Как передать нашу веру детям?

Как передать нашу веру детям?

(1 голос5.0 из 5)

 

 Один из важ­ней­ших вопро­сов  лич­ной веры  каж­дого роди­теля  и  нема­ло­важ­ный вопрос  семей­ного вос­пи­та­ния  –  как пере­дать веру и цен­но­сти детям. Раз­мыш­ляет частый гость и собе­сед­ник  «Азбуки вос­пи­та­ния»  свя­щен­ник Никита Заболотнов.

 

Что для меня вера?

Дети, когда они малень­кие, три-пять-семь лет, такие заме­ча­тель­ные, такие откры­тые, они готовы впи­ты­вать всё, что мы им даем. И нам кажется, что всё хорошо: они молятся, они кре­стятся, они сами про­сятся в храм, они дома могут даже играть в бого­слу­же­ние, и мы этому уми­ля­емся: ой, как здо­рово!.. Потом они вырас­тают. И вдруг ока­зы­ва­ется, что ничего у них не осталось.

w b145bb43 - Как передать нашу веру детям?

Так вот, глав­ный вопрос в том, как же нам пере­дать нашу веру и наши цен­но­сти, а не только пере­дать те внеш­ние «струк­туры веры», кото­рые у нас есть.

Как все­гда, нач­нём с себя. Важно задать себе вопрос, а что для меня моя вера? Сам этот вопрос кажется про­стым, но ответ на него на самом деле очень слож­ный. Этот вопрос нужно нам задать самим себе, прежде чем мы будем что-то пере­да­вать нашим детям.

Чем делимся?

Вто­рой, очень важ­ный вопрос, кото­рый нужно задать себе: какое место вера и Бог зани­мают в моей жизни? Именно место. В нашей жизни всё имеет свое место: работа, учеба, раз­вле­че­ния, теле­ви­зор, интер­нет, сон, посуда, кухня, поря­док в доме. У каж­дого это по-сво­ему. У кого-то на пер­вом месте работа, на вто­ром – поря­док в доме; у кого-то по-дру­гому; у кого-то доми­ни­руют развлечения.

И вот какое место в этом нашем, ска­жем так, ран­жире цен­но­стей зани­мает вера? Только это нужно сде­лать честно и поду­мать: а почему мы так решили? Потому что, конечно, ино­гда хочется ска­зать: ну какое? – конечно, глав­ное! Мы же веру­ю­щие, мы же пра­во­слав­ные, мы носим крест, мы молимся. Но вот какое именно место зани­мает в нашей жизни вера, от этого во мно­гом будет зави­сеть, что мы смо­жем пере­дать детям. Потому что прежде нужно для себя спро­сить: а что же мы им хотим пере­дать, чем именно я хочу поде­литься с ребёнком?

Ведь чем мы с ними делимся? Обря­дами, тра­ди­ци­ями – этим, конечно, поде­литься несложно: как кре­ститься, куда кла­няться, как молиться, как пра­вильно ходить в храм, как поститься. А еще есть  празд­ники, и всё это заме­ча­тельно, нужно и важно, этим мы с детьми поде­ли­лись. А дальше? Что мы им ещё даем? И вот это глав­ная проблема.

То есть внеш­ним мы поде­ли­лись, рас­ска­зали, а дальше делиться нечем, потому что глав­ное – поде­литься опы­том своей соб­ствен­ной веры, а не только её формой.

Поделиться верой – для чего?

Ну и глав­ное, важно понять, зачем я хочу поде­литься с ребен­ком верой? Какую цель я вижу? Ведь ино­гда роди­тели хотят поде­литься с ребен­ком верой для того, чтобы им, роди­те­лям, было проще на детей влиять.

Потому что это опре­де­лён­ный инстру­мент дав­ле­ния, вос­пи­та­ния, опре­де­лён­ные рамки, опре­де­лён­ный набор пра­вил, кото­рые за тебя уже при­ду­мали, и при­ду­мы­вать самим не нужно. Вот есть набор пра­вил, и я так делаю. Я‑то уве­рен, что это пра­вильно и ребёнка так вос­пи­ты­ваю, всё хорошо, про­сто, и не нужно задумываться.

Но разве это явля­ется глав­ной целью в пере­даче нашей веры? Нет. А вто­рой аргу­мент, кото­рый люди чаще всего при­во­дят: чтобы он был, как я. Вот я такой, и вот мой  ребё­нок дол­жен быть таким же, как я. Но таким же, как вы, ребё­нок не будет нико­гда, – в силу того, что он лич­ность. Отдель­ная, свое­об­раз­ная, со своим харак­те­ром, со сво­ими осо­бен­но­стями.  И – слава Богу, потому что ребё­нок дол­жен быть лучше нас, в идеале.

Почему мы детей посто­янно ругаем, ино­гда нудим – мы хотим, чтобы они не повто­рили наших оши­бок: не делай так, я вот делал, и у меня плохо полу­чи­лось. И вроде бы нам кажется, что мы делаем всё пра­вильно, но, тем не менее, в итоге полу­ча­ется, что веру мы, опять же, пере­даём совер­шенно не для этого.

Непраздные вопросы

Пра­виль­ные ответы на эти вопросы я вам не дам, потому что о них нужно поду­мать самим, найти ответ, «про­же­вать»  это, почув­ство­вать вкус, про­гло­тить и понять: зачем же я хочу поде­литься с ребён­ком своей верой? Потому что если на этот вопрос не отве­тить пра­вильно, то всё осталь­ное будет лишь формальностью.

А, между про­чим, подоб­ные вопросы имеют осно­ва­ние, в том числе и когда мы учимся в школе. Дети учатся – а вот зачем дети учатся в школе; а зачем они делают уроки; а зачем вообще полу­чать обра­зо­ва­ние? Мы им объ­яс­няем чаще всего заучен­ными фра­зами: чтобы ты не рабо­тал двор­ни­ком, или ещё что-то такое, классическое.

А на самом деле как? Бывает, мы с детьми честно пого­во­рим и вме­сте с ними ска­жем: «Ты зна­ешь, я вот тоже не пони­маю, зачем эти домаш­ние зада­ния нужны, но они нужны для того, чтобы ты учился в школе, поэтому, навер­ное, нужно их делать, стараться».

А когда мы гово­рим: «Нет, это очень важно, вообще, повто­ре­ние – мать уче­ния», – и сами в это не верим, полу­ча­ется лице­ме­рие. Вме­сто под­держки ребёнка мы ока­зы­ваем на него дав­ле­ние. На него школа давит, и мы ещё давим, он между двух тис­ков, пред­став­ля­ете, нахо­дится, и как ему тяжело.

Осо­бенно млад­шему ребёнку. Посто­янно роди­тели жалу­ются: вот, ребё­нок не хочет делать уроки, вот он такой-сякой! Так ведь он нор­маль­ный, если он делать уроки не хочет. Есте­ственно, ему хочется играть, гулять, смот­реть муль­тики, зани­маться чем-то инте­рес­ным. Уроки редко бывают инте­рес­ными, несмотря на то, что педа­го­ги­че­ская наука шаг­нула далеко впе­рёд, и совре­мен­ные учеб­ники гораздо нагляд­нее, инте­рес­нее, увле­ка­тель­нее, чем, может быть, были старые.

Но, тем не менее, ему неин­те­ресно. Но когда мы вме­сте с ним пере­жи­вём вот это: «Да, это не очень инте­ресно, но это нужно», и по сек­рету ска­жем: «Ты зна­ешь, у меня на работе бывает: нужно это делать! Я тоже не очень люблю и не пони­маю, зачем, но я делаю, потому что это работа, и мне за это денежки платят».

Ребё­нок пой­мёт – вы его поняли, вы вме­сте с ним, и ему настолько легче будет это делать, что вы даже не пред­став­ля­ете. Поэтому вот эти вопросы: какое место зани­мает вера, чем именно я хочу поде­литься с ребён­ком и зачем, – очень важно для себя задать и для себя на них отве­тить, прежде чем мы будем делиться чем-то с ребёнком.

Дела по вере: в чём они выражаются?

«Вера без дел мертва», гово­рит нам апо­стол Иаков. А вот теперь давайте зада­дим себе вопрос: а есть ли у нас дела по вере? То есть не соблю­де­ние обря­дов, что мы при­шли в храм  –  ну, в общем-то, это тоже дело по вере, несо­мненно, но частично к обря­дам относится.

Кре­стимся, соблю­даем молит­вен­ное пра­вило –  в пост чего-то не едим – а вот именно дела по вере нашей, какие они, наши дела по вере? Вполне разум­ный вопрос – осо­бенно тем, кто гото­вится к испо­веди в пост или гото­вится к собо­ро­ва­нию. И мы должны им зада­ваться: какие у нас дела по вере?

Ино­гда кажется, что дел по вере у нас вроде  бы и нет. То есть мы рабо­таем, деньги полу­чаем за это, мы дома уби­ра­емся, гото­вим, что-то делаем, но это дела быто­вые. А где наши дела по вере? А какие могут быть дела по вере?

Дела по вере – это соблю­де­ние закона любви: «воз­люби ближ­него сво­его как самого себя, и воз­люби Гос­пода Бога тво­его всем серд­цем твоим». И если мы этих дел по вере в своей жизни почти не нахо­дим, то что мы будем пере­да­вать детям?

Детям мы можем пере­дать только прак­тику, но не тео­рию. Нет, мы можем им хорошо рас­ска­зать, про­чи­тать книжку – они поки­вают, выучат наизусть. Но если у нас не будет прак­тики, самих дел по вере, то детям нам пере­дать нечего.

Самый про­стой при­мер. Вот дети у нас в вос­крес­ную школу ходят – хоро­шие, милые, заме­ча­тель­ные, но редко испо­ве­ду­ются и при­ча­ща­ются. Спра­ши­ва­ешь: «Почему?» Они начи­нают гово­рить: «Вот у нас это, вот у нас то…» А на самом деле, зна­ете, почему?  А потому что роди­тели редко испо­ве­ду­ются и при­ча­ща­ются. Мама ходит на испо­ведь, на при­ча­стие три-четыре раза в год, а хочет, чтобы ребё­нок при­ча­щался раз в месяц или два раза в месяц. Как так может быть? Так невозможно.

Поэтому прежде чем нам учить детей, нам нужно самим что-либо делать, чтобы наша вера была не мерт­вая, чтобы она была прак­ти­че­ская. Мы в этом плане, зна­ете, в худ­шую сто­рону отли­ча­емся от протестантов.

У про­те­стан­тов как-то всё так понятно, что они живут по вере, у них она везде. Ино­гда это кажется нуд­но­ва­тым: о чём бы ты ни стал с чело­ве­ком гово­рить, он все­гда закон­чит цита­той из Еван­ге­лия, и кажется, что это непра­вильно. А может быть, именно так и пра­вильно жить по вере – когда у тебя везде Евангелие. 

А у нас полу­ча­ется как: утром мы с Богом десять минут; потом мы на работе сами по себе; вече­ром с Богом пят­на­дцать минут; в вос­кре­се­нье при­шли, ещё пол­тора часа в храме побыли, посто­яли. Всё. Вот и все наши дела по вере – и то это больше отно­сится к обря­дам и к традициям.

Где насто­я­щие дела? Дело по вере – это когда я сде­лал что-либо, и пово­дом для этого, побу­див­шим меня моти­вом стала моя вера. И вот именно этим мы с детьми и должны делиться. Потому что, если мы учим сло­вами – то слово вле­тело и выле­тело в дру­гое ухо. Когда мы учим делами, тогда что-то у нас получается.

Сложно, да? Вы-то думали: я вам сей­час про­сто скажу «делайте так, про­чи­тайте такую-то книжку, такие-то молитвы про­чи­тайте» – и всё будет хорошо, дети будут веру­ю­щими, будут хоро­шими, пра­виль­ными, будут слу­шаться, учиться на одни пятёрки, домаш­нее зада­ние делать ещё по дороге из школы домой, не сидеть нико­гда ВКон­такте, не грубить…

А нет ника­кого вол­шеб­ного, маги­че­ского дей­ства или закли­на­ния. Оно одно един­ствен­ное: при­мер соб­ствен­ный, работа над собой. И мы сами ведём наших детей за собой в Цар­ство Небес­ное, ведём их к Богу, те или иные цен­но­сти передаём.

Учим молиться

Давайте кра­тенько раз­бе­рём основ­ные моменты этапы духов­ной жизни семьи: где мы могли бы, и что мы могли бы детям передать.

Итак, пер­вое, с чего нужно начать – это молитва. Если есть молитва, обще­ние с Богом, есть духов­ная жизнь, если нет молитвы, обще­ния с Богом – нет духов­ной жизни. Это про­стой закон. Без молитвы никуда. Как бы нам ни было тяжело, или грустно, или радостно, но молитва должна быть спут­ни­ком и осно­вой жизни любого хри­сти­а­нина. Это нужно начи­нать с себя. Поэтому пер­вое в молитве – это не тео­рия, а практика.

Не нужно детей учить тео­рии, вычи­тав её в какой-то осо­бой бла­го­че­сти­вой книжке. Учите детей молиться так, как моли­тесь вы сами. Да, вы мне ска­жете: но мы же не очень умеем молиться!.. Так вот, вы научите хотя бы тому, что уме­ете, потому что бес­ко­неч­ная тео­рия и оста­нется у ребёнка тео­рией. Пере­дайте ему хотя бы каплю прак­тики, и будет веро­ят­ность, что он эту прак­тику воспримет.

adsz ek 010471 - Как передать нашу веру детям?

Если мы сами умеем молиться, сво­ими сло­вами к Богу обра­щаться, то тогда мы можем это рас­ска­зать и своим детям. Если мы сами только начёт­ники по молит­во­слову: открыли, про­чи­тали, закрыли, от буквы «аз» до буквы «ять» где-нибудь в конце, то мы этому детей и научим. Научить их молитве лучше лично.

Важно детям ска­зать, что молитва – это лич­ная встреча с Богом. Пока у нас не про­изой­дёт лич­ной встречи с Богом в молитве, мы ничего не смо­жем, не смо­жем в молитве сде­лать ника­ких шагов. Нет, мы можем вычи­ты­вать молитвы утром, вече­ром, днём, добав­лять ака­фи­сты и каноны, сто­ять на коле­нях – всё это заме­ча­тельно и хорошо, это труд, и бла­гой труд. Но пока нет лич­ной встречи с Богом, молитва будет непол­но­цен­ной. И вот этой лич­ной встрече мы должны научить детей.

Как рас­ска­зать о своём опыте? Ино­гда кажется труд­ным это пере­дать, но вы попро­буйте. Вы своих детей зна­ете лучше всех, а они вас знают, и можно пере­дать  важ­ное не все­гда сло­вами, а через какую-то эмо­цию. Про­сто поде­литься, рассказать.

Ска­жем, чело­век воз­вра­ща­ется с работы. Устав­ший, голод­ный, злой немножко – при­хо­дит домой, откры­вает дверь, захо­дит на кухню, достаёт про­дукты из холо­диль­ника и «на авто­мате» читает молитву «Отче наш». И вдруг слы­шит тихий-тихий голос в своей душе: «Что, сынок?..» Мы же обра­ща­емся «Отче наш» – пред­по­ла­га­ется, что мы к Отцу Небес­ному обра­ща­емся. И вот каким-то подоб­ным опы­том своей жизни  поде­литься с ребён­ком очень и очень важно.

Ребё­нок дол­жен видеть, что роди­тели молятся. Конечно, мы с вами в Еван­ге­лии читаем о том, что, когда ты молишься, нужно зайти в клеть свою, закрыть дверку и чтобы никто не видел, и Отец, видя­щий тай­ное, воз­даст тебе явно. Все понятно, молиться на люди  не нужно, это плохо. Но ребё­нок дол­жен видеть, что мы молимся.

Зна­ете, ино­гда я детей немножко журю, говорю: «Вот, что же ты не молишься?» Они мне отве­чают: «А у нас мама тоже не молится» – «Как мама не молится?» – «Мама ходит храм, а вот не молится – я не вижу». Раз ребе­нок не видит – счи­тает, что не молится.

Ну, это нор­мально – мы с вами тоже ино­гда, если чего-то не видим, не знаем, счи­таем, что этого нет. А ребё­нок чисто в это верит.

Но не нужно напо­каз вста­вать посреди ком­наты: «Вот, смотри – я молюсь! Я же молюсь, вот смотри, у меня книжка!» Нет. Но – молиться перед едой, после еды, может быть, ино­гда вече­ром, вме­сте с детьми или самим, чуть-чуть при­крыв дверку, чтобы ребё­нок знал: мама, папа, бабушка молятся. Тогда у них будет пример.

Говорим о молитве просто

Гово­рить с детьми о молитве нужно про­сто и доступно, пере­да­вая свой опыт. Не нужно им читать какие-то высо­кие полу­че­ния свя­тых отцов. Вы их сами почи­тайте для себя, а детям рас­ска­жите доступно: как молиться, зачем молиться. Не нужно везде исполь­зо­вать сла­вян­ские слова.

Объ­яс­ните, что с Богом можно гово­рить на любом языке. Как ты будешь с ним гово­рить – это дело твоё. Самый про­стой при­мер: говори с Богом, как ты гово­ришь с мамой или с папой. Вот и всё. Спо­койно, ровно, как с люби­мым человеком.

Но опять же, здесь поде­ли­тесь своим опы­том. Самое луч­шее здесь, это когда вы при детях лично моли­тесь. Какой при­мер? Вот вы встали вме­сте помо­литься перед едой, а у вас впе­реди про­верка на работе, и вот вы гово­рите: «Гос­поди, бла­го­слови меня, помоги мне пере­жить эту проверку!»

Четыре слова ска­зали, пере­кре­сти­лись, а ребё­нок понял: ока­зы­ва­ется, в слож­ной ситу­а­ции можно молиться, и не обя­за­тельно выис­ки­вать спе­ци­аль­ную молитву в интер­нете, в молит­во­слове – можно про­сто к Богу обра­титься. Он не чинов­ник, кото­рому нужно обра­щаться по форме. Гос­подь нам Отец, и Он слы­шит вашу молитву такой, какой мы ее к Нему обращаем.

Молимся вместе

Сле­ду­ю­щий момент: начать молиться вме­сте. Обя­за­тельно. Осо­бенно с малень­кими детьми. Можно делать так: вы вече­ром встали вме­сте, про­чи­тали кра­тень­кое пра­вило, спели несколько молитв с ребён­ком, а потом сами своё пра­вило про­чи­тали. Но вме­сте молиться очень важно.

С боль­шими тоже ино­гда надо вме­сте молиться. Пред­ло­жите: «Пой­дём-ка сего­дня помо­лимся вече­ром!» Но  взрос­лые дети могут пока­приз­ни­чать, сильно давить и застав­лять не надо, а  про­сто пред­ло­жите. Осо­бенно, когда вы видите: ребёнку трудно, он пере­жи­вает, что-то у него не так идёт, у него впе­реди экза­мен, и он боится, – пред­ло­жите. И вот когда вы вме­сте моли­тесь, вот тогда ребё­нок от вас вос­при­ни­мает прак­тику молитвы.

Объ­яс­ните смысл основ­ных молитв. Важ­ней­шая вещь. Пара­док­сально, но мно­гие, даже хри­сти­ане с опы­том, смысл основ­ных молитв не до конца пони­мают и вкла­ды­вают в него смысл дру­гой. Может быть, не худ­ший, но всё-таки у слов есть свой опре­де­лён­ный смысл. Нач­ните с самого про­стого: раз­бе­рите молитвы «Отче наш» и «Царю Небес­ный», две таких важ­ных молитвы. Тол­ко­ва­ний на «Отче наш» очень много, можно посмот­реть в интер­нете «Тол­ко­ва­ние на “Отче наш” для детей». Но лучше всего сами про­чи­тайте тол­ко­ва­ние по тому уровню зна­ний, обра­зо­ва­ния, кото­рое у вас есть, а потом это пере­ска­жите ребёнку. Он зна­чи­тельно лучше пой­мёт, чем, если вы про­чи­та­ете ему какую-то книгу.

Вот, напри­мер, молитва «Царю Небес­ный»,  мы ее читаем каж­дый день, и не по одному разу, у мно­гих это очень люби­мая молитва,  какая-то близ­кая, про­стая. Вот, ска­жем,  слово «Уте­ши­тель». «Царю Небес­ный, Уте­ши­телю…» Что за «Уте­ши­тель»? Мы-то пони­маем, что это тот, кто уте­шает нас. У нас кто уте­ши­тель: тот, кто при­шёл, слёзки вытер, по головке погла­дил: да, ты моло­дец, да, всё будет хорошо.

Давайте к пер­во­ис­точ­нику обра­тимся. В гре­че­ском  пер­во­ис­точ­нике стоит слово «парак­лит» – «παράκλητος», с древ­но­сти оно пере­шло и на обо­зна­че­ние Свя­таго Духа. Парак­лит – это тот, кто при­хо­дит, когда позо­вут. Парак­лит – два слова соеди­ня­ются. Уже инте­рес­ней. А теперь, если мы возь­мем латин­ское слово, кото­рое точно также пере­во­дится «тот, кто при­хо­дит, когда позо­вут», это слово зву­чит как «advocatus».

Зна­ко­мое слово «адво­кат». И ока­зы­ва­ется, мы молимся Свя­тому Духу, чтобы Он при­шёл, и не только нас уте­шил – чтобы Он был как бы нашим адво­ка­том. Тот, кто при­хо­дит, когда зовут, когда призывают.

Или, опять же, в молитве «Царю Небес­ный» мы с вами читаем: «Сокро­вище бла­гих». Что зна­чит «Сокро­вище бла­гих»? Мы пред­став­ляем какое-то сокро­вище, кото­рое где-то лежит. А на самом деле слово «сокро­вище» это зна­чит «там, где хра­нится, там, где сокрыто». То есть Гос­подь – это Тот, где сокрыто все бла­гое – сун­дук, мы можем ска­зать по-нашему. Вот  как инте­ресно раз­би­рать молитвы основ­ные – и для себя, и для детей. Детям молиться будет зна­чи­тельно проще, когда мы с ними молитву разберем.

Сей­час все есть в интер­нете. Я вам реко­мен­дую пор­тал, он назы­ва­ется «Азбука веры», azbyka.ru. Заме­ча­тель­ный пор­тал, где собрана прак­ти­че­ски вся сокро­вищ­ница пра­во­слав­ного пре­да­ния и пра­во­слав­ных тра­ди­ций, при­чём как из про­шлого, так и из совре­мен­ного вре­мени, и много совре­мен­ных свя­щен­ни­ков  гово­рят о тол­ко­ва­нии на молитвы.

Напоминаем мягко

Мягко напо­ми­найте о молитве, это каса­ется всех детей, не только под­рост­ков. Вы видите: ребё­нок не помо­лился утром, не помо­лился вече­ром – не надо его ругать, не надо его, тем более, пугать батюш­кой – «я батюшке скажу!», или «пой­дёшь на испо­ведь каяться» – это наи­худ­ший вари­ант, что мы можем сделать.

Нужно тихо­нечко ему напом­нить: «Что-то ты не молился, Ангел Хра­ни­тель что-то от тебя отле­тел» – «Да ну!» – «Да, я видела – в окошко выле­тел». – «Почему?» – «А ты что-то давно его не звал!»

То есть  в полу­шу­точ­ной форме надо ребёнку напом­нить. То, что ребё­нок забыл о молитве – это нор­мально, он вообще может обо всём забыть, заиг­рав­шись – ино­гда даже поесть забыть. Малень­кий может забыть раз­деться – он в своём мире живет, и ничего страш­ного в этом нет.  Важно тихо­нечко напо­ми­нать о молитве, а ино­гда напо­ми­нать о ней молча, когда мы сами молимся. Ребё­нок видит, и у него сразу мысль: о, а я же не помолился!

Опять же, важно, чтобы молитва была частью нашей жизни. Что-то у нас слу­чи­лось, ска­жем, непри­ят­ность на работе,  и что мы делаем? Мы рас­стра­и­ва­емся, мы уны­ваем, мы зво­ним зна­ко­мым, подру­гам, и всё пере­ска­зы­ваем: мы самые несчаст­ные, нас окле­ве­тали, вот тут всё неожи­данно полу­чи­лось, я хоро­ший, все плохие.

Всем позво­нили, пожа­ло­ва­лись, попла­кали, отклю­чи­лись с помо­щью люби­мого сери­ала. Но мы не сде­лали глав­ного: мы не помо­ли­лись при этом. Так вот, когда у вас есть какая-то про­блема, и дети видят, что вы пере­жи­ва­ете – вы помо­ли­тесь, при­чём при детях, а еще лучше, позо­вите: «Пой­дём вме­сте со мной помо­лимся, мне так тяжело, мне хочется вме­сте, чтобы ты меня поддержал».

Не надо при этом читать три ака­фи­ста. Сво­ими сло­вами: «Гос­поди, помоги мне пере­жить это, помоги мне при­нять Твою волю!» Сфор­му­ли­руйте очень про­сто, и это будет для ребёнка глав­ный урок: когда мне плохо, я буду молиться Богу.

Станем  апостолами для своих деток

Вто­рой момент – это изу­че­ние Свя­щен­ного Писания.

Мы должны с вами стать апо­сто­лами для своих деток. Апо­столы услы­шали Хри­ста и раз­несли весть о Свя­щен­ном Писа­нии по всему миру, и это дошло до нас, далё­кой север­ной тер­ри­то­рии, о кото­рой апо­столы и не думали, что когда-то будет про­по­ве­дано Еван­ге­лие, и вот мы про него здесь говорим.

Так вот, мы с вами должны быть апо­сто­лами для своих деток. При­чём вне зави­си­мо­сти, в каком они воз­расте, даже если им по 15–16 лет – вы всё равно должны для них быть апостолами.

При чте­нии Свя­щен­ного Писа­ния хорошо создать опре­де­лён­ную атмо­сферу, чтобы это было не банально, а как-то таин­ственно, осо­бенно вече­ром – выклю­чили свет, зажгли свечку, вынесли кра­си­вую Биб­лию из шкафа, открыли, папа или мама сели, почи­тали, рас­ска­зали. Это здо­рово, и детям запо­ми­на­ется на всю жизнь.

Очень важно при чте­нии самим пони­мать Писа­ние: что мы читаем, о чём это. Опять же отсы­лаю вас к сайту «Азбука веры», там есть раз­лич­ные тол­ко­ва­ния. Но потру­ди­тесь  перед тем, как с ребен­ком почи­тать,  самим посмот­реть  какое-либо тол­ко­ва­ние: исто­ри­че­ское, свя­то­оте­че­ское, и  можно будет очень инте­ресно детям рассказать.

Вот мы читаем вет­хо­за­вет­ную или ново­за­вет­ную исто­рию и детям рас­ска­зы­ваем: а как это было, а почему так про­изо­шло. И вот, пред­ставьте: вы детям рас­ска­зы­ва­ете, сего­дняш­нее, допу­стим, Еван­ге­лие: Хри­стос про­по­ве­до­вал в доме, крышу раз­рыли чет­веро дру­зей, спу­стили рас­слаб­лен­ного, Гос­подь его исце­лил, фари­сеи на Него пороп­тали. Вроде бы понятно, уже знакомо.

А попро­буйте детям как бы «рас­кра­сить»  это повест­во­ва­ние.  Вот Хри­стос идёт, и вокруг него мно­же­ство народа, Ему даже поесть неко­гда, народ Его тес­нит. Кто-то про­сит совета, кто-то исце­ле­ния, кто-то ждёт чуда. И вот он захо­дит в этот дом, там народу наби­лось так, что войти абсо­лютно невоз­можно. И к этому дому, где много-много людей, под­хо­дят чет­веро дру­зей, у кото­рых друг не может поше­ве­лить ни ногой, ни рукой. Они его жалеют, и они думают, что делать.

Они и туда, и сюда, и тех попро­сили,  и этих, но невоз­можно войти. У нас в храме ино­гда тоже: при­дёшь на празд­ник, и вот с той сто­роны не вой­дешь, и с этой. И что они делают: могли бы остаться и подо­ждать, вот Он вый­дет, и может быть, взгля­нет. Могли бы ска­зать: «Ну, не полу­чи­лось, ладно, давай в сле­ду­ю­щий раз…»

И что делают они? Они зале­зают  наверх, рас­кры­вают эту крышу (это, может быть, не так сложно, как у нас вскрыть крышу, но, тем не менее), они идут почти на пре­ступ­ле­ние, они сни­мают эту крышу и опус­кают рас­слаб­лен­ного перед Хри­стом. И не только перед Хри­стом, но и перед наро­дом  – ведь Он в это время что-то гово­рит, о чём-то рассказывает.

Они пре­ры­вают Его слово, дер­зают на это, но по своей вере. А как в это время себя чув­ствует этот рас­слаб­лен­ный, когда его опус­кают? Он всё пони­мает, он всё видит, всё чув­ствует, думает, но ничего не может ска­зать. И вот он перед Хри­стом молча умо­ляет Его об исцелении.

Пони­ма­ете, можно вот так «рас­кра­сить»  кар­тинку для детей. Еван­ге­лие не рас­кра­шено, древ­ние книги все очень про­стые, там эко­но­мили слова, эко­но­мили бумагу. А мы можем для детей  рас­ска­зать, как мы это пони­маем. Ребёнку будет интересно.

А если мы ещё почи­таем по каким-то исто­ри­че­ским ком­мен­та­риям, там очень много будет всего необыч­ного, инте­рес­ного, и дети это очень любят.

На при­мере своих детей знаю: когда им начи­на­ешь рас­ска­зы­вать – они все­гда с удо­воль­ствием слу­шают, спра­ши­вают, пред­став­ляют,  как будто побы­вали две тысячи лет назад.

«Привязать» Писание к жизни

Рас­ска­зы­вая детям, будем ста­раться «при­вя­зать» Свя­щен­ное Писа­ние к жизни. Вот мы про­чи­тали какой-то отры­вок – как это меня каса­ется? С тем же самым рас­слаб­лен­ным. Можно ска­зать: «А вот у нас есть тоже дядя, кото­рый пьет». Дети знают, что есть дядя, кото­рый пьет, он не может не пить, и все это знают. А как мы ему можем помочь? А мы можем за него молиться, как вот эти его дру­зья, они ко Хри­сту подо­шли и не ска­зали, а про­сто сде­лали: «Гос­поди, исцели его!» Мы можем тоже вме­сте с вами молиться за этого дядю. И дети уже будут пони­мать, что этот сюжет отно­сится к каж­дому из нас.

Не нужно чрез­мерно упро­щать, когда мы читаем Свя­щен­ное Писа­ние. Чрез­мер­ное упро­ще­ние – это то, что мешает и нам, и детям вос­при­ни­мать Свя­щен­ное Писа­ние. Не пой­мут, так не пой­мут, если есть какие-то слож­ные вещи, вы ска­жите: «Чуть-чуть под­рас­тёшь, и ты это пой­мёшь, я тебе рас­скажу». Или попы­та­е­тесь рассказать.

Но чрез­мерно упро­щать не надо, иначе всё пре­вра­ща­ется в какую-то сказку, отсюда и отно­ше­ние к Писа­нию как к сказке. Вот мы про­чи­тали сказку про белого бычка, сказку про колобка, сказку про Крас­ную Шапочку… И сказку про Давида и Голиафа. И всё в одном ключе  полу­ча­ется. А нам, напро­тив, нужно пока­зать, что Свя­щен­ное Писа­ние – это не сказка, это то, как мы живём, это для нас дей­стви­тельно учеб­ник жизни.

Семейный уклад –  способ передачи ценностей

Тре­тий  важ­ный  момент пере­дачи нашей веры и наших цен­но­стей – это семей­ный уклад, то есть тра­ди­ция и обы­чаи нашей семьи. У всех ведь они свои – как мы празд­нуем празд­ники: дни рож­де­ния, Новый год, цер­ков­ные празд­ники, Рож­де­ство, Пасху, как мы утром встаём и вече­ром ложимся, как у нас про­ис­хо­дит дома тру­до­вое послушание.

То есть всё мама несёт, или дети помо­гают. Доб­ро­вольно или при­ну­ди­тельно, по гра­фику или по просьбе. Всё это у нас – семей­ный уклад.

Так вот, семей­ный уклад спо­со­бен очень мно­гое пере­дать – внешне, но пере­дать, и это очень-очень важно. Если у нас есть тра­ди­ция молиться, допу­стим, каж­дые утро и вечер перед едой, и мы этой тра­ди­цией поде­ли­лись с детьми, им гораздо проще будет эту тра­ди­цию вос­при­нять и потом.

И обратно: если тра­ди­ции молиться нет, научить детей молиться будет крайне сложно. Вера должна быть неотъ­ем­ле­мой частью жизни семьи – не только утром, вече­ром и по вос­кре­се­ньям, а все­гда. Тогда мы это смо­жем пере­дать и детям.

Воспитываем эстетически

Очень важ­ный момент  –  это эсте­ти­че­ское раз­ви­тие детей,  то есть фильмы, муль­тики, сери­алы, книги, игры в семье. И начи­нать нужно не с того, что мы детям пока­зы­ваем, а с того, что мы сами смот­рим. Вот если мама и папа поз­во­ляют себе смот­реть какие-то раз­врат­ные фильмы, сери­алы при детях, и гово­рят: «Ой, иди! Тебе не надо смот­реть, это мы смот­рим, это для нас, для взрос­лых», то дети это тоже будут воспринимать.

Если мы сме­ёмся над глу­пыми пош­лыми шут­ками в каких-то совре­мен­ных шоу вме­сте с детьми, и они сме­ются вме­сте с нами, вос­пи­тать в них цело­муд­рие и пра­виль­ное отно­ше­ние к этим вещам очень сложно.

Поэтому важно обра­тить вни­ма­ние, какие фильмы, муль­тики, сери­алы мы смот­рим; в какие игры играем, в том числе ком­пью­тер­ные; какие книги мы читаем. Если у папы с мамой кроме какого-то поверх­ност­ного детек­тива ничего не лежит в каче­стве книги, и дети это видят, попро­буйте их заста­вить про­чи­тать «Войну и мир» – ни за что не ста­нут. Пока вы сами не чита­ете, и дети ваши не будут читать.

Если дети будут видеть, что роди­тели читают и клас­сику, и какую-то духов­ную лите­ра­туру, и свет­скую, и инте­ре­су­ются чем-то – и детям будет проще это привить.

И вто­рой момент: то, что смот­рят наши дети. Вари­ант пло­хой  и самый про­стой: мы дали ребёнку пульт, пока­зали ему кнопки и настро­или ему дет­ские каналы. И вот он  вклю­чил и смот­рит, рот открыв, а оттуда, из теле­ви­зора, всё одно, ему даже жевать не надо, только гло­тать. А что там? Мы этим не владеем.

Вроде бы муль­тики – муль­тики же все хоро­шие, это «Дис­ней», хоро­ший канал! А вы сядьте и посмот­рите вме­сте с детьми. Во-пер­вых, посмот­рите рекламу, что вкла­ды­вают в мозг вашим детям, а рекламы очень много, ино­гда до трети кон­тента – это реклама. Муль­тик  идет 20 минут, но у него 3 реклам­ных паузы по 5 минут – 15 минут реклама, 20 минут муль­тик, даже так бывает.

Посмот­рите, что он смот­рит. Вроде бы про­стой сериал – а какой же он про­стой, о чём он, умные там люди или глу­пые, доб­рые или злые, чему учит этот муль­тик ребёнка? Осо­бенно это каса­ется малень­ких дошколь­ни­ков. Они впи­ты­вают всё. Дошколь­ники нрав­ствен­ность вос­при­ни­мают оттуда, из мультиков.

И если в муль­тике какой-то пер­со­наж поз­во­ляет себе обма­ны­вать, когда это ему выгодно; поз­во­ляет хит­рить, поз­во­ляет нечестно, непра­вильно посту­пать, потому что так или ему хочется, или выгодно, и это в муль­тике никак не осуж­да­ется, вывод не дела­ется, ребё­нок это тоже будет поз­во­лять себе.

Вот пер­вый вари­ант, наи­худ­ший. Пульт в руки, настро­или канал –  смотри, доро­гой ребёнок…А вто­рой вари­ант слож­нее, но пра­виль­ный. Лично, само­сто­я­тельно под­би­рать ребёнку весь его кон­тент, по край­ней мере, лет до 10–11.

Возь­мите  выбо­рочно совет­ские муль­тики. Неко­то­рые роди­тели  думают, что если муль­тик совет­ский – зна­чит, он авто­ма­ти­че­ски хоро­ший. Нет. Есть заме­ча­тель­ные совет­ские муль­тики, а есть отвра­ти­тель­ные, а есть муль­тики, кото­рые смот­реть неинтересно.

Застав­ляя их смот­реть, мы детей наси­луем, и, в конце кон­цов, они поду­мают, что всё, что вме­сте с этим, тоже будет неинтересно.

Поэтому выби­ра­ете то, что ребёнку инте­ресно будет смот­реть по воз­расту и по раз­ви­тию. Неко­то­рые совет­ские муль­тики рас­тя­ну­тые, там так всё мед­ленно про­ис­хо­дит, а совре­мен­ные очень быст­рые. И поэтому ребё­нок не вос­при­ни­мает, ему скучно, он ухо­дит. Бывает, роди­тели гово­рят: ой, какой хоро­ший муль­тик, сами сели и смот­рят – как заме­ча­тельно, как будто в дет­ство  вер­ну­лись. Совет­ских муль­ти­ков очень много, не обя­за­тельно даже их где-то искать, ска­чи­вать, есть на Ютюбе целые каналы, где этих муль­ти­ков море, вот поэтому пока­зы­вать их хорошо.

Под­би­райте совре­мен­ные муль­тики – дис­не­ев­ские, совре­мен­ные оте­че­ствен­ные. Есть очень много хоро­ших, заме­ча­тель­ных, поучи­тель­ных мульт­филь­мов – и по сказ­кам, и по пове­стям. Но вы только под­би­райте, чтобы они не были пустыми по содержанию.

Не можешь победить – возглавь!

И тре­тий момент: смот­рите вме­сте с ними и обсуж­дайте. Посмот­рели муль­тик, допу­стим, совре­мен­ный какой-то, инте­рес­ный, боль­шой – обсу­дите с ребён­ком. Будет очень полезно и инте­ресно. А что каса­ется детей постарше, под­рост­ков – им уже, конечно, свою кар­тинку не навя­жешь, у них свои интересы.

Здесь совет может быть только один: сади­тесь и смот­рите вме­сте с ними. Может быть,  где-то упу­щен момент, когда мы с ними не нала­дили дове­ри­тель­ных отно­ше­ний, когда они поз­во­ляют вме­сте с собой что-то смотреть.

Отно­ше­ния можно испор­тить за один раз. Каким обра­зом? Очень про­сто. «У‑у, что за кош­мар ты смот­ришь!» Взяли и со своей коло­кольни рас­кри­ти­ко­вали всё, при­чём никак это не объ­яс­нив, а про­сто рас­кри­ти­ко­вали. Поэтому как бы иде­аль­ный вари­ант – садиться вме­сте с ними смотреть.

Вари­ант дру­гой – если вы зна­ете, что они смот­рят (а это нужно узнать, ничего пло­хого нет), каким-то спо­со­бом посмот­рите это сами и попы­тай­тесь с ними найти кон­такт. «А я тут посмот­рела этот вот сериал – слу­шай, инте­ресно!» Раз  – и ребё­нок рас­по­ло­жится. Не кри­ти­куйте сходу: «Да как ты можешь это смотреть».

Не надо кри­ти­ко­вать, най­дите там поло­жи­тель­ное, пого­во­рите, а отри­ца­тель­ное дети на самом деле обычно сами видят. Они вам сами рас­ска­жут. Здесь прин­цип очень про­стой: не можешь побе­дить – возглавь.

Не можете так – пред­ло­жите детям аль­тер­на­тиву, из совре­мен­ных сери­а­лов най­дите, но вме­сте это посмот­рите. Сей­час сери­а­лов очень много, но надо вни­кать. Боль­шин­ство самых  совре­мен­ных – очень страш­ные. И страшны они тем, что каче­ственно сняты, очень инте­ресно  и увле­ка­тельно, но там много раз­врата, кото­рый пода­ется как норма жизни. Там много совер­шенно чуж­дых нам ценностей.

Но даже если ваш ребё­нок их уже смот­рит, и вы не можете его от этого огра­дить, най­дите в себе силы тоже это посмот­реть и с ним об этом пого­во­рить. «Как ты счи­та­ешь: вот это хорошо или плохо?»

Не мора­ли­зи­руя, а искренне, честно. «Я посмот­рела, сюжет инте­рес­ный, мне эта геро­иня понра­ви­лась, или герой (если девочки, они на внеш­ний вид обра­щают вни­ма­ние), но ты зна­ешь, меня так задело, и не поняла, почему вот это здесь». И ребё­нок отклик­нется: «Да, я тоже не понял, зачем это вообще надо».

Здесь нужно дове­рие. Один раз ска­зав, «что ты за ерунду смот­ришь», мы дове­рие это под­се­каем. Поэтому со стар­шими под­рост­ками нужно так. Я вас при­зы­ваю смот­реть то, что они смот­рят, иначе вы их теря­ете. То есть вы живёте в одном мире, они живут в дру­гом. И в каком они мире живут, вам будет неве­домо, и поэтому их сле­ду­ю­щие поступки для вас могут быть шоком, потому что они посту­пают не так, как вы их научили, а так, как они уже вос­при­няли это в сериале.

И на вопрос «что делать» я вам не отвечу, потому что поте­ряно это было в воз­расте 2–7 лет, когда мы учим детей отли­чать хоро­шее от пло­хого и выби­рать хоро­шее. В прин­ципе ребё­нок, если мы его научили, даже посмот­рев какой-то отвра­ти­тель­ный сериал, для себя ска­жет: вот это хорошо, это плохо, а это вот непра­вильно, – и сде­лает опре­де­лён­ные выводы, и может быть, очень хоро­шие, и нач­нёт отво­ра­чи­ваться от плохого.

Есть и такие при­меры, когда в совре­мен­ных сери­а­лах раз­врат пока­зан грубо, как-то слиш­ком ярко, и у ребёнка, а осо­бенно у девочки, про­ис­хо­дит оттор­же­ние от этого, и она начи­нает гово­рить: нет, вот это я не буду смот­реть, мне это не нра­вится. Мы тут думали, как бы её отвра­тить, и она сама по себе отвра­ти­лась. Но опять же нужно этому научить в ран­нем детстве.

Отношение к делу 

И послед­нее, что каса­ется семей­ного уклада – это отно­ше­ние к делу и к работе. Это очень важ­ный момент. Вы все тру­ди­тесь, вы при­хо­дите домой. Как вы о своей работе рас­ска­зы­ва­ете: дурац­кая работа; я так устала, меня не ценят? И если вы это бес­ко­нечно  транс­ли­ру­ете ребенку, то и у него тоже будет все­гда так.

Поэтому отно­ше­ние к труду, отно­ше­ние к работе – то, что мы детям пере­даём. И очень важно, что мы им будем рас­ска­зы­вать и каким образом.

И вто­рой момент: отно­ше­ние к труду дома. Я посто­янно об этом говорю: дети должны дома тру­диться. У них дол­жен быть свой фронт ответ­ствен­но­сти. Даже у маль­чи­ков дол­жен быть свой фронт ответственности.

Девочки, понятно, моют посуду, пол, уби­рают, а маль­чики – что с них возь­мёшь? Гвозди вко­ло­тить некуда, они бы и с удо­воль­ствием. Не будешь же их застав­лять посуду мыть!

У ребёнка дол­жен быть свой фронт работ, и он дол­жен знать, что если он этого не сде­лает, за него не сде­лает никто. И начи­нать я бы реко­мен­до­вал не с заправки кро­вати, как обычно это делают. Начи­нать нужно с того, что мы можем объяснить.

Зачем заправ­лять кро­вать? Ребенку наши объ­яс­не­ния ока­жутся нело­гич­ными: зачем её заправ­лять, если потом рас­прав­лять? Да, мы ему гово­рим: поря­док будет, но для него и так поря­док. Потому что мы смот­рим в целом, а ребё­нок в детал

ях. Целост­ность  кар­тины мира он посте­пенно-посте­пенно начи­нает видеть, осо­бенно малень­кий. А мы  вос­пи­ты­ваем  его лет с шести-семи: в школу пошёл – всё, кро­вать заправ­ляй, это глав­ное, начи­наем его мучить за это, мол,  это глав­ный твой труд.

Попро­буйте начать с того, что понятно и объ­яс­нимо – допу­стим, мыть посуду. Зачем мыть посуду – очень про­сто объ­яс­нить. Про­сто не мойте посуду ребёнка и при­не­сите что-нибудь вкус­ное, что нужно поло­жить в тарелку, а тарелки все гряз­ные. «Бери тарелку гряз­ную» – «Не хочу, про­тивно!» – «Ну, вот видишь, надо мыть!»

И на таких при­ме­рах мы можем ребёнку пока­зать, что это нужно. С посу­дой вообще редко кто спо­рит. Они начи­нают спо­рить, зачем её так много, давайте пусть будет у каж­дого по одной тарелке. Давайте, согла­си­тесь. Уби­райте у каж­дого по одной тарелке. Неудобно. Нет, давайте ещё по одной, то есть вот таким обра­зом, вот это понятно.

Или мыть пол. Зачем мыть пол? Ну, потому что грязно. При­ве­дите при­мер: возь­мите белое что-то, про­ве­дите. Там грязь, а мы ходим, мы этим дышим. Осо­бенно девоч­кам про­тивно ста­но­вится, они начи­нают мыть пол, пыле­со­сить. Вот это можно про­сто рас­ска­зать, и ребё­нок дол­жен тру­диться обязательно.

Заповеди в ценностях семьи

Дру­гой важ­ный момент – это запо­веди  Божии в цен­но­стях семьи. Как мы живём, на  основе каких цен­но­стей мы при­ни­маем реше­ния в тече­ние дня и в тече­ние всей своей жизни? И наши цен­но­сти должны быть согласны с запо­ве­дями Божьими, и вот это мы детям и передаём.

С чего начать? Самое важ­ное – отно­ше­ние к роди­те­лям и к учи­те­лям, к нашим роди­те­лям и учи­те­лям нашего ребёнка. Как мы к ним отно­симся? К нашим роди­те­лям мы должны отно­ситься с ува­же­нием, с почте­нием, со вни­ма­нием, ни в коем слу­чае, нико­гда при ребёнке роди­те­лей не ругать, не кри­ти­ко­вать, не осуж­дать, даже если роди­тели неправы.

Да, бабушка не так ска­зала – ну ладно, про­стим бабушку, она ста­рень­кая. Не надо её кри­ти­ко­вать и гово­рить, что она вот такая-сякая. И обсуж­дать роди­те­лей при детях тоже не нужно. Хотите обсу­дить – с мужем вый­дите где-нибудь и пере­мы­вайте кости роди­те­лям, сколько хотите, потом пой­дёте каяться. При детях этого не делайте. Тогда вы сохра­ните свой соб­ствен­ный авторитет.

Отно­ше­ние к учи­те­лям – это боль­ная тема, потому что когда ребё­нок при­хо­дит и начи­нает рас­ска­зы­вать о якобы неспра­вед­ли­во­сти со сто­роны учи­те­лей, мы все­гда встаём на сто­рону ребенка, как и должны делать.

Но как только мы встаём, мы начи­наем ругать учи­теля. А ещё при ребёнке: вот я ходила на собра­ние, да зачем нам это нужно, да при­ду­мали бумаги, а эти экза­мены… Всё, вы авто­ри­тет взрос­лого учи­теля роняете.

Только запом­ните:  сни­жая авто­ри­тет учи­теля,  вы авто­ма­ти­че­ски роня­ете и авто­ри­тет соб­ствен­ный – ещё и ниже, чем авто­ри­тет учи­теля. Поэтому к учи­телю нужно отно­ситься с ува­же­нием. Даже в Свя­щен­ном Писа­нии мы читаем: почи­тайте настав­ни­ков ваших. С ува­же­нием, даже если учи­тель­ница неправа, ведь можно спо­койно ска­зать: да, навер­ное, она не права. Но не гово­рить, что она плохая.

Учи­тель может быть неправ, но отно­ше­ния с учи­те­лями все­гда выяс­няйте без детей. Если вам кажется, что вашего ребёнка оби­жают неспра­вед­ливо – при­дите, пого­во­рите, узнайте. Чаще всего кар­тинка, кото­рую вам ребё­нок пока­зы­вает, ока­зы­ва­ется одно­бо­кой. Нужно выяс­нить всё, а потом что-то гово­рить. Это очень важ­ный момент.

Отно­ше­ние ко лжи и к воров­ству – тоже момент важ­ный. Если мы оправ­ды­ваем ложь и воров­ство при каких-то обсто­я­тель­ствах, это крайне плохо. То есть при­несли что-то с работы, что лежит бес­хозно – а ведь мы сво­ро­вали, мы это пони­маем, и может быть, ребёнку ска­зали, или он это как-то понял. Мы, таким обра­зом, оправ­дали воровство.

С ложью то же самое. «Но ты скажи, что ты болел! Ты скажи, что неко­гда, скажи, что мы ездили к врачу». Не нужно ребёнка учить врать, он и так научится без вас, вы нисколько в этом не сомне­вай­тесь, и нам его учить этому совер­шенно не стоит.

И когда потом ему будет стыдно что-то ска­зать, он нам точно так же ска­жет: а я был там, я был тут. «Как же так, почему меня обма­нул?» «А ты же меня научил». Поэтому отно­ше­ния к запо­ве­дям «не лже­сви­де­тель­ствуй» и не «кради» в доме должно быть стро­гим. Ника­кой лжи. И мы сами тоже лжи не должны допус­кать при детях. И детям тем более – надо научиться или мол­чать, или гово­рить правду, или не делать того,  о чем потом при­дётся врать.

Учимся просить прощения

Важ­ный момент, каса­ю­щийся запо­веди – уме­ние про­сить про­ще­ния друг у друга. Очень часто, к сожа­ле­нию, в семье бывают такие отно­ше­ния у мужа с женой, что либо кто-то, либо оба они про­ще­ния нико­гда не про­сят. Но чаще всего кто-то один – или мама, или папа про­ще­ния не про­сит, вне зави­си­мо­сти от того, кто виноват.

И мы этому же не учим наших детей.  А научить детей про­сить про­ще­ния у Бога, в том числе, и у нас, и друг у друга можно только соб­ствен­ным примером.

Попро­сить про­ще­ния у ребенка – что в этом пло­хого, если мы дей­стви­тельно сорва­лись, его пору­гали?  «Про­сти меня, я сего­дня так устал на работе, что на тебя сорвался, но я тебя очень люблю». Мы по-чело­ве­че­ски посту­пили, пока­зали ему при­мер. Так что  учиться про­сить про­ще­ния нам нужно всем. Ничего слож­ного нет в том, чтобы изви­ниться перед ребен­ком, этим мы не уни­зи­лись, свой роди­тель­ский авто­ри­тет не уронили…

Сло­вом, пере­да­вая духов­ные цен­но­сти детям, любите и пони­майте друг друга!

Соб. инф.

Фото из откры­тых источников

 

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки