Чтения о церковной словесности, или Гомилетика

Яков Амфитеатров

Чтения о церковной словесности, или Гомилетика


Оригинал 2 части

Гомилетики часть вторая. О характере церковного собеседования

XXVII. Предварительные понятия

§§ 196–197. Главный предмет второй части Гомилетики. Общее содержание сей части.

§ 196. В первой части Гомилетики мы старались измерить область истин, составляющих содержание церковного собеседования; думали подробно указать предметы, какие надлежит преподавать народу с св. кафедры, – т. е. мы пытались исследовать простой, но имеющий весьма обширное приложение вопрос: «о чём должно проповедовать, или, что должно составлять материю церковного собеседования?»

Предположив, что материя церковного исследования подробно указана или дана; что нам уже известно, о чём до́лжно проповедовать, – мы теперь естественно встречаемся с другим вопросом Гомилетическим: «как до́лжно проповедовать, т. е. какой характер[1] должна получить данная материя в руках и устах церковного беседовника?» Исследование сего вопроса есть предмет или задача второй части Гомилетики.

§ 197. Общий вопрос о характере церковного собеседования заключает в себе три особых вопроса:

1) Каково должно быть это собеседование по внутренним качествам или по духу – внутренний характер или дух?

2) Как до́лжно выражаться в слове – внешний, литературный характер или слог?

3) Как до́лжно быть сообщаемо народу – собственно беседовательный характер, сказывание? Отсюда вторая часть Гомилетики будет состоять из трёх отделений:

Отделение 1. О внутреннем характере церковного собеседования.

Отделение 2. О внешнем характере церковного собеседования.

Отделение 3. О сообщении церковного собеседования.


[1] Этот характер имеет у писателей разные названия: character у Воссия, nota у Виргилия, forma и genus dicendi у Цицерона с Квинтилианом, ἰδέα и Eἰδoς у Плутарха и Гермогена и проч. (Wossii Commentar. Rhetoric. Pars II. p. 426); а всего чаще и употребительнее elocutio. Разность названий показывает неопределённость понятий о предмете; а неопределённость понятий в свою очередь свидетельствует, что вопрос о характере какой бы то ни было словесности труднее решать, чем вопрос о материи. Изложить подлинный характер церковного собеседования, значит представить его идею – умственное ясновидение сущности, свойств, развития, потребностей его и т. д. во всей полноте и точности. Но кто когда созерцал, в полном объёме и ясности, идею какой бы то ни было науки? Всякая теория может только приближаться к своей идее, но не объять её совершенно, не заключить в постоянную, навсегда неизменную форму.

Комментировать