Воспитание любви и милосердия

Воспитание любви и милосердия

(2 голоса5.0 из 5)

В совре­мен­ных посо­биях для роди­те­лей масса инфор­ма­ции: как вос­пи­тать лидера,  как вырас­тить гения, сде­лать ребенка успеш­ным и все­сто­ронне раз­ви­тым. А вот о вос­пи­та­нии любви и мило­сер­дия почему-то мало кто пишет.

Мило­сер­дию научить очень сложно. Поэтому гово­рить детям о мило­сер­дии и любви, при­ви­вать жела­ние тво­рить добро нужно с самого ран­него воз­раста. И не стоит забы­вать о том, что дети – чисты и невинны. Часто чув­ство жало­сти, сочув­ствия и  состра­да­ния у них воз­ни­кают есте­ственно. Важно, чтобы роди­тели это вовремя заме­тили и под­дер­жали, отбро­сив свое с годами накоп­лен­ное «ока­ме­не­лое нечувствие».

Див­ный гимн любви вос­пел ап. Павел:

1. «Если я говорю язы­ками чело­ве­че­скими и ангель­скими, а любви не имею, то я — медь зве­ня­щая или ким­вал звучащий.

2. Если имею дар про­ро­че­ства и знаю все тайны, и имею вся­кое позна­ние и всю веру, так что могу и горы пере­став­лять, а не имею любви, — то я ничто.

3. И если я раз­дам все име­ние мое и отдам тело мое на сожже­ние, а любви не имею, нет мне в том ника­кой пользы.

4. Любовь дол­го­тер­пит, мило­серд­ствует, любовь не зави­дует, любовь не пре­воз­но­сится, не гордится,

5. не бес­чин­ствует, не ищет сво­его, не раз­дра­жа­ется, не мыс­лит зла,

6. не раду­ется неправде, а сора­ду­ется истине;

7. все покры­вает, всему верит, всего наде­ется, все переносит.

8. Любовь нико­гда не пере­стает, хотя и про­ро­че­ства пре­кра­тятся, и языки умолк­нут, и зна­ние упразднится.

9. Ибо мы отча­сти знаем, и отча­сти пророчествуем;

10. когда же наста­нет совер­шен­ное, тогда то, что отча­сти, прекратится.

11. Когда я был мла­ден­цем, то по-мла­ден­че­ски гово­рил, по-мла­ден­че­ски мыс­лил, по-мла­ден­че­ски рас­суж­дал; а как стал мужем, то оста­вил младенческое.

12. Теперь мы видим как бы сквозь туск­лое стекло, гада­тельно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отча­сти, а тогда познаю, подобно как я познан.

13. А теперь пре­бы­вают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше» (1 Кор 13).

Когда некий закон­ник спро­сил: «Учи­тель! какая наи­боль­шая запо­ведь в законе? Иисус ска­зал ему: воз­люби Гос­пода Бога тво­его всем серд­цем твоим и всею душею твоею и всем разу­ме­нием твоим: сия есть пер­вая и наи­боль­шая запо­ведь; вто­рая же подоб­ная ей: воз­люби ближ­него тво­его, как самого себя; на сих двух запо­ве­дях утвер­жда­ется весь закон и про­роки» (Мф 22:36–40).

На Тай­ной вечери Хри­стос гово­рил: «По тому узнают все, что вы Мои уче­ники, если будете иметь любовь между собою» (Ин 13:35).

Апо­стол любви Иоанн Бого­слов писал: «Кто гово­рит: “я люблю Бога”, а брата сво­его нена­ви­дит, тот лжец: ибо не любя­щий брата сво­его, кото­рого видит, как может любить Бога, Кото­рого не видит? И мы имеем от Него такую запо­ведь, чтобы любя­щий Бога любил и брата сво­его» (1 Ин 4:20–21).

Любовь не раз­дра­жа­ется, поэтому очень важно сле­дить за тональ­но­стью раз­го­во­ров в семье, и прежде всего — между супругами.

Груд­ной мла­де­нец много пла­кал. Одна­жды раз­дра­жен­ная мать вос­клик­нула: «Как ты мне надоел, все орешь. Замолчи! Из окна тебя выброшу, негодника».

Когда она после этого при­шла в ком­нату, мла­денца не было. «Где… ?» А его малень­кий брат (трех-четы­рех лет) ска­зал: «Мама, он все пла­кал, а ты ска­зала: если он будет пла­кать, его надо выбро­сить из окна. Я его выбро­сил». Вот резуль­тат сло­же­ния раз­дра­жен­но­сти матери и любви к ней трех-четы­рех­лет­него младенца.

Только научив­шись любить ближ­них своих, можно испол­нять и боль­шую запо­ведь Хри­стову: «Любите вра­гов ваших, бла­го­слов­ляйте про­кли­на­ю­щих вас, бла­го­тво­рите нена­ви­дя­щим вас и моли­тесь за оби­жа­ю­щих вас и гоня­щих вас» (Мф 5:44). Не гово­рите, что это про­ти­во­есте­ственно, — хри­сти­ан­ство не есте­ственно и не про­ти­во­есте­ственно; оно — сверхъ­есте­ственно под­ни­мает чело­века до Цар­ствия Небесного.

Любовь, как и вера, «без дел мертва» (Иак 2:20). Мы любим не столько тех, кото­рые о нас забо­тятся, сколько тех, о ком забо­тимся сами. Детей надо при­учать любить роди­те­лей и забо­титься о них с самого ран­него воз­раста. «Почи­тай отца тво­его и мать, это пер­вая запо­ведь с обе­то­ва­нием: да будет тебе благо, и будешь дол­го­ле­тен на земле» (Еф 6:2–3).

Когда роди­тели все дают ребенку, сво­ему кумиру, не научая его отда­вать, и не забо­тятся хотя бы друг о друге (отец о матери, мать — об отце), они рас­тят эго­и­ста с потре­би­тель­ской пси­хо­ло­гией. Сколько мы знаем роди­те­лей, все отдав­ших своим детям и бро­шен­ных на ста­ро­сти лет. С моло­дых лет сле­дует вос­пи­ты­вать в чело­веке ответ­ную любовь к людям, дав­шим ему жизнь. Чтобы дети любили роди­те­лей, необ­хо­димо, чтобы они от отца и матери полу­чали не только игрушки, джинсы, деньги на кино и т.д., но вхо­дили бы в духов­ный мир отца и матери, в мир жерт­вен­но­сти, веры и дей­ству­ю­щей любви. Вос­пи­та­ние тре­бует не откры­того кошелька; глав­ное — откры­тость сердца; тогда насту­пит время, когда дети из вос­пи­ту­е­мых пре­вра­тятся в дру­зей роди­те­лей, в семье про­изой­дет вза­и­мо­обо­га­ще­ние богат­ствами внут­рен­него мира.

Любовь, как и вера, дости­гает совер­шен­ства делами (см. Иак 2:22). Надо уста­нав­ли­вать для детей сна­чала кро­хот­ные, потом малень­кие, а затем все воз­рас­та­ю­щие обя­зан­но­сти по отно­ше­нию к роди­те­лям, друг ко другу и к семье в целом. И при­дет время, когда дети с любо­вью возь­мут на себя зна­чи­тель­ный объем наи­бо­лее труд­ных домаш­них дел, когда на их окреп­шие плечи смо­гут опи­раться сла­бе­ю­щие роди­тели, и дети мно­гое будут делать лучше и умнее своих поста­рев­ших отцов и мате­рей. За роди­те­лями оста­нется общий совет, молитва и любовь. К этому есте­ствен­ному ходу раз­ви­тия семьи роди­те­лям надо гото­виться, и испод­воль гото­вить к этому детей, при­ни­ма­ю­щих эста­фету жизни и дея­тель­но­сти, но не выры­ва­ю­щих ее из отчих и мате­рин­ских рук. К ста­ро­сти надо готовиться.

Любя­щий чело­век спо­со­бен отдать свое дру­гому, делиться со сво­ими ближ­ними и с встре­ча­ю­щи­мися людьми. К этому нужен навык. Вкус­ное и хоро­шее должно пред­на­зна­чаться не только для мла­ден­цев и школь­ни­ков, но и для роди­те­лей — во вся­ком слу­чае, в созна­нии детей. При недо­статке, допу­стим, фрук­тов и т.п. можно, оста­вив их открыто для роди­те­лей, потом неза­метно отдать детям.

Одна семья жила в стес­нен­ных мате­ри­аль­ных обсто­я­тель­ствах. После чая одну из кон­фет оста­вили на столе для отца, нахо­дя­ще­гося на работе. Ребе­нок, бегая по ком­нате, потя­нулся к кон­фете. «Надо оста­вить папе, — ска­зала мать, — с чем папа будет пить чай, когда при­дет с работы?»

Эта сцена в тече­ние дня повто­ря­лась несколько раз, все чаще и чаще. Нако­нец мать ска­зала: «Ладно, бери папину кон­фету». Мла­де­нец зажал кон­фету в ручонке, а потом забро­сил ее в даль­ний угол стола, к стене, откуда сам он не мог ее достать. Оста­ток дня он не под­хо­дил к столу. Про­изо­шел малень­кий шаг в нрав­ствен­ном раз­ви­тии человека.

Более взрос­лых детей сле­дует посы­лать делать покупки в мага­зине. Это не только физи­че­ская нагрузка, но и при­уче­ние детей думать о нуж­дах семьи в целом. Конечно, здесь нужно роди­тель­ское руко­вод­ство, обес­пе­чи­ва­ю­щее «един­ство эко­но­ми­че­ской поли­тики» семьи.

В детях должна вос­пи­ты­ваться брат­ская любовь друг ко другу, между ними сле­дует созда­вать душевно-духов­ную бли­зость. Это нетрудно, ибо дети тянутся к себе подоб­ным. Конечно, отно­ше­ния между детьми, как и вообще между людьми, во мно­гом опре­де­ля­ются их пси­хо­ло­ги­че­ским скла­дом. Но общ­ность рож­де­ния, вос­пи­та­ния и вос­по­ми­на­ний отчего дома имеет огром­ное зна­че­ние для дружбы и любви на всю жизнь. Дет­ские ясли и сады нередко под­ры­вают семей­ные устои и семей­ную бли­зость между бра­тьями и сест­рами[1].

Детей с ран­него мла­ден­че­ства надо при­учать делиться друг с дру­гом, помо­гать друг другу, стар­ших — при­вле­кать к вос­пи­та­нию млад­ших. С какой любо­вью и ува­же­нием вспо­ми­нает свт. Васи­лий Вели­кий о своей стар­шей сестре — Мак­рине! В узбек­ском языке есть ува­жи­тель­ное слово апа — «стар­шая сестра», с кото­рым ино­гда обра­ща­ются вообще к почтен­ной и стар­шей жен­щине. Нянями в рус­ских диа­лек­тах ино­гда назы­ва­ются стар­шие сестры. В стар­ших бра­тьях должна быть какая-то доля отцов­ского чув­ства по отно­ше­нию к младшим.

Для нрав­ствен­ного кли­мата семьи полезны сов­мест­ные быто­вые и хозяй­ствен­ные дела, в кото­рых участ­вуют все или почти все ее члены, и семей­ные походы, поездки за город, посе­ще­ние свя­тынь, музеев, исто­ри­че­ских мест и т.д., беседы на рели­ги­оз­ные и дру­гие темы. Неко­гда в рус­ских интел­ли­гент­ных семьях были в моде сов­мест­ные чте­ния клас­си­ков по ролям, в кото­рых при­ни­мали уча­стие и дру­зья из «близ­ких» домов, дет­ские игры, спек­такли, шарады и т.д. Все это не должно про­во­диться как некие семей­ные «меро­при­я­тия»: это — про­яв­ле­ние любви (в ее хри­сти­ан­ском вос­при­я­тии и пони­ма­нии) в жизни семьи.

Любовь между детьми сози­да­ется любо­вью роди­те­лей между собой. Эту супру­же­скую любовь необ­хо­димо и в деле, и в молитве беречь как дра­го­цен­ный дар не только двоих, но и семьи в целом. Она вос­пи­ты­ва­ется в супру­гах и их сов­мест­ным тру­дом у дет­ской кро­ватки, и всем сти­лем семей­ной жизни.

Конечно, основ­ные ноч­ные хло­поты с мла­ден­цем несет мать, а не рабо­та­ю­щий отец, но ведь она, заму­чен­ная бес­сон­ными ночами, и физи­че­ски, и морально нуж­да­ется в любов­ной помощи.

Можно при­ве­сти и при­меры того, как жена, целый день сидя­щая дома с одним ребен­ком, застав­ляет мужа сти­рать пеленки, а сама лишь играет с мла­ден­цем. Гораздо полез­нее и для ребенка, и для отца было бы, чтобы тот, придя вече­ром домой, занялся бы малы­шом. В неко­то­рых семей­ных и про­фес­си­о­наль­ных ситу­а­циях необ­хо­димо создать одному из супру­гов все усло­вия для твор­че­ской работы.

Не будем при­во­дить мно­же­ства жиз­нен­ных при­ме­ров; напом­ним лишь, что к супру­гам более, чем к кому-либо, отно­сятся слова апо­стола Павла: «Носите бре­мена друг друга, и таким обра­зом испол­ните закон Хри­стов» (Гал 6:2).

Семья — общий орга­низм; для нее есте­ственно иметь общую кассу, куда вкла­ды­ва­ется все: и зара­ботки роди­те­лей, и сти­пен­дии и зар­плата под­рос­ших детей. В семьях со стес­нен­ными мате­ри­аль­ными обсто­я­тель­ствами это неиз­бежно, в состо­я­тель­ных же ино­гда сти­пен­дию и зара­бо­ток остав­ляют детям на «кар­ман­ные рас­ходы», про­дол­жая их пол­но­стью обес­пе­чи­вать всем необ­хо­ди­мым из роди­тель­ских дохо­дов. Это неиз­бежно выде­ляет из семьи то одного, то дру­гого повзрос­лев­шего ребенка, спо­соб­ствует раз­ви­тию потре­би­тель­ской пси­хо­ло­гии: «все мое — мое, а роди­тели все равно обя­заны меня и моих бра­тьев и сестер содержать».

На свои нужды дети могут полу­чать даже больше денег, чем их сти­пен­дии или зар­плата, но — из общей семей­ной кассы. Изло­жен­ные сооб­ра­же­ния не отно­сятся, разу­ме­ется, к тем детям, у кото­рых соб­ствен­ные семьи.

Любовь, взра­щи­ва­е­мая в семье, должна рас­про­стра­няться и за ее пре­делы; «…будем делать добро всем, — пишет ап. Павел, — а наи­паче своим по вере» (Гал 6:10). «…Не уны­вайте, делая добро» (2 Феc 3:13).

Эта любовь ко всем людям начи­на­ется с малого: усту­пить место пожи­лому чело­веку, помочь сде­лать что-либо оди­но­кой ста­рушке, поза­бо­титься о подарке для кого-нибудь и т.д.

Про­блема оди­но­ких ста­ру­шек в насто­я­щее время стоит очень остро: их много, они бес­по­мощны, одни из них бла­го­дарны и све­тятся радо­стью и верой, дру­гие капризны и раз­дра­жи­тельны: люди в ста­ро­сти более мно­го­об­разны, чем в моло­до­сти. По очень мно­гим при­чи­нам у зна­чи­тель­ной их части не устро­и­лась лич­ная жизнь: одни — они обычно бла­го­дарны — избрали слу­же­ние Богу и людям, дру­гие не смогли выйти замуж или поте­ряли своих жени­хов в лихо­во­роте трид­ца­тых годов и Оте­че­ствен­ной войны. Пере­ехать в дома пре­ста­ре­лых и инва­ли­дов — еще недавно озна­чало лишиться воз­мож­но­сти посе­ще­ния Церкви и чте­ния духов­ной лите­ра­туры и т.д.

Добро, сочув­ствие и дру­же­скую помощь надо ока­зы­вать близ­ким семьям, и соот­вет­ственно при­учать детей раз­де­лять их радо­сти и горе; необ­хо­димо вос­пи­ты­вать в детях навык делать добро всем нуж­да­ю­щимся в помощи и сочув­ствии, при­вычку «спе­шить делать добро»[2]. Сле­дует рас­ска­зы­вать о героях добра и любви, от свя­тых подвиж­ни­ков бла­го­че­стия до д‑ра Гааза, людей в бли­жай­ших к нам ушед­ших поко­ле­ниях и кон­крет­ных зна­ко­мых. Образы чело­ве­че­ские обла­дают уди­ви­тель­ной учи­тель­ной силою.

Вос­пи­та­ние любви и легко, — ибо душа чело­века, как отме­тил Тер­тул­лиан, по при­роде своей хри­сти­анка, — и трудно, ибо в мире «по при­чине умно­же­ния без­за­ко­ния» во мно­гих охла­дела любовь (см. Мф 24:12).

Очень полезно при­креп­лять под­рост­ков, юно­шей и деву­шек к оди­но­ким пре­ста­ре­лым людям для той или иной помощи. Это часто ока­зы­ва­ется не только помо­щью тем, кто в ней нуж­да­ется, но и поз­во­ляет моло­дым зна­ко­миться с инте­рес­ными людьми, кото­рым есть что рас­ска­зать о про­шлом, кото­рые могут поде­литься своим духов­ным опы­том. Ино­гда между моло­де­жью и такими оди­но­кими ста­ри­ками воз­ни­кают неж­ные, род­ствен­ные отношения.

Церкви и мона­стыри все­гда имели бога­дельни, стран­но­при­им­ные и сирот­ские дома.

Апо­стол Иаков в своем собор­ном посла­нии пишет: «Ты веру­ешь, что Бог един: хорошо дела­ешь; и бесы веруют, и тре­пе­щут. Но хочешь ли знать, неосно­ва­тель­ный чело­век, что вера без дел мертва?» (Иак 2:19–20).

«Если брат или сестра наги и не имеют днев­ного про­пи­та­ния, а кто-нибудь из вас ска­жет им: “идите с миром, грей­тесь и питай­тесь”, но не даст им потреб­ного для тела: что пользы? Так и вера, если не имеет дел, мертва сама по себе» (Иак 2:15–17).

В 1917 г. в связи с гоне­ни­ями на хри­сти­ан­скую веру и в первую оче­редь на пра­во­сла­вие, вся­кая цер­ков­ная бла­го­тво­ри­тель­ность была запре­щена, соот­вет­ству­ю­щие учре­жде­ния и сред­ства были наци­о­на­ли­зи­ро­ваны. Да и любое состра­да­ние, мило­сер­дие и бла­го­тво­ри­тель­ность стали счи­таться оскорб­ле­нием и уни­же­нием лич­но­сти. Была отверг­нута даже попытка свт. Тихона ока­за­ния цер­ков­ной помощи голо­да­ю­щим; члены обще­ствен­ного неза­ви­си­мого от церкви «Коми­тета помощи голо­да­ю­щим» были аре­сто­ваны. Во время Ашха­бад­ского зем­ле­тря­се­ния 1947 г. епи­скопу Таш­кент­скому и Сред­не­ази­ат­скому Гурию кате­го­ри­че­ски запре­тили ока­зы­вать помощь постра­дав­шим в Турк­ме­нии, когда он про­явил такую ини­ци­а­тиву в своей епар­хии. Раз­ре­ша­лись и дела­лись обя­за­тель­ными сборы на стро­и­тель­ство гигант­ских по тем вре­ме­нам само­ле­тов типа «Мак­сим Горь­кий», в фонд МОПР; позже обя­за­тель­ным для церкви был сбор в «Фонд мира», но ника­ких сбо­ров для кон­крет­ных орга­ни­за­ций, боль­ных и т.д. делать не дозволялось.

В два­дца­тые и трид­ца­тые годы в неко­то­рых при­хо­дах суще­ство­вали системы при­креп­ле­ния отно­си­тельно состо­я­тель­ных при­хо­жан к семьям репрес­си­ро­ван­ных, — ведь они были «лишен­цами», не име­ю­щими права даже на хлеб­ные кар­точки. Конечно, такая помощь была не только мате­ри­ально обре­ме­ни­тельна, но даже и опасна: она могла быть истол­ко­вана как пособ­ни­че­ство врагу. В неко­то­рых при­хо­дах пота­енно суще­ство­вали (и суще­ствуют) группы деву­шек, уха­жи­ва­ю­щих за боль­ными при­хо­жан­ками. Теперь их стали с охо­той при­гла­шать и в боль­ницы, где пер­со­нал все­гда перегружен.

«…Во Хри­сте Иисусе не имеет силы ни обре­за­ние, ни необ­ре­за­ние, но вера, дей­ству­ю­щая любо­вью» (Гал 5:6).

Неко­то­рые круп­ные при­ходы пыта­ются сами орга­ни­зо­вы­вать бога­дельни, при боль­ни­цах вос­ста­нав­ли­ва­ются и созда­ются храмы, где дети и под­ростки могут учиться мило­сер­дию. Малые при­ходы могли бы орга­ни­зо­вы­вать общие бога­дельни или вме­сте шеф­ство­вать над одной боль­ни­цей или домом пре­ста­ре­лых, а детям и под­рост­кам пору­чать посе­ще­ние этих мест хотя бы раз в неделю (только регу­лярно). К сожа­ле­нию, при­хо­дится встре­чаться со слу­ча­ями, когда юноша или девушка с радо­стью согла­ша­ются посе­щать дом пре­ста­ре­лых, а потом бро­сают. Дела мило­сер­дия должны быть постоянны.

Свя­щен­ни­кам надо не только поощ­рять моло­дежь в уха­жи­ва­нии за боль­ными и пре­ста­ре­лыми, но и ограж­дать моло­дежь от нера­зум­ных тре­бо­ва­ний послед­них. Ста­рики часто жалу­ются, что их никто не посе­щает, никто им не помо­гает и т.д., хотя к ним регу­лярно и ходят, и зво­нят. Они больны, — и они тре­буют боль­шего. У моло­дежи есть и своя лич­ная жизнь, и роди­тели, и работа, а ста­рики часто забы­вают свою моло­дость и не хотят пред­ста­вить себе нагрузки рабо­та­ю­щих и уча­щихся. Такими капризно-стар­че­скими тре­бо­ва­ни­ями часто отли­ча­ются ста­рухи, кото­рые во имя своей «сво­боды» и лож­ной заботы о здо­ро­вье не обре­ме­няли себя семей­ными забо­тами и тру­дами с моло­де­жью. Цер­ков­ные при­ходы должны разумно рас­пре­де­лять силы своих моло­дых чле­нов. На морально-нрав­ствен­ных чув­ствах при­шед­ших к вере детей ино­гда пыта­ются играть бро­сив­шие семьи отцы-ста­рики, тре­буя себе почета, ува­же­ния и послу­ша­ния. Их не надо бро­сать, но и не надо бало­вать, как малых детей.

…Любовь должна быть горя­чей, дея­тель­ной и благоразумной.

При­ме­ча­ния

[1] Тем не менее не может быть общего пра­вила — отда­вать или нет ребенка в ясли или дет­ский сад. Реше­ние нужно при­ни­мать само­сто­я­тельно, исходя из кон­крет­ных обсто­я­тельств. Общий прин­цип — ребе­нок дол­жен жить жиз­нью семьи; это зна­чит, что нельзя жерт­во­вать его инте­ре­сами, исходя из жела­ния облег­чить себе жизнь, но не сле­дует и созда­вать для него такие пре­иму­ще­ства, кото­рые семье не по силам, — это поро­дит лишь отда­ле­ние, высо­ко­ме­рие и эго­изм. И при любых усло­виях совер­шенно недо­пу­стимо, чтобы пра­во­слав­ные роди­тели не уде­ляли детям долж­ного вни­ма­ния под тем пред­ло­гом, что это мешает их соб­ствен­ной духов­ной жизни.
[2] Люби­мое выра­же­ние док­тора Ф.П. Гааза. Ф.П. Гаазу (1780–1853) посвя­щены работы раз­ных авто­ров. Наи­бо­лее извест­ной явля­ется Кони А. Ф. Федор Пет­ро­вич Гааз. Био­гра­фи­че­ский очерк, неод­но­кратно пере­из­да­вав­шийся и 5 раз вышед­ший в «Собра­ниях сочи­не­ний» А. Ф. Кони (напри­мер, М., 1968, т. 5, сс. 289–422).

Из книги «Домаш­няя церковь»

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки