Святость и святые в Ветхом и Новом Заветах — Добыкин Д.Г.

Святость и святые в Ветхом и Новом Заветах — Добыкин Д.Г.

(13 голосов4.6 из 5)

Беседа пре­по­да­ва­теля Санкт-Петер­бург­ской Духов­ной Ака­де­мии, кан­ди­дата бого­сло­вия, сек­ре­таря кафедры биб­ле­и­стики СПб­ДАиС Дмит­рия Геор­ги­е­вича Добыкина.

Ска­чать плей­лист в фор­мате M3U
Ска­чать всю книгу в фор­мате M4B 
Как слу­шать книги офлайн?

Расшифровка лекции

Зовут меня Дмит­рий Геор­ги­е­вич Добы­кин, я пре­по­да­ва­тель Санкт-Петер­бург­ской Духов­ной Ака­де­мии, пре­по­даю я такой пред­мет, кото­рый назы­ва­ется биб­ле­и­стика, то есть наука об изу­че­нии Свя­щен­ного Писа­ния. Сфера моих инте­ре­сов — это Вет­хий Завет, поэтому я сюда при­ез­жаю и читаю лек­ции по темам, кото­рые каса­ются Вет­хого Завета. Понятно, что есть хри­сти­ане, кото­рые даже не слы­шали, что напи­сано в Новом Завете, а уж про Вет­хий Завет гово­рить очень сложно, но и Вет­хий и Новый Завет явля­ются Сло­вом Божиим. И свет­ская пси­хо­ло­гия гово­рит о том, что при­ят­нее всего слы­шать соб­ствен­ное имя, а для хри­сти­а­нина при­ят­нее всего слу­шать слова Бога. По сло­вам пре­по­доб­ного Ефрема Сирина, когда мы молимся, мы раз­го­ва­ри­ваем с Богом; когда мы читаем Писа­ние, Бог раз­го­ва­ри­вает с нами. Эту цитату очень любят гово­рить про­те­станты, но они ее содрали у Ефрема Сирина. Я нашёл это место. Конечно, у нас пере­ве­дено так немно­жечко с цер­ков­но­сла­вя­низ­мами, но смысл именно такой. Когда мы читаем и изу­чаем Свя­щен­ное Писа­ние, слы­шим слова Самого Бога — конечно, в пере­воде, но всё-таки слова Бога.

Сего­дняш­няя тема, о кото­рой мы с вами пого­во­рим — это уче­ние о свя­то­сти в Биб­лии. Вый­дем на улицу и спро­сим у чело­века: а кто такой свя­той? Ответы будут раз­ные. Я так поду­мал, какие могут быть ответы. Ответы: хоро­ший чело­век, «облико морале», ну вот хоро­ший чело­век; либо это те, кого мы назы­ваем свя­тыми, те, к кому мы обра­ща­емся с молит­вами; тем, кому мы пишем иконы; тем, к чьим мощам мы при­кла­ды­ва­емся; тем, кому мы строим и посвя­щаем храмы. Ну, я думаю, вы поняли, о ком я говорю. Если мы откроем Свя­щен­ное Писа­ние и нач­нем читать его, мы доста­точно быстро столк­немся со сло­вом «Свя­той» и «свя­тость», плюс еще «освя­ще­ние» или такое поня­тие, как «свя­тить» или «освя­щаться» — и при­ла­га­тель­ные, и суще­стви­тель­ные, и гла­голы. И вот если мы попы­та­емся наше пони­ма­ние слова «свя­тость» при­ло­жить к биб­лей­скому тер­мину, у нас полу­чится какая-то «непо­нятка». Во-пер­вых, давайте с Нового Завета нач­нем. Я при­мер при­веду вам. Пер­вое Посла­ние Корин­фя­нам, самое-самое начало. Мы читаем «при­зван­ным свя­тым» — это самое начало, апо­стол обра­ща­ется к веру­ю­щим в Церкви и гово­рит: вы при­зван­ные свя­тые, вы свя­тые, вот здесь прямо. А дальше начи­на­ется самое инте­рес­ное, вообще что-то непо­нят­ное. Во-пер­вых, в Церкви куча про­блем, огром­ное коли­че­ство про­блем. Начи­ная от про­сто отсут­ствия любви, дальше про­сто «раз­драй» в Церкви, такие груп­пи­ровки: вот я с этими дружу, а с этими не дружу, зна­ко­мая ситу­а­ция. И эта Цер­ковь и эти люди — это свя­тые, да? Дальше там про­блемы в поло­вой жизни есть, отсут­ствие про­блем, в общем, куча про­блем — и это свя­тые. Непонятно.

Дальше. Уже давайте такими цер­ков­ными реа­ли­ями пого­во­рим. Путе­ше­ство­вать любите? В такой стране, как Изра­иль, хотите побы­вать? Были уже? Пре­красно, я не был. Сино­ним этого места — Изра­иль, ещё Свя­тая Земля. А почему она свя­тая, что там такого, какие-то энер­гии осо­бен­ные, Свя­тая земля? Или, напри­мер, в храме мы слы­шим такой воз­глас свя­щен­ника «Свя­тая Свя­тым!» Это нам — не тем, кото­рые на ико­нах изоб­ра­жены, не тем, кото­рые сей­час нахо­дятся на небе­сах, а нам. Мы названы свя­тыми. Давайте раз­би­раться, что, как, и почему, почему мы свя­тые. Этот воз­глас построен на биб­лей­ском пони­ма­нии слова «свя­той». Не на том, кото­рый мы понимаем.

Что такое свя­той, и кто, и что назы­ва­ется в Биб­лии свя­тым или свя­тыми? Еврей­ское слово, кото­рое у нас пере­ве­дено как «свя­той», зву­чит как «кадош». И если мы откроем сло­варь и нач­нём искать вообще как бы смысл этого слова — не как оно пере­во­дится у нас в Биб­лии, а вот что это слово озна­чает, что чита­тели, или точ­нее даже, слу­ша­тели, пер­вые слу­ша­тели биб­лей­ского тек­ста слы­шали, когда зву­чало такое слово, как кадош. И инте­ресно: кадош — это отде­лен­ный, выде­лен­ный, можно ска­зать избран­ный тоже так пере­ве­сти. То есть в слове «кадош» люди не слы­шали слово «мораль­ный», «хоро­ший», кадош — это выде­лен­ный, отде­лён­ный, избран­ный. Кто-то может спро­сить — это так, да, дей­стви­тельно. Я при­веду такую иллю­стра­цию, кото­рая немножко шоки­рует, но она очень хорошо иллю­стри­рует, как это слово исполь­зо­ва­лось. Когда мы берем какой-то биб­лей­ский текст и начи­наем его читать, мы встре­чаем там слова, кото­рые нам вроде зна­комы, они рус­ские, и для нас они такие вот цер­ков­ные, бого­слов­ские. Но в пер­во­на­чаль­ном зна­че­нии они такими, ска­жем так, не были. Они были обыч­ными свет­скими сло­вами. Напри­мер. Помните, при­хо­дит Архан­гел Гав­риил к Деве Марии и гово­рит: «Радуйся!». Мы читаем, и у нас как бы такое обра­ще­ние Ангела к Деве, к Той, кто будет Мате­рью Хри­ста. На самом деле он с Ней про­сто поздо­ро­вался. Там стоит слово «хайре», что зна­чит «радуйся» — это обра­ще­ние. Как мы захо­дим: «Здрав­ствуйте!» Не «при­вет», конечно — «здрав­ствуйте». Для нас это вот такое «радуйся», то есть для нас это такое бого­слов­ское слово, а пер­во­на­чально это что-то такое про­стое было. Так вот свя­тость, выде­лен­ность. Для нас это слово тоже бого­слов­ское, но в древ­но­сти этим сло­вом кадош, свя­той, напри­мер, назы­вали язы­че­ских жре­цов или жриц, они тоже были кадош — отде­лен­ные, избран­ные. Поэтому когда мы читаем биб­лей­ский текст, когда мы стал­ки­ва­емся со сло­вом «свя­тость», мы должны тогда пере­во­дить себе «выде­лен­ные, избран­ные, отде­лен­ные». Давайте раз­би­раться. Выде­лен­ные — из чего? Если я что-то выде­ляю — из чего? Отде­лен­ный — от чего. И нако­нец, избран­ные. Избран­ные — для чего?

Давайте с этим раз­бе­рёмся. Но с начала посмот­рим: а что и кто назы­ва­ется свя­тым. Прежде всего назы­ва­ется Свя­тым Бог. Бог Свят. Свят Гос­подь Бог наш.

Дальше. Свя­тыми назы­ва­ются люди. Точ­нее, даже народ. Бог обра­ща­ется к еврей­скому народу и гово­рит: будьте святы. То есть еврей­ский народ дол­жен быть отделен.

Дальше. Свя­тыми назы­ва­ются пред­меты, напри­мер, ски­ния — она свя­тая, она свя­тыня. Свя­той назы­ва­ется Земля. Бог обра­ща­ется к Мои­сею и гово­рит: «Мои­сей, разуйся, ибо земля, на кото­рой ты сто­ишь, назы­ва­ется свя­той». Кстати, вот мы Изра­иль там, Пале­стину назы­ваем Свя­той Зем­лей. В Биб­лии она не назы­ва­ется Свя­той Зем­лей, Свя­той Зем­лей один раз назы­ва­ется то место — в том отрывке, когда Мои­сей стоял перед Богом.

Вопрос: А евреи назы­вают ее святой?

Я не знаю насчёт евреев, но в Биб­лии она не назы­ва­ется “Обе­то­ван­ная”, обе­щан­ная, но не “Свя­тая”. Нет такого. Кстати, в конце лек­ции можно даже задать этот вопрос, почему мы, хри­сти­ане, эту землю назы­ваем свя­той и евреи совре­мен­ные не назы­вают. Я вспом­нил, зада­вал вопрос, и они гово­рят: это хри­сти­ан­ское название.

Книги назы­ва­ется свя­тыми, вре­мена назы­ва­ется свя­тыми. Напри­мер, суб­бота, свя­тая суб­бота. Ну, пожа­луй, на этом доста­точно, что назы­ва­ется свя­тыми. И вот что это зна­чит. Если брать в абсо­лют­ном зна­че­нии, кто же отде­лён пол­но­стью, отде­лен это Бог. Вот только Его можно счи­тать Абсо­лют­ным Свя­тым. Что это зна­чит? Бог отде­лен от мира. Свя­щен­ное Писа­ние гово­рит, что мир лежит во зле. Соот­вет­ственно, всё и все, кто нахо­дится в этом мире, погру­жены во зло. Всё в этом мире явля­ется пад­шим. И вот заметьте: Бог отде­лён от этого пад­шего, от этого гре­хов­ного мира. Что это зна­чит? Это не зна­чит, что Бог как пред­став­ляли неко­то­рые, Бог создал эту землю, как часов­щик, завел ее, бро­сил, куда-то ушёл. Ничего подоб­ного. Бог не такой, как этот мир. Мир тле­нен, Бог нетле­нен. Мир коне­чен, Бог бес­ко­не­чен. Мир гре­шен, Бог без­гре­шен. Мир смер­тен, Бог бес­смер­тен, и так далее. То есть Бог не такой, как мир. Вот абсо­лют­ная раз­ница между Богом и миром.

Доста­точно часто зву­чит такая фраза «душа чело­века — это частица Бога». Это неправда. Иначе, зна­ете, к какому уче­нию мы при­дем: Бог и мир пере­пле­тены, то есть мир явля­ется частью Бога. Кстати, инте­ресно: а как Бог может раз­де­литься? Даже когда свя­щен­ник раз­де­ляет При­ча­стие, он же гово­рит о том, что — да, раз­де­ля­ется, но то, что нераз­де­лимо. Бог не раз­де­ля­ется, Он не явля­ется частью этого мира. То есть Он абсо­лютно отде­лен от этого мира. Но это, конечно, не озна­чает, что Бог не при­сут­ствует в этом мире, что Он не дей­ствует в этом мире. Он при­сут­ствует, Он дей­ствует, но не Такой, как этот мир. В мире есть и хоро­шее и пло­хое, но здесь Он отде­лен от плохого.

Еврей­ский народ назы­вает свя­тыми, и Цер­ковь названа свя­тыми. Почему и зачем? Вот когда мы гово­рим о свя­то­сти Церкви и народа, то здесь нужно вве­сти ещё одно поня­тие, ещё один пере­вод. Это не только отде­лен­ность, но это избран­ность. Отде­лен­ность. Евреи должны быть не такими, как все осталь­ные народы. Почему? Потому что они народ, кото­рый при­над­ле­жит Гос­поду: Вы Мой народ. Бог в Вет­хом Завете, да и в Новом Завете срав­ни­ва­ется с Царем. Бог цар­ствует вот в этом народе, вот это Его народ, Его госу­дар­ство. Ну, конечно, не очень прямо так иде­аль­ное, но все-таки.

Власть нашего пре­зи­дента рас­про­стра­ня­ется на граж­дан Рос­сий­ской Феде­ра­ции, и она не рас­про­стра­ня­ется на граж­дан той же Бела­руси. Она дру­же­ственна, но не рас­про­стра­ня­ется, у них свой пре­зи­дент. Вот здесь то же самое. Власть Бога вот такая. Бог избрал людей, и в тех, кого Он избрал, Он Царь, Его власть там. Если эти люди при­над­ле­жат Богу, они должны как-то отли­чаться от дру­гих, чем-то отли­чаться. Чем мы отли­ча­емся от граж­дан дру­гого госу­дар­ства? У нас есть пас­порт граж­да­нина Рос­сий­ской Феде­ра­ции. А вот если рас­смат­ри­вать текст Свя­щен­ного Писа­ния, мы уви­дим, что там все серьёз­нее. Там должно быть пол­ное отде­ле­ние от дру­гих. Избран­ный народ не дол­жен быть таким, как все осталь­ные народы. И это дости­га­ется всеми спо­со­бами. Спо­со­бами даже физи­че­скими и спо­со­бами эти­че­скими. Конечно, когда чита­ешь Пяти­кни­жие, встает вопрос: и что же такого свя­того в том, что, напри­мер, евреи носили одежду из двух видов волокна? Что в этом вот такого бла­го­че­сти­вого? Или то, что они, напри­мер, не пахали на двух видах живот­ных (напри­мер, запря­гали вола и осла)? Нельзя, это запре­щено. Или в том, что не ели кроль­ча­тину — что в этом такого бла­го­че­сти­вого? И раков и кре­ве­ток нельзя. Что в этом такого бла­го­че­сти­вого? Непо­нятно. Ответ есть. Все осталь­ные народы делают, а вы не должны делать, вы должны быть не такими, как они. Вот они там пашут на двух видах живот­ных, а вы не должны. Они носят одежду из раз­ной ткани, а вы не должны. Вы должны быть не такими, как все осталь­ные люди. Понятно, что одежда людей тогда мало раз­ли­ча­лась — одежда евреев от одежды каких-нибудь там хана­неев, кото­рые рядом с ними жили, она была оди­на­ко­вая. И хана­неи, и евреи внешне были похожи. Но вот евреи должны делать что-то такое, что дру­гие народы не делали, или наобо­рот, не делать того, что делали дру­гие народы. Отде­ляться, отде­ляться, отде­ляться. Но не надо думать, что выра­же­ние вот этого отде­ле­ния только в каких-то физи­че­ских дей­ствиях: не есть, не пить, не оде­ваться, не засе­вать, не ездить. Нет, не только. Все пове­де­ние члена избран­ного народа должно была отли­чаться от дру­гого, от дру­гих наро­дов, в том числе и в тех каче­ствах, кото­рые мы назы­ваем мораль­ными. Десять запо­ве­дей все слы­шали, все зна­ете? Ведь там есть и те вещи, кото­рые дей­стви­тельно про­сто — вот физи­че­ское, напри­мер, почи­та­ние суб­боты, о кото­ром мы попозже пого­во­рим, но и мораль­ные: не красть, не лгать, не уби­вать, не зави­до­вать, не лже­сви­де­тель­ство­вать. Вот это отде­ле­ние оно ради­каль­ное, пол­но­стью, должно было быть у избран­ного народа. Но есте­ственно, я ска­зал про отде­ле­ние, но я еще ска­зал, что не только отде­ле­ние, но и избра­ние. По долгу моей работы я обра­ща­юсь к еврей­ской лите­ра­туре, в том числе и к совре­мен­ной — это доступно, не надо думать, что у евреев все спря­тано, все это доступно, все это можно про­чи­тать. И вот я читаю их лите­ра­туру. Я ищу и прак­ти­че­ски не нахожу ответ на такой вопрос: зачем Бог избрал евреев, с точки зре­ния самих евреев. Ну вот если их лите­ра­туру читать, зна­ете, такое ощу­ще­ние воз­ни­кает, что Бог избрал евреев потому, что Ему так это захо­те­лось, не гово­рят они, потому что евреи самые луч­шие — потому что Ему так захо­те­лось. При­бли­зи­тельно так: Богу захо­те­лось. Но ведь это не ответ, это не избран­ни­че­ство, потому что это «ну я тебя люблю, потому что я тебя люблю». А вот мы, хри­сти­ане, можем дать ответ, зачем Бог избрал еврей­ский народ. То есть мы к евреям отно­симся лучше, чем они сами к себе.

Есть две при­чины, почему Гос­подь избрал еврей­ский народ. Пер­вая при­чина: вся исто­рия еврей­ского народа от Авра­ама до Хри­ста — это свет миру. Помните, Хри­стос обра­ща­ется и гово­рит: вы свет миру. К кому Он обра­ща­ется, кто нация этих людей? Он обра­ща­ется к евреям, Он не гово­рит «хри­сти­ане». Это евреи — вы должны быть све­том миру, вы должны све­тить. Чем све­тить — вы должны све­тить своей пра­вед­но­стью, вот этой отде­лен­но­стью, своим избран­ни­че­ством. Вот это пер­вая задача, или пер­вая цель избра­ния. Но есть вто­рая, самая глав­ная — это под­го­то­вить мир к при­ше­ствию Спа­си­теля, то есть вот евреи должны были быть, чтобы через них при­дёт Мес­сия. Мес­сия при­шёл. Евреи вот эти две задачи испол­нили и их избран­ни­че­ство закон­чи­лось. Божий замы­сел о них еще не закон­чился, он ещё про­дол­жает дей­ство­вать, но вот их избран­ни­че­ство, их слу­же­ние закон­чи­лось, всё свер­ши­лось, всё закон­чи­лось. И дальше нача­лась дру­гая исто­рия о дру­гом избран­ном народе. Нас, хри­стиан, ино­гда обви­няют: а почему вы, хри­сти­ане, евреев счи­та­ете избран­ным наро­дом? Нужно у чело­века, кото­рый такой задает вопрос (мне его зада­вали несколько раз) спро­сить: уточ­ните — мы совре­мен­ных евреев счи­таем избран­ным наро­дом, или древ­них евреев счи­таем избран­ным наро­дом, вот это уточ­нить. Я зада­вал такой вопрос, мне отве­тили: совре­мен­ных. Это неправда. Мы не счи­таем евреев сей­час избран­ным наро­дом. У като­ли­ков сей­час после вто­рого Вати­кана свои про­блемы, у про­те­стан­тов тоже по-раз­ному, но вот, мы, пра­во­слав­ные, мы не счи­таем совре­мен­ных евреев избран­ным наро­дом. У Бога есть опре­де­лен­ный замы­сел, свя­зан­ный с евре­ями, опре­де­лен­ные обе­ща­ния, свя­зан­ные с евре­ями. Но они уже не избран­ные. Избра­ние было «свет миру» и под­го­товка мира к при­ше­ствию Спа­си­теля — всё, они это выпол­нили. Они теперь не избран­ные. Это не озна­чает, что они теперь нам враги, и тот, или те, кто истреб­лял евреев, они хоро­шие. Конечно, это пол­ная чушь. Но вот в том биб­лей­ском плане, в том смысле они уже не избран­ные. Я уже ска­зал, что нача­лась дру­гая исто­рия. И Вет­хий Завет, и осо­бенно Новый Завет, Еван­ге­лие гово­рит о том, что должно прийти на смену еврей­скому народу. С чего начи­на­ется про­по­ведь Гос­пода нашего Иисуса Хри­ста: покай­тесь. А дальше? При­бли­зи­лось Цар­ство Божие, Цар­ство Небес­ное при­бли­зи­лось. Вот на смену еврей­скому народу, еврей­скому избран­ни­че­ству, должно прийти Цар­ство Божие. Хри­стос обра­ща­ется к людям, кото­рые Его окру­жают: мно­гие живу­щие из вас уви­дят при­ше­ствие Цар­ства Божия. И оно при­шло, оно насту­пило. И оно сей­час уже здесь, на земле есть, оно при­шло. Слова «покай­тесь, ибо при­бли­зи­лось Цар­ство Божие» — это слова, кото­рые про­из­но­си­лись перед рас­пя­тием Хри­ста, когда Хри­стос умер и вос­крес. С этого момента это Цар­ство Божие появи­лось, оно была осно­вано. Хри­ста увен­чали тер­но­вым вен­цом — на самом деле Его коро­ной увен­чали. Его на крест пове­сили — на самом деле это было Его вос­хож­де­ние на цар­ский трон. Цар­ство Божие начало дей­ство­вать. И со смер­тью Хри­ста еврей­ское избран­ни­че­ство закон­чи­лось, нача­лась эпоха Нового Завета, эпоха Цар­ства Божи­его, Цар­ства Небес­ного. Хри­стос в этом цар­стве Царь. Вы помните, я рас­ска­зы­вал, что в еврей­ском народе Бог был Царем. Здесь то же самое. В Цар­стве Божием Хри­стос Царь. Вопрос: у кого квар­тира освя­щена? А вот на четы­рех сто­ро­нах квар­тиры что нари­со­вано или накле­ено? Кре­стики. Назы­ва­ется это про­стенько так «гол­гофки», чаще всего наклейки. Гол­гофа и там над­писи раз­ные. Есть такое? — Есть. И есть такая над­пись под тит­лами «Цр. Сл» — Царь славы, Хри­стос это Царь славы, Он в этом цар­стве, оно уже здесь. Но если есть царь, есть цар­ство, должны быть под­дан­ные. Кто эти под­дан­ные? А это мы. Как мы полу­чаем граж­дан­ство в этом цар­стве? Как полу­ча­ется граж­дан­ство в обыч­ном госу­дар­стве? Если я родился в Рос­сии — я сей­час не очень хорошо знаю, как это, я родился в СССР, и мне сразу авто­ма­том впи­сали в эти доку­менты, и я стал граж­да­ни­ном СССР, сей­час я граж­да­нин Рос­сии. Ребе­нок родился, он ста­но­вится граж­да­ни­ном Рос­сии, полу­чает это сви­де­тель­ство. Нам родиться в Цар­стве Божием невоз­можно. Если даже мои роди­тели пра­во­слав­ные, я родился — я еще не граж­да­нин этого Цар­ства Божи­его. Как я ста­нов­люсь граж­да­ни­ном этого Цар­ства? Через кре­ще­ние — вот это вот вхож­де­ние в это Цар­ство. Есть царь, и есть цар­ство, и есть под­дан­ные. Вспо­ми­наем Вет­хий Завет: царь, цар­ство и под­дан­ные. И эти под­дан­ные назы­ва­ются свя­тыми, и они должны свою свя­тость показывать.

То же самое у нас. Мы в Цар­стве, мы должны пока­зы­вать свое отде­ле­ние от этого греш­ного мира. Вот когда мы слы­шим «Свя­тая Свя­тым», мы как бы должны задать вопрос: а отде­лен ли я от этого цар­ства, от этого цар­ства греха, явля­юсь ли я граж­да­ни­ном Цар­ства Божьего, Цар­ства Бога? В чем наша отде­лен­ность выра­жа­ется? Мы дей­стви­тельно и физи­че­ски должны отде­ляться от этого гре­хов­ного мира, то есть мы не должны делать какие-то вещи, кото­рые делает этот мир. Или должны, наобо­рот, делать те вещи, кото­рые мир не делает. Это реально даже и неко­то­рые физи­че­ские вещи. Самый такой про­стой при­мер: гре­хов­ный мир не ходит в Цер­ковь, а мы ходим в Цер­ковь. Это тоже отде­ле­ние. Вот мы делаем что-то, что не делают все осталь­ные. Понятно, что те же евреи, кото­рые жили тогда, они так же, как и сосед­ние народы, пахали землю, также тор­го­вали, путе­ше­ство­вали. Они были похожи. Но были вещи, кото­рые они делали или не делали. Так и мы. Мы тоже ходим на работу, тоже оде­ва­емся в тех же мага­зи­нах, в кото­рых поку­пают одежду неве­ру­ю­щие люди. Но есть вещи, кото­рые мы делаем или не делаем, в отли­чие от этого гре­хов­ного мира. И, конечно, самое глав­ное: мы должны пока­зы­вать свою пра­вед­ность. Как мы пока­зы­ваем свою пра­вед­ность — испол­няя волю Божию. Вот что Бог нам велит, то мы и делаем. Когда чита­ешь Вет­хий Завет, стал­ки­ва­ешься с запо­ве­дями, таким стран­ными запо­ве­дями. Напри­мер, вот эта запо­ведь: не должны носить одежду из двух видов ниток. Или вы не должны есть ту же самую кроль­ча­тину или кре­ве­ток. Встает вопрос: а что пло­хого в двух видах ниток, или что пло­хого в опре­де­лён­ном виде еды? Да ничего! Обычно так рас­ска­зы­вают, почему евреям запре­щено есть сви­нину, и начи­на­ются страш­ные рас­сказы о том, что сви­нина на жар­ком кли­мате быстро пор­тится, что там пара­зиты живут. Вопрос: а если еврей ока­жется за Поляр­ным кру­гом и там у него сви­нар­ник, можно же есть — сви­нина не пор­тится, пара­зи­тов нет. Дело не в том, что плоха или хороша сви­нья. Понятно, что бла­го­че­сти­вый еврей дома не заве­дет там малень­кую свинку. Когда встал вопрос о сказке «Три поро­сёнка» — типа давайте запре­тим эту сказку, потому что там сви­ньи, евреи пожали пле­чами: вы что, иди­оты? На самом деле сви­нья такое же тво­ре­ние Божие, и не один еврей не нач­нёт утвер­ждать, что наобо­рот. Дело не в том, что плоха или хороша сви­нья. Это как кусо­чек мяса Вели­ким Постом. Чем плох кусо­чек мяса? Ничем. Дело в том, что вот эти такие стран­ные запо­веди при­учали евреев к послу­ша­нию Божи­ему. Вот нельзя. И евреи: нельзя, но я как веру­ю­щий чело­век, этот долг исполню. Да, я неко­то­рые вещи не пони­маю, зачем это, но я буду испол­нять, потому что это пове­ле­ние Божие.

Вот у нас должно быть тоже такое же сми­ре­ние. Почему мы постимся — из 365 дней в году 200 пост­ных? Потому что так велит Бог. Почему нельзя лгать? Потому что так велит Бог. Нам кажется, что можно лгать — нет, нельзя, потому что так велит Бог. Когда мы испол­няем пове­ле­ние Божие, мы тем самым пока­зы­ваем пра­вед­ность, и тем самым мы отде­ляем себя от мира, и мы тем самым делаем себя свя­тыми. Вот те, кого мы назы­ваем свя­тыми в том цер­ков­ном зна­че­нии — это люди, кото­рые пока­зали свою отде­лен­ность от мира. Они про­явили себя, как отде­лен­ные. Поэтому мы их и назы­ваем свя­тыми. Но еврей­ский народ дол­жен был быть отде­лен­ным и избран­ным. Избран­ным для чего-то. Для чего же мы избраны? Мы избраны нести людям, откры­вать этому миру Иисуса Хри­ста. Вот если мы счи­таем себя граж­да­нами этого Божьего Цар­ства, то наша задача рас­ши­рять гра­ницы этого Цар­ства. Это не зна­чит, что мы все должны, как сви­де­тели Иеговы пойти по квар­ти­рам, про­по­ве­до­вать — необя­за­тельно. Спо­собы про­по­веди Хри­ста раз­но­об­разны. Но это наша задача, это наша цель, в этом наше избран­ни­че­ство. То есть Бог избрал нас для того, чтобы через нас откры­вать Себя. Нам «повезло», мы граж­дане этого Цар­ства, но не потому, что мы Богу понра­ви­лись, и вот Бог так решил: ну давайте, вот эти будут Моими. Нет. О нас у Бога есть замы­сел, и этот мы замы­сел должны исполнять.

Это Бог свя­той, люди свя­тые — еврей­ский народ, хри­сти­ане. Вот кстати, я все время говорю, мы должны, делаем там, — но не надо забы­вать, что есть еще одно слово. Освя­ще­ние. Не надо думать, что вот это дело нашего отде­ле­ния это только наше дело. Нет. Нам помо­гает Гос­подь. Если мы при­кла­ды­ваем уси­лия, чтобы быть отде­лен­ными от гре­хов­ного мира, есть сила свыше, кото­рая нам помо­гает это сде­лать. То есть не сами мы по себе.

Сле­ду­ю­щее. Свя­щен­ное Писа­ние гово­рит нам, что свят храм. А вот здесь наверно совсем послож­нее, если так вот про­сто по-свет­ски пытаться с этим разо­браться. Из чего был построен храм? Камни, дерево, золото. Из этих же кам­ней могли стро­ить язы­че­ское капище. Могли? А чего, каме­но­ломни-то оди­на­ковы. Тво­ри­лись ли в храме вся­кие без­об­ра­зия? Тво­ри­лись, конечно. Новый Завет читали, Хри­стос аж два­жды раз­го­нял без­об­ра­зия в храме. И в Вет­хом Завете тоже тво­ри­лись вся­кие без­об­ра­зия. Там, напри­мер, опи­сы­ва­ется убий­ство одного пер­во­свя­щен­ника в храме. То есть если мы гово­рим, что свя­тость это такая без­греш­ность — не полу­ча­ется. Мы свои Церкви назы­ваем свя­тыми, свя­тые храмы. Будем честны: все давно ходя­щие в Цер­ковь, пре­красно знаем, что и там тоже вся­кое без­об­ра­зие тво­рится. Почему Свя­щен­ное писа­ние храм назы­вает свя­тым, и мы назы­ваем храмы свя­тыми? Не потому что там какая-то осо­бая энер­гия, не надо так гово­рить. А потому что это место, где Бог Себя пока­зы­вает и про­яв­ляет. И вот здесь мы стал­ки­ва­емся с одной инте­рес­ной вещью. Наше бого­сло­вие гово­рит сле­ду­ю­щее: Бог при­сут­ствует везде, нет места, где Бога нет, Он везде. И вдруг мы гово­рим, что в храме Он Себя про­яв­ляет. На самом деле и то, и то, верно. Бог при­сут­ствует везде, и Бог оди­на­ково при­сут­ствует здесь, на улице, в ноч­ном клубе, изви­ните — в туа­лете, и в храме — оди­на­ково Он при­сут­ствует. То здесь Бог пол­но­стью. Это доста­точно так не вле­зает в голову, но если пораз­мыш­лять над этим спо­койно, без паники, в голову вло­жится. Однако, мы люди, не явля­емся духов­ными суще­ствами. Мы имеем тело. И наше тело огра­ни­чено, и это накла­ды­вает опре­де­лен­ный отпе­ча­ток на наше вос­при­я­тие. То, что Бог везде при­сут­ствует, это, ско­рее, такая умо­зри­тель­ная истина. Но эту истину пощу­пать очень сложно полу­ча­ется. И вот, идя навстречу чело­ве­че­ской огра­ни­чен­но­сти, Бог делает так: в каких-то местах Он себя не про­яв­ляет, а в каких-то про­яв­ляет. Мы захо­дим в храм, и мы гово­рим: я чув­ствую бла­го­дать Божию. Эта бла­го­дать Божия там при­сут­ствует не потому, что мы сде­лали так, что она там должна при­сут­ство­вать, а потому что Бог так захо­тел там при­сут­ство­вать, Он Себя откры­вает там. Бог лич­ность, Он может сде­лать так, что Он откры­вает. Когда мы строим храмы, когда мы их укра­шаем, когда мы освя­щаем эти храмы, мы как бы гово­рим: Гос­поди это место мы освя­щаем для Тебя, мы про­сим, чтобы Ты здесь являлся, про­яв­лял Себя. И вот мы вхо­дим и чув­ствуем эту бла­го­дать. Она не сама по себе, потому что Бог так Себя пока­зал, вот поэтому это место и свя­тое, потому что там пока­зы­вает Себя, там про­яв­ляет Себя свя­той. Поэтому храмы свя­тые. Поэтому земля, на кото­рой стоял Мои­сей, была свя­той, потому что там явился Бог, про­явил Себя Бог. Зна­ете, с одной сто­роны Бог то про­яв­ляет Себя, то не про­яв­ляет Себя. С одной сто­роны, это плохо. Почему? А вот пред­ставьте, если бы мы все­гда чув­ство­вали при­сут­ствие Божие рядом, смогли бы мы гре­шить? Нет, конечно. У меня сыну сей­час восемь лет, всё равно за ним сле­дить и сле­дить надо, но когда он был малень­кий, я с него глаз вообще не спус­кал. Сей­час я уже могу с ним на пло­щадку прийти, открыть книжку, сидеть, читать. А когда он был малень­кий, чуть ли не ходил за ним. Для чего? Для того, чтобы сле­дить за ним, чтобы он не упал и чего-нибудь не натво­рил. Сей­час он побольше, не такой паду­чий и не такой тво­ря­щий. Если бы мы чув­ство­вали все время, то мы, дей­стви­тельно, не гре­шили бы нико­гда. Но с дру­гой сто­роны, это и хорошо. Во-пер­вых, чем хорошо? А вот попро­буйте такой мыс­лен­ный экс­пе­ри­мент сде­лать. В уме хотя бы в тече­ние часа дер­жите: «Бог меня видит», и при­чём это, ска­жем так, поста­рай­тесь думать не про­сто так отвле­ченно, а посто­янно думать, посто­янно дер­жать. Ну, я такой экс­пе­ри­мент над собой ста­вил, поэтому рас­ска­зы­ваю о том, как оно есть — выдер­жал где-то минут 15, потом отвлекся. И эти 15 минут были очень тяжё­лые. И они были не очень чест­ными, есте­ственно. А если бы про­дер­жался еще хотя бы несколько часов, у меня бы голова бы куда-нибудь съе­хала, и это правда. Ну не можем мы посто­янно дер­жать вот это в уме, что Бог нас видит! Ходить перед Богом — это вели­чай­шее про­яв­ле­ние пра­вед­но­сти, вот это ощу­ще­ние, что я хожу перед Богом, и про­сто так оно не дается.

И вто­рое. Когда мы рас­тим ребёнка, мы наде­емся, что он вырас­тет и будет себя хорошо вести, пра­вильно вести, и за ним не нужно будет посто­янно сле­дить. Бог наде­ется, что мы вырас­тем, Он не посто­янно сле­дит за людьми. То есть Он сле­дит посто­янно, но не посто­янно пока­зы­вает вот это, что Он нас видит. Для чего? Для того, чтобы мы пока­зали свой воз­раст, что мы можем, что для нас слова Божии явля­ются при­ка­зом, и не надо над нами с пал­кой сто­ять. Вот поэтому Бог не все­гда Себя про­яв­ляет. Но есть места, где он себя про­яв­ляет. Смот­рите, очень инте­ресно. Мои­сей разу­тый стоит на земле, потому что здесь явился Бог, и она земля свя­тая. А потом бог пере­стал являться. А земля эта свя­той оста­лась? Нет, все, стала обыч­ная земля. Бог пере­стал являться. Дальше Он начал являться в храме, и люди ощу­щали Божие при­сут­ствие. Это — почему места.

Всё, что свя­зано с Богом, тоже назы­ва­ется свя­тыня. Напри­мер, свя­той ков­чег. Почему? Потому что он посвя­щен Гос­поду. Это при­над­ле­жит Гос­поду. Да, не Бог это сде­лал, это сде­лали люди, но они сде­лали это и отдали Богу, Бог теперь дол­жен этим поль­зо­ваться. И поэтому то, что названо свя­ты­нею, оно как бы выры­ва­ется из обы­ден­ного упо­треб­ле­ния, и про­сто так к этой вещи не может при­кос­нуться каж­дый, она посвя­щена Гос­поду. У нас тоже есть свя­тыни. Свя­ты­нями они ста­но­вятся не потому, что там при­об­рели какие-то осо­бые свой­ства, а потому что мы это посвя­тили Гос­поду, и теперь это при­над­ле­жит Гос­поду. Вот Чаша для При­ча­стия — она свя­тыня. Ну что, там металл какой-то осо­бый? Да такой же металл. Какое-то осо­бен­ное литье? — Нет, конечно. Но теперь это посвя­щено Гос­поду, это при­над­ле­жит Богу, и теперь это свя­тыня. Когда она стала свя­ты­ней? Если вы при­дёте в цер­ков­ный мага­зин или захо­тите купить храму евха­ри­сти­че­ский набор, вам доста­нут его пока­жут: возь­мите, посмот­рите, выбе­рите, вот вам несколько Чаш, смот­рите, какая вам нра­вится — и вы можете взять посмот­реть, это еще не свя­тыня, она еще не посвя­щена Гос­поду. Как только свя­щен­ник про­чи­тает молитвы, она ста­нет посвя­щена Гос­поду, и она ста­нет свя­ты­ней, и уже про­сто так взять нельзя. Я не могу брать евха­ри­сти­че­ские сосуды. Это вот ста­но­вится свя­ты­ней, когда мы ее освя­щаем. Потому что это посвя­щено для Господа.

И нако­нец, я хотел бы ещё об одном виде свя­то­сти пого­во­рить Это свя­тость вре­мени. Когда вы откры­ва­ете Книгу Исход или Книгу Вто­ро­за­ко­ние и чита­ете Гос­подни запо­веди, кото­рые мы назы­ваем десять запо­ве­дей, то мы читаем запо­ведь о суб­боте. Не знаю, есть ли здесь — навер­ное, есть, они везде, в Питере точно есть — адвен­ти­сты седь­мого дня. Фишка адвен­ти­стов — это то, что нужно Богу покло­няться в суб­боту, выде­лять этот день. Почему? Потому что там напи­сано, вот есть суб­бота, мы должны только в суб­боту, и вели­чай­ший грех всех осталь­ных — это покло­не­ние Богу в вос­кре­се­нье. И когда мы читаем Биб­лию, дей­стви­тельно, кажется, что это так, Вет­хий Завет про суб­боту. Новый Завет он вообще-то тоже про суб­боту. Ведь когда Гос­подь гово­рит, что суб­бота для чело­века, а не чело­век для суб­боты, Он все-таки гово­рит о суб­боте. Ну, и может быть, правы адвен­ти­сты? Давайте раз­бе­ремся. Почему суб­бота названа святой?

Итак, вспо­ми­наем слово «свя­той», что озна­чает слово «свя­той» — отде­лен­ный, избран­ный, выде­лен­ный. Суб­бота свя­тая — она отде­лен­ная или выде­лен­ная, выде­лен­ная из чего? Из всех осталь­ных дней, абсо­лютно верно. Дальше. Она, есте­ственно, избрана для чего-то. А для чего она избрана? Для покло­не­ния Гос­поду. И вот тут мы должны разо­браться с вот этим покло­не­нием Гос­поду. Если мы нач­нем читать пра­вила того, что можно и чего нельзя делать было в суб­боту, и срав­ним, что мы делаем или не делаем в вос­кре­се­нье, мы пой­мем, что наше вос­кре­се­нье и та суб­бота — это раз­ные вещи. Адвен­ти­сты гово­рят: вот хри­сти­ане взяли суб­боту, пере­несли на вос­кре­се­нье. Ничего подоб­ного. Вопрос. Вы после службы чай пили? Конечно. На газу чай грели? На газу. Зажи­гали огонь? Вот это запре­щено. Все в Ком­му­наре живете? Пеш­ком или транс­пор­том поль­зо­ва­лись? Транс­пор­том, тоже нельзя. Там много чего. Яблоко сорвали, напри­мер яблоко рас­тет, а вы сорвали его — тоже нельзя. Сбор уро­жая запре­щен. Совре­мен­ные евреи, даже когда в суб­боту ходят в туа­лет, они в пят­ницу днем заго­тав­ли­вают бумагу, отры­вают на кусочки. Почему? А потому что нельзя рвать, иначе это будет нару­ше­ние суб­боты. Поэтому наше вос­кре­се­нье и вет­хо­за­вет­ная суб­бота — это абсо­лютно раз­ные вещи. В чем смысл тогда суб­боты был? Можно такой вопрос: я тут при­во­дил этот при­мер, сколько дней в неделю мы должны думать о Гос­поде? Посто­янно. Полу­ча­ется? Нет. А как при­учить все­гда думать о Гос­поде, осо­бенно народ, кото­рый вообще о Гос­поде не думал? Заста­вить их каж­дый день по часу думать о Гос­поде — сложно, часов нет тогда. И тогда Гос­подь, чтобы при­учить еврей­ский народ думать о Нём, Он вво­дит вот этот день суб­бот­ний. Суб­бота — это день, во время кото­рого евреи должны быть думать только о Гос­поде. Шесть дней рабо­тают — всё оди­на­ково, седь­мой день — пре­ры­ва­ется всё, и начи­наем думать о Гос­поде. Понятно, что как можно заста­вить думать о Гос­поде чело­века, кото­рый не хочет думать о Гос­поде. Ино­гда нужно наси­лие, и в вос­пи­та­нии оно тоже нужно. И вот здесь так и полу­ча­ется. Евреев суб­бота при­учает думать о Боге. В этот день они начи­нают думать о Боге. Они не делают ничего того, что делали в осталь­ные шесть дней, они должны думать о Гос­поде. А что же мы, мы же хри­сти­ане, почему у нас не так? Давайте пого­во­рим, чтобы было понятно, почему мы не празд­нуем суб­боту Почему, вер­нее, не выпол­няем запо­ведь о суб­боте, почему у нас есть вос­кре­се­нье, и какая связь суб­боты и воскресенья?

Если вы читали Вет­хий Завет, то вы видели кучу запо­ве­дей, кото­рые мы не выпол­няем, это дей­стви­тельно так. Начи­ная, напри­мер, от запо­веди деся­тины. У нас нет запо­веди о деся­тине, в Новом Завете нет уче­ния о деся­тине. Есть уче­ние о пожерт­во­ва­нии, но запо­веди о деся­тине нет. И много-много запо­ве­дей, кото­рых у нас нет. И встает вопрос: а как к этим запо­ве­дям отно­ситься? Если пойти по такому пути и ска­зать: раз мы живем в Новом Завете, то вет­хо­за­вет­ные запо­веди к нам вообще отно­ше­ния не имеют, вообще ника­кого, в том числе и десять запо­ве­дей. Почему? Потому что десять запо­ве­дей — это часть того самого вет­хо­за­вет­ного закона.

Есть сле­ду­ю­щий путь, такой очень инте­рес­ный. Он гово­рит: ну вот те запо­веди Вет­хого Завета, кото­рые повто­рены в Новом, мы их должны испол­нять. Ну, тут тоже это уже здо­рово. — Почему? Потому что все десять запо­ве­дей, кроме запо­веди о суб­боте, в Новом Завете повто­рены, и будем испол­нять. Но это вообще-то, если читать свя­то­оте­че­ские тво­ре­ния, то можно уви­деть, что свя­тые отцы пред­ла­гают тре­тий путь. Они гово­рят о том, что мы должны выпол­нять вет­хо­за­вет­ные запо­веди, но по ново­за­вет­ному. Не по букве, а по духу. Апо­стол Павел гово­рил о том, что мы не раз­ру­шаем закон, мы его не выбра­сы­ваем, а мы его утвер­ждаем, То есть мы его по ново­за­вет­ному делаем. И тут встает вопрос, очень инте­рес­ный такой. Иссле­дуя, мы откры­ваем какую нибудь запо­ведь, и думаем: а как она испол­ня­ется по ново­за­вет­ному? И о каж­дой запо­веди так можно пого­во­рить. Но нас сей­час инте­ре­сует запо­ведь о суб­боте, о свя­той суб­боте, то есть выде­ле­ние дня для раз­мыш­ле­ния о Гос­поде. Как по ново­за­вет­ному испол­нять эту запо­ведь? Это не зна­чит ходить в вос­кре­се­нье в храм — по ново­за­вет­ному. Не только же молитва вклю­чает в себя памя­то­ва­ние о Гос­поде. По боль­шому счёту, запо­ведь о суб­боте была дана на вырост. То есть ты пока не уме­ешь всё время думать о Гос­поде, поэтому вот она тебе, суб­бота, в этот день думай. Вырас­тешь — будешь всё время думать. То есть что зна­чит по ново­за­вет­ному испол­нять запо­ведь о суб­боте — это думать о Гос­поде каж­дый день, вот это памя­то­вать о гос­поде. Тем самым памя­туя о Гос­поде, мы и испол­няем запо­ведь о суб­боте. Каж­дый день. Слу­шайте, ну не полу­ча­ется быть веру­ю­щими только по вос­кре­се­ньям два-три часа! «Я веру­ю­щий три часа в неделю» — ну не полу­ча­ется. То есть мы должны пони­мать, что если мы веру­ю­щие, то веру­ю­щие каж­дый день, 24 часа. Поэтому этим мы и испол­няем запо­ведь о суб­боте. А что такое вос­кре­се­нье? Вос­кре­се­нье это празд­ник, и как у евреев были суб­боты, и празд­ники, и будни, так и у нас есть тоже празд­ники. Празд­ники и суб­бота — это раз­ные вещи, а вот у нас вос­кре­се­нье — это празд­ник. Суб­бота не была празд­ни­ком, поэтому так как суб­бота она закон­чи­лась — мы ее испол­няем каж­дый день, то в вос­кре­се­нье мы празд­нуем. Когда вы столк­не­тесь с адвен­ти­стами, кото­рые вам нач­нут рас­ска­зы­вать о том, что вы, пра­во­слав­ные, пере­несли запо­ведь о суб­боте на вос­кре­се­нье, вы гово­рите: нет, конечно, ничего подоб­ного. Мы запо­ведь о суб­боте испол­няем по ново­за­вет­ному, мы пом­ним о Гос­поде каж­дый день. У адвен­ти­стов полу­чи­лось так, что они вот так в букве и зависли. У меня есть зна­ко­мые — да, они реально там в пят­ницу в тер­мосы по сей день зали­вают еду, там все это есть, у них кален­да­рики есть, на кото­рых отме­чено, когда же начи­на­ется суб­бота — вос­ход и закат солнца, я такие кален­да­рики видел. Они кален­да­рики, может быть, с иудей­ских сай­тов ска­чи­вают. Часть вет­хо­за­вет­ных запо­ве­дей они оста­вили, но тоже так доста­точно не всё. То есть всё равно вот этой после­до­ва­тель­но­сти нет. Они гово­рят: жертву мы не при­но­сим, потому что при­не­сена жертва Христова.

Но были вет­хо­за­вет­ные запо­веди, кото­рые как бы не свя­заны с жерт­вами, а при­над­ле­жали цере­мо­ни­аль­ному закону. Напри­мер, запрет на упо­треб­ле­ние пло­дов с дерева, их можно было есть на какой-то опре­де­лен­ный год. Нельзя сразу, то есть рас­цвела ябло­ния, и пер­вые яблоки появи­лись, их нельзя было есть, пройти должно было несколько лет. Я такое у адвен­ти­стов не читал. При­чем это не посвя­ще­ние Гос­поду — они сры­вали и при­но­сили в храм, а про­сто вот нельзя. Или, напри­мер, вопросы свя­зан­ные, с семей­ной жиз­нью — тоже этого нет у адвен­ти­стов, я с этим не стал­ки­вался. Вот это как здесь мы читаем, а здесь селедку заво­ра­чи­ваем» — такое. Поэтому у меня есть такие пре­тен­зии, я зада­вал вопросы, но ответ полу­чал при­бли­зи­тельно такой: это цере­мо­ни­аль­ный закон, он не отно­сится к мораль­ному закону. Суб­боту они счи­тают мораль­ным зако­ном, на самом деле это тоже цере­мо­ни­аль­ный. Вот как жертву мы не при­но­сим — почему, потому что при­не­сена жертва Хри­стова. Почему мы суб­боту не испол­няем — потому что Хри­стос испол­нил запо­ведь о суб­боте. Что в суб­боту дол­жен еврей делать — телом отды­хать, а духом бодр­ство­вать. Вот Хри­стос так и сде­лал — телом Он почи­вал в гроб­нице, а духом Он бодр­ство­вал, Он спус­кался в ад и выво­дил оттуда людей.

Итак, свя­тость Бога, отде­лен­ность Его от мира, от гре­хов­но­сти. Свя­тость людей-отде­лен­ность от греш­ни­ков и пока­зы­ва­ние пра­вед­но­сти для того, чтобы про­све­щать этот мир. Свя­тость зда­ний храма–потому что в этом месте Бог Себя про­яв­ляет. Свя­тость пред­ме­тов — потому что эти пред­меты посвя­щены Гос­поду. И свя­тость вре­мени, потому что это время для осо­бого покло­не­ния, осо­бого памя­то­ва­ния о Боге. Вот это свя­тость. Вет­хо­за­вет­ные люди были при­званы к свя­то­сти. Мы тоже при­званы к свя­то­сти, и слова Книги Левит «будьте святы как Я свят» (Лев.11:14), они зву­чат и в Новом Завете: «и будьте совер­шенны, как совер­шен Отец ваш Небес­ный» (Мф.5:48). На этом, думаю, мы можем сего­дня пре­рваться, и я готов выслу­шать ваши вопросы: по лек­ции, по Вет­хому Завету, и по Свя­щен­ному Писа­нию в том числе. На все вопросы я не смогу отве­тить, осо­бенно на каса­ю­щи­еся там цер­ков­ной жизни.

Вопрос: когда к Хри­сту обра­тился один из слу­ша­ю­щих Его, он обра­тился к Нему «бла­гой учи­тель». Пояс­ните, пожа­луй­ста, почему Хри­стос отве­тил, что «благ только Бог, почему ты назы­ва­ешь Меня благим»?

Я знаю тол­ко­ва­ние этого места, это, есте­ственно, Еван­ге­лие, Новый Завет. Слово «бла­гой» — это тоже такое свет­ское слово, кото­рое при­ла­га­ется к Богу. Видимо, в том кон­тек­сте в кото­ром оно было задано, Хри­стос и пере­спра­ши­вает: а ты вообще пони­ма­ешь, как ты это слово исполь­зу­ешь? Ты назы­ва­ешь Меня бла­гим, а ты зна­ешь, что благ только Бог вот в этом абсо­лют­ном зна­че­нии? Если ты назы­ва­ешь Меня бла­гим, то ты назы­ва­ешь Меня Богом. То есть не бро­сайся сло­вами. Тут Хри­стос как бы гово­рит, что ты дол­жен сле­дить за своим язы­ком. Но если ты назвал Меня бла­гим и заду­мался, то ты назвал Меня Богом. Это то же самое, когда Хри­стос гово­рит: не назы­вайте себе никого учи­те­лями, не назы­вайте никого отцами, потому что у вас один учи­тель Мои­сей, у вас один отец Бог. Как бы не надо раз­бра­сы­ваться сло­вами, и уж тем более ста­вить себя на место Мои­сея, либо на место Бога.

Вопрос: Свят Гос­подь Бог, свя­той ков­чег — там тоже кадош используется?

Да. Гре­че­ское слово «агиос» — свя­той, оно при­бли­зи­тельно то же самое зна­чит, но там чаще всего исполь­зо­ва­лось по отно­ше­нию к жерт­вам, то есть вот эта овечка — она избрана для жерт­во­при­но­ше­ния, она свя­тая, потому что она для жерт­во­при­но­ше­ний. Смысл при­бли­зи­тельно такой же. Конечно, слово «кадош» более расширенное.

Вопрос: Вы гово­рите, что свя­тое — это там где был Бог, Бог ушел, и земля уже не святая? 

Возле горя­щей купины явился Бог. Он ска­зал: Мои­сей, разу­вайся, земля, на кото­рой ты, сто­ишь свя­тая. После того как закон­чи­лось явле­ние Божие, это стала обыч­ная Земля. Бог явился. Не люди посвя­тили — Он Сам Себя про­явил. Это Книга Исход, 3 глава, это и есть та история.

Вопрос: Почему мощи святые?

Я как биб­ле­ист, буду объ­яс­нять по-биб­лей­ски. Мы гово­рим о спа­се­нии. А чем всё закон­чится? Если я спа­сён­ный, то… — а что дальше? Я спасся, а что дальше? А дальше — когда, ска­жем так, обыч­ный чело­век ино­гда думает: спасся — это в рай попал, умер и попал в рай. На самом деле в Биб­лии не об этом. Резуль­та­том спа­се­ния будет вос­кре­ше­ние и жизнь веч­ная с Богом. То есть «чаю вос­кре­се­ния мерт­вых». Не жизнь за гро­бом, за смер­тью, а именно вос­кре­се­нье мерт­вых. И Биб­лия прак­ти­че­ски ничего не гово­рит о том, что будет с чело­ве­ком, когда он умрет. Гово­рит о том, что чело­век вос­крес­нет, что там будет, но вот как он умрет — неин­те­ресно, и не рас­ска­зы­вает. Вос­крес­нет чело­ве­че­ское тело. То есть с точки зре­ния Биб­лии, тело важно в деле спа­се­ния, вообще в деле жизни. Вос­крес­нет тело, то есть мы пони­маем, что когда мы умрем, или те, кто умер раньше нас, их тела рас­па­лись, пре­вра­ти­лись в эле­менты, и, может быть, мы носим сей­час атомы какую-нибудь умер­шего, и ско­рее всего все так, у всех такое есть, потому что раз­ла­га­ются, вырас­тают дере­вья, и так далее. Но мы к этому отно­симся спо­койно. Почему? Потому что Бог вос­со­здаст наше тело на осно­ва­нии нашей души, но мы ска­жем: это наше тело. То есть для Бога важно тело. Когда мы почи­таем мощи, мы как бы сви­де­тель­ствуем: вот это, чьи мощи здесь лежат, он вос­крес­нет, и вос­крес­нет в вос­кре­се­ние спа­се­ния, в вос­кре­се­ние славы. Почи­та­ние этих мощей, и то, что они не обыч­ные кости а осо­бые, мы их назы­ваем свя­тыми, и когда мы их почи­таем, мы как бы под­чер­ки­ваем, что — да, этот пра­вед­ник, он вос­крес­нет. Он точно вос­крес­нет, и мы как бы сви­де­тель­ствуем о его воскресении.

Поэтому языч­ники, когда они еще были в силах, назы­вали хри­стиан «люби­те­лями плоти», что мы отно­симся к плоти, ска­жем так, очень тре­петно. Нам это кажется странно, потому что мы там об аскезе, или там каких-нибудь аске­тов, напри­мер, Сера­фим Саров­ский, кото­рый на камне тысячу дней и ночей про­стоял, или свя­тые кото­рые носили вериги или еще что-то делали, измож­дали свою плоть — но вот мы «люби­тели плоти». Почему? Потому что мы наде­емся, что наша плоть вос­крес­нет, и наша жизнь про­дол­жится, насто­я­щая жизнь про­дол­жится в теле. Поэтому и отно­ше­ние такое к мощам, любовь к телу, к плоти.

В Санкт-Петер­бурге мне такие вопросы прак­ти­че­ски нико­гда не задают, а вот в дру­гих местах ино­гда задают. При­чём так ста­вят в такие немно­жечко тупи­ко­вые вещи, ты даже не зна­ешь, что делать. Типа : а напри­мер, свя­тая вода зацвела, бывает такое, что с ней делать? Ну, понятно — вылить в про­точ­ную воду. А бутылка, в кото­рой она зацвела — что с ней делать? И тут начи­на­ешь ломать голову.

Вопрос: По поводу свя­то­сти и сино­ни­мов. Ну, вот допу­стим, пра­вед­ный. Мы все-таки при­выкли отно­ситься к поня­тию свя­то­сти как почти без­греш­ный. Хоте­лось бы понять, если какая-то вот стро­гая раз­ница в понятиях?

Смот­рите. Свя­той дол­жен пока­зы­вать свою свя­тость. Свя­тость пока­зы­ва­ется в пра­вед­но­сти. Пра­вед­ность — это послу­ша­ние слову Божи­ему. Ино­гда гово­рят: есть ате­и­сты понрав­ствен­нее, чем веру­ю­щие. Да. Но не надо сво­дить веру только к этике, пра­вильно себя вести. Вера — это послу­ша­ние слову Божи­ему. Поня­тие нрав­ствен­ное в мире может меняться, что такое хорошо и что такое плохо может меняться. В совре­мен­ном обще­стве есть вещи, кото­рые счи­та­ются пра­виль­ными, при­ем­ле­мыми и хоро­шими, но с точки зре­ния Бога они явля­ются гре­хов­ными. И мы должны выби­рать либо послу­ша­ние слову Божи­ему, тем самым мы сами пока­зы­ваем свою пра­вед­ность и свою свя­тость; либо нрав­ствен­ность, кото­рая при­ем­лема вот в этом мире. И поэтому, кто такой свя­той, кто такой пра­вед­ный с точки зре­ния Биб­лии — тот, кто слу­шает и испол­няет волю Божию, а не про­сто нрав­ствен­ный чело­век. Хри­сти­а­нин — это не равно хоро­ший человек.

Вопрос: А вот с точки зре­ния тек­ста Биб­лии: свя­той народ отде­лен­ный — среди него вот жил там чело­век пра­вед­ный — там какое слово упо­треб­ля­ется, тоже «кадош», или там осо­бое слово?

Чаще всего исполь­зу­ется слово «оста­ток». Вот есть свя­той Изра­иль, вот этот весь народ, и внутри народа нахо­дится оста­ток — как самый луч­ший из евреев. То есть весь Изра­иль при­зван к свя­то­сти, все граж­дане Цар­ства Бога (нельзя гово­рить в Вет­хом Завете «Цар­ство Божие»), но вот есть внутри Изра­иля те, кото­рые слу­ша­ются только Бога. Вот это есть оста­ток. Этот оста­ток может быть боль­шой, может быть малень­кий. Про­рок Илия гово­рит: из всего Изра­иля я не пре­кло­нял колена перед Ваа­лом. Бог ему гово­рит: нет, ещё есть там семь тысяч, кото­рые не пре­кло­ня­лись перед Ваа­лом, вот это оста­ток. То есть погублю греш­ни­ков, но оста­ток оставлю. Если рас­смат­ри­вать Вет­хий Завет и пере­но­сить на ново­за­вет­ные реа­лии, то мы должны пони­мать часть народа Божи­его, чело­век ста­но­вился в Вет­хом Завете на вось­мой день, в момент обре­за­ния. У нас частью народа Божи­его ста­но­вятся в момент кре­ще­ния. Но дальше начи­на­ется этот путь, путь свя­то­сти, путь пра­вед­но­сти, путь освя­ще­ния — когда чело­век пока­зы­вает то, что он дей­стви­тельно пра­вед­ник и дей­стви­тельно часть избра­ния. Кто-то пока­зы­вал, кто-то нет. Для совре­мен­ного мира, кстати, это явля­ется как бы нару­ше­нием там всех сво­бод, пра­вил, и все такое про­чее. То есть смот­рите как. Ребёнка обре­зали на вось­мой день, ему как ска­зали: ты дол­жен быть свя­тым, ты дол­жен быть пра­вед­ным. А если он не хочет? А он уже свя­зан заве­том, свя­зан дого­во­ром. То же самое и здесь. Чело­века окре­стили там в два-три месяца, всё — он уже при­зван к свя­то­сти, он граж­да­нин Цар­ства Божьего. Его не спра­ши­вали, когда его кре­стили. Поэтому, кстати, языч­ники — а они сей­час есть, их уже немало, — чуть ли не пер­вое что делают, это делают обряд рас­кре­щи­ва­ния, что они ста­ра­ются вот это убрать, это кре­ще­ние, что нет, они теперь не при­над­ле­жат народу Божи­ему. Поэтому я при­во­дил при­мер послу­ша­ния Богу, послу­ша­ние как бы этому миру. Вот, пожа­луй­ста, Бог пове­ле­вает детей кре­стить, а мир гово­рит: нечего, он дол­жен сам выбрать. Кого мы должны слушать?

Вопрос: А наобо­рот, вопрос о гра­ни­цах Церкви. Нсли чело­век не кре­ще­ный, может ли он быть по сво­ему сво­бод­ному воле­из­ли­я­нию соче­таться, быть избран­ным Божиим, отде­лен­ным таким?

Новый завет такой аль­тер­на­тивы не пред­ла­гает. «В нем вы и обре­заны обре­за­нием неру­ко­твор­ным, совле­че­нием гре­хов­ного тела плоти» (Кол.2:11) Когда чело­век всту­пал в Завет с Богом, он полу­чает печать Завета. Мы тоже имеем на себе эту печать. Она неви­ди­мая, но она есть. Поэтому как бы не полу­ча­ется. Я не могу найти в Новом Завете дру­гие вари­анты. Дело в том, что мы не можем гово­рить, что все кре­ще­ные спа­сутся — это абсо­лют­ный абсурд. Но в то же время мы пони­маем, что среди спа­сен­ных не будет некре­ще­ных, если мы гово­рим про ново­за­вет­ные вре­мена. Понятно, что были люди, кото­рые кре­сти­лись свою кро­вью, но это немного дру­гая речь. А если мы гово­рим о том, что как поло­жено, то мы гово­рим о кре­ще­нии. Есте­ственно, я не буду рас­суж­дать, где про­хо­дят гра­ницы Церкви: кре­ще­ние у ста­ро­об­ряд­цев оно при­ем­лемо или непри­ем­лемо, или там сей­час есть, напри­мер, дви­же­ния внутри пра­во­сла­вия, кото­рые не при­зна­ются кем-то, вот их кре­ще­ние при­ем­лемо или непри­ем­лемо, будет оно при­нято Богом или не при­нято, — я не буду об этом рассуждать.

Вопрос: У апо­стола Павла есть такое в Посла­ниях, как внут­рен­ний чело­век, кото­рый после кре­ще­ния начи­нает расти, и он в общем-то, и ста­но­вится граж­да­ни­ном Цар­ства Небес­ного. Такой вопрос: вот этот рост этого чело­века, его духов­ное раз­ви­тие — оно воз­можно только в среде кре­ще­ных, или духов­ное раз­ви­тие, рост воз­мо­жен ещё в иной среде?

Когда мы гово­рим о спа­се­нии, то для пра­во­слав­ных важно гово­рить о бла­го­дати. Бла­го­дать — это дей­ствие Бога в этом мире. И такое школь­ное пони­ма­ние «бла­го­дать» — она дей­ствует дво­яко. Одна бла­го­дать назы­ва­ется при­зы­ва­ю­щая, дру­гая освя­ща­ю­щая. При­зы­ва­ю­щая бла­го­дать дей­ствует во всем мире, вклю­чая некре­ще­ных, прежде всего. Это бла­го­дать, кото­рая людей при­зы­вает ко Хри­сту. Она ведет чело­века и при­во­дит его ко Хри­сту. И если чело­век не кре­ще­ный, чело­век начи­нает слу­шаться Хри­ста, и он пони­мает что Хри­стос пове­ле­вает кре­ститься. В тот момент, когда он кре­стится, в нем рож­да­ется новый чело­век бла­го­да­тью Божией. И бла­го­дать Божия начи­нает дей­ство­вать уже по-дру­гому, освя­щая этого чело­века и помо­гая рас­тить этого нового чело­века. У всех у нас, у всех кре­ще­ных, вот этот заро­дыш, зача­ток или нача­ток нового чело­века — мы его полу­чаем в момент кре­ще­ния. Он может расти, может не расти, может, как гово­рится, не знаю, там кова­ными сапо­гами его заго­няют. Но чело­век может так вот этот заро­дыш про­но­сить, и ничего из него не вырас­тет, будет такой бес­плод­ный, нет у него пло­дов, нет роста. Но вот этот новый чело­век зарож­да­ется в момент кре­ще­ния, в тот момент, когда чело­век всту­пает в Завет с Богом, полу­чает печать Завета. Когда вни­ма­тельно рас­смат­ри­ва­ешь Вет­хий Завет и срав­ни­ва­ешь его с Новым, это всё видно. Еврей ста­но­вился частью народа Божи­его, когда при­ни­мал Кре­ще­ние. Бог, обра­ща­ясь к Авра­аму, гово­рил: не должно у вас быть тех, кото­рые не обре­заны. Это не озна­чает, что их истреб­лять. Но если вы счи­та­ете себя евре­ями, избран­ным наро­дом, вы должны быть обре­заны. Если вы счи­та­ете себя избран­ными хри­сти­а­нами, вы должны быть кре­щены. Ну про­сто дру­гого пути нет. Я помягче, чем неко­то­рые бого­словы, кото­рые гово­рят, что только кре­ще­ние в пра­во­сла­вии, и ника­кого дру­гого. Я не буду гово­рить ни да, ни нет. Но, ска­жем так, я счи­таю, что давайте это всё оста­вим на Бога, то есть какое кре­ще­ние Он «засчи­тает». Но я не могу пред­ста­вить на осно­ва­нии Свя­щен­ного Писа­ния, что воз­мо­жен какой-то путь в Тело Хри­стово, вступ­ле­ние в Завет с Богом, кроме как крещения.

 Вопрос: В чем тогда право выбора у чело­века про­ис­хо­дит, если Бог дал право выбора. Полу­ча­ется, чтобы быть с Богом обя­за­тельно заклю­чать завет? А если не делать, не заклю­чать, ведь Он же дал право выбора, я же сво­бод­ный человек?..

Ответ можно найти в Книге Вто­ро­за­ко­ние. Бог обра­ща­ется к еврей­скому народу через Мои­сея и гово­рит: я тебе пред­ло­жил два пути. Путь жизни и путь смерти. Выбери жизнь, и ты будешь жить. Когда Бог созда­вал этот мир, Он его созда­вал не только с физи­че­скими зако­нами, но и с духов­ными. Вот такой мир, так он дей­ствует. Я все­гда такой при­мер при­вожу: если я под­ни­мусь на две­на­дца­тый этаж, открою окно и выбро­шусь, я разо­бьюсь. Почему? — Ну так вот этот мир устроен. Бог мог бы создать мир, в кото­ром мы бы взле­тали. Но Он создал такой мир, какой у нас есть. В том числе и с духов­ными зако­нами, кото­рые дей­ствуют, потому что они дей­ствуют. Мы можем не верить в то, что есть закон все­мир­ного тяго­те­ния, кри­чать, что его нет, но все равно разо­бьемся. Мы можем кри­чать, что запо­веди Божии — это пол­ная ерунда и ничего мне будет. Оно будет. Не потому, что Бог нака­жет, а потому что они такие законы. Поэтому Бог гово­рит: выбери жизнь, вот так надо посту­пать, чтобы жить. Мы же ребенку гово­рим: не суй пальцы в розетку, током дол­ба­нет. Что если засу­нул пальцы в розетку — ребе­нок хоро­ший, но он засу­нул — его всё равно дол­ба­нет током, хоро­ший он или пло­хой. То же самое и с этими духов­ными зако­нами. Бог гово­рит: вот Я тебе пред­ла­гаю, а дальше вот это и есть сво­бода, пожа­луй­ста. Можешь не верить, можешь пры­гать из духов­ного окна, можешь разбиться.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

2 комментария

  • Кирилл, 21.01.2021

    Доб­рый вечер. Есть ли записи Добы­кина тол­ко­ва­ние на осталь­ные псалмы? На сайте только до 17.

    Ответить »
    • Редак­тор, 23.01.2021

      Кирилл, здрав­ствуйте! К сожа­ле­нию, про­дол­же­ния нет.

      Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки