сайт для родителей

Ребенок начинает задавать вопросы

Print This Post

71


Ребенок начинает задавать вопросы
(1 голос: 5 из 5)

Однажды наступает день, в который ваш ребенок делает очень важное открытие. Оказывается, когда-то его не было на белом свете. Он недоумевает: «Как это — не было? А где же я был? И откуда я взялся?..» Когда ребенок начинает задумываться о тайне происхождения жизни и спрашивать, «откуда берутся дети», питать его пытливую душу сказочно-поэтическими описаниями было бы очень опасно. Это запутало бы ее в сети ложных представлений. Дитя, конечно, легко и с интересом воспринимает чудеснейшие сказки и может развивать их в своей живой фантазии, но его всегда нужно предупредить: «Есть такая старинная сказка… Я расскажу тебе сказку…»

Быть может, и остроумно придумано, что детей находят в капусте или их приносит людям аист, но не стоит выдавать это ребенку за действительность. Такие ответы возможны только в шутливой форме. Впрочем, они не смогут до конца удовлетворить ребенка.

— Мама, откуда я появился?
— Откуда появился?.. Знаешь, есть такая сказка…
— Нет, а на самом деле?..

Дети — прежде всего реалисты; они с удовольствием послушают и сказку, но все-таки хотят знать, что было на самом деле. Дети доверчиво принимают то, что им объясняют родители, за истину, за факт. И если они узнают, что их обманывали, выдавая сказку за действительность, это может иметь вредные последствия для детской души.

Что происходит, когда дети узнают что их обманули, объясняя, откуда они взялись? Они реагируют по-разному. Один священник рассказывал, как в детстве узнал от друзей-школьников то, что тщательно скрывала от него мать, предлагая некую вымышленную версию. Сейчас он вспоминает, что не пережил особого потрясения, не обиделся и даже не удивился, открыв обман. Наоборот, он тогда уже каким-то образом осознал, что не скрыть правду было невозможно и что, главное, он и сам не хотел бы узнать ее из маминых уст.

Но, видимо, это был спокойный, рассудительный и по натуре целомудренный ребенок. А кто-то из его сверстников мог пережить настоящее потрясение, почувствовать себя глубоко оскорбленным и испытать даже отвращение к родителям, которые занимаются «такими вещами» и лгут ему, притворяясь «хорошими»…

В любом случае ложь остается ложью, а осторожное умолчание не всегда возможно. Некоторые родители находят выход в полуправде. Когда, например, мать отвечает своей маленькой дочери: «Братишку принес доктор», — то она и лжет, и не лжет… Действительно, большинство матерей впервые видят своих детей на руках медиков, принимавших роды. Но в том смысле, как дитя понимает эти слова, они представляют собою ложь.

Мать-христианка порой полагает, что истинное благочестие требует непонятное ребенку рождение маленького братика или сестрички или его самого объяснять такими, например, словами: «Ребеночка нам послал Господь, чтобы мы любили его и заботились о нем». Или так: «Нам с папой очень хотелось иметь сыночка, мы молились Богу — и Он дал нам тебя…». В этом объяснении, в отличие от предыдущего, нет ни слова лжи и лукавства, но все же в нем часто присутствует дополнительный посторонний мотив — желание отвлечь внимание малыша от неприличного вопроса и, насколько возможно, заставить его молчать. И чаще всего дитя прекрасно чувствует в словах матери некоторую недосказанность и еще глубже заинтересовывается тем, что всеми силами хотят от него скрыть. Таким образом, тайна рождения человека с самого начала представляется невинному ребенку в нечистом свете. Однако понять истинную природу этой нечистоты он пока не в состоянии…

Мир, сотворенный Богом, полон тайн и чудес. На каждом шагу природа открывает перед ребенком картину жизни и смерти. Гусеница, бабочка-однодневка, птица, вылупившаяся из яйца, дерево, умирающее и возрождающееся со сменой времен года, постепенно распускающийся цветок — вся органическая природа вокруг него живет и умирает. Если ребенок способен сам сформулировать вопрос: «Каким образом возникает жизнь?» — то он наблюдателен и уже достаточно созрел, чтобы получить простой, но честный и прямой ответ без обиняков. Этот ответ не должен быть натуралистичен и раскрывать только внешнюю, плотскую, сторону вопроса. Мы останавливаемся на ней именно потому, что для матери-христианки как раз этот физиологический, «плотской» момент представляет наибольшую сложность.

На вопрос: «В каком возрасте ребенок уже способен к восприятию достаточно серьезных и откровенных объяснений?» — мы можем ответить: «Как только он начинает спрашивать об этом». И представляется совершенно ошибочным стремление отделаться пустым обещанием: «Узнаешь, когда вырастешь»,— или: «Вырастешь — тогда и поговорим. Беги, играй…». Такой ответ способен только подстрекнуть любопытство ребенка и возбудить в нем желание как-нибудь пораньше выведать запретную информацию.

Обычно проходит немного времени — и ребенок слышит из нечистых уст другие слова о рождении, мутным, грязным потоком входящие в детское сознание. И хорошо еще, если это будут «уста» друга-ровесника! Но, к сожалению, современные дети имеют и иные источники информации, прежде всего — телевизор.

Как часто наши дети черпают свои знания о жизни из таких источников, и какой неизгладимый след оставляют эти «нелегально» полученные знания в детской душе! Одна мать все ожидала удобного момента для разъяснения своему сыну мучившего его вопроса… Когда она наконец собралась с духом, чтобы однажды перед сном дать ему ответ на поставленный когда-то вопрос, ей пришлось с болью в сердце услышать от смущенного мальчика: «Да ладно, мама, я уже сам знаю!» Разумнее даже рассказать своему ребенку правду на год раньше, чем он сможет воспринять, чтобы не доставить врагам нашего спасения возможности бросить вредоносное семя в его душу. Впрочем, кто лучше матери определит, в каком возрасте ее ребенок готов к разговору? Ведь все дети очень разные. Есть среди них живые, озорные непоседы, которые не могут надолго сосредоточиться на чем-то одном. Они спросят о чем-нибудь — и тотчас сами забудут. Есть среди детей и «мыслители», созерцатели. Иной ребенок и в три года уже может отвлеченно мыслить и поражает взрослых глубиной своих рассуждений. Есть дети особенно ранимые, которые болезненно-тревожно воспринимают новое, необычное знание о мире… Одни дети развиваются очень быстро, другие — помедленнее… Словом, мы уверены, что сама мать-христианка, основываясь на своей материнской интуиции, изберет наиболее удачный возраст для раскрытия ребенку «тайны рождения».. Ребенок начинает задавать вопросы

Говоря о «тайне рождения», мы разумеем и рождение, как таковое, и зачатие. Открыть ребенку, откуда он появился на свет, не самое трудное. Куда труднее рассказать, как именно он там оказался!

Мысль о пребывании в материнском чреве обычно не вызывает у ребенка ни отвращения, ни протеста, ни нечистого любопытства. Наоборот, уже младенцы двух-трех лет очень любят рассказы на эту тему и вновь и вновь задают одни и те же вопросы:

— А какой я был?
— Ты был маленький-маленький…
— Как птичка?..
— И еще меньше. Но у тебя были уже и ручки, и ножки, и глазки…
— А где я жил?
— У мамы в животике. Ты там рос, развивался, двигался, кушал… А я разговаривала с тобой и ждала с нетерпением, когда же ты появишься на свет!
— И я появился, да? А как?
— Доктор достал тебя из животика, и я сказала: «Ой, какой хорошенький мальчик!»
— А как я попал туда, к тебе в животик?

Эту часть разговора вполне можно отсрочить на пару лет (тем более что младенца 2–3 лет на первое время вполне удовлетворит полуответ, вроде такого: «Ты там зародился…»), и тогда уже не обойтись без рассказа о тычинках с пестиками, яйце и прочем. Тайна зачатия — вот что подсознательно интересует подрастающего ребенка, и от матери во многом зависит то, какое представление сложится у него в отрочестве об отношениях мужчины и женщины. Как говорить об этом? Какими словами? Какой выбрать тон? Говорить ли о самом способе зачатия? О супружеской любви? Говорить ли о похоти («половом влечении»)? Насколько конкретны должны быть объяснения? И … говорить ли вообще?.. Решить это должна сама мать, которая лучше всех знает своего ребенка: его развитие, особенности его психики, круг его интересов. Если есть возможность, надо прибегнуть к совету духовника, быть может, даже уточнить с ним общий план беседы и, во всяком случае, без благословения священника не приступать к ней.

Иная мать и приоткрыла бы перед своим чадом завесу над этой тайной, но сама не знает, каким образом это можно сделать хорошо — так, чтобы и не солгать, и не уронить себя в глазах ребенка, и не потерять его любовь, и не нанести вреда его душе неосторожным словом. Возможно, что собственные представления матери-христианки о т. н. половой жизни смутны и неопределенны, и поэтому она не находит нужных слов, чтобы говорить о ней с сыном или дочкой. В таком случае мать не сумеет и ребенку внушить правильные мысли в вопросе о происхождении жизни. Поэтому и хотелось бы начать с матери — помочь ей войти в область высоких и чистых мыслей, где все вопросы, связанные с браком и деторождением, рассматриваются в свете учения Православной Церкви.

Трудность разговора с подростком

Нелегко в наше время найти подход к сердцу подростка. Родителям часто сделать это труднее, чем посторонним людям. Порой подросток просто отказывается воспринимать слова матери, встречая их угрюмым молчанием и грубостью. Он не хочет слушать, отворачивается, замыкается в себе, отделывается шутками. Но говорить с ним все равно надо. Если бы мы писали эти строки лет сто назад, можно было бы порекомендовать родителям дать сыну почитать соответствующую литературу. Тогда родители могли познакомить подростка с функциями его тела и правилами элементарной гигиены по популярным медицинским изданиям, в надежде, что авторы научно объяснят читателю целесообразность телесной чистоты до брака и должного воздержания даже в законном браке … Увы, современные издания не научат его этому; наоборот — ему «научно» объяснят, что именно воздержание, целомудрие «вредно для здоровья»! Поэтому остается ориентировать подростка и юношу только на опыт Церкви, ее Предание, ее Устав.

Но может быть, родителям покажется, что послушание Церкви — недостаточно сильный побудительный мотив, чтобы оказать влияние на современного подростка? Что ж, даже если сейчас, вступая в «трудный возраст», сын отмахивается от слов матери, от ее мягких напоминаний о посте, о молитве, об исповеди,— мы не знаем, как отзовутся эти материнские наставления в его дальнейшей жизни. Быть может, вкусив «запретного плода» и испытав первое жгучее разочарование, он ухватится за них, как за спасительный якорь. И даже став старше и пережив глубокое падение, он вспомнит, вместе с материнскими «уроками ботаники», ее духовные наставления и, как блудный сын, припадет к Матери Церкви…

И наконец, наш родительский долг — воспитывать дитя в любом возрасте, стараться положительно воздействовать на ум и сердце того, кто вверен Богом нашему попечению. Сделать все зависящее от нас — и остальное предоставить воле Божией… Если бы мы добросовестно и самоотверженно исполняли этот наш долг, то, как знать, быть может, образ мыслей современной молодежи был бы иным.

Что касается девочки, то и она в подростковом возрасте (который наступает у нее несколько раньше) нуждается в разъяснениях и душеполезных наставлениях. Она тоже, как и мальчик, переживает переходный период, полный тревоги, неуверенности, неясных желаний. Обычно с нею обращаются более бережно, более осторожно, чем с мальчиком, щадят ее ранимую душу и не обижают насмешками. Но и ей чаще всего не дают необходимых разъяснений. Мать пережила такой же сложный период без разъяснений своих родителей — почему же не оставить и дочь в том же неведении? Так, мать часто рассматривает периоды «телесной нечистоты», связанные с детородной функцией тела, всего лишь как нарушения нормального хода жизни, вызывающие ряд неудобств, и потому стремится по возможности не касаться этого вопроса в беседе с подрастающей дочерью. Между тем для девочки наступление соответствующего периода, связанного с «телесной нечистотой», иногда бывает глубоким потрясением. К тому же разговор об этой функции организма даст матери возможность побеседовать с дочерью на самые серьезные темы, связанные с подготовкой к брачному периоду, чистотой и целомудрием…

Потому-то и здесь прежде всего сама мать должна проникнуться отношением к человеческому телу как к храму Святого Духа, который необходимо содержать во внешней и внутренней чистоте, и такое же отношение внушить дочери-подростку. Своевременные разъяснения не только смогут уберечь девочку от соблазнов и возможных падений, но и подготовят ее к тому, чтобы соблюдать необходимые правила гигиены и заботиться о своем здоровье, а со временем и своих детей наградить добрым здоровьем. На все, что относится к ее будущей брачной жизни, девочка должна смотреть спокойно и целомудренно, принимая свое назначение жен(щи)ны и свою способность к деторождению как дар Божий. Насколько необходимы здесь более конкретные физиологические разъяснения — решать самой матери.

И наконец, еще один совет матери-христианке: в период брачного созревания особенно оберегайте девочек от чрезмерного развития чувственности. Каким образом? Берегите их не только от непристойных книг и зрелищ, но и от романов. Иным матерям кажется, что посмотреть по телевизору чувствительную любовную мелодраму без «постельных сцен» — дело совершенно безобидное и даже полезное для дочери-подростка. К сожалению, это не так. Чтение романов или просмотр фильмов «о любви» развивает нездоровую мечтательность, растлевает воображение и неприметным образом возбуждает чувства, связанные с половыми органами, благодаря чему вызывается преждевременное и нездоровое их развитие. В старину строгие и благочестивые родители старались не давать подрастающим дочерям любовных историй, как бы хорошо они ни были написаны, и прятали ключ от книжного шкафа. «Ну, и что же? — скажет иная мать.— Они все равно читали романы». На это мы еще раз возразим: будем делать зависящее от нас, а остальное предадим в волю Божию. Вот что говорит епископ Варнава (Беляев) о чтении романов:

«Родоначальники современной поэзии и беллетристики … немало потрудились над тем, чтобы блудную похоть облечь в самые красивые формы, поэтической дымкой прикрыть действительное безобразие этого уродливого божка и вонь разврата задушить ароматом звучной речи и плавных стихов. Какой тонкий яд льется со страниц романов и повестей, тем более опасный, что он преподносится в самой изящной форме увлекательного рассказа, приятно волнующего воображение читателя!..» Конечно, девочек, как и мальчиков, надо стараться беречь от всепроникающего «голубого экрана», ставшего злым «просветителем» наших подрастающих детей в половом вопросе.

Мальчикам в каком-то смысле проще: они часто «снимают напряжение» в занятиях спортом. Они не так болезненно воспринимают отношение к ним окружающих и не так, как девочки, озабочены своей внешностью. Сама их душевная организация обычно несколько грубее, и порой на то, что может для девочки оказаться по-настоящему трагичным, мальчик реагирует здоровым смехом. Девочки же, как показывает опыт, переживают в подростковом возрасте особенно тяжелые жизненные драмы, связанные с проблемами брачного созревания.

Как помочь подрастающей дочери, как укрепить не только ее тело, но и душу? Православные воспитатели всегда советовали родителям: держите дочь подальше от мира грез и фантазий — постарайтесь лучше заинтересовать ее естественными науками, приучите к полезному рукоделию, дайте постоянное поручение по домашнему хозяйству, требующее времени и ответственности. Девочка-подросток охотно принимает на себя такое постоянное поручение, особенно когда чувствует, что оно дано не «в воспитательных целях», а всерьез, что она приносит реальную пользу семье. Это может быть ежедневная уборка комнаты, или мытье посуды, или приготовление ужина. Это может быть и постоянный уход за младшим братиком или сестренкой (одевать их, отводить в детский сад или гулять с ними и т. д.). Такое занятие, во-первых, убережет девочку от вредной праздности, которую недаром называют

Если говорить о чтении подростка — и девочки, и мальчика,— то на первый план мать-христианка, конечно, поставит духовную литературу, от житий святых до популярных православных журналов и газет (в которых сегодня обязательно есть и «детская страничка»). Хорошо, если удастся заинтересовать подростка популярными изданиями (или даже телепередачами) по естественным наукам. А что касается тела, то лучшее, в чем оно нуждается в подростковом возрасте,— это здоровое питание, свежий воздух, движение и спорт. В этом современные городские дети, оторванные от природы, испытывают самую острую нужду.

Наконец, едва ли не самое главное — с малолетства приучать своего ребенка к посильному исполнению православного поста. Это даст ему драгоценное сокровище на всю жизнь — навык воздержания. Владея таким навыком, христианин сможет в любой ситуации, подвергаясь дурным влияниям окружающих и испытывая душевредные впечатления мира сего, сознательно противостоять греху.

Оставить комментарий

Обсудить на форуме

Система Orphus