ской службы УИС явля­ются: «пси­хо­ло­ги­че­ская кор­рек­ция пове­де­ния осуж­ден­ных, изу­че­ние соци­ально-пси­хо­ло­ги­че­ских про­цес­сов в их среде, в том числе в рабо­чих бри­га­дах, рабо­та­ю­щих на пред­при­я­тиях и заня­тых на хозяй­ствен­ных рабо­тах, пси­хо­ло­ги­че­ская про­фи­лак­тика нега­тив­ных явле­ний в местах лише­ния сво­боды, фор­ми­ро­ва­ние пози­тив­ного отно­ше­ния к труду, учебе, соци­аль­ным нор­мам и цен­но­стям» [8]. Пси­хо­кор­ре­ци­он­ная функ­ция пси­хо­ло­ги­че­ской службы «заклю­ча­ется в целе­на­прав­лен­ном изме­не­нии соци­ально-пси­хо­ло­ги­че­ских уста­но­вок и цен­ност­ных ори­ен­та­ций инди­вида, обу­че­нии его при­е­мам и спо­со­бам само­ре­гу­ля­ции и само­кон­троля, фор­ми­ро­ва­нии необ­хо­ди­мых навы­ков и уме­ний в сфере обще­ния, кор­рек­ции и раз­ви­тии системы отно­ше­ний лич­но­сти, повы­ше­нии устой­чи­во­сти к небла­го­при­ят­ным пси­хо­ло­ги­че­ским воз­дей­ствиям и фак­то­рам (стрес­сам, кри­ти­че­ским и

кон­фликт­ным ситу­а­циям)» [8]. Мини­маль­ную ответ­ствен­ность пси­хо­лога можно, несколько огру­бив, све­сти к про­фи­лак­тике суи­ци­дов и мони­то­рингу общего настро­е­ния спец­кон­тин­гента в учре­жде­нии. Однако, тюрем­ный пси­хо­лог, как мы убе­ди­лись в ходе опроса, имеет сего­дня боль­шой потен­циал для твор­че­ской дея­тель­но­сти. Вот что пояс­нил нам в ходе ответа на вопрос о суще­ству­ю­щих мето­дах работы со спец­кон­тин­ген­том сотруд­ник пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии: «Если мы гово­рим про отдель­ные лич­но­сти обви­ня­е­мых, то с ними работа осу­ществ­ля­ется только по их запросу. Есть кате­го­рия про­фу­чёт­ни­ков, с ними работа про­во­дится согласно уста­нов­лен­ному плану. Те, кто состоит на учёте как склон­ный к побегу, напа­де­нию, суи­циду — это еже­ме­сяч­ная работа пси­хо­лога. Раз в квар­тал — осталь­ные виды про­фу­чёта. Методы работы, в рам­ках какой тера­пии рабо­тать — это уже каж­дый пси­хо­лог выби­рает сам для себя. Это их право, каж­дый учился в своём направ­ле­нии и каж­дый своё направ­ле­ние счи­тает более про­дви­ну­тым». Таким обра­зом, пси­хо­лог вправе в каче­стве метода работы выбрать духов­ное обра­зо­ва­ние в каче­стве опре­де­лён­ного вида тера­пии для осуж­дён­ных, изъ­явив­ших такое жела­ние. Между тем, отме­тим, что среди респон­ден­тов, абсо­лют­ное боль­шин­ство явля­лось осуж­дён­ными за пре­ступ­ле­ния, свя­зан­ные с обо­ро­том нар­ко­ти­че­ских средств. Напом­ним, что эта группа пре­ступ­ле­ний явля­ется одной из самых реци­див­ных среди всех уго­ловно нака­зу­е­мых дея­ний. Штат­ный пси­хо­лог учре­жде­ния утвер­ждает, что боль­шин­ство лиц, осуж­дён­ных по дан­ным пре­ступ­ле­ниям, закрыты для терапии:
«У боль­шин­ства нар­ко­ма­нов есть лож­ное пред­став­ле­ние о том, что они могут бро­сить упо­треб­лять в любой момент. Пси­хо­лог здесь не может рабо­тать». Однако, воцер­ков­ля­ю­щи­еся нар­ко­маны согласны на работу с пси­хо­ло­гом, это под­твер­ждает боль­шин­ство опро­шен­ных. При этом, о тех нар­ко­за­ви­си­мых, что встали на путь воцер­ко­в­ле­ния, можно утвер­ждать, что несмотря на всё их жела­ние быть с Богом, нельзя наде­яться на то, что им удастся остаться в Церкви, если с ними не будет вестись пси­хо­ло­ги­че­ская работа. Эту мысль в лич­ной беседе под­твер­дила Н. В. Поно­ма­рёва: «пока они в ситу­а­ции жёст­кой депри­ва­ции, то они ещё могут о чём-то меч­тать, гово­рить, что они хотели бы жить по- дру­гому, сами в это верить; они даже пони­мают, что Еван­ге­лие — это здо­рово и что этот мир был бы самым луч­шим миром на свете. Но когда они выхо­дят, у них пси­хи­че­ское состо­я­ние такое, что они не могут удер­жи­ваться. И для того, чтобы они соци­а­ли­зи­ро­ва­лись, я уж не говорю про воцер­ко­в­ле­ние, они должны либо всту­пать в какие-то группы типа «ано­ним­ные алко­го­лики», либо нахо­дить духов­ника, кото­рый их плотно пове­дёт. Если они туда попа­дают и удер­жи­ва­ются, то они посте­пенно соци­а­ли­зи­ру­ются и, со вре­ме­нем, дай Бог, воцер­ко­вятся. Но чаще всего этого не про­ис­хо­дит. А ведь духов­ное вырас­тает из душев­ного. Если тела душев­ного нет, то духов­ному не на чем расти про­сто. И если есть чело­век, кото­рый помо­гает этому про­цессу — духов­ник — то там ещё всё скла­ды­ва­ется. А если такого чело­века нет, то там ничего не скла­ды­ва­ется. При том, что жела­ние у них есть и если они вер­нутся в тюрьму, то они опять вер­нутся в храм. А есть такие люди, их очень много, они гово­рят, что очень здо­рово, что они сидят при храме, не гре­шат, всё время молятся, регу­лярно при­ча­ща­ются и пре­красно знают, что на воле ничего этого не будет, потому что они опять будут увле­чены своей страст­ной при­ро­дой […] Если чело­век в зави­си­мо­сти или он идёт с «мало­летки», то без серьёз­ной, глу­бо­кой, пси­хо­ло­ги­че­ской работы там ничего не сде­ла­ешь. Духов­ное не закре­пится. Духов­ное может закре­питься, если духов­ник зани­ма­ется вплот­ную духовно-пси­хо­ло­ги­че­ской работой».

Суще­ствуют и дру­гие про­блемы, свя­зан­ные с дея­тель­но­стью пси­хо­лога в испра­ви­тель­ном учре­жде­нии. Сотрудник-психолог

учре­жде­ния при­знался, что про­фес­си­о­наль­ную дея­тель­ность, вклю­чая ту, кото­рая могла бы быть направ­лена на реаль­ную пси­хо­ло­ги­че­скую помощь лицам, содер­жа­щимся под стра­жей, сего­дня прак­ти­че­ски пол­но­стью сдер­жи­вает оби­лие бюро­кра­тии. Она стала неотъ­ем­ле­мым свой­ством уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы в послед­ние годы: «Необ­хо­димо осво­бо­дить сотруд­ни­ков от того, коли­че­ства бумаг, с кото­рыми при­хо­дится рабо­тать. Раньше всё было иначе. И это каса­ется не только пси­хо­ло­гов. Этот гнёт испы­ты­вают все службы. Сей­час службы не выпол­няют одну задачу, а смот­рят в раз­ные сто­роны: режим­ник не допус­кает про­носа запре­щён­ных   пред­ме­тов, опер       пресекает

пре­ступ­ле­ния, вос­пи­та­тель помо­гает в орга­ни­за­ции меро­при­я­тий, пси­хо­лог сле­дит, чтобы никто не пове­сился. Но задачи пере­вос­пи­та­ния нет, поэтому нет вза­и­мо­дей­ствия между раз­ными отде­лами для реше­ния этой задачи». Таким обра­зом, помимо про­блемы вза­и­мо­дей­ствия Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы в деле исправ­ле­ния осуж­дён­ных, суще­ствует и про­блема вза­и­мо­дей­ствия отде­лов в самой УИС, усу­губ­ля­ю­ща­яся про­бле­мой бюрократии.

2.4. Роль духовного просвещения сотрудников УИС в общем контексте тюремного служения Церкви

Дан­ный аспект заслу­жи­вает в нашем иссле­до­ва­нии осо­бого вни­ма­ния. Помощь эта декла­ри­ру­ется, как мы уже упо­ми­нали, Согла­ше­нием между ФСИН РФ и Рус­ской Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью но, фак­ти­че­ски, отсутствует.

Зачем сотруд­ни­кам УИС нужна духов­ная помощь  прекрасно

иллю­стри­рует сле­ду­ю­щий эпи­зод. В ходе полу­чен­ного нами интер­вью, сотруд­ник вос­пи­та­тель­ного отдела рас­ска­зал исто­рию об одном осуж­дён­ном, кото­рый зака­зал нар­ко­ти­че­ские веще­ства из-за гра­ницы по почте, после чего был пой­ман, осуж­дён и при­го­во­рён к лише­нию сво­боды. Сотруд­ник опи­сы­вал этого осуж­дён­ного как чело­века, «неспра­вед­ливо осуж­дён­ного», ведь на сво­боде он не упо­треб­лял нар­ко­тики, то есть, не был нар­ко­ма­ном. Кроме того, осуж­дён­ный совер­шил покупку товара, не нахо­дя­ще­гося на тер­ри­то­рии Рос­сии, то есть, якобы не нару­шил зако­но­да­тель­ство. Вос­пи­та­тель опи­сы­вал этого осуж­дён­ного как чело­века с высо­кими лич­ност­ными характеристиками.

Дан­ная ситу­а­ция, по нашему убеж­де­нию, явно сиг­на­ли­зи­рует о глу­бо­ком душев­ном повре­жде­нии не только осуж­дён­ного, но, что гораздо хуже, сотруд­ника-вос­пи­та­теля. Чело­век, при­об­ре­та­ю­щий с целью лич­ного исполь­зо­ва­ния и для соб­ствен­ного удо­вле­тво­ре­ния нар­ко­ти­че­ские веще­ства, имеет, уже по этому при­знаку, глу­бо­кие душев­ные повре­жде­ния. И душа сотруд­ника испра­ви­тель­ного учре­жде­ния, одоб­ря­ю­щего подоб­ные дей­ствия, тоже повре­ждена. А учи­ты­вая, что этот сотруд­ник явля­ется вос­пи­та­те­лем, то есть, номи­нально отве­чает за исправ­ле­ние осуж­дён­ных, оче­видно, что в дан­ной части пени­тен­ци­ар­ный про­цесс неосу­ще­ствим. Не это ли нагляд­ное под­твер­жде­ние еван­гель­ского воз­гласа Хри­ста: «сле­пые вожди сле­пых; а если сле­пой ведет сле­пого, то оба упа­дут в яму» (Мф. 15:14). Впро­чем, упо­мя­нем это ещё раз, совре­мен­ные вос­пи­та­тели и не пре­тен­дуют на руко­вод­ство в исправ­ле­нии осуж­дён­ных, а зани­ма­ются в основ­ном сбо­ром ста­ти­стики. Тезис о без­услов­ной необ­хо­ди­мо­сти духов­ного про­све­ще­ния, зна­ния основ пра­во­слав­ного веро­уче­ния, как мини­мум, тюрем­ными пси­хо­ло­гами и вос­пи­та­те­лями под­твер­жда­ется свет­скими и цер­ков­ными иссле­до­ва­те­лями [22 ; 34, с. 134].

Итак, сотруд­ники испра­ви­тель­ных учре­жде­ний остро нуж­да­ются в духов­ной помощи. Но спо­соб её пре­по­да­ния — тот вопрос, на кото­рый нет чётко сфор­му­ли­ро­ван­ного ответа. Сей­час в иссле­ду­е­мом учре­жде­нии духов­ная мис­сия среди сотруд­ни­ков выпол­ня­ется в форме про­по­веди, кото­рую про­из­но­сит раз в неделю тюрем­ный капел­лан. За всё время службы в дан­ном изо­ля­торе, с начала 2012 года, нам не дово­ди­лось слы­шать ни одного поло­жи­тель­ного отзыва от сотруд­ни­ков об этом меро­при­я­тии. Напро­тив, неод­но­кратно наблю­да­лись слу­чаи открыто выска­зы­ва­е­мого неува­же­ния, когда сотруд­ники, сто­я­щие в строю, во время про­по­веди обща­лись между собой. При­хо­ди­лось видеть, как неко­то­рые поки­дают строй. Сотруд­ники, зная, что автор явля­ется чле­ном Церкви, убеж­дали его, что про­по­веди пра­во­слав­ного свя­щен­ника в учре­жде­нии неза­конны, потому что «Цер­ковь отде­лена от госу­дар­ства». Пожа­луй, самым вопи­ю­щим был слу­чай, когда офи­цер учре­жде­ния пошёл на лич­ный приём к началь­нику учре­жде­ния с жало­бой на то, что свя­щен­ник осе­няет сотруд­ни­ков, сто­я­щих в строю, крест­ным зна­ме­нием. Несмотря на то, что этот слу­чай — еди­нич­ный, общее раз­дра­же­ние сотруд­ни­ков оче­видно. При­чин тому мно­же­ство: это и лич­ная духов­ная негра­мот­ность сотруд­ни­ков, и нега­тив­ная инфор­ма­ция о Церкви, почерп­ну­тая из СМИ. Но глав­ная про­блема, как нам пред­став­ля­ется — это нево­вле­чён­ность свя­щен­ника в про­цессы функ­ци­о­ни­ро­ва­ния учре­жде­ния. Свя­щен­ник про­из­но­сит про­по­ведь, но даже самый лояль­ный харак­тер про­по­веди под­ра­зу­ме­вает опре­де­лён­ную власть, кото­рой наде­лён гово­ря­щий. И власть эта не оче­видна для сотруд­ни­ков: они не воцер­ко­в­лены, плохо пред­став­ляют, зачем при­хо­дит свя­щен­ник, что он делает в учре­жде­нии, однако, эти моменты лич­ному составу не объ­яс­ня­ются. Про­по­ведь про­хо­дит как собы­тие, где власть свя­щен­ника, по опре­де­ле­нию, оче­видна, но, фак­ти­че­ски, это совсем не так. Свя­щен­ник не имеет авто­ри­тета для боль­шин­ства сотруд­ни­ков, поэтому регу­ляр­ное нази­да­тель­ное слово (а про­по­ведь — это именно нази­да­ние) со сто­роны выгля­дит более чем странно.

2.5. Анализ условий содержания осуждённых с точки зрения возможностей реализации взаимодействия со священнослужителем.

Вопросы тюрем­ного слу­же­ния, свя­зан­ные со спе­ци­фи­кой отбы­ва­ния наказания.

Как мы уже отме­чали, в след­ствен­ном изо­ля­торе осуж­дён­ные могут быть остав­лены в составе хоз. отряда. Это должны быть лица ранее не отбы­вав­шие нака­за­ние и при­го­во­рён­ные к общему режиму содер­жа­ния. Основ­ная дея­тель­ность, зани­ма­ю­щая боль­шую часть вре­мени осуж­дён­ных в хоз. отряде — труд. Ранее мы отме­чали, что по дей­ству­ю­щему зако­но­да­тель­ству, труд счи­та­ется основ­ным сред­ством исправ­ле­ния осуж­дён­ного (см. п. 1.3.1).

  1. 5. 1 Круж­ко­вая дея­тель­ность как часть испра­ви­тель­ного про­цесса. Пред­ло­же­ния по улуч­ше­нию дея­тель­но­сти духов­ного кружка

В хоз. отряде рас­смат­ри­ва­е­мого учре­жде­ния нет празд­ных осуж­дён­ных, все они обес­пе­чены боль­шим коли­че­ством работы. Помимо труда, работа вос­пи­та­тель­ного отдела орга­ни­зо­вана в виде кон­троля за дея­тель­но­стью круж­ков по инте­ре­сам. Суще­ствуют кружки, напри­мер: англий­ского языка, шах­мат, духов­ный кру­жок. Но обра­зу­ются и функ­ци­о­ни­руют они сти­хийно: если в какой-либо обла­сти зна­ния (шах­маты, ино­стран­ный язык…) появ­ля­ются осуж­дён­ные, спо­соб­ные и жела­ю­щие делиться этими зна­ни­ями с дру­гими осуж­дён­ными, то по ини­ци­а­тиве этих осуж­дён­ных в учре­жде­нии могут воз­ник­нуть «клубы по инте­ре­сам» (кружки). Кружки реги­стри­ру­ются в вос­пи­та­тель­ном отделе, но раз­ра­ба­ты­ва­ются, ведутся и руко­во­дятся самими осуж­дён­ными, кото­рые отчи­ты­ва­ются перед вос­пи­та­тель­ным отде­лом о пред­сто­я­щих пла­нах и о про­де­лан­ной работе. За актив­ное уча­стие в дея­тель­но­сти кружка, опре­де­ля­е­мое руко­во­ди­те­лем из числа осуж­дён­ных, вос­пи­та­те­лем выпи­сы­ва­ется поощ­ре­ние. Набран­ное коли­че­ство поощ­ре­ний впо­след­ствии явля­ется допол­ни­тель­ным осно­ва­нием к сокра­ще­нию срока нака­за­ния либо к пере­воду на облег­чён­ные усло­вия содер­жа­ния. Фак­ти­че­ски, в соот­вет­ствии с тре­бо­ва­ни­ями системы, про­ра­бо­тав несколько лет сан­тех­ни­ком в пени­тен­ци­ар­ном учре­жде­нии и выучив­шись за это время игре в шах­маты, счи­та­ется, что можно, выйти на сво­боду пол­но­прав­ным чле­ном обще­ства, отка­зав­шись от даль­ней­ших пре­ступ­ле­ний и обретя ту «пере­мену ума», кото­рая явля­ется целью как для Церкви, так и для УИС. Дан­ную мето­дику испра­ви­тель­ного про­цесса при­знают неудо­вле­тво­ри­тель­ной и сами осуж­дён­ные, в том числе и члены духов­ного кружка. Харак­тер­ным при­ме­ром может послу­жить ком­мен­та­рий осуж­дён­ного П., одного из самых актив­ных чле­нов духов­ного кружка, дан­ный нам в ходе дис­кус­сии о нюан­сах полу­че­ния поощ­ре­ний: «во-пер­вых, есть люди, кото­рые боль­шую часть суток заняты на рабо­тах, у них нет вре­мени на уча­стие в круж­ках, а адми­ни­стра­ция тре­бует обя­за­тель­ного уча­стия. Во-вто­рых, я посмот­рел, как про­ис­хо­дит в дру­гих круж­ках: про­чи­тали лек­цию, выпу­стили стен­га­зету, полу­чили поощ­ре­ния. Это чем-то напо­ми­нает пио­нер­ский кру­жок в лагере. Я задался целью: мы также выпу­стили стен­га­зету и полу­чили поощ­ре­ния. Это сра­бо­тало, но дальше зани­маться этой ерун­дой я не соби­ра­юсь». Осуж­дён­ный также обра­тил вни­ма­ние на фор­маль­ный харак­тер тре­бо­ва­ний, выдви­га­е­мых вос­пи­та­тель­ным отде­лом, каса­тельно дея­тель­но­сти круж­ков: «Когда началь­ник спро­сил, что мы в духов­ном кружке делаем, а я отве­чаю: «Стен­га­зе­той зани­ма­емся, на Литур­гию ходим, на лек­ции ходим, кото­рые ваш сотруд­ник читал», он такое лицо сде­лал, как будто я что-то не то ска­зал. Хотя это един­ствен­ный кру­жок, куда люди ходят обра­зо­вы­ваться и кото­рый дей­стви­тельно что-то несёт. Эта пока­зуха нужна только для того, чтобы сде­лать какую-то отчёт­ность, но когда мы хотели при­гла­сить на лек­цию пред­ста­ви­теля вос­пи­та­тель­ного отдела, чтобы тот послу­шал, чем мы зани­ма­емся, он даже не отре­а­ги­ро­вал. Пока­зуха им инте­ресна, а всё, что выше — нет».

Вряд ли мы можем про­ана­ли­зи­ро­вать воз­мож­ность пере­мены ума для всех осуж­дён­ных, но мы точно знаем важ­ность пере­мены ума (рас­смат­ри­ва­е­мой как с каче­ствен­ную пере­мену всей жизни чело­века через обра­ще­ние его к Богу) для тех из них, кто делает пер­вые шаги в пра­во­слав­ной вере [29]. Оче­видно, что сама воз­мож­ность начала этого пути невоз­можна без духов­ного про­све­ще­ния. Дея­тель­ность Церкви в учре­жде­нии весьма широко пред­став­лена: в тюрем­ном Храме в честь Покло­не­ния чест­ным вери­гам апо­стола Петра капел­ланы слу­жат Литур­гии, молебны, про­во­дят таин­ства Кре­ще­ния и даже Вен­ча­ния. Однако, прак­ти­че­ское иссле­до­ва­ние пока­зало, что абсо­лют­ное боль­шин­ство осуж­дён­ных, при­хо­дя­щих на службы, совер­шенно не пони­мают смысла про­ис­хо­дя­щего. Вме­сте с тем, почти все опро­шен­ные нами осуж­дён­ные под­твер­дили, что они участ­во­вали бы в полу­че­нии духов­ных зна­ний, будь у них такая возможность.

Пользу духов­ного обра­зо­ва­ния иллю­стри­рует ниже­сле­ду­ю­щий фраг­мент беседы со ста­ро­стой цер­ков­ной общины:

Я: Мог бы обра­зо­ван­ный духовно чело­век из среды отбы­ва­ю­щих нака­за­ние повли­ять на дру­гих осуждённых?

К: Да, батюшка при­сут­ствует раз в неделю, а осталь­ное время ты нахо­дишься без сво­его духов­ника. Хоте­лось бы, чтобы чело­век, спо­соб­ный раз­ре­шить насущ­ные духов­ные вопросы нахо­дился рядом, на сосед­ней койке. Ведь даже раз в неделю у меня есть всего десять минут, потому что вопросы есть и у дру­гих осуж­дён­ных. Но, когда батюшка мне отве­чает, я успо­ка­и­ва­юсь, потому что полу­чил ответ.

Я: Сколько чело­век из тех, кото­рые нахо­дятся на службе, под­хо­дят ко Причастию?

К: Два-три человека.

Я: Цер­ков­ные службы посе­щают одни и те же осуждённые?

К: Прак­ти­че­ски да.

Я: А зачем они регу­лярно ходят, если вообще не причащаются?

К: Им не совла­дать с собой. Потому что, напри­мер, есть стро­гое тре­бо­ва­ние не курить перед При­ча­стием. Боль­шин­ство не может его выпол­нить. Бывает такое, что чело­век гото­вился-гото­вился, а потом заку­рил на автомате.

Я: А испо­ве­ду­ются тоже два человека?

К: Нет, побольше, чело­век пять.

Я: Что нужно сде­лать, чтобы при­ча­ща­лись хотя бы те, кто ходит на службу?

К: Сей­час, когда о. Алек­сий гово­рит про­по­ведь перед строем, он дол­жен акцен­ти­ро­вать на этом вни­ма­ние, объ­яс­нять, зачем это нужно, что вообще такое При­ча­стие. Люди ведь не про­све­щён­ные, а под­го­то­ви­тель­ного пери­ода, кото­рый при­во­дил бы чело­века к Таин­ствам, нет.

Я: А можно было бы орга­ни­зо­вать эту под­го­товку силами самих осуж­дён­ных под руко­вод­ством священника?

К: Да, но на дан­ный момент настолько под­го­тов­лен­ных осуж­дён­ных среди нас нет. Мы сде­лали стен­га­зету, где напи­сали два момента из Писа­ния. Пер­вый касался реак­ции раз­бой­ни­ков, рас­пи­на­е­мых со Хри­стом, а ещё я пере­пи­сал девя­но­стый пса­лом. Эти два тек­ста вызвали очень боль­шой инте­рес у осуж­дён­ных. Люди под­хо­дили, читали, неко­то­рые воз­вра­ща­лись снова. Вот с ними можно начи­нать рабо­тать. Но пре­по­да­вать надо инте­ресно, а пре­по­да­ва­те­лей, спо­соб­ных на это не много. Теле­ви­зор по вече­рам для основ­ной массы осуж­дён­ных инте­рес­нее всего осталь­ного. Хотя, лично меня спа­сает то, что я православный.

  1. 5.2 Пере­дачи в виде книг и тюрем­ная библиотека

Прак­ти­че­ски един­ствен­ным легаль­ным спо­со­бом внут­рен­него раз­ви­тия заклю­чён­ного явля­ется чте­ние. Однако, согласно дей­ству­ю­щей прак­тике, изы­ма­ется прак­ти­че­ски вся лите­ра­тура, кото­рая посту­пает в пере­да­чах. При этом, биб­лио­тека для под­след­ствен­ных нахо­дится, как пра­вило, в неудо­вле­тво­ри­тель­ном состо­я­нии. В усло­виях вынуж­ден­ной празд­но­сти, спрос на чте­ние среди под­след­ствен­ных очень велик. Однако, чтобы полу­чить книгу, кото­рая вме­сто того, чтобы попасть к адре­сату, попа­дает на склад лич­ных вещей, под­след­ствен­ный вынуж­ден при­бе­гать к «серым» схе­мам лич­ной дого­во­рён­но­сти с сотруд­ни­ком отдела режима. Чаще всего книги в огром­ных коли­че­ствах осе­дают на скла­дах лич­ных вещей или в иных местах и не исполь­зу­ются под­след­ствен­ными по пря­мому назна­че­нию. Понятна оза­бо­чен­ность сотруд­ни­ков УИС: если вообще не кон­тро­ли­ро­вать поступ­ле­ние лите­ра­туры в учре­жде­ние, в этом слу­чае откро­ется канал для про­ник­но­ве­ния в места лише­ния сво­боды раз­ного рода экс­тре­мист­ских мате­ри­а­лов. Однако, по соб­ствен­ному опыту можем ска­зать, что наи­боль­шая часть книг, пере­да­ва­е­мых с воли — худо­же­ствен­ная лите­ра­тура, среди кото­рой много клас­си­че­ских про­из­ве­де­ний. Думаем, не стоит дока­зы­вать и пользу навыка чте­ния, кото­рый мог бы быть выра­бо­тан мно­гими под­след­ствен­ными и осуж­дён­ными именно во время вынуж­ден­ного заклю­че­ния. Оче­видно, что в дан­ной ситу­а­ции под­след­ствен­ный, жела­ю­щий заняться духов­ным обра­зо­ва­нием, не имеет гаран­ти­ро­ван­ной воз­мож­но­сти это сделать.

Что каса­ется лиц, отбы­ва­ю­щих нака­за­ние, то для воцер­ков­ля­ю­ще­гося осуж­дён­ного тюрем­ная биб­лио­тека (ей могут поль­зо­ваться только осуж­дён­ные) явля­ется важ­ным аспек­том духов­ного раз­ви­тия как аль­тер­на­тива посту­па­ю­щим с воли кни­гам. Оче­видно, что состо­я­ние её для успеш­ного исполь­зо­ва­ния должно соот­вет­ство­вать опре­де­лён­ным тре­бо­ва­ниям. В иссле­ду­е­мом нами изо­ля­торе духов­ная лите­ра­тура при­сут­ствует, но она совер­шенно не ката­ло­ги­зи­ро­вана: жития свя­тых, Еван­ге­лия, духов­ная пуб­ли­ци­стика хра­нятся впе­ре­мешку, что крайне затруд­няет выбор осуж­дён­ных. Напри­мер, труд «Несвя­тые свя­тые» арх. Тихона Шев­ку­нова, кото­рый автор дан­ного иссле­до­ва­ния мог бы поре­ко­мен­до­вать каж­дому воцер­ков­ля­ю­ще­муся хри­сти­а­нину, мы отыс­кали в глу­бине книж­ных полок. Сверху же нахо­ди­лись труды по мона­ше­ской аске­тике — лите­ра­тура нуж­ная, но не пер­во­оче­ред­ная для недавно воцер­ко­в­лён­ного чело­века. Тол­ко­вое Еван­ге­лие, так нуж­ное, по нашему мне­нию, в тюрьме, нахо­ди­лось под дру­гими кни­гами в един­ствен­ном экзем­пляре. А тол­ко­вых молит­во­сло­вов, запрос на кото­рые реально суще­ствует у боль­шин­ства осуж­дён­ных, не нашлось вовсе. При­во­дим фраг­мент интер­вью с осуж­дён­ным П, кото­рый иллю­стри­рует ситуацию:

Я: Какова в учре­жде­нии ситу­а­ция с духов­ной лите­ра­ту­рой? Я помню, в ста­рых «Кре­стах» в храме сто­яли столы и на них в огром­ном коли­че­стве лежали молит­во­словы, ака­фи­сты, иконки и много всего дру­гого полез­ного для воцер­ков­ля­ю­ще­гося. Я даже сам ино­гда брал какие-то вещи почи­тать. Сей­час же у меня один осуж­дён­ный попро­сил при­не­сти ему ака­фист. То есть, по види­мому, ака­фист неот­куда взять. Это дей­стви­тельно так?

П: Да, потому что если подойти с таким вопро­сом к вос­пи­та­телю, резуль­тата ника­кого не будет. А если чело­век с воли захо­чет пере­дать какую- то книгу, он будет вынуж­ден тор­чать здесь пол дня. Может быть, со вре­ме­нем всё нала­дится, но пока вот так. В молель­ной ком­нате стоит стол, на кото­ром лежат жур­налы и какая-то лите­ра­тура: «Фома», по-моему выпи­сы­ва­ется, есть ака­фи­сты, молит­во­словы, то есть всё это при­сут­ствует, но в неболь­шом объ­ёме. Частично этот объём мы вос­пол­нили за счёт обще­тю­рем­ной биб­лио­теки. В част­но­сти, о. Алек­сей помог в этом. В основ­ном экзем­пляры духов­ной лите­ра­туры — Свя­щен­ного Писа­ния и Псал­тыри — пере­хо­дят из рук в руки.

Итак, инте­ре­су­ю­щийся, чита­ю­щий, воцер­ков­ля­ю­щийся осуж­дён­ный, кото­рый впо­след­ствии про­сил при­не­сти ему тол­ко­вый молит­во­слов, затруд­нился дать внят­ный ответ о состо­я­нии духов­ной биб­лио­теки и её напол­не­нии. Исходя из логики необ­хо­ди­мо­сти посту­па­тель­ного раз­ви­тия обра­зо­ва­ния, любая тюрем­ная биб­лио­тека должна быть ката­ло­ги­зи­ро­вана и содер­жать сле­ду­ю­щую литературу:

  1. Свя­щен­ное Писа­ние с ком­мен­та­ри­ями. Если речь идёт о Вет­хом Завете, опти­маль­ным, как нам кажется, явля­ется труд прот. Ген­на­дия Его­рова «Свя­щен­ное Писа­ние Вет­хого Завета», выпол­нен­ное доступ­ным совре­мен­ным язы­ком. Что каса­ется ком­мен­та­риев к Новому Завету, выбор здесь сво­бод­нее, поэтому можно будет исхо­дить из осо­бен­но­стей кон­крет­ной ситу­а­ции. В любом слу­чае, ком­мен­та­рии к Писа­нию в том или ином виде должны присутствовать.
  2. Тол­ко­вый молит­во­слов. Абсо­лют­ное боль­шин­ство осуж­дён­ных испы­ты­вает труд­но­сти при чте­нии молитв на цер­ков­но­сла­вян­ском языке, не пони­мает его, что создаёт труд­но­сти при выпол­не­нии молит­вен­ных правил.
  3. Чино­по­сле­до­ва­ние Литур­гии с объ­яс­не­ни­ями должно при­сут­ство­вать по той же причине.

Этот мини­мум необ­хо­дим для духов­ной биб­лио­теки в тюрьме, ведь именно из этих состав­ля­ю­щих — чте­ния Св. Писа­ния, молитвы, уча­стии в Литур­гии — скла­ды­ва­ется духов­ная жизнь воцер­ков­ля­ю­ще­гося осуж­дён­ного. Экзем­пля­ров пред­став­лен­ной лите­ра­туры должно быть столько, чтобы в ней не было дефи­цита. Была бы жела­тельна воз­мож­ность пере­дачи отдель­ных экзем­пля­ров дан­ной лите­ра­туры (напри­мер, молит­во­сло­вов) в лич­ное поль­зо­ва­ние осуждённым.

Кроме того, мы счи­таем что, ката­ло­ги­зи­ро­вав лите­ра­туру, а потом снаб­див каж­дую кате­го­рию книг крат­кой анно­та­цией и реко­мен­до­вав осуж­дён­ным после­до­ва­тель­ность про­чте­ния, будет создана почва для пло­до­твор­ного духов­ного само­раз­ви­тия осуж­дён­ных. Такой вид обу­че­ния также мог бы кон­тро­ли­ро­ваться тюрем­ным капел­ла­ном и стать осно­вой для созда­ния осо­бого вида учеб­ных кур­сов духов­ного раз­ви­тия обвиняемых.

Утвер­жде­ние о готов­но­сти про­хо­дить само­сто­я­тель­ное обу­че­ние иллю­стри­рует фраг­мент с осуж­дён­ным З. Кроме того, в нём снова под­чёр­ки­ва­ется нынеш­нее неудо­вле­тво­ри­тель­ное состо­я­ние библиотеки:

Я: Как Вам лите­ра­тура из биб­лио­теки молель­ной комнаты?

З: Лите­ра­тура в основ­ном разо­брана. Лежат жур­налы, а Биб­лий нет. Ещё была лите­ра­тура, но её обратно не воз­вра­щают. Брали бы её на день почи­тать, а то она по ком­на­там лежит… Сей­час там одни журналы.

Я: А я помню, что книги в шкафу лежали.

З: Шкаф — это о. Алек­сея. Туда лазить нельзя. Была бы воз­мож­ность — взял бы что-нибудь и почитал.

Я: А как бы Вы отнес­лись к пла­но­мер­ному само­сто­я­тель­ному изу­че­нию духов­ной литературы?

З: Поло­жи­тельно.

Я: Сей­час заня­тия по духов­ной гра­мот­но­сти проводятся?

З: Сколько я состою в этом кружке, кроме Ваших лек­ций я ничего не слышал.

Для пло­до­твор­ного функ­ци­о­ни­ро­ва­ния тюрем­ной духов­ной биб­лио­теки и созда­ния на её базе учеб­ных кур­сов необ­хо­дим сле­ду­ю­щий поря­док действий:

  • инвен­та­ри­за­ция и ката­ло­ги­за­ция име­ю­щейся литературы;
  • вос­пол­не­ние недо­ста­ю­щей лите­ра­туры для пло­до­твор­ного изу­че­ния основ пра­во­слав­ного вероучения;
  • сопро­вож­де­ние отдель­ных кате­го­рий книг крат­кой анно­та­цией, пояс­ня­ю­щей, для чего слу­жит дан­ный вид лите­ра­туры и какой поря­док чте­ния был бы уме­стен для воцер­ков­ля­ю­ще­гося христианина;
  • кон­троль свя­щен­ника за выпол­не­нием осуж­дён­ными учеб­ного плана, свое­вре­мен­ные ответы на посту­па­ю­щие вопросы.

Дан­ная учеб­ная про­грамма могла бы слу­жить ещё одной аль­тер­на­ти­вой очным заня­тиям в тех учре­жде­ниях, где они по каким-то при­чи­нам невоз­можны. В целом, пред­ло­жен­ная схема чем-то напо­ми­нает про­цесс дистан­ци­он­ного обра­зо­ва­ния, где основ­ной акцент дела­ется на само­сто­я­тель­ное обучение.

  1. 5.3. Важ­ность работы тюрем­ного капел­лана в испра­ви­тель­ном процессе

Как мы убе­ди­лись, свя­щен­ник, в усло­виях заклю­че­ния, чрез­вы­чайно важен для осуж­дён­ных. Все опро­шен­ные нами респон­денты испы­ты­вают к тюрем­ному капел­лану сим­па­тию или ува­же­ние. Важ­ная роль свя­щен­ника может быть про­ил­лю­стри­ро­вана и на таком неод­но­знач­ном при­мере, как нижеследующий.

Респон­дент Ф., по его соб­ствен­ным сло­вам, до тюрьмы нега­тивно отно­сился к Церкви и хри­сти­ан­ству, потому что такая пози­ция была попу­лярна среди его при­я­те­лей. При­знаёт в себе раз­ви­тие непри­я­тия к хри­сти­ан­ству через увле­че­ние музы­каль­ными сти­лями «black metal» и «death metal». Утвер­ждает, что к вере при­шёл через отча­я­ние, свя­зан­ное с труд­но­стями, воз­ни­ка­ю­щими в тюрьме. Кре­стился несколько меся­цев назад. Его това­рищ, руко­во­ди­тель духов­ного кружка, гово­рит, что кре­ще­ние респон­дента было свя­зано в с воз­мож­ным послаб­ле­нием режима содер­жа­ния, кото­рый сам респон­дент в этом слу­чае был скло­нен рас­це­ни­вать как чудо. Инте­ресно, что «чудо» дей­стви­тельно про­изо­шло: бла­го­даря условно-досроч­ному осво­бож­де­нию, респон­дент вышел на сво­боду. По его соб­ствен­ным сло­вам, попал в духов­ный кру­жок потому что для «поощ­ре­ний» необ­хо­димо уча­стие в каком-нибудь объ­еди­не­нии осуж­дён­ных, а работа в дан­ном кружке наи­бо­лее под­хо­дила по вре­мени. За время уча­стия в кружке несколько раз гото­вил доклад по житиям свя­тых. Гово­рит, что «сам тол­ком не пони­мал, что читал тогда». В тюрьме при­ча­стился пер­вый и един­ствен­ный раз в жизни, сразу после кре­ще­ния. Для даль­ней­шего уча­стия в Таин­ствах необ­хо­дима Испо­ведь и респон­дент опа­са­ется испо­ве­до­ваться тюрем­ному свя­щен­нику. По его сло­вам, пла­ни­рует сде­лать это, выйдя на сво­боду. Боль­шой труд­но­стью счи­тает тот факт, что те вопросы, кото­рые воз­ни­кают в духов­ной жизни, не нахо­дят разрешения.

Таким обра­зом, пси­хо­ло­ги­че­ский барьер между Цер­ко­вью и осуж­дён­ным, кото­рый суще­ство­вал в созна­нии чело­века задолго до тюрьмы, не был слом­лен за время заклю­че­ния, несмотря на кре­ще­ние осуж­дён­ного. Несмотря на это, мы вполне можем кон­ста­ти­ро­вать у него поиски веры, поскольку он дей­стви­тельно при­шёл в духов­ный кру­жок за «поощ­ре­ни­ями», после чего кре­стился в надежде на чудо. Кре­ще­ние состо­я­лось, но отно­ше­ния с капел­ла­ном не выстро­и­лись, поэтому, во время пер­вых нетвёр­дых шагов на пути к вере, опоры в лице опыт­ного духов­ного настав­ника не ока­за­лось, что ста­вит под вопрос сохра­не­ние респон­дента в лоне Церкви.

Отме­тим, что для всех без исклю­че­ния опро­шен­ных осуж­дён­ных, пози­ци­о­ни­ру­ю­щих себя воцер­ков­ля­ю­щи­мися и воцер­ко­в­лён­ными хри­сти­а­нами, тюрем­ный капел­лан обла­дает непре­ре­ка­е­мым авто­ри­те­том как по самому ста­тусу свя­щен­ника (очень высо­кого, по мне­нию респон­ден­тов), так и зара­бо­тан­ным в про­цессе обще­ния. В каче­стве иллю­стра­ции дан­ного тезиса, при­ве­дём несколько выдер­жек из интервью.

Фраг­мент интер­вью с осуж­дён­ным К. На сво­боде рабо­тал стро­и­те­лем. Счи­тал себя веру­ю­щим, но цер­ков­ной жизни не вёл. В хоз. отряде явля­ется одним из актив­ных чле­нов духов­ного кружка, стро­и­те­лем тюрем­ного храма. Регу­лярно причащается:

Я: Рас­ска­жите, как про­ис­хо­дит чае­пи­тие после Литургии.

К: Утром при­хо­дим в храм, пока идёт служба, само­вар кипит. Ребята берут по кружке, выхо­дит батюшка, начи­нает что-то рассказывать.

Я: А о чём рассказывает?

К: А обо всём. Слу­чаи из жизни, о празд­ни­ках, посме­ётся с нами над чем-то… Я: А сколько по вре­мени длится это мероприятие?

К: Минут 15–20, но зави­сит от того, во сколько закон­чи­лась Литур­гия. Бывает, бежим вниз не пообе­дав и обе­даем уже после раз­вода. Опять же, от испо­веди зави­сит. Бывает, что 3–4 чело­века испо­ве­ду­ются, а бывает, что чело­век 10 в оче­реди стоит, с каран­тина ребята при­хо­дят иногда.

Фраг­мент интер­вью с осуж­дён­ным Н., нар­ко­за­ви­си­мым, с дли­тель­ным ста­жем упо­треб­ле­ния тяжё­лых нар­ко­ти­че­ских веществ. В хоз. отряде рабо­тает сан­тех­ни­ком. Посе­щает службы, причащается:

Я: Как в тюрьме про­яв­ля­ется духов­ная жизнь?

Н: Я ещё в Горе­лово обза­вёлся Новым Заве­том и Псал­ты­рем. Здесь я начал читать Вет­хий Завет, потому что давно хоте­лось. Еккле­зи­аст очень понра­вился, я его про­чи­тал раза четыре.

Я: То есть, у Вас самообразование…

Н: Да. Кроме того, Писа­ние — это такая книга, что каж­дый раз она по новому откры­ва­ется, а с воз­рас­том это осо­бенно оче­видно. Помимо чте­ния… хожу на службы, правда не каж­дую суб­боту, пер­вый раз при­ча­стился я в тюрьме. Отец Геор­гий мне ска­зал, чтобы я бро­сил курить. Мне он нра­вится. Как он гово­рит! А При­ча­стие для меня — это серьёз­ный шаг, а не про­сто меха­ни­че­ски испол­нить. Он гово­рит, мол, при­хо­дите. А мне, бывает, если не поесть с утра, то мне потом тяже­ло­вато. Не поку­рить бывает тоже тяжело…

Я: Чего не хва­тает в дея­тель­но­сти Церкви в тюрьме?

Н: Я счи­таю, что всего хва­тает. Спа­сибо и за то, что есть.

Я: А хоте­лось бы узна­вать что-то новое?

Н: Конечно! Я вообще счи­таю, что должно быть больше обще­ния с тем же о. Геор­гием. Я его послу­шал — он много знает. Побольше бы таких нефор­маль­ных бесед…

Фраг­мент интер­вью с осуж­дён­ным К. На сво­боде был пред­при­ни­ма­те­лем, зани­мался ком­мер­цией. Счи­тал себя веру­ю­щим, но в таин­ствах не участ­во­вал. В изо­ля­торе — ста­ро­ста цер­ков­ной общины, стро­и­тель тюрем­ного храма. Регу­лярно причащается:

К: У нас есть зам­по­лит (заме­сти­тель началь­ника учре­жде­ния по вос­пи­та­тель­ной работе — прим. авт.), он вхо­дит в состав комис­сии. Я счи­таю, что батюшка — такой же зам­по­лит для веру­ю­щих. Когда я пишу заяв­ле­ние на комис­сию по условно-досроч­ному осво­бож­де­нию, мне пси­хо­лог парал­лельно даёт вопросы. И моё внут­рен­нее состо­я­ние кроме пси­хо­лога, кото­рый берёт вопросы из каких-то аме­ри­кан­ских мето­ди­чек, никого не инте­ре­сует. А батюшка — это тот чело­век, кото­рый раз­бе­рётся в твоей душе. И кроме свя­щен­ника, как мне кажется, здесь нет ни одного чело­века, кото­рый пой­мёт, про­изо­шла ли в чело­веке внут­рен­няя пере­мена. Кроме него никто не пой­мёт. И здесь у нас дру­гих вари­ан­тов про­сто нет. На рабо­чем кор­пусе у нас нет осуж­дён­ных за какие-то очень злост­ные пре­ступ­ле­ния, сроки в целом неболь­шие, 2–4 года. При­чём, я счи­таю, что мно­гим доста­точно и пол­года, чтобы всё осо­знать и этого будет доста­точно. И этих мно­гих надо выпус­кать на моменте в пол­года, потому что даль­ней­шее пре­бы­ва­ние в заклю­че­нии нане­сёт ему больше вреда и выйдя он может стать хуже, чем был. А кто это будет видеть? Это не вхо­дит в обя­зан­но­сти офицеров.

Я: Рискну пред­по­ло­жть, что это вхо­дит в обя­зан­но­сти сотруд­ни­ков вос­пи­та­тель­ного отдела…

К: Это так, но для осуж­дён­ных они всё равно дальше, чем батюшка.

Таким обра­зом, видим, что капел­лан, при пра­виль­ном под­ходе к про­блеме исправ­ле­ния осуж­дён­ных, спо­со­бен ока­зы­вать если не клю­че­вое, то чрез­вы­чайно мощ­ное созна­ние на умы хри­стиан в заклю­че­нии. Эта ответ­ствен­ность должна осо­зна­ваться свя­щен­ни­ками, вовле­чён­ными в тюрем­ную мис­сию Церкви.

2.6. Важность личностного подхода в исправительном процессе

Опыт службы в уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе, а также ход иссле­до­ва­ний в рам­ках дан­ного кейса даёт нам осно­ва­ния упо­мя­нуть такой важ­ный аспект вза­и­мо­от­но­ше­ний со спец­кон­тин­ген­том как лич­ност­ный под­ход к осуж­дён­ным, то есть, необ­хо­ди­мость осо­зна­ния сотруд­ни­ками УИС чело­ве­че­ской лич­но­сти со сво­ими спе­ци­фи­че­скими осо­бен­но­стями (в том числе и осо­бен­но­стями испра­ви­тель­ной работы) в каж­дом осуж­дён­ном. При­ме­не­ние лич­ност­ного под­хода — тема отдель­ного иссле­до­ва­ния. Отме­тим лишь, что одним из самых про­стых, но очень дей­ствен­ных выра­же­ний этого метода работы явля­ется лич­ная беседа. В ходе лич­ной беседы между людьми уста­нав­ли­ва­ются дове­ри­тель­ные отно­ше­ния, это хорошо знают пси­хо­логи, дозна­ва­тели, сле­до­ва­тели, опе­ра­тив­ные сотруд­ники. Лич­ную про­фи­лак­ти­че­скую беседу обя­заны по долгу службы про­во­дить сотруд­ники вос­пи­та­тель­ных отде­лов с целью побуж­де­ния чело­века к изме­не­нию пре­ступ­ного миро­воз­зре­ния. Конечно, в отрыве от ком­плекс­ной работы с чело­ве­ком, такая беседа будет неэф­фек­тив­ной. Лич­ная беседа осу­ществ­ля­ется в испра­ви­тель­ном учре­жде­нии при поступ­ле­нии. Обви­ня­е­мого или осуж­дён­ного может дол­жен опро­сить пси­хо­лог. К сожа­ле­нию, очень часто эта беседа про­хо­дит фор­мально и не воз­об­нов­ля­ется за время отбы­ва­ния нака­за­ния. Мы задали вопрос сотруд­нику пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии, в чём он видит задачу тюрем­ного пси­хо­лога. Вот что он отве­тил: «Задача пси­хо­лога отне­стись к пре­ступ­ле­нию и его тяже­сти оце­ночно, понять, почему это про­изо­шло. Здесь важно пока­зать чело­веку дру­гую модель пове­де­ния, как он может по дру­гому себя вести. Но, к сожа­ле­нию, на сего­дняш­ний день людей, гото­вых к изме­не­нию не так много. Это спе­ци­фика пени­тен­ци­ар­ной системы, хотя в моей прак­тике были люди, кото­рые хотели изме­нить уста­новки в своём пове­де­нии и резуль­таты были доста­точно эффек­тивны». Таким обра­зом, по мысли дан­ного сотруд­ника, чтобы пре­ступ­нику быть вовле­чён­ным в про­цесс «изме­не­ния уста­но­вок в своём пове­де­нии» нужно вна­чале выра­зить свою готов­ность и жела­ние к этому. Сама по себе эта мысль здра­вая: без жела­ния чело­века не может про­изойти пере­мены ума. Но ника­ких побу­ди­тель­ных дей­ствий для того, чтобы чело­век поду­мал о воз­мож­но­сти этой пере­мены, не про­ис­хо­дит. Таким обра­зом, работа сотруд­ника пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии с частью спец­кон­тин­гента, не выка­зы­ва­ю­щего кон­крет­ных откло­не­ний от норм пове­де­ния, сво­дится к раз­даче фор­маль­ных пси­хо­ло­ги­че­ских тестов и напи­са­нию отчё­тов по ним. А ведь именно инди­ви­ду­аль­ная беседа могла бы стать для осуж­дён­ного пер­вым шагом к осо­зна­нию необ­хо­ди­мо­сти в пере­ме­нах. Пси­хо­логу эта встреча помогла бы опре­де­лить дей­ствен­ные меха­низмы работы с кон­крет­ной личностью.

Беседа с лицами, нахо­дя­щи­мися под стра­жей, очень важна. Раз­го­вор даёт им ощу­ще­ние, что они не без­раз­личны людям, кото­рым вве­рены, а это ощу­ще­ние для мно­гих из них будет фун­да­мен­том испра­ви­тель­ного про­цесса. Пользу лич­ной беседы с осуж­дён­ными осо­знаёт и тюрем­ный капел­лан: после Литур­гии регу­лярно про­во­дятся чаепития.

Глава III. Выводы

В ходе работы на осно­ва­нии дан­ных наблю­де­ния, интер­вью­и­ро­ва­ния, ана­лиза доку­мен­тов были выяв­лены и про­ана­ли­зи­ро­ваны про­блемы вза­и­мо­дей­ствия пред­ста­ви­те­лей Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, зани­ма­ю­щихся тюрем­ным слу­же­нием, с адми­ни­стра­цией испра­ви­тель­ного учреждения.

Был осу­ществ­лён ана­лиз лите­ра­туры, каса­ю­щейся тюрем­ного слу­же­ния, а именно: нор­ма­тив­ных актов а также свет­ских и цер­ков­ных иссле­до­ва­те­лей тюрем­ной мис­сии Церкви. Было про­ве­дено выяв­ле­ние осо­бен­но­стей вза­и­мо­дей­ствия отде­лов учре­жде­ния с капел­ла­нами. В ходе про­ве­де­ния с осуж­дён­ными заня­тий по духов­ной гра­мот­но­сти был опре­де­лён реаль­ный уро­вень духов­ных зна­ний осуж­дён­ных, чле­нов духов­ного кружка. Были про­ве­дены опросы две­на­дцати осуж­дён­ных из числа посе­тив­ших заня­тия, а также ком­пе­тент­ных спе­ци­а­ли­стов УИС и Церкви, рабо­та­ю­щих с осуж­дён­ными: сотруд­ника пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии, сотруд­ника вос­пи­та­тель­ного отдела, тюрем­ного капеллана.

На осно­ва­нии резуль­та­тов обра­ботки полу­чен­ных дан­ных сфор­му­ли­ро­ваны про­блемы, име­ю­щи­еся в учре­жде­нии. Так, можно кон­ста­ти­ро­вать фак­ти­че­скую без­гра­мот­ность осуж­дён­ных, чле­нов духов­ного кружка в самых эле­мен­тар­ных вопро­сах пра­во­слав­ного веро­уче­ния. Немно­гие из них участ­вуют в бого­слу­же­ниях, но и они с тру­дом пред­став­ляют назна­че­ние Литур­гии, не пони­мают смысла молитв из пра­во­слав­ного молит­во­слова. Под­след­ствен­ные почти всё время заклю­че­ния про­во­дят праздно, что обу­слов­лено осо­бен­но­стями режима содер­жа­ния. При этом затруд­нена воз­мож­ность полу­че­ния лите­ра­туры через пере­дачи, в том числе духов­ного содер­жа­ния; в тюрем­ной биб­лио­теке для под­след­ствен­ных духов­ных книг не содер­жится. Под­след­ствен­ных выво­дят по лич­ному заяв­ле­нию на приём к свя­щен­нику для Испо­веди и При­ча­ще­ния, но пери­о­дич­ность такого вывода крайне неве­лика вслед­ствие боль­шого коли­че­ства жела­ю­щих и огра­ни­чен­ного числа капел­ла­нов. Часть сотруд­ни­ков в учре­жде­нии вслед­ствие оби­лия бюро­кра­тии и малой штат­ной чис­лен­но­сти не могут пол­но­стью сосре­до­то­читься на выпол­не­нии своих пря­мых функ­ци­о­наль­ных обя­зан­но­стей. Так, сотруд­ник вос­пи­та­тель­ного отдела фак­ти­че­ски не выпол­няет вос­пи­та­тель­ную функ­цию, пси­хо­лог не ока­зы­вает долж­ной пси­хо­ло­ги­че­ской под­держки. Капел­ланы в учре­жде­нии рабо­тают изо­ли­ро­ванно от сотруд­ни­ков, сле­до­ва­тельно исклю­чена и сов­мест­ная с сотруд­ни­ками работа по исправ­ле­нию осуж­дён­ных. Дан­ная изо­ля­ция явля­ется след­ствием непо­ни­ма­ния сотруд­ни­ками роли Церкви в испра­ви­тель­ном про­цессе и назна­че­ния капел­лана в част­но­сти. Эта ситу­а­ция нега­тивно отра­жа­ется на тюрем­ной мис­сии Церкви в целом. Кроме того, среди сотруд­ни­ков пре­об­ла­дает сдер­жанно-нега­тив­ное отно­ше­ние к тюрем­ным капелланам.

На осно­ва­нии дан­ных иссле­до­ва­ния и лич­ного опыта службы в УИС счи­таем необ­хо­ди­мым пред­ло­жить пути реше­ния неко­то­рых про­блем вза­и­мо­дей­ствия ведомств. Как уже отме­ча­лось выше, ситу­а­ция в раз­ных учре­жде­ниях неоди­на­кова, но мето­дики исправ­ле­ния, какими они отоб­ра­жены в нор­ма­тив­ных актах — едины. Одна из основ­ных пред­по­сы­лок, на кото­рой стро­и­лось иссле­до­ва­ние, заклю­ча­лась в том, что пра­во­слав­ное миро­воз­зре­ние спо­собно каче­ственно повли­ять на тех, кто согла­сен ему сле­до­вать. С учё­том пра­во­слав­ного миро­воз­зре­ния выстра­и­ва­лись необ­хо­ди­мые схемы вза­и­мо­дей­ствия между участ­ни­ками иссле­до­ва­ния. При­во­ди­мый нами пени­тен­ци­ар­ный опыт, рас­счи­тан на воцер­ков­ля­ю­щихся осуж­дён­ных. Это довольно огра­ни­чен­ный кон­тин­гент по срав­не­нию с основ­ной мас­сой заклю­чён­ных, но не исклю­чена веро­ят­ность, что достиг­ну­тые ими успехи подвиг­нут к духов­ным подви­гам дру­гих осуж­дён­ных. Выше мы писали об огром­ном коли­че­стве осуж­дён­ных, не заня­тых тру­дом (кото­рый, напом­ним ещё раз, пози­ци­о­ни­ру­ется как одно из основ­ных средств к исправ­ле­нию) в коло­ниях. Часть этих людей праздна не в силу соб­ствен­ной деструк­тив­ной идео­ло­гии, а вслед­ствие пло­хой орга­ни­за­ции усло­вий отбы­ва­ния нака­за­ния. Воз­можно, глядя на воцер­ко­в­лён­ных сосе­дей, часть дан­ного сег­мента при­мет реше­ние о полу­че­нии духов­ного обра­зо­ва­ния, явля­ю­ще­гося зало­гом каче­ствен­ного изме­не­ния лич­но­сти, пере­мены ума. Таким обра­зом, именно духов­ное обра­зо­ва­ние как часть мис­сии Церкви в пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ниях нахо­дится во главе испра­ви­тель­ного про­цесса. Хри­стос ска­зал: «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5) и было бы само­на­де­янно счи­тать, что такой слож­ный про­цесс как пере­мена ума может про­ис­хо­дить без уча­стия Бога.

Итак, под­держка про­цесса пере­мены ума в воцер­ков­ля­ю­щихся осуж­дён­ных должна про­ис­хо­дить через духов­ное обра­зо­ва­ние, уча­стие в Таин­ствах (прежде всего Кре­ще­ние и При­ча­стие Свя­тых Хри­сто­вых Тайн), уча­стие в бого­слу­же­ниях (прежде всего, в Литур­гии). Что каса­ется самого про­цесса обу­че­ния, то его необ­хо­ди­мость диктуется:

  • сла­бым уров­нем духов­ных зна­ний у дей­ству­ю­щих чле­нов кружка;
  • как след­ствие, невоз­мож­но­стью адек­ват­ной под­го­товки к уча­стию в Таин­ствах и веде­ния пол­но­цен­ной жизни во Христе;
  • боль­шим спро­сом на полу­че­ние духов­ных зна­ний среди чле­нов кружка;
  • необ­хо­ди­мо­стью дея­тель­ной мета­нойи для всех согре­шив­ших и жела­нием пере­мены ума у обучаемых;
  • необ­хо­ди­мо­стью при­ня­тия обу­ча­е­мыми соци­аль­ной пове­ден­че­ской модели хри­сти­ан­ства для успе­хов в «пере­мене ума» в целом и жизни на сво­боде в частности.

Особо сле­дует выде­лить инте­рес со сто­роны части дру­гих осуж­дён­ных: в про­цессе лек­ций к нам при­со­еди­ни­лось несколько чело­век, кото­рые, про­явив инте­рес к заня­тиям, также запи­са­лись в духов­ный кру­жок. В ходе обу­че­ния должны быть достиг­нуты сле­ду­ю­щие цели:

  • полу­чены и систе­ма­ти­зи­ро­ваны началь­ные зна­ния о пра­во­слав­ном вероучении;
  • про­яс­нены кри­те­рии необ­хо­ди­мо­сти соблю­де­ния Божиих Заповедей;
  • изме­не­ние отно­ше­ния к соблю­де­нию граж­дан­ского зако­но­да­тель­ства как к есте­ствен­ному про­дол­же­нию соблю­де­ния Божиих Заповедей;
  • осо­зна­ние факта жиз­нен­ной необ­хо­ди­мо­сти суще­ство­ва­ния в лоне Церкви Христовой;
  • осо­зна­ние необ­хо­ди­мо­сти сле­до­ва­ния реко­мен­да­циям пас­ты­рей и ответ­ствен­ных сотруд­ни­ков в пени­тен­ци­ар­ный и пост­пе­ни­тен­ци­ар­ный периоды.

Осо­бого вни­ма­ния заслу­жи­вает послед­ний пункт. Когда мы орга­ни­зо­вали лек­ции среди участ­ни­ков духов­ного кружка, ока­за­лось, что абсо­лют­ное боль­шин­ство из них — лица, осуж­дён­ные за пре­ступ­ле­ния, свя­зан­ные с обо­ро­том нар­ко­ти­че­ских средств. Из них 100% имеют лич­ный опыт упо­треб­ле­ния нар­ко­ти­ков. Мы должны быть готовы к тому, что боль­шую часть наших под­опеч­ных в испра­ви­тель­ных учре­жде­ниях будут состав­лять лица, упо­треб­ля­ю­щие нар­ко­тики. При­ве­дён­ный в под­раз­деле 1. 3. 4 при­мер с про­ва­лом идеи цен­тра реа­би­ли­та­ции и воз­вра­ще­нием нар­ко­за­ви­си­мых в преж­нее русло, даёт осно­ва­ние для состав­ле­ния учеб­ной про­граммы, где убе­ди­тельно дока­зы­вался бы мона­ше­ский тезис о важ­но­сти отсе­че­ния соб­ствен­ной воли.

По резуль­та­там про­ве­дён­ного иссле­до­ва­ния, в каче­стве обя­за­тель­ных для изу­че­ния пред­ме­тов, счи­таем необ­хо­ди­мым реко­мен­до­вать осуж­дён­ным для изу­че­ния сле­ду­ю­щие курсы: Таин­ства Церкви, чино­по­сле­до­ва­ние Литур­гии, исто­рия Рус­ской и Все­лен­ской Церкви, раз­бор основ­ных собы­тий Свя­щен­ного Писа­ния. Также необ­хо­димо озна­ко­мить осуж­дён­ных с осно­вами аскетики.

Что каса­ется самого про­цесса обу­че­ния, то (учи­ты­вая, что в нынеш­ней ситу­а­ции вос­пи­та­тель лишь кон­тро­ли­рует фор­маль­ное соблю­де­ние меро­при­я­тий, про­во­ди­мых в кружке) вопрос ответ­ствен­но­сти за него можно счи­тать дис­кус­си­он­ным. Под­го­товка кате­хи­за­тора из числа осуж­дён­ных, как мы убе­ди­лись, не имеет серьёз­ных пер­спек­тив, так как абсо­лют­ное боль­шин­ство осуж­дён­ных духов­ного кружка имеет уро­вень воцер­ков­ля­ю­щихся. Можно счи­тать боль­шим везе­нием, если среди них най­дётся один или несколько чело­век с опы­том веры или духов­ного обра­зо­ва­ния, полу­чен­ных на сво­боде. В реаль­ной ситу­а­ции, даже при усво­е­нии одной про­граммы, осуж­дён­ный всё равно чув­ствует свою неком­пе­тент­ность и не спо­со­бен раз­ре­шить вопросы, воз­ни­ка­ю­щие у осталь­ных осуждённых.

Про­во­дить заня­тия с осуж­дён­ными может опыт­ный свет­ский пре­по­да­ва­тель. Однако самым луч­шим в дан­ной ситу­а­ции явля­ется свя­щен­ник, поскольку он, как мы уже отме­чали, изна­чально обла­дает огром­ным авто­ри­те­том среди воцер­ко­в­лён­ных осуж­дён­ных. Если нет воз­мож­но­сти при­влечь к про­ве­де­нию заня­тий свя­щен­ника, то про­блема может быть решена за счёт прак­ти­че­ской дея­тель­но­сти семи­на­ри­стов в рам­ках соб­ствен­ных учеб­ных про­грамм. Правда, необ­хо­димо пони­мать, что учеб­ный про­цесс осуж­дён­ных, если он будет нала­жен, дол­жен носить регу­ляр­ный, а не эпи­зо­ди­че­ский харак­тер. Спо­со­бом реше­ния этой про­блемы может стать созда­ние спе­ци­аль­ных кур­сов, гото­вя­щих мирян для про­ве­де­ния заня­тий с осуж­дён­ными. В этом слу­чае, кате­хи­за­торы должны будут озна­ко­миться со спе­ци­фи­кой тюрем­ного служения.

Аль­тер­на­тив­ным вари­ан­том постро­е­ния учеб­ного про­цесса могут стать дистан­ци­он­ные курсы. Осо­бенно это акту­ально для под­след­ствен­ных лиц, нахо­дя­щихся в состо­я­нии вынуж­ден­ной празд­но­сти. Труд, как важ­ный эле­мент исправ­ле­ния, прак­ти­че­ски недо­сту­пен для под­след­ствен­ного, кото­рый, в соот­вет­ствии с режи­мом содер­жа­ния, дол­жен нахо­диться в камере, куда его опре­де­ляет адми­ни­стра­ция СИЗО. Каза­лось бы, в усло­виях дли­тель­ных меся­цев сво­бод­ного вре­мени можно было бы инте­гри­ро­вать под­след­ствен­ных в дистан­ци­он­ные учеб­ные курсы, о кото­рых мы гово­рили выше. Однако, вслед­ствие огра­ни­че­ний доступа лите­ра­туры в камеру, и здесь могут воз­ник­нуть про­блемы. Кроме того, пере­писка под­след­ствен­ного с кон­крет­ными лицами (в нашем слу­чае, с волон­тё­рами из Цен­тра под­держки заклю­чён­ных) должна быть санк­ци­о­ни­ро­вана «лицом или орга­ном, в про­из­вод­стве кото­рых нахо­дится уго­лов­ное дело» [14, ст. 20]. Как нам пред­став­ля­ется, нет серьёз­ных зако­но­да­тель­ных пре­пят­ствий к при­об­ще­нию под­след­ствен­ных, жела­ю­щих полу­чить духов­ное обра­зо­ва­ние, к дан­ным учеб­ным про­грам­мам. Реше­ние может быть най­дено в резуль­тате дого­во­рён­но­сти епар­хи­аль­ного руко­вод­ства с адми­ни­стра­цией учре­жде­ния. В отсут­ствие офи­ци­аль­ных согла­ше­ний, посред­ни­ком между под­след­ствен­ным, обра­зо­ва­тель­ной орга­ни­за­цией и адми­ни­стра­цией след­ствен­ного изо­ля­тора может высту­пить тюрем­ный капеллан.

При каж­дом из ука­зан­ных под­хо­дов к духов­ному обра­зо­ва­нию, вопрос доступа к учеб­ной (как и всей, посту­па­ю­щей с воли) лите­ра­туре, будет акту­аль­ным. Он, как гово­ри­лось выше, затруд­нён пра­ви­лами внут­рен­него рас­по­рядка. Для реше­ния этой про­блемы, как нам пред­став­ля­ется, не обя­за­тельно тра­тить много зако­но­да­тель­ных уси­лий (хотя закон, облег­ча­ю­щий поступ­ле­ние лите­ра­туры в поль­зо­ва­ние под­след­ствен­ных и осуж­дён­ных крайне необ­хо­дим). Важ­ную роль здесь может сыг­рать осо­зна­ние адми­ни­стра­цией испра­ви­тель­ного учре­жде­ния зави­си­мо­сти спо­кой­ствия в учре­жде­нии от чте­ния. Эта мысль должна рас­про­стра­няться среди сотруд­ни­ков, а осо­бенно её должно пони­мать руководство.

Однако, даже в усло­виях, когда этого пони­ма­ния нет, всё равно оста­ётся воз­мож­ность лега­ли­за­ции посту­па­ю­щей под­след­ствен­ным и осуж­дён­ным лите­ра­туры через вза­им­ное обще­ние тех лиц, кото­рые явля­ются свя­зу­ю­щим зве­ном между осуж­дён­ными и адми­ни­стра­цией. Таким лицом может являться свя­щен­ник. К сожа­ле­нию, не все осуж­дён­ные и не все свя­щен­ники осо­знают эту воз­мож­ность, но опыт ино­стран­ных пени­тен­ци­ар­ных учре­жде­ний, где тюрем­ные капел­ланы, помимо того, что они совер­шают Таин­ства, выпол­няют функ­ции пси­хо­ло­гов и зани­ма­ются дру­гой соци­аль­ной рабо­той, явно гово­рит об этой воз­мож­но­сти. Свя­щен­ник, будучи моти­ви­ро­ван душе­по­пе­че­нием о страж­ду­щих, может в уст­ном режиме выяс­нить у сотруд­ни­ков, какие кон­кретно дей­ствия необ­хо­димо пред­при­нять, чтобы кон­крет­ный обви­ня­е­мый полу­чил кон­крет­ную лите­ра­туру. И это каса­ется не только поступ­ле­ния книг.

В ходе дан­ного иссле­до­ва­ния, мы обна­ру­жили ещё один вари­ант орга­ни­за­ции учеб­ного про­цесса, на кото­ром хоте­лось бы заост­рить вни­ма­ние. Речь идёт о том, что сотруд­ник пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии мог бы воз­гла­вить учеб­ный про­цесс в слу­чае, если он сам явля­ется воцер­ко­в­лён­ным пра­во­слав­ным хри­сти­а­ни­ном. К вос­пи­та­тель­ному про­цессу в местах лише­ния сво­боды ближе всего нахо­дятся, соб­ственно, вос­пи­та­тель и пси­хо­лог. Срав­ни­вая задачи и функ­ции двух этих служб, мы пони­маем, что по смыслу побуж­дать к «пере­мене ума» в совре­мен­ной уго­ловно-испол­ни­тель­ной системе при­звана именно пси­хо­ло­ги­че­ская служба. Как мы уже отме­чали выше, на сего­дняш­ний день пси­хо­ло­ги­че­ские лабо­ра­то­рии поль­зу­ются боль­шой сво­бо­дой при веде­нии пси­хо­ло­ги­че­ских прак­тик. В реаль­но­сти это может при­ве­сти к прак­тике в учре­жде­ниях опас­ных пси­хо­куль­тов, ини­ци­и­ро­ван­ной пси­хо­ло­гом. С дру­гой сто­роны, пра­во­слав­ный пси­хо­лог, с его пра­виль­ными духовно-цен­ност­ными ори­ен­ти­рами, может в каче­стве осу­ществ­ле­ния раз­ра­бо­тан­ной им пси­хо­ло­ги­че­ской кор­рек­ции лич­но­сти зани­маться пол­но­цен­ным духов­ным обра­зо­ва­нием всех жела­ю­щих осуждённых.

В испра­ви­тель­ные учре­жде­ния в Рос­сии при­ни­ма­ются на долж­но­сти сотруд­ни­ков пси­хо­ло­ги­че­ских лабо­ра­то­рий лица, име­ю­щие выс­шее пси­хо­ло­ги­че­ское обра­зо­ва­ние либо окон­чив­шие курсы пере­под­го­товки по пси­хо­ло­гии на базе выс­шего обра­зо­ва­ния. Таким обра­зом, обла­дая доста­точ­ными зна­ни­ями по бого­сло­вию, любой граж­да­нин Рос­сии, год­ный по воз­расту и состо­я­нию здо­ро­вья, име­ю­щий выс­шее обра­зо­ва­ние и про­шед­ший курсы пере­под­го­товки, имеет воз­мож­ность стать атте­сто­ван­ным сотруд­ни­ком ФСИН Рос­сии с воз­мож­но­стью пре­по­да­ва­ния осуж­дён­ным духов­ных дис­ци­плин. Конечно, в совре­мен­ных усло­виях это не будет его основ­ным заня­тием на службе, зато может стать вопло­ще­нием хри­сти­ан­ского долга, про­воз­гла­шён­ного Спа­си­те­лем: «в тем­нице был, и вы при­шли ко Мне» (Мф. 25:36). Воз­можно, пер­спек­тива инте­гри­ро­ва­ния пра­во­слав­ных сотруд­ни­ков УИС в сферу духов­ного обра­зо­ва­ния осуж­дён­ных выгля­дит необычно. Чтобы по досто­ин­ству оце­нить её, нужно осо­зна­вать без­аль­тер­на­тив­ную необ­хо­ди­мость духов­ного про­све­ще­ния воцер­ков­ля­ю­щихся осуж­дён­ных для ини­ци­и­ро­ва­ния в их отно­ше­нии пени­тен­ци­ар­ных процессов.

В ходе про­ве­дён­ного иссле­до­ва­ния сде­лан вывод о том, что на сего­дняш­ний день у тюрем­ных капел­ла­нов прак­ти­че­ски пол­но­стью отсут­ствует вза­и­мо­дей­ствие с боль­шин­ством сотруд­ни­ков испра­ви­тель­ного учре­жде­ния. Для раз­ре­ше­ния этой про­блемы счи­таем необ­хо­ди­мым изу­че­ние запад­ного опыта, где тюрем­ные капел­ланы и пси­хо­логи рабо­тают в тес­ней­шей связке. Здесь есть свои про­блемы. Напри­мер, капел­ланы в пени­тен­ци­ар­ной системе Бри­та­нии решают мно­же­ство соци­аль­ных задач, напря­мую не отно­ся­щихся к цер­ков­ному слу­же­нию: «они помо­гают [осуж­дён­ным] под­дер­жи­вать семей­ные отно­ше­ния, пишут письма за заклю­чён­ных (60% заклю­чён­ных, по ста­ти­стике, без­гра­мотны), сооб­щают им пло­хие ново­сти, под­дер­жи­вают заклю­чён­ных, поте­ряв­ших род­ствен­ни­ков, под­дер­жи­вают чле­нов семьи, под­дер­жи­вают связь с чле­нами семьи, если те содер­жатся в дру­гой тюрьме» [34, с. 226]. Конечно, не стоит без­думно копи­ро­вать запад­ную прак­тику, однако, иссле­до­ва­ние пока­зало, что необ­хо­ди­мость тес­ного сотруд­ни­че­ства между пси­хо­ло­гами (а также вос­пи­та­те­лями) и капел­ла­нами назрела и в рос­сий­ских учре­жде­ниях. Напри­мер, воз­мож­ность обмена про­фес­си­о­наль­ными мне­ни­ями о под­опеч­ных заслу­жи­вает при­сталь­ного вни­ма­ния, потому что и свя­щен­ник, и пси­хо­лог стре­мятся к изле­че­нию души. Поэтому, если они будут нахо­диться в тес­ном про­фес­си­о­наль­ном вза­и­мо­дей­ствии, у них появится воз­мож­ность раз­гра­ни­чить сферы соб­ствен­ных ком­пе­тен­ций, дого­во­риться о мето­дах работы с кон­крет­ным паци­ен­том. Если этого не про­ис­хо­дит, может полу­читься, что один и тот же душев­ный недуг будет лечиться раз­ными или, ещё хуже, вза­и­мо­ис­клю­ча­ю­щими методами.

Сего­дня, несмотря на то, что декла­ра­тивно осо­зна­ётся польза Церкви для исправ­ле­ния пре­ступ­ни­ков, на деле сотруд­ники зача­стую даже не зада­ются вопро­сом, какие могли бы суще­ство­вать меха­низмы вза­и­мо­дей­ствия между сотруд­ни­ком УИС и свя­щен­ни­ком. Да и фак­ти­че­ски вза­и­мо­дей­ствие чаще всего заклю­ча­ется в том, что сотруд­ники вос­пи­та­тель­ного отдела испол­няют обя­зан­но­сти по выводу под­след­ствен­ных к свя­щен­нику или сопро­вож­де­нию их на Литур­гию. Такая ситу­а­ция про­фа­ни­рует высо­кое зва­ние вос­пи­та­теля УИС. Однако, пока не будут раз­ра­бо­таны кон­крет­ные вос­пи­та­тель­ные про­граммы, адап­ти­ро­ван­ные под раз­ные кате­го­рии осуж­дён­ных, а глав­ное, пока неко­то­рые из самих вос­пи­та­те­лей не полу­чат ту духов­ную помощь, в кото­рой так нуж­да­ются, реаль­ным лицом, спо­соб­ным вли­ять на исправ­ле­ние (впро­чем, на узкий круг осуж­дён­ных), пожа­луй, оста­ётся лишь свя­щен­ник. Да и тогда это осу­ще­ствится лишь в том слу­чае, если капел­лан будет уде­лять долж­ное время нуждающимся.

Духов­ная помощь сотруд­ни­кам УИС — это отдель­ный и слож­ный вопрос, тре­бу­ю­щий отдель­ного иссле­до­ва­ния. Пока мы можем лишь кон­ста­ти­ро­вать в каче­стве усред­нён­ного — сдер­жанно-нега­тив­ное отно­ше­ние к Церкви среди основ­ной массы сотруд­ни­ков. А ведь это отра­жа­ется на всей тюрем­ной мис­сии Церкви.

Таким обра­зом, в ходе дан­ного иссле­до­ва­ния были выяв­лено, что основ­ные про­блемы во вза­и­мо­дей­ствии Церкви и пени­тен­ци­ар­ной системы в Рос­сии сего­дня выра­жа­ются в неэф­фек­тив­но­сти испра­ви­тель­ного про­цесса, свя­зан­ного, с одной сто­роны, с недо­ста­точ­ной нор­ма­тив­ной базой, сла­бые места кото­рой нега­тивно ска­зы­ва­ются на орга­ни­за­ции духовно-про­све­ти­тель­ских меро­при­я­тий. С дру­гой сто­роны, было выяс­нено, что дей­ству­ю­щие сто­роны не обла­дают доста­точ­ной досто­вер­ной инфор­ма­цией друг о друге. Это пре­пят­ствует эффек­тив­ному про­ве­де­нию сов­мест­ных мероприятий.

Вме­сте с тем, нами были опи­саны реаль­ные прак­ти­че­ские меры, при­ня­тие кото­рых может повли­ять на полу­че­ние духов­ного обра­зо­ва­ния частью осуж­дён­ных, что напря­мую свя­зы­ва­ется нами с повы­ше­нием общего каче­ства пени­тен­ци­ар­ного про­цесса. Поскольку дан­ные меры преду­смат­ри­вают непо­сред­ствен­ное вовле­че­ние Церкви в пени­тен­ци­ар­ный про­цесс, такое сотруд­ни­че­ство с ФСИН РФ могло бы ока­зать поло­жи­тель­ный эффект в вопро­сах устра­не­ния про­блем вза­и­мо­дей­ствия ведомств. Таким обра­зом, были выяв­лены новые тен­ден­ции в раз­ви­тии пени­тен­ци­ар­ного духов­ного обра­зо­ва­ния, реа­ли­за­ция кото­рых может озна­ме­но­вать новый этап в мис­сии тюрем­ного слу­же­ния Церкви.

Источники

  1. Заоч­ная вос­крес­ная школа для осуж­ден­ных. Тюрем­ное слу­же­ние. Мис­си­о­нер­ско-кате­хи­за­тор­ский про­ект // URL: http: //http://www. raevo .ru/zvsho/
  2. Ком­мен­та­рии к пре­ам­буле Закона РФ №5473–1 от 21.07.1993 г. «Об учре­жде­ниях и орга­нах, испол­ня­ю­щих уго­лов­ные нака­за­ния» // // URL: http: //ivo. garant .ru/#/document/1305321/paragraph/118119:0
  3. Кон­цеп­ция раз­ви­тия уго­ловно-испол­ни­тель­ной системы Рос­сий­ской Феде­ра­ции до 2020 года / Рас­по­ря­же­ние Пра­ви­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 14 октября 2010 г. N 1772‑р г. Москва. // URL: https://rg.ru/2011/03/08/penitenciariya-site-dok.html
  4. Кон­цеп­ция феде­раль­ной целе­вой про­граммы “Раз­ви­тие уголовно­исполнительной системы Рос­сий­ской Феде­ра­ции (2017 — 2025 годы)” / Рас­по­ря­же­ние Пра­ви­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 23 декабря 2016 г. N 2808‑р г. Москва. // URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=LAW&n=210073
    &fld=134&dst=100008,0&md=0.7055035521109234#0969726978623334
  5. Мис­сия тюрем­ного слу­же­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви и пени­тен­ци­ар­ные учре­жде­ния // Жур­нал №27 засе­да­ния Свя­щен­ного Синода от 12 марта 2013 года URL: http: //www. patriarchia. ru/db/text/2843078
  6. Основы соци­аль­ной кон­цеп­ции Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви, Москва, 13–16 авгу­ста 2000 г. // URL: http: //www. patriarchia. ru/db/text/419128
  7. Пра­вила для Попе­чи­тель­ного Обще­ства о тюрь­мах: Об учре­жде­нии в Санкт-Петер­бурге. Спб., 1819 г.
  8. Пси­хо­ло­ги­че­ская служба. Офи­ци­аль­ный сайт УФСИН РФ по респ. Марий Эл // URL: http: //www.12 .fsin.su/psikhologicheskaya-sluzhba. php
  9. Согла­ше­ние о вза­и­мо­дей­ствии Феде­раль­ной службы испол­не­ния нака­за­ний и Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви от 23.06.2017 г. // URL: http://helpprison.ru/2017/08/23/soglashenie-o-vzaimodejstvii-federalnoj- sluzhby-ispolneniya-nakazanij-i-russkoj-pravoslavnoj-tserkvi/
  10. Ста­ти­стика ЕСПЧ (дан­ные РФ в ста­ти­стике суда) // URL: https://euroclaim.ru/rossiya-i-espch-statistika/
  11. Уго­ловно-испол­ни­тель­ный кодекс Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 08.01.1997 N 1‑ФЗ (ред. От 26.07.2019) // http://www.consultant.ru/document/cons doc LAW 12940/
  12. Уго­ловно-про­цес­су­аль­ный кодекс Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. От 02.08.2019) // URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=LAW&n=319388 &fld=134&dst=100007,0&rnd=0.09497216152278254#01709531750472768
  13. Феде­раль­ный закон от 26.09.1997 N 125-ФЗ (ред. от 01.05.2019) «О сво­боде сове­сти и о рели­ги­оз­ных объ­еди­не­ниях» // URL: https://legalacts.ru/doc/federalnyi-zakon-ot-26091997-n-125-fz‑o/
  14. Феде­раль­ный закон №103 от 15.07.1995 г. «О содер­жа­нии под стра­жей обви­ня­е­мых и подо­зре­ва­е­мых в совер­ше­нии пре­ступ­ле­ний» // URL: https: //psnkirov. ru/zakoni-rf/federalnyj ‑zakon-ot- 1995-goda-103-fz.html

Литература

  1. Бела­нов­ский С., Глу­бо­кое интер­вью: Учеб­ное посо­бие.. — М.: Ник­коло- Медиа, 2001.
  2. Белова Е., Кня­зева Е. В гостях у вят­ских // Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние — 2017 — №4.
  3. Варак­син М., Уго­лов­ные дела в Рос­сии: глав­ные цифры // URL: https: //pravo. ru/story/209060/
  4. Вар­га­нова Г., Кейс-ста­дис как метод науч­ного иссле­до­ва­ния // Биб­лио­сфера — 2006 — №2.
  5. Воро­нин В., Мис­си­о­нер­ская дея­тель­ность в местах лише­ния сво­боды на при­мере ана­лиза этой работы в испра­ви­тель­ной коло­нии ИК-16 Диплом­ная работа // В. Г. Воро­нин. ПСТГУ М., 2009.
  6. Гри­да­сов В. Две судьбы май­ора Лебе­дева // Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние — 2017 — №10.
  7. Досто­ев­ский Ф., Записки из мёрт­вого дома // URL: https: //ilibrary. ru/text/61 /p. 2/index.html
  8. Ерзы­лева И., Дея­тель­ность Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви в духовно­нравственном вос­пи­та­нии осуж­дён­ных в пост­со­вет­ский период (на при­мере Рязан­ской обла­сти) // Гума­ни­тар­ные, соци­ально-эко­но­ми­че­ские и обще­ствен­ные науки — 2014 — №1.
  9. Зуев В., прот., Если вы при­шли в тюрьму. От автора // URL: http://social- info/materials/5 12 3 zuev instr missioneru.pdf
  10. Иси­ченко А. П. Про­блемы про­ве­де­ния опе­ра­тив­ных линг­ви­сти­че­ских иссле­до­ва­ний по выяв­ле­нию и пре­се­че­нию рас­про­стра­не­ния экс­тре­мист­ских мате­ри­а­лов в учре­жде­ниях УИС // Ведо­мо­сти УИС — 2017 — №7.
  11. Каледа Г., прот., Оста­но­ви­тесь на путях ваших… Записки тюрем­ного свя­щен­ника // URL:https: //azbyka. ru/katehizacij a/o stanovites-na-putyax-vashix-zapiski-tyuremnogo-svyashhennika-protoierej-gleb-kaleda.shtml#krugi ada%E2%80%A6 strashnaia perepolnennost%E2%80%A6 so stojashhej v kamere blednolitsei tolpoj trudno i besedovat%E2%80%A6
  12. Кирил­лова Т., Моде­ли­ро­ва­ние отно­ше­ний пени­тен­ци­ар­ной системы и Рус­ской пра­во­слав­ной церкви как соци­аль­ных субъ­ек­тов обще­ства // Уго­ловно-испол­ни­тель­ное право — 2015 — №2 (20).
  13. Колес­ник Н. Вза­и­мо­дей­ствие с инсти­ту­тами граж­дан­ского обще­ства // Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние — 2014 — №3.
  14. Нилова Л. Вос­пи­та­ние начи­на­ется с каран­тина // Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние — 2017 — №11.
  15. Паи­сий Свя­то­го­рец, прп. Вынуж­ден­ное пока­я­ние // URL: https://azbyka.ru/otechnik/Paisii Sviatogorets/dukhovnaia-borba-slova-tom3/3
  16. Сиря­ков А., Орга­ни­за­ция и про­ве­де­ние вос­пи­та­тель­ной работы началь­ни­ком отряда осуж­ден­ных испра­ви­тель­ного учре­жде­ния // Чело­век: пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние — 2007 — № 1.
  17. Селез­нев Ф., Тео­ло­ги­че­ский под­ход к пони­ма­нию пре­ступ­но­сти // Кри­ми­но­ло­гия: вчера, сего­дня, зав­тра — 2011 — №20.
  18. Ско­мо­рох О., прот., «Обра­зо­ва­тель­ная дея­тель­ность Церкви в под­го­товке тюрем­ных свя­щен­ни­ков» на II Еже­год­ной кон­фе­рен­ции «Пра­во­слав­ное духов­ное обра­зо­ва­ние и тюрем­ное слу­же­ние» 25.10.2018 [видео­за­пись] // URL: https: //www. youtube. com/watch?v=dKN8wZbhQys
  19. Ско­мо­рох О., прот. Пер­спек­тивы тюрем­ного слу­же­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви на совре­мен­ном этапе // Вест­ник Вла­ди­мир­ского юри­ди­че­ского инсти­тута — 2011 — №3.
  20. Ско­мо­рох О., прот., Прак­тика тюрем­ного слу­же­ния Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви в Рос­сий­ской Феде­ра­ции в конце XX — начале XXI века. Спб, 2018.
  21. Солод­чук В. Такое нуж­ное сотруд­ни­че­ство // Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние — 2017 — №10.
  22. Тат­даев Г., ФСИН отка­за­лась запре­щать йогу в СИЗО из-за жалобы Мизу­ли­ной // URL: https: //www. rbc. ru/society/07/04/2019/5ca9f0059a794756c92ef97f
  23. Тем­ни­ков П. «Крест и венец» — сим­вол надежды // Рус­ская Гер­ма­ния — 2012-№22. URL: http://www.rg-rb.de/index.php?id=1117&option=com rgchik&task=item
  24. Тол­чен­кин Д., Эво­лю­ция инсти­тута тюрем­ных капел­ла­нов в Рос­сии и за рубе­жом // Уго­ловно-испол­ни­тель­ное право — 2016 — №1 (23).
  25. Флив­берг Б., Кейс-стади в кон­тек­сте каче­ственно-коли­че­ствен­ной про­бле­ма­тики // Социо­ло­ги­че­ские иссле­до­ва­ния — 2004 — №9.
  26. Фудель И., свящ. Днев­ник свя­щен­ника пере­сыль­ной тюрьмы // URL: https: //azbyka.ru/fiction/dnevnik-svyashhennika-peresylnoj ‑tyurmy/
  27. Фудель С., Вос­по­ми­на­ния // URL: https: //azbyka.ru/otechnik/Sergej Fudel/vospominanij a/
  28. Чел­но­кова О., Лев­ченко А. Вза­и­мо­дей­ствие Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви с учре­жде­ни­ями пени­тен­ци­ар­ной системы Рос­сии // Мони­то­ринг пра­во­при­ме­не­ния 2014 — №1 (10).
  29. Чор­ный В., Реа­би­ли­та­ци­он­ная работа с заклю­чён­ными в пени­тен­ци­ар­ной системе Гер­ма­нии // Ведо­мо­сти УИС 2017 — №7.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки