Три монашеских обета: каноническое и богословское содержание

игумен Дио­ни­сий (Шленов)

«Живое суще­ство кровью оду­шев­ля­ется,
и монах подвиж­ни­че­ством будет помыш­лять о небес­ном»

(ζῷον ἐψύχωται ἐν τῷ αἵματι,
καὶ μοναχὸς ἐν ἀσκήσει φρονήσει
τὰ οὐράνια).
Прп. Симеон Столп­ник. 4‑е подвиж­ни­че­ское слово

«На земле нет род­ства у мона­хов,
кото­рые возрев­но­вали о небес­ном житель­стве»

(συγγένεια γὰρ μοναχοῖς ἐπὶ γῆς οὐκ
ἐστὶ τοῖς γε τὸν ἐν οὐρανῷ ζηλώσασι βίον).
Cв. импе­ра­тор Юсти­ниан. Новелла 1231

В двух эпи­гра­фах к докладу ука­зы­ва­ется цель мона­ше­ского жития – небо, при­да­ю­щее огром­ную дина­мику и высо­чай­ший смысл всем трудам, лише­ниям и подви­гам. Несо­менно, что любой хри­сти­а­нин должен и при­зван войти в Цар­ствие Небес­ное, но мона­ше­ству­ю­щие – в силу при­но­си­мых обетов – прежде всего должны стро­ить свою пока еще земную жизнь по неот­мир­ным небес­ным зако­нам.

Мона­ше­ство – это мно­го­гран­ный инсти­тут как с точки зрения своего внут­рен­него устрой­ства, так и с внеш­ней точки зрения, если рас­смат­ри­вать его исто­рию в кон­тек­сте исто­рии Церкви. Если об исто­рии и бого­сло­вии мона­ше­ства напи­сано отно­си­тельно много, то круг лите­ра­туры о зако­но­да­тель­стве мона­ше­ской жизни более узок. В первой поло­вине XX в. два кано­ни­ста Д. А. Пет­ра­ка­кис (1907) и бене­дек­тин­ский иеро­мо­нах Пла­кида Дэ Мээс­тер (1942) – пред­ста­ви­тели восточ­ного и запад­ного хри­сти­ан­ства – оста­вили две фун­да­мен­таль­ные моно­гра­фии на гре­че­ском и на латыни, кото­рые оста­ются важ­ными обоб­ща­ю­щими тру­дами по зако­но­да­тель­ству визан­тий­ского и восточ­ного мона­ше­ства2.

Хотя суть и смысл мона­ше­ской жизни были опре­де­лены уже в ново­за­вет­ную эпоху, о мона­ше­стве как об инсти­туте можно гово­рить только с IV в. – того века, когда вокруг мона­сты­рей стали стро­иться стены, а монахи стали носить спе­ци­аль­ное мона­ше­ское оде­я­ние и, что самое глав­ное, про­из­но­сить мона­ше­ский обет или обеты. В мона­ше­ских пра­ви­лах cвт. Васи­лия Вели­кого, состав­лен­ных во второй поло­вине IV в. в Кап­па­до­кии, впер­вые гово­рится об мона­ше­ском обете-испо­ве­да­нии как о кано­ни­че­ском акте, фик­си­ру­ю­щем полную готов­ность кан­ди­дата в мона­ше­ство отречься от мира и – по образцу ново­кре­щен­ного — заново родиться в мона­ше­ской общине.

При этом самым глав­ным источ­ни­ком для мона­ше­ских обетов явля­ется не хри­сти­ан­ская бого­слов­ская или даже кано­ни­че­ская пись­мен­ность, а литур­ги­че­ские чины постри­же­ния в вели­кую или малую схиму3, в кото­рых три мона­ше­ские обета – несмотря на край­нее раз­но­об­ра­зие в после­до­ва­тель­но­сти и содер­жа­нии частей – оста­ва­лись в целом неиз­мен­ными, начи­ная с древ­ней­ших чинов мона­ше­ского пострига4. Это един­ство мона­ше­ских обетов соот­вет­ствует взгляду на то, что мона­ше­ский постриг един, впер­вые сфор­му­ли­ро­ван­ному прп. Фео­до­ром Сту­ди­том в конце VIII — нач. IX в.: «Не давай, как гово­рят, малую схиму, а затем годы спустя другую как вели­кую. Ибо схима одна как и кре­ще­ние, как гово­рили святые отцы» (Οὐ δοίης ὅπερ λέγουσι μικρὸν σχῆμα, ἔπειτα μετὰ χρόνουςἕτερον ὡς μέγα•ἓν γὰρ τὸ σχῆμα ὥσπερ καὶ τὸ βάπτισμα)5. Этот взгляд сохра­нял свой кано­ни­че­ский авто­ри­тет впо­след­ствии6, в част­но­сти в тра­ди­ции афон­ского мона­ше­ства7.

Тем не менее, после того как в конце X в. в Визан­тии8 был введен рясо­фор, а сразу вслед за ней и на Руси9, три мона­ше­ские чина: рясо­фор, малая, вели­кая схима – в соот­вет­ствии с тремя эта­пами духов­ного воз­рас­та­ния – стали тра­ди­ци­он­ными фор­мами устро­е­ния мона­ше­ства.

После­до­ва­тель­ность про­из­не­се­ния обетов в чине мона­ше­ского пострига сле­ду­ю­щая:

  1. Дев­ство (παρθενία, σωφροσύνη);
  2. Послу­ша­ние (ὑπακοή, ὑποταγή);
  3. Нес­тя­жа­ние (πτωχεία, ἀκτημοσύνη)10.

Есте­ственно, что все эти обеты явля­ются хри­сти­ан­скими доб­ро­де­те­лями и как тако­вые могут и должны рас­смат­ри­ваться в системе нрав­ствен­ного бого­сло­вия и аске­тики. При­не­се­ние всех трех обетов осно­вы­ва­ется на отре­че­нии (ἀποταγή) от мира, кото­рое ока­зы­ва­ется важ­ней­шей отправ­ной точкой мона­ше­ской жизни.

У совре­мен­ника свт. Васи­лия прп. Ефрема Сирина нахо­дим одно из древ­них сви­де­тельств об особой зна­чи­мо­сти трех мона­ше­ских обетов как особых доб­ро­де­те­лях монаха: «Несреб­ро­лю­би­вый монах – вер­ней­ший вест­ник Цар­ствия Небес­ного, а тот, кто неду­гует среб­ро­лю­бием зле поги­бает. Укра­ше­ние монаха юноши – цело­муд­рие, при­об­рет­шее не име­ю­щее пре­де­лов дев­ство. Досто­я­ние монаха – послу­ша­ние, при­об­рет­ший его будет услы­шан Гос­по­дом»11.

Ι. Кано­ни­че­ское содер­жа­ние12

Отре­че­ние от мира

Гос­подь при­зы­вает после­ду­ю­щих Ему искать прежде всего цар­ствия Божия и правды его (Лк. 12:31), отверг­нуться себя, взять крест свой и идти вслед Его (Мф. 16:24).

В тра­ди­ции древ­него мона­ше­ства отре­че­ние (ἀποταγή, abdicatio, renuntiatio) вби­рало в себя весь смысл мона­ше­ского жития13, и в част­но­сти ука­зы­вало на про­из­не­се­ние обетов. Отре­че­ние – это пра­вило, канон, смысл мона­ше­ского жития. В житии прп. Дани­ила Столп­ника нахо­дим: «Тот и его спут­ники, руко­вод­ству­ясь свя­щен­ным пра­ви­лом отре­че­ния (τῷ ἱερῷ τῆς ἀποταγῆς κανόνι), при­ни­мают мона­ше­скую схиму из рук свя­того, и Эдран бого­лю­биво начи­нает име­но­ваться Титом»14. Полу­че­ние нового имени – символ отре­че­ния, кото­рое, конечно, тре­бует прин­ци­пи­ально нового отно­ше­ния к имени и всем реа­лиям новой жизни.

Отре­че­ние анти­но­мично. С одной сто­роны, оно явля­ется при­ви­ле­гией, даром, по сути дела полной амни­стией. Так, вступ­ле­нию в мона­стырь не могут поме­шать ника­кие былые грехи, кото­рые изгла­жи­ва­ются без­гра­нич­ной силой пока­я­ния. «…Понеже убо мона­ше­ское житие изоб­ра­жает нам жизнь пока­я­ния (τῆς μοναχικῆς πολιτείας τὴν ἐν μετανοία ζωὴν στηλογραφούσης ἡμῖν), то искренно при­леп­ля­ю­ще­гося к оному одоб­ряем, и ника­кой преж­ний образ жизни не вос­пре­пят­ствует ему испол­нити свое наме­ре­ние» (43 пра­вило Трулль­ского Собора15).

Также, чем ранее про­ис­хо­дит отре­че­ние, тем больше вре­мени оста­ется для утвер­жде­ния в добре: «Наме­ре­ва­ю­ща­гося начать подвиги по Богу, скоро зна­ме­нать зна­ме­нием бла­го­дати, яко некоею печа­тью, сим самым спо­спе­ше­ствуя ему не кос­неть долго, не коле­баться, более же поощ­ряя его к избра­нию добра и ко утвер­жде­нию в оном», — так закан­чи­ва­ется 40 пра­вило VI Все­лен­ского Собора16, назна­ча­ю­щее пре­дельно ранний срок для созна­тель­ного при­ня­тия мона­ше­ских обетов – 10 лет.

С другой сто­роны, отре­че­ние имеет необ­ра­ти­мый жест­кий харак­тер. Само­воль­ное сло­же­ние с себя ино­че­ских обетов и воз­вра­ще­ние в мир­ской чин не допус­ка­ется (7‑е пра­вило Хал­ки­дон­ского Собора17), также как и бег­ство из затвора – в послед­нем случае против воли воз­вра­щать бег­ле­цов и умерщ­влять их плоть постами и про­чими суро­во­стями (41 пра­вило VI Все­лен­ского (Трулль­ского) Собора18). Есте­ственно, что мона­хам не допус­ка­ется – наряду со свя­щен­но­слу­жи­те­лями — мир­ское вре­мя­пре­про­вож­де­ние и насла­жде­ние мир­скими удо­воль­стви­ями (24 пра­вило VI Все­лен­ского (Трулль­ского) Собора19).

Также, в идеале, не допус­ка­ется ника­кое высо­кое цер­ков­ное слу­же­ние для того, кто пол­но­стью отрекся от мира, приняв вели­кую схиму. Епи­скоп, если принял вели­кую схиму, должен отречься от епи­скоп­ства, в то время как свя­щен­ник может про­дол­жать слу­жить (2 пра­вило Вели­кого Софий­ского Собора)20.

Акту­аль­ные вопросы в связи с отре­че­нием:

  1. Сов­ме­стимо ли под­лин­ное мона­ше­ство с раз­ными видами актив­ной дея­тель­но­сти в Церкви: мис­сией, бла­го­тво­ри­тель­но­стью, пре­по­да­ва­нием и пр.?
  2. Должен ли монах памя­то­вать о былых пре­гре­ше­ниях своей жизни, от кото­рых он осво­бо­дился через отре­че­ние-обеты?
  3. Кем по сути в боль­шей сте­пени явля­ется монах для окру­жа­ю­щих: духов­ным авто­ри­те­том или чело­ве­ком, идущим по пути сми­ре­ния?
  4. Насколько сов­ме­стимо отре­че­ние от мира с удоб­ствами мира?
  5. Чем обу­слов­лено свое­об­раз­ное «выго­ра­ние» неко­то­рых мона­хов, кото­рые поте­ряли рев­ность к духов­ной жизни?
  6. Каковы наи­бо­лее эффек­тив­ные сред­ства для пре­одо­ле­ния мона­ше­ской теп­лохлад­но­сти?
  7. При отсут­ствии сило­вых спо­со­бов воз­дей­ствия на монаха, не соблюд­шего свое отре­че­ние, какие методы могли бы вер­нуть его на путь бого­угод­ной пока­ян­ной жизни?

1. Дев­ство (παρθενία)

Первым обетом при мона­ше­ском постриге явля­ется обет дев­ства. «Схима мона­хов – про­воз­гла­ше­ние дев­ства»21. При­зы­вая Своих уче­ни­ков к совер­шен­ству, отре­че­нию от все­воз­мож­ных благ мира, Гос­подь Иисус Хри­стос указал, глав­ным обра­зом, на путь дев­ства: «…есть скопцы, кото­рые сде­лали сами себя скоп­цами для Цар­ства Небес­ного. Кто может вме­стить, да вме­стит» (Мф. 19:10–12).

Хра­не­ние дев­ства – подвиг, тре­бу­ю­щий со сто­роны монаха осо­бого вни­ма­ния. Хотя цело­муд­рие явля­ется неотъ­ем­ле­мой нормой мона­ше­ской жизни, именно монахи, нера­дя­щие о своем спа­се­нии, виновны в потере этой доб­ро­де­тели, о чем писал прп. Неофит Затвор­ник, пыта­ясь испра­вить мона­ше­ские нравы: «Если ты достиг мона­ше­ского чина, тебе не дается ника­кого (послаб­ле­ния), дев­ством более и цело­муд­рием и освя­ще­нием ты сопри­чтен Богу, и горе, горе тебе, если ты явишься в этом лжецом»22. Ники­фор Кал­лист Ксан­фо­пул рас­ска­зы­вает харак­тер­ную исто­рию о том, как св. Евфи­мий видел кон­чину неко­его монаха, пра­вед­ника по внеш­нему виду, но внутри нару­ши­теля цело­муд­рия, кото­рого сурово истя­зал страш­ный ангел23.

Для обета цело­муд­рия осно­во­по­ла­га­ю­щим пра­ви­лом явля­ется 19 пра­вило свт. Васи­лия Вели­кого, тре­бу­ю­щее от мона­хов при­не­се­ния «ясного испо­ве­да­ния», т.е. обета без­бра­чия24. Оче­видно, что в мона­ше­ских общи­нах свт. Васи­лия в «испо­ве­да­ние» прежде всего вхо­дило заяв­ле­ние о вступ­ле­нии на путь без­брач­ной цело­муд­рен­ной жизни.

По 60 пра­вилу свт. Васи­лия Вели­кого: «При­нес­шая обет дев­ства и нару­шив­шая обе­ща­ние, да испол­нит время нака­за­ния, поло­жен­ное за грех пре­лю­бо­де­я­ния, с рас­пре­де­ле­нием, смотря по ее жизни. То же и для вос­при­няв­ших обет жития мона­ше­ского, но падших»25.

Пра­вило 16 Хал­ки­дон­ского Cобора гласит: «Деве, вве­рив­шей себя Вла­дыке Богу, также как и мона­ше­ству­ю­щему не поз­во­ли­тельно всту­пать в брак. Если же они ока­жутся так посту­па­ю­щими, да будут без при­ча­стия»26. Визан­тий­ские кано­ни­сты Зонара, Ари­стин и Валь­са­мон тол­ко­вали его рас­ши­ри­тельно при­ме­ни­тельно к мона­хам и мона­хи­ням и в связи с дру­гими пра­ви­лами Все­лен­ских, Помест­ных собо­ров и святых Отцов, кото­рые также нару­ши­теля обета дев­ства остав­ляли без при­ча­стия на год по епи­ти­мии двое­брач­ных (19 пра­вило Анкир­ского Помест­ного Собора27), а позд­нее – на 15 лет как блуд­ни­ков (44‑е пра­вило Трулль­ского Cобора)28:

«Монах обли­чен­ный в любо­де­я­нии (ἐπὶ πορνεία ἁλούς), или поем­ший жену в обще­ние брака и сожи­тия, да под­ле­жит по пра­ви­лам епи­ти­миям блу­до­дей­ству­ю­щих (τοῖς τῶν πορνευὀντων ἐπιτιμίοις)»29.

Впо­след­ствии, когда сло­жи­лась прак­тика раз­де­ле­ния мона­ше­ству­ю­щих на вели­кос­хим­ни­ков и малос­хим­ни­ков, нака­за­ния при­об­рели более диф­фе­рен­ци­ро­ван­ный харак­тер. По 91 пра­вилу Номо­ка­нона, добав­лен­ному в Треб­ник, «монах вели­кос­хим­ник соблу­див­ший, как пре­лю­бо­дей нака­зы­ва­ется, т.е. на 15 лет, а малос­хим­ник, как блуд­ник, т.е. на 7»30.

Феодор Валь­са­мон, толкуя 60 пра­вило свт. Васи­лия Вели­кого, писал о разных нака­за­ниях за блуд для про­стых мона­хов (запрет при­ча­стия) и для мона­хов, обле­чен­ных епи­ско­пом в свя­щен­ный сан, вклю­чая чин чтеца (отлу­че­ние – καθαἰρεσις)31.

По визан­тий­скому праву брак мона­хов счи­тался неза­кон­ным и под­ле­жал рас­тор­же­нию и нака­за­ниям. Феодор Валь­са­мон по поводу 16 пра­вила Хал­ки­дон­ского Собора писал: «… не только рас­торг­нуть недоз­во­лен­ный брак, то есть с той, кото­рая пре­дала себя Богу, но и кон­фис­ко­вать соб­ствен­ность всту­пив­ших в него и изгнать … и биче­вать»32. Среди про­чего монах должен был вер­нуться в мона­стырь или аске­ти­рион33.

Но цер­ков­ные пра­вила не огра­ни­чи­ва­ются общими пре­ще­ни­ями тем, кто изме­нял обету дев­ства, а стре­мятся пра­вильно орга­ни­зо­вать жизнь монаха и пре­сечь поводы к нару­ше­нию обета цело­муд­рия, как, напри­мер, пра­вила VII Все­лен­ского Собора: 18, запре­щав­шее при­слу­жи­ва­ние женщин в муж­ских мона­сты­рях34; 20, c кате­го­ри­че­ским запре­том сме­шан­ных мона­сты­рей35, или 22, с запре­том мона­хам вку­шать пищу с женами, а свя­щен­ни­кам делать это с край­ней рас­су­ди­тель­но­стью36.

Таким обра­зом, cоста­ви­тели и тол­ко­ва­тели правил строго сле­дили за соблю­де­нием обета цело­муд­рия, хотя они обра­щали вни­ма­ние на самые грубые нару­ше­ния этого обета, в то время как духовно-нрав­ствен­ная сто­рона вопроса регу­ли­ро­ва­лась не столько пра­ви­лами, сколько духов­ными нази­да­ни­ями и живой прак­ти­кой Церкви.

Акту­аль­ные вопросы:

  1. Сле­дует ли под­твер­дить или скор­рек­ти­ро­вать пени­тен­ци­ар­ную сто­рону кано­нов по отно­ше­нию к мона­хам, поки­нув­шим мона­стырь из-за нару­ше­ния обета дев­ства, но оста­ю­щимся в роли мирян в Церкви?
  2. Доста­точно ли усмот­ре­ния епи­скопа по отно­ше­нию к павшим мона­хам, при­нес­шим пока­я­ние, или их воз­вра­ще­ние в мона­стырь будет регла­мен­ти­ро­ваться спе­ци­аль­ными пра­ви­лами?
  3. Ска­зы­ва­ется ли отступ­ле­ние от вто­ро­сте­пен­ных правил (таких как 18 пра­вило VII Все­лен­ского Собора) на духов­ной жизни мона­стыря?
  4. Частое палом­ни­че­ство и отпуск мона­хов, исполь­зу­е­мый для палом­ни­че­ских целей, служит укреп­ле­нию веры или явля­ется пово­дом для ослаб­ле­ния мона­ше­ской дис­ци­плины?
  5. Нет ли необ­хо­ди­мо­сти про­пи­сать пра­вила мона­ше­ского пове­де­ния с учетом совре­мен­ных реалий и неожи­дан­ных соблаз­нов (напри­мер, строго запре­тить про­смотр каких-либо филь­мов или – без край­ней необ­хо­ди­мо­сти – поль­зо­ва­ние интер­не­том)? Послед­ний вопрос актуа­лен для мона­сты­рей мис­си­о­нер­ского типа, в кото­рых не соблю­да­ется стро­гий устав, а монах может быть предо­став­лен сам себе в боль­шей чем полезно сте­пени.

2. Послу­ша­ние (ὑπακοή)

Второй мона­ше­ский обет — послу­ша­ние, отре­че­ние от своей воли, кото­рое осно­вы­ва­ется на при­зыве Спа­си­теля: «Тогда Иисус сказал уче­ни­кам Своим: если кто хочет идти за Мною, отверг­нись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф. 26, 24).

Учение о послу­ша­нии стало клю­че­вым в мона­ше­ской тра­ди­ции: «Сказал снова: монах, кото­рый постится, нахо­дясь под руко­вод­ством духов­ного отца, но не имеет послу­ша­ния и сми­ре­ния, тако­вой не при­об­ре­тет ни одной доб­ро­де­тели (μὴ ἔχων ὑπακοὴν καὶ ταπείνωσιν, ὁτοιοῦτος οὐδεμίαν ἀρετὴν οὐ μὴ κτήσηται), и не знает, что есть монах»37.

C самого начала мона­ше­ства устав прп. Пахо­мия тре­бо­вал без­услов­ного послу­ша­ния старцу моло­дого инока, кото­рый без раз­ре­ше­ния старца ничего не мог сде­лать: ни сту­пить шагу, ни ска­зать слова, ни сорвать трост­нику с земли, ни про­тя­нуть руку к пище прежде его38: Когда голос трубы при­зы­вает в цер­ков­ное собра­ние, каждый немед­ленно выхо­дит из своей келлии, так что зани­ма­ю­щийся пись­мом бро­сает писать на том месте, где застает призыв, не смея окон­чить нача­той буквы39. Монахи прп. Пахо­мия «были готовы к послу­ша­нию и не при­ла­гать волю сердца ни к чему, дабы пло­до­но­сить Богу»40.

По мона­ше­ским пра­ви­лам свт. Васи­лия Вели­кого монах должен про­яв­лять послу­ша­ние Богу («ибо нет ничего дра­го­цен­нее послу­ша­ния Богу» (Τῆς γὰρ πρὸς Θεὸν ὑπακοῆς οὐδὲν προτιμότερον41), игу­мену (по «закону послу­ша­ния и бла­го­под­чи­не­ния» ὁ τῆς ὑπακοῆς καὶ εὐπειθείας ὅρος42) и друг другу. Гораздо спа­си­тель­нее не руко­во­дить, а слу­шаться всех: «Не впадет в гнев тот, кто «не при­ни­мает послу­ша­ние других, но сам при­го­тав­ли­ва­ется к послу­ша­нию, считая, что все пре­вос­хо­дят его»43.

У прп. Фео­дора Сту­дита содер­жится учение о послу­ша­нии как о пра­виле мона­ше­ской обще­жи­тель­ной жизни: монах – это тот, кто, «отла­гая всякое непо­слу­ша­ние и пленяя всякий помы­сел в послу­ша­ние Хри­стово, живет по общему закону брат­ства и имеет всегда само­уко­ре­ние»44.

Из двух типов послу­ша­ния – с рас­суж­де­нием или без рас­суж­де­ния (фор­му­ли­ровка из жития аввы Доси­фея) – стро­гое мона­ше­ское послу­ша­ние ближе ко вто­рому, харак­тер­ный пример кото­рого содер­жится в житии св. Акакия, кото­рый в тече­нии 9 лет при жизни вплоть до смерти и даже во гробе (!) ока­зы­вал абсо­лют­ное послу­ша­ние своему нера­зум­ному и жесто­кому старцу. «Пришли оба в усы­паль­ницу и как у живого чест­ной старец спро­сил у умер­шего: “Брат Акакий, ты умер?” А он тотчас отве­тил: “Как, отче, можно, чтобы умер чело­век – дела­тель послу­ша­ния?”»45

В собор­ных пра­ви­лах име­ются два осно­во­по­ла­га­ю­щие пра­вила для монаха: о послу­ша­нии епи­скопу (а значит, в его лице всей Церкви) и о послу­ша­нии игу­мену-вос­при­ем­нику при вступ­ле­нии в мона­стырь. Хотя первое из них вроде бы не имеет пря­мого отно­ше­ния к послу­ша­нию внутри мона­стыря, тем не менее оно тоже очень важно, поскольку есте­ственно, чтобы глава мона­стыря, игумен, был в послу­ша­нии у главы Церкви епи­скопа, через что монахи, несмотря на свою неот­мир­ность и ина­ко­вость, встра­и­ва­ются в иерар­хию: епи­скоп-игумен-монах.

При­ве­дем текст этих правил. На Хал­ки­дон­ском Cоборе было ука­зано на необ­хо­ди­мость послу­ша­ния мона­хов епи­ско­пам и цер­ков­ным пред­пи­са­ниям (4 пра­вило46):

«Мона­ше­ству­ю­щие же, в каждом граде и стране, да будут в под­чи­не­нии у епи­скопа, да соблю­дают без­мол­вие, да при­ле­жат токмо посту и молитве, без­от­лучно пре­бы­вая в тех местах, в кото­рых отрек­лись от мира, да не вме­ши­ва­ются ни в цер­ков­ные, ни в житей­ские дела, и да не при­ем­лют в них уча­стия, остав­ляя свои мона­стыри: разве токмо когда будет сие поз­во­лено епи­ско­пом града, по необ­хо­ди­мой надоб­но­сти»47. Данное пра­вило уси­ли­ва­ется 8‑м48 и 18‑м пра­ви­лами IV Все­лен­ского Собора49 вместе с 34‑м пра­ви­лом VI Все­лен­ского (Трулль­ского) Собора, кате­го­ри­че­ски запре­ща­ю­щими мона­хам какую бы то ни было вне­цер­ков­ную или око­ло­цер­ков­ную пар­тий­ность («ско­пища») и уча­стие в интри­гах против цер­ков­ного началь­ства или собра­тьев50.

На Дву­крат­ном Cоборе 867 г. послу­ша­ние игу­мену или вос­при­ем­нику было названо абсо­лют­ным усло­вием для вступ­ле­ния в мона­ше­скую жизнь (2 пра­вило), при том что сам игумен обязан соче­тать в себе высо­чай­шие досто­ин­ства муд­рого и люб­ве­обиль­ного пас­тыря, опыт­ного врача и снис­хо­ди­тель­ного настав­ника (3 пра­вило):

«Отнюдь никого не спо­доб­ляти мона­ше­скаго образа, без при­сутcтвия при сем лица, дол­жен­ству­ю­щаго прияти его себе в послу­ша­ние, и имети над ним началь­ство и вос­при­яти попе­че­ние о душев­ном его спа­се­нии. Сей да будет муж Бого­лю­би­вый, началь­ник оби­тели, и спо­соб­ный спасти душу ново­при­во­ди­мую ко Христу»51.

«Если какой насто­я­тель мона­стыря под­чи­нен­ных себе мона­хов, убе­га­ю­щих, не взыщет с вели­ким тща­нием, или, найдя, не вос­при­и­ем­лет, и не потру­дится при­лич­ным и недугу соот­вет­ству­ю­щим вра­чев­ством вос­ста­но­вить и укре­пить пад­шего, такого святой собор опре­де­лил под­вер­гать отлу­че­нию от таинств»52.

Данные пра­вила явля­ются клю­че­выми для после­ду­ю­щей мона­ше­ской тра­ди­ции, хотя они есте­ственно пред­по­ла­гают тож­де­ство между игу­ме­ном и духов­ни­ком, что на прак­тике далеко не всегда осу­ще­ствимо. Прямой смысл 3 пра­вила состоит в том, что в обзан­но­сти игу­мена входит розыск и воз­вра­ще­ние сбе­жав­ших из мона­стыря мона­хов. Однако, при духов­ной интер­пре­та­ции дан­ного пра­вила его можно было рас­про­стра­нить и на игу­мен­ское душе­по­пе­че­ние в целом.

Также согласно 17 пра­вилу VII Все­лен­ского Собора мона­хам без послу­ша­ния игу­мену и доста­точ­ных средств было запре­щено созда­вать новые молит­вен­ные дома53. Это пра­вило, кото­рое не огра­ни­чи­вает мона­ше­скую ини­ци­а­тиву, но раз­ре­шает ее реа­ли­зо­вы­вать на основе послу­ша­ния. Не только стро­и­тель­ство нового мона­стыря, скита или храма, но и просто посе­ще­ние в край­нем случае дру­гого мона­стыря – cогласно 21 пра­вилу VII Все­лен­ского Собора с крат­ко­сроч­ным (чаще) или дол­го­сроч­ным (реже) пре­бы­ва­нием там, может осу­ществ­ляться только по послу­ша­нию54. А пред­ше­ству­ю­щее поло­же­ние по тому же самому вопросу было еще строже: монахи могли поки­дать свой мона­стырь только в сопро­вож­де­нии и то только в тече­ние све­то­вого дня с запре­том ноче­вать где бы то ни было за пре­де­лами своего мона­стыря55. Cогласно же 4 пра­вилу Дву­крат­ного собора монахи не имеют право менять свой мона­стырь, если только не по осо­бому бла­го­сло­ве­нию епи­скопа56.

В пра­ви­лах Все­лен­ских Собо­ров отра­жен разный статус город­ского и пустын­но­жи­тель­ного мона­ше­ства: оди­чав­ший пустын­ник должен или вер­нуться из города в пустыни, или поме­нять свой облик и инте­гри­ро­ваться в жизнь город­ских мона­сты­рей (42 пра­вило Трулль­ского Собора57). Хотя данное пра­вило дословно непри­ме­нимо, поскольку корот­кие при­чески вышли из мона­ше­ского упо­треб­ле­ния, оно под­чер­ки­вает необ­хо­ди­мость про­яв­лять послу­ша­ние мона­стыр­скому уставу не только в вели­ком, но и в малом. А 23 пра­вило IV Все­лен­ского Собора ука­зы­вает, что блуж­да­ю­щие по Кон­стан­ти­но­полю монахи, отлу­чен­ные от при­ча­стия своим епи­ско­пом, должны быть воз­вра­шены в свои мона­стыри58.

В 113 пра­виле Треб­ника под именем свт. Васи­лия Вели­кого ука­зы­ва­ется: «Ибо гово­рит Вели­кий Васи­лий: если некий монах каким-либо рече­нием про­ти­вится своему игу­мену, или старцу, или своему духов­ному отцу, ока­зы­ва­ется как про­тив­ник Богу (ἀντίδικος τῶ Θεῶ). Ибо лучше согре­шить пред Богом, чем перед одним из тако­вых»59. Прин­цип «послу­ша­ния пре­выше поста и молитвы» при­ме­ни­тельно к Богу всту­пает в реши­тель­ное про­ти­во­ре­чие с прин­ци­пом послу­ша­ния запо­ве­дям Божиим и воле Божией. Тем не менее, он пре­сле­дует благую цель – под­черк­нуть абсо­лют­ное зна­че­ние послу­ша­ния для монаха, кото­рый ока­зы­вая непо­слу­ша­ние людям, грешит перед Богом. Можно его пере­фор­му­ли­ро­вать и по-дру­гому: грех непо­слу­ша­ния один из тяже­лей­ших грехов, зна­чи­тельно более опасный,чем многие осталь­ные грехи, осо­бенно для монаха.

Воз­ни­кает ряд серьез­ней­ших вопро­сов:

  1. Имеет ли послу­ша­ние вре­мен­ный (напри­мер, вплоть до смерти своего старца) или посто­ян­ный харак­тер?60
  2. Cлу­шаться ли всегда духов­ных отцов или, при их отсут­ствии или недо­ста­точ­ной под­го­тов­лен­но­сти, доста­точно послу­ша­ния свя­то­оте­че­ским сове­там, почерп­ну­тым из книг? 61
  3. Тож­де­ственно ли послу­ша­ние свя­тому духов­ному старцу и послу­ша­ние-под­чи­не­ние мона­стыр­ским уста­вам и пра­ви­лам?
  4. Имеет ли право монах на непо­слу­ша­ние Церкви, если он полу­чает ука­за­ние делать то, с чем не согласна его совесть?
  5. Не явля­ется ли учение о послу­ша­нии хоро­шей почвой для мла­до­стар­че­ства, пре­ле­сти и прочих под­во­хов в духов­ной жизни?
  6. Можно ли точно опре­де­лить раз­ницу между послу­ша­нием монаха своему духов­нику и миря­нина? Эта раз­ница опре­де­ля­ется объ­е­мом послу­ша­ния или самим харак­те­ром послу­ша­ния?
  7. Нужно ли искать свя­того духов­ника или жить по при­меру прп. Акакия?
  8. И более широ­кий вопрос: В какой мере свя­то­оте­че­ское учение о послу­ша­нии при­ме­нимо сего­дня? Если при­ме­нимо не пол­но­стью, то воз­ни­кает ряд чрез­вы­чайно важных и непро­стых вопро­сов: в какой мере изме­не­ния допу­стимы c кано­ни­че­ской и аске­ти­че­ской точки зрения?

3. Бед­ность (πτωχεία), нес­тя­жа­ние (ἀκτημοσύνη)

Из всех мона­ше­ских обетов нес­тя­жа­ние – самый непро­стой обет, поскольку в связи с раз­ными типами орга­ни­за­ции мона­ше­ской жизни (стро­гое обще­жи­тие, скит, особ­но­жи­тие) воз­ни­кали разные ситу­а­ции, иногда спо­соб­ство­вав­шие появ­ле­нию и пере­даче по наслед­ству мона­ше­ской соб­ствен­но­сти62. Однако в целом свя­то­оте­че­ская тра­ди­ция под­чер­ки­вает без­услов­ный харак­тер обета нес­тя­жа­ния.

У Антиоха Монаха встре­чаем мысль о том, что нес­тя­жа­ние абсо­лютно необ­хо­димо для монаха: «Искрен­нее нес­тя­жа­ние пока­зы­вает житель­ство монаха»63. По крат­кой фор­муле Д. Пет­ра­ка­киса, монах без соб­ствен­но­сти всту­пал в мона­стырь и без соб­ствен­но­сти должен был оста­ваться в нем. Визан­тий­ский кано­нист Иоанн Зонара писал о нес­тя­жа­нии как о есте­ствен­ном состо­я­нии монаха-мерт­веца для мира: «Сопри­чис­лив­шие себя мона­ше­скому житию счи­та­ются как умер­шие для жизни. Как умер­шие ничего не имеют, так и от мона­ше­ству­ю­щих пра­вило тре­бует ничего не иметь»64.

Нес­тя­жа­ние было непи­сан­ным зако­ном древ­него мона­ше­ства, когда только по раз­ре­ше­нию игу­мена раз­ре­ша­лось иметь что-то мало­зна­ча­щее в келье65. В при­ло­же­ниях к житиям прп. Пахо­мия повест­ву­ется и о том, что прп. Пахо­мий при­ка­зал мона­хам, усла­див­шимся кра­со­той ново­по­стро­ен­ной часовни, раз­ру­шить ее. Таким обра­зом, не полезно не только соб­ствен­ное, но и сов­мест­ное имение, или даже храм, если он пре­льщает душу. Также есте­ственно непо­лезна и рос­кошь в любых своих про­яв­ле­ниях, что под­твер­жда­ется после­ду­ю­щим 45‑м пра­ви­лом VI Все­лен­ского Собора66.

Есте­ствен­ное след­ствие нес­тя­жа­ния заклю­ча­лось в том, что монахи отка­зы­ва­лись от достав­ше­гося им по случаю наслед­ства67. «Сказал снова авва Кас­сиан, что был некий монах, живший в пещере в пустыне. И было открыто ему род­ствен­ни­ками по плоти, что отец его тяжело неду­гует и соби­ра­ется уме­реть, прииди, чтобы уна­сле­до­вать ему. Он же отве­тил им: я прежде него умер для мира. Мерт­вый живому не насле­дует»68.

По учению свт. Васи­лия Великого,подвижник при­зван к тому, чтобы «выпол­нить еван­гель­скую меру нес­тя­жа­ния» (τῆς ἀκτημοσύνης τὸ εὐαγγελικὸν ἐκπληροῖ μέτρον)69. В обще­жи­тии «каждая часть всего явля­ется общей для всех» (Ὧν ἕκαστον κοινὸν πάντων ἐστίν)70.

Прп. Феодор Студит резю­ми­ро­вал мона­ше­ское нес­тя­жа­ние: это — «cов­мест­ная соб­ствен­ность, или лучше, иными сло­вами, не иметь ничего и иметь все, люб­ве­обиль­ное ко всем рас­по­ло­же­ние, от плот­ских роди­те­лей, бра­тьев и срод­ни­ков отчуж­де­ние»71.

Собор­ные пра­вила, каса­ю­щи­еся мона­ше­ского нес­тя­жа­ния, можно раз­де­лить на две группы. К первой отно­сятся те, где монахи упо­ми­на­ются наряду с епи­ско­па­том и белым духо­вен­ством, ко второй – спе­ци­фи­че­ски мона­ше­ское зако­но­да­тель­ство.

На Хал­ки­дон­ском Cоборе кли­ри­кам и мона­хам было запре­щено посред­ни­чать во взят­ках за хиро­то­нию72, «брать на откуп имения и рас­по­ря­жаться мир­скими делами»73, что по сути дела озна­чало, что монах, как и клирик, имел право зани­маться только тем, что полезно для Церкви, и не пре­сле­до­вать ника­ких своих личных целей. А на VII Все­лен­ском Соборе кли­ри­кам и мона­хам было запре­щено при­сва­и­вать себе мона­стыри и исполь­зо­вать их не по назна­че­нию74.

Импе­ра­тор Юсти­ниан75 в 5 и 123 новел­лах ясно уста­но­вил норму мона­ше­ского нес­тя­жа­ния, чтобы после пострига все имение было пере­дано мона­стырю76:

«Если кто-нибудь, еди­но­жды посвя­тив себя и удо­сто­ив­шись пострига, затем захо­чет уда­литься из мона­стыря и избрать част­ную жизнь, пусть он знает, какой за это даст ответ Богу, а все, что имеет, когда он всту­пил в мона­стырь, все сие будет во вла­де­нии мона­стыря, и сове­решнно ничего он с собой не возь­мет»77

«И уже не будет гос­по­ди­ном их ника­ким обра­зом» (καὶ οὐκ ἔσταικύριος αὐτῶν οὐκ ἔτι κατ’ οὐδένα τρόπον).78

«Ника­кой (монах) да не имеет cовер­шенно ничего своего, но в общем житии да пре­бы­вает день и ночь» (μηδένα μέντοι παντελῶς ἴδιον ἔχεινμηδέν,ἀλλ’ ἐν κοινῷ ζῆν νύκτωρ τε καὶ μεθ’ ἡμέραν)79.

Наи­бо­лее клю­че­вым и авто­ри­тет­ным цер­ков­ным пра­ви­лом по поводу мона­ше­ского нес­тя­жа­ния явля­ется 6‑е пра­вило Дву­крат­ного собора 867 г.: «Монахи не должны иметь ничего своего, но все им при­над­ле­жа­щее да утвер­жда­ется за мона­сты­рем… После вступ­ле­ния в мона­ше­ство над всем их иму­ще­ством имеет власть мона­стырь, и им не раз­ре­шено рас­по­ря­жаться ни о чем своем, ни заве­щать»80. У «монаха, пора­бо­щен­ного стра­стью любо­с­тя­жа­ния», эти блага должны были быть отняты игу­ме­ном, про­даны в при­сут­ствии многих и раз­даны бедным81.

Тем не менее, суще­ство­вали разные под­ходы к домо­на­ше­ской соб­ствен­но­сти монаха. Визан­тий­ский кано­нист Феодор Валь­са­мон писал: «То, что доб­ро­вольно при­не­сено некими в мона­стырь, достав­ше­еся им от роди­те­лей или откуда-нибудь, неотъ­ем­лемо от мона­стыря, оста­нется ли в мона­стыре при­нес­ший это или уйдет»82.

А зако­но­да­тель древ­него мона­ше­ства св. Кас­сиан Рим­ля­нин объ­яс­нял при­чины обрат­ного под­хода, когда соб­ствен­ность всту­па­ю­щих в обще­жи­тие не насле­ду­ется обще­жи­тием: во-первых, чтобы мона­стырь не считал, что тот, чей дар принят, не равен более бедным членам обще­жи­тия; и, во-вторых, чтобы, если монах не сможет остаться, он не пытался бы забрать свою соб­ствен­ность. Но даже такие высо­кие мотивы не могут оправ­дать то, что рас­хо­дится с иде­а­лом. «Зна­чи­мость этого пра­вила сего­дня нельзя под­твер­дить. А прак­тика первых обще­жи­тий сви­де­тель­ствует об обрат­ном»83.

Впо­след­ствии и в госу­дар­ствен­ном, и в цер­ков­ном зако­но­да­тель­ствах Визан­тии фор­му­ли­ро­ва­лись разные, иногда более мягкие, нормы, кото­рые тем не менее не могли затро­нуть суть мона­ше­ского зако­но­да­тель­ства. Так, при импе­ра­торе Льве Мудром VI (885–910) появи­лись более законы, поз­во­ля­ю­щие мона­хам рас­по­ря­диться своим наслед­ством во многом по своему усмот­ре­нию84, что стало отправ­ной точкой для мона­ше­ской идио­рит­мии.

В совре­мен­ной ситу­а­ции самые клю­че­вые вопросы, свя­зан­ные с мона­ше­ским нес­тя­жа­нием, сле­ду­ю­щие:

  1. Самый общий вопрос: Обла­дает ли вообще монах правом мате­ри­аль­ной соб­ствен­но­сти, а также имеет ли он право на интел­лек­ту­аль­ную соб­ствен­ность (как автор или редак­тор книг, или просто как обла­да­тель инфор­ма­ции)?
  2. Насколько соб­ствен­ность монаха, кото­рая при­об­ре­та­ется им по бла­го­сло­ве­нию или с ведома цер­ков­ного руко­вод­ства (напри­мер, машина), нару­шает обет о нес­тя­жа­нии?
  3. Как посту­пать монаху в случае, если он по неиз­беж­ным обсто­я­тель­ствам должен забо­титься о своих род­ствен­ни­ках и в том числе решать мате­ри­аль­ные вопросы и вопросы соб­ствен­но­сти со своим соб­ствен­ным уча­стием?
  4. Какой мак­си­маль­ный объем соб­ствен­но­сти для монаха стро­гого обще­жи­тель­ного мона­стыря?
  5. Нужно ли регла­мен­ти­ро­вать общую соб­ствен­ность обще­жи­тель­ных мона­сты­рей с тем, чтобы она не ста­но­ви­лась пред­ме­том соблазна для мирян (напри­мер, рос­кош­ное убран­ство архон­да­рика) и пр.?
  6. Нет ли опас­но­сти обмир­ще­ния монаха, если он внутри мона­стыря надолго или на всю жизнь погру­зится в реше­ние быто­вых и хозяй­ствен­ных вопро­сов?
  7. Если монах в силу цер­ков­ного послу­ша­ния ведет идио­рит­ми­че­ский образ жизни, в связи с чем теснее вза­и­мо­дей­ствует с миром (служа на при­ходе или зани­ма­ясь пре­по­да­ва­нием), суще­ствует ли для него воз­мож­ность вре­менно или посто­янно жить в миру (по осо­бому бла­го­сло­ве­нию) и в силу этого вла­деть опре­де­лен­ной соб­ствен­но­стью?
  8. Насколько вообще оправ­дан идио­рит­ми­че­ский образ жизни для монаха?

Выводы по 1 части

  1. Хотя три мона­ше­ские обета нико­гда не были пред­ме­том еди­ного зако­но­да­тель­ного акта, каждый из них под­твер­жда­ется общими и част­ными пра­ви­лами.
  2. Зако­но­да­тель­ство, каса­ю­ще­еся трех мона­ше­ских обетов, по сути дела состав­ляет клю­че­вую часть всего мона­ше­ского зако­но­да­тель­ства.
  3. Изме­не­ния и смяг­че­ния зако­но­да­тель­ства трудно объ­яс­нимы в свете свя­то­оте­че­ской стро­го­сти.
  4. Суще­ствуют, однако, край­но­сти зако­но­да­тель­ства – как, напри­мер, с послу­ша­нием игу­мену, кото­рое пре­выше послу­ша­ния Богу – кото­рые ока­зы­ва­ются совер­шенно недо­пу­сти­мыми, осо­бенно в век оску­де­ния духо­нос­ных людей.
  5. Разные пра­во­вые модели реа­ли­за­ции одних и тех же мона­ше­ских обетов должны были бы побу­дить к более точным фор­му­ли­ров­кам и раз­гра­ни­че­ниям между пра­вами и обя­зан­но­стями внутри каж­дого из трех окон­ча­тельно сфор­ми­ро­вав­шихся во втором тыся­че­ле­тии мона­ше­ских чинов.

II. Бого­слов­ское содер­жа­ние

Мона­ше­ский постриг имеет глу­бо­чай­шее бого­слов­ское содер­жа­ние. C одной сто­роны, он ука­зы­вает на смерть, а с другой, озна­чает второе рож­де­ние. Неда­ром он мно­гими отцами и авто­рами срав­ни­ва­ется со вторым кре­ще­нием. Обеты мона­ше­ства – это повто­ре­ние, со зна­чи­тельно боль­шей силой, того отре­че­ния, кото­рое дава­лось при кре­ще­нии85. В част­но­сти, Иоанн Оксит (XIXII в.) пишет: «Свя­щен­ный обряд мона­хов – по подо­бию свя­того кре­ще­ния, состо­я­щий в отре­че­ниях и пред­пи­са­ниях, зна­чи­тельно более труд­ных и страш­ных, кото­рый боже­ствен­ные наши отцы назвали вторым кре­ще­нием, обнов­ля­ю­щим первое»86. В фор­муле «отре­че­ния и пред­пи­са­ния» легко узна­ются мона­ше­ские обеты, не только под­твер­жда­ю­щие, но и зна­чи­тельно углуб­ля­ю­щие обе­ща­ния, данные при кре­ще­нии87.

Мона­ше­ство пока­зы­вает эсха­то­ло­ги­че­ский предел всего: «Вся все­лен­ная … в подвиж­ни­че­ском, то есть мона­ше­ском, образе жизни опре­де­лила конец спа­се­ния» (ἐν τῇ ἀσκητικῇ ἤτοι μοναχικῇ διαγωγῇ καὶ πολιτείᾳ τὸ τέλος τῆς σωτηρίας ὡρίσατο), и в то же самое время отра­жает в себе тво­ре­ние мира и чело­века.

В 5‑м посла­нии афон­ским мона­хам о смысле мона­ше­ской схимы свт. Симеон Фес­са­ло­ни­кий­ский пишет о мона­ше­ском постриге как о вос­со­зда­нии пер­во­здан­ного состо­я­ния. Затем он про­во­дит подроб­ную парал­лель между Адамом и мона­хом. Они «совер­шенны», один из них «наг», а другой «нес­тя­жа­те­лен». «Тот собе­сед­ник с Богом и созер­ца­тель блага, и сие непре­стан­ное дело монаха – беседа с Богом» (Ὁμιλητὴς ἐκεῖνος Θεοῦ καὶ τοῦ καλοῦ θεωρός• καὶ τοῦτο ἔργον μοναχοῦ ἀκατάπαυστον, ἡ τοῦ Θεοῦ ὁμιλία.) «Делати и хра­нити – деяние было дано (Адаму) от начала. Это заня­тие свой­ственно и мона­хам: испол­нять Божие и хра­нить Божие и помыш­лять о Боге и носить в себе Бога и быть нераз­луч­ным с Богом». В какой-то сте­пени монах ока­зы­ва­ется выше Адама, поскольку он воз­де­лы­вает не только данный Богом рай, но вме­щает в себе самого Бога.

Далее свт. Симеон пишет о кар­ди­наль­ных раз­ли­чиях между павшим Адамом и мона­хом. Гре­хо­па­де­ние Адама – это прямая анти­теза мона­ше­скому постригу. Он пишет о бед­но­сти и скор­бях, как пре­одо­ле­нии удо­воль­ствия; цело­муд­рии как анти­поде отвер­же­ния чистоты Адамом; послу­ша­нии – как об анти­поде непо­слу­ша­ния и омра­че­ния:

«Удо­воль­ствие и страст­ная любовь к славе – при­чина пер­вого паде­ния; сему про­ти­во­по­ло­жен постриг (схима), про­воз­гла­ша­ю­щий труды и скорби, сми­рен­но­муд­рие и уни­чи­же­ние с бед­но­стью.

Чистоты и дев­ства уни­что­же­ние – паде­ние Адама; корень и начало схимы –дев­ство, чистота и обе­ща­ние цело­муд­рия.

Пре­ступ­ле­ние при­вело к без­об­ра­зию перед Богом, бег­ству от Бога, стыду и попытке скрыться от Него; схима – при­чина неза­бвен­ной Боже­ствен­ной памяти и еди­не­ния с Богом и к Нему дерз­но­ве­ния и храб­ро­сти.

Пре­слу­ша­ние – при­чина омра­че­ния, обна­же­ния, смерти и уни­что­же­ния; Боже­ствен­ная схима – пода­тель про­све­ще­ния, славы Божией, жизни и усво­е­ния, и как уни­что­жа­ю­щее все, что про­ис­хо­дит от пре­ступ­ле­ния, и исправ­ля­ю­щее чело­века».

Инте­ресно, что если по дан­ному бого­слов­скому отрывку сде­лать вывод о после­до­ва­тель­но­сти мона­ше­ских обетов, что полу­чится сле­ду­ю­щий вари­ант: бед­ность, цело­муд­рие, молитва, послу­ша­ние. Таким обра­зом в бого­сло­вии мона­ше­ских обетов появ­ля­ется «чет­вер­тый обет» — по выра­же­нию свт. Игна­тия Брян­ча­ни­нова – обет о молитве, кото­рый явля­ется внут­рен­ней потреб­но­стью монаха, выхо­дя­щей за пре­делы какого-либо зако­но­да­тель­ства (литур­ги­че­ские и устав­ные ука­за­ния вне пре­де­лов дан­ного доклада) – подобно тому как при нали­чии пред­пи­са­ний о вку­ше­нии пищи излишни пред­пи­са­ния о частот­но­сти дыха­ния. «Молиться сле­дует более, чем дышать», — по кры­ла­тому изре­че­нию свт. Гри­го­рия Бого­слова.

Отре­че­ние

В пер­во­на­чаль­ном смысле отре­че­ние — сино­ним воз­дер­жа­ния, а сами мона­ше­ские обеты – это тоже начало пути (как воз­дер­жа­ние от зла) к при­об­ре­те­нию доб­ро­де­те­лей88.

Прп. авва Доро­фей писал о мона­ше­ском отре­че­нии: «Будем жить в соот­вет­ствии с нашей схимой, как ска­зали отцы, дабы не носить чуждую схиму, но подобно тому как мы оста­вили вели­кое, так оста­вим и малое, мы оста­вили мир, оста­вим и при­стра­стия к нему»89. Эта про­стая и совер­шенно есте­ствен­ная для мона­ше­ства мысль явля­ется той малой солью, кото­рая оса­ли­вает и жизнь мона­ше­ства и мона­ше­ское зако­но­да­тель­ство, кото­рое в отрыве от свя­то­оте­че­ской тра­ди­ции может пока­заться слиш­ком фор­маль­ным и сухим.

Отре­че­ние – это не только момент при­не­се­ния мона­ше­ских обетов, но и посто­ян­ное состо­я­ние духов­ной брани. В Аре­о­па­гит­ском кор­пусе гово­рится об отре­че­нии от помыс­лов как о сред­стве, кото­рое дово­дит до совер­шен­ства «любо­муд­рие мона­хов»90.

Отре­че­ние озна­чает не пустоту, а пол­ноту: вместо отверг­ну­того мира монах должен напол­нить себя Боже­ствен­ной муд­ро­стью.

В новел­лах импе­ра­тора Юсти­ни­ана нахо­дим: «Подо­бает мона­хам делать двой­ное дело: или зани­маться Боже­ствен­ными Писаниями,или подо­ба­ю­щим мона­хам дела­нием, кото­рое при­нято име­но­вать руко­де­лием, заня­ти­ями и трудом. Ибо мысль, в пустоте пре­бы­ва­ю­щая, не сможет поро­дить ничего хоро­шего»91.

1. Дев­ство

Цело­муд­рие и дев­ство явля­ются пер­выми инстру­мен­тами для отре­че­ния от мира. По выра­же­нию св. Симеона Столп­ника из гимна мона­ше­ству: Подобно непо­роч­ному голубю «монах через цело­муд­рие – тот, кто отрекся от земных вещей»92.

Настав­ляя братию один из родо­на­чаль­ни­ков пале­стин­ского мона­ше­ства прп. Евфи­мий учил о том, что цело­муд­рие наряду с раз­мыш­ле­нием, рас­суж­де­нием и послу­ша­нием по Богу явля­ется ору­жием монаха93.

Цело­муд­рие явля­ется и тем, что пере­да­ется по духов­ному наслед­ству от одного мона­ше­ского поко­ле­ния к дру­гому – конечно, на инди­ви­ду­аль­ном уровне. «Доброе насле­дие монаха – цело­муд­рие и свя­тость. Тот, кто вне их, лиша­ется насле­дия Отцов»94, — из уве­ща­ний к мона­хам прп. Ефрема Сирина.

Самое иде­аль­ное время жизни для изу­че­ния цело­муд­рия – юность. «Юный монах да укреп­ля­ется в цело­муд­рии, пре­зи­рая тще­сла­вие»95.

В учении о цело­муд­рии можно выде­лить добрую гор­дость или славу, кото­рую при­об­ре­тает тот, кто вла­деет этой доб­ро­де­те­лью («Цело­муд­рие монаха воз­вы­сит главу его, посреди многих про­сла­вит ее»96), и исклю­чи­тель­ное сми­ре­ние, кото­рое должно при­ве­сти к смерти.

Есте­ственно, что доб­ро­де­тель­ные хри­сти­ане на пути к мона­ше­ству или просто в своей хри­сти­ан­ской жизни дости­гают и хранят эту доб­ро­де­тель97. Авва Даниил пове­лел похо­ро­нить дщерь вместе с отцами за ее глу­бо­кое цело­муд­рие98. «Она амма моя и ваша. Она умерла о цело­муд­рии».

2. Послу­ша­ние

Доб­ро­де­тель послу­ша­ния, в отли­чие от цело­муд­рия, появ­ля­ется исклю­чи­тельно в хри­сти­ан­ской мона­ше­ской тра­ди­ции99.

В апоф­тег­мах опре­де­ле­ние монаха начи­на­ется с послу­ша­ния: «Сказал старец: жизнь монаха есть: послу­ша­ние, раз­мыш­ле­ние, не осуж­дать, не кле­ве­тать, не роп­тать… Все совер­шать в рас­суж­де­нии, — в этом монах»100.

Послу­ша­ние монаха старцу – такое же как абсо­лют­ное послу­ша­ние вет­хо­за­вет­ных пра­вед­ни­ков Богу. Жерт­во­при­но­ше­ние Исаака повто­ря­ется в сюжете одной из апоф­тегм:

«Пришел неко­гда некто из Фивей­цев к авве Сысою с жела­нием стать мона­хом. И спро­сил его старец, имеет ли он кого-нибудь в мире. Он же отве­тил: Имею одного сына. И гово­рит ему старец: Пойди, брось его в реку и тогда ста­нешь мона­хом. А когда он отпра­вился бро­сить его, послал старец брата поме­шать ему. Гово­рит брат: Оста­но­вись, что тво­ришь? Он же сказал: Старец сказал мне бро­сить его. Гово­рит брат: Но снова сказал, не бросай его. И оста­вив его, пришел к старцу, и стал послуш­ни­ком-мона­хом за свое послу­ша­ние»101.

Наи­бо­лее близ­кие доб­ро­де­тели послу­ша­нию – сми­ре­ние, воз­дер­жа­ние: именно этими тремя доб­ро­де­те­лями пока­яв­шийся раз­бой­ник Давид пре­взо­шел всех других мона­хов, по опи­са­нию прп. Иоанна Мосха102. Послу­ша­ние невоз­можно без сми­ре­ния, что под­твер­жда­ется рече­нием из «Лествицы» о несов­ме­сти­мо­сти гор­до­сти, анти­пода сми­ре­ния, и послу­ша­ния: «Кипа­рис не скло­ня­ется, чтобы сте­литься по земле, и высо­ко­ум­ный монах не при­об­ре­тет послу­ша­ние»103.

В идеале послу­ша­ние – это не только зави­си­мость одного от дру­гого, но и равен­ство, что нашло отра­же­ние в фор­муле из апоф­тегм, уста­нав­ли­ва­ю­щей отно­ше­ния между чело­ве­ком и Богом: «Сказал снова: послу­ша­ние вместо послу­ша­ния. Если кто слу­ша­ется Бога, Бог слу­ша­ется его»104.

Прп. Симеон Столп­ник про­по­ве­до­вал собрав­шимся вокруг мона­хам о том, чем монах должен гор­диться. Среди 13 тези­сов с под­чер­ки­ва­нием той или иной доб­ро­де­тели послу­ша­нию отве­дено третье место: «Гор­дость монаха – послу­ша­ние в добрых начи­на­ниях cо сми­рен­ным серд­цем, ибо в нем Гос­подь побе­дил смерть, став послуш­ным даже до смерти, смерти же крест­ной. Так и мы, братья, умерт­вим стра­сти и похоти плоти»105.

Данная мысль о доброй гор­до­сти в смерти крест­ной имеет парал­лели как в учении о цело­муд­рии – первом мона­ше­ском обете, так и в учении о нес­тя­жа­нии. Она про­дол­жа­ется и далее. В 10‑м тезисе ска­зано: «Гор­дость монаха умы­вать ноги всем бра­тьям и гово­рить Бла­го­слови».

И, нако­нец, в поуче­нии о мона­ше­ском послу­ша­нии у свт. Анто­ния III Сту­дита содер­жится мысль о том, что через послу­ша­ние и сми­ре­ние монах вос­хо­дит на небеса и всту­пает в беседу с Богом: «Через сми­ре­ние воз­вы­ситься и через бла­го­по­кор­ность взойти на небо… и в без­мол­вии и умом бесе­до­вать с Богом»106.

3. Бед­ность, нес­тя­жа­ние

Нес­тя­жа­ние – одна из глав­ных, исклю­чи­тельно мона­ше­ских, доб­ро­де­те­лей, сино­ним бег­ства и уда­ле­ния из мира107. Но бег­ство из мира, как вся жизнь хри­сти­а­нина, диа­лек­тично. Чем дальше монах бежит от мира, тем боль­шую он полу­чает силу над миром – только не земную, а духов­ную.

Мысль о том, что нес­тя­жа­ние – это вели­чай­шее сокро­вище и духов­ное гос­под­ство над миром — один из лейт­мо­ти­вов. Монах, живу­щий в нес­тя­жа­нии, вла­деет всем миром. У прп. Фео­дора Сту­дита, стро­жай­шего борца за стро­гость мона­ше­ских обетов, нахо­дим опре­де­ле­ние монаха как «вла­де­ю­щего миром через нес­тя­жа­ние»108. Также нес­тя­жа­ние – это еще и кра­сота: «Монах и с дет­ства, и в ста­ро­сти укра­ша­е­мый нес­тя­жа­нием…»109. По словам аввы Ипе­ри­хия: «Сокро­вище монаха – доб­ро­воль­ное нес­тя­жа­ние. Сокро­ви­ще­ствуй, брат, сокро­вище на небе, ибо бес­ко­нечны века упо­ко­е­ния»110.

Но, конечно, это богат­ство не от мира сего. В главах о любви прп. Максим Испо­вед­ник среди «дости­же­ний монаха» ставит нес­тя­жа­ние на первое место, в то время как «богат­ство» зани­мает первое место в жизни мир­ского чело­века111.

А у прп. Ефрема Сирина нахо­дим о том, что нес­тя­жа­ние состав­ляет гор­дость монаха: «Гор­дость монаху – тер­пе­ние в скор­бях, гор­дость монаху – нес­тя­жа­ние и сми­рен­но­муд­рие и про­стота, про­слав­ля­ю­щие его пред лицом Бога и анге­лов»112.

Выра­же­ние из гре­че­ского кор­пуса прп. Ефрема Сирина: «Бес­смерт­ная сила монаха – нес­тя­жа­ние, несу­щее крест. Страшно для мона­хов – среб­ро­лю­бие, закры­ва­ю­щее Цар­ствие Небес­ное»113.

Нес­тя­жа­ние и страх Божий – дра­го­цен­ное при­об­ре­те­ние на пути к Богу: в 22 посла­нии свт. Васи­лия Вели­кого о мона­ше­ском совер­шен­стве: «Подо­бает при­бли­жа­ю­ще­муся к Богу во всем обло­бы­зать нес­тя­жа­ние и при­гвоз­дить себя страху Божию»114.

Есте­ственно, что в текстах гре­че­ских отцов и визан­тий­ских духов­ных писа­те­лей экзо­ти­че­ские законы Льва Муд­рого прак­ти­че­ски не отра­зи­лись. Однако про­бле­ма­тика мона­ше­ской соб­ствен­но­сти, если она и появ­ля­лась, есте­ственно отра­жа­лась в вечно-неру­ши­мых фор­му­лах хри­сти­ан­ского аске­тизма: «Гор­дость монаха нес­тя­жа­ние. Если же он что при­об­рел, как не для самого себя» (Καύχημα μοναχοῦ ἡ ἀκτημοσύνη•εἰ δὲ κέκτηταί τι, μὴ ὡς δι’ ἑαυτόν)115.

Выводы по 2‑й части

Таким обра­зом, можно кон­ста­ти­ро­вать сле­ду­ю­щие общие черты в бого­сло­вии трех мона­ше­ских доб­ро­де­те­лей-обетов:

  1. Каждая из них явля­ется опре­де­ле­нием мона­ше­ской жизни по пре­иму­ще­ству.
  2. В это опре­де­ле­ние входит клю­че­вое поня­тие отре­че­ния.
  3. Каждая из этих доб­ро­де­те­лей как лише­ние цен­но­стей мира – жизни по своим удо­воль­ствиям, своей воли, богат­ства и своей соб­ствен­но­сти – при­во­дит к дости­же­нию под­лин­ных благ.
  4. Тем самым каждая из трех доб­ро­де­те­лей явля­ется пред­ме­том доброй духов­ной гор­до­сти.
  5. Каждая обо­зна­чает путь стра­да­ния, смерти, рас­пя­тия по при­меру Христа Спа­си­теля.
  6. В цепоч­ках доб­ро­де­те­лей они имеют как внут­рен­нюю вза­и­мо­связь, так и вза­и­мо­связь с дру­гими наи­бо­лее близ­кими мона­ше­ству доб­ро­де­те­лями, с одной сто­роны, с более прак­ти­че­скими – сми­ре­нием и воз­дер­жа­нием, а с другой – с более созер­ца­тель­ными – раз­мыш­ле­нием и рас­су­ди­тель­но­стью.

Общие выводы

  1. Хотя три мона­ше­ские обета в чистом виде содер­жатся в литур­ги­че­ских чинах Вели­кой и Малой схимы (и иногда в чине рясо­фора), кано­ни­че­ское право Церкви и бого­сло­вие (нрав­ствен­ное, дог­ма­ти­че­ское), а также их отблески в агио­гра­фии, исто­рии Церкви и других текстах, под­твер­ждают их орга­нич­ность всей цер­ков­ной мона­ше­ской тра­ди­ции и исклю­чи­тель­ную клю­че­вую роль как в доин­сти­ту­ци­о­наль­ный, так и в инсти­ту­ци­о­наль­ный период исто­рии мона­ше­ства.
  2. Кон­фликт между мона­хами-нес­тя­жа­те­лями и мона­хами-стя­жа­те­лями может носить больше иллю­зор­ный, чем реаль­ный харак­тер, если вспом­нить пример самого зако­но­да­теля мона­ше­ства свт. Васи­лия Вели­кого, кото­рый неспешно и рас­су­ди­тельно решал вопрос соб­ствен­ной соб­ствен­но­сти, или прп. Фео­дора Сту­дита, кото­рый в своем соб­ствен­ном имении на Олимпе устроил пер­во­на­чально мона­стырь.
  3. Стро­гое испол­не­ние мона­ше­ских обетов явля­ется наи­бо­лее труд­ным и одно­вре­менно легким путем для монаха.
  4. Мона­ше­ские обеты пра­виль­нее испол­нять в соче­та­нии с эле­мен­тами созер­ца­тель­ного подвиж­ни­че­ства, кото­рые особо были свой­ственны пер­во­на­чаль­ной мона­ше­ской тра­ди­ции.
  5. При вступ­ле­нии в мона­ше­ство сле­до­вало бы ввести в под­го­товку кан­ди­дата изу­че­ние цер­ков­ного права, бого­сло­вия и аске­тики.
  6. Во испол­не­ние этой задачи, а также для более твер­дого опре­де­ле­ния места и роли мона­ше­ства в совре­мен­ном мире сле­до­вало бы рас­смот­реть проект о состав­ле­нии пол­ного мона­шест­кого зако­но­да­тель­ства на данный момент при­ме­ни­тельно к совре­мен­ным реа­лиям рус­ского мона­ше­ства.
  7. И, нако­нец, учеб­ник по исто­рии, лите­ра­туре и бого­сло­вию мона­ше­ства стал бы также важным вспо­мо­га­тель­ным и эффек­тив­ным сред­ством для умень­ше­ния раз­рыва между свя­то­оте­че­ским под­хо­дом и цер­ков­ной кано­ни­кой и прак­ти­че­ской реа­ли­за­цией кано­нов в повсе­днев­ной жизни.

Пере­чис­лен­ные задачи в насто­я­щее время трудно испол­нимы. Для их реа­ли­за­ции сле­до­вало бы стре­миться и к тому, чтобы пра­виль­ное систе­ма­ти­че­ское духов­ное бого­слов­ское обра­зо­ва­ние было осо­бен­но­стью не только отдель­ных духов­ных школ или энту­зи­а­стов, но посте­пенно стало воз­рож­даться внутри мона­сты­рей. Подоб­ные начи­на­ния воз­можны лишь при созна­тель­ной под­держке мона­стыр­ского началь­ства, а также в стрем­ле­нии мона­хов к тому, чтобы в их жизни помимо молит­вен­ных, физи­че­ских и прочих трудов заняло пол­но­цен­ное место «чтение» – ведь «лик (свя­щен­ных) книг, — по выра­же­нию импе­ра­тора Юсти­ни­ана, — может испра­вить душу каж­дого (монаха)»116. Для древ­него мона­ше­ства чтение (lectio, ἀνάγνωσις) и заня­тия (μελέτη) были не отды­хом или особой при­ви­ле­гией, кото­рой можно было зани­маться в сво­бод­ное время, но важ­ней­шим эле­мен­том мона­ше­ской жизни.

Такое внут­рен­нее напол­не­ние мона­ше­ства могло бы при­ве­сти к боль­шему еди­но­ду­шию и к более созна­тель­ному испол­не­нию обетов.

Хотя тре­бо­ва­ние о том, чтобы мона­стыри пре­вра­ти­лись в уни­вер­си­теты, чрез­мерно, живой пример святых отцов, насле­дие кото­рых не исчер­пать ника­кими уни­вер­си­тет­скими шту­ди­ями, явля­ется при­зы­вом к живо­сти мысли, слова, а также особо ответ­ствен­ному отно­ше­нию к своему слу­же­нию.

Насколько мона­хам обще­жи­тия может не хва­тать духов­ного обра­зо­ва­ния, настолько мона­хам идио­ритма, кото­рыми по сути ока­зы­ва­ются так назы­ва­е­мые ака­де­ми­че­ские монахи, пре­по­да­ю­щие в духов­ных школах, не хва­тает стро­го­сти при­не­сен­ных ими мона­ше­ских обетов.

В резуль­тате вос­ста­нов­ле­ния тра­ди­ции созер­ца­тель­ного и уче­ного мона­ше­ства могло бы про­изойти зна­чи­тельно боль­шее вза­и­мо­по­ни­ма­ние и под­лин­ное вос­ста­нов­ле­ние всегда суще­ство­вав­шего сосед­ства — ὑπακοή и μελέτη.

Лите­ра­тура

  1. Сonciliorum Oecumenicorum Decreta / Gen. ed. G. Alberigo. Brepols, 2006.
  2. ΠετρακάκηςΔ. Οἱ μοναχικοὶ θεσμοὶ ἐν τῆ Ὀρθόξω Ἀνατολικῆ Ἐκκλησία. Τ. Α´. Ἐν Λειψἰα, 1907;
  3. De Meester P. De monachico statu juxta disciplinam byzantinam. Statuta selectis fontibus et commentariis instructa. Typis polyglottis Vaticanis,1942.
  4. Казан­ский П. С. Исто­рия пра­во­слав­ного мона­ше­ства на Востоке. 1854 (М, 2000);
  5. Инно­кен­тий (Беляев), архим. Постри­же­ние в мона­ше­ство. Опыт исто­рико-литур­ги­че­ского иссле­до­ва­ния обря­дов и чино­по­сле­до­ва­ний постри­же­ния в мона­ше­ство в Гре­че­ской и Рус­ской церк­вах до XVII в. вклю­чи­тельно. Вильна, 1899 (М., 2013).

При­ме­ча­ния:

1 Cв. импе­ра­тор Юсти­ниан. Новелла 123 (P. 669:31–670:1).
2 Πετρακάκης Δ. Οἱ μοναχικοὶ θεσμοὶ ἐν τῆ Ὀρθόξω Ἀνατολικῆ Ἐκκλησία. Τ. Α´. Ἐν Λειψἰα, 1907; De Meester P.De monachico statu juxta disciplinam byzantinam. Statuta selectis fontibus et commentariis instructa. Typis polyglottis Vaticanis, 1942. Cм. также: Frazee Ch. A. Late Roman and Byzantine Legislation on the Monastic Life from the Fourth to the Eighth Centuries // Church History 51. 3. 1982. P. 263–279.
3 Раз­де­ле­ние на вели­кую и малую схиму содер­жится в чине Копт­ской церкви, кото­рый сло­жился в период веро­учи­тель­ного един­ства с Визан­тий­ской (до 451 г.) под вли­я­нием послед­ней (De Meester 1942 [10, 1. P. 82]). В любом случае это раз­де­ле­ние точно суще­ство­вало в VIII в.: оно при­сут­ствует в древ­ней­шем кодексе визан­тий­ского эвхо­ло­гия Barber. Gr. 336, f. 354–502. В позд­ней Визан­тии раз­де­ле­ние на велико- и малос­хим­ни­ков обыч­ное. Ср. ответ о том, что малос­хим­ник может постричь вели­кос­хим­ника: «Вопрос: Может ли малос­хим­ный духов­ник постричь вели­кос­хим­ного монаха? Ответ: Это допус­ка­ется и нет ника­кого греха. Про­ис­хо­дит же повсюду» (Иоасаф Эфес­ский. Ответы на вопросы пре­сви­тера Геор­гия Драс­ини, 19).
4 Хотя в пред­ва­ри­тель­ном чине рясо­фора или просхимы, вве­ден­ном в кон. X-нач. XI в. ( DeMeester 1942 [10, 1. P. 83]), мона­ше­ские обеты в боль­шин­стве руко­пи­сей и в печат­ных текстах не при­во­дятся, по мнению Дэ Мээстра они или под­ра­зу­ме­ва­лись под имев­шими там место обря­дами или прямо про­из­но­си­лись.
5 Прп. Феодор Студит. Посл. 10 (=Прп. Феодор Студит.Завещание. P. 1820:35–37).
6 В сер. XIV в. свт. Гри­го­рий Палама в письме к иером. Павлу Асанию (Ἀσάνιον) писал (текст сохра­нился в руко­писи Вели­кой Лавры, цити­ро­вался прп. Нико­ди­мом Свя­то­гор­цем): «Сие есть вели­кая и мона­ше­ская схима. А малой мона­ше­ской схимы отцы не знали, и не пре­по­да­вали. Но неко­то­рые из позд­ней­ших решили одно раз­де­лить на два, но они не раз­де­лили по истине. Ибо ты най­дешь те же самые отре­че­ния и пред­пи­са­ния (τὰς αὐτὰς γὰρ ἀποταγὰς καὶ συνταγὰς εὑρήσεις ἀπ᾽ ἀμφοτέρων σκοπήσας), если посмот­ришь на оба». И далее ссылка на прп. Фео­дора Сту­дита (Цит. по: De Meester 1942. P. 83). Пат­ри­ар­ший собор при Кон­стан­ти­но­поль­ском пат­ри­архе Анто­нии (1389–1390) поста­но­вил: «Собор сказал, что поскольку эта мысль выво­дится не вопреки канону, ибо одна была прежде мона­ше­ская схима, а не две, нет необ­хо­ди­мость сле­до­вать экзе­ге­там, но канону» (Мануил Гедеон 24. Т. 1. Σ. 22).
7 Особо стро­гое мнение выска­зы­вал прп. Нико­дим Свя­то­го­рец (кон. XVII – нач. XVIII в.), кото­рый, обли­чая малос­хим­ных мона­хов, писал в «Руко­вод­стве для духов­ника», что их жизнь оправ­дана только с учетом стрем­ле­ния при­ня­тия совер­шен­ной вели­кой схимы. Для прп. Нико­дима Свя­то­горца пре­бы­ва­ние в малой схиме – это повод к духов­ной теп­лохлад­но­сти и без­от­вет­ствен­но­сти.
8 Ср. у Евста­фия, митр. Фес­са­ло­ни­кий­ского (ΧΙΙ в.), рас­суж­де­ние о трех мона­ше­ских состо­я­ниях и пер­вен­ству­ю­щей роли вели­кос­хим­ни­ков: Евста­фий Фес­са­ло­ни­кий­ский. Об исправ­ле­нии мона­ше­ской жизни 12:4–16.
9 В «Пове­сти вре­мен­ных лет» гово­рится об их вве­де­нии в Печерcкой лавре прп. Фео­до­сием.
10 При­не­сен­ные мона­ше­ские обеты имели допол­ни­тель­ные огра­ни­че­ния, как, напри­мер, неяде­ние мяса и пр.
11 Прп. Ефрем Сирин. Уве­ща­ние мона­хам (в алфа­вит­ном порядке). P. 345.
12 В докладе сде­лана крат­кая систе­ма­ти­за­ция правил Все­лен­ских и неко­то­рых Помест­ных Собо­ров.
В раз­деле рас­смат­ри­ва­ются только те пра­вила, кото­рые более или менее рас­кры­вают кано­ни­че­ское содер­жа­ние трех мона­ше­ских обетов. В целом можно отме­тить, что эта боль­шая часть правил, но не все.
13 Д. Пет­ра­ка­кис пишет, что «св. Васи­лий все мона­ше­ское житие осно­вы­вал на отре­че­нии от мира» (Σ. 156).
14 Третье житие св. Дани­ила Столп­ника 38:8–11.
15 [Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:1593–1610]. Cр. в 5 новелле имп. Юсти­ни­ана: «И если в преж­ней жизни им было совер­шено какое-либо паде­ние (ибо при­рода чело­ве­че­ская явля­ется неко­то­рым обра­зом удо­бо­прет­ко­но­вен­ной к паде­ниям), но доста­точна для сред­него очи­ще­ния и успеха в доб­ро­де­тели сви­де­тель­ство трех­лет­него срока» (Новелла 5. P. 31:7–12).
16 Трулль­ский Собор, 40: «Понеже при­со­еди­няться Богу, чрез уда­ле­ние от молвы житей­ския, весьма спа­си­тельно, то мы должны не без испы­та­ния без­вре­менно при­ни­мать изби­ра­ю­щих житие мона­ше­ское, но и в отно­ше­нии к ним соблю­дать пере­дан­ное нам от отцев поста­нов­ле­ние: и сего ради должно при­ни­мать обет жизни по Богу (τὴν ὁμολογίαν τοὒ κατὰ Θεὸν βίου), яко уже твер­дый и про­ис­хо­дя­щий от веде­ния и рас­суж­де­ния, после пол­наго рас­кры­тия разума. И тако наме­ре­ва­ю­щийся всту­пить под иго мона­ше­ства да будет не менее, как деся­ти­лет­ний, но и для тако­ваго во власти началь­ству­ю­щаго состоит раз­смот­ре­ние, не при­знает ли он за полез­ней­шее про­дол­жить ему время, пред вве­де­нием в жизнь мона­ше­скую и утвер­жде­нием в оной. … Сие и мы совер­шенно ура­зу­мев, сооб­разно с сим опре­де­лили: наме­ре­ва­ю­ща­гося начать подвиги по Богу, скоро зна­ме­нать зна­ме­нием бла­го­дати, яко некоею печа­тью, сим самым спо­спе­ше­ствуя ему не кос­неть долго, не коле­баться, более же поощ­ряя его к избра­нию добра и ко утвер­жде­нию в оном» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta: 1476–1527).
17 «Вчи­нен­ным еди­но­жды в клир и мона­хам, опре­де­лили мы не всту­пать ни в воин­скую службу, ни в мир­ский чин: иначе дерз­нув­ших на сие, и не воз­вра­ща­ю­щихся с рас­ка­я­нием к тому, что прежде избрали для Бога, пре­да­вать ана­феме». (Ап. 6, 20, 81, 83; IV Всел. 3, 16; Трул. 21; VII Всел. 10; Карф. 16; дву­крат. 11). (ACO.Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2. P. 159:31–33).
18 Сonciliorum Oecumenicorum Decreta: 1529–1572.
19 Трулль­ский Cобор, 24: «Никому из чис­ля­щихся в свя­щен­ном чине, ни монаху, не поз­во­ля­ется ходить на кон­ские риста­лища, или при­сут­ство­вать на позо­рищ­ных играх. И аще кто из клира зван будет на брак, то при появ­ле­нии игр, слу­жа­щих к обо­льще­нию, да вста­нет и тотчас да уда­лится: ибо так пове­ле­вает нам учение отцев наших. Аще же кто обли­чен будет в сем: или да пре­ста­нет, или да будет извер­жен». (Conciliorum Oecumenicorum Decreta:1088–1098)
20 Вели­кий Софий­ский Собор, 2 (Rally-Potly T. II. P. 707 и дал.)
21 Прп. Феодор Студит. Посла­ние 145.
22 Прп. Неофит Затвор­ник. Книга поуче­ний 2, 41:68–71.
23 Ники­фор Кал­лист Ксан­фо­пул. Цер­ков­ная исто­рия 14, 52:35–44.
24 Cвт. Васи­лий Вели­кий. Посла­ние 199, 19:1–8 «Обетов мужей не знаем иных, как разве кото­рые при­чис­лили себя к лику мона­ше­ству­ю­щих, кото­рые мол­ча­нием пока­зуют, яко при­ем­лют без­бра­чие. Но и для сих при­лич­ным быти мню пред­ва­ри­тельно, да вопро­ша­ются и да при­ем­лется от них ясный обет (дев­ства) ( ἐρωτᾶσθαι αὐτοὺς καὶ λαμβάνεσθαι τὴνπαρ’ αὐτῶν ὁμολογίαν ἐναργῆ). И аще совра­тятся к пло­то­угод­ному и сла­до­страст­ному житию, да под­па­дут епи­ти­мии, поло­жен­ной для любо­дей­ству­ю­щих».
25 Cвт. Васи­лий Вели­кий. Посла­ние 217, 60:1–5 (Текст цит. по: Пра­вила [Т. 3]. М., 1876. C. 330–331).
26 ACO Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2. P. 161:13–14 (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta: 680–687).
27 «Давшие обет дев­ства и нару­шив­шие обет, да испол­нят епи­ти­мию двое­брач­ных. Девам же, соеди­ня­ю­щимся житель­ством с неки­ими, аки с бра­ти­ями, мы сие воз­бра­нили».
28 Rally-Potly II. P. 256–258.
29 Трулль­ский Собор 44 (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta: 1615–1619).
30 Cр. пра­вила 202, 203, 216 свт. Ники­фора Кон­стан­ти­но­поль­ского.
31 Rally-Potly IV. P. 218. Такое же отно­ше­ние у после­ду­ю­щих визан­тий­ских мора­ли­стов и кано­ни­стов. Cр. у Пс.-Златоуста: «Если соблу­дит монах вели­кос­хим­ник, да полу­чит епи­ти­мию пре­лю­бо­дея, а малос­хим­ный монах, если согре­шит против сво­бод­ного лица, при­ни­мает епи­ти­мию блуд­ника». Cвт. Иоанн Зла­то­уст. Епи­ти­мии 73 [Sp.]. 3838.) (cр. у Никона Чер­но­горца. Типи­кон. 3. P. 82:19–21).
32 Rally-Potly II. P. 258.
33 Cм.: Cod. Theodosianus Tit. IX, xxv, 2 и др.
34 Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:795–813.
35 VII Все­лен­ский Собор, 20: «Опре­де­ляем не быть отныне мона­сты­рям двой­ным, потому что сие бывает соблаз­ном и пре­ткно­ве­нием для многих. Аще же вос­хо­тят некие со срод­ни­ками отре­щися от мира, и мона­ше­скому житию после­до­вать: то мужам вхо­дить в муж­ской мона­стырь, а женам вхо­дить в жен­ский мона­стырь; ибо сим бла­го­уго­жда­ется Бог.…» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:854–886).
36 VII Все­лен­ский Собор, 22: «… А кото­рых жизнь есть тихая и еди­но­об­раз­ная, яко давших обет Гос­поду Богу взять на себя иго мона­ше­ства: те да сядут наедине и умолк­нут. Но и свя­щен­ни­че­ское житие избрав­шим, не совсем поз­во­ли­тельно есть наедине с женами, а разве купно с неко­то­рыми бого­бо­яз­нен­ными и бла­го­го­вей­ными мужами и женами, дабы и сие обще­ние тра­пезы вело к нази­да­нию духов­ному. То же соблю­дать должно и в рас­суж­де­нии срод­ни­ков. Если же слу­чится монаху, или мужу свя­щен­наго чина в путе­ше­ствии не иметь потреб­наго, и по нужде вос­хо­чет он пре­по­чить в гости­нице, или в чьем либо доме: раз­ре­ша­ется тако­вому сие тво­рить, поелику нужда тре­бует» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:901–957).
37 Апоф­тегмы (сист. cобра­ние) 14, 8:13.
38 Казан­ский 2000. C. 235–236.

39 Прп. Иоанн Кас­сиан. Уста­нов­ле­ния 10, 12. Пра­вила прп. Пахо­мия.
40 Житие прп. Пахо­мия (из Афин­ского кодекса 1015). 28:19–20 ἑτοίμους δὲ πρὸς ὑπακοὴν εἶναι καὶ μὴ ἔχειν θέλημα καρδίας ἐν μηδενί, ἵνα καρποφορήσωσιν τῷ θεῷ.
41 Свт. Васи­лий Вели­кий. Про­стран­ные пра­вила 12 (PG 949:8–9).
42 Свт. Васи­лий Вели­кий. Про­стран­ные пра­вила 41 (PG 1024:24–25).
43 Cвт. Васи­лий Вели­кий. Малые пра­вила 29 (PG 31, 1101:43–46).
44 Преп. Феодор Студит. Боль­шой кате­хи­зис 295:8–12.
45 Analecta Hymnica Graeca, 26 ноября, 42 ode Synaxarium.
Полный текст: «В тот же день память пре­по­доб­ного отца нашего Акакия, упо­ми­на­е­мого в Лествице. Он был в некоем мона­стыре Асии. Будучи в юном воз­расте, всту­пил в подвиж­ни­че­скую жизнь. Имел же руко­во­див­шего им старца рав­но­душ­ного и неза­бот­ли­вого, и не только гневу и бес­че­стию он посто­янно его под­вер­гал, но и мучил уда­рами. Иногда у него был повре­жден глаз, иногда шея, иногда ранена голова. Пробыв же вместе с тем стар­цем девять лет и умерши, он пре­ста­вился ко Гос­поду. И когда он был погре­бен на клад­бище отцов, пошел над­зи­ра­тель клад­бища к вели­кому старцу и гово­рит: “Отче! Брат Акакий умер”, а тот гово­рит: “Нет”. И тот, не поняв, ска­зан­ное, гово­рит: “Прииди и виждь”. Пришли оба в усы­паль­ницу и как у живого чест­ной старец спро­сил у умер­шего: “Брат Акакий, ты умер?” А он тотчас отве­тил: “Как, отче, можно, чтобы умер чело­век дела­тель послу­ша­ния?”» (Ἦλθον οὖν ἀμφότεροι εἰς τὸ κοιμητήριον καὶ ὡς πρὸς ζῶνταὁ τίμιος γέρων ἔφησε πρὸς τὸν τελευτήσαντα• “Ἀδελφὲ Ἀκάκιε, ἀπέθανες;” Ὁ δὲ εὐθέως ἀνταπεκρίθη•“Πῶς, πάτερ, ἄνθρωπονὑπακοῆς ἐργάτην ἀποθανεῖν δυνατόν;”)
46 «Истинно и искренне про­хо­дя­щие мона­ше­ское житие да удо­ста­и­ва­ются при­лич­ныя чести. Но поелику неко­то­рые, для вида упо­треб­ляя одежду мона­ше­скую, раз­стра­и­вают церкви и граж­дан­ские дела, по про­из­волу ходя по градам, и даже мона­стыри сами для себя состав­лять поку­ша­ются: то рас­суж­дено, чтобы никто нигде не сози­дал, и не осно­вы­вал мона­стыря, или молит­вен­наго дома, без соиз­во­ле­ния епи­скопа града. Мона­ше­ству­ю­щие же, в каждом граде и стране, да будут в под­чи­не­нии у епи­скопа, да соблю­дают без­мол­вие, да при­ле­жат токмо посту и молитве, без­от­лучно пре­бы­вая в тех местах, в кото­рых отрек­лись от мира, да не вме­ши­ва­ются ни в цер­ков­ные, ни в житей­ские дела, и да не при­ем­лют в них уча­стия, остав­ляя свои мона­стыри: разве токмо когда будет сие поз­во­лено епи­ско­пом града, по необ­хо­ди­мой надоб­но­сти. Да непри­ем­лется так же в мона­сты­рях в мона­ше­ство ника­кой раб, без воли гос­по­дина его. Пре­сту­па­ю­щему же сие наше опре­де­ле­ние, опре­де­лили мы быть чуждым обще­ния Цер­ков­наго, да не хулится имя Божие. Впро­чем епи­скопу града над­ле­жит иметь о мона­сты­рях долж­ное попе­че­ние».
47 ACO, Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2 P. 159:15–19.
48 IV Все­лен­ский Собор 8. «Кли­рики при бога­дель­нях, мона­сты­рях и храмах муче­ни­че­ских, да пре­бы­вают, по пре­да­нию святых отец, под вла­стью епи­ско­пов каж­даго града, и да не истор­га­ются, по дер­зо­сти, из под управ­ле­ния своего епи­скопа. А дер­за­ю­щие нару­шать сие поста­нов­ле­ние, каким бы то ни было обра­зом, и непод­чи­ня­ю­щи­еся своему епи­скопу, аще будут кли­рики: да под­ле­жат нака­за­ниям по пра­ви­лам; аще же мона­ше­ству­ю­щие, или миряне: да будут отлу­чены от обще­ния Цер­ков­наго». (ACO, Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2. P. 160:34–39).
49 IV Все­лен­ский Собор, 18 (ACO, Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2 P. 161:25–28 [Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:711–721])
50 Трулль­ский Собор, 34: «Понеже свя­щен­ное пра­вило ясно воз­ве­щает и сие, что пре­ступ­ле­ние соумыш­ле­ния, или состав­ле­ния ско­пища, и внеш­ними зако­нами совер­шенно вос­пре­щено: много же паче над­ле­жит вос­пре­тить, да не бывает сие в Церкви Божией: то и мы тщимся соблю­дать, да, аще некие кли­рики, или монахи усмот­рены будут всту­па­ю­щими в соумыш­ле­ния, или ско­пища, или стро­ю­щими ковы епи­ско­пам, или сокли­ри­кам, совсем да низ­вер­га­ются со своей сте­пени» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta: 1341–1353).
51 Дву­крат­ный Cобор, 2 (Пра­вила Помест­ных собо­ров [Т. 2]. М., 1880. С. 796–798).
52 Дву­крат­ный Cобор, 2 (Пра­вила Помест­ных собо­ров [Т. 2]. С. 800–801).
53 VII Все­лен­ский Собор, 17: «Неко­то­рое из мона­хов, желая началь­ство­вать, а послу­ша­ния отме­та­ясь, оста­вив свои мона­стыри, пред­при­ем­лют созда­вать молит­вен­ные дома, не имея потреб­наго к совер­ше­нию оных. Аще убо кто дерз­нет сие тво­рить, да будет ему воз­бра­нено от мест­наго епи­скопа. Аще же имеет потреб­ное к довер­ше­нию: то пред­на­ме­рен­ное им да при­ве­дется к концу. Сие же самое соблю­дать и для мирян и для кли­ри­ков» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:779–790).
54 VII Все­лен­ский Собор, 21: «Не дол­жен­ствует монах, или мона­хиня остав­лять свой мона­стырь, и отхо­дить во иный. Аще же слу­чится сие, то стран­но­при­им­ство явить ему необ­хо­димо, а при­ни­мать его без воли игу­мена его не подо­бает» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:891–896).
55 Трулль­ский Собор, 46. «Избрав­шие подвиж­ни­че­ское житие и опре­де­лен­ныя в мона­стыри, отнюдь да не исхо­дят. Аще же неиз­беж­ная некая нужда побу­дит их к сему: да делают сие по бла­го­сло­ве­нию и соиз­во­ле­нию насто­я­тель­ницы; но и тогда исхо­дить должны не одне сами по себе, а с неко­то­рыми ста­ри­цами, и с пер­вен­ству­ю­щими в мона­стыре, по пове­ле­нию игу­ме­нии. Ноче­вать же вне мона­стыря совсем не поз­во­ля­ется им. Такожде и мужи, про­хо­дя­щие житие мона­ше­ское, да исхо­дят, когда настоит нужда, по бла­го­сло­ве­нию того, кому вве­рено началь­ство. Посему те, кои пре­сту­пают сие нами поста­нов­лен­ное опре­де­ле­ние, мужи или жены, да под­верг­нутся при­лич­ным епи­ти­миям» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:1666–1682).
См. также сле­ду­ю­щее пра­вило: Трулль­ский Собор, 47. «Ни жена в муж­ском мона­стыре, ни муж в жен­ском да не спит. Ибо верные должны быть чужды вся­каго пре­ткно­ве­ния и соблазна, и бла­го­учре­ждать жизнь свою сооб­разно с бла­го­при­ли­чием и бла­го­при­сту­па­нием ко Гос­поду. Аще же кто сие учинит, клирик ли, или миря­нин: да будет отлу­чен» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:1687–1694).
56 Дву­крат­ный собор, 4 (Пра­вила Помест­ных собо­ров [Т. 2]. М., 1880. С. 803–805).
57 Трулль­ский Собор, 42. «Об име­ну­е­мых пустын­ни­ках, кото­рые в черных одеж­дах и с отра­щен­ными вла­сами, обхо­дят грады, обра­ща­ясь среди мир­ских мужей и жен, и без­сла­вят обет свой, опре­де­ляем: аще вос­хо­тят, постригши власы, прияти образ прочих мона­ше­ству­ю­щих, то опре­де­лять их в мона­стырь, и при­чис­лять к бра­тиям. Аще же не поже­лают сего, то совсем изго­нять их из градов, и жить им в пусты­нях, от коих и име­но­ва­ние себе соста­вили» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:1574–1591).
58 ACO, Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2. P. 162:15–23 (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:779–798)
59 Такого же содер­жа­ния 213 пра­вило пат­ри­арха Ники­фора Кон­стан­ти­но­поль­ского.
60 Одним кли­ри­ком Эллад­ской церкви была выска­зана мысль о вре­мен­ном харак­тере послу­ша­ния, после кото­рого хри­сти­а­нин должен обре­сти полную духов­ную сво­боду. Эта точка зрения была опро­верг­нута в спе­ци­аль­ной бро­шюре, состав­лен­ной мона­хами афон­ского мона­стыря Гре­го­риат.
61 В недав­нее время в России велась дис­кус­сии о послу­ша­нии между иером. Дори­ме­дон­том (Сухи­ни­ным) и игум. Сер­гием (Рыбко).
62 В став­ро­пи­ги­аль­ных мона­сты­рях Кон­стан­ти­но­поль­ского Пат­ри­ар­хата неко­гда дей­ство­вало так назы­ва­е­мое «визан­тий­ское право». Если соб­ствен­но­стью рас­по­ря­жа­ется игумен, он может две части своей соб­ствен­но­сти сво­бодно оста­вить своим роди­те­лям, а третью часть мона­стырю, кото­рым он руко­во­дит. Также он может спо­койно назна­чать себе наслед­ни­ков. В сер. XX в. в Греции поло­вина благ, остав­шихся после мона­хов, ста­но­ви­лась досто­я­нием Церкви (Закон 3414, 1909 г., статья 19 и статья 4. Подроб­нее см. в:DeMeester 1942 ).
63 В 89 гомилии «Пан­дект» Антиоха Монаха изла­га­ются крат­кие сен­тен­ции о нес­тя­жа­нии монаха. (89:1 (Ἡ ἀκτημοσύνη εἰλικρινῆ τὴν πολιτείαν τοῦ μοναχοῦ ἀποδείκνυσιν. Ἀκτήμων μοναχὸς ἀετὸς ὑπάρχει ὑψιπέτης. …)
64 В тол­ко­ва­нии 6 пра­вила Дву­крат­ного Собора. Rally-Potly II. P. 668.
65 Пра­вило 81.
66 Трулль­ский Собор, 45: «Понеже мы уве­дали, яко в неких жен­ских мона­сты­рях, при­во­дя­щие име­ю­щих спо­до­биться онаго свя­щен­наго образа, первее обле­кают их шел­ко­выми раз­но­цвет­ными одеж­дами, испещ­рен­ными златом и дра­го­цен­ными кам­нями, и с при­сту­па­ю­щих таким обра­зом ко алтарю, сни­мают столь вели­ко­леп­ное оде­я­ние, и в тот же час над ними совер­ша­ется бла­го­сло­ве­ние образа мона­ше­скаго, и их обле­кают в черное оде­я­ние, того ради опре­де­ляем: да отныне сего отнюдь не бывает. Ибо небла­го­при­лично, чтобы, по соб­ствен­ному про­из­во­ле­нию, отло­жив­шая уже всякую при­ят­ность житей­скую, воз­лю­бив­шая жизнь по Боге, утвер­див­ша­яся в оной непре­клон­ными мыс­лями, и тако к мона­стырю при­сту­пив­шая, чрез тако­вое тлен­ное и исче­за­ю­щее укра­ше­ние, воз­вра­ти­лась к вос­по­ми­на­нию о том, что уже пре­дала забве­нию, и от сего яви­лась бы колеб­лю­ще­юся, и воз­му­ти­лась в душе, по подо­бию волн потоп­ля­ю­щих, туда и сюда вра­ща­ю­щих, так что, иногда и про­ли­вая слезы, не являет она тем сер­деч­наго сокру­ше­ния; но аще, якоже свой­ственно есть, и упадет малая некая слеза, то и сия видя­щим возо­мнится про­ис­хо­дя­щею не толико от усер­дия к подвигу мона­ше­скому, колико от раз­лу­че­ния с миром, и с тем, что в мире» (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:1624–1658).
67 Но мона­стыри и дары полу­чали и всту­пали в наслед­ство. Апофт. 148, 2: в обще­жи­тие аввы Гела­сия «остав­лено неким стар­цем, кото­рый был также мона­хом, келья и поле рядом с ней».
68 Апоф­тегма 245, 8.
69 Свт. Васи­лий. Про­стран­ные пра­вила 16 (PG 31, 960:34–35).
70 Свт. Васи­лий. Крат­кие пра­вила 265 (PG 31, 1264:7–9).
71 Прп. Феодор Студит. Боль­шой аске­ти­кон (349:1–5) ἡ ὁμοκτημοσύνη, μᾶλλον δὲτὸ μηδὲν ἔχειν καὶ πάντακατέχειν, ἡ ἀγαπητικὴ ἐπὶ πᾶσι διάθεσις, ἡ τῶν σαρκικῶν γονέων ἀδελφῶν τεκαὶ συγγενῶν πάντων ἀπαλλοτρίωσις..
72 IV Все­лен­ский Собор, 2. Cм. также VII Все­лен­ский Cобор, 5. (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:462–467).
73 IV Все­лен­ский Собор, 3: «Дошло до свя­таго Собора, что неко­то­рые из при­над­ле­жа­щих к клиру, ради гнус­наго при­бытка, берут на откуп чужия имения, и устро­яют мир­ские дела, о Божием слу­же­нии небре­гут, а по домам мир­ских людей ски­та­ются, и пору­че­ния по име­ниям при­ем­лют, из среб­ро­лю­бия. Посему опре­де­лил святый и вели­кий Собор, чтобы впредь никто, ни епи­скоп, ни клирик, ни мона­ше­ству­ю­щий не брал на откуп имений, и в рас­по­ря­же­ние мир­скими делами не всту­пал ( ἢ πραγμάτων ἐπεισάγειν ἑαυτὸν κοσμικαῖς διοικήσεσι ); разве токмо по зако­нам при­зван будет к неиз­беж­ному попе­чи­тель­ству над мало­лет­ними, или епи­скоп града пору­чит кому иметь попе­че­ние о цер­ков­ных делах, или о сиро­тах, и вдовах без­по­мощ­ных, и о лицах, кото­рым осо­бенно нужно ока­зать цер­ков­ную помощь, ради страха Божия. Аще же кто впредь дерз­нет пре­сту­пить сие опре­де­ле­ние: тако­вый да будет под­верг­нут цер­ков­ному нака­за­нию» (ACO, Concilium universale Chalcedonense anno 451. 2,1,2. P. 157:20–159:9 (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:457–471).
74 VII Все­лен­ский Собор, 13 (Сonciliorum Oecumenicorum Decreta:660–679).
75 Сам Юсти­ниан после того как в 535 и 538 гг. издал 5 и 76 новеллы в 546 г. нормы, содер­жа­щи­еся в 5 новелле, вос­пол­нил также в новелле 123. Гл. 38 раз­ре­шала, чтобы после при­ня­тых обетов монах рас­по­ря­жался об имении в пользу своих сыно­вей, если тако­вых имел, так чтобы они полу­чили ¼ часть, а осталь­ное мона­стырь.
76 Но сыно­вьям должна отойти закон­ная часть наслед­ства (1/4 часть). Первый вари­ант – сразу: Новелла V, гл. v. P. 32:26–31. Или потом самим мона­сты­рем: Новелла V, гл. v. P. 32:31–36.
77 Юсти­ниан импе­ра­тор. Новелла 5, гл. 5. P. 32:13–19.
78 Юсти­ниан импе­ра­тор. Новелла 5, гл. v. P. 32:25–26.
79 Юсти­ниан импе­ра­тор. Новелла 123, гл. 1. P. 667:26–28. Ср. Новелла 56. Вступ­ле­ние, где гово­рится о том, что до вступ­ле­ния в мона­стырь кан­ди­дат в мона­ше­ство может рас­по­ря­диться своим име­нием по своему усмот­ре­нию. «Но ребенку или детям отдать или все или часть своей соб­ствен­но­сти, или как захо­тят рас­по­ря­дятся своими вещами» ( ἀλλὰ τῷ παιδὶ ἢ τοῖς παισὶ παραπέμπειν εἴτε τὸ πᾶν εἴτε καὶ μέρος τῆς οἰκείας περιουσίας,ἢ καὶ ὃν βούλονται τρόπον τὰ οἰκεῖαδιατιθέναι πράγματα. P. 380:11–12 ).
80 Rally-Potly II. P. 667–668. Дву­крат­ный Cобор, 4 (Пра­вила Помест­ных собо­ров [Т. 2]. М., 1880. С. 814–816).
81 Rally-Potly II. P. 668.
82 В тол­ко­ва­нии на 19 пра­вило VII Все­лен­ского Собора II. P. 632–633.
83 Cв. Кас­сиан. Поста­нов­ле­ния 4, 4.
84 Монахи после пострига могут при­об­ре­тать имение и даже уста­нав­ли­вать ему наслед­ни­ков, в то время как до пострига часть своего имения они пере­да­вали мона­стырю. А наслед­ство опре­де­ля­ется как 23, в то время как 13 пере­да­ется мона­стырю. Тот же, кто соби­рался всту­пить в мона­стырь, не пере­да­вал мона­стырю ничего из своей соб­ствен­но­сти. Поста­нов­ле­ния 5 и 6 (Novellae, Διατάξεις). И более того: с того вре­мени мона­хам стало легче ста­но­виться опе­ку­нами и кура­то­рами, но только так, чтобы от части и на опре­де­лен­ных усло­виях они могли управ­лять соб­ствен­но­стью сирот.
85 О постриге как о втором кре­ще­нии пишет свт. Симеон Фес­са­ло­ни­кий­ский, обра­ща­ясь к афон­ским мона­хам, назы­вая его «вторым кре­ще­нием и спа­си­тель­ной и анге­ло­об­раз­ной схимой» (Посла­ние 5:5–6).
86 Иоанн Оксит. Слово о мона­сты­рях 4:164–168.
87 Выра­же­ние «отре­че­ния и пред­пи­са­ния» имеет огром­ную тра­ек­то­рию в хри­сти­ан­ской пись­мен­но­сти. Ср. «Апо­столь­ские поста­нов­ле­ния» о кре­ща­е­мом:
Апо­столь­ские поста­нов­ле­ния 7, 40:1–3. 40. «И когда огла­шен­ный будет готов ко кре­ще­нию, да научится отре­че­нию от диа­вола и соче­та­нию со Хри­стом».
В позд­не­ви­зан­тий­ской пись­мен­но­сти эти слова имеют все боль­шее отно­ше­ние к мона­ше­скому постригу, см. особо у прп. Нео­фита Затвор­ника: Прп. Неофит Затвор­ник. Гомилия 5, 46:1–3. И др.
88 Акты Протата,Хрисовулл и Типи­кон Ману­ила II Палео­лога (1406 г.). Вступление:18–20. «Прежде монахи должны, насколько воз­можно, соблю­дать отре­че­ния. Ибо чин мона­ше­ского житель­ства не только в том, что отно­сится к испол­не­нию доб­ро­де­те­лей, но и к при­об­ре­те­нию других духов­ных (даров)».
89 Прп. Доро­фей. Душе­по­лез­ные поуче­ния 1, 19:5–9.
90 «Отре­че­ние не только от отдель­ных живых существ, но и от помыс­лов пока­зы­вает совер­шен­ней­шее любо­муд­рие мона­хов, осу­ществ­ля­ю­ще­еся в знании еди­но­твор­ных запо­ве­дей» (Дио­ни­сий Аре­о­па­гит. О цер­ков­ной иерар­хии P. 117:24).
91 Юсти­ниан импе­ра­тор. Новеллы 675:1–6.
92 Прп. Симеон Столп­ник. Слово. 4. P. 52:24–25 περιστερὰ ἀμόλυντος ἀκεραία ἐν στερήσει τέκνων, καὶ μοναχὸς διὰ σωφροσύνην ἀποτάκτης τῶν γηίνων.
93 Кирилл Ски­фо­поль­ский. Житие Евфи­мия P. 18:79.
94 Прп. Ефрем Сирин. Побу­ди­тель­ные слова еги­пет­ским мона­хам 47.
95 Прп. Ефрем Сирин. Уве­ща­ние аске­там. P. 347:1.
96 Прп. Ефрем Сирин. Уве­ща­ние аске­там. P. 351:5–6.
97 Cвт. Ген­на­дий Схо­ла­рий писал мона­хине Соф­ро­си­нии (Цело­муд­рен­ной), что она выбрала цело­муд­рие: Πρὶν ἐμπλακῆναι ταῖς καταιγίσι καὶ ταῖς (5) ταραχαῖς τοῦ τῶν πολλῶν βίου, ὄντως σωφροσύνῃ καὶ γνώσει ἀκεραίῳἐξελέξω τὸ κάλλιστον• πᾶσαν ἀπέρριψας τὴν ματαιότητα τῶν προσηλωμένων τῷ βίῳ γυναικῶν• τῷ ἀληθινῷ ἐνυμφεύθης νυμφίῳ Χριστῷ.
98 Даниил Скитский.Thomais Alexandrina A:33–42.
99 Cм. доклад иг. Дио­ни­сия (Шле­нова). Доб­ро­де­тель послу­ша­ния в гре­че­ской свя­то­оте­че­ской тра­ди­ции (V меж­ду­на­род­ная бого­слов­ская кон­фе­рен­ция, 2009 г.)
100 Апоф­тегмы (ано­ним­ное собра­ние). 225:1–8.
101 Апоф­тегмы (алфа­вит­ное собра­ние) 10.
102 Иоанн Мосх. Луг духов­ный 143. P. 3005:22–24.
103 Лествица. 23, 965:29–33.
104 Апоф­тегмы (систе­ма­ти­че­ское собра­ние) (cap. 10–16). 14, 9:1–2.
105 Житие Симеона Столп­ника Млад­шего 27:8–12.
106 Cв. Анто­ний III Cтудит. Поуче­ние 3:113–117.
107 В житии св. Андрея Юро­ди­вого обли­ча­ется нера­ди­вый монах. «В этом ли состоит чин мона­хов и нес­тя­жа­ние и уда­ле­ние из тщет­ной жизни?». (32:2064).
108 Прп. Феодор Студит. Посла­ние. 513:46–49.
109 Феодор Никей­ский. Посла­ние 43:14.
110 Апоф­тегмы (алф. cобра­ние) P. 429.
111 Прп. Максим Испо­вед­ник. Главы о любви 3, 85:2–6.
112 Прп. Ефрем Сирин. Подвиж­ни­че­ское слово. P. 178:57.
113 Прп. Ефрем Сирин. Уве­ща­ние мона­хам P. 340.
114 Cвт. Васи­лий Вели­кий. Посла­ние 22:52–54.
115 Житие Симеона Столп­ника Млад­шего 27:57–58.
116 Юсти­ниан импе­ра­тор. Новелла 123. P. 669:10–14 «Ибо мно­го­чис­лен свя­щен­ный лик тако­вых книг, и спо­со­бен испра­вить и зажечь душу кажого свя­щен­ными сло­ве­сами, кото­рые если будут посто­янно читать, нико­гда не ошиб­лись бы и не были бы низ­ве­дены к чело­ве­че­ским забо­там».

Доклад на кон­фе­рен­ции «Мона­стыри и мона­ше­ство: тра­ди­ции и совре­мен­ность» (Свято-Тро­иц­кая Сер­ги­ева Лавра, 23 сен­тября 2013 года).

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки