сайт для родителей

Дети в храме — проблема или радость? — прот. Федор Бородин

Print This Post

1135


Дети в храме — проблема или радость? — прот. Федор Бородин
(4 голоса: 4 из 5)

Дети в храме — шум, гам и проблемы или радость? Почему священнику и детям так важно общаться, как научить ребенка молитве, как часто дети должны исповедоваться и зачем рассказывать детям сказки, — рассказывает протоиерей Федор Бородин, отец восьмерых детей, настоятель московского храма святых бессребреников Косьмы и Дамиана на Маросейке.

— Отец Федор, вопрос о том, как быть с детьми на службе, острый и всегда актуален, особенно для вашего храма — у вас всегда очень много детей и многодетных семей на службе. Как вы справляетесь, как дети должны вести себя в храме?

— Дети ведут себя в храме по-разному, некоторые бегают, мешают, шумят. Конечно, они тяжело переносят длительные богослужения, и мне кажется, нужно позволить родителям с детьми бывать в храме столько времени, сколько может выдержать ребенок. Прийти, допустим, к Евангелию, к Херувимской песни. И требовать, чтобы вот это небольшое время ребёнок вел себя хорошо. Нужно, чтобы время, проведенное в храме, дисциплинировало ребёнка, чтобы он учился молиться. И это могут быть всего 20-30 минут внимательного присутствия.

Бывает так, что благочестивая девушка выходит замуж, становится мамой и по привычке не может прийти на службу позже. Её ребенок мешает всем остальным молящимся, но она ничего не замечает, а если видит недовольство — обижается.

Конечно, мы пытаемся навести порядок, назначаем дежурных, раздаем памятки родителям, собираем собрания. Но все равно: некоторые родители всё понимают, а другие — нет. Это вечная проблема, повторяющаяся вновь с каждым новым поколением детей.

Если человек вырос в многодетной семье, и сам растит троих детей, он совершенно спокойно относится к детскому шуму. А если у человека нет детей, он считает, что такое поведение, шум — безобразие. Два человека совершенно по-разному смотрят на одну и ту же проблему.

И здесь надо понимать, что можно, а что нельзя разрешать ребенку в храме. Конечно, все мы помним, как преподобный Серафим Саровский остановил одну благочестивую женщину, которая стращала своего ребенка, бегающего по кельи преподобного. Он сказал, что ребёнок играет с ангелом. И действительно, Христос, зная, как ведут себя дети, сказал: «Будьте как дети» (Мф. 18:3).

Если ребенка всё время стращать или наказывать, он не будет стремиться в храм. Ребёнок должен чувствовать, что храм — это место, где происходит встреча с Господом, где есть во всем действующая благодать. В том числе она есть в людях, и это проявляется в том, что они светлые и радостные.

— Должны ли дети участвовать в жизни общины, как-то трудиться, помогать?

— Конечно, каждый ребёнок должен приучаться к труду, каждый должен нести часть обшей ответственности, только через это он сможет полюбить бывать в храме и полюбить свой приход. Детям очень полезно помогать в храме, участвовать в украшении, уборке храма. Здесь можно провести аналогию с семьей: если храм, община — это семья, то ребенок должен иметь свои обязанности, нести ответственность за происходящее.

Современный человек говорит так: «Прежде чем оформить отношения, мы должны попробовать пожить вместе».

А верующий человек говорит: «Я сначала распишусь, а потом она станет моей женой. Сначала я возьму на себя всю ответственность за неё». Только когда человек взял на себя ответственность, сказал: «Я готов её любить», — Бог может дать ему настоящую любовь к другому человеку. Именно поэтому, за редким исключением, венчать можно только зарегистрированные браки.

Точно так же и в храме — если ты готов прийти и взять на себя часть ответственности за это здание, за это богослужение, то храм станет для тебя родным домом. А если человек приходит только пользоваться, то такое отношение — потеря возможностей, потеря радостей взаимного общения, взаимного обогащения. Поэтому в детях, конечно, надо воспитывать отношение к храму, как к родному дому.

Детская исповедь и причастие

— Как часто дети должны причащаться и исповедоваться?

— Когда документ «Об участии верных в Евхаристии» будет принят на Архиерейском соборе, мы будем следовать ему как изъявлению соборного разума Церкви. Я бы все-таки ввел еще одну дополнительную градацию при рассмотрении вопроса детской исповеди — документ рассматривает только возраст, с которого ребёнку можно приступать к исповеди, а я бы говорил о том, что ребёнку не надо исповедоваться перед каждым причастием.

Приготовить 7-летнего ребенка к настоящей исповеди родителям удается далеко не всегда. А у священника часто нет времени нормально поговорить с каждым ребёнком. Поэтому, если ребенок исповедуется перед каждым причастием, допустим, каждое воскресенье, есть большая угроза, что исповедь превратится в формальность.

Я считаю, что примерно до 12-ти лет ребенок может исповедоваться не перед каждым причастием, а раз в месяц-полтора.

А затем, после 12-ти лет, нужно ввести исповедь перед каждым причастием — в это время как раз начинается трудный подростковый период.

За это время в ребенке или рождается покаянное видение себя перед Богом или нет, и это тайна. Помню, я однажды услышал, как один из моих сыновей плачет у себя в кровати: «Я так грешен перед Богом, как же так? Я так грешен…» — в нем родилась потребность в исповеди. А бывает, что эта потребность не рождается и в сорок лет. Это колоссальная проблема церковных семей — мы можем воспитать ребенка в традициях Православия, но встать перед Богом в полный рост может только он сам.

Христианство — это личное предстояние Богу, без этого нет Христовой веры — вот Бог, которого я люблю, вот Его заповеди, вот грех, который меня разрушает, поэтому я исповедуюсь.

Один древний святой сказал удивительные слова: «Если не скажет человек в сердце своем: „Есть только Бог и я“, — он не может спастись». Или в другой редакции: «не обретет покой». И пророк Давид говорит: «Един есмь аз, дондеже прейду». Это не значит, что остальные люди неважны, но без личностного предстояния перед Богом невозможно спасение человека.

Бывает, человек вырастает в Церкви и говорит: «А я не хочу стоять перед Богом, для меня это несущественно». И он может быть при этом сыном святого человека. Мы все знаем, например, что с пророком Самуилом Бог говорил в голос. Представляете, какой это был человек? А дети у него были негодные. Или, например, у Александра Невского один сын — Даниил Московский, святой, а второй водил татар на соседние города.

Совместная молитва и семья как малая церковь

— Как же мы можем помочь ребенку осуществить этот внутренний выбор?

— Прежде всего, воспитанием в семье, совместной молитвой. У нас, к сожалению, огромное количество православных семей не молятся вместе. Это беда, это неправильно. Понятно, что утром все в разное время встают, папа побежал к себе на работу, мама — к себе, дети — в школу, в институт. Но вечером-то надо молиться вместе.

Если мы говорим, что семья — это малая церковь, то Церковь, прежде всего, проявляется в совместной молитве. Папа — священник этой церкви (вот он, патриархат), он произносит молитву от лица всех, кто стоит рядом, от лица этой домашней церкви, он ходатайствует, предстоит, и все молятся едиными устами — словами, которые он произносит.

Совместная молитва — это мощнейший фактор создания благодатного единства в семье. А если в семье начинается какое-то разделение, расшатывание — надо не расходиться, а наоборот — усилить совместную молитву.

Тут тоже возникает много вопросов. Например, невозможно прочитать полное правило вместе с 3-летним ребенком. Может быть, папа и мама привыкли читать полное правило и даже что-то еще добавлять, а теперь нельзя. И в этом проявляется смирение — прочитай медленно, внятно, от сердца те молитвы, которые может вместить и понять твой ребенок, уложи его спать, а потом, если есть силы, дополни.

Но ни в коем случае нельзя пренебрегать совместной молитвой ради соблюдения полного правила. Многодетная мама, мама с маленькими детьми, вряд ли сможет потом дополнить правило, у нее очень много дел, она устала. И это определенный вызов, задание Божие — как ты теперь сможешь сохранить свое молитвенное устроение.

Чем больше занят человек, тем скорее он должен переходить к практике Иисусовой молитвы. Чистишь картошку, моешь посуду, едешь в метро, автобусе — читай Иисусову молитву. Успеешь, прочитаешь 5 раз, успеешь — 40, все равно читай Иисусову молитву.

Если мы откроем старый молитвослов или канонник, мы увидим, что была традиция почти любое богослужение, кроме литургии, — вечерню, утреню, повечерие, акафист — заменять определенным количеством Иисусовых молитв. Нужно приобрести навык погружения в Иисусову молитву, и таким образом правило будет восполнено.

Если родители не могут прочитать полное правило, не страшно. А вот если родители будут читать полное правило и заставлять ребенка его слушать, понимая, что ему тяжело, они будут искушать ребёнка фарисейством, это очень опасно.

Конечно, молитвенное правило должно дисциплинировать; ребенок должен понимать, что он может посвятить молитве столько-то времени и еще чуть-чуть. Как в спорте: можешь спокойно подтянуться семь раз — подтянись девять.

Соблюдая совместное правило, мы исполняем слова Господа: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Господь не сказал: «Ты встанешь на молитву, и Я буду рядом с тобой», — но: «двое или трое». Поэтому совместная молитва малой церкви приближает к Богу.

И родители должны сами соответствовать тому, что проповедуют. Если отец наорал на ребенка, отправил делать уроки, а сам свалился на диван, поставил пиво и схватил пульт от телевизора, то о каком примере может идти речь? Дети должны видеть, как родители помогают, щадят друг друга, милосердно относятся друг ко другу. Пусть сын увидит, как папа обнимет маму и скажет: «Ты устала, иди, я сам посуду помою и всё сделаю». Это очень важно для ребенка, когда он вырастет, то так же будет заботиться о своей жене.

— А присутствие бабушек и дедушек важно для ребенка?

— Да, к сожалению, очень часто в семье чувствуется отсутствие бабушек и дедушек, их очень не хватает. Бабушки и дедушки — мудрые люди, которых уже пообтесала жизнь, у них мало страстей и много жизненного опыта, они знают, как вести себя с ребенком.

К сожалению, многие женщины не понимают и не признают, что воспитание ребенка — это потрясающая, удивительная самореализация. Бабушки работают до последнего, не хотят сидеть с внуками, помогать своим детям — очень распространенное явление. Поколение за поколением вырастают люди, не имеющие вкуса к общению с ребенком.

А ведь с внуками бабушке дается второй шанс: когда-то ты уже наломала дров, и теперь можешь, не допуская ошибок, быть с ребёнком рядом. Ты помнишь, как перегибала палку с его папой, как пережала, и это отразилось на формировании его характера, теперь этого не будет.

Ошибки в воспитании часто видны в многодетных семьях по старшим детям — они зажатые, напряженные. Сказываются ошибки молодых родителей. А к третьему, пятому, восьмому ребенку родители становятся такими мастерами, что добиваются от ребенка того, что нужно, спокойно, даже почти никогда не используя наказание. Появляется мудрость, что уж говорить о бабушках и дедушках? Прекрасно, когда человек может потрудиться и помочь родителям в воспитании внука или внучки.

Психолог — всегда на примете

— Сейчас все чаще при храмах работают психологи, в том числе для занятий с детьми. Насколько это необходимо, на ваш взгляд?

— Безусловно, психолог может помочь подростку разобраться в себе. Важно, чтобы психолог был верующим человеком, иначе он может загнать ситуацию в тупик. Ведь неверующий человек не апеллирует к понятию греха, не понимает, что грех разрушает душу.

Верующий психолог, психиатр обязательно должен быть на примете у священника. Если священник понимает, что не справляется, что ситуация сложная или, что пришел душевно больной человек, нужно обращаться к психологу или психиатру.

Человек — это и дух, и душа, и тело. И священник не всегда может разобраться в каких-то сложных случаях, обладать таким умом, чтобы видеть и понимать все нюансы. В таинстве хиротонии дается благодать священства, но не ум.

Конечно, надо молиться, просить у Бога разумения, но часто истинная мудрость состоит в понимании, здравой оценке себя, своего опыта. Соломон говорит: «Мудрость разумного — знание пути своего». Это касается всех, и священников тоже. Если у священника нет опыта и знаний в психологии, он не получил образования психолога, не ходил шесть лет на лекции, надо обратиться к человеку, который ходил, который эти знания и опыт имеет.

Бог действует через священника, через таинство, исцеляя больную душу, но психолог может быть очень хорошим помощником священнику.

Лето — время истинного общения, или Какой батюшка на самом деле?

— Следует ли священнику заниматься с детьми вне стен храма, встречаться с ними не только во время богослужения?

— Вы знаете, когда святитель Феофан Затворник только начинал свой путь законоучителя, он любил собирать детей и подолгу с ними гулять, иногда целый день. Они шли, разговаривали, заходили в храм, молились, шли дальше, и дети чрезвычайно любили отца Феофана. Для окружения будущего владыки это был совершенно новый, а для нас очень актуальный пример.

Для того, чтобы дети и подростки укоренялись в вере, священнику надо как можно больше общаться и проводить как можно больше времени вместе с детьми. Представьте, если в году примерно восемь месяцев для занятий в воскресной школе, минус праздники, каникулы, детские болезни, то в результате ребенок за учебный год приходит в воскресную школу максимум двадцать раз. Причем ребенок доехал до храма, был на службе, устал, у него есть всего час на внимательное общение со священником.

Поэтому так важно устраивать для детей летний лагерь, здесь общение со священником происходит каждый день, и две-три недели лагеря по объему общения превосходят весь учебный год в воскресной школе.

Священник возглавляет утреннюю и вечернюю молитву, проводит беседы о Евангелии, о святых. Очень важно, что за время летнего лагеря священник может хотя бы раз поговорить с каждым ребенком отдельно. А еще он может поиграть в футбол, волейбол или другие игры, попеть песни у костра и так далее.

Когда батюшка просто приходит, что-то менторски говорит, делает замечание за плохое поведение и уходит, это никак не связано с жизнью. Один священник рассказывал, что однажды он шел по воскресной школе и зашел в столярный класс. Дети тут же попросили его забить гвоздь, потом еще один, и еще, он спрашивает: «Зачем вам это?» — «А мы хотели узнать, что вы говорите, когда попадаете себе по пальцу».

Детям очень интересно посмотреть, как будет вести себя священник в обычной жизни — раздавать указания или же работать, как все остальные. Очень важно, чтобы священник показал пример, вымыл за собой тарелку, а не просто говорил: «Дети, почему грязно?» За время отдыха в летнем лагере священник может подтвердить искренность своей проповеди, всего того, о чем он говорил в воскресной школе.

Также очень важно, что в это время между детьми создаются настоящие дружеские связи. Часто ребенок сталкивается с тем, что у него практически нет церковных друзей ни в училище, ни в старшей школе, ни в институте, ни во дворе. Мама ходит в храм, папа не ходит — обычная ситуация, и в период, когда ребенку исполняется 14-15 лет, мы теряем огромное количество детей.

У подростков нет друзей в храме, в воскресной школе, так как ребенку нужна площадка и время для того, чтобы завести крепкую дружбу с ровесниками. Невозможно подружиться с человеком, с которым нет времени пообщаться. А ведь друзья молодости и юности — самые близкие друзья. Но если ребенок отсидел урок в воскресной школе, и она служила только местом, где он получал знания, подружиться трудно.

Должно быть что-то, что объединяет детей в течение всего года. У нас таким проектом стали ролевые игры — весь учебный год по воскресеньям дети готовились: плели кольчуги из проволоки, занимались фехтованием со специальными преподавателями, шили костюмы, платья. А летом они играли. И это настолько спаяло коллектив, что сейчас эти выросшие дети — очень близкие друг другу люди, у них есть, на кого опереться, у них есть единомышленники в вере.

Мы постареем, кто останется в этом храме? Останутся люди, которые знают друг друга с детства. Представляете, какое это сокровище? Здесь они выросли, ходили в воскресную школу, подружились, даже, может быть, составили семьи. Все друг другу близки. Это то самое человеческое единство во главе с Христом.

Помимо лагеря у нас проходят походы на байдарках. Мы стараемся так составить маршрут, чтобы в воскресный день быть в храме или монастыре. Конечно, за 10 лет наши маршруты стали повторяться. Хороших, чистых песчаных рек, с сосновым лесом на берегу, чтобы можно было легко разбить лагерь и храмом или монастырем на пути маршрута в 100 километров, не так много.

Конечно, в таких походах мы видим потрясающе красивую природу. Однажды мы поставили крест, начали молиться, ко мне подошел один мальчик и сказал, что у него полное ощущение, что мы находимся у нас в храме. Бог не в бревнах, а в ребрах. Мы в 600-х километрах от Москвы, нет ни одного предмета, который был бы у нас в храме, а у детей ощущение, что они в нашем храме. Это настоящее ощущение общины, драгоценность, которую дети потом несут всю жизнь.

О дисциплине и наказаниях

— Как вы решаете конфликтные ситуации, которые возникают между детьми?

— Когда дети ссорятся, дерутся, возникают конфликты, мы всегда задаем два вопроса каждому из участников ссоры: «В чем твоя часть вины?» — и: «Что ты мог сделать, но не сделал для того, чтобы конфликта не было?»

Если ребенок знает, что эти вопросы будут ему заданы, конфликтов становится намного меньше. Эти вопросы надо обязательно задавать и своим детям. Если ваш ребенок с кем-то поссорился на детской площадке, не надо сразу, сломя голову, бросаться за него в драку. Может быть, он неправ. Если вы защитите его в неправоте — вы согрешите перед ним.
Если ребенок неправ, его надо научить и наказать. Он должен видеть от взрослого справедливость. А если вы защищаете ребёнка в любом случае, вы предаете его, причиняете ему зло. В Священном Писании сказано: «Кто жалеет розги своей, тот ненавидит сына», — не «ошибается» или «мало любит», а «ненавидит». Если родители не ограничивают зло, которое разрастается в ребёнке, они страшно виноваты перед ним, они портят его будущую жизнь.

К сожалению, сейчас многие родители этого не понимают. Бывает совершенно очевидно, что ребенок ведет себя неправильно, но родители, как слепые, не хотят этого видеть — это мой ребенок, мое продолжение, поэтому он всегда прав. И доказать ничего невозможно.

Понятно, что сейчас нет нужды употреблять для наказания розги, но наказывать нужно. Если у нас в летнем лагере происходят конфликты, мы наказываем дополнительными дежурствами. А за ругань или ее имитацию мы наказываем поклонами.

Также в лагере мы категорически запрещаем любые гаджеты, вместе переживаем ломку, которая неизменно возникает у ребенка, привыкшего часами сидеть у компьютера, с планшетом, но потом дети расцветают.

Сказка — не ложь, а польза

— Летом я обязательно рассказываю детям сказки. Я беру какую-то интересную историческую эпоху, реконструирую её, ввожу туда каких-то героев, обычно — детей. Это может быть сказка о событиях Великой Отечественной войны, о времени равноапостольного Владимира, о приключениях с пиратами XVII века в Карибском море, но это должно быть обязательно интересно детям.

Безусловно, в сказке поднимаются вопросы веры, чести, верности. Почти каждый день, пока мы отдыхаем в лагере, я рассказываю одну серию, и вместе с детьми мы проживаем эту историю. Такое общение удивительно сближает нас с детьми, ребенку очень важно, чтобы ему рассказывали истории, разговаривали с ним, слушали его. Одно дело, когда папа или мама говорят: «Садись, я буду читать тебе книжку, которая очень полезна», — и совсем другое, когда с ребенком говорят о том, что ему интересно.

Одна из трагических ошибок современного воспитания — отсутствие совместных интересов и совместного интересных дел у ребенка и родителей (причем интересных именно ребёнку). Папа и мама работают, вкалывают, обеспечивают ребенку еду, тепло, одежду, учебу, но не проводят с ним время, не устраивают регулярных совместных поездок, походов, посиделок, разговоров. Ребенок вырастает, и в 15-16 лет воспринимает все эти огромные родительские усилия, которые жертвенно в него вложены, как нечто естественное.

Вспомните себя в детстве: «Всё, что в меня вложено — это мое, я никому ничего не должен. Папа, чего ты от меня хочешь? У тебя своя жизнь, у меня своя». Какой-то Вася на улице становится для ребенка часто намного большим авторитетом, чем папа. И это происходит, потому что родители не общаются с детьми на те темы, которые интересны детям.
Да, возможно, папа давно перерос детские вопросы, занят совершенно другим, но очень важно, чтобы он мог спуститься со своего Олимпа и решить эти вопросы, тогда нить от сердца к сердцу не порвется. И когда ребенок в 15-17 лет будет осознавать, искать свою свободу, он не разорвет связь с родителями.

Традиционно на Руси сказки были тем самым мощнейшим инструментом для воспитания и общения с ребенком. Поэтому священник, который, на мой взгляд, должен обязательно участвовать в деятельности воскресной школы, может рассказывать детям сказки. Дети обязательно должны узнать священника как человека, старшего друга, который смеется, улыбается, шутит.

Сначала я готовлюсь, целый год рассказываю сказку своим детям по вечерам, записываю, потом поправляю сюжет, вывожу интересные линии, что-то добавляю и потом уже выдаю детям в лагере.

Обычно это рассказ о том, что дети знают пока плохо. Например, у меня была сказка о летчике, который был сбит далеко за линией фронта в 1941-м году. В фюзеляж его самолета пробралась маленькая девочка, когда была срочная команда на взлет, она испугалась и не смогла выбраться. И вот долгая история, как они вместе пробираются к своим через опасности, бои, немцев и так далее.

Приключения на фоне исторических событий. Можно, например, найти в интернете реальные воспоминания о войне, ввести их в ткань повествования, и получится очень жизненная история, которая будет открытием для ребенка. Обычно эти сказки интересны детям от семи до четырнадцати лет.

Я стараюсь пошутить, разнообразить сюжет, связать его с историями, которые хорошо известны детям. Например, у меня была сказка про двух мальчиков — сына священника Василия Алеши Поповича и его друга, сына языческого жреца. Они вместе сбежали из своей деревни на плоту по реке, чтобы попасть в дружину князя Владимира.

Вот они плывут, им очень хочется есть, и вдруг они видят на подоконнике одного дома в деревне лежит круглый каравай. Они его стащили и съели. А мальчик, который жил в этом доме, очень расстроился, и тогда дедушка с бабушкой сочинили ему сказку про колобка. Эту сказку мы с вами все до сих пор хорошо помним.

Такое общение — это не просто какой-то холодный педагогический расчёт, мы с детьми открываем свои души друг перед другом. Когда потом ребенок приходит на исповедь, я чувствую, что я для него не чужой, и он для меня не чужой. Святитель Феофан Затворник говорил, что, если вы хотите, чтоб дети вас любили, надо сначала самому их полюбить.

Поэтому так важно делать дела любви — заниматься с детьми и разговаривать с ними. Это взаимное обогащение и большая радость.

Источник: Правмир.ру

Оставить комментарий

Обсудить на форуме

Система Orphus