Как провести Страстную седмицу

Оглав­ле­ние


О Страст­ной сед­мице

Страст­ной сед­ми­цей, или Страст­ной неде­лей назы­ва­ется послед­няя неделя перед Пасхой, посвя­щен­ная вос­по­ми­на­ниям о послед­них днях земной жизни Спа­си­теля, о Его стра­да­ниях, рас­пя­тии, крест­ной смерти, погре­бе­нии.

Эта неделя особо чтится Цер­ко­вью. «Все дни, – гово­рится в Синак­саре, – пре­вос­хо­дит Святая и Вели­кая Четы­ре­де­сят­ница, но больше Святой Четы­ре­де­сят­ницы Святая и Вели­кая сед­мица (страст­ная), и больше самой Вели­кой сед­мицы сия Вели­кая и Святая суб­бота. Назы­ва­ется эта сед­мица вели­кою не потому, что ее дни или часы больше (других), но потому, что в эту сед­мицу совер­ши­лись вели­кие и пре­есте­ствен­ные чудеса и чрез­вы­чай­ные дела нашего Спа­си­теля…»

По сви­де­тель­ству свя­ти­теля Иоанна Зла­то­уста первые хри­сти­ане, горя жела­нием неот­ступно быть с Гос­по­дом в послед­ние дни Его жизни, в Страст­ную сед­мицу уси­ли­вали моле­ния и усу­губ­ляли обык­но­вен­ные подвиги поста. Они, под­ра­жая Гос­поду, пре­тер­пев­шему един­ственно по любви к пад­шему чело­ве­че­ству бес­при­мер­ные стра­да­ния, ста­ра­лись быть доб­рыми и снис­хо­ди­тель­ными к немо­щам братий своих и больше тво­рить дела мило­сер­дия, считая непри­лич­ным про­из­но­сить осуж­де­ние во дни нашего оправ­да­ния кровию Непо­роч­ного Агнца, пре­кра­щали в эти дни все тяжбы, суды, споры, нака­за­ния и даже осво­бож­дали на это время от цепей узни­ков в тем­ни­цах, винов­ных не в уго­лов­ных пре­ступ­ле­ниях.

Каждый день Страст­ной недели – вели­кий и святой, и в каждый из них во всех церк­вях совер­ша­ются особые службы.

Бого­слу­же­ния Страст­ной сед­мицы особо вели­че­ственны, укра­шены мудро рас­по­ло­жен­ными про­ро­че­скими, апо­столь­скими и еван­гель­скими чте­ни­ями, воз­вы­шен­ней­шими, вдох­но­вен­ными пес­но­пе­ни­ями и целым рядом глу­боко зна­ме­на­тель­ных, бла­го­го­вей­ных обря­дов.

Все, что в Ветхом Завете было только пре­ды­зоб­ра­жено или пред­ска­зано, а в Новом – изоб­ра­жено или ска­зано о послед­них днях и часах земной жизни Бого­че­ло­века, – все это Святая Цер­ковь сводит в один вели­че­ствен­ный образ, кото­рый посте­пенно и рас­кры­ва­ется пред нами в Бого­слу­же­ниях Страст­ной сед­мицы.

Вспо­ми­ная в Бого­слу­же­нии собы­тия послед­них дней земной жизни Спа­си­теля, Святая Цер­ковь вни­ма­тель­ным оком любви и бла­го­го­ве­ния следит за каждым шагом, вслу­ши­ва­ется в каждое слово гря­ду­щего на воль­ную страсть Христа Спа­си­теля, посте­пенно ведет нас по стопам Гос­пода на про­тя­же­нии всего Его крест­ного пути, от Вифа­нии до Лоб­ного места, от цар­ствен­ного входа Его в Иеру­са­лим и до послед­него момента Его иску­пи­тель­ных за люд­ские грехи стра­да­ний на кресте, и далее – до свет­лого тор­же­ства Хри­стова Вос­кре­се­ния.

Все содер­жа­ние служб направ­лено к тому, чтобы чте­нием и пес­но­пе­ни­ями при­бли­зить нас ко Христу, сде­лать нас спо­соб­ными духовно созер­цать таин­ство искуп­ле­ния, к вос­по­ми­на­нию кото­рого мы гото­вимся.

Первые три дня этой сед­мицы посвя­щены уси­лен­ному при­го­тов­ле­нию к стра­стям Хри­сто­вым.

В соот­вет­ствии с тем, что Иисус Хри­стос пред стра­да­ни­ями все дни про­во­дил в храме, уча народ, Святая Цер­ковь отли­чает эти дни осо­бенно про­дол­жи­тель­ным Бого­слу­же­нием.

Ста­ра­ясь собрать и сосре­до­то­чить вни­ма­ние и мысли веру­ю­щих вообще на всей Еван­гель­ской исто­рии вопло­ще­ния Бого­че­ло­века и Его слу­же­ния роду чело­ве­че­скому, Святая Цер­ковь в первые три дня Страст­ной сед­мицы про­чи­ты­вает на часах все Чет­ве­ро­е­ван­ге­лие.

Беседы Иисуса Христа после входа в Иеру­са­лим, обра­щен­ные то к уче­ни­кам, то к книж­ни­кам и фари­сеям, раз­ви­ва­ются и рас­кры­ва­ются во всех пес­но­пе­ниях первых трех дней Страст­ной сед­мицы.

Так как в первые три дня Страст­ной сед­мицы совер­ши­лись раз­лич­ные мно­го­зна­ме­на­тель­ные собы­тия, кото­рые имеют самое близ­кое отно­ше­ние к стра­стям Хри­сто­вым, то и эти собы­тия бла­го­го­вейно вос­по­ми­на­ются Святой Цер­ко­вью в те самые дни, в кото­рые они совер­ша­лись.

Таким обра­зом, Святая Цер­ковь в эти дни неот­ступно ведет нас за Боже­ствен­ным Учи­те­лем, с Его уче­ни­ками, то в храм, то к народу, то к мыта­рям, то к фари­сеям и всюду про­све­щает нас теми именно сло­вами, кото­рые пред­ла­гал Сам Он слу­ша­те­лям Своим в эти дни.

Под­го­тов­ляя веру­ю­щих к крест­ным стра­да­ниям Спа­си­теля, Святая Цер­ковь Бого­слу­же­нию первых трех дней Страст­ной сед­мицы при­дает харак­тер печали и сокру­ше­ния о нашей гре­хов­но­сти.

Вече­ром среды окан­чи­ва­ется вели­ко­пост­ное Бого­слу­же­ние, в цер­ков­ных пес­но­пе­ниях замол­кают звуки плача и сето­ва­ний греш­ной души чело­ве­че­ской и насту­пают дни иного плача, про­ни­зы­ва­ю­щего все Бого­слу­же­ние, – плача от созер­ца­ния ужа­са­ю­щих муче­ний и крест­ных стра­да­ний Самого Сына Божия.

В то же время и другие чув­ства – неопи­су­е­мой радо­сти за свое спа­се­ние, бес­пре­дель­ной бла­го­дар­но­сти Боже­ствен­ному Иску­пи­телю – пере­пол­няют душу веру­ю­щего хри­сти­а­нина.

Опла­ки­вая без­винно страж­ду­щего, пору­ган­ного и рас­пя­того, про­ли­вая горь­кие слезы под кре­стом своего Спа­си­теля, мы испы­ты­ваем и невы­ра­зи­мую радость от созна­ния, что рас­пя­тый на кресте Спа­си­тель совос­кре­сит с Собою и нас, поги­ба­ю­щих.

При­сут­ствуя в Страст­ную сед­мицу на цер­ков­ных служ­бах, пред­став­ля­ю­щих все собы­тия послед­них дней Спа­си­теля как бы совер­ша­ю­щи­мися пред нами, мы про­хо­дим мыс­ленно всю вели­че­ственно тро­га­тель­ную и без­мерно нази­да­тель­ную исто­рию стра­да­ний Хри­сто­вых, мыслью и серд­цем своим «сше­ствуем Ему и сорас­пи­на­емся Ему».

Святая Цер­ковь при­зы­вает нас в эту неделю оста­вить все сует­ное и мир­ское и после­до­вать за нашим Спа­си­те­лем.

Отцы Церкви так соста­вили и рас­по­ло­жили бого­слу­же­ния Страст­ной недели, что в них отра­жа­ются все стра­да­ния Хри­стовы.

Храм в эти дни попе­ре­менно пред­став­ляет собой то Сион­скую гор­ницу и Геф­си­ма­нию, то Гол­гофу.

Бого­слу­же­ния Страст­ной сед­мицы Святая Цер­ковь обста­вила особым внеш­ним вели­чием, воз­вы­шен­ными, вдох­но­вен­ными пес­но­пе­ни­ями и целым рядом глу­боко зна­ме­на­тель­ных обря­дов, кото­рые совер­ша­ются только в эту сед­мицу.

Поэтому, кто посто­янно пре­бы­вает в эти дни на бого­слу­же­нии в храме, тот видимо идет за Гос­по­дом, гря­ду­щим на стра­да­ния.

Поне­дель­ник, втор­ник и среда Страст­ной сед­мицы посвя­щены вос­по­ми­на­нию послед­них бесед Спа­си­теля с уче­ни­ками и наро­дом. В каждый из этих трех дней Еван­ге­лие чита­ется на всех служ­бах, пола­га­ется про­чи­тать все четыре Еван­ге­лия.

Но кто может, тот непре­менно должен сам читать эти места из Еван­ге­лия дома и для себя, и для других. Ука­за­ние, что надо читать, можно найти в цер­ков­ном кален­даре.

При слу­ша­нии в церкви, из-за боль­шого коли­че­ства чита­е­мого, многое может усколь­зать от вни­ма­ния, а домаш­нее чтение поз­во­ляет сле­до­вать за Гос­по­дом всеми мыс­лями и чув­ствами.

При вни­ма­тель­ном чтении Еван­ге­лий стра­да­ния Хри­стовы, оживая, напол­няют душу неизъ­яс­ни­мым уми­ле­нием… Поэтому, читая Еван­ге­лие, невольно пере­но­сишься в уме на место собы­тий, при­ни­ма­ешь уча­стие в про­ис­хо­дя­щем, идешь за Спа­си­те­лем и страж­дешь с Ним.

Необ­хо­димо также бла­го­го­вей­ное раз­мыш­ле­ние о Его стра­да­ниях. Без этого раз­мыш­ле­ния мало плодов при­не­сет и при­сут­ствие в храме, и слы­ша­ние, и чтение Еван­ге­лия.

Но что значит – раз­мыш­лять о стра­да­ниях Христа, и как раз­мыш­лять?

Прежде всего пред­ставьте в своем уме стра­да­ния Спа­си­теля как можно живее, по край­ней мере, в глав­ных чертах, напри­мер: как Он был предан, судим и осуж­ден; как Он нес крест и был воз­не­сен на крест; как вопиял к Отцу в Геф­си­ма­нии и на Гол­гофе и предал Ему дух Свой; как был снят с креста и погре­бен… Потом спро­сите самого себя, за что и для чего пре­тер­пел столько стра­да­ний Тот, Кто не имел ника­кого греха, и Кото­рый, как Сын Божий, мог всегда пре­бы­вать в славе и бла­жен­стве.

И еще спро­сите себя: что тре­бу­ется от меня для того, чтобы смерть Спа­си­теля не оста­ва­лась для меня бес­плод­ной; что я должен делать, чтобы дей­стви­тельно участ­во­вать в спа­се­нии, при­об­ре­тен­ном на Гол­гофе для всего мира?

Цер­ковь учит, что для этого тре­бу­ется усво­е­ние умом и серд­цем всего учения Хри­стова, испол­не­ние запо­ве­дей Гос­под­них, пока­я­ние и под­ра­жа­ние Христу в благой жизни.

После этого совесть сама уже даст ответ, дела­ете ли вы это…

Такое раз­мыш­ле­ние (а кто не спо­со­бен на него?) уди­ви­тельно скоро при­бли­жает греш­ника к его Спа­си­телю, тесно и навсе­гда союзом любви свя­зует с кре­стом Его, сильно и живо вводит в уча­стие того, что про­ис­хо­дит на Гол­гофе.

Путь Страст­ной сед­мицы – путь поста, испо­веди и при­ча­ще­ния, иначе говоря – гове­ния, для достой­ного при­ча­ще­ния Святых Тайн в эти вели­кие дни.

И как же не говеть в дни, когда отъ­ем­лется жених душ (Мф. 9:15), когда Он Сам алчет у бес­плод­ной смо­ков­ницы, жаждет на кресте? Где еще сла­гать тяже­сти грехов посред­ством испо­веди, как не у под­но­жия креста? В какое время лучше при­ча­щаться из Чаши жизни как не в насту­па­ю­щие дни, когда она пода­ется нам, можно ска­зать, из рук Самого Гос­пода?

Поис­тине, кто, имея воз­мож­ность при­сту­пать в эти дни к Святой Тра­пезе, укло­ня­ется от нее, тот укло­ня­ется от Гос­пода, бежит от своего Спа­си­теля.

Путь Страст­ной сед­мицы – ока­зы­вать, во имя Его, помощь бедным, боль­ным и страж­ду­щим. Путь этот может казаться отда­лен­ным и непря­мым, но на самом деле он чрез­вы­чайно близок, удобен и прям.

Спа­си­тель наш столь люб­ве­оби­лен, что все, дела­е­мое нами во имя Его для бедных, боль­ных, без­дом­ных и страж­ду­щих Он усво­яет лично Себе Самому. На Страш­ном суде Своем Он потре­бует у нас осо­бенно дел мило­сер­дия к ближ­ним и на них утвер­дит наше оправ­да­ние или осуж­де­ние.

Помня это, нико­гда не пре­не­бре­гайте дра­го­цен­ной воз­мож­но­стью облег­чать стра­да­ния Гос­пода в Его мень­шей братии, а осо­бенно вос­поль­зуй­тесь ей в дни Страст­ной сед­мицы – одев, напри­мер, нуж­да­ю­ще­гося, вы посту­пите как Иосиф, давший пла­ща­ницу.

Вот глав­ное и доступ­ное каж­дому, с чем пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин в Страст­ную сед­мицу может сле­до­вать за гря­ду­щим на стра­да­ния Гос­по­дом.

О Вели­ком поне­дель­нике

В этот день Святая Цер­ковь своими пес­но­пе­ни­ями при­зы­вает встре­тить «начатки стра­стей Гос­под­них» и после­до­вать за Гос­по­дом на пути в Иеру­са­лим.

Гря­ду­щие невин­ные стра­да­ния Спа­си­теля пока­заны в вет­хо­за­вет­ном про­об­разе цело­муд­рен­ного Иосифа.

«Иосиф, – гово­рится в Синак­саре, – есть про­об­раз Хри­стов, потому что и Хри­стос ста­но­вится пред­ме­том зави­сти для своих еди­но­пле­мен­ни­ков-иудеев, про­да­ется уче­ни­ком за трид­цать среб­ре­ни­ков, заклю­ча­ется в мрач­ный и тесный ров-гроб и, вос­став из него, воца­ря­ется над Егип­том, то есть над всяким грехом, и в конец побеж­дает его, вла­ды­че­ствует над всем миром, чело­ве­ко­лю­биво искуп­ляет нас даро­ва­нием таин­ствен­ной пше­ницы и питает небес­ным хлебом – Своею Живо­нос­ною Плотию».

Из собы­тий Еван­гель­ских в этот день вспо­ми­на­ется иссу­ше­ние бес­плод­ной смо­ков­ницы.

Смо­ков­ница изоб­ра­жает сон­мище иудей­ское, у кото­рого Иисус Хри­стос не нашел истин­ного плода, а только лице­мер­ную сень закона, кото­рую обли­чил и про­клял. Но эта смо­ков­ница изоб­ра­жает также и всякую душу, не при­но­ся­щую плода пока­я­ния, почему Святая Цер­ковь и взы­вает к нам: «Изсох­шия смо­ков­ницы за непло­дие, пре­ще­ния (про­кля­тия) убо­яв­шеся, братие, плоды, достойны пока­я­ния, при­не­сем Христу, пода­ю­щему нам велию милость».

Утрен­нее Еван­ге­лие нази­дает нас прит­чей о непра­вед­ных вино­гра­да­рях, убив­ших сна­чала слуг гос­по­дина своего, при­слан­ных за вино­гра­дом, а потом и самого сына своего гос­по­дина.

В этой притче, изоб­ра­жа­ю­щей оже­сто­че­ние иудеев, изби­вав­ших про­ро­ков, а с при­ше­ствием на землю сына Божия, рас­пяв­ших и Его самого, нельзя не видеть и страш­ного осуж­де­ния хри­стиан, нару­ша­ю­щих запо­веди апо­столь­ские и свя­то­оте­че­ские и тем про­дол­жа­ю­щих рас­пи­нать сына Божия своими пре­гре­ше­ни­ями.

В Еван­гель­ском чтении на литур­гии Святая Цер­ковь напо­ми­нает судьбу бого­от­ступ­ного иудей­ского народа и кон­чину мира так, как они были пре­ды­зоб­ра­жены Иису­сом Хри­стом.

Изоб­ра­же­нием вели­ких и раз­но­об­раз­ных бед­ствий и при­зна­ков раз­ру­ше­ния Иеру­са­лима и кон­чины века веру­ю­щие побуж­да­ются среди зол к вели­ко­ду­шию, бес­при­стра­стию, тер­пе­нию, молитве и бдению духов­ному и уте­ша­ются обе­то­ва­нием Спа­си­теля о рас­про­стра­не­нии Еван­ге­лия во всем мире и пре­кра­ще­нии бед­ствий «избран­ных ради» (Мф. 24:14–22).

Тро­парь, глас 8‑й:

Се, Жених грядет в полу­нощи, и блажен раб, егоже обря­щет бдяща: недо­стоин же паки, егоже обря­щет уны­ва­юща. Блюди убо, душе моя, не сном отя­го­тися, да не смерти пре­дана будеши и Цар­ствия вне затво­ри­шися, но вос­пряни зовущи: Свят, Свят, Свят еси, Боже, Бого­ро­ди­цею поми­луй нас.

Кондак, глас 8‑й:

Иаков рыдаше Иоси­фова лише­ния и доблий седяше на колес­нице, яко царь почи­та­емь: егип­тя­ныни бо тогда сла­с­тем не пора­бо­тав, воз­п­ро­слав­ля­шеся от Веду­щаго чело­ве­че­ская сердца и Посы­ла­ю­щаго венец нетлен­ный.

Екса­по­сти­ла­рий.

Чертог Твой вижду, Спасе мой, укра­шен­ный и одежды не имам, да вниду в онь. Про­свети оде­я­ние души моея, Све­то­да­вче, и спаси мя.

О Вели­ком втор­нике

На утрени этого дня вспо­ми­на­ются собы­тия, опи­сан­ные у еван­ге­ли­ста Матфея (22 глава с 15 стиха и 23 глава).

Но содер­жа­ние службы втор­ника заим­ство­вано из притчи о десяти девах, о талан­тах и из про­дол­же­ния поло­жен­ного в поне­дель­ник повест­во­ва­ния о втором при­ше­ствии Хри­сто­вом.

Этими вос­по­ми­на­ни­ями Святая Цер­ковь осо­бенно при­зы­вает веру­ю­щих к духов­ному бодр­ство­ва­нию, к целе­со­об­раз­ному упо­треб­ле­нию даро­ван­ных нам спо­соб­но­стей и сил, осо­бенно на дела мило­сер­дия, кото­рые Гос­подь при­ни­мает как личную заслугу себе самому, когда гово­рит о них: «Понеже сотво­рите еди­ному сих братий Моих мень­ших, Мне сотво­ри­сте» (Мф.25:40).

В пес­но­пе­ниях этого дня Святая Цер­ковь настой­чиво вну­шает нам обя­за­тель­ность духов­ного бодр­ство­ва­ния и рели­ги­озно-нрав­ствен­ного совер­шен­ство­ва­ния, взывая: «Жениха, братие, воз­лю­бим, свещы своя укра­сим, в доб­ро­де­те­лех сеяющи и вере правой: да яко мудрыя Гос­подни девы готови внидем с Ним на браки»; «при­и­дите, вернии, делаим усердно Вла­дыце: пода­вает бо рабом богат­ство, и по равен­ству кийждо да мно­го­усу­гу­бим бла­го­дати талант: ов убо муд­рость да при­но­сит делы бла­гими, ов же службу свет­ло­сти да совер­шает; да пре­об­ща­ется же словом верный тайны нена­учен­ному, и рас­то­чает богат­ство убогим другий: сице бо заи­мо­ван­ное мно­го­усу­гу­бим, и яко стро­и­те­лие вернии бла­го­дати, Вла­дыч­ния радо­сти спо­до­бимся».

Тро­парь – см. Вели­кий поне­дель­ник.

Кондак, глас 2‑й:

Час, душе, конца помыс­ливши и посе­че­ния смо­ков­ницы убо­яв­шися, данный тебе талант тру­до­любно делай, ока­ян­ная, бодр­ству­ющи и зовущи: да не пре­бу­дем вне чер­тога Хри­стова.

В этот день вече­ром (в среду) послед­ний раз совер­ша­ется вели­ко­пост­ное вели­кое пове­че­рие.

О Вели­кой среде

Этот день – день пре­да­ния на стра­да­ния и смерть Гос­пода и Спаса нашего Иисуса Христа.

Ночь на среду Гос­подь провел в Вифа­нии (Мф.26:6–17). Здесь в доме Симона про­ка­жен­ного в то время, когда в совете пер­во­свя­щен­ни­ков, книж­ни­ков и ста­рей­шин было уже решено взять Иисуса Христа хит­ро­стью и убить Его, – некая жена «греш­ница» воз­лила дра­го­цен­ное миро на главу Спа­си­теля и тем уго­то­вала Его на погре­бе­ние, как судил Сам Он о ее поступке.

Здесь же, в про­ти­во­по­лож­ность бес­ко­рыст­ному поступку жены «греш­ницы», роди­лось в небла­го­дар­ной душе Иуды, одного из две­на­дцати уче­ни­ков Спа­си­теля, пре­ступ­ное наме­ре­ние пре­дать без­за­кон­ному совету своего Учи­теля и Гос­пода. Поэтому в цер­ков­ной службе Вели­кой среды про­слав­ля­ется жена «греш­ница» и пори­ца­ется и про­кли­на­ется среб­ро­лю­бие и пре­да­тель­ство Иуды.

«Егда греш­ная, – вос­пе­вает в этот день Святая Цер­ковь, – при­но­шаше миро, тогда ученик согла­ша­шеся пре­без­за­кон­ным; овая убо радо­ва­шеся, исто­ща­ющи миро мно­го­цен­ное: сей же тща­шеся про­дати Без­цен­наго; сия Вла­дыку позна­ваше, а сей от Вла­дыки раз­лу­ча­шеся; сия сво­бож­да­шася, а Иуда раб бываше врагу»; «о Иудина ока­ян­ства, от негоже избави. Боже, души наша».

Тро­парь – см. Вели­кий поне­дель­ник.

Кондак, глас 4‑й:

Паче блуд­ницы, Блаже, без­за­кон­но­вав, слез тучи ника­коже Тебе при­не­сох: но мол­ча­нием моляся, при­па­даю Ти, любо­вию обло­бы­зая пре­чи­стеи Твои нозе: яко да остав­ле­ние мне, яко Вла­дыка, подаси долгов, зовущу Ти, Спасе: от сквер­ных дел моих избави мя.

О Вели­ком чет­вертке

Все­нощ­ная нака­нуне Вели­кого чет­верга посвя­щена Тайной Вечере, за кото­рой Спа­си­тель, пове­лев, чтобы Пасха Нового Завета вку­ша­лась в память Его Самого, Его Тела и Его Крови, про­ли­той во отпу­ще­ние грехов, уста­но­вил Таин­ство Евха­ри­стии.

В бого­слу­же­нии этого дня вспо­ми­на­ется также пре­да­тель­ство Иуды.

На Все­нощ­ной чита­ется Еван­ге­лие от Луки, повест­ву­ю­щее о Тайной Вечере, и все пес­но­пе­ния службы посвя­щены ей.

Вот о чем гово­рит Тро­парь Вели­кого чет­верга:

«Егда слав­нии уче­ницы на умо­ве­нии вечери про­све­ща­хуся (про­све­ща­лись), тогда Иуда зло­че­сти­вый, среб­ро­лю­бием неду­го­вав, омра­ча­шеся (обе­зу­мел) и без­за­кон­ным судиям Тебе, Пра­вед­наго Судию, пре­дает. Виждь, имений рачи­телю (соби­ра­тель), сих ради удав­ле­ние упо­тре­бивша: бежи несы­тыя души, Учи­телю тако­вая дерз­нув­шия (беги от нена­сыт­ной души, видя, на что она дерз­нула по отно­ше­нию к Учи­телю). Иже о всех Благий, Гос­поди, слава Тебе».

В апо­столь­ском чтении изоб­ра­жены как уста­нов­ле­ние таин­ства, так и цель его и достой­ный образ при­го­тов­ле­ния к нему и при­ня­тия его.

Еван­ге­лие повест­вует об обсто­я­тель­ствах, пред­ше­ство­вав­ших, сопро­вож­дав­ших и «после­до­вав­ших за Тайной вече­рею, и выбрано из повест­во­ва­ний святых еван­ге­ли­стов Матфея, Луки и Иоанна.

Созер­цая Спа­си­теля уже в послед­ние пред стра­да­ни­ями минуты, Святая Цер­ковь в своих пес­но­пе­ниях глу­боко соскор­бит и состра­дает Ему, но, зная, Кто этот Стра­да­лец и зачем и за кого Он идет на смерть, Святая Цер­ковь дает не менее места и чув­ству бла­го­го­вей­ной любви к Гря­ду­щему на воль­ные стра­сти и бла­го­дар­ного про­слав­ле­ния Его.

С осо­бен­ной силой желая выра­зить него­до­ва­ние к козням иудей­ским и веро­лом­ству Иудину, с одной сто­роны, и бла­го­го­вей­ное пре­кло­не­ние пред дол­го­тер­пе­нием Спа­си­теля – с другой, Святая Цер­ковь вос­кли­цает: «Сте­ка­ется прочее собо­рище иудей­ское, да Соде­теля и Зижди­теля вся­че­ских Пилату пре­даст; о без­за­кон­ных! о невер­ных! яко Гря­ду­щаго судити живым и мерт­вым, на суд гото­вят: исце­ля­ю­щаго стра­сти, ко отрас­тем уго­тов­ляют: Гос­поди дол­го­тер­пе­ливо! велея Твоя милость, слава Тебе!»

Еван­гель­ское чтение этого дня – особое, состав­лен­ное из опи­са­ний Тайной Вечери всеми четырьмя еван­ге­ли­стами.

«Херу­вим­ская песнь» и при­част­ные стихи заме­ня­ются пением сле­ду­ю­щей молитвы:

«Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, при­част­ника мя прими: не бо врагом Твоим тайну повем, ни лоб­за­ния Ти дам, яко Иуда, но яко раз­бой­ник испо­ве­даю Тя: помяни мя, Гос­поди, во Цар­ствии Твоем».

О Вели­ком пятке

Все бого­слу­же­ние Вели­кого пятка посвя­щено бла­го­го­вей­ному и тро­га­тель­ному вос­по­ми­на­нию спа­си­тель­ных стра­стей и крест­ной смерти Бого­че­ло­века.

Утреня Вели­кой пят­ницы слу­жится в чет­верг вече­ром. Глав­ная осо­бен­ность этой службы – чтение так назы­ва­е­мых Две­на­дцати Еван­ге­лий, то есть две­на­дцати еван­гель­ских отрыв­ков, повест­ву­ю­щих о стра­да­ниях Хри­сто­вых и поме­щен­ных между раз­ными частями службы.

Первое и самое длин­ное из них – Еван­ге­лие от Иоанна, в кото­ром Гос­подь откры­вает Себя как «Путь и Истину и Жизнь», как дра­го­цен­ный дар Божией Любви, соеди­ня­ю­щий людей с Ним и друг с другом. «Нет больше той любви, как если кто поло­жит душу свою за друзей своих». И весь раз­го­вор Христа с апо­сто­лами про­чер­чи­ва­ется радо­стью спа­се­ния и искуп­ле­ния среди мрака и скорби мира: «В мире будете иметь скорбь; но мужай­тесь: Я побе­дил мир». Закан­чи­ва­ется это еван­гель­ское чтение так назы­ва­е­мой Пер­во­свя­щен­ни­че­ской молит­вой, кото­рая являет нам весь смысл при­хода Спа­си­теля:

«Не о них же только молю, но и о веру­ю­щих в Меня по слову их, да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино»

Чтения Стра­стей Гос­под­них закан­чи­ва­ются отрыв­ком о запе­ча­ты­ва­нии гроба из Еван­ге­лия от Матфея.

В Вели­кую пят­ницу, когда умер на кресте Спа­си­тель, Боже­ствен­ная Литур­гия не совер­ша­ется, но на службе Часов, в пят­ницу утром, снова про­чи­ты­ва­ются Еван­ге­лия о Его Стра­стях.

Вечерня Вели­кой пят­ницы («Вынос Пла­ща­ницы») посвя­щена погре­бе­нию Спа­си­теля и совер­ша­ется обычно в сере­дине дня.

Перед нача­лом выноса Пла­ща­ницы в сере­дине Церкви уста­нав­ли­ва­ется воз­вы­ше­ние – «гроб», укра­шен­ный цве­тами, а на пре­стол поме­ща­ется Пла­ща­ница – боль­шой плат, на кото­ром напи­сан или вышит образ поло­жен­ного во гроб Спа­си­теля.

Пес­но­пе­ния Вечерни посвя­щены стра­да­ниям и смерти Хри­сто­вым. После входа с Еван­ге­лием и пения «Свете тихий» чита­ются отрывки из Книг Исхода, Иова и 52‑я глава Книги“пророка Исайи. Апо­стол чита­ется из пер­вого Посла­ния к Корин­фя­нам и Еван­ге­лие опять состав­лено из четы­рех повест­во­ва­ний о Хри­сто­вых смерти и погре­бе­нии. Стихи про­ким­нов и «Алли­луйи» заим­ство­ваны из про­ро­че­ских псал­мов Раз­де­лиша ризы Моя себе, и о одежде Моей меташа жребий (Пс. 21:18). Боже, Боже Мой, вонми Ми, векую оста­вил Мя еси (Пс. 21:1). Поло­жиша Мя в рове пре­ис­под­нем, в темных и сени смерт­ней (Пс. 87:6).

После доба­воч­ных пес­но­пе­ний, тоже о смерти Хри­сто­вой, во время пения молитвы св. Симеона Бого­при­имца, свя­щен­ник наде­вает полное обла­че­ние (самое темное) и кадит Пла­ща­ницу, все еще нахо­дя­щу­юся на пре­столе.

Затем после «Отче наш», во время пения тро­паря, он под­ни­мает Пла­ща­ницу над голо­вой, обхо­дит пре­стол, выхо­дит на сере­дину церкви и поме­щает ее на гроб.

«Бла­го­об­раз­ный Иосиф, с древа снем Пре­чи­стое Тело Твое, пла­ща­ни­цею чистою обвив, и вонями (бла­го­во­ни­ями) во гробе нове покрыв положи (Тро­парь Вели­кой суб­боты).

В неко­то­рых церк­вях после Вечерни поется Пове­че­рие или так назы­ва­е­мый «Плач Пре­свя­тыя Бого­ро­дицы» (см. в нашем изда­нии).

О Вели­кой суб­боте

Утреня Вели­кой суб­боты обычно слу­жится в пят­ницу вече­ром. Она начи­на­ется с пения «Бог Гос­подь…», тро­паря «Бла­го­об­раз­ный Иосиф…» и сле­ду­ю­щих тро­па­рей:

«Егда сниз­шел еси к смерти, Животе Без­смерт­ный, тогда ад умерт­вил еси бли­ста­нием Боже­ства. Егда же и умер­шыя от пре­ис­под­них вос­кре­сил еси, вся Силы Небес­ныя взы­ваху: Жиз­но­да­вче Христе Боже наш, слава Тебе».

«Миро­но­си­цам женам, при гробе пред­став Ангел вопи­яше: мира мерт­вым суть при­лична (то есть миро, бла­го­во­ние, подо­бает мёрт­вым), Хри­стос же истле­ния явися чуждь».

Потом поется 118‑й псалом с при­пе­вами или сти­хами ново­за­вет­ных пес­но­пе­ний, назы­ва­е­мыми «непо­роч­ные».

Этот псалом явля­ется сло­вес­ной иконой Иисуса Христа как Пра­вед­ника, Чья жизнь нахо­дится в руках Божиих и Кто поэтому не может остаться мерт­вым.

А «непо­роч­ные» про­слав­ляют Христа Бога, как «Вос­кре­се­ние и Жизнь» и дивятся Его сми­рен­ному нис­хож­де­нию в смерть. В Нем сли­ва­ются воедино совер­шен­ная любовь чело­века к Богу и совер­шен­ная любовь Бога к чело­веку.

И именно эту боже­ственно-чело­ве­че­скую любовь мы созер­цаем и славим у гроба Спа­си­теля.

Посте­пенно «непо­роч­ные» дела­ются все короче, все более сосре­до­то­чи­ва­ясь на конеч­ной победе Гос­пода, и так под­хо­дят к пол­ному своему завер­ше­нию:

«Воз­же­лал спа­се­ние Твое, Гос­поди, и закон Твой поуче­ние Мое есть.

Ужа­са­ются умы стран­ного и ужас­ного Тебе, всех Созда­теля, погре­бе­ния.

Жива будет душа Моя, и вос­хва­лит Тя, и судьбы Твои помо­гут Мне. Изли­яша на гроб миро­но­сицы мира, зело рано при­шед­шыя.

Заблу­дих яко овча погиб­шее, взыщи раба Твоего, яко запо­ве­дей Твоих не забыв.

Мир Церкви, людем Твоим спа­се­ние даруй воста­нием (то есть вос­кре­се­нием) Твоим (Пс. 118,174–176 и соот­вет­ству­ю­щие этим стихам «непо­роч­ные»).

После про­слав­ле­ния Святой Троицы храм осве­ща­ется, и про­воз­гла­ша­ется весть о женах-миро­но­си­цах, при­шед­ших ко гробу.

В это время свя­щен­ник совер­шает каж­де­ние.

Так в первый раз отчет­ливо про­воз­гла­ша­ется благая весть нашего спа­се­ния в Вос­кре­се­нии Хри­сто­вом.

Пес­но­пе­ния утрен­него канона про­дол­жают сла­вить Его, Своею смер­тью побе­див­шего смерть.

Тут, тоже в первый раз, гово­рится, что эта суб­бота – воис­тину есть самый «бла­го­сло­вен­ный седь­мой день», когда-либо бывший. Это день, когда Хри­стос почи­вает от трудов Своих по вос­ста­нов­ле­нию мира. Это день, когда Слово Божие, «через Кото­рое все начало быть», лежит во гробе как мерт­вый Чело­век, но в то же время спасая мир и отвер­зая гроб­ницы.

«Сия суб­бота есть пре­бла­го­сло­вен­ная, в нейже Хри­стос уснув вос­крес­нет трид­не­вен. (Заклю­чи­тель­ная строка кондака и икоса.)

И, снова, канон завер­ша­ется конеч­ной побе­дой Хри­сто­вой:

«Не рыдай Мене, Мати, зрящи во гробе, Егоже во чреве без семене зачала еси Сына; востану бо и про­слав­люся, и воз­несу со славою непре­станно, яко Бог, верою и любо­вию Тя вели­ча­ю­щыя».

Во время пения после­ду­ю­щих стихир свя­щен­ник обла­ча­ется в темные ризы и, с нача­лом вели­кого сла­во­сло­вия, еще раз кадит гроб Спа­си­теля.

Затем, повто­ряя «Три­свя­тую песнь», народ с зажжен­ными све­чами сле­дует за ним, несу­щим Еван­ге­лие и Пла­ща­ницу. Тор­же­ствен­ная про­цес­сия мед­ленно обхо­дит вокруг храма, сви­де­тель­ствуя, что вся все­лен­ная очи­щена, избав­лена и вос­ста­нов­лена вхож­де­нием «Жизни мира» в смерть.

Когда народ опять входит в храм, хор еще раз поет тро­пари и чита­ется про­ро­че­ство Иезе­ки­иля о «сухих костях»:

«И узна­ете, что я Гос­подь, когда открою гробы ваши и выведу вас, народ Мой, из гробов ваших. И вложу в вас дух Мой, и ожи­вете».

Побед­ные строки псал­мов, при­зы­ва­ю­щих Бога вос­стать, раз­ве­ять Своих врагов и воз­ра­до­вать пра­вед­ных, а также мно­го­крат­ное пение «Алли­луйя» сопро­вож­дает Посла­ние апо­стола Павла к Корин­фя­нам: «Пасха наша, Хри­стос, заклан за нас». Еван­ге­лие о запе­ча­ты­ва­нии гроба чита­ется ещё раз, после екте­ньи и бла­го­сло­ве­ния. Утреня закан­чи­ва­ется. Службы Вели­кой суб­боты явля­ются вер­ши­ной пра­во­слав­ной литур­ги­че­ской тра­ди­ции. Они – не дра­ма­ти­че­ское разыг­ры­ва­ние исто­ри­че­ских собы­тий смерти и погре­бе­ния Христа и не риту­аль­ное изоб­ра­же­ние еван­гель­ских сцен, эти бого­слу­же­ния – глу­бо­чай­шее духов­ное и литур­ги­че­ское про­ник­но­ве­ние в вечный смысл спа­си­тель­ных дей­ствий Хри­сто­вых.

Вечерня Вели­кой суб­боты слу­жится вместе с литур­гией св. Васи­лия Вели­кого.

Эта служба при­над­ле­жит уже Пас­халь­ному вос­кре­се­нью. Начи­на­ется она обыч­ным обра­зом – с вечер­него псалма, екте­ньи, пес­но­пе­ний, сле­ду­ю­щих за 140‑м псал­мом и входом под пение вечер­ней песни «Свете тихий». Свя­щен­ник служит не перед пре­сто­лом в алтаре, а стоя перед Пла­ща­ни­цей в сере­дине храма.

После вечер­него Входа, совер­ша­е­мого с Еван­ге­лием, чита­ются пят­на­дцать отрыв­ков из Вет­хого Завета. Во всех них гово­рится о деле тво­ре­ния и спа­се­ния мира Богом, кото­рое было завер­шено при­хо­дом обе­щан­ного Мессии. Кроме чтения о сотво­ре­нии мира из Книги Бытия и об исходе евреев из Египта из Книги Исхода, чита­ются отрывки из про­ро­честв Исайи, Иезе­ки­иля, Иере­мии, Дани­ила, Софо­нии и оста­ется для каж­дого хри­сти­а­нина еже­год­ным пере­жи­ва­нием своих соб­ствен­ных смерти и вос­кре­се­ния с Гос­по­дом.

Если же мы умерли со Хри­стом, то веруем, что и жить будем с Ним, зная, что Хри­стос, вос­крес­нув из мерт­вых, уже не уми­рает: смерть уже не имеет над Ним власти (Рим. 6; 8–9).

Хри­стос лежит мерт­вым, но Он жив. Он уже «попи­рает смер­тию смерть и сущим во гробех дарует живот». И нам больше ничего не оста­ется, как про­жить Бла­го­сло­вен­ную суб­боту до конца, до того полу­нощ­ного часа, когда про­бьет начало Дня Гос­пода нашего и придет эта ночь. Ночь, полная света, ночь, в кото­рую мы про­воз­гла­сим вместе с Анге­лом:

Он вос­крес; Его нет здесь. Вот место, где Он был поло­жен (Мк.16:6)

Канон о рас­пя­тии Гос­подни и на плач Пре­свя­тыя Бого­ро­дицы

Канон о рас­пя­тии Гос­подни и на плач Пре­свя­тыя Бого­ро­дицы.

Глас 6‑й.

Тво­ре­ние Симеона Лого­фета

Песнь 1

Ирмос: Яко по суху пеше­ше­ство­вав Изра­иль по бездне сто­пами, гони­теля фара­она видя потоп­ля­ема. Богу побед­ную песнь поим, вопи­яше.

Припев: Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Обе­шена яко виде на Кресте Сына и Гос­пода Дева Чистая, тер­за­ю­щися, вопи­яше горце, со дру­гими женами сте­нящи гла­го­лаше.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Вижу Тя ныне, воз­люб­лен­ное Мое Чадо и люби­мое, на Кресте висяща, и уязв­ля­юся горце серд­цем, рече Чистая: но даждь слово, Благий, Рабе Твоей.

Слава: Волею, Сыне Мой, и Творче, тер­пиши на древе лютую смерть, Дева гла­го­лаше пред­сто­ящи у Креста со воз­люб­лен­ным уче­ни­ком.

И ныне: Ныне Моего чаяния радо­сти и весе­лия, Сына Моего и Гос­пода лишена бых: увы Мне, болез­ную серд­цем! Чистая пла­чущи гла­го­лаше.

Песнь 3

Ирмос: Несть Свят, якоже Ты, Гос­поди Боже мой, воз­не­сый рог верных Твоих, Блаже, и утвер­ди­вый нас на камени испо­ве­да­ния Твоего.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Страха ради иудей­ска Петр скрыся, и вей отбе­гоша вернии, остав­льше Христа, Дева рыда­ющи гла­го­лаше.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

О страш­ном Твоем Рож­де­стве и стран­ном, Сыне Мой, паче всех мате­рей воз­ве­ли­чена бых Аз: но увы Мне, ныне Тя видяши на древе, рас­па­ла­юся утро­бою.

Слава: Хощу утробу Мою на руку, имаже яко Мла­денца держах, с древа прияти, вещаше Чистая: но ник­тоже, увы Мне, Сего даде.

И ныне: Се Свет Мои слад­кий, Надежда и Живот Мой Благий, Бог Мой, угасе на Кресте, рас­па­ла­юся утро­бою, Дева сте­нящи гла­го­лаше.

Песнь 4

Ирмос: Хри­стос моя сила, Бог и Гос­подь, Чест­ная Цер­ковь бла­го­лепно поет взы­ва­ющи, от смысла чиста, о Гос­поде празд­ну­ющи.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Солнце неза­хо­дяй Боже Пре­веч­ный, и Творче всех тварей, Гос­поди, како тер­пиши страсть на Кресте? Чистая пла­чущи гла­го­лаше.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Пла­чущи гла­го­лаше Бра­ко­не­ис­кус­ная, ко бла­го­об­раз­ному: пот­щися Иосифе к Пилату при­сту­пити, и испроси сняти со древа Учи­теля твоего.

Слава: Видев Пре­чи­стую горце сле­зящу, Иосиф сму­тися, и пла­чася при­ступи к Пилату, даждь ми, вопия с плачем, Тело Бога моего.

И ныне: Уяз­вена Тя видящи, и без славы, нага на древе, Чадо Мое утро­бою рас­па­ла­юся рыда­ющи, яко Мати, Дева про­ве­ща­ваше.

Песнь 5

Ирмос: Божиим Светом Твоим, Блаже, утре­ню­ю­щих Ти души любо­вию озари, молюся, Тя ведети, Слове Божий, Истин­наго Бога, от мрака гре­хов­наго взы­ва­юща.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Рас­тер­за­яся и рыдая, и дивяся вкупе с Нико­ди­мом снят Иосиф, и уце­ло­вав Пре­чи­стое Тело, рыдаше, и сте­няше, и поя Его яко Бога.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

При­имши Его с плачем Мати неис­ку­со­муж­ная, положи на колену, молящи Его со сле­зами, и обло­бы­за­ющи, горце же рыда­ющи и вос­кли­ца­ющи.

Слава: Едину надежду и живот, Вла­дыко Сыне Мой и Боже, во очию свет Раба Твоя имех, ныне же лишена бых Тебе, слад­кое Мое Чадо и люби­мое.

И ныне: Болезни и скорби, и воз­ды­ха­ния обре­тоша Мя, увы Мне! Чистая горце рыда­ющи гла­го­лаше, видящи Тя, Чадо Мое воз­люб­лен­ное, нага и уеди­нена, и вонями пома­зана мерт­веца.

Песнь 6

Ирмос: Житей­ское море воздви­за­е­мое зря напа­стей бурею, к тихому при­ста­нищу Твоему притек вопию Ти: воз­веди от тли живот мой, Мно­го­мило­стиве.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Мертва Тя зрю, Чело­ве­ко­лю­бие, ожи­вив­шаго мерт­выя, и содер­жаща вся, уязв­ля­юся люте утро­бою: хотела бых с Тобою умрети. Пре­чи­стая гла­го­лаше: не терплю бо без дыха­ния мертва Тя видети.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Див­люся зрящи Тя, Пре­б­ла­гий Боже, и Пре­щед­рый Гос­поди, без славы, и без дыха­ния, и без­об­разна, и пла­чуся дер­жащи Тя, яко не наде­яхся, увы Мне, видети Тя, Сыне Мой и Боже.

Слава: Не изгла­го­леши ли Рабе Твоей слова. Слове Божий? Не ущед­риши ли, Вла­дыко, Тебе рожд­шую? гла­го­лаше Чистая, рыда­ющи и пла­чущи, обло­бы­за­ющи Тело Гос­пода Своего.

И ныне: Помыш­ляю, Вла­дыко, яко ктому слад­каго Твоего не услышу гласа, ни доб­роты лица Твоего узрю, якоже прежде Раба Твоя: ибо зашел еси. Сыне Мой, от очию Моею.

Кондак, глас 8‑й:

Нас ради рас­пя­таго, при­и­дите вси вос­поим, Того бо виде Мариа на древе, и гла­го­лаше: аще и рас­пя­тие тер­пиши, Ты еси Сын и Бог Мой.

Икос: Своего Агнца Агница зрящи, к зако­ле­нию вле­кома, после­до­ваше Мариа про­стер­тыми власы со инеми женами, сия вопи­ющи: камо идеши, Чадо? Чесо ради скорое тече­ние совер­ша­еши? Еда другий брак паки есть в Кане, и тамо ныне тщи­шися, да от воды им вино сотво­риши? Иду ли с Тобою, Чадо, или паче пожду Тебе? Даждь Ми слово, Слове, не молча мимо­иди Мене, чисту соблю­дый Мя: Ты бо еси Сын и Бог Мой.

Песнь 7

Ирмос: Росо­да­тельну убо пещь содела Ангел пре­по­доб­ным отро­ком, халдеи же опа­ля­ю­щее веле­ние Божие мучи­теля увеща вопити, бла­го­сло­вен еси, Боже отец наших.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Где, Сыне Мой и Боже, бла­го­ве­ще­ние древ­нее, еже Ми Гав­риил гла­го­лаше? Царя Тя, Сына и Бога Выш­няго нари­цаше: ныне же вижу Тя, Свете Мой слад­кий, нага и уяз­вена мерт­веца.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Избав­ляяй болезни, ныне приими Мя с Собою, Сыне Мой и Боже, да сниду, Вла­дыко, во ад с Тобою и Аз, не остави Мене едину, уже бо жити не терплю, не видящи Тебе слад­каго Моего Света.

Слава: С дру­гими женами миро­но­си­цами, рыда­ющи Непо­роч­ная горце, и носима видящи Христа, гла­го­лаше: увы Мне! Что вижу? Камо идеши ныне, Сыне Мой, а Мене едину остав­ля­еши?

И ныне: Изне­мо­га­ющи и рыда­ющи Непо­роч­ная миро­но­си­цам гла­го­лаше: сры­дайте Ми, и спла­чи­теся горце, Се бо Свет Мой слад­кий, и Учи­тель ваш гробу пре­да­ется.

Песнь 8

Ирмос: Из пла­мене пре­по­доб­ным росу исто­чил еси, и пра­вед­наго жертву водою попа­лил еси: вся бо тво­риши, Христе, токмо еже хотети. Тя пре­воз­но­сим во вся веки.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Деву рыда­ющу Иосиф видев, рас­тер­за­шеся весь и вопи­яше горько: како Тя, о Боже мой, ныне погребу раб Твой? Какими пла­ща­ни­цами обвию Тело Твое?

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Паче ума пре­взыде стран­ное Твое виде­ние нося­щаго тварь всю Гос­пода: сего ради Иосиф яко мертва Тя на руку своею, и с Нико­ди­мом носит и погре­бает.

Бла­го­сло­вим Отца, и Сына, и Свя­таго Духа, Гос­пода.

Стран­ную вижу и пре­слав­ную тайну, Дева вопи­яше Сыну и Гос­поду: како в худом гробе пола­га­е­шися, мерт­выя пове­ле­нием воз­став­ляяй во гробех.

И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Ни от гроба Твоего востану. Чадо Мое, ни слезы точащи пре­стану Раба Твоя, дон­деже и Аз сниду во ад: не могу бо тер­пети раз­лу­че­ния Твоего, Сыне Мои.

Хвалим, бла­го­сло­вим, покла­ня­емся Гос­по­деви, поюще и пре­воз­но­сяще во вся веки.

Ирмос: Из пла­мене пре­по­доб­ным росу исто­чил еси, и пра­вед­наго жертву водою попа­лил еси.

Песнь 9

Ирмос: Бога чело­ве­ком невоз­можно видети, на Негоже не смеют чини Анге­льстии взи­рати: Тобою бо, Все­чи­стая, явися чело­ве­ком Слово вопло­щенно, Егоже вели­ча­юще, с Небес­ными вои, Тя убла­жаем.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Радость Мне нико­лиже отселе при­кос­нется, рыда­ющи гла­го­лаше Непо­роч­ная: Свет Мой и Радость Моя во гроб зайде. Но не оставлю Его Еди­наго, зде же умру, и спо­гре­буся Ему.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Душев­ную Мою язву ныне исцели, Чадо Мое, Пре­чи­стая вопи­яше сле­зящи: вос­кресни, и утоли Мою болезнь и печаль, можеши бо, Вла­дыко, елико хощеши и тво­риши, аще и погреблся еси волею.

Слава: О како ута­и­лася Тебе есть бездна щедрот! Матери в тайне изрече Гос­подь: тварь бо Мою хотя спасти, изво­лих умрети. Но и вос­кресну, и Тебе воз­ве­личу, яко Бог небесе и земли.

И ныне: Воспою мило­сер­дие Твое, Чело­ве­ко­любче, и покла­ня­юся богат­ству мило­сти Твоея, Вла­дыко: созда­ние бо Твое хотя спасти, смерть подъял еси, рече Пре­чи­стая. Но вос­кре­се­нием Твоим, Спасе, поми­луй всех нас.

Вместо же Достойно: поем ирмос: Бога чело­ве­ком невоз­можно видети.

После «Отче наш»

Кондак, глас 8‑й:

Нас ради рас­пя­таго, при­и­дите вси вос­поим. Того бо виде Мариа на древе, и гла­го­лаше: аще и рас­пя­тие тер­пиши, Ты еси Сын и Бог Мой.

Гос­поди, поми­луй. (40 раз.)

И прочее после­до­ва­ние пове­че­рия до конца.

Print Friendly, PDF & Email
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки