святитель Филарет Черниговский (Гумилевский)

История Русской Церкви. Период III

См. также: I, II, IV, V период

От разделения митрополии до учреждения патриаршества 1410–1588 г.

Содержание

I. Церковное управление § 1. Разделение русской митрополии – событие важное для всей русской церкви; история разделения. § 2. Отношения митрополитов северного и южного к патриарху. § 3. Внутреннее управление Церкви на юге: епархии и епископы; законы; собор 1509 г.; другие постановления § 4. Внутреннее управление на севере а) Распоряжение и перемены по низшему управлению § 5. б) Перемены в высшем управлении. § 6. Содержание духовенства на юге и севере. § 7. Содействие церкви пользам государства; образцы святительского духа: Иона, Феодосий, Варлаам, Иоасаф, Филипп мученик. II. Распространение христианства § 8. Распространение христианства в северной митрополии: – в Перми и в вятской стране. § 9. Крещение Лопарей и истребление суеверий у Чуди § 10. Покорение христианству Казани. § 11. Покорение Астрахани; восстановление христианства на Кавказе; успехи Евангелия в Рязанской епархии III. Состояние православного учения. § 12. 1) на юге: ревность к христианскому просвещению; училища и типографии § 13. Труды для Св. Писания; проповедь § 14. Целость православия и его пределы до половины XVI в.; успехи папизма и борьба с ним с 1569 г. § 15. Отношения к реформации; переводы древних отеческих сочинений § 16. Торжество северного православия над папизмом: а) при Исидоре и св. Ионе § 17. б) при Филиппе I и Максиме Греке, при ц. Иоанне Грозном. § 18. Борьба северной церкви с жидовствующими: а) история ереси до 1490 г.; расследования Геннадия и Собор 1490 г. § 19. б) история ереси с 1491 г.; действия против неё Геннадия и Иосифа; осуждение на Соборе 1501 г. § 20. Учение жидовствующих и опровержение учения пр. Иосифом § 22. Отношения северного православия к Лютеровой реформе § 23. Печальное состояние просвещения на севере; горькое чувство нужды в училищах, почти не удовлетворяемое; монастыри с прежним значением для просвещения § 24. Послания XV века; аскетические наставления пр. Нила; жизнеописания § 25. Недостаток живой проповеди; суеверия и семена раскола § 26. Пр. Максим Грек; борьба его с невежеством времени: а) по отношению к св. Писанию; Псалтирь его и других § 27. б) Борьба Максима с уважением времени к баснословным сказаниям сборников; умножение сочинений с именем древних Отцов – Златоуста, Мелетия, Феодорита и проч. IV. Богослужение § 28. Народное усердие к храмам Божиим; пр. Максим объясняет внешнее богослужение и обличает слепое пристрастие к внешности §29. Состояние богослужебных книг; М. Фотий; новая причина образованию странных мнений; Максим, исправляя, обличает порчу книг § 30. Обличение Максимом и Зиновием произволов в чтении Символа веры; мудрование Стоглава; происхождение разностей в чтении § 31. Страдания Максима исправителя книг; его защищение делу исправления книг § 32. Исправление книг после Максима: а) сборники Макария § 33. Собор 1551 г.; типография § 34. Частные произволы неведения: а) хождение по Солнцу § 35. б) В пении Аллилуия § 36. а) О крестном знамении § 37. а) Наблюдение за иконописанием; соборное расследование о дьяке Висковатом, защитнике старых икон § 38. Установление праздников святых Русской церкви и введение новых служб. Поминовение усопших и разрешение им Богослужение на юге § 39. Древний чин богослужения V. Жизнь христианская § 40. Древний образ жизни в сем периоде; усиление пороков монгольских § 41. Испытание терпения страданиями на севере и утешения со стороны промысла § 42. Попечительность церковного правительства о лучшей жизни мирского духовенства § 43. Северное иночество 15-го века: продолжающееся сильное стремление к пустынной жизни; Пр. Пафнутий Боровский; лавра Дионисия Глушицкого; Савватий и Зосима – Соловецкие § 44. Строгие отшельники: Павел Обнорский, Савва Вишерский, Нил Сорский § 45. Жизнь монашествующих в 16 столетии § 46. Введение общежития в новгородских монастырях и распространение на другие; подчинение одних монастырей другим § 47. Знаменитые подвижники 16-го столетия: отшельники и общежительные § 48. Юродивые 15 и 16-го столетия § 49. Южные обители 15 и 16 века; св. княжна Юлиания, повременные искушения со стороны татар; священномученик Макарий

 

I. Церковное управление

§ 1. Разделение русской митрополии – событие важное для всей русской церкви; история разделения.

Разделение Русской Митрополии на две половины, Московскую и Литовскую, само по себе несколько десятков лет волновало Церковь Русскую; оно же имело влияние на все части устройства Русской Церкви. Так разделённая Митрополия образовала новый период бытия Русской Церкви.

Разделение Митрополии начиналось и прежде Фотия, с усилиями совершалось при Фотие, без усилий утвердилось после Фотия. Это показывает, что причины его скрывались не в лицах, а в положении дел. Юго-западною Россиею владели Князья Литовские; югозападные епархии весьма отдалены были от Москвы – места кафедры Митрополита Русского: вот два обстоятельства главные, отделившие югозапад oт власти Московского Митрополита! Витовт, В. Князь Литовский, беспокойно смотрел на зависимость подчинённых ему областей по делам веры oт митрополита, жившего в чужой земле. Сборы доходов с югозападных епархий в пользу Митрополита Московского и, след., не в пользу земли литовской, особенно казались тяжёлыми для Витовта. Духовенство югозападное вместе с Витовтом чувствовало и то, что Московский Митрополит по отдалённости редко обозревает южные епархии1. Тем не менее – не без затруднений, не без споров могло совершиться разделение Русской Митрополии. Русская Церковь столько веков находилась под властию одного митрополита, так давно привыкли получать от Патриарха только одного первосвятителя. Притом нельзя было не опасаться и того, что Литовский Князь-папист будет располагать находящимся в его власти митрополитом не в пользу православию. Последнее не могло не озабочивать Патриарха. Москва также не легко могла отказаться от давней чести быть духовною столицею всей России.

Витовт столько любил власть, что решился на борьбу с препятствиями. Когда умер Киприан († 1406 г.), он послал в Константинополь Полоцкого Епископа Феодосия для поставления в Митрополита, с тем, чтобы кафедра его была в Киеве. В Константинополе П. Антоний ещё в 1393 г. (при жизни Киприана) поставил учёного и строгого Грека Фотия в Митрополита «всей России». П. Матфей не согласился посвятить Феодосия, и отправил в Россию Фотия, который и прибыл в 1409 г. в Киев, а в 1410 г. в Москву. Витовт оскорбился отказом Патриарха и требовал, чтобы сам Фотий остался навсегда в Киеве. Фотий в 1411 и 1412 г. обозрел южные епархии, посвятил в Киеве епископа Смоленску, и в Луцке – Турову, был и в Галиче: но возвратился в Москву2. Витовт в 1414 г. собрал на Собор в Новгродек епископов своих владений, представил им, что Фотий не только мало заботится о юге, но разоряет юг сбором пошлин, и вследствие сего требовал, чтобы епископы отказались от Фотия, избрали нового митрополита и отправили для посвящения в Константинополь. Епископы, уважая распоряжение Патриарха, долго не соглашались, но потом уступили воле Витовта и избрали учёного и доброго Григория Семивлаха. Фотий хотел отвратить неприятность личным сношением с Витовтом: но, не принятый Витовтом, возвратился в Москву. Патриарх Евфимий (1410–1416) решительно отказал Григорию в сане митрополита. По родству с домом Московского Князя, за Фотия действовал особенно Император3. Витовт, раздраженный новым отказом, отправил (в марте) послов к Императору и Патриарху, с объявлением, что, в случае их несогласия дать особого митрополита южной России, епископы сами поставят его. То же объявлено было послам Императора и Патриарха, возвращавшимся из Москвы. По их просьбе, Витовт отложил срок избрания митрополита до 14 ноября, тогда как прежде положено было ждать решения патриаршего только до 15 августа. Срок приближался: а ответа не было. Вновь собран Собор в Новгродеке. Некоторые из епископов и тогда не хотели без Патриаршей воли посвятить Григория. Но Витовт настоял на своём, и – Григорий посвящен 15 ноября. В оправдание своё Собор рассуждал: В Болгарии и Сербии издавна местные епископы поставляют первого епископа, в России при Изяславе было то же, сам Патриарх присылал в Россию по два и по три митрополита для одного и того же времени; важнее же то, что благодать Духа Святого не ограничивается лицами, и древнее правило дозволяет епископам поставлять первого епископа. «Мы храним, – писал Собор, – правила Отцов, клянем ереси, чтим Патриарха Константинопольского и других, имеем с ними одну веру; но отвергаем беззаконную в церковных делах власть, присвоенную Царями Греческими». Грамота утверждена была особенным определением Витовта4. Фотий написал обширное окружное послание к епископам, в котором доказывал, что Григорий поставлен незаконно, не быв поставлен Патриархом, или по воле Патриарха, – он требовал не сообщаться с Григорием, как с незаконным Пастырем. Но Григорий оставался Митрополитом до самой смерти своей († 1419 г.)5. Фотий, по смерти Григория, помирился с Витовтом и управлял южными церквами до своей кончины (8 июл. 1431 г.)6.

После Фотия в 1433 г. Герасим, Епископ Смоленский, посвящен был Патриархом в Митрополита Ли­товского, тогда как в Москве был «нареченным» Митрополитом св. Иона; Герасим с видами на обе стороны Русской Церкви избрал местом кафедры Смоленск, где жил под покровительством К. Свидригайла: но в 1435 г. сожжен был Свидригайлом7. Дела Исидора и Папы заставили южных епископов быть в тесном союзе с Московским первосвятителем Ионою, и он имел на югозападе своих наместников; южные епископы сперва не приняли и Григория единомысленного с Исидором (§ 16). Но эта связь юга с северным митрополитом была только следствием особенной нужды, – и была временною; Король Польский, покорный Папе, заставил южных епископов признать власть Григория. Преемники св. Ионы († 1461 ) перестали уже называться Киевскими Митрополитами; митрополия южная решительно отделилась от северной8.

После Григория Пастыри юга уже добровольно, не тревожась сомнениями, избирали себе особого митрополита, каковым был первый Мисаил. Кафедра Литовского Митрополита чаще была в Вильне, по временам в Новгродке, редко в Киеве9. С разделением Митрополии Русской начались разности в устройстве церков­ном по всем отношениям Церкви Русской на юге и севере.

§ 2. Отношения митрополитов северного и южного к патриарху.

Несмотря на то, что, при первоначальном разделении Митрополии Русской, южные епископы, по-видимому, не хотели быть покорными Патриарху, в последующее время Киевские Митрополиты поставлялись не иначе, как с благословения Патриарха. – Хотя ни Король, ни Епископы не приняли Спиридона, которого Патриарх (в 1476 г.) посвятил в Литовского Митрополита только по воле Султана, но без ведома и воли Короля и Епископов10: но Митрополиты Мисаил (1474–1477 г. ), Симеон (1477–1488 г.), Иона Глезна, избранные в Литве, поставлены были Патриархом. В 1495 г. Собор Русских епископов избрал и поставил Митрополита Макария, а потом отправил послов к Патриарху за благословением для Митрополита. Патриарх, одобрив избрание, дал знать чрез послов своих, чтобы вперёд без его ведения не были поставляемы митрополиты. С того времени каждый раз посылали послов за благословением для избранного митрополита, но поставление совершалось в России11. Всё управление южною Церковию соверша­лось под близким наблюдением Патриарха. К этому понуждало южных епископов самое положение их: притеснения со стороны папистов, королей и всякой другой гражданской власти невольно заставляли искать помощи у Патриарха. Патриархи с своей стороны были в тесном общении с южною Церковию.

Положение северной Церкви было совсем другое: она была ограждена твёрдою властию православных Князей. Отселе и отношение церковной власти к Патриарху на севере было иное. В северной Церкви Исидор был последним митрополитом из присланных Патриархом. Слуга Папы, присланный из Царяграда, глубоко оскорбил собою Русскую Церковь. Она дорожила союзом с Греческою Церковию. Но всего дороже для неё была чистая вера. Отселе, по изгнании Исидора из Москвы, когда дела самой Москвы позволяли начать сношение с Константинополем, В. К. Василий (в 1441 г.) приготовил послание к Патриарху о Митрополите; потом (в 1443 г.) отправили было посла с грамотою к Императору. Но в тот и другой раз слух об уклонении Императора в латинство остановил дело. Послания северной Церкви остались только памятниками мыслей её о союзе с Грециею. В тот и другой раз В. Князь настаивал на то, чтобы разрешено было избирать и поставлять Митрополита в Москве. Он выражал сильное негодование на то, что Исидор «поработил было нас отлученной за ереси Римской Церкви». Указывал, как и Собор Литовский при Фотии, на правила, дозволяющие поставлять Митрополита без Патриарха. Особенно же выставлял затруднительность сношений с Константинополем, объяснял неудобства быть Греку Митрополитом Русским: «и каждый православный может иметь нужду объясняться с верховным Пастырем о делах духовных – тайных, а Государь – не только о духовных, но и о государственных, между тем не льзя с ним беседоватъ иначе, как чрез переводчиков». «Впрочем, – продолжал Князь, – Русская Церковь не хочет при этом прерывать своего союза с Грееческою Церковию; она по прежнему будет просить благословения у Патриарха и разрешения на свои сомнения»12. Беспокойства Шемяки довольно долго мешали решению дела о Митрополите. Но в конце 1448 г. св. Иона посвящен был в Митрополита Собором Русских Пастырей13. Поелику же более четырёх столетий Церковь Русская получала митрополита из Цареграда, и прервать такую связь, не выслушав отзыва со стороны Греческой Церкви о деле, означало бы оскорбить и любовь, и смирение, и благоразумие: то положено было снова войти в сношение с Греческою Церковию о независимом oт неё избрании Митрополита. В 1452 г. В. Князь писал к Императору, извещая о поставлении Русского Митрополита Русскими епископами. Но и опять волнения унии в Константинополе не допустили грамоты до Константинополя14. В 1453 г. (Мая 29) Константинополь взят был Турками; Церковь подпала под иго мусульманской власти. Твёрдый защит­ник православия, Геннадий, по общему желанию православных, утверждён был Султаном в сане Патриарха. Бл. Геннадий просил письмом Иону о помощи вопиющим нуждам Греческой Церкви. Св. Иона поспешил исполнить желание великого святителя; вместе с тем он просил Патриарха не оставлять Русской Церкви своим попечением15. Всего вероятнее, что вследствие сих-то сношений предоставлено было Русской Церкви Церковию Греческою право избирать и поставлять Митрополита независимо от Константинополя, и Все­российская Митрополия поставлена выше всех прочих, прямо после Иерусалимской патриаршей кафедры16. Около 1480 г. ввели было в архиерейскую присягу клятвенное обещание – не принимать никого ни на митрополию, ни на епископские кафедры от Константинопольского Патриарха, именно потому, что Царьград в руках мусульман­ских. Нo сей пункт, по настоянию мудрого Максима, был исключён из присяги: Царьград, говорил Преподобный, в руках агарянских, но православие остаётся между Греками непоколебимым, и Церковь по прежнему управляется Духом Святым17. – Впрочем вызов Максима из Греции, как учителя Церкви, показывает, что северная Церковь остерегалась собственно под­чинения власти Султану, но не прерывала своей связи с Греческою Церковию. То же показывают богатые мило­стыни Русской Церкви Церквам восточным18. Царь Иоанн Вас. испрашивал и получил от Констант. Патриарха чин венчания на царство и благословение па­триаршее на сан Царский19. Константинопольская Церковь извещала Русскую Церковь о переменах в па­триаршестве, а М. Феодосий посвятил Иосифа в Митрополита Кесарии Палестинской20.

§ 3. Внутреннее управление Церкви на юге: епархии и епископы; законы; собор 1509 г.; другие постановления.

В избрании М. Григория принимали участие восемь южных еписиопов: Полоцкий, Смоленский Черниговский, Ту­ровский (Пинский), Луцкий, Владимирский, Холмский и Перемышльский (Червенский). На Соборе 1509 г. имели совещание с М. Иосифом семь епископов, так как Черниговский перед тем перешёл в ведение северного митрополита21. Усилившиеся в Галиче паписты (с XV в.) вытеснили из Галича православного епископа. После долгих усилий со стороны православия, в 1539 г. Король Сигизмунд Август позволил открыть кафед­ру православного епископа во Львове, который был тогда главным городом Червоной Руси, а до того времени оставались там два епископа – в Холме и Перемышле, по отдаленности не часто сносившиеся с Литовским Митрополитом, и наместник Митрополита, Георгиевский Галичский архимандрит, часто терпевший притеснения со стороны арцыбыскупа Львовского22. Между архипастырями юга летописи особенно отдают уважение Владимирскому Пастырю Вассиану (1487–1499), деятельному блюстителю порядка в св. Церкви23.

По переменам политическим не только изменялись пределы митрополии и епархии на юге, но страдали и некоторые Пастыри. Смоленский Епископ Варсонофий, Пастырь достойный, в 1515 г., когда Смоленск был взят В. К. Василием, из Москвы сослан был на Кубинское озеро за то, что будто расположен был к латинству; Смоленская епархия с того времени посту­пила в ведение Московского Митрополита. Ближайшие к Москве южные епископы много страдали от Литвы, страдали и от Москвы24.

Основным законом церковного правления на юге по­стоянно оставалась Кормчая книга с древними Русскими правилами25. В. Князья Литовские, начиная с Витовта, утверждали неприкосновенность духовного суда грамотами. М. Иосиф Солтан (1499 г.) выпросил у В. К. Александра подтверждение судебной грамоте В. К. Ярослава, чем порядок и круг православного судопроизводства утверждён в древнем его виде26.

Блистательным памятником заботливости южных Пастырей о лучшем управлении Церковию Христовою служит Виленский Собор 1509 г. На нём составлены были правила благоразумные, твёрдые, достойные восточного православия. Изобразив печальное состояние южной своей Церкви, частию словами М. Кирилла, Собор поставляет: 1) Не подкупать никого, для получения сана епископского, и епископа, поставляющего покупщиков в священство, лишать власти. 2) Не поставлять в священство людей чужой епархии. 3) Поставлять в священство людей достойных, одобренных судом духовника. «Если бы и сам Государь прислал недостойного; то всем епископам с Митрополитом, явясь к Государю, объявить недостоинство того, и ни за что не посвящать». 4) Отлучать от священства тех, которые, скрыв своё поведение пред духовником, обнаружат жизнию своё недостоинство. 5) Не допускать до священнодействия священников и иночествующих, когда являются без увольнительной грамоты. 6) Не допускать к служению и вдовых священников, пока не поступят в монашество. 7) Священников и игуменов без вины не лишать церквей их. 8) «Если князь или боярин отнимет церковь от священника без вины и свидетельства Святительского: то не давать другого священника, пока не оказана будет тому справедливость». 9) Князь или боярин может оставлять церковь без священника не долее, как на три месяца; по прошествии срока сего посылать священника по усмотрению епископа. 10) Не отнимать имений у церквей. 11) Священник, священнодействующий только по воле князя или боярина, но без благословения Святителя, лишается сана. 12) Тоже – игумены и иеромонахи, произвольно удаляющиеся из Обители. 13) Епископам не принимать на себя мирских дел и не уклоняться от Соборов за недосугами. Наконец, 14) «если Государь или бояры и другая власть пришлют за митрополитом или епископом по какому либо из постановленных и утвержденных теперь правил, желая разрушить заповедь, положенную по правилам Апостольским, и выполнить свою волю: то никому на то не осмеливаться, а всем немедленно съехаться к митрополиту, каждому на свой счёт, смиренно просить Государя и твёрдо стоять, дабы не был нарушен закон, положенный и утвержденный по правилам Божиим, Апостольским и Отеческим»27.

Эти определения писаны, как очевидно, под влиянием особенной осторожности и внимания к влиянию иноверной гражданской власти; они поставлены таким образом в главное руководство для управления православием среди папизма.

К сему остаётся присовокупить, что а) постановлением частного Львовского Собора 1539 г., сверх правил о доходах, положено священнику не иначе являться в суд, как по вызову епископа, или его наместника; наказание виновным крылошанам назначать правом духовным по правилам св. Отец; б) Братства юга, как и строители монастырей или церквей, имели участие в правлении церковном, именно – попечительное о зданиях, содержании духовенства и бедных, и право голоса при назначении настоятелей и священников; в ограничение же своеволия братств и так называвшихся церковных покровителей не раз подтверждаемо было28 не вмешиваться светским в права и суды духовного правительства. В конце периода явился неприятный спор у Львовского Братства с Епископом, много наделавший вреда православию. Братство, основываясь на давности, начавшейся тогда, как в Львове не было Епископа, не хотело ни в чём знать Львовского Епископа, и дерзко уничтожало распоряжения его. Епископ, сознавая незаконность status in statu, подвергал осуждению Братство. Иноверное правительство поддерживало эту ссору, по видам Римской политики. Следствием сего было только обессиление православия во Львове, облегчившее успехи Унии29; в) Низшее церковное управление производилось чрез протопопов и десятинников30.

§ 4. Внутреннее управление на севере

а) Распоряжение и перемены по низшему управлению

Церковное управление на севере, по составу и основаниям оставаясь в древнем виде, по требованию времени, испытывало перемены.

Здесь так же, как на юге, предписывали допускать к служению священников и иеромонахов других мест только в таком случае, когда они имеют грамоты поставления и увольнения, и смотреть за тем обязано было местное духовное начальство31.

Уже Собор 1503 г. слышал жалобы низшего духовенства на то, что оно подчинено полной воле светских лиц, и высшее духовенство управляет делами и лицами духовными «не по достоинству святительскому», чрез бояр, дворецких, недельщиков, подводчиков32. Эти жалобы заставляли верно оградить духовные лица от воли светских властных лиц, – избрать для низшего правления новые лица, или правильнее, определить занятия прежних. Таким образом Собор 1551 г. ввёл следующие перемены в низшем церковном управлении:

1. Духовные десятинники оставлены для тех мест где они были издавна. Но власть их ограничена одним городом, где они жили, без права ездить по местам, принадлежавшим прежде к десятине.

2. И в XV в., по крайней мере в епархии митрополита, были поповские старосты: но, как кажется, не столько для надзора за благочинием, сколько для сбора пошлин33. Собором 1551 г. введены по всем местам старосты поповские и десятские (из священников), с тем, чтобы надзирать за благочинием духовенства и храма, десятские священники, подчиненные старостам в надзоре за благочинием, и старосты поповские, вместо десятинников, стали собирать пошлины по книгам епископа и осматривать ставленые и увольнительные грамоты; они же, по два и по три, понедельно, стали присутствовать в суде епископских бояр и десятинника.

3. Как в суде боярском, так и в суде десятинника, поповские старосты и десятские священники должны были скреплять подписью следственные дела; в случае неправды судей, после увещания, доносили о правде Царю и Святителю.

4. Суд десятинника, там, где остались десятинники вследствие давнего обучая, по прежнему многие дела решал сам по себе, но суд боярский судные списки представлял на усмотрение и решение епископа.

5. Иски на духовные лица, особенно по землям, разбирались боярами Царя, иначе Приказом большого дворца, но в присутствии так же поповских старост34; поверка монастырского имущества отнесена также к Приказу большого дворца. Опись Корельскаго монастыря учинена по воле Царя. Но М. Даниил описывать монастыри в княжестве Юрия Ивановича Дмитровского посылал своих детей боярских, хотя с согласия и с грамотою В. К. Василия35.

§ 5. б) Перемены в высшем управлении.

Св. Геннадий писал к М. Зосиме: «поелику повелено каждый год съезжаться к тебе, нашему отцу: то да учинишь на Соборе с нами, твоими детьми и сослужебниками, исправление дел недоразумеваемых». С половины XV стол. нередко выполнялось это правило; а в XVI в. часто собирались Соборы. На Собор являлись кроме епископов настоятели знатнейших монастырей36.

С переменою обстоятельств, особенно политических, число и состав епархий в северной митрополии не раз переменялись37.

М. Исидор в 1438 г. отделял Псков от Новгорода в своё заведывание, поставив в нём своего наместника: но это продолжалось недолго38. В 1469 г. Псков снова и уже сам по себе учредил у себя особое управление, почти независимое от Новгородского владыки. Побуждения выставлялись добрые: хотели ограничить близким сильным надзором беспорядки духовенства. Но независимость низшего правления от высшего нарушала порядок. Кроткое благоразумие Свят. Ионы и М. Филиппа I скоро восстановило прежний порядок39.

В XVI в. круг суда святительского определён со стороны Государя в древнем его виде40. Власть и два суда епархиального епископа – духовный и земский получили образование, более сообразное с значением суда святительского; менее власти оставлено за низшим духовным правлением, и болеее дел отнесено к высшему суду епископа. Хотя белое духовенство по делам земским осталось ещё в ведении боярского и десятинничьего епархиального суда: но не только дела духовные решительно отделены для духовного суда, – всё монашествующее духовенство по всем делам стало подлежать только суду духовному. Епископу предоставлено посылать доверенных архимандритов и игуменов надзирать за самыми поповскими старостами (благочинными), так же как за всем порядком духовным41.

Таким образом, Собором 1551 г. все архимандриты и игумены подчинены управлению епархиального епископа, тогда как прежде того некоторые монастыри, по жалованным грамотам князей и митрополитов, или патри­арха, были независимы от епархиальной власти. Это подчинение настоятелей епархиальному управлению, столько сообразное с самыми древними церковными правилами, совершенно необходимо было в половине XVI века: ибо пред тем каждый раз, как какой-либо монастырь поступал из ведения епархиального в ведение или одного В. Князя, или в ведение Митрополита и В. Князя, следовали разные беспорядки и неприятности для епархиального правления. Так Кирилловский игум. Нифонт, сговорясь с молодыми из братий, передал себя в непосредственное ведение М. Геронтия и, отделясь от власти Ростов. архиепископа, наделал грубостей законному Пастырю своему Вассианy; дело дошло до Собора; посредничество В. Князя не скоро успело восстановить мир и порядок42.

В. К. Василий писал королю Польскому об избрании митрополита: «кто будет нам люб, тот будет у нас на всей Руси»43 .

Избрание митрополита всегда совершалось на Соборе епископов, и кто не мог прибыть на Собор, присылал от себя грамоту с согласием на определение Собора. Но особенное участие В. Князя и Царя в сем избрании выражалось особенным действием его в чине поставления44. В. К. Василий Иванович избрал Зосиму и без соборного избрания: но это было исключение, и самое несчастное. Избрание Новгородского архиепископа, хотя по-прежнему бывало по жребию, но после покорения Новгорода уже не в Новгороде, а в Москве. Борьба В. Князя с прежними правами Новгорода и удельных князей иногда поставляла Пастырей в неприятное положение. Taк пострадал св. Феофил Новгородский при Иоанне III., св. Серапион при Василие! Князья и Цари, не входя одни в решение дел церковных, призывали на совет митрополита и епископов, давали им предложения; иногда сами рассматривали мнения на Соборе и, утверждая приговоры, содействовали исполнению приговора; почему определения Собора иногда рассылались в виде указов В. Князя и Царя45.

§ 6. Содержание духовенства на юге и севере.

Содержание духовенства в южной митрополии оставалось в прежнем виде; права на имения утверждены В. Князьями46, и Виленский Собор, 1509 г., подвергал отлучению того, кто отнял бы у церкви её собственность.

На севере Собором 1503 г. восстановлено правило М. Кирилла II не брать пошлин за поставление в духовный сан, но оставлены неприкосновенными другие пошлины, довольно разнообразные47. Собором 1551 г. опять введена пошлина с ставлеников; притом узаконена венечная пошлина; взамен того отменены некоторые из прежних; притом сбор всех пошлин перестал быть в зависимости от произвола низших лиц48.

Положение сельского духовенства в сем периоде значительно улучшено: некоторые церкви получали ругу от благочестия бояр, купцов и В. Князя49; епископы освобождали бедные храмы и особенно храмы монастырских сёл от своих пошлин; а монастыри с своей стороны обеспечивали содержание их50.

Недвижимые церковные имения на севере были предметом разных сомнений, споров и решений. С тех пор, как стали терять своё значение жалованные грамоты ханов, владельцы земель насилием стали отнимать то ту, то другую часть земли церковной; а разные земские власти, приезжая в монастырские имения, распоряжались в них не лучше баскаков. Так было с обителию Пр. Иосифа, которую грабил князь Волоколам­ский с своими подьячими. Это вынудило испрашивать несудимые и жалованные грамоты у князей51. Но затем начались жалобы с другой стороны; стали укорять монахов за любостяжание, и чем более умножались вла­дения, тем чаще и сильнее становились укоризны. Пр. Максим Грек кротко упрекал аа имения в разговоре Любостяжателя с Нестяжателем. Друг его князь и инок Вассиан говорил о том же резче. Князь Курбский был также против обителей, и справедливо осуждал мнение времени, будто умолит Бога монастырь за того, кто лишил наследства сродника бедного, отдав всё в монастырь52. Несправедливо было бы утверждать, что не было по местам беспорядков в употреблении имений. Но прежде всего не надобно опускать из виду того, что тогда владельцы крестьян снаряжали воинов на свой счёт; а судьям, кормившимся судейскою правдою, не было простора в церковных имениях53. – Отселе-то более всего происходили жалобы на богатство духовенства, как частию высказывает это и Курбский. В. К. Иоанн в 1478 г., по праву завоевателя, отобрал у Новгорода между прочим и половину имений церковных, и раздал их боярским детям54. В 1503 г. он предлагал Собору об отобрании имений и у других обителей. Собор отвечал, что в Греческой Церкви Отцы и Соборы не запрещали монастырям и церквам владеть недвижимыми имениями; в России было то же со времён Владимира и Ярослава; самые злочестивые цари Ордынские, боясь Господа, щадили собственность епископов и монастырей: «Не смеем, – заключал Собор, – отдать церковного стяжания: ибо оно есть Божие и неприкосновенно»55. Сильный спор возобновлялся на Соборе 1531 г. при М. Данииле56. Тогда уже жаловались и заволжские (Новгородские и Вологодские) иноки. Пo предложению Иоанна IV Собор 1550 г. положил ни монастырям, ни епископам вперёд не покупать деревень без воли государевой; имения, укрепленные грамотами в малолетство Царя, возвращены ему. В 1581 г. многочисленный Собор, признав невыгоды управления имениями для духовной жизни, и приняв во внимание расстройство казны и боярских имений войною, определил (15 Янв.) вперёд не принимать вотчин по душам в монастыри, но взамен того брать деньги, по цене сёл; вместе определено не выкупать и не отнимать прежних пожертвований57.

§ 7. Содействие церкви пользам государства; образцы святительского духа: Иона, Феодосий, Варлаам, Иоасаф, Филипп мученик.

Как на юге, так и на севере Церковь православная была верна своему характеру, скорбела скорбями государства, радовалась радостям его58.

Обители севера, владея весьма значительными имениями, служили государству и временными пожертвованиями, и постоянною податью с крестьян своих, и службою во время войны. Русское иночество, не так как западное, боялось уклоняться от внутреннего самоиспытания к заботам о мирском быте: тем не менее Обителям Русским одолжено было государство постройкою крепостей, столько полезных особенно в тогдашнее время; не говорим о положении крестьян монастырских, об осушке болот и проложении дорог; не говорим и о самом важном – о нравственном состоянии народа59. Соборы епископов принимали самое искреннее участие в пользах государства. В борьбе Василия Васильевича с Шемякою Собор Пастырей употреблял всё старание помочь несчастному Василию. Собор побуждал посланием В. К. Иоанна вступить в бой с Татарами на р. Угре60. Собор рассматривал Судебник Ц. Ивана Васильевича; Собор рассуждал о войне с Польшею при нём же (1558 г.).

Митрополиты Московские не иначе были называемы, как «печальниками о всей Русской земле». Сами князья называли их отцами своими. Царь Иоанн Васильевич, почувствовав нужду в исправлении, пред лицом целого государства просил митрополита о содействии ему в лучшем управлении христианским государством. Имя и печать митрополита всего чаще встречались в договорах между князьями; митрополиты всех чаще писали записи за опальных, тогда как для них это часто сопровождалось одними скорбями61.

Почти все верховные Пастыри северной Церкви XV в. были мужи высокого духа, с святою ревностию о Церкви и Государстве, и после св. Иоасафа Филипп II был мучеником веры и отечества.

«Строгий к себе от юности, как один из древних святых Отцев», святитель Иона был живым образцом жизни во Христе. Подвиги его для православия увидим (§ 17). Не взирая на то, что Шемяка был ему благодетелем, Святитель после напрасных увещаний Шемяке – отказаться от замыслов властолюбия, рассылал грамоту за грамотою с увещанием сохранять верность В. К. Василию Васильевичу, налагал даже духовное запрещение на непокорных Государю. – С таким же усердием побуждал он стоять против Татар. Когда Василий в нашествие их ушёл из осаждённой Москвы, св. Старец остался в ней молиться и одушевлять других твёрдостию. В восторге духа он предвозвестил близкую независимость России от насилий мусульманства. Дар врачевания болезней, непрестанное раздаяние милостыни, чудесная сила в наставлениях облекали Святителя званием посланника Божия, непререкаемого в совете62.

Оба преемника св. Ионы, Феодосий (1461–1465) и Филипп (1467–1473), были Пастырями искренно верными своему званию; оба любили просвещение и спасение паствы; оба были тайными подвижниками Христовыми: первый, отказавшись от кафедры, обмывал в Чудовской келье своей раны старика до гроба; на последнем смерть открыла тяжёлые вериги63.

В. К. Василий Иванович дал клятву в безопасности князю Шемяке за покорность его; М. Варлаам (1511–1521) поручился за слово обоих князей. Но Василий по страсти к неге и лени дозволявший себе пользоваться лёгкими мерами правления, нарушил свою клятву, дозволил себе несколько других поступков оскорбительных для совести Митрополита. Тогда Варлаам обличил В. Князя, и отдал ему посох свой. Василий велел Святителя заковать в оковы, и сослал в отдалённый монастырь. В заточении Варлаам кончил жизнь, хотя и не в оковах64.

М. Иоасаф (1539–1542), в малолетство Иоанна IV, когда злодействовали Шуйские, увидел средство к лучшему только в том, чтобы введён был в совет умный и добрый боярин Бельский. Нельзя было не видеть, что жестоко отмстят Пастырю Шуйские: но Пастырь успел в добром намерении; надежды на Бельского оправдались; грабежи и насилия остановлены. К. Иван Шуйский успел свергнуть Бельского. И тогда толпа неистовых едва не убила Святителя; в келью его бросали камни, в покоях самого Царя он не нашёл защиты; Троиц. игум. Алексий умолил именем Пр. Сергия пощадить жизнь Святителя; однако Святитель брошен был в Белозерский монастырь65.

Кроткий М. Афанасий (1564–1566) не мог вынесть того, что начал делать Царь Иоанн IV с своею развратною опричниною, и оставил кафедру. Иоанн хотел показаться заботливым о Церкви и выбрал в Митрополита святого Пастыря Казанского Германа. Всё готово было к торжественному поставлению нового митрополита. Но Герман из покоев митрополита пришёл к Царю, и именем Бога, страхом суда Божия, убеждал его прийти в раскаяние, прекратить кровопролития и разврат. Иоанн выгнал его из дворца, и на кафедру митрополита вызвал св. Игумена Соловецкой обители Филиппа, из бояр Колычевых. Несчастный Иоанн на каждом шагу падал, но думал, что другие нетвёрды. «Повинуюсь твоей воле, – говорил ему св. Филипп, прежде чем принял жезл верховного Пастыря, – но умири мою совесть: да не будет опричнины! всякое царство разделенное запустеет, по слову Господа; не могу благословлять тебя, видя скорбь отечества». Иоанн едва подавил гнев и ссылался на то, будто против него злоумышляют. Филиппа уговорили принять сан митрополита, по желанию Царя, без условия об опричнине66. Прошло несколько месяцев в покое: развратная опричнина притихла, опасаясь пустынного Святителя. Но потом опять начались отвратительные зрелища убийства и безпутства. Целые семейства князей и бояр верных погублены. Над стонами невинных Иоанн и опричники смеялись. Святитель тайно увещавал Царя; Иоанн стал бегать Святителя. Несчастные шли к Митрополиту, и он делил с ними горе, утешая наградами вечности. В 1568 г., в один из воскресных дней, Иоанн, провожаемый множеством опричников, вошёл в Соборную Церковь; Царь и дружина его были в чёрной одежде, в высоких шлыках. Иоанн подошёл к Митрополиту, стоявшему на своём месте, и ждал благословения. Святитель безмолвно смотрел на образ Спасителя. Опричники сказали: Владыко, Государь пред тобой, благослови его. Взглянув на Иоанна, Святитель сказал: «В сем виде, в сем одеянии странном не узнаю Царя – православнаго, кому поревновал ты, приняв сей образ и внеся разделение между твоими подданными? Государь, убойся суда Божия: мы здесь приносим Жертву безкровную Богу, а за Олтарем льется невинная кровь христианская. Сколько невинных страдальцев! Ты высок на троне: но – также человек». Иоанн закипел гневом, и растерявшись ска­зал: «Филипп! ужели думаешь переменить волю нашу? не лучше ли быть тебе однех с нами мыслей?» «Где же моя вера, если я буду молчать»? – отвечал Святитель. Царь не мог говорить, а только страшными угрозами заставлял молчать. Но угрозы не были страшны Святителю. «Я пришлец и пресельник на земли, как все отцы, – тихо отвечал он; – готов страдать за истину». Вне себя от ярости, Царь вышел из храма. На другой день терзали невинных, выпытывая сознания о замыслах Митрополита; затем следовали оргии разврата. 28 июля (1568 г.) Митрополит совершал крестный ход в Новодевичьем монастыре; туда прибыл и Царь с опричниками. На одном из буйных была тафья. Святитель сказал Царю о бесчинии: но опричник успел спрятать тафью. Царя уверили, что Митрополит клевещет. Иоанн вышел из себя, грубо ругал Святителя, клялся, что уличит его в беззакониях. После совещания с Успенским протопопом Евстафием приказано было произвесть следствие в Соловках; там нашёлся один, не отказавшийся быть орудием Царя, игумен Паисий. Святитель не отвечал пред Царём на клеветы Паисия, и только просил Царя взять у него посох, которого не искал. Но Царь хотел торжественного мщения. Ноября 8, боярин Басманов с толпою вооруженных опричников вошёл в Успенский Собор, прочёл решение Царя, и опричники бросились в Алтарь, сорвали с Святителя одеяние его, одели в рубище и вытолкали из храма. Закованный в цепи Филипп томлен был 8 дней голодом в тюрьме, и потом заточен в Отрочь монастырь. Спусти год, любимец Иоаннов Малюта Скуратов задушил Святителя в келье его67.

II. Распространение христианства

§ 8. Распространение христианства в северной митрополии: – в Перми и в вятской стране.

Север и Восток представлял ещё обширное поле для ревности проповедников имени Христова. И они подвизались здесь по-прежнему. Герберштейн писал: «и ныне они (иноки) отправляются в различныя страны, лежащия к Северу и Востоку, перенося на пути величайшия трудности, терпя голод и подвергая опасности самую жизнь, не ожидая и не домогаясь за то никаких выгод; они имеют в виду только одно – угодить Богу, обратить на путь истины заблуждшия души и посвятить их Христу, запечатлевая иногда истину учения Его своею кровию».68

Трудами св. Стефана обращена была малая Пермь с Зырянами. Но великая Пермь с разными обитателями своими оставалась ещё в язычестве. Вогуличи обнаруживали ненависть свою к вере и при св. Стефане, а по смерти его не раз нападали на Устьвымь, где была кафедра епископа69. Преемник св. Стефана после Исаака, Герасим претерпел мученическую смерть (в 1442 г.) от слуги Вогулича, задушенный омофором. Это была месть бессильной злобы суеверия за успехи св. веры: иноки Троицкого монастыря, основавшегося в 1397 г. за 600 верст от Усть-Сысольска к северо-востоку, распространили тогда св. веру на р. Печоре до Пустоозерска70.

В 1455 г., кн. Асыка с толпами Вогуличей напал на крещеных Пермян, опустошил берега Вычегды и, захватив вместе с другими пленниками бл. пастыря Питирима, злодейски истерзал и умертвил его71. При преемнике Питирима св. вера одержала победу над закоренелыми суевериями около Чердыня: Иона обратил ко Христу самого князя великой Перми, крестил Пермян и, чтобы прочнее утвердить св. веру, устроил не только церкви, но и монастыри72. С 1472 года, Пермь перешла в непосредственное заведывание В. Князя, и Митрополиты, при пособии В. Князей, с силою действовали на ослабление суеверия в Перми. М. Симон в 1501 г. писал Пермскому духовенству строгое подтверждение, чтобы жизнию и учением наставляли Пермян в св. вере, а князя Пермского Матфея и других начальников увещавал стараться об искоренении служения болвану Воинелю и треб языческих73. Герберштейн в то же время писал: «Остается у них (Пермян) в лесах много идолопоклонников: но иноки и пустынники, отправляясь к ним, не перестают обращать их от заблуждения и суевернаго служения»74. Известные пустынники-Проповедники были: Пр. Логгин и Симон, в 1535 г. основавшие обитель на реке Коряжме, последний в 1540 г. основал ещё обитель на р. Сойге, за 75 верст от Сольвычегодска75.

Около 1575 г., Пр. Трифон, Мезенский урожденец и постриженник Пыскорского Пермского монастыря, водворился при р. Мухе на Остяцком освященном месте, где стояли боготворимые Остяками деревья. В духе ревности срубив эти деревья, он проповедывал Остякам и Вогулам истинного Бога, Коему должны все покланяться. Один Господь был защитою его среди опасностей , которым подвергался он среди дикарей: но он основал и монастырь76.

§ 9. Крещение Лопарей и истребление суеверий у Чуди

И на отдалённых берегах Северного моря бедные Лопари услышали проповедь о Христе от иноков. К св. Зосиме, основателю Соловецкой Обители, в половине XV века приходили дикие поселенцы севера и принимали крещение77. Его Обитель имела владения на берегах моря, и храмы мирно покоряли вере кротких жителей78. Воспитанник сей Обители, с 13 лет посвятивший себя Богу, Феодорит поселился на реке Коле для безмятежного уединения, провёл здесь с одним старцем 20 лет и, удостоенный сана священства в Новгороде, возвратился на Колу для имени Христова. Старец занимался проповедию о Христе с юношеским жаром ревности, научил Лопарей письменам, перевёл на их язык несколько молитв. Беседа его была исполнена силы духовной, а несколько знамений ещё более укрепляли действие её; и – Феодорит в один раз крестил до 2000 Лопарей. На устье р. Колы построил он храм и обитель во имя Св. Троицы. Строгость правил его была причиною того, что малодушные выгнали его из Обители. Но он и в самой глубокой старости ещё два раза ходил из Вологды к любезным детям своим посмотреть и утешить их79. Возбужденные бл. Феодоритом Лапландцы Кольские и сами ездили в Москву и Новгород просить себе священников80.

В то же время другой подвижник, сын священника, юный, но пламенный в любви к Господу, Пр. Трифон проповедывал Христа Лопарям, обитавшим на р. Печенге; это было ещё дальше за Колою, у Норд-Капа. – Несколько лет боролся Трифон с кебунами – волхвами Лопарей, терпел оскорбления, не раз подвергал жизнь опасностям, но приготовил сердца для веры. Оставалось запечатлеть обращение идолопоклонников св. крещением: но, не имея сана священства, Трифон отправился в Новгород, испросил у архиеп. Макария благословение на построение храма и просил прислать священника. Построен­ный храм во имя Св. Троицы три года оставался без освящения. Священника не присылали, Трифон отправился в Колу, и нашёл там иеромонаха Илию, который освятил храм, крестил оглашенных дикарей, постриг самого Трифона в монашество. Это было в 1533 г. После того к Трифону приходили Лопари и из других мест, и – посвященный в игумена – он, при пособии царских даров, полученных (в 1558 г.) в Москве, распространил Обитель свою, построил ещё храм на р. Паэс, и распространял теплоту веры в холодном севере († 1583 г.)81. В. Князья Василий и Иоанн старались споспешествовать бескорыстным проповедникам-инокам, освобождением Лопарей от притеснений чиновников82. По просьбе Лопарей, живших на р. Попое, Царь вслед поставит храм и снабдил утварию; храм сей спустя несколько лет запустел; игумен Сергиевой Обители Иона вызвался принять на своё попечение сию церковь, чтобы Лопари крещеные, как говорил он, не уклонились к язычеству83.

Чудь изстари отличалась своими колдунами; в XV веке, когда между Русскими севера не оставалось ни одного священного дерева, Чудь поморья Балтийского, в Ижории и Копорье, хотя давно знала о Христе, ходила ещё к жрецам давнего суеверия – арбуям, чтила камни и дерева, совершала обряды языческие при рождении и смерти родных, и оставляла таинства христианские. Архиеп. Макарий, по сношению с Государем, в 1533 г. отправил способного священника к суеверам, велел раззорять мольбища их, местному духовенству строго подтвердил о его долге. Старики, по привычке к старине, со страхом смотрели, как священник сокрушал страшные для них дерева и камни. Но дети оказались умнее стариков: они помогали священнику в его труде84. С такою же ревностию старался об истреблении суеверия и вразумлении суеверов преемник Макария Феодосий85.

§ 10. Покорение христианству Казани.

Частные обращения Татар-мусуламан к Христианству продолжались по прежнему до половины XVI столетия86. Наконец наступило время решительной борьбы с мусульманством. В 1550 г. Россия решилась сокрушить Казанское царство: его была война столько жо с вековым врагом царства, сколько и за соободу и успехи веры, столетия страдавшей от Татар. Так думали тогда все от селянина до Царя и Митрополита. До похода на Казань, на земле мусульманской явившийся Преп. Сергий назначил благословением своим место для христианского города Свияжска87. Верховные Апостолы, Святитель Николай, в явлениях «мужам достойным» предвещали победу Креста в мусульманской стране88. Царь, отправляясь в поход, просил Святителей молиться за него и за войско, постился и каялся, в торжественном молебствии призывал на помощь защитников Русской Церкви и водою, освященною мощами их, повелел окропить воинов89. Прибыв к Казани, после бесполезных предложений о сдача осаждённого города, Царь положил начать штурм в день Покрова Богоматери; войску дан приказ очистить совесть исповедию. Ночью в подкопы поставлены бочки пороха, и войска пошли на приступ. Царь остался молиться, отслушал утреню, исповедывался и приготовился к приобщению св. Таин. Когда диакон, во время литургии, читая Евангелие, произнёс слова: и будет едино стадо и един пастырь, – грянул гром первогo взрыва; при произнесении слов ектении: «покорити под нозе его всякаго врага и супостата», второй взрыв бросил стену на воздух; сеча закипела; Царь не оставил литургии и приобщился св. Таин. Но едва сел потом на коня, ему принесена весть: «Казань взята». Царь прославил Господа в походном храме Сер­гия; водрузил Крест, где стояло знамя Царское с изображением Нерукотворенного Образа Спасителя, и приказал строить храм Спасителю; 3 Октября указано в городе место для храма Благовещения Богоматери. Затем, все улицы и стены города освящены крестным ходом, и город посвящен Св. Троице. Радость о взятии города довершалась радостию об избавлении 60 тысяч христиан, страдавших в плену мусульман90.

Когда Иоанн находился ещё в Казани, говорит современник, уже тогда «мнози от неверных прихожаху с женами и детьми, и крещахуся во имя Отца и Сына и Святаго Духа, и радостными душами отхожаху в домы своя». В числе таких был один татарин из Арской области; быв болен 30 лет ногами, и по вере во Христа получив исцеление, он с такою искренностию принял христианство, что мужественно перенёс разные истязания за Христа и скончался мученически, как жертва фанатизма единоплеменников91. В следующем (1553) году крестились два Царя Утемиш-Гирей и Эдигер в Москве. Эдигер, уже преклонный летами, на вопрос Митрополита: не страх ли, не нужда ли, не мирская ли польза внушает ему мысль о новой вере?, – отвечал решительно: «нет! люблю Иисуса, и ненавижу Магомета». Крещение его совершилось торжественно на р. Москве. Пятилетний отрок, Утемиш-Гирей, крещен в Чудовом монастыре и взят к Царскому двору для научении грамоте и закону Божию92. Примеру Царей подражали многие93. В 1555 г. на Соборе пастырей положено – для успехов веры открыть в Казани кафедру архиепископа, с подчинением ему Свияжска, нагорной стороны, Василя и всей Вятской земли. Для устроения Церквей в новопросвещенной стране и на содержание причтов Царь сделал значительные пожертвования из казны; тоже вменено в обязанность Монастырям и Святителям, – и было исполнено. Пастырем по жребию избран был св. Гурий, а в помощники ему даны архимандриты Герман и Варсонофий94. Царь, отправляя Гурия в Казань, вменял ему в обязанность приводить к вере с любовию и не против воли, лучших из крестившихся наставлять в вере при своём доме, других посылать в монастыри, не отвергать и тех, которые прибегли бы к кресту с сознанием в вине гражданской, и ходатайствовать за подсудимых. В таком духе написана была память Первосвятителю Казанскому, которому Дух Святой ещё яснее указывал обязанности нового звания95. В 1556 г. Казанцы-мусульмане подняли бунт. В усмирении их приняли участие новообращенные к св. вере. Тогда некрещенным Татарам запрещено было оставаться в Казани, как городе христианском. Так возмущение мусульманства против св. веры было укрощено96. Святитель Гурий совершал служение своё Апостольски. Пастырским учением он просвещал умы неверных, а святостию жизни и любовию к нищим и подсудимым смягчал сердца, не знавшие христианской любви97. Скоро увидел он необходимость открыть училища, и открыл их в Казани и Свивжске , как для христианских детей, так и для детей язычников и магометан98. Царь, одобрив это, писал к св. Гурию: «Надобно, чтобы дети умели не только читать и писать, но и разуметь, что читают, дабы в последствии могли наставлять других, еще не обратившихся к Господу»99. Обращение многих тысяч мусульман и язычников было плодом восьмилетних подвигов св. Гурия († 8 Дек. 1564 г.). Помощники его в св. деле были мужи с особенными способностями, и с благочестием глубоким. Варсонофий в молодых летах был пленником у Крымских Татар, и там изучил татарский язык основательно, – там же хорошо узнал и основания Корана. Потому с Татарами говорил он о Христе языком Татар, и из самой магометанской веры извлекал опровержения магометанству; таким образом он с успехом действовал даже на учёных защитников мусульманства100. Св. Герман, из благородной фамилии Полевых, «муж разума многаго», как говорит Курбский, и «чистаго, святаго жительства», сперва подвизался, как и Гурий, в Иосифовом монастыре, где с любовию занимались изучением догматов веры и правил благо­честия, и где Герман, не по примеру других, слушал и мудрого Максима. Быв преемником кафедры после св. Гурия, он продолжал Апостольское дело с тою же ревностию (1564–1568 г.)101. При таких делателях христианство так глубоко проникало в сердца верующих, что между новыми христианами являлись и мученики. Стефан и Петр долго терзаемы были за св. веру родственниками-мусульманами: но запечатлели верность св. вере смертию102. Много возвысилось христианство в глазах гордых мусульман явлением чудотворной Казанской иконы Матери Божией. Чудеса её, с 1571 г. следовавшие одно за другим, невольно заставляли признавать в Русском христианстве силу Божию, а в мусульманстве – пустоту103.

§ 11. Покорение Астрахани; восстановление христианства на Кавказе; успехи Евангелия в Рязанской епархии

В 1557 г. покорено было Москве царство Астраханское. Тогда же крестилась в Москве одна из цариц Астраханских с сыном. В следующем году послан был в Астрахань игумен Кирилл для устроения монастыря и церквей. «И крестишася, говорит современник, мужие и жены, старии и юношы, от крымских и астраханских орд.» Игумен Кирилл обучал детей грамоте и закону Божию. В 1573 г. построены были в Астраханском кремле монастырь с храмом во имя Святой Троицы, храм Свят. Николая и тёплая церковь Введения Божией Матери. На первый раз астраханский и терский край оста­влен был в ведении Казанского архиепископа, но не надолго104.

Победы Христианского Царства над мусульманством оживили любовь к Христианству на Кавказе, где теснила его тьма мусульманская105. В конце XV и начале XVI века, Черкесы, ещё не лишенные свободы ни Персами, ни Турками, исповедывали веру Греческую и, как слышал Герберштейн в России, отправляли богослужение на Славянском языке106. В 1557 г. прибыли в Москву князья горские – почти все мусульмане; некоторые из них крестились и крестили детей в Москве, оставив здесь последних получать христианское образование107. В 1559 г. прибыл в Москву посол черкесских князей и просил от имени их послать к ним священников, а для защиты от мусульманского хана Тавриды воеводу с войском. Царь послал двух воевод – одного в Черкесию, другого в Кабарду, и при каждом – по нескольку священников108. Служители св. веры частию основали новые храмы, частию возобновляли древние, но павшие; многих из горцев крестили, иных утвердили в вере. Князь Димитрий Вишневецкий, предводитель главного отряда, впоследствии пострадал как мученик от мусульман, а теперь действовал как жаркий проповедник св. веры109. По единству веры Греческой и по соседству, говорит современник иностранец, Черкесы считали после того Царя Московского своим покровителем110.

В обширной Рязанской епархии язычество ещё было весьма сильно между Мещеряками и Мордвою. При М. Фотие жители Мценска и его окрестностей приняли Евангелие. Святитель Иона, во время управления своего Рязанскою епархиею, много трудился для распространения св. веры, и Господь наградил труды его обращением множества иноверных, – что предсказал ещё о юном послу­шнике Ионе Святитель Фотий111.

III. Состояние православного учения.

§ 12. 1) на юге: ревность к христианскому просвещению; училища и типографии

На Западе, в XV и XVI в., пробуждено было живое и общее стремление к наукам; в университеты Запада отправлялись слушать уроки и из Греции, тогда страдавшей под игом мусульманства. – При близости юго-западной православной Церкви к Западу, не могло не произойти сочувствия к движениям Запада. Таким образом некоторые из дворян православных ещё в XV в. слушали уроки в Краковской Академии, другие в Праге и иных местах112. В XVI в., когда папизм стал отнимать у православных Юга самое драгоценное сокровище – чистую веру предков, православные Юга увидели необходимость умножать собственные училища. И к концу XVI века, кроме первоначальных школ, существовавших издавна, открыты высшие училища наук в Остроге и Слуцке113. «Некоторые князья, каков князь Острожский, Слуцкий, имеют свои училища, в которых питается раскол их» (православие), – писал иезуит Поссевин к Папе (в 1681 г.)114. При сем изучение Греческого языка до того было обыкновенным, что по местам даже причетники обучались ему и пели115 по-гречески.

Чтобы размножить народные источники православия – богослужебные книги, чтобы сохранить их целость от повреждения ненамеренного и злонамеренного, необходимы были типографии. И они явились у Славянских племён весьма скоро после изобретения книгопечатания. В 1491 г. в Кракове, где были тогда православные храмы116, изданы Псалтирь, Часослов, Шестоднев, Триоди. В Черногории (в Цетинье) напечатаны в 1494 г. Октоих, в 1495 г. Следованная Псалтирь и в 1512 Евангелие. Южные Славяне печатали церковные книги и в Венеции и в других местах. В самой Вильне, где часто была кафедра Русского православного митрополита, с 1525 г. изданы: Апостол, Псалтирь, Акафистник, Часослов, Шестоднев и Святцы. В то же время и вскоре после того печатались для православия церковные книги в Заблудове, во Львове, в Остроге117.

§ 13. Труды для Св. Писания; проповедь

Особенное внимание православного Юга обращено было на Св. Писание. Известные опыты тому: а) переложение (в 15561561 г.) Четвероевангелия с болгарского (церковного) на простой русский язык – труд Пересопицкого архим. Григория; б) перевод Ветхого Завета с Еврейского на Русско-славянский язык, совершенный в Львове ок. 1570 г.; в) переложение Псалтири с Славянского на Польско-русский язык неизвестного118 г) перевод и издание всей Библии полоцким урожденцем, доктором медицины Скориною; д) исправление и издание Библии Константином кн. Острожским. Перевод Скорины следует латинской Вульгате, с удержанием кое-где древнего славянского перевода; язык перевода не сла­вянский, а тот, которым говорили тогда на западе Рос­сии люди образованные. – Скорина переводил в доме Ви­ленского старшего бургомистра, мужа почтенного, Якова Бабича; участие в издании принимал член Виленского же магистрата Богдан Оньков. Посему надобно положить, что всё издание было плодом усердия братства сердец православных (§ 3). Библия издана по частям в Праге 1517–1519 г.119

Об издании своей Библии князь Острожский сообщает сам известия в предисловии120. Он говорит, что предпринять труд сей заставило его желание – «благоче­стию некое дарование духовное оставити». И показывает особенную нужду сего дара в тогдашнем состоянии Церкви православной. «Кто бо есть от благоверных и благоразумных, егоже не подвиже жалость, зрящее ветхость Церкве Христове на падение клонящуся? Волцы тяжцы нещадно расхищают и распужают овчее стадо Христово». Ему не доставало, – говорил он далее, – и людей способных, и даже полных списков Библии, т.е., были у него списки той или другой книги, но не собрание всех книг; когда получен был полный список из Москвы и приступили к сличению его с списками иноязычными и другого перевода, открылись не токмо «разности, но и развращения». Князь приведён был в сильное смущение; смущение увеличивали ещё люди, порицавшие благочестивого князя за предприятие его. Он решился искать ещё новых пособий. Отправил с письмами от себя людей доверенных на Запад и на Восток, на остров Кандию, в монастыри греческие, сербские, болгарские, к Константин. Патриарху Иеремии, с прошением – прислать верные списки Библии и способных людей. Когда получены ответы, стали издавать Библию преимущественно по греческому тексту. Сотрудники князя в конце 3 книги Маккавейской говорят, что «сей книги не находится ни в славянской (полученной из Москвы), ни в латинских списках, ни в польских, а есть только в греческой и в чешской»121. Это замечание показывает, какие списки Библии успел собрать князь Острожский. Прибавим ещё, что книги Товита, Иудифи и третья Ездры переведены в Библии Острожской не с греческого текста, а с латинского. Таким образом видим, что а) славянские руко­писи были тогда в положении весьма худом; даже богодухновенное Писание было «развращено», испорчено; б) тяжких трудов стоило благочестивому и одному из богатейших князей того времени совершить издание Библии с успехом сколько-нибудь удовлетворительным. Поч­тим усердие благоч. князя благодарною памятию! в) Благочестивый князь говорит, что помощников у него было мало. А один из помощников сознаётся искренно: «аз составих, елико возмогох умалением си смысла (малым своим смыслом): ибо училища николиже видех». Как по сему сознанию, так и по положению рукописей, каж­дый может понять, что в Библии Острожской много и очень много осталось ошибок, недостатков, неточностей, несовершенств, иногда весьма важных. Если сличить два, три стиха по изданию его с греческим текстом, – в неприятной истине вполне убедится каждый.

Примеч. При сличении Библии Острожского с известными ныне списками слав. текста и с греческ. текстом, оказывается, что издатели: а) старались исправлять ошибки невежд-писцов; б) заменяли слова, вышедшие из употребления и малопонятные, словами употребительными; в) по местам испра­вляли перевод по греческому тексту, а иногда по латинскому. Но и примеры худому – на каждой странице: напр. Быт. 49, ст. 22. 23. по списку Б-ки М. Духовной Академии: «Сын възрасли (ηυξῖμενος) Иосиф, сын възрасли мои завистен (ζηλοιτὸς), до негоже възвещевающе (διαβουλεβόμενοι)облългахуть и имяху у него уметель стреляния». У Острожского: «Иосиф сын возрасли, сын възрасли завистный, до негоже завещающе оболългахуть и непротивляхуся ему господие уметель стреляния». Не легко решать, у кого хуже! Втор. 33, 14. 15. по рукописи: «и в время жити спасеных преход (καὶ καθʼ σιραν γενημάτων ἡλίου τρόπων) от верьха гор зачатька (ἀρχὴς)… и от холм Ясидон (καὶ ἀπὸ χορυφὴς βουνῶν ἀεναῶν)». В Острожской: «и время жита солнечных пременений.... от верха горь зачало... И от верха холм асиаонских». И там и здесь – плохо. Кому угодно видеть полное показание ошибок Острожского издания Библии, пусть читает предисловие к Библии изд. 1751 г. при Имп. Елисавете. Даже правописание очень не исправно; часто слова не отделены одно от другого.

В южной Церкви по временам слышна была свободная проповедь слова Божия. Григорий Семивлах, тот, который был первым особым митрополитом югозапада, говорил слова и в сане игумена, и в сане митрополита. Ныне известны 21 его слово на воскресные и праздничные дни: некоторые из них вполне достойны церковной кафедры, как напр. о том, с какими расположениями надобно приступать к св. Евхаристии122. По всей вероятности, и после Григория Пастыри говорили проповеди народу, так как некоторые получали образование в высших училищах.

§ 14. Целость православия и его пределы до половины XVI в.; успехи папизма и борьба с ним с 1569 г.

Григорий, приняв сан западного митрополита, подвергался строгому нареканию за разделение митрополии: но и сам Фотий ни разу не упрекал его в какой-либо уступке папизму. Напротив, Григорий прямо обличал произволы латинян в св. Евхаристии123. Та же ревность к православию показана им на Костницком Соборе, куда отправлялся он (1417 г.) по воле Витовта; на этом грозном собрании знаменитостей Запада сожжён был Иоанн Гус, Славянин, обличитель Папы; но Григорий объявил, что он готов рассуждать о вере, но не покориться Папе124. Витовт, по видам власти, принял римскую веру вместо греческой, по тем же видам берёг исповедывавших Русскую веру. Сам Ягелло в 1432 г. оружием Русских князей вынужден был обнародовать свободу вероисповедывания. Сын его, Владислав I, в 1435 г. объявлял: «пусть останется неприкосновенною добрая воля относительно веры отеческой, наследственной»125. Уния Исидора (§ 16) послужила только к тому, чтобы Владислав (в 1441 г.) подтвердил гражданскую свободу Русских вместе с свободою совести, иначе же она потухла без следа126. Понят­но, что Литовский Князь ещё менее, чем Король Поль­ский, мог касаться совести Русских. В пределах юж­ной митрополии Папе принадлежали жители только двух нынешних губерний (Виленской и Ковенской), да и те не все; а 10 других губерний принадлежали православию127. Такое огромное число Русских само по себе заставляло не касаться совести Русских. Так и поступали преемники Витовта, до слабого Александра. В. К. Казимир не прежде мог выехать из Вильны, чтобы венчаться венцем Пястов в Кракове, как дал клятву сохранять неприкосновенными все права Литвы гражданские и церковные128. Дух Евангельской любви основал между православными братства в 1439 во Львове, в 1458 г. в Вильне. Эти братства, как и попечители цер­квей и монастырей, после Пастырей, с силою поддержи­вали целость и благосостояние православия129.

В исходе XV и в нач. XVI стол., православие подвер­глось было гонению в Литве. Слабый В. К. Александр допустил изуверов силою обращать православных к латинскому обряду, запретил православию строить храмы, умножил костёлы в русских городах; совесть самой супруги его, православной Елены, была теснима и оскорбляема. Виленский бискуп Адалберт выпросил у Папы право на меч против еретиков, и в том числе «против Русинов». Оружие Московского Князя заставило Папу и Александра отступить на шаг от своих требований. М. Иосифу стали докучать обе унии. Он обратился к Патриарху. Тот прислал ему умный ответ: «для любви твоей есть легкая отговорка; ты будешь говорить, что без воли констант. Патриарха ничего не можешь сде­лать». Иосиф так и поступал. Князья Рюриковичи и Гедиминовичи, притесняемые за православие, оставляли Литву и переходили к Московскому Князю. Александр за послабление фанатизму поплатился Москве восточными владениями по Днепр130. Король Сигизмунд (1509, 1511 и 1522 г.) подтвердил свободу православия. Ми­трополиты, преемники Иосифа, и особенно Иона 2-й (1519–1525 г.), ревностно охраняли православие131. Кампенге в 1525 г. писал: «Россия, находящаяся под властию Польскаго Короля, равно как Львов, и вся часть Польши, простирающаяся на Север и Северо-восток от гор Сарматских» (Поднепровье и Подолия) непоколебимо держится Греческаго закона и признает над собою власть Константинопольскаго Патриарха»132. Раздраженные неудачами в Литве прелаты успели было в том, что в Галиции Сигизмунд дал Львовскому архиепископу право определять митрополичьего наместника, с тем, как писали православные, «дабы скорее принудить нас к принятию латинской веры». Но и эта попытка не удалась. С большими трудами и пожертвованиями, но – пра­вославные освободились от ига латинского, и даже выпро­сили себе вновь особого епископа133.

Таким образом, в полов. XVI ст., в самой Вильне, столице Литовской, гораздо больше было православных церквей, чем римских костелов134. Не говорим о русских фамилиях; литовские фамилии135 Сангушек, Корнаутовичей, Збаражских, Огинских, Сапег, Кырдеев, Тышкевичей и пр. принадлежали православию, а не Папе. Самые поляки, поселявшиеся в русских городах, принимали греческое исповедание136.

Власть Папы стала распространяться на Русских в ли­товской митрополии не прежде как с 1569 г., когда соединилась Литва с Польшею. Латинское духовенство едва успело в нач. XVI в. посадить в великокняжескую Раду одного бискупа; в половине XVI в. оно уже имело там четырёх бискупов137. По соединении Литвы с Польшею перевес власти в Литве перешёл вместе с Польскими магнатами на сторону Папы, хотя Сигизмунд Август и выдавал православным привиллегии, уравнивавшие их в правах с папистами138. Баторий не любил делиться властию с кем-нибудь, а ещё менее с ксензами: но он имел неосторожность пустить в Литву иезуитов, основавшихся в Польше с 1566 г., притом, и политика его в отношении к Русским не слишком была правдивою или человеколюбивою. Иезуиты, при его благосклонности к ним, с изумительною ловкостию раскинули сети свои. Открыв кол­легии на Волыни, в Вильне и Полоцке, они проникали в дома знатных людей, обольщали недальновидных бле­ском образованности своей, всегда впрочем безжизненной и безплодной, и овладевали умами слабыми. Таким об­разом Поссевин (в 1581 г.) писал, что «некоторые русские князья королевства обращены в католическую веру»139. Тогда началась жаркая борьба Православия с папизмом. Сочинение Острожского пресвитера Василия о единой истинной вере и Церкви, изданное благоче­стивым князем Острожским, служило прекрасным от­ветом папизму: здесь с глубоким знанием веры и истории Церкви обличены были произволы Рима140. Князь Kурбский рассылал письма, где обнажал козни иезуитов и поддерживал усердие к древней вере в православных. Он старался распространять греческие сочинения против папизма. В восторге был он, когда получил с Афона в переводе сочинения Григория и Нила митрополитов Солунских, – и спешил делиться ими с другими. – «В той-то книге, – писал он, – не теперешния дудки их, али бо пишульки, но разобраны все силлогизмы». Сочинения бл. Нила действительно стоили восторга, – это труд достойный времён Златоуста141.

§ 15. Отношения к реформации; переводы древних отеческих сочинений

Деспотизм Папы и грубые своеволия Римской Церкви вызвали против себя восстание Запада, к сожалению, не больше справедливое в своих требованиях, сколько и сам Папа. Славяне, некогда все сыны православия, но мечем и огнём покоренные Папе, скорее, чем кто-либо другой, готовы были восстать против Папы. Гус в Богемии сожжён за сто лет прежде появления Лютера за смелую борьбу свою с Папою142. Но не всех же мог сжечь Папа. Строгие меры Сигизмунда I (1511–1548 г.) в пользу Папы не помогли Папе в Польше, реформа явилась здесь в такой силе, что Сигизмунд вынужден был бояться за себя. Из Польши, Познани и Лифляндии реформа переходила и в пределы Литовской церкви. Сигизмунд Август и тогда, как был литовским князем, и тогда, как взошёл на польский престол, покровительствовал новизнам Запада, даже готов был сам вступить в союз с новою верою, чтобы только вступить в брак при живой жене. Более же всех распространял реформу в Литве литовский канцлер, Кн. Николай Радзивил Черный, владевший множеством имений в Литве. Таким образом Гусситы, Лютеране и Кальвинисты при Сигизмунде Августе открыли кирхи на Волыни, в Белоруссии и в Литве143. В то же время явились в польском королевстве Антитринитарии, к которым пристали убежавшие из Москвы Феодосий Косой и Игнатий144. Утвердясь в Ракове, Социниане находили себе последователей между самыми Кальвинскими и Лютеранскими пасторами. Симон Будный проповедывал богохульные мысли их устно и письменно145. Из числa таких же был Мотовило, который как и Социн, изрыгал хулы Ария на Сына Божия, но вместе учил, что со вторым пришествием Христовым откроется тысячелетнее царство чувственных наслаждений146. Все эти агитаторы находили себе последователей почти в одних Поляках, Литовцах и скитавшихся по королевству Немцах. Из числа Русских принимали кальвинизм только некоторые дворяне, и особенно те, которые пред тем по видам мирским, принимали папизм; прочие тешились резкими отзывами сектаторов о папизме и мирились с диссидентами, собственно по неудовольствиям против оскорблявшего всех папизма. А народ твёрдо держался св. веры предков своих. Циховский пишет, что тогда как «едва ли и тысячная часть Римских католиков осталась от прежняго, Русины бдительно охраняют свою свя­тыню»147. Распри, скоро поднявшиеся между сектан­тами, и иезуиты ловкими своими мерами, скоро ослабили реформу в Литве и Польше148. М. Сильвестр Белькевич, по отзыву польских историков, нe допускал православных обольщаться внушениями последова­телей реформы149. Кн. Курбский живо преследовал все отродия Лютера. Умные, дышавшие ревностию, письма его переходили из рук в руки, и он успевал предостерегать неосторожных от соблазна. Как истина, говорил он, во всём верна сама себе, так ложь вводит раз­номыслие, раздоры, расколы, – а такова Лютерова рефор­мация150. Одною из сильных мер к охранению православия против дерзостей вольномыслия признали тогда распространение Отеческих сочинений в переводе. Курбский со всем усердием заботился – составить общество переводчиков. Убеленный сединою, несколько лет провёл он за изучением латинского языка; купил сочинения Отцов, переводил с латинского сочинения Злато­уста, Василия Великого, Григория Богослова151, Иоанна Дамаскина152.

Так было у Русских в южной Митрополии.

§ 16. Торжество северного православия над папизмом: а) при Исидоре и св. Ионе

В северной митрополии Русская Церковь, ограждённая властию В. Князей, а ещё более древнею простотою веры, спокойно отражала нападения Папы. Самое опасное поку­шение на её свободу было при лжепастыре Исидоре153.

Греческая Империя находилась тогда в крайней опасности. Она заключалась уже почти в одних стенах столицы. Но Оттоманы готовы были сокрушить её и в стенах столицы. Имп. Иоанн Палеолог решился купить помощь Запада ценою соединения православия с папизмом. Крайность положения и родство с В. Князем Василием внушили ему мысль присоединить к сему союзу и Россию. В таких мыслях избран и посвящен был на кафедру Всероссийской Митрополии Исидор. Император знал Исидора, знал, что он был именно таков, какой на тот раз нужен был Палеологу. Исидор на Базельском Соборе, в акте, который над­лежало доставить в Константинополь, дозволил назвать греческую веру «старою ересью»154. В таком положении дел свят. Иона, если бы прибыл за благословением Патриарха на митрополию и прежде решения патриаршего об Исидоре, получил бы отказ для Исидора. Новый Митрополит поспешно отправился в Россию с послом Императора – располагать русских Князей к делу соединения155. В. К. Василий Васильевич не был расположен вмешиваться в предприятие, оскорбительное для совести и бесполезное для политики. Он твёрдо знал уроки отцов о своевольном высокомерии Папы, давно осужденном Собором, и понимал, что от этой гордости нельзя ожидать доброго156. Потому убеждал Исидора отказаться от намерения ехать во Флоренцию. Исидор остался при своём: но и В. Князь не отпустил с ним посла на Собор, – даже взял с него клятву возвратиться с древним православием. Убедив Тверского князя отпустить посла на Запад, Исидор едва выбыл за пределы России с греческою и русскою свитою и с Суздальским епископом Аврамием, как в Дерпте открыто оказал предпочтение латинству пред греческим исповеданием157.

На Соборе Исидор был избран для ответов со стороны Греков вместе с другими пятью лицами. Во всё продолжение споров в Ферраре занимались реше­нием одного вопроса: «имели ли право Латиняне внесть в Символ веры дополнение о происхождении Духа Св. и от Сына!» Во всё это время Исидор почти ничего не говорил158. Рассуждали: Виссарион, а всего более, Марк Ефесский, жаркий защитник православия.

Во Флоренции, куда Папа по своим видам перенёс Собор, стали рассуждать о самом происхождении Св. Духа. В продолжение 7 заседаний рассмотрели не более трёх мест из Отеческих сочинений. Тогда Император потребовал, чтобы публичные споры были прекращены, а бл. Марку запретил являться на совещания159. После сего дело православия осталось только в воле Императора, Виссариона и Исидора. Виссарион действовал красноречием, Исидор – хитростию. Теперь Исидор предложил, что православная Церковь допускает мысль о происхождении Духа Св. от Отца чрез Сына, и что это то же, что у Римлян «и от Сына». Чтобы прибавить хода мыслям своим, он то предлагал Патриарху отлучить от Церкви защитников православия, то склонял на свою сторону пирами, тогда как Папа морил Греков голодом, епископы доведены были до крайности: Папа против договора отказывал им в содержании. Такими-то мерами доведено дело до того, что объявили о согласии Греков на исповедание происхождения Духа Св. от Отца и Сына. Патриарх Иосиф скончался (8 июня). После того скоро решены были прочие спорные пункты: о дополнении Символа, об опресноках, о чистилище, о власти Папы. Иные и тогда не хотели подписаться под определением об уиии, в том числе Аврамий Суздальский: но принуждены к тому насилием. Другие ещё прежде удалились из Флоренции. Папа, подписывая определение, спросил: подписался ли Eфесский? Ему сказали: нет. Так мы ничего не сделали! – сказал Евгений160. Тем не менее в июле великолепно праздновали соединение Церквей. Папа предложил Исидора в преемники Иосифу: но Греки отвергли, и Исидор назван «Легатом от ребра апостольскаго в землях лифляндских, литовских и русских»161.

Возвращаясь к пределам паствы, Исидор послал (из Будина, 5 марта 1441 г.) воззвание к старой и новой пастве. Извещая о соединении Церквей, он при­зывал христиан обоих исповеданий ходить безразлично в храмы греческие и латинские, приобщаться Евхаристии у греческих и латинских священников162. В Москве уже роптали на Исидора, когда ещё не было его в Москве. Когда же (1441 г.) в первое служение его услышали: «в первых помяни, Господи, Папу Римскаго»: то В. Князь, несмотря на то, что Евгений прислал ему почтительное письмо, в самом храме обличил Исидора в нарушении клятвы и в измене православию. Вслед за тем Исидор, до решения соборного, заключен был под стражу. Собравшиеся епископы отвергли определе­ние мнимого вселенского Собора; они убеждали Исидора отказаться от унии: но он (1442 г.) тайно убежал в Тверь, где князь Борис также запер его в темницу, а потом дал волю идти, куда хочет163. Исидор удалился в Литву к В. К. Казимиру; но, чувствуя, что опозорен для всех Русских, удалился в Рим164.

Между тем свят. Иона снова избран был (1443 г.) в Митрополита на Севере, а потом (в 1451 г.) признан и на Юге, где по голосу Москвы также не хотели слышать об унии165. В Риме, по желаниям Исидора, Григорий Булгар в 1452 г. был назван преемником Исидору; Патриарх Григорий Мамма, выгнанный из Царьграда за унию, посвятил его в Митрополита, а Папа Пий II (в 1458 г.) отправил с ним грамоту к К. Казимиру, в которой отдавал грозное приказание поймать и сковать нечестиваго отступника Иону. Как посрамляет Господь человеческую суетность! Папа называет Иону нечестивым, а Господь тогда уже прославил его даром чудес; Папа называет защитника православия отступником, а Господь слушал его, как любезного Ему пастыря – посланника166. Польский Король, желая угодить Папе, просил В. Князя принять Григория вместо Ионы: но Василий Васильевич ещё прежде того писал к Королю: «от Рима у нас митрополиту не быти»167. Литовские епископы сами известили Святителя о горьком для них назначении лжепастыря168, а Собор северных епископов, дав клятву не принимать Григория, послал окружное послание к православным Литвы – не слушать римского митрополита169. Святитель Иона послал от себя двух игуменов в Литву с подобными увещаниями170, предостерегал грамотами паствы – новгородскую, смоленскую и черниговскую171. Труды Святителя для право­славия увенчались успехом; целость православия сохранена.

§ 17. б) при Филиппе I и Максиме Греке, при ц. Иоанне Грозном.

Хотя по смерти свят. Ионы Литовский Князь решительно запретил южным епископам признавать Московского Митрополита митрополитом юга: но Григорий не более делал на югозападе, как жил при латинском князе. Новгородская вольница, не взирая на увещания М. Филиппа I, сама продавалась Королю-паписту: но Григорий и здесь ничего не сделал для себя и Папы, а оружие В. К. Иоанна возвратило Новогородцев к покорности православному Государю172. Тогда кардинал Виссарион, тот, который так горячо действовал в пользу унии во Флоренции, предложил Папе другой способ приобресть власть над Россией. Он подал мысль отдать сильному Московскому Князю руку греческой царевны Софии, жившей в Риме. Ум и красота Софии обращали на неё внимание короля французского и герцога медиоланского; Папа предложил её руку Иоанну. «Первосвященник Сикст, пишут западные, питался надеждою, что девица склонит супруга принять римские обряды (унию), в которых она была воспитана при кафедре апостольской173». Папа отправил с Софиею легата Антония. Но надежды обманули Папу. София, едва вступила в пределы России, как во Пскове оказала благоговейное уважение к православию. Легат хотел иметь торжественный въезд в Москву. М. Филипп объявил В. Князю: «римский легат въедет с крыжем в одни ворота; а я, духовный отец ваш, выеду в другия: кто отдает почести чужой вере, тот унижает свою». Князь велел легату спрятать крыж. Когда заключён был брак, легат обратился к Митрополиту с предложением о соединении с Римскою Церковию. Митропо­лит в ответ доказывал, что русская вера – вера чистая и древняя, а не такова римская. Легат отказался защищать своё дело, ссылаясь на недостаток нужных для него книг. И выехал из Москвы ни с чем174.

Реформация заставила Папу деятельнее прежнего заботиться о связи с Россиею; он уже искал опоры себе в Москве. При сыне Софии, В. К. Василие, Папа присылал посла за послом в Россию, и уже не с прежними надменными требованиями. Лев X убеждал (в 1518 г.) В. Князя искать Константинополя, как наследства своего (по Софии), обещал Василию сан Царя, a Митрополиту сан Патриарха, уверял, что не намерен отменять добрых обычаев и правил русских175. Это послание не имело успеха у В. Князя, так же как и посольство (1549 г.) Захарии, гордиенского епископа. Климент VII два раза (1524 и 1526 г.) присылал послов176. Надежды Папы основывались особенно на Шомберге; этот агент, остававшийся в Москве с 1519 г., работал для Папы неутомимо и ловко. Он тайно пускал в ход сочинения о единстве веры римской с русскою, о судьбе, унизившей Константинополь и его патриарха. И Шомберг был не без успеха; некоторые слушали его доверчиво, даже соглашались с ним. Но в Москве был тогда умный Максим Грек, пламенный ревнитель чистой веры. Он открывал козни немца и преследовал его сочинениями на каждой мысли, на каждом предприятии его. Максим писал до 15 со­чинений против хитрого немца. И умные наставления Максима достигли своей цели177.

На границах Лифляндии, пр. Корнилий, с 1529 г. Игумен Псково-Печерского монастыря, был благодетелем и просветителем бедной окрестной Чуди: помогая им в нуждах жизни, он помогал им в нуждах души наставлениями, присоединив к св. чистой вере, создал для них несколько храмов, – между прочим в Нейгаузене, снабдил книгами и иконами, а клиры содержанием от Обители178. Так свободно, без насилия и происков, насаждалось православие. Не так продолжал действовать Папа. В 1547 г. Царь Иоанн Грозный поручил Шлиттену вызвать в Россию учёных и художников. На западе присоединили к этому (1550 г.) заботы о деле Папы в России. В грамоте Папа выражал готовность принять В. Князя и народ его с отверстыми объятиями179. В 1561 г. Пий IV ожидал, но напрасно, русских послов на Триентский Собор180. После многих неудач в войне с Баторием, больной Царь сам искал у Папы помощи против Стефана. Григорий XIII отправил (1581 г.) иезуита Поссевина. Хотя мир с Баторием принадлежал собственно мужеству Псковитян, оставивших у Батория из 125000 войска только 25 т.; но Царь доволен был иезуитом за его хлопоты у Батория и осыпал Поссевина ласками. Иезуит надеялся на многое, долго хлопотал, чтобы говорить с Царём о вере. И наконец говорил Царю, что св. Отец не нудит Царя оставить свою веру, желает только мира Церкви, желает древнего уважения к Папе – главе христианства, иначе – желает того же, что принято Греками на Флорентийском Соборе. Царь, заметив, что неохотно вступает в разговор о предмете, о котором должен рассуждать Митрополит, отвечал иезуиту: Греки для насне Евангелие: мы верим Христу, а не Грекам. В знак же дружбы с Папою, Царь обещал свободу и покровительство священникам латинской веры в России. Антоний хотел спорить, – говорил, что мы новички в вере и должны учиться у Римлян. «Ты хвалишься православием, – отвечал Царь с досадою, – а Папа ваш приказывает носить себя на престоле и целовать в туфель, где изображено распятие. Не высокомерие ли это в христианском Пастыре? Не поругание ли это святыни»? Антоний возразил, что достойное воздаётся достойному: Папа – сопрестольник Ап. Петра, сопрестольника Христова. «Папам и Патриархам принадлежит честь святительская, а не царская, – отвечал Царь. Были Папы учениками апостольскими, каковы: Климент, Сильвестр, Агафон, Лев, Григорий. Но кто именуется Христовым сопрестольником, велит носить себя на седалище как бы на облаке, кто живет и учит не по учению Христову: тот Папа – волк, а не Пастырь». Антоний замолчал. Его отпустили с дарами. В своих записках о Московии он между прочим написал, что Москвитяне так любят русскую веру, что, если желают кому беды, гово­рят: о! когда бы увидал я тебя латинянином181!

§ 18. Борьба северной церкви с жидовствующими:

а) история ереси до 1490 г.; расследования Геннадия и Собор 1490 г.

Все покушения Папы на свободу северного православия оставались без вреда для св. православия: в России смотрели на них спокойно, как на замыслы давно известных страстей. Но не такова была для Русской Церкви ересь Жидовствующих! Ересь новая, начавшая и продолжавшая дело своё тайно, имела довольно успеха над сердцами русскими, хотя и не надолго182.

Начало этой ереси положил в Новгороде жид Схария, приезжавший сюда с Киевским Князем Михаилом (в 1470 г.)183. Хорошо знакомый с естественными науками, известными тогда под видом обольстительной алхимии, знакомый с каббалистикою, Схария обольстил нескольких чудесами магии и успел совратить в зловерие. Два священника – Дионисий и Алексий, обманутые Схариею, и вновь прибывшие с юга четыре жида распространили заразу ложного учения; к числу многих зара­женных присоединился и Софийский Протоиерей Гавриил184.

Двух начальников общества – Дионисия и Алексея, В. К. Иоанн, нe зная мыслей их, перевёл в Москву (1480 г.), – Алексея к Успенскому Собору, Дионисия к придворной церкви Архангела Михаила. Здесь, как и в Новгороде, действуя тайно, скоро нашли они себе слушателей даже при Дворе; таков был дьяк В. Князя Феодор Курицын. Митрополит Геронтий, по случаю спора о чине освящения храма (§ 34), подвёргся тогда гневу В. Князя довольно надолго: это содействовало тому, чтобы новые учители пользовались вниманием при Дворе, ко вреду истине.

В первый раз открыл членов тайного общества новгородский архипастырь, деятельный, строгий, пламенный Геннадий, вскоре по прибытии на паству. Четверо, в нетрезвом виде упрекая друг друга в делах тайных, обнаружили существование подозрительного общества. Геннадий, по дознании, немедленно донёс о том В. Князю и Митрополиту. Князь велел принять меры, чтобы зло не распространилось. Геннадий приступил к розыску. Но четверо, взятые на поруку, убежали в Москву. Геннадий отправил туда же донесение. Митрополит и В. Князь (в февр. 1488 г.) признали трёх беглецов достойными церковного отлучения и казни гражданской, а четвёртый объявлен свободным от суда, так как против него был только один свидетель; все же возвра­щены к своему Пастырю для увещаний и дальнейшего расследования, причём повелено отсылать нераскаянных к гражданскому суду185.

Трудно было Геннадию привесть дело в точную известность: еретики с клятвою отказывались от собственных своих слов. Но с помощию гражданской власти отобраны были показания, утверждённые подписями самих виновных и свидетелей. Отысканы богослужебные тетради еретиков, пасхалия, составленная по иудейскому календарю. Особенно же много открыто священником Наумом, который прежде сам принадлежал к тайному обществу. Еретиков, искренно сознавшихся в заблуждении, Геннадий принял к церковному покаянию; прочих передал гражданскому начальству. Подробное донесение, с приложением показаний, Геннадий препроводил к Митрополиту и ожидал распоряжений, тем более, что оговорены были и некоторые московские члены186.

Но это представление Геннадия не имело уже такого действия, как прежнее. М. Геронтий скоро умер (28 мая 1489 г.); дьяк Курицын возвратился из Венгрии, где был послом, и принял общество под защиту. Геннадия не стали приглашать и к общим делам Церкви. Новгородские еретики, услышав, что в Москве дело их остаётся без движения и сообщники живут спокойно, убежали в Москву. Здесь, под защитою Курицына, даже запрещённые священники совершали службу, а Дионисий доходил до хулы над св. крестом в храме187. Беспорядки тем свободнее росли, что по смерти Геронтия кафедра его полтора года оставалась праздною (до сент. 1490 г.).

Геннадий не оставался в бездействии. Он послал список прежних донесений к сарскому Епископу Прохору, управлявшему митрополиею; просил посланием двух других епископов, Нифонта суздальского и Филофея пермского, обратить пастырскую заботливость на дело о еретиках; им описывал он и новые дерзости еретиков188. Когда избран был новый Митрополит: Геннадий, хотя недовольный некоторыми требованиями Зосимы189, настоятельно просил Зосиму предать ере­тиков соборному осуждению190. Геннадий не знал тогда, что Зосима сам был тайным членом общества и что он избран был по проискам членов его191. Но Зосима, хота бы и хотел, не мог тогда отложит дела о еретиках. Епископы, бывшие на поставлении его, имели в руках донесение Геннадия; а новый Митрополит новостию сана вызываем был показать ревность достойную сана. Притом суд Божий в глазах всех карал членов нечестивого общества192. Собор открылся (17 окт. 1490 г.). На основании представленных Геннадием разысканий, до 9 лиц духовного звания преданы проклятию; В. Князь отослал одних в Новгород к Геннадию, других сослал в заточение. Геннадий предал ересь публичному позору: еретиков водили по улицам в шлёмах берестовых, с мочальными кистями, с вещами из соломы и с надписью: се есть сатанино воинство193.

§ 19. б) история ереси с 1491 г.; действия против неё Геннадия и Иосифа; осуждение на Соборе 1501 г.

Соборный суд 1490 г. пал не на всех членов тайного общества. А мнения века дали пищу для его дерзостей. Тогда, при конце семи тысяч лет (по счёту греческому), в России ждали второго пришествия Христова194. Роковой 1492 год прошёл, и еретики начали издеваться не только над простодушными, но и над верою св. «Если Христос есть Мессия, говорили они: почему-ж не является Он в славе, по вашему ожиданию»? Они смеялись и над воскресением мёртвых195. Ересь стала расти в народе; хулами её смущались простые сердца. Митр. Зосима давал волю злу и даже наказы­вал смелых обличителей нечестия196.

На защиту унижаемой вере, св. Геннадий пригласил известного тогда подвигами пp. Иосифа, Игум. Волоколам­ского. Геннадий и Иосиф, несмотря на силу еретиков при Дворе, восстали против ереси с твёрдостию197. Знакомый с Св. Писанием и с сочинениями Отцов, Иосиф начал тем, что написал первоначальную историю еретиков до 1492 г., и потом по временам сообщал строгие обличения заблуждению их198. Он умолял друга юности своей, уважаемого Пастыря суздальского, Нифонта, без страха обличить недостойного Митрополита, пресечь всякое общение с ним, внушать другим, чтобы не принимали от него благословения, в посрамление унижаемой им вере199. И Зосима (17 мая 1494 г.) сложил с себя омофор200.

Оставался сильный дьяк Курицын. Под его защитою еретики нашли убежище у Юрьевского Архимандр. Кассиана, которому дьяк испросил сан у В. Князя. Кощун­ство над святынею доходило здесь до отвратительного бесстыдства201. Пастырь новогородский рассылал переводы сочинений против иудейства – труды переводчика Димитрия202. Иосиф явился лично к Государю и просил сделать новое исследование еретикам. В. Князь дал слово исполнить просьбу, раскаивался, что поступал с еретиками слабо, «Да нет ли греха казнить еретиков»? – прибавил В. Князь. Иосиф привёл слова Апостола о гневе древнего закона на преступников и гневе Божием на отвергающих закон благодати (Евр. 10: 28, 29.). Князь сказал: довольно! – Однако дело ещё год оставалось в прежнем виде. Иосиф просил письмом духовника Государева напомнить Государю о данном слове203.

В июне 1504 г. св. Геннадий принужден был отка­заться от кафедры204. Наконец в декабре того же года открыт был Собор о еретиках, в присутствии наследника престола Василия Ивановича. Рассмотрены свидетельства на обвинённых в ереси. Решение В. Князя назначило – одних сжечь, других лишить языка и сослать в заточение, большую же часть разослать по монасты­рям. Еретики, упорные до суда и во время суда соборного, узнав о решении В. Князя, спешили приносить раскаяние: но решение, основавшееся на «градском законе» Греч. Империи, приведено в исполнение205. А Церковь положила произносить проклятие на Жидовствующих в неделю Православия206. Некоторые, освободясь от казни лицемерным раскаянием, остались с ложными мыслями, и смертный приговор еретикам долго возбуждал против себя жалобы207. Однако не смели уже более распространять ересь открыто.

§ 20. Учение жидовствующих и опровержение учения пр. Иосифом

Самая история ереси Жидовствующих показывает, что название: жидовствующие, – далеко не выражает содержания самого учения Жидовствующих. Чтобы столько лет и столько лиц, лиц высшего духовного звания и людей светских, могли быть ослеплены одними иудейскими суевериями, – это выходит за пределы вероятия. Невероятно и то, чтобы В. Князь, воевавший с Князем Литовским за стеснение православия папизмом, столько времени позволял расти иудейству в государстве, в столице, в своём семействе. Геннадий208 и Иосиф209, хотя и называли еретиков жидовствующими, прямо говорили, что в их учении «не одно жидовство, что они держат ереси христианския, сходныя с древними, давно известными ересями». Таким образом, самым верным изложением учения Жидовствующих надобно признать то, которое составлево, как вероятно, на самом Соборе 1494 г.210.

По соборному дознанию, Жидовствующие 1) отвергали воплощение Сына Божия: «Како может, говорили, Бог на землю снити и от Девы родитися, яко человек»? Христос Иисус был не более, как пророк подобный Моисею, а не равный Богу и Отцу. 2) Не верили и воскресению Христа Иисуса из мёртвых. 3) Не чтили св. икон, ни св. угодников Божиих. 4) Не признавали в св. Евхаристии тела и крови Господа Иисуса и смотрели на неё, как на обряд самый простой. 5) Держались более В. Завета, чем Нового, празднуя пасху по-иудейски (по иудейскому календарю)211. 6) Не наблюдали поста в среду и пяток, «и иные неподобныя дела еретическия творяху».

Точно то же учение Жидовствующих видим в Просветителе Иосифа, в посланиях Геннадия, с тем дополнением, что в Просветителе находим пояснение последнему пункту, – здесь показано, что еретики отвергали монашество.

Само по себе понятно, что не все Жидовствующие могли понимать и излагать одинаково то, что внушали им учители их; иные могли уклоняться и к некоторым обрядам иудейства, оставляя христианские; между самими начальниками их, как и во всякой ереси, не могло быть полного согласия. Таким образом В. Князь в искренней беседе с пр. Иосифом говорит, что он знал, «которую ересь держал Алексей протопоп и которую держал Феодор Курицын»212.

Болезненно было для Церкви Русской появление в её недрах такой противо-христианской ереси. Но весьма отрадно, в высшей степени утешительно, что в ней же был в то же время такой учитель чистой веры в Господа Иисуса, как преп. Иосиф Волоколамский. Без душенной радости нельзя читать умного, основательного, по местам глубокомысленого, всегда дышащего живым благочестием, Просветителя Иосифова. Это сочинение – краса Русской Церкви, особенно, когда вспомним, что оно принадлежит XV веку.

Содержание Просветителя следующее: 1, Слово о Св. Троице; 2, о пришествии Мессии в лице Иисуса Христа; 3, о значении закона Моисеева, 4, о причинах воплощения Сына Божия; 5, 6, 7, об иконопочитании; 8, 9 и 10, о втором пришествии Сына Божия; 11, 12, о монашестве; 13 и 14 о том, как поступать с еретиками. С 1 словом -одинакового содержания Послание Иосифа к архим. Вассиану.

Из такого богатства мыслей Учителя заметим немногое и самое важное по предмету.

а) О Божестве Сына Божия Иосиф пишет: «Егда восхоте Бог сотворити Адама, рече: сотворим человека по образу Нашему и по подобию. Почто не рече: сотворю, но сотворим. Того ради рече, яко во едино Лицо Божество есть, но трисоставно; а еже по образу, а не по образам, едино существо являет Св. Троицы. Сотворим, рече, человека. Кому глаголет? Не явственно ли есть, ко Единородному Сыну и Слову Своему рече и Св. Духу? Еретицы же отвещают: ни, но Сам Себе Бог рекл есть, иному никомужо тогда сущу. По что убо сих глагол безумнейше? Кий убо зодчий, или древодел, или усмарь (ременник) над сосудом или над киим зданием, седя един, и никомуже ему помогающу, глаголет сам по себе: сотворим себе сосуд, или сотворим себе орало (coxy), или утвердим усмы, а не паче ли молча свое дело соделает? Лжа бо есть сие, а не истина».

б) О воплощении Сына Божия еретики спрашивали: «Если соединилось Божество с человечеством, то как Бог Слово не исполнился немощи»? Иосиф отвечает сравнением. «Как огонь не принимает свойств железа, а железо черное и студеное, будучи раскалено, облекается видом огня, то просвещаясь, но не омрачая огня, то распаляясь, но не устужая пламени: так и человеческая плоть Господня причастилась Божеству, но Божеству не передала своих немощей...» Нe видишь ли – солнце, падая на грязь, сияя на нечистое, не приемлет зловония, а напротив постепенно соединяется, изсушает гнилость и очищает скверну? От чего же боишься за безстрастное и нетленное естество, – не приняло бы Оно от нас нечистоты»? Еретики говорили, что не нужно было самому Богу нисходить на землю и страдать плотию. Иосиф отвечает, что это было нужно. – Падшего человека не могли спасти и пророки: «Человецы бо бяху, подлежаху греху; подобало избавителю быти безгрешну.... Праведен Бог и правду сам законом полагает, ни самому диаволу насилие соделати не хощет.... Сам Бог, Божие Слово, предвечный и невидимый.... нас ради человек в плоть оболкся и душе умней примешается, да Своею душею наши души осветив и Своею пречистою плотию нашу плоть падшую и осквернившуюся исцелить213».

§ 21. Ересь Матфея Башкина и Феодосия Косого;

обличение блаж. Зиновия Косому

Ещё не окончились неудовольствия на последние строгие меры против ереси Жидовствующих, как открылась в Москве новая ересь, вполне рационалистическая, – ересь Матфея Башкина.

Башкин открыт был сперва придворным священником Сильвестром Царю частно, потом допрошен и письменно, сознался пред Собором 1553 г., нарочито занявшимся ересью его214. По исследованию и собствен­ному сознанию, Пашкин:

1) считал предание Отцов за басни и о постановлениях Соборов говорил, что они писаны только по рассчётам властолюбия, самое Св. Писание изъяснял по-своему;

2) не признавал Сына Божия равным Богу Отцу, почему сочинил молитвы с обращением к единому Oтцу;

3) отрицал таинства Евхаристии и Покаяния, указывая в первой только хлеб и вино; а для прощения грехов считал достаточным, если человек перестанет грешить;

4) иконопочитание называл служением идолам215.

Ересь сия, очевидно, сходна с ересью Жидовствующих: но, по сознанию самого Башкина, учителями его были «Литвянин аптекарь Матфей и другой латинянин Андрей Хотеев», т.е. люди одного из западных исповеданий (§ 15).

Башкин наименовал своими последователями многих, между прочими – Артемия, отказавшегося пред тем от игуменства Сергиевой Обители, которому Башкин отдан был на увещание. На Артемия явились и другие доносители. Но обвинения в хуле Артемия на Св. Троицу, на Таинства, на иконы, Собор признал не доказанными; a зa неосторожность отзывов его, как лица духовного, о некоторых предметах священных и за неосновательность в поступках, лишили его сана и заточили в Соловецкий монастырь216. По летописи – Башкин говорил, что некоторые из заволжских (т.е. вологодских и новгородских) старцев благоприятствовали заблуждению его217. Курбский также пишет, что тогда «за Волгою прозябоша ругания». Но не все на деле были виновными. Собор подверг одних церковной епитемии, других отдал под монастырский присмотр, «да не сеют злобы своея роду человеческому»218.

Между зараженными вольномыслием Башкина особенно известны стали Феодосий Косой, распутный бродяга, и такой же товарищ его Игнатий. Феодосий был слугою одного боярина в Москве, но, обокрав его, бежал на Белоозеро и там постригся в монашество. За распро­странение нечестивых мыслей он (в 1555 г. ) был взят в Москву и заключен в монастырь. Но и отсюда бежал вместе с Игнатием, и оба скрылись в Литве. Здесь, сбросив с себя монашество, оба женились, – Косой на жидовке, Игнатий на польке, и стали новыми проповедниками. Около 1575 г. они являются на Волыни в имении Чаплиев, в которых нашли готовых слу­шателей219.

Koсой оставил и в северной России свои семена. Мысли его, как видим, довольно тревожили крылошан Хутынского Спасского монастыря. Благодарение благодати Божией, – крылошане встретились с таким человеком, который мог, к славе истины и Церкви, показать им значение мыслей Косого. – Это был самый даровитый слушатель пр. Максима Грека, смиренный инок Отенский Зиновий. Учение Косого, хотя и называли его крылошане новым, в сущности своей было то же самое, что учение Башкина. Только Косой был наглее Башкина, и начитав­шись социнианского учения, прямо высказывал самые дерз­кие выходки Cоцинa. Он прямо выставлял только один разум источником знания человеческого, прямо говорил, что смерть человеку естественна, а не есть плод вольного греха; троичности Лиц в Божестве, воплощения Сына Божия решительно не допускал, над всем внешним устройством церковным, над св. иконами, насмехался нагло.

Зиновий рассмотрел мысли Косого в том порядке, в каком передавали ему крылошане, присовокуплявшие по местам и свои частные сомнения. Рассуждения Зиновия спокойны, ответы обдуманны, опровержения верны, сведении изумляют обширностию. Зиновий читал Просветителя Иосифова, и сочинение его показывает, что он выполнил своё дело лучше предшественника, как и следо­вало: у него глубже и отчётливее, чем у Иосифа, рас­крыты начала христианской философии. Сочинение его до­стойно носит название: Истины показание к вопросившим о новом учении.

Ещё сильнее было обличение вольномыслию Косого то, которое заметил едва ли не сам Зиновий: «на обличение безбожные их ереси» (о иконах и мощах) прославлены чудесами мощи свят. Никиты Новгородского и две св. иконы220.

§ 22. Отношения северного православия к Лютеровой реформе

Движения Лютеровой реформы рано сделались известными Москве. Первым проводником мнений западной реформы служил для Москвы русский запад. Но на последователей реформы спокойно смотрели в Москве: их терпели более, чем папистов, которым не дозво­ляли иметь костела в Москве221. Это оттого, что ни Лютеране, ни Кальвинисты не соединяли с верою политических видов и не держались правил пропаганды. Царь Иоанн сам вызвал Немцев в Москву, как хороших ремесленников и солдат. Им назначено было место за городом222. По просьбе принца Магнуса, жениха царской племянницы, Царь (в 1575 г.) дозволил построить кирку в земляном городе, на Поганом пруде, в двух верстах от Кремля223. Впрочем эта терпимость вовсе не означала, чтобы сами Русские хотели быть протестантами. Немцам (так называли в Москве Лютеран и Кальвинистов с их отраслями) строго запрещено было распространять свои мнения между Русскими. А пр. Максим написал о Лютере как об иконоборце. При всём внимании к полезным чужеземцам, Царь хорошо понимал Реформацию; это видно из разговора его с Рокитою, пастором Богемских Братьев, бывшим в Москве в 1570 г. при польском посланнике224. «Вы хвалитесь, говорил Царь, вашею евангелическою верою: но так враждуете и несогласны между собою, что новым учением испепелили почти всю Европу... Вы приписываете оправдание одной вере: но Господь будет судить живых и мертвых по делам каждого. Если одна вера доставляет спасение: для чего же суд? Для чего в Новом Завете так часто одобряется важность добрых дел?... Все эти отступники от древней Церкви ни от кого не прияли власти учить и до сих пор не прославились никакими знамениями, как бы надлежало по слову Спасителя.... Вы живете, как свиньи, откармливаемые в пост: отвергаете различие пищи, отвергаете пост, который однако служит к укреплению души и тела, отвергаете по одной ненависти к Церкви, не смотря на то, что Господь заповедал нам бдеть и воздерживаться... Вы ненавистны Святым на небе; так как враждуете против них, порицаете и браните их, разрушаете храмы и алтари их, хотя они, обитая в вечном небесном свете, могли бы умолить за вас Бога и быть споспешниками вашими; даже и тогда, как жили они в смертной жизни, Бог столько возвысил и почтил их, что по их молитве изгонял бесов и воскрешал мертвых». Царь слушал и ответы Рокиты, велел записать их на славянском языке; отвечал и на возражения225. В разговоре с пастором Бокгорном Царь отличал доброе от дурного в Лютере, отдавая каждому своё; он говорил, что учение его было бы близко к истине, и что можно бы терпеть его, если бы Лютер, нападая с неуместным жаром на Папу, не нарушил древнего церковного порядка, – и своего знания Св. Писания не очернил низким отступничеством, свержением монашеской одежды и женитьбою на беглой монашенке»226. Спустя шесть лет после разговора с Рокитою, Лифляндский пастор, в разговоре с Царём, дозволил себе сравнивать Лютера с Ап. Павлом; Царь жестоко дал почувствовать пасто­ру дерзость его227. Таким образом лютеранство на севере не нашло себе приюта ни в одной русской душе.

§ 23. Печальное состояние просвещения на севере; горькое чувство нужды в училищах, почти не удовлетворяемое; монастыри с прежним значением для просвещения

Победы, какие одерживало в сем периоде православие над врагами своими, составляют самую отрадную сторону сего периода по отношению к знанию веры. Но иметь отвращение oт всего неправославного – не во всех может означать глубокое знание внутренней жизни православия. Заботливость, устремленная на ереси, отклоняла внимание oт внутреннего положения православных и православия, а счастие политическое, к несчастию, наполняло большинство лиц странною надменностию, которая всё своё считала образцовым, и за малость считала беспорядки своего невежества228.

В начале сего периода ещё видим училшца для первоначального образования, состоявшие под руководством священника или диакона. В одном из таких учился сирота Иванец, последствии Иона (в 1459 г.), Святитель новгородский. «Бысть в том училище множество детей учащихся», говорит жизнеописание; здесь блаж. Михаил Клопский сказал будущему Ионе: «Иванец, учися грамоте229; быти тебе в вел. Новгороде архиепископом». И Собор 1551 г. говорил, что «в прежния времена в Москве, в Новгороде и в других городах бывало много училищ, где учились грамоте, читать, писать и петь».

Не то было про св. Геннадие, Новгородском архипастыре (1485–1505 г.). Печальна картина его современному просвещению! «Вот, пишет он, приводят ко мне мужика; я приказываю ему читать Апостол, а он и ступить не умеет; приказываю дать ему Псалтирь, а он и по той едва бредет. Я отказываю ему, и на меня жалобы: земля, господине, такова; не можем добыть, кто бы умел грамоте. Вот и обругал всю землю, будто нет человека на земле, кого бы ставить в священство. Бьют мне челом: пожалуй, господине, вели учить. Приказываю учить эктению, а он и к слову пристать не может; ты говоришь ему то, а он другое. Приказываю учить азбуку, – и они, не много поучившись азбуке, просятся прочь, не хотят учить ее. А у меня духа не достает ставить неучей в священники. Мужики-невежи учат ребят грамоте и только портят; а между тем за учение вечерни принеси мастеру кашу да гривну денег, за утреню тоже, или и больше; за часы особо.... А отойдет от мастера, и ничего не умеет, – едва едва бредет по книге; а церковнаго порядка вовсе не знает.» Вот как готовили к сану учителей Церкви! Вот каковы были познания будущих наставников народа! Теперь поймите душевную муку тогдашних святителей; поймите глубокую скорбь, которой не мог вынесть святитель Феодосий, и отказался от сана. Геннадий прибавлял с скорбию о невеждах ставленниках: «православны ли они будут?» т.е. по опыту над Жидовствующими (§ 18.) видел он, что невежество – пища для ереси, так как своеволие мысли тёмной от самой темноты становится упорным и необузданным. Св. Геннадий умолял сперва В. Князя, потом умолял Митрополита, чтобы заведены были училища под надзором начальства. И каких училищ желал Геннадий! Слишком умеренны были желания его, так как не было и малого. «Совет мой, писал он, о том, чему учить, такой: сперва пусть будет истолкована азбука с гранями, потом подтительныя; за тем выучите твердо Псалтирь с возследованием; когда выучит это, может (учащийся) канонархать и читать всякую книгу230.» Вот и весь курс учения лучшего!

Не видно, чтобы и после горьких жалоб св. Геннадия было много сделано для образования белого духовенства. Вовсе не жаль, что, по особенному промышлению Высшему, Церковь Русская не видела и в это время между своими питомцами споров бездушной диалектики, отвлеченных мечтаний метафизических: ни схоластика, ни мистика не убивали сил и времени у Русских. Русские дорожили простотою веры. Но чего не требовала совесть под игом диких Татар, т.е. отчётливого верования, того не могла не требовать она, даже у большинства, во время свободы гражданской, особенно для Пастырей тем более стало нужным отчётливое верование, что, по переменившимся обстоятель­ствам, многие начинали уже не довольствоваться просто­тою веры и нравов (§§. 19–23.). Многие из князей и бояр русских ещё и в это время не умели писать231: но были уже из них и такие, которые за границею получали образование232. А духовное образование не имело и прежних средств. В половине XVI в. особенно жалко было положение духовного просвещения. Собор 1551 г. с скорбию говорил: «отцы и мастера (ставленников) сами мало умеют и силы в Божественном Писании не знают, а учиться им негде». И потому убедительно просил Государя завесть училища233. И тогда «были молодые люди с жаждою наук, с желаниями узнать Св. Писание.» Но вместе с тем были «мнящиеся быти учителями», которые смотрели на просвещение, как на ересь, – на чтение книг, как на путь к помешательству ума. «Какое несчастие, – восклицает к чести Русской Церкви сын её: -отнимают оружие, которым бы можно было обличат еретиков, а других исправлять, и врачевство смертоносным ядом называют!»234 Около 1555 г. заведены были первоначальные школы при некоторых церквах, и даже открыли было школу латин­ского языка: но последняя скоро была закрыта235. Царь пред тем временем вызывал в Россию иностранных богословов вместе с разными образованными людьми: но успех не соответствовал намерению, со стороны людей – по страстям людским, со стороны Промысла – в охранение Церкви от западного волнения мыслей236.

Таким образом, попрежнему, только смиренные Обители разливали свет духовный по России; в них, по-прежнему, живой опыт объяснял для души тайны веры и благочестия, и он же давал чувствовать превосходство чистой веры, пример святой жизни разливал из них свет и жизнь на современность. Христианская опытность давала чувствовать нужду в свете для себя и других. Св. Гурий, тот, который впоследствии завёл училища для успехов веры между мусульманами (§ 10), ещё в молодости любил просвещение, бедный дворянин, служивший богатому князю, он брошен был князем в глубокую яму, куда чрез три дня бросали ему сноп овса; некто вызвался приносить ему хлеб, но он просил доставлять ему бумагу и чернила; писал книжки для детей, и отдавал продавать, а цену раздавать нищим. В монастырских библиотеках хранились уже почти все сочинения Отцов в переводе славянском. Притом в некоторых Обителях преподавалось детям начальное образование237.

§ 24. Послания XV века; аскетические наставления пр. Нила; жизнеописания

Великие события XV века возбуждали живую деятельность в лучших Пастырях и Учителях северной Церкви, – и эта деятельность выражалась особенно в посланиях. Некоторые послания М. Фотия, послания святителя Ионы, по делу о разделении Церкви и по нравственным нуждам, отличаются живою искренностию благочестивой души и силою мысли. Некоторые послания пр. Иосифа удивляют богатством сведений и размышлений. Послание сродника его, Архиепископа Вассиана, на Угру к Иоанну III может быть поставлено в число образцов красноречия238. Послание Игумена Памфила к Псковскому наместнику (1505 г.) сильно ревностию против суеверий простого народа239. Вообще в посланиях XV в. дышит живое чувство и сила внутреннего убеждения, – чем внушают они невольное внимание к себе.

Того же века Нил († 1508), по фамилии Майков, по месту подвигов Сорский, воскреситель забытой дотоле аскетской жизни и учитель невиданный для той же жизни, писал послания и предание ученикам своим. Там и здесь содержание одно – внутренняя подвижническая жизнь, её опасности и средства спасительные, различные состояния души, скорби и радости. Путешествовав долго по Обителям Афона, прочитав сочинения всех лучших аскетов Востока, пр. Нил предлагает опыты их, поверенные словом Божиим и собственною опытностию. Сколько устав пр. Иосифа Волоколамского отличается внешнею строгостию, столько сочинения пр. Нила – глубокими сведениями о внутренней жизни во Христе. Оттого неудивительно, что уставы, подобные Иосифову уставу, писаны были у нас и другими, как то: Кириллом, Корнилием, и почти в каждой Обители, но учителем аскетской жизни остался у нас один Нил Сорский, великий Отец Русской Церкви240.

К прекрасным желаниям времени надобно отнесть желание сохранить в общей памяти жизнь Святых Русской Церкви241. Лучшие жизнеописания принадлежали бл. Епифанию, ученику пр. Сергия, Вассиану, Архиепископу Ростовскому (1468–1481), Пахомию Сербу242, Игум. Макарию243. Первый был совоспитанником Стефана в Ростове, у Сергия изучал опытную духовную мудрость, путешествовал по Востоку, – чего однако, не по примеру современников, не одобрял он в себе. Его описания житий Сергия и Стефана, при достовервости современника, а частию и очевидца, отличаются точностию историка, светлостию мыслей, живостию благочестивого чувства и последнее особенно дышит в его словах Сергию и Стефану244. Вассиан, с таким же красноречием, с каким написал он патриотическое увещание Иоанну ИII, подробно описал житие учителя своего, пр. Пафнутия Боровского. В XVI в., вследствие желаний Архиеп. Макария, особенно много написано жизнеописаний, частию вновь, частию же с переменою старого на новый лад; но немногие из них такие, которые не отличались бы всего более скучною говорливостию, пышным нарядом слов и бедностию мыслей; последнее у некоторых, а в том числе первое место за псковским священником Василием, в монашестве Варлаамом245, доходит до жалкой скудости смысла.

§ 25. Недостаток живой проповеди; суеверия и семена раскола

В продолжение сего периода, после поучений М. Фотия 246 , не видим на севере ни одного опыта живой проповеди храма. «Проповедей никогда не говорят», – говорил и современник-очевидец247. Мало по малу образовалась даже уверенность, что живая проповедь – проповедь ереси. «Проповедников нет у них; думают, что тем избегают разности в мнениях и ересей», – говорил другой иностранец248. Вместо того считали достаточным читать уставные чтения из древних учителей. Уставные чтения, без сомнения, дело полезное, как по содержанию, так и по тому, что установляли твёрдость в мыслях и жизни народа. Но без живой проповеди, не умеющие читать, каковых тогда было слишком много, не могли освободиться от невежества или суеверия, поучения для древнего времени и для страны другой не могли решать всех сомнений нового времени и земли русской. Недостаток живых наставлений лучшие чувствовали тогда и старались восполнять формами поучений для частных случаев жизни. Но нельзя написать столько форм, сколько может быть нужд душевных249. При не­достатке живого наставления, какие и знали молитвы, знали буквально, а не по смыслу; слушали или читали песни, молитвы, слова, чтобы только выполнить устав, дорожили буквами, теряя из вида дух их. Вместо того, чтобы изучить наставления святой веры, усвоить их размышлением и чувством, во время Стоглавника учились гадать по звёздам, по ладоням, смотреть в «Аристотелевы врата» и «воронограи», различать дни чёрные. Тоже – наука! Суеверия язычества и невежества, богохульное святошество доходили в народе до крайности, и так были обыкновенны, что заражали и сельское духовенство250. Таким образом семена раскола уже зарождались. При недостатке просвещения и живого наставления в вере, чем далее, тем более привыкали к сборникам старого, – освящали их как обряд, не различали хорошего от лучшего, верного от сомнительного, истину от заблуждения или от ошибок писца, уже начинали говорить: всё старое свято. Оставалось постареть одним ошибкам, расплодиться другим, окрепнуть в убеждениях ложных, чтобы открылся раскол.

§ 26. Пр. Максим Грек; борьба его с невежеством времени: а) по отношению к св. Писанию; Псалтирь его и других

При таком печальном положении времени прибыл в Россию Максим Грек251. Урожденец албанский, он, после домашнего образования, обучался в Париже, во Флоренции и Венеции; слушал там курсы Словесности, Истории, Философии и Богословия; знал много языков и частию церковно-славянский, который хорошо узнал в России; на Афоне несколько годов провёл он в подвигах иночества. При таких познаниях, Максим пламенно любил истину и не терпел суеверия. Отсюда каждый поймёт, что жизнь его в России могла быть тогда не иначе, как борьбою с невежеством. В. Князь вызвал его для разбора княжеской библиотеки Греческих книг, никому тогда у нас недоступной, и с тем, чтобы лучшее было переведено на Славянский язык.

Максим в первый pаз решился перевести Толкование на Псалтирь. После нашёл он в библиотеке Толкование на книгу Деяний, и также перевёл. Самым же лучшим трудом его для Св. Писания был перевод Златоустовых Толкований на Евангелия Матфея и Иоанна. Такой выбор предметов перевода сам собою показывал, кáк верно понимал Максим веру и то, чтó больше всего нужно верующему. Пастырь искренний в вере, каковым был М. Варлаам (1511–1521), с восторгом одобрил на Соборе первый труд Максима – Толкование на Псалтирь. М. Даниил (1522–1539), хотя желал видеть в переводе образцовый труд Златоустого, но, когда окончен был перевод, принял его холодно, он уже был недоволен Максимом. Он сильно желал видеть в переводе историю Феодорита; просвещенный Максим напрасно говорил ему, что такой труд не ко времени, послужит во вред простоте: Даниил остался в сильном негодовании на Максима. Был и ещё предмет спора, более важный. Даниил был из числа Иосифовских иноков. А ученик Максима, Князь Курбский, писал, что некоторые из Кирилловских и Иосифовских монахов «хульно говорили о Соборных посланиях Апостольских», будто «писали их старцы или пресвитеры церковные, а не Апостолы», и что будто титло «Апостоль­ския» дано им только для почести252. Такой предмет был так важен, что не мог молчать о нём Максим пред Даниилом. Он говорил: «Заповедию Божиею на­ложена на нас нужда громко проповедывать вопрошающим о евангельской и апостольской истине». И потому писал толкование на несколько изречений Св. Писания с опровержением ложных мнений о смысле их...

По воле святителя Филиппа 1-го (1467–1473), Фео­дор, новокрещенный еврей, перевёл с еврейского подлинника Псалтирь и книгу Есфирь: труд весьма замечательный253. Максим, не знавший еврейского, переводил Псалтирь с греческого254. Димитрий, бывший переводчиком у Максима, в 1535 г., перевёл с латинского Бруноново толкование на Псалтырь, с известием о древних переводчиках, где Брунон писал: «Веждь же, еже идеже в книгах В. Завета (в переводах) ложь открыется, тещи подобает к книгам еврейским древним, зане В. Завет первее в языце еврейском написан. Аще убо в книгах Н. Завета, тещи подобает к книгам греческим»255. Лучшие понимали это, – но их было не много.

§ 27. б) Борьба Максима с уважением времени к баснословным сказаниям сборников; умножение сочинений с именем древних Отцов – Златоуста, Мелетия, Феодорита и проч.

К. Курбский с скорбию писал: «Мнимые учители нынешнего века, грех ради наших, чаще занимаются болгарскими баснями, или, точнее, бабьими бреднями, чем услаждаются разумением великих учителей»256. И в предшествовавшем периоде довольно было между Русскими того, чтó называет Курский болгарскими баснями. Ко времени Максима число баснословных сказаний увеличивалось. Их списывали, и зная и не зная запрещение свят. Киприана257. В период первоначальной Русской Церкви писали Избopники, т.е. избранные, лучшие места из древних учителей; в век Стоглава забыли уже и слово «изборник», а писали только сборники, т.е. сбор всего, что попадалось под руки, верного и ложного, полезного и пустого, спасительного и вредного. Максим восстал против чудовищных сборников старого – не запрещением, а показанием нелепостей и ошибок в сборниках.

1. Его Сказание о Иуде предателе заключает строгий и основательный разбор Папиева повествования о Иуде, будто долго жившем по совершении предательства.

2. Обличительное слово лживому писанию Афродитиана Пеpca, которое простота того времени читала и переписывала, утешаясь с детским добродушием вымыслами Афродитиана. Максим показал, что это сочинение – нелепая смесь языческих верований с христианством, богов греческих с предметами неприкосновенными по святости, ложь с начала до конца.

3. Сказание противу глаголющих Христа во священство поставили кратко и умно опровергает повесть Епифаниева сказания о Богоматери, а это сказание встречалось едва не в каждом славянском сборнике.

4. Сказание о глаголющих, яко во всю Светлую неделю солнце не зайде, – писано против сочинения, встречающегося в славян. ркп. даже XIV века. Обличив суеверную нелепость повести, Максим говорит: «Не справедливо ли сказал я в начале, что великое зло – не знать Божественных Писаний (Библии), не испытывать их внимательно и с благорассуждением? Если бы знали это странные мудрецы последних наших времен; если бы здраво и разсудительно испытывали они Апостольския и Евангельския писания: они не соглашались бы так скоро с каждым невежественным и несвидетельствованным Писанием».

Нет сомнения, что ещё более говорил на словах Максим о славянских сборниках, хотя о нём кричали, что он портит книги. Было, о чём говорить. Невежество времени Стоглава, потеряв способность беседовать о нуждах души, и даже перестав верить в эту способность, полагало, что и другие неспособны к тому, и отселе наставления, слова русских учителей, каждую мысль русскую или болгарскую выдавало не иначе, как с именем то Златоустого, то Василия Великого, то Феодорита и Мелетия. Примером тому служат слова Кирилла святителя Туровского и Серапиона Владимирского епископа, которые в ркп. XVI века известны с именем то Златоустого, то Василия В.258 Если бы нужно было, могли бы выставить до сотни русских сочинений, с именами Великих Отцов Греции, или с неопределён­ным, но почётным названием: поучение св. Отцов259. Точно так явились с именем Феодорита и Мелетия260 скудные сказания какого-то бедного иконописца о сложении перстов для крестного знамения, – сказания, которых никогда не видела и не знала Греция, но которые простота писала и переписывала благоговейно, а дерзкое невежество готово было защищать с шумом.

IV. Богослужение на севере

§ 28. Народное усердие к храмам Божиим; пр. Максим объясняет внешнее богослужение и обличает слепое пристрастие к внешности

Пр. Иосиф, обличая Жидовствующих, говорил: «ничтоже тако обрадоватися нашу устролет жизнь, якоже в церкви красование»261. И усердие к храмам Божиим в самой большей части народа соответствовало такому отзыву о значении благолепия храмов. Москва, богатая тогда храмами262, особенно радовалась «дому Пречистыя Богородицы» (Успенскому Соборному Храму), когда увидела его в новом благолепии. Заложенный свят. Петром, он обветшал. Спустя 150 лет после трудов Святителя, М. Филипп 1-й приступил к сооружению на его месте нового храма, пригласив к участию усердие всех монастырей и церквей. Но землетрясение разрушило (в 1474 г.) неоконченный храм. Вызван был художник из Италии, в четыре года строение окончено; на пятом храм освящен М. Геронтием (в 1479 г.), с необыкновенным торжеством; В. Князь, Иоанн Васильевич раздавал от себя богатые милостыни; сам с сыном своим вносил в храм мощи Святителей Петра, Феогноста, Киприана, Фотия и Ионы; на следую­щий день угощал духовенство, причём прислуживал сам с сыном своим263. Общественные благодеяния особенно были поводом к созиданию благолепных храмов. Так, за разрушение похвал Седи-Ахмета Крымского на Россию (1459 г.), к алтарю Успенского Собора пристроен придел Похвалы Богоматери. Взятие Смоленска ознаменовано (в 1525 г.) построением храма и Обители (Новодевичьей), также во имя Богоматери. Победа над Казанью увековечена Покровским Собором264. Тогда ставили памятники не людям, а Господу. От Господа ожидали помощи, поспешая ставить обыденные храмы для славы имени Его, и по вере простой получали помощь, – избавлялись от поветрий и от мора265. Усердие к слушанию богослужения было жаркое: в конце XV в., в Новгороде, за исключением Обителей, было 44 храма, в которых совершалась ежедневная служба266. Сами В. Князья не иначе принимались за ежедневные дела, как отслушав службу Божию267.

Но, в последствии времени, Собор 1551 г. обличал тщеславие, строившее новые храмы и оставлявшее пустеть прежние; он же предписывал совершать службу Божию «чинно и безмятежно, каноны говорить (а не петь) со вниманием, хвалитныя стихиры и великое славословие петь, а не говорить»268.

Гораздо более видел и говорил мудрый Максим Грек. Он видел, что многие не понимают многого в обрядах богослужения. И потому объяснял то ту, то другую часть богослужения, пробуждая дремлющее невежество к бдению над мыслию. Особенно превосходно Сказание его, яко отнюдь не подобает внимати глаголющим не быти прочее Божественной Литургии, непоспевшим к чтению Божественнаго Евангелия. Здесь он обозревает части чина Литургии, объясняет значение каждой из них и показывает, какая часть самая важная. Сказание: о свышнем мире и спасении душ наших помолимся, – объясняет смысл сей ектении, так как некоторые до того были странны, что соединяли с словами: о свышнем мире, значение мира ангельского и молились за Ангелов269.

Не совсем нравились тёмному благочестию и эти сочинения Максима. Но особенно негодовало оно на Максима, когда обличал он пристрастие его к наружности. С ясным разумением христианского служения писал он два обличения тем, которые жили нераскаянно в грехах, а надеялись спастись тем, что каждый день читали каноны и молитвы святым270. Тверский Архиеп. Акакий, благочестивый и простодушный, построил великолепный храм; пр. Максим радовался усердию Пастыря и паствы. Но страшный пожар опустошил Тверь; и Акакий уныл, Тверитяне – ещё более. Максим написал Тверитянам, что благочестие их гнило, хотя и постро­ило великолепный храм, что Бог бедствием, постигшим их, обличает нечистоту сердец их. Максим огла­шен за то «акы хульник и льстив». Но его оправдал святитель Иоасаф271.

§29. Состояние богослужебных книг; М. Фотий; новая причина образованию странных мнений; Максим, исправляя, обличает порчу книг

Если в толстых сборниках житий и поучений найдены Максимом болгарские басни (§ 27): то не лучшее могло встречаться в книгах собственно богослужебных. И во время М. Киприана уже замечена была порча книг; преемник его, святитель Фотий, употреблял особенные меры к сохранению правильного чина богослужения в храмах, и к ограничению порчи книг. В 1416 г. он писал во Псков послание с пространным наставлением по разным пунктам церковного устава и обличал отступления от него. В 1419 г. он опять писал туда же послание пo тому же предмету. В 1430 г. новым посланием обличал oн там явные уклонения от православного чина Таинств и считал нужным, чтобы прислали к нему способного священника, которому он преподал бы наставления «о церковных правилах, о пении церковном и о св. службах»272. Святителю Фотию, без сомнения, ещё более, чем Киприану, пришлось видеть неисправности и разности в славянских книгах, так как при Киприане Сербе могли войти в Церковь русскую сербские обычаи, так же как при предшественниках Киприана – русские.

После блаж. Фотия не было уже у нас Митрополитов Греков, а книги умножались273. И это было новою, самою сильною причиною образования странных мнений в народе и чине церковном. Прежде Пастыри-Греки своим именем останавливали доверие к той или другой разности чина, и она теряла силу в народе. Но тогда как ни сами Пастыри, ни их помощники не знали греческого языка, эти разности оставались неприкосновенными. Сперва они оставались в рукописях незамеченные церковным начальством; потом там и здесь переходили в употребление церковное. В том и другом положении сперва не смели одобрить их, потому что видели несообразность их с общим, древним чином; но, чувствуя свою слабость, своё незнание чина греческого, не смели и отвергать, – терпели их, тем более, что обряд не вера, смысл веры может быть одним и тем же при обряде розном. А между тем своеволие тёмного, суе­верного смысла только этими странностями и питалось, не обращая внимания ни на веру чистую, ни на обряды лучшие; оно составляло сборники песней и молитв, по чувству набожности, а чаще только по подражанию набожности, но без сознания набожного; точно так же вводило в церковное употребление сочинения, не имевшие значения церковного и даже недостойные его274.

Так, ко времени темнаго Стоглава и мудрого Максима явилось довольно странностей, или, как говорили тогда же рассудительные, явились болгарския басни и порча книг стала грузом книг. Надлежало бороться и страдать даже и тому, кто стал обличать самые нелепые произволы, самую нелепую порчу книг богослужебных.

Вслед за тем, как пр. Максим окончил перевод толкования книги Псалмов (§ 26), В. Князь и Митрополит упросили Максима пересмотреть и исправить Триодь. Максим принялся за дело доброе с душевным усердием, он пересматривал и Часослов и Минею праздничную и Апостол. И что же нашёл он? Порча книг до того возросла, ошибки так были важны, что можно было думать, будто эти книги были в руках еретиков. Так Максим писал: «Я учу право мудрствовать о воплощшемся Слове, т.е., не глаголати Его единаго точию человека, как в ваших часословцах. Также исповедаю всею душою Того же Богочеловека воскресшим из мертвых, а не безконечною смертию умерша, как проповедуют его везде ваши толковыя евангелия. Я учу, что Он по Божеству не создан, а не то, что создан и сотворен, как богохульствовал Арий, и как везде проповедуют Его ваши Триоди, а вы не думаете исправлять их... Безначален Отец… А ваши часословцы проповедуют Его собезматерна Сыну275. Я нашел в 9-й песни канона Вел. четвертка: воспевают Отца нe суща естеством несозданна, – и не стерпел такой хулы; и исправил». В 8-й песни того же канона читали: Христа единаго два Мене познайте. В каноне на неделю Фомы воскресшая плоть Христова называлась неописуемою276.

Максим объяснял и причины таких грубых грехов. «Иные зависели, писал он, от недостатка разумения, или недосмотра, или забывчивости древних, достойных уважения, переводчиков, иные же от грубаго невежества и нерадения писцов». Относительно переводчиков Максим замечал ещё, что не всегда имели они под рукою лучшие списки, и потому вводили в перевод чтения неверные277. Писцы прибавляли один после другого ошибки к ошибкам, а иногда вводили младенческое мудрование. Всё это очень просто, очень естественно. Но не то же ли самое повторяют и ныне известным людям? И однако ж продолжают твердить: так в старых книгах! жить хотим пo старому, т. e., с старою привычкою к дурному!

Между теми, которые со радостию смотрели на исправление книг пp. Максимом, первым был благочестивый Митр. Варлаам; Князь-инок Вассиан разделял с Максимом труды исправления книг278.

§ 30. Обличение Максимом и Зиновием произволов в чтении Символа веры; мудрование Стоглава; происхождение разностей в чтении

Из частных произволов в чине богослужения один, и по предмету важный, обратил особенное внимание Максима; это произвол в чтении Символа, – о чём писал он Сказание, яко подобает известно блюсти исповедание православныя веры. Сказав, что Собор Вселенский подвергает анафеме изменяющих Символ веры, Максим пишет: «Не говори, что не велика особенность в мудровании, на которое отваживаются ныне. Анафеме подвергает она и вас, которые говорите: из Марии, а не Марии; чаем, а не чаю; жизни будущая веки, а не будущаго века». Чтó это за мудрость? Из слов самого Максима и ученика его Зиновия видно, что тогда, как Жидовствующие указывали на слово Символа: чаю, как на выражение нетвёрдой уверенности в воскресении мертвых, – мудрые времена Стоглава положили читать в Символе: чаем, думая усилить множеством лиц твёрдость ожидания, и они же с такою же мыслию вносили грамматически-бессмысленное чтение: жизни будущая веки. Максим говорит им, что жизнь будущая не есть малость, – жизнь есть Сам Господь Иисус. «Тот есть нам жизнь и воскресение. Сей жизни безконечной – Иисуса Христа жду, по значению греческаго слова, а не чаю, твердою и несомненною верою уповаю получить, а не будущая веки, по вашему младенческому мудрованию».

Другую подмену в Символе веры письменно обличал за Максима ученик Максима279. Бл. Зиновий пишет: «Захария (крылошанин) спросил меня: в Символе веры иные говорят: и в Духа Св. Господа, а другие: и в Духа Св. истиннаго. Есть ли в сем различие? – Если кто говорит (отвечал Зиновий) с правою верою и нелицемерно: думаю, не много тут разности, хотя слова не одинаковы. Я видел правила древняго письма, написанныя при Кн. Ярославе, cыне Владимира, и при Епископе Иоакиме, в начале крещения нашей страны. Там в изображении св. Вселенскаго Собора написано: и в Духа Св. Господа; не написано: и в Духа Св. истиннаго, но написано: Господа». Крылошане возражали, что Василий Великий в слове о вере не написал: и в Духа Св. Господа, а написал: истиннаго Духа. Зиновий отвечает: для Македониян не написал он: Духа Св. Господа; иначе они бросили бы книгу его; а он хотел, чтобы прочли ее, и другими словами научились, что Дух есть Бог». Наконец Зиновий говорит, что Отцы Соборов строго запретили прибавлять или убавлять что-нибудь в Символе веры280.

Стоглав пишет: «а в нецыих: и в Духа Св. Господа истиннаго; ино то не гораздо: едино глаголати – или Господа или истиннаго».

Вот сколько разностей в чтении одного Символа, даже одного члена о Духе Святом!

Откуда последние?

Чтение: и в Духа Св. истиннаго, одолжено первоначальным своим происхождением толкованию слов подлинника: Το Πνεῦμα το γίον, το Κύριον. В греческом толковании Символа (века XIV) писали, что член το пред Κύριον, самою неправильностию сочинения, указывает на особенность мысли, на то, что Дух Св. не есть преходящее явление силы Божией, а истинное, сущее бытие, Дух истинный 281 . Сим-то толкованием, переводчик ли смелый, или писец с младенческим смыслом, заменил в своём списке Символа слово: Господа словом: истиннаго. Толкование недальновидное (член τὸ, поставленный и перед Κύριον и перед   ζωοποιόν и перед прочими описаниями Св. Духа, показывает только то, что речь идёт об одном и том же Лице – о Св. Духе), а смелость и вовсе преступная; потому что прямо запрещена Вселенским Собором, да и много уже наделала бед для Церкви, отделив Запад от Востока. Но чтение взошло в славянскую рукопись, как входили другие произволы; а незнание списывало произвол безотчётно. К славе Русской Церкви, несомненные памятники доказывают нам, что этот произвол не принадлежит древней Русской Церкви; он перешёл в Россию с чужими рукописями, с рукописями сербскими.

В Русской Церкви сей произвол недальновидности послужил к тому, что злонамеренные коварно пользовались им к омрачению чистой веры в сердцах простых. Так дают видеть слова Зиновия и слушателей Косого. Скромный Зиновий, говоря крылошанам: «если кто говорит с правою верою и нелицемерно (неточное чтение члена)», даёт понять, что были и такие, которые говорили лицемерно, не с правою верою. А сами слушатели Косого довольно смело выставляют своё сомнение не столько в верности чтения члена, сколько в верности мысли о Духе Господе. Таким образом еретики, обманывая простоту, довели её до твёрдого убеждения, что член Символа о Св. Духе должно читать не иначе, как: и в Духа Св. истиннаго.

Отселе само собою становится понятым происхожде­ние другого чтения, которого не одобрял даже тёмный Стоглав. Младенческая мудрость, тревожимая выходками тайных врагов веры, положила утвердить православие соединением двух чтений: общего – верного, и редкого – произвольного. Думали: если будем читать: и в Духа Св. Господа истиннаго: то кáк это твёрдо! И это было не ранее, как около 1545 г.! Писатель Стоглава видел, что это уже слишком новая новость. И потому-то говорил: «ино то не гораздо». А поздняя простота доселе считает это за мудрость глубокой старины.

Примеч. 1. Памятниками того, что в древней Русской Церкви читали Символ согласно с точным текстом подлинника: и в Духа Св. Господа, служат, кроме виденного бл. Зиновием Номоканона Ярославова, Изборник Святослава, почти современник Кормчей Ярославовой, Миротворный Круг Геннадия, обличителя Жидовствующих, указываемые П. Иоакимом три рукописи: келейная Псалтырь пр. Зосимы Соловецкого († 1478), и два Требника – один афонский, другой переведенный в России в 1481 г.; а кроме того Соловецкая Кормчая (Соловецк. Библиотеки № 476), писанная в 1419 г. И М. Макарий писал не то, чтó записано в Стоглаве; в Соловецком Требнике его (№ 1085.) написано: «и в Духа Св. Господа животворящаго». Здесь же толко­вание: «не токмо глаголю: есть Дух, но верую в Онь, яко в Свята, яко в Господа, яко в животворящаго, понеже живот дает всем, и живот есть Сам». Точно так же написан член о Св. Духе и в келейной книге М. Ма­кария – в сочинении Григория Солунского, о чём писал П. Иоаким.

Примеч. 2. Мы сказали, что чтение: и в Духа Святаго истиннаго, не принадлежа древней Русской Церкви, перешло в наши рукописи из сербских рукописей. И указываем нa келейную Псалтырь М. Киприана, где в Часослове читается член Символа о Св. Духе так: и в Духа Св. истиннаго.

§ 31. Страдания Максима исправителя книг; его защищение делу исправления книг

Мрак не любит света. Пр. Максим, светильник веры чистой, обличитель невежества, менее семи лет пользовался благосклонностию В. Князя.282 Невежество скоро начало негодовать на Максима, сперва тайно, потом открыто. Недоставало случая, когда бы могло оно пасть гневом своим на Максима. В 1524 г. случай открылся. Пр. Максим не захотел одобрить преступного дела в самом В. Князе Василии, – развода с женою верною и брака с другою. В. Князь не мог снесть того. И те, которые давно ждали случая к суду на Максима, поспешили воспользоваться этим случаем. Его стали судить именно за исправление книг. «Он, говорили, отменяет слова по своему произволу, исправляет по своему разуму, без согласия и воли В. Князя»: последнее говорилось, чтобы ещё более вооружить В. Князя против Максима, которого он дотоле отличал уважением. По воле М. Даниила, давно негодовавшего на Максима (§ 26), в 1525 г. говорили эти обвинения на Соборе чудовский архим. Иона и коломенский епископ Вассиан Топорков. Максима обвиняли и за перевод толкования на Псалтирь, тогда как сами не знали греческой буквы; обвиняли и за то, что в его Триоди сказано было о седении Сына со Отцом: седел ecи, седев, и что воскресшая плоть Христова назвала описуемою. Преподобный искренно признал за ошибку поправку: седел еси, но бесполезно в извинение представлял тогдашнее своё незнание русского языка283. Напрасно доказывал, что воскресшая плоть действительно описуема. Его не понимали и не хотели понять. Ему оставалось просить о милости, и он просил прощения со слезами, и ради Господа. Но и это было напрасно. Его осудили, как еретика, богодухновенныя книги растлевающа, отлучили от причастия св. Таин, даже запретили ходить в церковь. В волоколамской темнице, куда бросили его, от дыма и сырости, от голода и оков, по временам доходил он до омертвения. Но здесь же явившийся ему Ангел сказал: «терпи, добрый старец! сими муками избавишься вечных мук». Спустя 6 лет (в 1531 г.), протодьяк Иван Чушка и несколько других снова обвиняли Максима на Соборе, что он русские книги хулит и отвергает. Как ни старались тогда закрыть свою неправду пред Максимом обвинениями в еретичестве и в преступлениях гражданских284: Максим отправлен был в тверской Отрочь монастырь без прежнего запрещения читать и писать книги. Здесь добродушный тверской Епископ Акакий утешал Максима своею любовию, тогда как запрещение хо­дить в храм и приобщаться св. Таин по-прежнему тяготело над Максимом. Получив дозволение иметь книги и писать, исповедник продолжал говорить правду о своём времени и, по низвержении Даниила (в 1539) г. ), писал публичные оправдания делу исправления книг. Святитель Иоасаф душевно уважал невинного узника; но ему надобно было бороться с страстями невежества, чтобы сделать что-нибудь для страдальца: узы твоя целуем, яко единаго от святых, пособити же тебе не можем, писал Святитель. Однако святой Иоасаф успел утешить Максима дозволением приобщаться св. Таин. В 1554 г. Максима, изнурённого страданиями, близкого к гробу, переселили в Обитель пр. Сергия, где принят он был с честию и где, сподобленный дара прозрения, скончался в 1556 г. Так целые 30 лет страдал преподобный!

Св. Максим и на словах и на бумаге много раз оправдывал исправление книг. На обвинение, будто отвергает он все русские книги, отвечал он, что «здесь на Руси книги не прямы; а иные книги переводчики перепортили, ино их надобно переводити»285. На него, точно так же, как впоследствии на святейшего Патр. Никона, кричали жалобу: велию, о человече, досадуемым делом (исправлением книг) прилагавши просиявшим в начале земли чудотворцем: они бо сицевыми книгами благоугодиша Богови. И вот ответ мужа благодатного тёмным ревнителям старины: «Овому, писал преподобный, дается Духом слово премудрости, овому же слово разума в том же Дусе: иному же дарование исцелений, иному же роди языков, а иному сказание языков. От сих убо явлено, яко не всякому вся вкупе духовная дарования даются… яко святии русстии чудотворцы, по дарованию, данному им свыше, возсияша в благоверной земли русстей, и богоноснии Отцы быша и суть, – и аз исповедую и покланяюся им. Но ниже роди языков, ни сказание их прияша свыше. Сего ради не достоит дивитися, аще утаися их, таковых сущих, исправление, еже ныне исправленных мною вещей». Затем показывает, кáк иноплеменник Иофор вразумил самого Моисея в нужде избрать помощников – судей; как Макарий В. вразумлен был отроком – пастухом относительно пищи; как пресвитер, зревший сослужа­щего ему Ангела, вразумлен был не Ангелом, а простым диакономи- не употреблять в службе слов Северовой ереси. «И бывшим во времена гонений святейшим архиереем и мучеником, ни един понос или досаждение прибысть от бывших после их различных исправлений Св. Писания В. Завета Симмахом, Феодотионом, Акилою и Лукианом пресвитером антиохийским, коемуждо исправляющу презреное прежде его бывшим переводчиком».

Так рассуждал великий муж Церкви Греческой и Русской!

§ 32. Исправление книг после Максима:

а) сборники Макария

Хотя пр. Максим тяжко страдал за св. труды свои, хотя люди тёмные не преставали соединять с его именем мысли о греховности исправления старины: но обличения и защищения его не оставались бесплодным семенем в лучших сердцах; они заставляли сознаваться, что сборники и книги церковные действительно худы, и что худое поправлять не есть дело худое, а потому надобно делать что-нибудь для улучшения книг.

На первый раз твёрдо уверились, что надобно выбрать из кучи книг сборники лучшего. Того по крайней мере усердно желали, и желали хорошего. Но выполнилось ли желание? Архиеп. Макарий ещё в Новгороде (1526–1546) по сей мысли составил три огромные сборника.

а) В 1527 г. написана Великая книга правила келейнаго и путнаго – полный устав и обиходник того времени; Иноческаго Требника не видно по рукописям южных Славян: по внешнему составу он – дело Макария286.

б) Великая книга Минеи четьи в 12 самых толстых книгах, писанных на больших листах; по словам самого Макария, над составлением их проведены целые 12 лет, издержки на бумагу и писцов трачены щедрою рукою. Приняв в основание своему собранию Прологá, Макарий прибавлял к тому не только полные жизнеописания Святых Восточной Церкви, какие только мог найти, не только Слова на праздники и дни Святых, но поместил в своих Минеях несколько Патериков, поместил целые книги некоторых св. Отцов и учителей древних; напр., в феврале написаны сочинения Симеона нового Богослова, Петра Дамаскина, Григория Синаита, в декабре – «Изложение веры и Диалектика» Дамаскина, его же «Об осми частях речи» с славянскими примерами; также толкования на кн. Прор. Наума, Аввакума, Софонии, Даниила; в сентябре – Маргарит, Евангелие и Апокалипсис Иоанна с толкованием и пр.; в августе – три разные толкования на Псалтирь. Это целая библиотека книг; мало трёх лет., чтобы прочесть её.

в) Книги, глаголемыя Кормчая, рекше правило закону (?), греческим языком номос, – греческий Номоканон, к которому прибавлены нe только правила Святителей и Князей Русских, не только постановления поздних греческих Пастырей и Царей, но весьма много такого, чтó только могло казаться правом церковным; напр., повествования Дорофея Тирского о двенадцати Апостолах, Епифания Кипрского о Пророках, Летописец П. Никифора, даже выписки из книги Еноха праведного287.

Нельзя не отдать чести благочестивому трудолюбию Макария. Он говорит о своих Минеях: «многи труды и подвиги подъях от исправления иностранных и давных пословиц, преводя на русскую речь, – иное же и до днесь в них не исправлено пребысть». Он не только собирал, но и исправлял древность. По его же сознанию, исправление его простиралось не на многое – на одни выражения иностранные и устаревшие, и даже в сем отношении исправление не кончено. Признание и труд достойные уважения! Что при этом не обошлось без ошибок письма, само собой понятно288. А чтó сказать о содержании сборников? Нет сомнения, что в них много превосходного. Но и сам Макарий сознавался, что, «может быть, на ряду с св. книгами помещено и ложное, неодобренное Отцами», почему молил Господа о прощении ему ошибок289. Пример явной ошибки – книга Еноха. Некоторые сочинения написаны вдвойне290.

Нe мало было опытов подобного рода, которые все говорили об одном: надобно исправить книги291.

§ 33. Собор 1551 г.; типография

Собор 1551 г. под председательством М. Макария горько жаловался на неисправность книг церковных, и вменил в обязанность протопопам и благочинным (по­повски старостам) исправлять церковные книги по хорошим спискам, и книг не пересмотренных не пу­скать в употребление292.

Скоро увидели, что это мало могло помочь горю. Когда в Москве стали покупать на площадях и пересматривать книги для новых церквей: между ними «мали обретошася потребнии, прочии же растлеши от преписующих, не наученых сущих и не искусных в разуме, ово же и неисправлением пишущих», т.е., порча до того возросла, что оставалось большую часть книг бросить в огонь293.

Тогда-то решились воспользоваться тем средством против заразы книжной, которым так давно пользовались в Европе и даже в южной нашей митрополии (§ 12), – решились печатать книги. Нужду в том чувствовали и прежде Собора 1551 г.294 Царь Иоанн Грозный в 1550 г. просил Датского короля прислать в Москву книгопечатников, и в 1552 г. прислан был королём типограф Ганс (Иоанн Миссингейм, Бокбиндер т.е. переплётчик книг). Впрочем, в Москве нашлись русские, знающие типографское дело. Диакон Иоанн Федоров и Петр Тимофеев приняли на себя (с 1553 г.) приготовить всё нужное для типографии. В Новгороде сыскался (1556 г.) резчик букв Василий Никифоров. Первые опыты печати, как и во всём, были неудачны: «малыми некими и неискусными начертаньми печатоваху». Потому не прежде, как уже в 1564 г., при М. Афанасии, напечатана была первая кни­га – Апостол295.

На первый раз много значило и то, что напечатанным Апостолом положили границу ошибкам и своеволию писцов в отношении к этой книге. И при издании Апостола ничего более и не имели в виду; так говорит само послесловие его296. Греческим же текстом не поверяли славянского: в этом каждый может увериться при самом беглом сличении последнего с первым. Да и едва ли кто из участвовавших в издании знал греческий язык: издатели называют текст Нового Завета текстом 70 Толковников; это явная улика в невежестве! Буквы и бумага Апостола прекрасные, но правописание – худое. Нельзя сказать и того, чтобы славянский список, с которого печатали, был лучший из современных, хотя они и все тогда были более или менее испорчены297.

Люди тёмные скоро восстали против благонамеренного дела – печатания книг, и не потому, что будто видели действительные недостатки его, нет, они восстали по своим страстям, – в числе таких людей из первых были те, которые кормились списыванием книг. Обманываемые своими страстьми, и всего более невежеством, они стали искать ересь в типографах. А возбудить против них подозрение тогда было нетрудно, так как в это самое время происходили строгие розыски по ереси Башкина. Стоило только сказать, что типографы в сношении с таким-то подозрительным лицом, и им не избыть беды. Невежество и злоба не замедлили огласить их еретиками. Диакон Иоанн и Тимофей, напечатав в 1565 г. Часовник, вынуждены были бежать из Москвы за границу. Народ, при слухе о ереси, о деле еретическом, взволновался, и самый дом типографский был сожжён. Однако Царь велел возобновить дело: в 1568 г. напечатана учеником изгнанников Андроником Невежею Псалтирь в Москве, а в 1578 г. она же – в Александровской слободе. Псалтырь издавали так же как Апостол, т.е., не заглядывая в подлинник298.

§ 34. Частные произволы неведения: а) хождение по Солнцу

Ничего нет удивительного, чтo к концу XVI века образовалось в России много частных, произвольных обрядов. Частию недальновидное благочестие, частию и произвол невежества чего не освящали в св. Церкви – и в России и в других местах? Предметы, на которые хотим мы указать, сами по себе менее важны, чем многое другое, так что могли бы и не занимать собою. Но печальную важность сообщила им печальная история русского раскола, почему, волею и неволею, надобно говорить и о предметах неважных.

Когда в 1479 г. освящен был в Москве соборный храм Успения Богоматери М. Геронтием: некоторые «прелестники» стали ставить в вину Митрополиту пред В. Князем, что при освящении храма ходили со крестами «не по солнцу». Князь, озабоченный неудачами прежней постройки храма, изъявил сильный гнев митрополиту, и говорил, «яко сего ради гнев Божий приходит». Митрополит в своё оправдание говорил, что диакон, кадя в алтаре св. трапезу, ходит не по солнцу. На стороне Митрополита были почти все архимандриты и игумены Москвы. А на стороне В. Князя были Ростовский Архиеп. Вассиан и Чудовский архимандрит Геннадий, – люди в других отношениях столько рассудительные. Последние выставляли какой-то обычай (чей? – не видно), но никакого письменного свидетельства; они только говорили, что пасхальным обхождением около храма знаменуется востание Христа – истинного солица299. Много спорили, но единогласного решения не было. В. Князь оставался недовольным на Митрополита, так что несколько новых храмов оставались целый год без освящения. Геронтий, чтобы успокоить других, решился оставить митрополию, и (в 1481 г.) удалился в Симонову Обитель. В. Князь снова начал доискиваться решения, и снова на стороне Митрополита было большинство голосов. Споры были жаркие, но «не обретоша истины», говорит Летопись. «Истина видима, заключает святитель Платон, что в сем никакой важности не заключается»300. В. Князь, наконец, сам просил Геронтия возвратиться на кафедру, предоставив ему действовать по усмотрению пастырскому.

Примеч. 1. Известно, что в первых печатных Требниках московских хождение «по-солонь» назначалось только при совершении брака. Но в Соловецком Требнике М. Макария (№ 1085.) и того нет. А в Служебнике, писан­ном в 7040 (1532) в Афонском монастыре, в чине освящения церкви, написано: «Подобает и се вести, яко, егда обходят церковь миросающе трижды, да не идут онако (на выворот, на отмашку, с поворотом на право, т. е., на Север), якож Латине еретики: но сице подобает, якож Св. дары, одеснио ся ити».

Примеч. 2. Если бы стали мы пересматривать все особенные обряды XVI в., то пришлось бы написать огромную книгу. Заметим некоторые. По Волокол. уставу, писанному игум. Евфимием (1575–1589), показано: а) совершать крестные хода аа) в день Благовещения, бб) в день Сретения (обыкновение древнее, но более западное, чем восточное). б) В Вел. субботу пред Часами игумен совершает Елеосвящение для себя и всей братии (обыкновение поздней Греции, но не сообразное с сущностию Таинства и начавшееся, вероятно, со времени чёрной смерти). в) В день Рождества Христова, и 25 марта раздавались свечи за службою и братии и мирянам. Ц. Иоанн Грозный поставлял во внимание Собору, что освящают воду не одним крестом, а иконами и крестами (7 вопр. из вторых вопросов). Не прежде как с XVI в. стал известен в Москве особенный обряд ваий: из Успенского храма выносили и везли на санях большое дерево, обвешанное плодами; мальчики в белых одеждах шли вблизи его с свечами; за тем следовало духовенство, и Митрополит на осле или белом коне, благословлявший народ. По сценическому характеру обряд сей принадлежит Западу, и в Россию перешёл из Иерусалима, где ввели его Латиняне (Акт. Эксп. 3. № 223.). В образец того, до какой степени невежество искажало значение свящ. обрядов и вещей, выставляем один пример. Стоглав, запрещая вносить брашна и питье в два отделения алтаря – в предложение и тайнодейственное, о третьем отделении выписывает след. слова из какого-то сочинения: «другой пол олтаря (т.е. διακονικὸν) кутейник зовется, и в него вносится о здравии коливо и канон и прочее брашно и на самое Воскресение Христово пасхи, сыры и яица... малые панихиды поют и приносят кутью и канон и прочее, еже церковником на потребу». Вот значение той части алтаря, в которой по древнему правилу должны находиться только свящ. сосуды и ризы!

Примеч. 3. Ко времени Стоглавника относится между прочим изменение и расширение крюкового пения, иначе, образование того крюкового пения, которое так нравится мнимым нашим старообрядцам. 1. Известны творцы этой новости: а) Главною школою искажения древности была Александровская слобода, столько известная по злодействам и лицемерно-набожным делам Грозного Царя. Здесь, вместе с Царём, занимались этим делом Иван Нос и священник Феодор, прозванием Христианин. «Иван Нос роспел и изъяснил триоди (постную и пасхальную), также Святым стихиры и славники. Да тот же Иван роспел крестобогородичны и богородичны минейныя». Феодор поп был «горазд знаменному пению, и мнози от него научишася, и знамя его и до днесь славно». б) Новгородец, Стефан Голыш, «ходил по градам и учил Усольскую страну»; он обучил у Строгановых своему мастерству Ивана, по прозвищу Лукошку, в монашестве Исаию. Степан Голыш «много знаменнаго пения роспел». Ученик его Лукошко «вельми знаменнаго пения распространил и наполнил». в) Учителем Носа, Голыша и Христианина был Савва Рогов, мастер пения, но не столько знаменитый, как был брат его Василий, в монашестве Варлаам. Василий, с 1587 архиепископ, а с 1589 г. митрополит Ростовский, был горазд знаменному, трестрочному и демественному пению, был роспевщик и творец». Эти братья были «родом Кореляне», т.е., Чухны. г) Новгородский монах и потом игумен Хутынский Маркелл Безбородый, известный по сочинению жития и канона Нов­гор. Епископу Никите (1557 г.), роспел Псалтырь; а некто Тверской диакон роспел стихиры евангельские. д) По словам инока Ефросина, известны были ещё учители пения Шайдур и Баскак. 2. Чтó же такое делали эти мастера? Чтó значат слова: роспел, распространил, наполнил? Мы знаем, что напр. стихиры Триоди пелись по нотам со времени Феодора Студита. Напротив, ни по каким памятникам не видно, чтобы в христианской Церкви пели, а не читали, Псалтырь. Итак понятно, что но­вые мастера положили на свои крюки церковные песни, иначе составили свои напевы для песней и свои значки для крюков, на место древних; мало того, они но духу благочестия Александровской слободы положили иа свои крюки очень многое такое, чтó до того времени только читали, а не пели. Отличие позднего крюкового пения известно: слова растягивались по крюкам до крайности, гласные удвоились и утроились, ударения переставлялись, так что русский здравый смысл тогда же называл эти напевы Хомовым или Хамовым пением, тогда как простое, естественное, древне-греческое пение называлось пением на речь (См. «Предисловие, откуду начася осмогласное пение», нап. в Чтен. Общ. Ист. М. 1846. № 3.) «Точию бо нашим пением глас украшаем и знаменные крюки бережем, а священныя речи до конца развращенны... и словенскаго нашего языка чужи, несвойственны и сопротивны. Где бо обрящется во священном Писании нашего природного языка, словенского диалекта, сицевыя несогласныя речи: сопасо, пажеру, вомоне, темено-имо, волаемо, людеми, сонедали?» Так писал о сочинениях Христиани­на и его современников инок Евфросин в 1651 г. (Ж. М. Нар. Просв, 1849. Февраль, стр. 159. 160.).

§ 35. б) В пении Аллилуия

В 1419 г. М. Фотий писал во Псков грамоту о разных предметах Устава, где о пении аллилуии так писал: «а еже аллилуия на слáвах, сице глаголи: слава Отцу и Сыну и Св. Духу… аллилуия, аллилуия, аллилуия, слава Тебе, Боже», и потом то же ещё два раза301. Наставление – коротко, и это показывает, что тогда во Пскове не было особого спора об аллилуии, а разве не было ли сомнения, возбужденного какою-либо рукописью? Содержание же правила, вместе с другими рукописями того же святителя, как равно и общий греческий Устав, показывают, какому правилу следовала тогда Греческая, а за нею и Русская Церковь, в пении аллилуии302.

Если в известном повествовании Василия о пр. Евфросине Псковском отделим верное от вымысла и вероятное от нелепого: то о пении аллилуии найдём у Василия следующее:

а) Около 1455 г. Евфросин ввёл в основанной им обители петь дважды: аллилуия, с прибавлением: сла­ва Тебе, Боже.

б) Новость Евфоросина так мало согласовалась с общим обыкновением Пскова, что возбудила против себя общее неудовольствие. «Утвердися, – пишет сам Василий, – прежде сего обычай един всем Псковичам, по мирским церквам и монастырским, всем троити аллилуия». – Пресвитер Иов, «муж смысленный, способный понимать Свящ. Писание, ревнитель благочестия и православия», диакон Филипп, «очень умный и с даром слова», особенно восставали против Eвфpосинa. – «Вся церкви Божия по всей земли нашей, – говорили они, – троят в законе аллилуия и с ними весь Псков».

в) Архиепископ Евфимий, к которому Евфросин обратился с жалобою на оскорбления, не запретил Евфросину новости его, предоставив обрядное дело совести его, но и Псковитяне оставлены при их обыкновении; а ещё менее архиепископ сочёл нужным вводить обычай Евфросина в Новгороде, так как церковный обычай «всей земли» русской был против него, и «мнози, – пишет Василий, – в чудесех просияша и в великих знамениях, трояще божественное аллилуия».

Таким образом, при жизни Евфросина, скончавшегося в 1481 г., за 70 лет до Собора 1551 г., обыкновение двоить аллилуия принадлежало только обители Евфросина, но не принято было ни во Пскове, ни в Новгороде. С чего Евфросин положил свой устав об аллилуии, Василий не говорит. Но так как, по объяснению Василия, сугубая аллилуия есть песнь воскресшему Богочеловеку, а петь аллилуия в славу воскресшего Христа принадлежало и принадлежит только Римской Церкви: то это даёт право заключить, что Евфросин, если не увлёкся внушением униата Исидора303, то соблазнился какою-нибудь рукописью Болгаро-Сербской Церкви, бывшей под влиянием Запада304.

По смерти Евфросина, обыкновение Евфросиновой обители в пении аллилуия стало приобретать себе некоторое внимание: – стали отыскивать основания ему. Переводчик Димитрий Герасимов, бывший в Риме, пи­сал Архиепископу Геннадию послание как о летех седьми век – предмете столько занимавшем тогда многих, так и о трегубой аллилуии 305 . Содержание Димитриева рассуждения записано в «Миротворном Круге» Архиеп. Геннадия: «О трегубой аллилуия иные убо единако судят; занеже трегубое аллилуия, а в четвертое: слава Тебе, Боже, являет триипостаснаго Божества и нераздельнаго, а сугубое аллилуия являет в двух естествах едино Божество. Ино как молвит человек тою мыслию, тако и добро. Аллилуия же толкуется: хвалите Господа, или Сущаго хвалите». Геннадий справедлив в том, что достоинство обряда зависит от достоинства мысли. Но он, конечно, примечал, что мысль: в двух естествах едино Божество не толковита.

Макарий, в звании Новгородского архиепископа (1526–1546 г.), в своей великой Минее за август поместил указ о трегубой аллилуии. Указ сей обличает Афанасия, ктитора обители св. Николая, писавшего послание в Соборы священникам (вероятно, псковские) о Св. Троице, сиречь аллилуия, с тем, что будто надобно удвоять аллилуия. Указ говорит, что двоение аллилуии раздирает Св. Троицу, что, следуя Апокалипсису и Псалмам, надобно не удвоять, в утроять аллилуия; в подтверждение приводит помянутое нами послание святителя Фотия и показывает, что обыкновение сугубить аллилуия принесено митрополитом Исидором. Наконец пишется: «иже поют мнози по дважды аллилуия, а нe трегубо, на грех себя поют и на осуждение. Тако подобает пети: аллилуия, аллилуия, аллилуия, слава Тебе, Боже; – первое аллилуия в славу Отца, второе в славу Сына, третье в славу Духа Св.; а сла­ва Тебе, Боже, – единосущному Божеству306.

Сей указ свидетельствует, что при Архиепископе Макарии явились некоторые защитники сугубой аллилуии; но Псковские соборы верно следовали грамоте Фотия, и архиепископ Новгородский написал указ о троении аллилуии с умными освоениями такому пению. Здесь прямо свидетельствуется и о том, что сугубая аллллуия дело – латинское.

К 1547 г. относится жизнеописание Евфросина, где Василий старается восхвалить сугубую аллилуию. Стоглав также не мог скрыть правды и писал, что во Пскове и Псковской области самою большею частию, и в обширной Новгородской области все храмы соблюдали правило о трегубой аллилуии; основанием же своего правила положил только сновидение, рассказанное Василием307.

Если присовокупить к сему, что как памятниками, предшествовавшими Собору 1551 г., так и Псалтырями святителя Филиппа мученика (1566–1569), трегубое аллилуйя освящается как обыкновенное церковное правило: то очевидным окажется, что сугубая аллилуиа даже в конце сего периода осталась только частным обычаем, хотя у людей подобных писавшему Стоглав она и заслужила уже уважение.308

§ 36. а) О крестном знамении

Царь Иоанн Васильевич между прочим предлагал Собору 1551 г.: «Крестное знамение не по существу полагается. А отцы духовные о сем не радят и не помышляют». Ответ, соответственный сему предложению, находим в Стоглаве следующий: «Такоже бы священные протопопы и священники и диаконы на себе воображали крестное знамение крестообразно и по чину, а благословляли бы протопопы и священники православных крестьян крестообразно же, якоже предаша св. Отцы. Такоже бы и детей своих всех православных крестьян научили и наказывали, чтобы ограждали себя крестным знамением по чину и знаменовались крестообразно». Затем строго запрещается «неистовое махание рукою по лицу».

Кроме того тут же (между 31 и 32 главою Стоглавника) читаем правило о двуперстном сложении креста с выпискою мнимых слов Мелетия и Феодорита (§ 27.).

Что Собор 1551 г. мог полагать определение о благочинном ограждении себя крестным знамением, записанное в Стоглаве, – в том нет причин сомневать­ся. Оно благочестиво само по себе, сообразно с пред­ложением Царя и другими памятниками того времени309. Поелику же имеем современное свидетельство о том, что это определение было предметом жарких споров на Соборе, кончившихся тем, что «не доспели ни­чего»310: то остаётся под сомнением: было ли это определение окончательно утверждено Собором?

Что касается до мысли о перстосложении для крестного знамения: то историческая критика не может допустить ни того, чтобы Стоглавник означал что-нибудь более, чем записки частного лица о Соборе, ни того, чтобы статья о двуперстии принадлежала Собору, а не писцу Стоглава. а) Пусть бы мысль о двуперстном кресте была выражена как-нибудь иначе, чем она изображена в статье Стоглава: тогда ещё можно бы было сомневаться, не увлёкся ли М. Макарий мнением времени? Но статья Стоглава о двуперстии писана самым тёмным невежею. Она, скажем словами современного Пастыря, «во-первых, не согласна с Словом Божиим, потому что в Св. Писании нигде не писано о том, что Иисус Христос благословлял двема персты; во-вторых, не согласна с древними, принятыми всею Церковию, Соборами и св. Отцами: ибо проклятия на крестящихся не двема персты никакие Соборы, ни св. Отцы не рекоша, и сие на них в книге Стоглава сказано ложно311. б) Статья о двуперстии не имеет связи с царским вопросом, говоря вовсе не о том, о чём спрашивал Царь, а это ясно показывает, что она принадлежит только писцу Стоглава. в) Как об аллилуии иначе думал М. Макарий, так и о сложении перстов для креста он одобрял совсем другое мнение, чем писец Стоглава: в своих Минеях он поместил Панагиотово осуждение двуперстию312. г) Известно, что благовещенский священник Сильвестр во время Собора был первым советником Царя и сильным лицом на Со­боре 1551 г. А в его Домострое читаем о перстосложении следующее: «сице должен есть творити кийждо благочестивый христианин крест свой: первеe убо да совокупит три персты своя за св. Троицу, великий перст и другие два, сущие близ его»313. д) Ни по чему не видно, чтобы статья Стоглава о перстосложении разослана была к епископам от имени Митрополита или от имени Царя, как одобренная Собором, а рассуждения Собора, коль скоро утверждались общим голосом, рассылались тогда в виде митрополичьей грамоты, или царского указа314. е) По памятникам видно, что только во времена Иоанна Грозного и появилось двуперстие крестного знамения, как обычай немногих, а потому, при совершенном недостатке опор в древности, некогда было мнению некоторых дойти до того, чтобы утверждено оно было многочисленным Собором 1551 г.

Примеч. 1. О крестном знамении свидательства греческой и русской древности показаны в истории первого и второго периода Русской Церкви. Здесь укажем на два несомненные памятника сего периода. В Троицкой Сергиевой Лавре а) покров шитый золотом и шелками, по воле В. К. Василия в 1524 г., представляет пр. Сергия молящимся; персты молящейся руки сложены точно так, как слагает их ныне православие; б) покров же шитый шелками при Грозном Царе повелением царицы Марии в л. 7080–1581 г. изображает пр. Сергия молящимся уже двуперстно. Вот и древность русского двуперстия!

Примеч. 2. Стоглав – не более как записки частного лица о Соборе 1551 г., а не канонический акт. В волоколамской записке о Соборе 1553 г. (ркп. № 404) сказано, что в 25 д. декаб. 1553 г. Царь говорил с М. Макарием и Епископами, «о прежнем соборном уложении, о многopазличных делах и чинах церковных, и по книге соборной чли, которыя дела исправилися, и которыя еще на исправилися». И Царь говорил: когда бы Бог помог, чтобы «вперед и прочия дела исправилися». По этим словам видно, что аа) в окт. 1553 г. существовали записки о Соборе 1551 г. «о многоразличных делех и чиних», но бб) дела, описанные в этих записках, по отзыву Собора 1553 г. не все исправилися. вв) Поелику же нынешний Стоглав о многоразличных делех и чинех заключает в себе ответы на все вопросы Царя: то остаётся заключить, что или многие главы Стоглава придуманы писцом Стоглава после Собора 1553 г., или же, хотя в Стоглаве записаны рассуждения Собора, но в таком виде, что многие оставались под сомнением, требовали пересмотpa и не получили силы соборного определения; в том и другом случае Стоглав, очевидно, не каноническая книга, а сборник мнений частных. б) Сличая главы Стоглава с теми митрополичьими и царскими грамотами, которые по содержанию сходны с главами, находим, что ни Царь, ни Митрополит не повторили буквально рассуждений Стоглава. в) По форме своей Стоглав аа) очевидное подражание земскому Судебнику, разделённому на 100 глав, притом подражание не умное, так как главы Стоглава разделены только числами, а не по содержанию. бб) Большая часть определений Стоглава ни в точном, ни в схожем виде не была разослана ни Царём, ни Митрополитом к Епископам; равно не был разослан Стоглав и в целом его составе. А в это время рассуждения Собора, в случае утверждения их общим голосом, рассылались Царём или Митрополитом к духовенству, как уже сказано выше. г) По содержанию Стоглав для самого беглого взгляда заключал в себе много такого, чтó не относилось к определениям Собора 1551 г. и чтó обличает в нём сочинение частного лица. Напр. 1 гл. предисловие к Стоглаву; 2-я гл. введение в Уложение с началом царской речи; в 3-й гл. продолжение царской речи и удивление Собора; в 4-й гл. – новая речь Царя; в 5-й царские вопросы, 6-я гл., с которой начинаются ответы на царские вопросы, начинается опять вступлением и притом странным: «Некогда вниде в слухы боговенчаннаго Царя.... Он же вскоре повеле исписати.... И зда на Соборе». Если Стоглав о происходившем в 1551 г. говорит: «некогда вниде»: то тут говорит не действующее лице Собора 1551 г., тем более, что и Собор выставляется делом прошлого времени. В гл. 98. совещание М. Макария с Царём, бывшее в 1550 г., след. не принадлежавшее к Собору 1551 г. В гл. 101 другое такое же дело – совещание Митрополита с Царём о церковных вотчинах, бывшее 21 мая 1551 г. Наконец, о предмете иных глав вовсе и помину нет в царских вопросах, тогда как Собор отвечает на вопросы Царя315.

§ 37. а) Наблюдение за иконописанием; соборное расследование о дьяке Висковатом, защитнике старых икон

К похвальным заботам сего времени относилась заботливость духовного начальства о лучшем писании св. икон. В доме М. Варлаама (в 1514 и 1518 г.) подновлены были Владимирские иконы Спасителя и Богоматери; сам Митрополит участвовал в этом благочестивом труде. При М. Данииле для той же цели приносимы были в Москву древние чудотворные иконы из Ржева, а при Макарии – Великорецкий образ свят. Николая.316

Собор 1551 г. требовал от иконописцев, кроме искусства в икопописании, неукоризненной жизни и поручал их надзору духовных отцов; епископам вменял в обязанность надсматривать за иконописанием, лучших иконописцев отличать вниманием любви, а неискусным и людям худой жизни запрещать писать св. иконы. Он же советовал следовать в иконописании лучшим древним образцам, указывая в особенности на иконы инока Андрея Рублева317. Сей благочестивый инок Андрониевской Обители, скончавшийся в 1430 г., по свидетельству пр. Иосифа Волоколамского, так любил священное искусство, что в праздничные дни любимым занятием его было рассматривать св. иконы и переноситься от видимого к невидимому.318

Строгие правила относительно иконописания совершенно были необходимы при М. Макарии. По дошедшим до нас иконам можем видеть, что в половине XVI в. так дурно, так уродливо были писаны св. иконы, как нельзя более, вкус испорчен был разными суеверными понятиями и своеволием грубого невежества319. И однако, когда стали приводить в исполнение определение Собора 1551 г., поднялся ропот, который нашёл себе пищу особенно в новых иконах благовещенской придворной церкви320. После пожаров 1547 г., в сем храме возобновляли иконы, и по распоряжению известного священника Сильвестра, новгородские иконописцы изобразили на стенах храма, вместо прежних предметов, историю творения мира, Символ веры, содержание некоторых церковных стихов в лицах, или, как говорили тогда, в притче, именно: Приидите людие, Триипостасному Божеству поклонимся; Единородный Сыне; Во гробе плотски. Когда окончено было стенное письмо, начались толки о новости; отставленные иконописцы явились первые с судом над новостию и распространили между простодушными подозрение. Дьяк Висковатый, как вероятно, по особенным видам против любимца царского Сильвестра, поднял открытое волнение, шумел, бранил новые иконы, а ещё более надзиравших за работою. Он указывал народу в Сильвестре и Благовещенском же священнике Симеоне сообщников Башкина (§ 21)321. Поднялось волнение. Вот первый пример того жалкого шума, какой доселе продолжают жалкие защитники дурной старины! В конце 1553 г. собрался Собор. Висковатый устно и письменно изложил сомнения о новостях, говорил, что другие изображения, кроме показанных седьмым Вселенским Собором, запрещены, позволил себе даже говорить, что лицо Бога Отца – лицо неизобразимое322. М. Макарий, которому вероятно, известны были иконописцы и их работа ещё в Новгороде, словесно и письменно разрешил сомнения Висковатого. Священники Сильвестр и Симеон оправдались в взведенных на них подозрениях, и первый присовокуплял: если некоторые изображения соблазняют народ, то благоволит Собор рассудить, не должно ли запретить их. Собор показал, что ни на седьмом Соборе и ни на каком другом не было запрещения новым иконам, а потому нет нужды запрещать новых икон за то, что они новы, указал в В. Завете явление Бога Отца в образе Ветхого денми, поставил на вид Висковатому и правило Трулльского Собора «не подобает пред людьми простыми учительнаго слова подвигнути, или учити, сан себе учительства утворяя, но внимати от Господа преданному чину». Висковатый принёс раскаяние. Собор за то, что он произвёл возмущение в народе и неспра­ведливо говорил, особенно об изображении Бога Отца, наложил на него духовную епитимию. Беспокойные сом­нения и неудовольствия продолжались однако в тёмных углах и после того, как показывают собою симонов­ские крылошане, разговаривавшие с Зиновием.

§ 38. Установление праздников святых Русской церкви и введение новых служб. Поминовение усопших и разрешение им

Общественное богослужение облеклось в сем периоде новым благолепием. В 1547 г., когда Иоанн был торжественно венчан царским венцом, Собором Московским определено привести в единообразие празднование Святым, новым чудотворцам Русской Церкви. Государь желал тем испросить благословения Святых на свой царский сан. Собор рассуждал: «их Господь Бог прославил, Своих угодников, многими различными чудесы, и знаменми, и не бе им до днесь соборнаго пения». Потому определено: 12 Святым, в том числе свят. Ионе Москов., Иоанну Новгород., кн. Александру Невскому, пр. Никону Радонеж. праздновать по всем церквам России; а 8 других праздновать на месте их подвигов и прославления323. Вслед за тем положено составить новые службы сим Святым и пересмотреть жития их.

По другим памятникам известно, что некоторым из Святых, помянутых Собором, как то Иоанну Нов­город., кн. Александру, местно праздновали и прежде сего Собора. Притом, за исключением сих двух и ещё Князей Муромских, все другие относятся по жизни на земле к 15 и 16 веку, и след. Собор предполагает, что прочим Святым Русской Церкви уже совершается память – иным во всех церквах русских, другим местно.

В 1518 г. Собор установил ещё совершать общее Поминовение по всем скончавшимся внезапною смертию. Это установление также не было новым. Кто в 15 в. в Москве и в некоторых других местах имели обыкновение – в четверг пред Троицыным днём рыть могилы для умерших бедняков, которых зимою ставили в ямах убогого дома; благочестивые разбирали своими руками телá, и с мыслию об общей тленности, не гнушаясь вида и запаха давно умерших, облекали их в саваны, предавали земле, потом пели панихиды в успокоение и тех, коих имена известны единому Господу. Обыкновение истинно христианское, как плод чистой и смиренной любви христианской! О нём отзывались с уважением даже иноверные иностранцы324.

Христианская любовь много заботилась в то время и о том, чтобы сопровождать отходящих в тот мир пастырским разрешением, -разрешительною молитвою325.

Примеч. 1. В уставе 1525. г. Месяцеслов содержит в себе имена почти всех русских Святых, какие были до исхода 15 в. (Востокова Опис. муз. 712). Свят. Иоанну Новгород. стали праздновать в Новгороде с 1437 г., когда обретены мощи его (Новг. лет.); пр. Варлааму Хутынскому повсемественно праздновали с 1461 г., по случаю чудес его (Соф. Вр. 2, 80.); Кн. Феодору Ярослав. празд­новали с 1463 г. (Соф. Врем. 2, 90–93 341.); Святит. Фотий, Киприан, Иона прославлены с 1470 г. (Соф. Bp. 2, 136. 137. 143.). Канон на обретение мощей и житие свят. Алексия сочинены Питиримом Еп. Пермским, ок. 1450 г. (Степ. Кн. 1, 445.).

Примеч. 2. Царь Иоанн (гл. 4. Стогл.) говорит, что в 1547 г. положено было праздновать новым чудотворцам, а в 1549 г. рассмотрены службы. В Румянцевом Сборнике служб и житий 16 в. (№ 397.), помещены службы: 1) Иоанну Новгор: 2) Знамению иконы Мирожской (в печат. нет); 3) Савве Вишерскому, соч. Пахомия; 4) Иоанну Рыльскому (из Болгарии); 5) Арсению Епископу Сербскому; 6) Аврамию Ростов.; 7) Ионе Новгород.; 8) Никону Радонеж. соч. Пахомия; 9) Кн. Александру Невскому, соч. Михаила, инока владим.; 10) Знамению иконы Новгор. и Кн. Всеволоду-первому, соч. Пахомия, второму, соч. Филофея (последнему нет в печ. Служб.); 11) Савве Сторожевскому; 12) Павлу Комельскому; 13) Михаилу Клопскому два канона – один Илии (в мире боярина Михаила, Соф. Вр. 2, 396); 14) Михаилу юродивому (в печ. мин. нет); 15) Кн. Всеволоду, соч. Никодима (не помещ. в печ. мин.); 16) Арсению Еп. Тверскому, соч. инока Феодосия в 1483 г.; 17) Евфимию Новг., соч. Пахомия; 18) Макарию Коляз.; 19) М. Ионе, соч. Пахомия; 20) Антонию, Иоанну и Евстафию литовск. Мучен. (в печ. нет); 21) Пр. Зосиме и Савватию Солов.; 22) Стефану Пермскому, соч. Пахомия; 23) Пафнутию Боровск., соч. Иннокентия; 24) Исидору юродивому; 25) Исаии Ростов. 26) Ефросину Псковскому, соч. Василия (панегириста аллилуии; празднование Евфросину и пp. Аврамию Смоленскому, по словам Стоглава гл. 43., определено Собором 1551 г.); 27) Георгию М. Болгарскому, соч. Василия; 28) Макарию Колязин. (в печ. нет); 29) Дионисию Глушницк.; 30) Кн. Петру и Февронии Муром. – один канон Пахомия, другой инока Михаила; 31) Прокопию Устюжскому; 32) Кн. Ольге; 33) Знамению иконы Чирской, соч. Филофея (в печ. нет); 34) Савве Крыпецк. – Василия (в печ. нет); 35) Александру Свирскому. Затем следуют жития тех же Святых (Востокова Опис. муз» 592–604.). Если смотрет на внутреннее достоинство житий и служб сих, то, по искреннему убеждению, надобно сказать, что в 17 в. судили ещё слишком снисходительно к немощам человеческим; многие службы и жития бедны и мыслями и чувствами. Кроме того игум. Маркелл написал два канона свят. Никите Новг., одобренные М. Макарием (Слов. писат.).

Примеч. 3. Богослужение облекалось в сем периоде новым благолепием как в отношении к действиям богослужеб­ным, так и в отношении к лицам священным. По памятникам не видно pанее 15 в. пономаря между духовными лицами сельского причта. Соборное определение 1551 г. о московских старостах говорило: «И пономарю достоит быти; не имеют ино» (Акт. Эк. 1, 222). След. и в Москве не везде были тогда пономари. Известен образец ставленной грамоты пономарю, данный новгор. Архиеп. Геннадием в 1504 г. «Се аз... поставил есмь (имярек, чьего сына) в священосци, единой жены мужа, а не вдову поиял (на которою улицю имярек Святаго): да имать власть свещи зажигати на табле.... также светиленца вжигати; и внегда иерей в перенос идет, дары нося потир и св. блюда, и он пред св. дверми в перенос свещи носит пред ереом (и) да держит молитву Иисусову во устех; и дору и Богородицин хлеб держит пред ереом он, держа молитву Иисусову в устех, внегда иерей заанвонную молитву говорит, и прочую службу совершает пономарскую» (Юридич. Акт. № 388.). Не потому ли дан образец ставленной, что самое поставление не совсем было в обычае? По грам. Apxиеп. Геннадия о дьячке двоежен­це, где он приводил греч. правило и о пономаре (Ист. Акт. 1. № 101), можно принять за вероятное, что на сии должности обращено было внимание на Соборе 1503 г. См. ещё Юрид. Акт. № 286. 287. 377. Акт. Эксп. 1. № 205.

Богослужение на юге

§ 39. Древний чин богослужения

В южной митрополии богослужение свободно совершалось по древнему чину. «В Полоцке и Вильне, – говорит очевидец Одерборн, – с особенным великолепием совершается богослужение. Здесь есть богатая утварь – серебряная и золотая. В Вильне 30 церквей, почти все каменныя».326 Заботились о распространении церковных книг – как о средстве поддержать православие, которому угрожало разноверие;– но о маловажных предметах не спорили327.

При издании книг ошибки писцов исправляли по возможности,-видели и разности в чинах328: но дальнейшее исправление предоставляли усмотрению и ревности свободного времени, и для букв невинных не поднимали шума и подозрений в ереси. Тех, которые были полезны по познаниям для издания книг и которых неразборчивое невежество выгоняло из Москвы как еретиков, с радостию принимали на юге, и пользовались их способностями. Taк приняты здесь изгнанники диакон Иван Феодоров и Тимофеев, и трудились с пользою для православия. Таким образом в южной митрополии все богослужебные песненные книги, за исключением миней служебных, были напечатаны, или употреблялись печатные ещё в сем периоде (§ 12).

V. Жизнь христианская

§ 40. Древний образ жизни в сем периоде; усиление пороков монгольских

Благочестие в сем периоде было ещё общим предметом помыслов для всех состояний русского народа – для князя и слуги, для инока и мирянина. Или, чтобы быть точнее, в сем периоде старались подражать благочестию предков, хотя в 16 в. было уже заметно ослабление древнего духа. В 1525 году, Тюбингенец, по исповеданию римлянин, так описывал жизнь Русских: «Каждый, коль скоро вступает в зрелый возраст… становится способным сознавать с сокрушением, что он грешен, немедленно идет и падает к стопам священника; с плачем или воздыханием исповедует ему грехи, по порядку, сколько может припомнить... Этому есть у них установленное время. Устав церковный понуждает их к тому каждый год в Пасху, а набожные не оставляют исповеди и в великие праздники. Тот, кто оставил бы это в Пасху, для всех был бы анафемою, предметом презрения, – его все стали бы удаляться и не пустили бы в церковь. Исповедник, чтобы быть достойным таинства Тела и Крови Господней, прежде должен несколько дней изнурять тело, порабощать плоть свою и принесть другие плоды покаяния… Посты наблюдаются с такою строгостию, что для каж­даго постнаго дня было бы осквернением питаться мя­сом или яйцами. Между тем есть между ними такие, которые, когда держат пост, не едят ничего, тем менее рыбы; иные в постные дни не пьют ни вина, ни чего либо подобнаго. Услышав это, мы так были поражены, что как бы потерялись: так нечестива показалась нам жизнь наша в сравнении с этими христианами. Как не льзя тверже уверились мы, что мы, которые много говорим себе о плодах веры, по плодам далеко хуже их... Они проходят и другия степени покаяния для умилостивления Бога. Такова особенно молитва. Они совершают ее так часто, что не скоро найдешь равных им. С каждым разсветом дня каждый из них повергается в прахе, изливает продолжительныя ежедневныя молитвы... И того не льзя опустить между другими похвальными делами их, что они собирают к себе нищих, которых каждый питает по мере средств; творит милостыню, сколько требует благочестие евангельское, одевает, поит, оберегает, сзывает странников, творит все другое, чем усовершаются чада Божии; они страшатся, не быть бы осужденными на том страшном суде Божием»...329

Самым обыкновенным пристанищем для бедности были кафедры епископов и монастыри, так что гражданская власть, по своим справедливым причинам, в 16 в. сделала ограничение330.

К прекрасным качествам, к качествам наследственным, и истинно христианским, относилось а) искреннее благоговейное повиновение воле Государя и властям его. Обыкновенное слово русской души было: «Так угодно Богу и Государю; ведает Бог и Го­сударь». Я видел, – говорит Герберштейн, – одного из знатных чиновников, бывшаго послом в Испании, седаго старца, который, встречая нас при въезде в Москву, скакал верхом, хлопотал, бегал, как молодой человек; пот градом тек с лица его. Когда я изъявил ему удивление, он громко сказал: «ах! господин Барон! мы служим Государю не по вашему»331. б) Отношение господ к крепостным слугам (холопам) и вольнонанимавшимся отличалось патриархальною простотою и добродушием. Закон не говорил о сем ни слова, но не было и нужды в том. «Если бы господин, – говорит Герберштейн, – стал худо обходиться с добрым и исправным слугою: он стал бы безчестным в глазах других, и после того ни один не пошел бы к нему в услужение»332. Послание св. Иосифа волоколамского вельможе служит прекрасным образцом тому, как духовенство научало вельмож заботиться об участи бедных крестьян333 . И не одним словом, но самыми делами своими духовенство учило христианскому обращению с крепостными и наёмными слугами, которых оно обучало ремёслам, ограждало от нищеты и пороков, вело к счастливой доле, со всею любовию и благоразумием334.

Так много ещё было теплоты в благочестии Русских 15 века! Подобное можно было видеть и в 16 в. Но благочестие 16 века, будучи подражанием древнему, не имело уже многого, чтó принадлежало образцу. И

а) мы видели, что Монголы научили русское правосудие жестокостям. Сперва ещё многого чуждались, как татарского; но в сем периоде монгольское судопроизводство мало по малу принято в полном его виде: приняты татарский кнут для преступников, жестокие судные пытки для дознания преступления; воров били палками по пяткам; разбойникам лили по капле на голову холодную воду, вбивали деревянные спицы за ногти335. И милосердие христианское могло делать только незначительные ограничения – отмену жестокостей в некоторые дни336.

б) Иго монгольское приучило русский народ к хитрости, как к средству самоохранения. В сем периоде привычка увеличила этот дар монгольский и лишила народ добродушной искренности. Худое скоро растёт в нас. Теперь не было искренности в обращении с другими, лгали и обманывали друг друга грубо337. И то же было в служении Богу: у многих обрядная набожность была делом не сердца, а обычаев времени, была церемонностию, без духа и силы: от того свободно господствовали между многими отвратительные пороки, к счастию не столько по онемению совести, сколько по осязаемому невежеству времени338. Жизнь Грозного Иоанна в Александровской слободе представляла образец такой жизни; это был обряд великолепно-набожный снаружи и пустой внутри. Там облечен он был и облёк черною мантиею 300 придворных своих, в 4 часу утра сам благовестил к утрени, сам читал и пел на клиросе. А между тем из храма шёл в темницу терзать невинных пытками; его слуги-иноки жили злодействами.

в) Обычаи, которые сперва хранили с тем, чтобы не казаться монголами, теперь стали освящать как долг веры. Таково стрижение бороды и усов, за которое не осуждали при равноапостольном Владимире, но стали осуждать в 16 в. То, чтó заслуживало укоризны, как выражение страстей худых, стали осуждать по одной страсти, по отвращению к Латинянам, которые однако стригли бороду и усы ещё во время соединения их с Востоком339.

§ 41. Испытание терпения страданиями на севере и утешения со стороны промысла

В продолжение 15 в. христианское терпение северной России подвергалось по временам жестоким испытаниям со стороны Татар. В 1410 г. Царевич Талыча тайно взошёл с войском во Владимир и предал всё грабежу и мечу. Соборный ключарь Патрик, сохранив часть церковных драгоценностей в надёжном месте, готовился к пыткам слезною молитвою пред иконою Богоматери. Татары вломились в храм, содрали с икон ризы и потребовали oт Патрикия прочей утвари, Патрикий молился. Они положили его на огонь, вонзали под ногти деревянные иглы: Патрикий терпел; наконец с страдальца содрали кожу, и он умер мучеником340.

Много раз Татары оставляли после себя в России трупы, стоны, пепел и нищету. Особенно тяжки были Мустафа в 1445 г. для Рязани, Улу-Мехмет в 1445 г. для Нижнего Новгорода, Мазовша в 1455 г. для Москвы. Конец истязаниям мусульманским положен мудростию и оружием Иоанна III-го в 1481 г.

В 16 в. средина царствования Иоанна Грозного (1548–1559 г.) славна была для государства, благодетельна для внешнего состояния Церкви (§ 10. 11.). Но в малолетство Иоанна (1531–1547), бояры душили друг друга и губили невинных в темницах. С 1560 г. Иоанн, испорченный в малолетстве, оставил себя на своей воле, и с того времени страсти молодых лет, гордость, кровожадность и подозрительность открылись в нём в страшном виде, превращали его по временам в лютого зверя. Опричники, введённые подозрительностию Иоанна, были достойные слуги его: развратные, готовые на всякую лютость и мерзость, они прослыли в народе кромешниками, от тмы кромешной, из которой, казалось, вырвались на землю. Расстроенный Иоанн убил собственного сына Иоанна, убил брата – храброго, великодушного Владимира. Лютость мук и смертей, которым подвергал он семейства и города, наполняют душу ужасом. Люди, проливавшие кровь за Церковь и отечество, вельможи, жившие для правды христианской, погибали в страшных пытках. Хотя время до некоторой степени приучило тогда к торпению: но чтó заставлял терпеть Иоанн и кáк терпели муки его, – такое терпение посылается только с неба, душам очищенным верою341. Своеволия Новгорода призывали на него суд царский: но Иоанн свиреп был в Новгороде как зверь. Священники и диаконы, около 500 иноков, истерзаны были смертями; в продолжение 5 недель каждый день топили в Волхове по 1000 и 1500 человек. «Помяни Господи дву тьму утопших Новгородцев», – записал в синодике Иоанн, хладнокровно смотревший на их страдания342. Ту же участь готовил он и Пскову: но Псков молился. С куском сырого мяса встретил Царя юродивый Николай. «Я – христианин и не ем мяса в пост Великий», – говорил Царь. «Но ты пьешь кровь человеческую», – отвечал ему праведник. Иоанн утих. Однако довольно пало жертв невинных. Святой игумен Печерский Корнилий (§ 17) и ученик его Вассиан умерли в лютых муках. И проповедник Лопарей блаж. Феодорит (§ 9) был утоплен Иоанном.343

Промысл не оставлял утешать веру особенными своими знамениями. Так в 1414 г. в отчине к. Андрея Дмитриевича, в Колочи, за 15 вёрст от Можайска, совершалися великие чудеса от иконы св. Богородицы. Слепые, хромые, расслабленные получали исцеление; 15 августа привозили икону в Москву, потом из Мо­сквы в Коломну, а отселе – в Можайск. А свидетелем чудес был между прочим учёный Григорий Семивлах, бывший в то время в Москве.344

§ 42. Попечительность церковного правительства о лучшей жизни мирского духовенства

И на севере и на юге в сем периоде принимали меры, чтобы жизнь белого духовенства соответствовала высокому званию духовных лиц.

М. Фотий, желая пресечь повод к соблазну остававшимся во Пскове Стригольникам, предписывал Псковичам – запретить вдовым священникам священнодействовать. Святитель Феодосий, тогда ещё как был ростовским архиепископом, писал пастырское послание к белоозерскому духовенству с обличением невнимания к духовному званию, собирал священников на епархиальный собор, дабы лично испытать знание и поведение и преподать наставления, как проходить служение достойно звания345. В сане митрополита (1461–1465) он каждую неделю собирал к себе священников и учил их, вдовых отсылал в монастыри, распутных и бросавших соху только для праздной жизни лишал сана или подвергал другому наказанию. Недостойных, к скорби его, оказалось много. Но народ худо понимал св. Пастыря, а ещё менее понравилось жить в монастыре отставленным священникам и диаконам, – и Пастырь пострадал. Вследствие распоряжений Пастыря много храмов осталось без священников: народ слепой в страсти к храму (§ 28.), подучаемый беспокойными людьми, поднял ропот, по­том дошёл до того, что стал клясть святителя Божия. Это глубоко оскорбило Пастыря, так что он сделался болен. Но и выздоровев, старец не хотел более управлять другими не по совести своей, и отказался от кафедры346. Однако во Пскове, чрез три года (1468–1469) также удалили многих священников от мест347. Собор 1503 г. постановил правилом, чтобы вдовые священники и диаконы не отправляли священнослужения, пока не решатся обязать себя монашеским обетом чистоты. Им предоставлено, если ведут они жизнь непорочную, причащаться в алтаре – иереям в епитрахилях, диаконам в стихарях, а за пение на клиросе пользоваться четвёртою частию доходов348. Отселе стали выдавать епитрахильные грамоты349. Точно то же определение постановлено и в южной митрополии Виленским Собором 1509 г. Но на севере это определение возбудило против себя горькие жалобы. «Пусть, – писал ростовский иерей Георгий, – подвергаются запрещению те, которые не соблюдают своего вдовства в чистоте. За чем же подвергать сему наказанию других, которые и без того уже наказаны свыше? Справедливо ли, что вдовый священник, постригшись, служит в городах и селах; а тот же священник, непостриженный, не может служить ни в пустыне, ни в городе»? Волоколамский Иосиф принимал на себя защитить ту мысль, которую решались утвердить Собором 1503 г. и которую отвергал Георгий. Хорошо зная, что запрещению служить вдовцам нельзя найти прямого оправдания ни в определениях соборных, ни в рассуждениях Отцов, Иосиф старался показать примерами, что и Отцы отменяли некоторые древние правила сообразно с нуждами времени: а в заключение прибавлял, что запрещение вдовцам совершать священнослужение – необходимая мера к прекращению зла – худого поведения многих. Сие-то рассуждение и принято за основание соборному определению 1503 г., определению, которое повторили и в 1551 г.350 Нет сомнения, что и Собор видел, и Иосиф чувствовал, что рассуждение Иосифово не решало справедливых возражений Георгия; а потому, если решились запретить священнослужение вдовцам, то это не по одной ревности к чистоте служения священнического. По соображении с духом времени, можем видеть, что к этому определению примешалось отвращение, какое тогда чувствовали у нас к латинскому безженству священства351. Думали: если без жены священник, то это латинский священник, и потому понуждали его облечься в иноческую одежду. Пусть жизнь его не становилась от того лучшею: но довольно казалось и того, что он не латинский ксендз. Это определение отменено было уже в 1667 г. Собором Патриархов.

§ 43. Северное иночество 15-го века: продолжающееся сильное стремление к пустынной жизни; Пр. Пафнутий Боровский; лавра Дионисия Глушицкого; Савватий и Зосима – Соловецкие

В 15 в. продолжалось сильное стремление к пустынной жизни, возбудившееся в 14 веке, и обнаруживалось в неодинаковом образе жития иноческого. Построенные пред тем Обители, особенно Лавра пр. Сергия, общежитие Кириллово, Феропонтова пустынь, цвели благочестием. Первую украшал пр. Никон, последнюю до­вёл до лучшего состояния пр. Мартиниан, надолго оставивший ей своё имя.

Пр. Пафнутий, на 20 году инок, обучался иночеству у старца Никиты, ученика Сергиева, в Высотском монастыре, он приходил по временам в Обитель Сергиеву видеть подвиги духовных чад Сергиевых. В 1444 году, в двух верстах от Боровска, основал он свой монастырь в честь Рождества Богородицы; число учеников умножилось до 100; св. старец, отличавшийся прозорливостию взора духовного и твердостию характера, скончался 83 лет, в 1479 году. Но в Обители его не было строгого общежития, как не было первоначально в Обители Сергия, Обитель Пафнутиева не приняла сего правила и от Иосифа Волоколамского352.

Дионисий Глушицкий был учредителем другой жизни, – он устроил Лавру в её восточном значении. Постриженник Кубенского монастыря, он искал пустынного жития на Кубенском острове, и сперва восста­новил упавший монастырь св. Луки, оставив в нём брата своего Пахомия. Потом, с другим братом, на р. Глушице избрал место для новой Обители, создал (в 1403 г.) храм во имя Покрова Богородицы; а когда умножилось число братии, отошёл для безмолвия в пустыню за 4 версты от Обители, поставил келлию в храме во имя Предтечи; но сей новой Обители заповедал не иметь особого настоятеля, а быть под управлением Покровского игумена. В двух верстах за Покровским монастырём создал ещё храм во имя свят. Леонтия Ростовского, и при нём общежитие монахинь, а за 18 вёрст храм Вознесения Господня и при нём Обитель иноков. Покровская Обитель ещё при жизни Дионисия называлась Лаврою, не только по множеству обитавших в ней иноков, но и по влиянию на окружавшие её монастыри Дионисия, скончавшегося в 1437 г. Лавра Дионисия украсилась подвижниками, каковы пр. Амфилохий преемник его, Макарий преемник Амфилохия, Тарасий игумен пермский, для Дионисия оставивший сан и 40 лет проведший в послушании Дионисию, Феодосий и другие353.

Одушевленные тем же духом пустыннолюбия, но с силою благодатной воли необыкновенною, пp. Caвватий и Герман удалились в 1420 г. на самый уединенный и холодный остров Соловецкий на Белом море; 6 лет провели они там в пещере, тогда как дикая природа не могла утешать их даже зеленью овощною. По смерти пр. Савватия прибыл в 1438 г. на тот же бесплодный остров пр. Зосимa. Долго подвизались два пустынника уединенно, сражаясь с негостеприимною, суровою страною. Восточные подвижники не знали таких суровых трудов. Из Новгорода присылались на льдистый остров один за другим три игумена, но они скоро оставляли дивных пустынников, устрашаемые суровостию места. Пр. Зосима и Герман тверды были в борьбе с природою; немало терпели и от страстей людских. Они построили церковь и оградили кельи деревянною стеною. Дикие Лопари, опасаясь уменьшения выгод своих в ловле рыбы и зверей, сильно теснили иноков. Игум. Иoнa, передав в 1452 г. управление собравшимися иноками пр. Зосиме, ходатайствовал в Новгороде от имени Обители о предоставлении инокам всего Соловецкого острова. Святитель Иона и светское правительство Новгорода грамотою утвердили за ними весь остров354. С того времени открылась свобода труду. Иноки сами стали рубить дрова и вываривали соль, частию и на продажу, а в другое время ловили рыбу, и таким образом в поте лица снискивали себе пропитание. Пр. Зосима вынужден был и сам отправиться в Новгород для Обители; гордая посадница Марфа сперва не допустила к себе старца, потом, узнав о славе его жизни, пригласила к своему столу. Преподобный во время стола проливал горькие слёзы и не вкушал ничего. На вопрос удивлённого тем ученика своего Даниила, св. старец сказал, что сидящие бояры сидят без голов. Прозрение святого оправдалось делом, когда В. К. Иоанн III вынужден был оружием смирять Новгород, возмущенный гордою Марфою, и казнил защитников бунта. Пр. Зосима скончался в 1478 году355.

§ 44. Строгие отшельники: Павел Обнорский, Савва Вишерский, Нил Сорский

Подвижники 15 в. не оставили неиспытанным ни одного рода подвижнической восточной жизни. Boт ещё три подвижника, сходные по тому, что были в собственном смысле отшельники, но не одинаковые по роду отшельнической жизни, – Павел Обнорский, Савва Вишерский, Нил Сорский чудные рабы Христовы.

Павел, с 22 лет инок, 15 лет проведший в уединённном безмолвии близ Сергиевой Обители, принял от пр. Сергия в благословение крест медный и в Комельском лесу поселился в дупле липы; здесь провёл он три года; потом на высокой горе, при р. Нурме, построил себе келью, по прежнему вдали от людей. Раз­бойники, думая найти у него сокровище, избили его, и связанного оставили полумертвым. Когда стали приходить к нему труженики, он, по благословению М. Фотия, основал для них в долине общежительную Обитель и храм во имя Св. Троицы356. Но не принял на себя звания игумена, а по прежнему жил один на горе, и только по субботам и дням воскресным приходил на общую молитву в храм; и только в эти два дня, в продолжение недели, вкушал пищу. Пр. Павел достиг редкой старости, скончавшись на 112 г. своей жизни (в 1429 г.)357.

Савва Вишерский, из рода бояр Бороздиных, ещё в молодых летах проводил жизнь в посте, усердно посещал храм Божий. Постригшись в одной из Обителей, он был примером послушания; сродники бояре радовались за него и говорили о нём с похвалою. Савва, опасаясь похвал более, чем оскорблений, скрылся из Обители; в виде нищего странника пришёл в Новгород, и в 7 верстах от города, на р. Вишере, построил себе малую хижину. Раз случилось, что некоторые увидели его на молитве, а лицо его покрытым комарами, и дивились подвижнику. Преподобный вслед за тем удалился на р. Сосницу, и там стал вести жизнь ещё более строгую. Сюда стали собираться к нему не для одного удивления, но и для подражания; здесь посетил его Архиеп. Иоанн (1388–1415), и присылал ему необходимое для жизни. Возвратясь на прежнее место на р. Вишеру, Савва, по благословению Архиеп. Симеона, построил (в 1418 г.) храм во ими Вознесения Господня, поставил кельи для братии. Но для себя самого построил невдалеке столп, и с него сходил к братии только в субботу и воскресенье для общей молитвы, и только тогда разделял общую трапезу. Преподобный скон­чался при святителе Ионе новгород. в 1461 г.358

Пр. Нил, из бояр Майковых, постриженник Кириллова монастыря, вместе с учеником своим Иннокентием путешествовал по Востоку, чтобы видеть и изучить жизнь подвижников, особенно афонских. По возвращении с Востока, на р. Соре поставил он крест, часовню и келью; а когда собралось несколько братий, построен был деревянный храм во имя Покрова Бoгоматери; как для себя, так и для учеников поставил он правилом не общежительное житие, а строгое скитское.

В завещании своём пp. Нил писал, что, хотя многие просят его, предъявляя желание жить с ним, но так как не многие оказываются исполнителями его правил, то и он не желает принять к себе многих359. А из грамоты В. К. Василия, данной вскоре после кончины пр. Нила, видно, что вся братия скита его состояли из иеромонаха, диакона и 12 старцев360. В завещании ученикам пр. Нил так изображает внешнюю сторону скитского жития: а) Пропитание снискивать трудами рук, но не заниматься даже земледелием, так как оно по сложности своей нe прилично отшельнику. б) Только в случае болезни или крайней нужды принимать милостыню, но не ту, которая могла бы служить кому либо к огорчению. в) Нe выходить из скита. г) В церкви не иметь никаких украшений из серебра, даже и для св. сосудов, а всё должно быть просто. д) Здоровые и молодые должны утомлять тело постом, жаждою и трудом, а старцам и слабым дозволяется некое успокоение. е) Женам отнюдь не входить в скит. – Не многосложно правило для наружной жизни. Но преимущественный труд и подвиг скитского жития состоит во внутреннем подвижничестве, в бдительности над состояниями души, в очищении её молитвою и богомыслием. Сие-то подвижничество пр. Нил изображает довольно подробно в завещании для учеников своих (§ 24).

Во всю жизнь оставаясь ревнителем крайней чистоты и смирения, пр. Нил пред смертию своею, последовавшею в 1508 г., писал о себе: «Молю вас, повергните тело мое в пустыни, – пусть съедят его звери и птицы; понеже согрешило есть и погребения к Богу недостойно есть. Аще ли сице нe сотворите, и вы ископавше ров на месте, идиже живем, со всяким безчестием погребите мя». В 1569 г. Царь Иоанн IV, посетив скит пр. Нила, повелел было вместо деревянной церкви построить каменную. Но пp. Нил в сонном видении по­требовал, чтобы отменено было повеление. На земле и на небе Нил любит простоту отшельника.

§ 45. Жизнь монашествующих в 16 столетии

Жизнь монашествующих с 16 века, когда начались споры о церковных имениях, подвергалась нареканиям (§ 6). При значительных имениях, какими владели многие монастыри, казалось, естественно было завестись роскоши и неге, а за тем последовать сильному расслаблению благочиния. Но вот что писал Зиновий о современных монахах: «Плакать мне хочется от жалости сердечной. Доселе приходит мне на память, как видел я монахов некоторых из тех монастырей, которых осуждают за деревни. – Руки скорчены от тяжких страданий; кожа как воловья и истрескалась; лица осунувшияся, волосы растрепаны; без милости волочат и бьют их истязатели (сборщики податей), истязывают как иноплеменники; ноги и руки посинели и опухли. Иные хромают, другие валяются. А имения так много у них, что и нищие, выпрашивающие подаяния, более их имеют. У иных пять или шесть серебряных монет, у других две или три; а у большей части редко найдешь и одну медную монету. Обыкновенная пища их – овсянный, невеянный хлеб, ржаные колосья толченые, и такой хлеб еще без соли. Питье их – вода, вареное листье капусты; зелень достаточных – свекла и репа: если есть овощи, – то это рябина и калина. А об одежде что и говорить?361. Иностранцы, бывшие в Москве в 1553 г., показывая, что «в Московии весьма много иноческих Обителей», пишут: «Там разрешены только соленые припасы, молоко и сыр... В четыре поста совсем не едят рыбы, а только соленую капусту и огурцы; питье употребляют самое слабое и нехмельное; каждый день совершают богослужение. На утреннее молитвословие собираются очень рано и оканчивают на разсвете... Во время обеда и ужина слушают толкование Евангелия362.

Тем не менее справедливо, что в числе подвижников 16 века немногих видим равных великим подвижни­кам 15 в. Тогда, как число прославленных Богом из скончавшихся с 1420 до 1500 г. простирается до 50, – то же число не получается из сложности подвижников, скончавшихся с 1500 до 1600 г.363

Ослабление пустынной строгости, заметное с 16 века364, зависело особенно от двух причин, – от помещения в обителях бояр, часто невольного, и от такого же пострижения вдовых священников и диаконов. – Как бы строго ни наблюдали настоятели за сохранением правил монашествующих: невольные постриженики – ненадёжные слуги Божии. Положим, со временем нужда приучала их к монашескому затвору: но до того времени каково было от них монастырю! Люди, привыкшие ни в чём не отказывать себе, могли ли скоро расстаться с своими привычками, даже с одною привычкою к независимости?365 После того надобно присоединить к числу причин ослабления пустынной строгости и многозаботливост об имениях недвижимых. Хотя управление ими возлагалось на немногие известные лица: но разные неприятности и неустройства управления развлекали внимание и всей Обители, притом смотреть на мир – не то, что иметь в виду только Бога и святых: пример мира заразителен, по крайней мере для слабых.

§ 46. Введение общежития в новгородских монастырях и распространение на другие; подчинение одних монастырей другим

Устройство многих Обителей потребовало в 16 веке преобразования. Тогда как многие из московских монастырей, по учреждению свят. Алексия и пр. Сергия сохраняли чин общежития, почти все новгородские монастыри, в том числе и Антониев, до 1527 года не имели сего чина. «Каждый, говорит летопись, в своей келье имел трапезу, все отягчались житейскими печалями.» При таком устройстве, в лучших из сих Обителей было «по 6 и 7 братий, а в прочих по два и по три»366. Некоторые имели у себя приходы наравне с церквами приходскими367. В 1528 г. Архиеп. Макарий собрал к себе игумнов Обителей новгородских и предложил им принять устав строгого общежития. Из 18 Обителей, бывших без сего устава в Новгороде и близ негo, только две отказались принять сей устав: «в том безчинии обыкоша жити». Иначе во всей епархии стали вводить строгое общежитие. Следствия сего скоро замечены. «Когда устроились общежития, продолжает летопись, тогда начала умножаться благодать Божия, благочиние усилилось, число братий увеличилось: где было 2 и 3 брата, там явилось 12 и 15; где было 6 или 7, там – 20 и 30, а в иных 40 и более»368. Тогда же Архиепископ, следуя строгому наставлению М. Фотия, назначил для инокинь особые монастыри, поставив над ними игумений, а игуменов, дотоле заведывавших женскими обителями, вывел в мужские Обители369. Тем монастырям, которые изъявляли желание принять строгое общежитие, Архиепископ давал от себя грамоту благословения, с объяснением чина общежития370.

Когда Макарий возведён был на митрополию: он стал заботиться, чтобы и по всей митрополии Обители, не имевшие общежития, подчинились уставу общежития. Но это не так легко было привести в исполнение. Привычка не только иноков, но даже людей сторонних для Обители, удерживала желания при старине. Оттого иноки некоторых московских монастырей обратились к Ц. Иоанну IV с прошением, чтобы он одобрил их желания общежития и содействовал исполнению желания371. Известна и грамота Митрополита с благословением на общежитие372.

То же желание лучшего порядка и большего усовершения в жизни духовной располагало искренних ревнителей благочестия отдавать малые Обители в надзор и управление Обителей, процветавших благочестием, какова была Лaврa пр. Сергия373.

§ 47. Знаменитые подвижники 16-го столетия: отшельники и общежительные

Из числа подвижников 16 стол., проводивших отшельническую жизнь, особенно известны пр. Нил Столбенский н Никандр Псковский.

Постриженник Крыпецкого монастыря, Нил жил несколько времени в пустыне Ржевского монастыря; в 1528 г. некий голос вызвал его на озеро Селигерское. В семи верстах от Осташкова он выкопал пещеру, устроил в ней келью и часовню, 27 лет проведены им в сем уединении для спасения своего и тех, которые приходили к нему. Ископав своими руками могилу, преподобный отшельник скончался во Господе в 1555 г.374

Никон, так назывался пр. Никандр в мире, выучившись читать и понимать св. Писание, в молодых летах скрылся в безлюдное место на р. Демьянке, между Псковом и Порховом, поставив келлию, питался здесь одними растениями. Когда народ, узнав, стал посещать его: Никон пришёл в пустынь Крыпецкую и постригся в монашество, но скоро удалился опять в прежнее уединение, где провёл 15 лет. Посетители заставили его снова идти в Крыпецкую Обитель, где поручены ему были должности. Верность его долгу навлекла на него неудовольствия, и он поселился в трёх верстах от Обители; те же клеветники вынудили его уйти и отселе, и он, пришед в уединенное место, пробыл там до кончины, последовавшей в 1582 г.375

Из обретших спасение в общежитии особенно славны Пр. Даниил Переяславский, Иосиф Волоколамский и Александр Свирский.

Пр. Даниил сперва 10 лет жил в Пафнутиевом Боровском монастыре, где и пострижен был; проведя потом два года в пустыне, перешёл в Переяславский Горицкий монастырь; здесь подвизался он 30 лет и был архимандритом; любимым подвигом его было принимать и покоить странных, погребать умерших бед­няков, которых он своими руками переносил в убогий дом, а потом в могилу. Здесь-то, на месте убогого дома, поставлено было им сперва несколько келлий, а с 1508 г. устроилось полное общежитие, и пр. настоятель (в 1510 г.) переселился из Горицкого для управления общежитием Троицкой Обители. – На 81 г. от рождения св. старец переселился на небо, уважаемый князьями и народом376.

Пр. Иосиф, знаменитый защитник св. веры, был столько же усердным подвижником благочестия. Постриженный пр. Пафнутием Боровским, он по кончине его был избран в игумены. Иосиф был самым пламенным чтителем общежительного чина монашества. Он предлагал чин сей Боровской братии; и когда предло­жение нe было принято, тайно скрылся из Обители. В виде простого послушника пришёл в Белозерский Кириллов монастырь и несколько годов изучал опытом установления Кириллова общежития, не знаемый никем. Когда же узнали в нём не безграмотного послушника, каким он казался, он возвратился в Пафнутиеву Обитель, снова предложил братии общежитие: предложение опять было отвергнуто, – и Иосиф (в 1479 г.) удалился с несколькими братиями в Волоколамск, испро­сил у князя место для Обители и устроил её по чину общежития. Впоследствии он изобразил на письме устав Волоколамского монастыря, отличающийся особен­ною строгостию. 37 лет пробыв начальником устроен­ной им Обители, пр. Иосиф скончался в 1516 г.

Александр, основатель Свирского монастыря, ещё в юности соблюдал строгий пост, вкушая раз в день, и молился по ночам. Родители дивились тому, а мать с скорбию говорила: за чем ты так изнуряешь тебя? Он отвечал: за чем ты отклоняешь меня от святаго воздержания? Родители хотели, чтобы он вступил в брак: но он скрылся в Валаамский монастырь; здесь постригшись пробыл 13 лет, и в 1487 г. отошёл в пустыню Свирскую, где в тесной хижине провёл один 7 лет. Когда же стали приходить к нему труженики, он построил небольшую Обитель, принял священство и управление пустынным общежитием; в 1506 г. построен был храм Св. Троицы, и святитель Серапион почтил преподобного саном игумена. В cане игумена пр. Александр делил с братиею все труды: в хлебне месил тесто и пёк хлебы, носил воду, рубил дрова, молол рожь; на все труды являлся пер­вый, а одежда его была ушита заплатами. Преподобный воспитал многих искренних подвижников благочестия377. Украшенный даром прозрения, он скончался 85 лет в 1533 году, оставив братии в наследство нищету: «Бог дал, – писал он в завещании, – до­селе рассчитываться не о чем, казны монастырской нет»378.

§ 48. Юродивые 15 и 16-го столетия

Юродством для Христа очистились и прославились в 15 стол. четыре подвижника: Максим Московский, Михаил Клопский, Исидор Ростовский, Иоанн Устюжский.

Бл. Исидор родился где-то в Германии и воспитан был в римском исповедании; родители его были славны и богаты: но он оставил их и латинское исповедание, принял юродство, отправился видеть православие греческое на Востоке, и остался в Ростове. Здесь жил он на открытом воздухе, как птица, единственным покровом его был шалаш из хвороста, среди болота: так жил он и в стужу и в зной, но за то Господь прославлял его чудесами, ещё прежде бл. кончины, последовавшей в 1474 г.

Михаил был родственником князей московских, но покинул всё для Бога. Во время утрени, в келлии одного Клопского новгородского старца явился человек в рубище, за книгою Апостольских Деяний, которую списывал при свече, старец испугался, игумен изумился: чудный пришлец пел потом за Литургиею, читал Апостол, читал житие за трапезою; игумен назначил ему келлию: но никак не могли узнать, кто и откуда сей пришлец? Это был блаж. Михаил. В келье своей спал он на земле, не имел даже рогожи, ел однажды в неделю. Людям являлся как юрод: но вразумлял дурных людей то любовию, то чудесными наказаниями. Новгороду предсказал он паде­ние его в час рождения Иоанна Грозного. Блаженный почил в 1452 г., проведя 44 года в Клопской Обители379.

Иоанн, по месту рождения и подвигов Устюжский, лишившись отца и возбужденный примером матери инокини, а впоследствии игумении, посвятил себя богоугодной жизни юродства и скончался в 1494 г.380

В 16 стол. на трудном пути юродства много являлось путников: но являлись и неосторожные, ко вреду себя и к посрамлению св. пути381. Тем не менее довольно было и таких, которые проходили этот путь с верным сознанием высоких требований его и с искренним покорением себя тяжелому игу его; шли с твёрдыми надеждами и достигли того, чего надеялись за гробом. Таковы Иаков Боровицкий, Василий и Иоанн Московские, Николай Псковский.

Бл. Василий, в юности оставив дом родителей, не имел пристанища до гроба, а жил на улицах в Москве; днём ходил из храма в храм, ночью ложился на паперти церковной. Он бегал людей, но народ любил и искал его, чтобы слушать наставления. В 1547 г. 20 июля, Василий в Воздвиженском монастыре на острове стоял пред храмом и проливал горькие слёзы; народ дивился н не мог понять слёз Василия. На другой день Москву пожирал такой страшный пожар, что медь лилась как вода. Тогда-то поняли Василия. Царь Грозный со всеми князьями нёс тело почившего труженика из дома в церковь, где оно было погребено. Это было 2 августа 1552 г.382

Бл. Иoанн, которого в свете называли большим колпаком, с ранних лет изнурял себя постом и молитвою, носил на теле вериги с крестами; в Москве ходил почти нагой в жестокие морозы. Борису говорил в глаза обличения и предсказывал бедствия; урожденец Вологды, скончался в 1589 г.383

§ 49. Южные обители 15 и 16 века; св. княжна Юлиания, повременные искушения со стороны татар; священномученик Макарий

По недостатку памятников древности, не много можно сказать о состоянии благочестия на юге, как и об иноческой жизни его. Но и немногие уцелевшие памятники свидетельствуют, что там, как и на севере, много было искреннего, пламенного усердия к подвижничеству во Христе, много было обителей иноческих. Некоторые древние обители Киева возобновлены были в сем периоде, и кроме того построено несколько новых384. Великую церковь Печерской Лавры, от которой со времени Батыя оставались только полуразрушенные стены, в 1470 г. воздвиг снова и великолепно украсил Симеон Александрович, благочестивый князь слуцкий и наместник литовского князя в Киеве385.

В Виленском наместничестве православного митрополита известны четыре обители: Троицкая, Георгиевская и Благовещенская в Вильне, Рождественская в Тро­ках. Первую после супруг князей Ольгерда и Александра особенно украшал знаменитый Острожский князь – Константин Иванович – полководец, каких мало имела Польша386. Рождественский монастырь, основанный супругою Витовта, кн. Ульяною, в 1384 г. получил от Витовта некоторые пожертвования, его охраняли впоследствии то наместники В. Князя Литовского, то разные дворянские фамилии Литвы, тогда православные387.

В епархии пинско-гродненской видим к концу XVI стол. 14 монастырей388.

Из 11 обителей Смоленской епархии особенно знамениты были в духовной жизни монастыри пр. Герасима: Болдин Троицкий с 1526 г. и Вяземский Предтечев с 1542 г.389

В Полоцкой епархии известны 16 обителей, существовавших в XV и XVI стол.390

О обителях епархий Владимиро-Брестской и Луцко-Острожской мало известий, ещё менее о монастырях Червонной Руси. Однако в первых двух епархиях знаем до 24 монастырей391, и о существовании в XVI веке некоторых монастырей Червонной Руси сохранились воспоминания392.

Южные Русские князья под властию иноверною сохраняли старинную Русскую набожность. Многие из князей и бояр не только поступали в монашество, но были священниками православной Церкви393. Особенно отличались благочестием дом князей Острожских и родственный с ними дом князей Ольшанских-Дубровицких. Феодор Васильевич кн. Острожский был ревностным православным христианином, строил церкви и приписывал к ним имения. Когда Ягелло стал стеснять веру и права Русских, кн. Феодор принял сторону низверженного Свидригайла, разбивал несколько раз Поляков (в 1432 г.), взял г. Смотрич и едва не уничтожил польскую армию. В следующий год покорил Луцк и Каменец. Победы его вынудили оградить законом свободу православия и сравнять русское дворянство с польским в преимуществах. Благоверный князь почил в Киевской Лавре и прославлен нетлением. Княгиня Анастасия Юрьевна Ольшанская, супруга князя Заславского, покровительствовала христиан­скому просвещению в половине XVI века, а её сестра Юлиания Юрьевна, княжна Ольшанская, взята была Господом с земного пути ещё в цвете лет – на 16 году, и погребена (ок. 1550 г.) в приделе великой Печерской церкви; в начале XVII века обретены нетленными мощи её394.

Благочестие православных жителей юга подвергалось в сем периоде жестоким испытаниям повременными нападениями врагов веры и благочестия – Татар. Они много раз опустошали юг, убивали или уводили христиан в плен, грабили и жгли храмы395. Особенно поражён был юг глубокою скорбию, когда Татары, сделав внезапный набег, умертвили Митрополита Макария, мужа святой жизни и Пастыря ревностного. Это было 4 мая 1497 г. Макарий отправился из Вильны в Киев с тем, чтобы заняться исправлением дел, расстроенных нападениями тех же Татар, преимущественно же возобновлением Софийского храма, Татары нагнали его в селе Скрыголове на р. Бчичи, за 5 миль от Мозыря. Современный летописец, знавший жизнь Макария, оплакивает смерть его как наказание за грехи паствы и как залог наград за его святую ревность. И он не ошибся: мощи Макария прославлены нетлением, как мощи священномученика396.

* * *

1

Гваньини: «Митрополит Московский посещал Литовскую Россию чрез шесть лет на седьмом для сбора денег». Р. 17. Ник. Лит. 5, 51. «и се ныне Фотий М. все узорочье церковное и сосуды переносит в Москву, и весь Киев пусто сотвори тяжкими пошлинами»; так говорил Витовт.

2

Настольная грамота П. Антония 1393 г. М. Фотию в 1 т. Ист. Акт. N. 254. Сам Фотий в духовном завещании (Соф. Врем. 2, 5.) говорит, что он назначен был в Митрополита П. Матфеем (1394 – 1410 г.): но это надобно разуметь об отправлении Фотия в Россию; Фотий свидетельствует пред смертию, что он вовсе не желал сана и власти, а желал остаться простым иноком, но повиновался назначению власти. О Феодосие кроме Витовта (пp. 4.) Фотий в окружн. грам. 1 т. Ист. Акт. По Летоп. Даниловича (234) «тогож (1411) лета поеха Фотий М. во Литву и тамо на Киеве постави Савостияна Владыку ко Смоленску. В лето 6920 мес. Сентября 8 в Луцку великом постави епископа Турову Евфимия. От Галича пойде к Москве мес. Августа 1 (1412 г.)».

3

Дочь В. Князя Василия Дмитриевича Анна вступила в супружество с Иоанном Палеологом, сыном Имп. Мануила в 1414 г.; она умерла в Константинополе oт моровой язвы в 1417 г. (См. Путеш. иерод. Зосимы стр. 42–44 Карамз. 5, 130). Собор литовских епископов сильно жалуется на самоволие Мануила в деле церковном. Сам Фотий М. говорит в духовном завещании, что его послал в Россию Царь Мануил. Соф. Врем. 2. 45.

4

Грамота Витовта недавно издана в Акт. Зап. Рос. 1. № 25.; в ней показан весь ход дела по понятию Витовта. Витовт говорит: «а иныя люди с стороны ркут: осподарь не вь той вере, того для Церковь оскудела», т.е., он хочет казаться покровителем православию, от которого отступил с ошибкою против политики (Новг. 1 Лет. 101.). Витовт говорит: «Мы пригласили (на Собор) наших русских князей русской нашей земли и наших епископов и архимандритов». Несколько сведений в лет. Никон. 5, 15–59. Соф. Врем. 1. 250, 251. Густ. 353. Лет. Даниловича 234–238.

5

Новг. 1 Лет. 109.

6

В день Благовещения Фотий освящал походный храм, устроенный Витовтом для православных, и говорил Слово (Дополн. Ист. Акт. 1, № 182). Вслед за тем писал окружное увещание литовским священникам и мирянам, где говорил: «Паки Христос смирение мое в Церковь свою введе советованием – Вел. Кн. Александра (Витовта)». Там же стр. 338. Примирение последовало в июне 1420 г., когда Фотий был у Витовта с греческим послом; на пути в Киев крестил он тогда в Слуцке Симеона, старшего сына кн. Олельки, потом был в Галиче и на Рождество во Владимире (а в Вильну прибыл на Крещении (1420 г.); оттоле отправился в Борисов, Друцк, Тетерин, Мстислав и чрез Смоленск возвратился в Москву в великий пост (Летоп. Данилов. 244, 245.). Летоп. у Карамз. 5. пр. 225 говорит, что Фотий был у Витовта в 1422 г. вместе с Софиею, дочерью Витовта.

7

Святитель Иона называется «нареченным на святейшую Митрополию Русскую» в грамоте его Мар. 11, 1439 г. (Акт. Ист. 1, № 37.). По Псков. (стр. 64, 67, 68.) и Новгор. Лет. (стр. 111. у Карамз. 5 пр. 243, 292, 295.), Герасим отправился в Царьград для поставления в 1433 г. и возвратился в 1434 г. «пославлен Митрополитом на Русскую землю, а на Москву того ради не поеха, Князи Великии (Василий и Юрий, Карамз. 5, 148–154.) варатишась между собою», в 1434 г. посвятил он прибывшего к нему Евфимия в Архиер. Новгородского. Хотя в продолжение всего 1134 г. В. К. Василий мало имел свободы заняться тем, признавать ли Герасимa Митрополитом севера; не многим спокойнее был он и в следующий год: но, если бы Герасим надеялся, что примут его в Москве, он имел и время и свободу посетит Москву. Лет. Даниловича: «и за то Бог не пособи князю Свидригайлу, что созже Митрополита Герасима». Выше: «на третие лето К. В. Свидригайло созже Герасима Митрополита у Витебску» стр. 53, 58, 65, 66.

8

Ист. Акт. № 42, 46, 48, 52, 54, 61, 63, 66, 260, 272–275. Apх. Акт. № 80. Соф. Bp. 2, 43. о Григорие: «и оттоле разделися Митрополия, Король сего прия Григория, а Князь Великий не восхоте». Львов. Лет. 2, 275. Продолж. Нестора (Москва, 1784) 258, 259. «При сем же Митрополите (Феодосие) и Киев отняси стол от Русских Митрополитов: прииде бо Григорий М. и седе в Киеве и прият его Король и с ним восм епископов литовских». Последнее известие вмес­те с известиями Актов показывает, что южные епископы признали Григория Митрополитом только по смерти свят. Ионы († 1461 г.); самому Королю не ловко было принуждать их к покорности Григорию при жизни Ионы: он сам в 1451 г. признал свят. Иону Митрополитом Киевским; посему он не иначе, как только со старостию Ионы, просил В. Князя принять Григория вместo Ионы.

9

Порядок южных Митрополитов в Густин. Лет. 359–370 и у М. Евгения о Соф. Соборе. Только следует исправить ошибки относительно их времени. По Соф. Врем. 7, 9, 110, 115. видно, что Григорий Булгар ещё жив был в 1471 г., а по Псковской Лет. он умер зимою 1473 г. (Собр. Лет. 4, 216.). В 1476 г. Патриарх, по воле Султана, посвятил было Спиридона Тверятинина в Литовского Митрополита: но его, как не избранного на юге, не приняли в Литве. Показывают, будто Иона Глезна посвящен в 1482 г.: но Супрасльская Летопись, в последних годах своих писанная современником, говорит, что в 1487 г. М. Симеон посвятил Вассиана в Епископа Владимирского и скончался в 1488 г.; след. Иона не был Митрополитом прежде 1488 г. Показывают, будто бы Макарий поставлен в 1490 г.: но и это неправда (прим. 11.). После Макария Иосиф Солтан наречен Митрополитом в 1498 г., а посвящен в 1500 г. В 1518 г. он был ещё жив. Иона 2. 1519–1523 г. Иосиф I Русин, полоцкий боярин и архиер., имевший детей, 1524–1534 г. Макарий 2 Русин, известный по актам с 9 апр. 1535 г. и в последний раз упоминаемый в грам. 11 октябр. 1555 г. (Супрасл. Лет. 140, 147. Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 78, 125, 133, 141, 182, 234. Т. 3. № 7, 14, 15.). Палацкий (Litterarische Reise) видел привиллегию Короля Сигизмунда Августа Сильвестру Белькевичу, литовскому скарбнику, на киевскую митрополию, данную 10 июня 1551 года. Это значит, что ещё при жизни М. Макария назначен был преемник ему, как назначали преемников епископам при жизни предшественников. См. напp. Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 146. Сильвестр посвящен был, по сношении с Патриархом, в 1550 г. и управлял церковию до 1568 г. (Коссов Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 18, 31.). Иона 4 Протасович, до 1568 г. Туровский епископ, управлял южною Церковию до 1577 г. и ещё при жизни своей назначил преемником себе дворянина Илию Кучу, который в февр. 1579 г. ещё управлял Церковию. Онисифор Девочка в июне 1570 г. «нареченный Митрополит» (Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 43, 71, 110. прим. 66.).

10

Казимир даже заключил Спиридона в келью: вмешательство Султана никому не могло нравиться (см. пp. 17.). В 1483 г. Спиридон жаловался Московскому Князю на свою участь, выставляя особенно то, что у него отняли собственность его: но Иоанн не хотел ссориться с Казимиром за Спиридона, и дело кончилось тем, что Тверитянин Спиридон скончался в Соловецком монастыре (Львов. Лет. о 1483 г. Соф. Вр. 2, 223. Лет. у Карамз. 6, 94.).

11

Летоп. о 1495 г. «Собрались Епископы Владимирский Вассиан, Полоцкий Лука, Туровский Вассиан, Луцкий Иона, и поставили Макария Архимандрита, по прозванию Чорта, Митрополитом Киева и всей России. А к Патриарху послали за благословением старца Дионисия и диакона инока Германа».... Тою же осенью прибыл из Царьграда посол Патриарха Нифонта.... Посол сказал: не поставляйте после сего Митрополита, пока не получите благословения от нас, за исключением великой нужды. А они сказали: «мы не отрекаемся от древних обычаев соборной цареградской Церкви и благословения Патриарха, Отца нашего. Мы учинили это по нужде, как и прежде того поступили братия наши епископы при В. К. Витовте. ... Так и в правилах Св. Апостол и Св. Отцев писано: два или три епископа пусть без всякого прекословия ставят епископа». Супрасл. Лет. 141–143. О поставлении М. Мисаила П. Симеоном и других другими Патриархами. Густ. Лет. 359, 360. См. Сrusii Turcograec. 2, 125.

12

Грамота к Патриарху (изд. в I. Т. Ист. Акт. № 30.) считает от Владимира 453 г., след. написана в 1441 г. В грамоте к Императору (изд. в Цер. Ист. М. Платона I, 256. и в Соф. Вр. 2, 34–39.), посланной с Полиевктом в Морею, считается от Владимира 455 лет; след. эта грамота писана в 1443 г. При такой хронологической разности грамот напрасно сомневаются (Прибавл. к изд. Твор. Св. Отц. 1846. кн. 2. стр. 231.) в том, что они принадлежат разному времени. Эта разность времени, при неполном сходстве содержания, показывает, что грамоту написали в 1441 г., но не послали; в 1443 г. вновь пересмотрели её и решились отправить уже не к Патриарху, а к Императору. Посол возвращён с дороги (Соф. Вp. 2, 39.). Сам Князь в письме к Имп. Константину, преемнику Иоанна, писал: «за все того желахом и проискивахом, еже как бы послати к царствующему граду послов своих о извещении соединения.... И многолетне того искахом и желахом, но не улучихом сего» (Ист. Акт. 1, 494.).

13

По Соф. Bp. 2: 53, 60, 337. в 1446 г. «Кн. Димит­рий (Шемяка) призва к себе Епископа Рязанскаго Иону на Москву и пришедшу ему обеща митрополию». След. в 1446 г. Иона ещё не был поставлен в Митрополита и даже не жил в Москве. В соб. грамоте 20 дек. 1447 г. «Иона, Епископ Рязанский», поставлен ниже Епископов Ростовского и Суздальского. (Ист. Акт. 1, 75.). В отрывке Соф. Врем. 2, 338 поставление Ионы Митр. показано под 1449 г., и это не против правды, если считать начало года с сентября. По Львовской Лет. 2: 344, 393., и по Новгор. Xpoногp. (Собр. Лет. 4, 146.) посвящение Ионы было 5 дек. 1448 г. (по нынешнему счислению). О беспокойствах Шемяки и бедствиях Василия – у Карамзина. Главная причина тому, почему так долго не посвя­щали Иону, была не в России, а в Константинополе. Свят. Иона в 1450 г. писал к Киевскому Князю: «до сего времени не было Митрополита в святейшей Русской Митрополии. Не к кому было посылать. Царь не таков, и Патриарх не таков. Иное мудрствуют, сближаются с Латинянами». Выше сего говорит, что Император и Патриарх велели поминать Папу в Кафедральном Софийском храме, тогда как этого давно не бывало и давно запрещено Соборами и тремя Патриархами, и что посему кроме придворной церкви и Софийского храма нигде не поминают Папы ни в монастырях, ни в приходских церквах, ни на Афоне. «Впрочем, -прибавляет святитель, – вы больше слышите об этом от приходящих: к вам ближе та сторона». Ист. Акт. 1. № 47. То же в посл. к Смол. Еп. Мисаилу. 1, № 63. То же даёт понять и В. Князь в пись­ме к самому Императору, № 262. По возвращении из Флорен­ции Император Иоанн предложил патриаршую кафедру бл. Марку Ефес. Но тот сказал, что отказывается и от епископ­ского жезла, коль скоро не уничтожат унии. Избран был Митрофан (1441 г.), стали поминать Папу. Но народ не хотел и слышать об унии, бежал из Софийского храма. Марк писал сочинение за сочинением против унии. Георгий Схоларий сенатор, а впоследствии Геннадий Патриарх действовал также против унии. На место Mитрофанa († 1443 г.) Император избрал в 1445 г. Григория Мамму, не учёного, но ревностного приверженца Папы; Мамма склонял и Киевскую Церковь к унии (пр. 165). В Константинополе общий голос по-прежнему был против унии. Импер. Иоанн в последнее время сам недоволен был униею, но, как говорил Георгий, «для власти не согласился явно врачевать свою душу». Иоанн умер 31 окт. 1448 г. Константин принял правление. Но народ требовал, чтобы прежде, чем венчан будет Император, устроены были дела Церкви. Папа прислал легата и несколько кардиналов на помощь Мамме. Георгий победоносно разрушил унию во дворце Императора. Константин прииужден был созвать Собор. «Спустя полтора года по смерти Иоанна Палеолога», Собор Патриархов низложил Мамму и возвёл на его место Афанасия. Мар. 12, 1450 г. венчан Константин. Но Константин не оставлял надежд на Папу. Мар. 12, 1451 г. Геннадий говорил Константину сильную речь против унии. Мамма (1451 г.) выехал в Рим; Афанасий отказался. В том же 1451 г. «Геннадий смиренный инок и учитель православной Церкви» подписался под письмом Констан. Церкви «против нововводителей лицемерной флорентийской унии». Константин негодовал. В 1452 г. прибыл в Константинополь Исидор с настоятельными требованиями унии. Геннадий писал «о сует­ном мелком поновлении веры». 1-го Ноября 1453 г. Император и Исидор торжествовали заключение унии. «Бог моя помощь, вы составляете унию, но – погибнете», писал про­рочески в тот же день из своего затвора Геннадий. Таково положение Константинополя по ркп. сочинениям Геннадия и других.

14

Ист. Акт. 1. № 41. 262. Грамота к Имп. Констан­тину по двум спискам представляется не в одинаковом виде. Вероятно, намерение отправить её в первоначальном виде не исполнилось, а принявшись за неё в другой раз, дополнили её. В последнем виде она писана спустя 21 год после кончины М. Фотия († 8 июля 1431 г.), след. в 1452 г. Известно по самой грамоте, что не раз собирались послать посла в Царь­град. Но и в последнем своём виде она «не пошла». Объяснение в прим. 12.

15

Грамота Патриарху (Ист. Акт. № 263) отправлена с послом Иваном Владимировичем; а он в 1456 г. был послан Князем в Новгород. По этому видно, что грамота принадлежит ко времени свят. Ионы. Издатели полагают, что она отправлялась вместе с грамотою В. Князя 1452 г.; это совсем не справедливо: а) Князь писал: не знаем, есть ли Патриарх в Константинополе? А Митрополит пишет к Па­триарху в ответ на письмо Патриарха; б) Князь писал, что Митрополит «хотел бы просить благословения от Патриарха», но след. не просит; а Митрополит с тем и посылает посла, что «благословение от твоея святыни требовати хощем». По этим признакам, вместе с тем, что посылается пособие в Константинополь, очевидно, что письмо писано свят. Ионою, после падения Константинополя, к П. Геннадию, который от­казался от кафедры в 1459 г. и скончался в 1464 г. В то же время свят. Иона писал окружное послание о милостыне Греку Димитрию. В 1454 г. Цареградский Митрополит Игнатий получил щедрую милостыню во Пскове. (Псковск. Лет. 1837 г. стр. 80).

16

О преимуществах в известии о начале патриаршества в России П. Филарета (Доп. к Ист. Акт. 2, № 76), а отсюда в предисл. к Кормчей книге. Признаем за вероятное, что в это время предоставлены преимущества: а) М. Иона с тем посылает посла, что, как говорит, «благословение от твоея святыни требовати хощем», т.е., ожидает особенного распоряжения от Патриарха; отправляет посла с особенными поручениями и просит верить ему во всём, что тот будет говорить. б) Посвящение Кесарийского Митрополита М. Феодосием указывает, что Московскому Митрополиту даны пред тем особые преимущества. в) Посвящение самого М. Феодосия в Москве, о котором ни прежде, ни после не было сношения с Патриархом, поставляет почти вне сомнения, что разрешение на независимость в поставлении Митрополита уже было прислано при свят. Ионе.

17

В Волок. ркп. № 284. клятвенное обещание нового епископа: «отрицаюся Исидора и к нему приобщения, и ученика его Григория, с ними и Спиридона, нарицаемаго Сатану, взыскавша в Цареграде поставления в области безбожных Турков ногайскаго царя (см. прим. 9), также и тех всех отрицаюся, еже по нем, когда случится кому приити на Киев от Рима латинскаго или от Царяграда турецкия державы». Да­лее упоминается имя В. К. Василия, а обещание даётся М. Симону. По ркп. известно Слово Максима «к отрицающимся на поставлении от Патриарха Цареградскаго и от Ионы». М. Иоасаф в 1539 г. не говорит уже о непринятии поставления и поставленных от Патриарха, а прямо свидетельствует о своём согласии с восточными патриархами.

18

Окружные послания о милостыне восточным Церквам в Ист. Акт. 1. № 103, 296, 301. Послания Патриархов о том же 1. № 80, 121, 123, 133. Сл. Пск. и Новгород. Лет. о годах 1454, 1455, 1457, 1480 у Карамзина. В Волок. ркп. (№ 284). посл. Иерус. Патр. Германа 1551 г. о милостыне на возобновление храмов Воскресения Христова и Марии Магдалины; послание доставили Макарию «старцы и мирянины, Григорий, зовут Русин». Соф. Вр. 2, 154. говорит, что в 1497 г. Афонские иноки Пантелеймонова монастыря приходили в Москву за милостынею.

19

Грамота 1501 г., в Висл. ч. 16. стр. 119.

20

Летоп. 1505 г. Июля в 15 д. привез Турскаго Солтана купец Байрям от нового Царяградскаго Патриарха Митрофана.... что поставили Митрофана. Карамз. 8. пp. 153.; 6. пр. 629.

21

Акт. Зап. Рос. I. № 24. Никон. Лет. 5, 51. Столько же епископов подчинил Папа униату Григорию. Опис. Соф. Соб. 110. См. выше пр. 8. 11. Гербенштейн: «Русския епископия в Королевстве Польском и Литве.... Архиепископ живущий в Вильне, Полоцкий, Владимирский, Луцкий, Пинский, Холмский (Komensis), Перемышльский». р. 71 ed. Starzevacy. Гваньини (ок. 1674. г.) считает 7 архипастырей, но он опустил Перемышльского. Поссевин считает «8 владык, включая в то число митрополита, пребывающего в Вильне» р. 286 ed. Starez. В грамоте 1506 г. перечислены епископии Виленская, Смоленская, Полоцкая, Владимирская, Луцкая, Туровская, Перемышльская, Холмская (Акт. Зап. Рос. 1, 370). В грам. 1540 г. юго-западные Архипастыри поставлены в таком порядке: «Полоцкий, Витебский и Мстиславский Симеон, Владимирский и Брестский Геннадий, Луцкий и Острожский Арсений, Туровский и Пинский Вассиан, Перемышльский и Санборский Арсений, Холмский и Белевский Иона (Suppl. ad hist. Docum. p. 146. Aкт. Зап. Рос. T. 2. № 201). Полоцкий архипастырь, называясь архиепископом, не раз имел спор с Владимирским о первенстве (Акт. Зап. Р. Т. 2. № 68. 212.). По южным Акт. Черниговские епископы (опущенные в Ист. Иеp.) «первый Владыка Бринский Нектарий» и «нареченный» Иона, 1499 г. Акт. Зап. Рос. 1. 4. 168. В 1465 г. Черниговский Еп. Евфимий убежал в Москву. Карамз. 6. пр. 629.

22

Св. Иона в 1451 г. напоминал Королю обещание его присоединить к общей митрополии Церкви Галичской митропо­лии (Акт. Эксп. 1, № 80. Акт. Зап. Р. Т. 2; 4. 141. 182. 185. 193, 197. Suppl. ad hist. docum. p. 138 и 142). Православные галичане (Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 196. 201. 205. Suppl. ad hist. docum. p. 143–146.) в своей просьбе 1539 г. пишут: «хасм то в хрониках, ож чому есть двесте лет и один рок ... як владыка на Галиче был». Выше говорят: «на том стольце галицком учинено есть арцыбыскупство латинское при кор. Ягайле». Известно, что в 1371 г. посвящен был православный галицкий Митрополит Антоний, по просьбе короля (Период монгольский § 25.). По словам галичан, основание арцыбыскупства надобно отнесть к 1414 г., что согласно и с другими памятниками (Период монгол. Стр. 69. 124.). Привиллегия короля: «сему Владыце Макарию отдаем в ведение всех священников и их церкви, собрании и монастыри в землях русских и подольских; в уездах: Галицком, Львовском, Каменецком, Смятинском, Теренбольском, т.е., церковь Галицкую Митрополитскую, в которой некогда начальствовал их Архиепископ-Митрополит, называемую ныне Крилосом, также монастырь Уневский, основанный при предшественниках наших в честь Успения Пресв. Девы Марии» (Suppl. р. 143 слч. Ак. Зап. Рос. Т. 3. № 14. 15. 37.). О Холме и Перемышле выше пp. 21. Ист. Ак. 1. № 472. 489. Ист. Иеp. 1. 413. 425. Перемышльские епископы: Исаия 1421–29, Лаврентий 1535 г. Арсений 1540 г. (Ак. Зап. Рос. Т. 2. № 29. 81. 165. 201.). Холмские епископы: Иона 1540 г., Феодосий до 1566 г., Леонтий Пеньковский до июля 1585 г. (Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 201. Т. 3. № 54. 156. пр. 73.).

23

Супрасль. л. 139, 140. Владимирские епископы: Вассиан 2 упом. 1511, 1512 г., Иoнa 1523 г. Пафнутий 1525–1526 г., Геннадий 1540 г., Иона-Иоанн Борзобогатый Красенский 1548–1565 г., Феодосий с 1566 г., а до того времени Холмский епископ, известный по грамоте 1572 г. (Акт. Зап. Рос. Т. 4. № 68. 78. 82. 124. 146. 201. 212. Т. 8. № 13. 54. пр. 13.); Луцкие епископы после Дионисия – Алексий 1420 г., Мартиниан 1460 г., Кирилл, 1503 г., Пафнутий до 1527 г., Макарий с 24 апр. 1528 г., Арсений 1540 г., Феодосий 1548 г., Иоасаф 1558–1565 г., Иона Борзобогатый с 1566 г., Кирилл Тарлецкий с июля 1566 г. (Акт. Зап. Р. Т. 2. № 146. 151. 201, Т. 3. № 7. 47. 156. 160 пр. 7.).

24

Супрасльская Летопись 148. 163. Востокова стр. 123. Ист. Иеp. 1, 316, 298. 458. Смоленские епископы, опущен. в Ист. Иер., Симеон, сконч. 1445 г.(Лет. Данил. 67. 70.), Мисаил 1454–1474 г., Иоаким 1474–1490 г., Иосиф 1591–1592 называется Смоленским Владыкою, а в 1507–1509 г. уже в сане митрополита (Ак. Зап. Рос. Т. 1. № 70. 148. Т. 2. № 23. 24. 51.). Полоцкие архиепископы: Симеон старший.... 1456 г., Каллист 1458–1459 (Ист. Акт. 500. 503), Симеон 2-й, Иона Глезна до 1488 г., Лука 1488–1503 г., Евфимий 1504–1524 г., Нафанаил 1524–1532 г., Мисаил 1534 г., Симеон 3 упом. 1540–1545 г., Герман Хребтович 1553–1558 г., Герасим Корсак 1559 г., Арсений Шишка с 22 окт. 1562 г. По взятии Полоцка Ц. Иоанном Полоцкие и Великолуцкие архиепископы до 1570 г. в Ист. Иерархии. Со стороны Литвы Полоцкие архиепископы – Варсонофий Валах 1564–1676, Феофан Богдан Рпинский 1577–1583, Афанасий Терлецкий с 1588 г. (Ак. Зап. Рос. Т. 3. № 75. 91. 98. 127. 135. 150. Т. 1. № 62. 173. 202. Супр. Лет. 141). Полоцкий архипастырь, называвшийся архиепи­скопом, не раз имел спор с Владимирским епископом (Ак. Зап. Рос. Т. 2. № 68. 212).

25

См. у Румянцева Кормчия, писанныя на юге в XVI в., по Опис. Муз. № 232. 233. 235.

26

Акт. Зап. Рос. 1. № 166. О Софийск. Соб. прилож. № II. В 1503. г. дано «подтверждение Полоцкому (Луке) по­рядков и справ и канонов церковных, выписанных чрез В. К. Ярослава Владимировича». Сборник Муханова № 69. 84. 85. В Журн. Мин. Нар. Просв. 1844. Окт. Кроме того жалов. грамота Сигизмунда М. Иосифy 1511. июл. 4. о неприкосновенности веры и церковных уставов православного духовенства. Она напечатана у М. Евгения там же стр. 52. В ней сказано, что она дана на основании древнего права и письменных привиллегий, данных «от предков наших В. К. Витолда и отца и брата нашего». Грамоты западных удельных князей 1443 и 1483 г. показывают, что «свиток Ярославль» был действующим законом на югозопаде (Акт. Зап. № 43 и 82). В Акт. Зап. России Королевския жалованныя и судныя граматы православному духовенству 1. № 49. (Владислава 3); № 87. 95. (Казимира Кн.), 117. 118. 140. 141. 144. 145. 148. 151. 152. 166. 168. 174. 209. 212. 213. 223. 224 (Александра); граматы жалованныя князей и бояр 1, № 5. 7. 13. 14. 28. 43. 46. 72. 82. 84. 86. 93. 94. 111. 211. 217. 224.

27

Определ. Соб. в 1 Т. Ист. Акт. № 280.

28

Определения 1539 г. в Опис. Соф. Соб. Прилож. № 49. Они утверждены грамотою М. Макария 1549 г. См. Ж. М. Нар. Просв. 1844 г. Окт. О братствах чит. в предисловии к Собр. Виленских грамот. Право «опеки, обороны и подаванья» в Акт. Зап. Рос. 1. № 115. 140. 141. 144. 213. Т. 2. № 122. Король Сигизмунд грам. Янв. 10, 1542 г. строго запретил православным членам Виленского Магистрата и мещанам вмешиваться в духовное управление, за исключением надзора за церк. имуществом, который должен производиться совместно с наместником Митрополичьим (Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 213). О том же постановления февр. 10, 1509 г., июля 2, 1511, 1512. февр. 1, 1526, апр. 9, 1535., июля 1544 (во 2 Т. Ак. Зап. Р.), мар. 15, 1549, мая 8, 1558 г. июня 25, 1568 г. (в 3 Т. Акт. Зап. Рос.).

29

Зубрыцкого Лет. Львовскаго Братства Ж. М. Нар. Просв. 1849 г. Зубрыцкий неправ и пред Историею (выше пр. 22) и пред каноническим правом в своих отзывах о споре между Братством и Епископом Львова.

30

Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 77. 141. 182. 185.

31

А. Э. Т. 1. № 158. 247. А. И. Т. 1. № 155. стр. 278.

32

Жалоба Ростовского иерея Георгия: «Господа священноночальницы! не благословно надсматриваете за верными людьми.... назираете Церковь по царскому сану земного царя – боярами, дворецкими, недельщиками, подводчиками, для своих прибытков, а не по достоинству святительскому. Апостол пишет: служащие олтарю с олтарем соделяютси. И вам достоит пасти Церковь священниками благоразумными, а не мирским воинством».

33

Акт. Арх. Эксп. Грамота М. Геронтия янв. 4, 1478 г. «ни к старосте поповскому с тяглыми попы тянути». Те же слова в грам. М. Макария 1542 г. № 197. В 1551 г. Царь Иоанн IV: «Уставили бы есте старосты поповские над всеми священники брежения ради церковнаго».

34

Акт. Ист. Т. 1. № 155. стр. 276–278. Ак. Ар. Эксп. Т. 1. № 229. 231. 232. 195. «Сто священиков, или как число дозволит, пусть наберут себе священника с духовным смыслом, усерднаго к Св. Писанию, украшеннаго добродетелями; а он пусть изберет себе десятских достойных и искусных, попечительных о духовных делах. У старосты священническаго в ведении храмы те, которые стоят сряду». В Стоглаве гл. 6. ответ на первый вопрос Царя. Первый, относящийся к Приказу большого дворца, принадлежит 1562 г. (Акт. Эксп. 1. № 259).

35

Акт. Ист. 1. № 158. 129. Акт. Эксп. 1. № 350.

36

Кроме Соборов, которые были по случаю избрания каждого нового митрополита, известны Соборы: а) 1441 г. об Исидоре (Ник. Лет. 5. 156); б) 1447 дек. 29. об увещании Кн. Дмитрия Юрьевича к покорности В. Князю; в) 1455 г. о нарушении Ростов. архиепископом поста в навечерии Богоявле­ния; г) 1458 г. о непризнании Григория митрополитом; д) 1478 г. о возвращении Кириллова монастыря Ростовскому архиепископу; е) 1480 г. нояб. об увещании В. К. Иоанна III твёрдо стоять против Татар (Ист. Акт. 1. № 40. 57. 61. 90. Pуc. Врем. 2. 14. Ник. 6. 107); ж) окт. 17. 1490 г. о жидовствующих (ниже § 18.); з) 1491 г. о пасхальном круге (Древл. Вивл. 16, 85); и) aвг. 1503 г. о церковных имуществах и невзимании мзды за хиротонию; в сент. о вдовых священниках (Соф. Врем. 2, 271. Акт. Эксп. 1, № 382. 383.); й) дек. 1504 г. о жидовствующих (ниже § 20); к) 1531 г. о церковных име­ниях; л) февр. 1589 г. о чине поставления митрополита (Акт. Эксп. 1, 158); м) 1547 о праздновании новым чудотворцам; н) 1549 г. о новых службах и житиях (ниже § 38); о) февр. 1551 г. о церковном управлении; п) июл. 1553 г. о ереси Баш­кина; р) янв. 1554 г. решение Собора о Висковатом (ниже § 37); с) 1555 г. о Феодосие Косом и об учреждении Казанской епархии (§ 10. 21); т) 1560 г. о Сильвестре и Адашеве (Курбский стр. 68); у) 1564 г. по смерти Макария о белом клобуке (Акт. Ист. 1. № 173.) и чине поставления митропо­лита (Акт. Ист. 1. № 364); ф) 1572 г. по смерти М. Ки­рилла о разрешении Царю вступить в четвёртый брак (Древ. Вивл. 13, 104–111); х) 1580 г. о запрещении принимать вотчины (§ 6.).

37

С падением Сарайской Орды Сарайский епископ с 1464 г. стал жить в Москве на Крутицах (Ист. Иер. 1, 436); с того времени он по временам заведывал делами митропо­лии (ниже прим. 188. Соф. Bp. 100. 243), а в 1551 г. это преимущество предоставлено ему правилом Собора (Ист. Акт. 1. стр. 273.). Пермский епископ с 1472 г. переселился из Устьвымя в Вологду, а в 1492 г. передано в его заведывание несколько церквей владык Московского и Новогородского (Акт. Эксп. 1, 346. Соф. Вр. 2, 240. Ист. Иер.). С 1515 г. Смоленская епархия перешла в ведение северной митрополии (§ 3.). С 1563 г. Полоцкая епархия также переходила в заведывание Москвы: но в 1570 г. Полоцк опять потерян для Москвы и уже надолго (Ист. Иер.). В 1570 г., после того, как Лифляндский Юрьев (Дерпт) возвращен был России, в нём учреждена кафедра епископа. По Новгор. Лет. (у Карамз. 9. пр. 296, 398) в 1570 г. прибыл из Москвы в Новгород «Корнилий, новый Епископ Юрьева Ливонскаго». В дек. 1578 г. был на Соборе вместе с другими епископами Юрьевский Caввa (Волокол. ркп. № 193). В 1582 г. кафедра закрыта. Об избрании Зарайского Игум. Антония в Твер­ского Епископа и посвящении в февр. 1411 г. Летоп. Даниловича 253.

38

Псков. лет. 72–74. Впрочем Архиеп. Евфимий был во Пскове не прежде 1450 г. стр. 77.

39

Псков. Лет. 103–107. Житие св. Ионы в Минее М. Макария под 5 ноября. Послания А. Симеона, М. Фотия и Феодосия в Ист. Ак. 1. № 24. 26. 77.

40

Судебник 1549 г. ст. 91. «А попа и диякона и чернца и черницу и старую вдовицу, которые питаются от церкви Божии, ино их судити святителю». За тем ограничиваются злоупотребления, введенные мнимою бедностию.

41

Грамота Новг. в Акт. Арх. Эксп. Т. 1. № 229. Собор 1551 г. в Ист. Акт. стр. 272–274. «А бояре митрополичи в том суде у святителей не сидят, разве писарей, кому те дела записывати. Святители их (архимандритов и игуменов) в тех духовных делах и в прочих, с их истцы, сами соборне (с лицами духовными) судят и объиском объискивают и управу им чинят... А в духовных делах десятильником не судити никого, а срочити им пред святители ставитись. И святители их судят, или кому позволят от священных». Фома – поповский староста 1342 г. по Псков. Лет. (Собр. Лет. 4, 189).

42

См. письма Иосифа Волокол. к Ивану Ивановичу (Волок. ркп. № 22.) и к Борису Васильевичу (Древ. Вивлиоф.). Никон. Лет. 6, 109. Продол. Нест. 291.

43

Акт. Арх. Эксп. Т. 1. стр. 58.

44

Акт. Арх. Экс. Т. 1. Чин 1579 г. стр. 161. 158. чин 1564 г. стр. 227. 300. Соф. Вр. 2, 250. 251. Летопись: «Тояже весны (св. Иона сконч. мар. 31, 1461 г.) поставлен на митрополию архиепискуп Рост. Феодосий владыками Русскими, нашей земли Московския, Суздальским Филиппом, Рязанским Евфросином, Коломенским Геронтием, Сарским Васияном; а Новгород. Архиеп. Иона и Тферский владыка прислаша послы с граматами своими, глаголюще тако: кого восхощет Бог и Пречистоя Мати Его и вел. Чудотворцы и господин наш В. Князь и братия наша епискупы Русстии и иже с ними освященный Собор, то и наш митрополит, и подписашася вси за едино». Точно так же избраны были Филипп 1., нояб. 11. 1464. (Продол. Нест. 261), Геронтий, апр. 23, 1475 г., Симон, сент. 6, 1496 г., Варлаам, 3 авг. 1511., Даниил, 27 февр. 1522 г. (Ник. л. 6, 3. 54. 123. 190, 228. Соф. Вр. 2. 250.), Иоасаф, февр. 9. 1539. (Льв. 4, 116.), Макарий, мар. 19. 1542. (Царств. кн. 105.), Филипп муч. июл. 20, 1566.

45

Акт. Ист. Т. 1. 1504 г. Царь Иоанн III призывал епископов для совещания о церковных имениях и о вдовых священниках; не отменив несогласия Собора по первому пункту, разослал определения, утвержденные им, в виде указа. Ц. Иоанн IV давал предложения Собору 1551 г., даже брал на себя учить монахов монашеской жизни и пр. См. ниже пр. 313.

46

Привиллегии К. Александра у Востокова стр. 124. 137. Гваньини: «митрополит и епископы Польской России владеют деревнями и городами» Р. 18. Дары королей у Востокова стр. 121–127. Собр. Вилен. грам. Ч. 2. В Могилев. Губер. Ведом. 1847 № 2. грам. Кн. Михаила Ивановича Мстиславского сельскому священнику 1508 г.

47

Акт. Арх. Эксп. 1. № 382. Псков. Лет. 69. 104–107.

48

Царь Иоанн IV требовал только того, чтобы уложены были одинаковые пошлины с ставлеников. И в Стоглаве записан (гл. 42.) такой ответ: 1) с ставленика во священника Московской рубль, да благословенная гривна; с дьякона полтина, да благословенная гривна; 2) с грамот настольных архимандриту и игумену по рублю; 3) с благословенной грамоты ин. с перехожей полтина, да десятиннику по старине гривна; 4) а с эпитрахильных и орарных ничего, кроме алтына за письмо и алтына за печать; 5) по предложению Царя (вопр. 2 и 4.) положено не истязывать мзды за духовные требы; и хотя в правилах Церкви, говорили, нет определения о венечной пошлине, но по грамотам В. К. Иоанна и Василия за первый брак пошлина алтын, с двоеженца 2 алтына, с троеженца 4 алтына (однако для духовенства такой пошлины не было прежде 1534 г. Акт. Э. 1. № 287. 231.); 6) за антиминс и освящение храма «от большей церкви – полуполтина, а от теплых и придельных – по пяти алтын» (Стоглава гл. 44–48. 69. Ист. Акт. 1, 276.); 7) с церквей дани – святи­тельская десятиннику и заездчику (Ист. Акт. 1, 276. Арх. Э. 1. № 231); 8) судебная пошлина с виноватого гривна судье (Ист. Акт. 1, 275. 278.). Отменены в 1551 г. следующие пошлины: а) казенные алтыны, б) с оброком куница, в) полюдная пшеница, г) множество мелких поборов чиновничьих. (Акт. Эксп. 1, 95. 103. 176. 233. Ист. Ак. 1, 278.). Впрочем эти положения скоро изменились. Так венечной пошлины в 1606 г. взято за первый брак по 2 алтына и 3 деньги, за второй по 4 алтына и 3 ден., за третий по 6 алт. и 3 ден., а в 1622 г. взято за первый брак по 3 алтына, за второй вдвое, а третий втрое (Юрид. Акт. № 222.) В 1616 г. с новопоставленного священника положено брать «с плеши по 22 алтына и 1 1/2 деньги, и именно во Пскове (Древ. Вивл. 15, 214. 215.).

49

Акт. Арх. Э. Т. 1, 186. Гваньини р. 19.

50

Акт. Арх. Э. Т. 1. Грам. Епис. Ростов. № 54. 71. 85. 125. 128. 293. 234. М. Геронтия № 105. Макария № 199. 197; другие № 177. 296. 248. 142. 150. 170. 198. 199. 203. Волог. Еп. Алексия (Доп. к Ист. Акт. 1. № 220.). Притом священники монастырских сёл принимали участие в сельском управлении (Акт. Эксп. 1, 284. 304. сл. 4. № 67. 112.) и след. брали часть судебной пошлины.

51

М. Фотий в завещании: «Как есми пришел на Москву... не обретох в дому церковном ничтоже.... Ведаете, что как по грехом от пожаров грамоты вси церковнии погореша, ино также чтобы церковная на веки не приобижено было ничто же... и дом церковный и села нашел есми пусти"… Соф. Вр. 2, 9. 10. Для примера см. жалованную грамоту М. Ионе по его жалобе. Акт. Эксп. 1. № 50. По тому же предмету писано довольно увещательных грамот: одно из лучших посланий по сему предмету послание М. Филиппа I в Новго­род. Ист. Акт. 1. № 82. Чит. послания Иосифа Вол. к Челядину, к Борису Васильевичу и к В. Князю. К первому (Волок. ркп. № 22): «Кн. Александр Феодор. Ярославский, егда хотяше приити в свой монастырь на Каменное, повелеваше псы в монастырь приводити, такоже и в трапезу, и егда сам ядяше, тогда и псы повелеваше кормити тою же пищею, юже сам ядяше» и пр. Посл. к В. Князю изд. в 14. Т. Древ. Вивлиофики.

52

У Востокова Опис. Муз. 243. 244. (сл. Псков. Лет. 115.). В Волокол. уставе игум. Евфимия записано: а) под 30 сент. богатое подаяние Малюты Григория Лукияновича Скуратова б) под 15 окт. его же по иноке Леониде, Скурате Бельском, отце Малюты; здесь же сказано, что оба они погребены здесь в Волок. Мон. в) под 25 мая дача Государева 100 р. «по Григории Малюте». (Волок. ркп. № 193.).

53

Впрочем судьи не переставали кормиться от монастырей. (Юрид. Акт. № 375. 376.).

54

Новгор. 2 лет. под 1478 г. «прииде Владыка Феофил к Вел. Князю с челобитием половиною волостей владычних, да монастырских 6 монастырей: половина Юрьева монастыря, у Аркажескаго, у Благовещенскаго, у Онтонова, у Никольскаго в Перевском концы, у Михайловскаго на Сковородни; а иные Государь монастыри пожаловал, земли у них не взял; они де убоги, земли у них мало». Впрочем у архиепископа тогда взято только 10 волостей, прочее возвращено, стр. 143. Подробнее под тем же годом Соф. Вр. 2, 193. 194. Здесь сказано, что Иоанн сам потребовал у Новгорода половину всех имуществ. Псков. Лет. под 1499 г. «Генваря поимал Князь Вел. в Новгороде вотчины церковные и раздал детем боярским в поместье, монастырские и церковные по благословению Симона Митрополита» стр. 171.

55

Волок. ркп. № 290. «Митрополит Симон со всем освященным собором были у В. Князя Ивана В. и сей список пред ним чли: от Бытия: и покупи (Израиль) всю землю египетскую… от Левитския книги: аще человек освятит дар Господеви... да будет одержание их в век века. Того ж: грады же левитстии и власти и села градов их одержа­ния».... Далее из жития Ц. Константина, Прав. Карфаг. Соб. 32. 33. четверт. Соб. пр. 24. пятого Собора прав. на обидящих св. церкви, Иустиниана пр. 14. 15. Сардик. пр. 16. Иустиниана пр. 30. Ceдьмогo Соб. пр. 12. 18. от жития Спиридона Тримифунт. Затем указано на примеры Афанасия Афон., Феодора Студ., Симеона нов. Богослова, из Русских на Антония, Феодосия, св. Петра, Алексия, В. К. Владимира и Ярослава. «Паки послаша к В. Князю дьяка Леваша», в сей второй выписке то же самое, только подробнее сказано о Русских князьях. Приложены были и списки ханских ярлыков. Синод. ркп. № 79. Соф. Вр. 2, 271. Сл. Акт. Арх. Э. Т. 1. № 382. 383.

56

Определения Собора 1531 г. против Вассиана в Ж. Мин. Нар. Просв. 1835. г. ч. 9. В Чтен. Моск. Общ. Ист. 1847. № 9.

57

Акт. Археогр. Эксп. Т. 1. № 227. 308. (Собр. Госуд. Грам. 1. № 200). Востокова Опис. муз. стр. 50. 51. 503. Дополнение к Судебнику в 1. Т. Ист. Акт. стр. 270. На Соборе 1581 г. с Митрополитом и Царем были 3 архиепископа, 6 епископов, 18 архимандритов, 14 игумнов, несколько старцев. См. Ист. Иер. Т. 2. предисл.

58

Акт. Apx. Эксп . Т. 1. № 200. 275. 311.

59

Акт. Арх. Эксп. Т. I. № 301. 302. 306. В 1536 г. новгородские монастыри и церкви пожертвовали 700 руб. сер. на искупление пленных. Соф. Вр. 2. 382. Подати в казну В. Князя и военные повинности духовенство несло за крестьян своих наравне с помещиками (Юрид. Акт. № 168. 169. 338. 339. 341. Акт. Эксп. 1. № 205). По описи 1499 г. с 146 крестьян В. Князя денежного оброка в год (за исключением жалованья управителям) было около 10 руб. новгородских; а с 139 крестьян Хутынского монастыря было денежного оброка 9 руб. 3 гривны и 5 денег, да хлебом 51 1/2 коробья ржи и 51 1/2 коробья овса. Востокова Опис. Муз. стр. 46. 47. Иоанн в 1478 г. требовал по полгривны с сохи, причём сказано: «обжа один человек на одной лошади орет; а кто на трех лошадях и сам третий орет, ин то соха.» Соф. Вр. 2. 194.

60

Ист. Акт. Т. 1. № 90.

61

См. речь Иоанна у Карамз. Т. 8. пp. 182. Догов. грам. В. К. Василия: «по благословению отца нашего Ионы Митрополита». То же каждый раз. Собр. грамм. 1, 168. 195. 202. 228. 244.

62

Соф. Врем. 2, 60. 62. 340. Hoвг. 4 Лет. 142. 147.

63

Соф. Врем. 2, 91. Летоп. Львова о 1464 г. Послание М. Феодосия: а) новгород. архиепископу о непризнавании Григо­рия митрополитом; б) в Песношский монастырь о послушании игумену и о соблюдении обетов; в) Псковичам и архиепископу о неприкосновенности отчин, в 1 т. Ист. Акт. № 275. 276. 277. 73. 78. Сказание его о чуде свят. Алексия Соф. Вр. 2, 81–89. Два сказания дьяка его Иродиона, одно о чуде пр. Варлаама, другое о землетрясении. Соф. Вр. 2, 67–75. 67–80. О труде Феодосия см. §. 42. о М. Филиппе I Соф. Вр. 2, 139–140.

64

Герберштейн Rer. Moscov. comm. de relig. р. 20. Соф. Врем. 2, 313. и Никон. Лет. говорят, что М. Варлаам 17 дек. 1521 г. оставил кафедру и сошёл в Симоновскую обитель, а «с Симонова сослан в вологоцкой уезд на Каменное». Но тут только не договорено. Герберштейн в 1526 г. сам был в Москве. Разве не обмолвился ли он, сказав о Белозерском монастыре вместо Каменного? Три года спустя (1524.) Троицкий Игумен Порфирий также ходатайствовал за К. Василия пред В. Князем: «если ты приехал в храм Безначальныя Троицы, говорил Порфирий, с тем чтобы испросить себе npощениe грехов: то будь наперед сам милосерд к гонимым без правды.» Христианская смелость и Порфирию стоила темницы (Курбский 116–119).

65

Царствен. кн. стр. 100–102. Никон. 7, 34.

66

Собр. Госуд. грам. 1, 557.

67

Ркп. житие Святитсля Филиппа; Курбского Ист. Иоанна стр. 117. 121. 127. Новгор. Лет. стр. 102. 253. После того, как свят. Филиппа 8 ноября с позором выгнали из храма, 11 ноября уже поставлен был в Митрополита Кирилл 3; он сконч. 8 февр. 1572 г. , и в мае избран на митрополию Полоцкий Архиеп. Антоний (Летоп. у Кар. 9. пp. 205. 378.)

68

Rer. Moskov. Comm. 29.

69

Епифаний в Плаче Перми о Стефане: «Балуют овцы, а волцы наступают, и свистати некому, еже бы ополошити и распудити волцы, не сущу пастыреви... Иноязычницы Вогуличи наступают».

70

Ист. Иеp. 5, 551. По Ист. Иеp. 1, 395. Герасим пострадал в 1392 г.; но тогда епископом был ещё св. Стефан, скончавшийся в 1396 г. Герасим был на Соборе 1441 г. Ист. Акт. 1, 74. 494. По Соф. Bp. 1, 418. 449. и по Лет. у Карамз. 5. пр. 254. в 1397 г. посвящен был для Перми Исаакий, бывший в 1416 г. на посвящении Новгор. архиеп. Симеона, и след. Исаакий, а не Герасим, был преемником св. Стефана.

71

Соф. Вр. 2, 64. 339. В дек. 1447 г. Питирим был на Соборе. (Ист. Акт. 1, 75.) Мощи св. Герасима, Питирима и Ионы покоятся в Устьвымском Соборном храме.

72

Продолж. Нестора стр. 260. Тогда основан Чердынский Богословский монастырь, о котором в грамоте 1580 г. сказано: «в Перми Богословский один, как Пермячи крещенье приняли». Ист. Акт. 1, 397.

73

Акт. Ист. Т. 1. Грам. 1501 г. № 112.

74

Rer. Moskov. Comm. р. 58.

75

Ист. Иер. 4, 778. 6, 170.

76

Ркп. житие пp. Трифона. Сл. Ж. М. Внут. Дел 1843 г. дек. 420. 471.

77

Так свидетельствует ученик пр. Зосимы. См. Опис. Соловецкой Обители А. Досифея ч. 1. стр. 53.

78

См. жалованные грамоты Геннадия Новг. Архиепископа 1491 г. и Макария 1527 г. в Описании Соловецкого монастыря ч. 3. стр. 182–184.

79

Сказание князя Курбского, изд. 2. 1842. стр. 126. 133, 139. Феодорит, по изгнании из Кольской Обители, 2 года был игуменом в бедной Новгородской Обители, потом около 5 лет архимандритом Суздальского монастыря; оклеветанный (1554) в единомыслии с Артемием, сослан в Кириллов монастырь, где пробыл полтора года; освобожденный Макарием, отправлен был (1560) Царём Грозным в Константинополь к Патриарху; по возвращении удалился в Обитель пp. Димитрия Прилуцкого, и отселе-то путешествовал два раза к любезным детям своим Лопарям (Курбский стр. 133–141). След. крещение Лопарей и основание Обители на р. Коле совершились в 1524–1540 (См. Акт. Аpx. Эксп. 1, 249). Пр. Александр Свирский († 1533), когда в первый раз пришёл к нему Феодорит, встретил его словами: «сын Авраамль прииде к нам, Феодорит диакон». Курбский стр. 127.

80

В 1526 г. «приезжали в Москву Поморцы Лопляне с Кандалажской Губы усть Невы реки (Ноты?), просили антиминсов и священников»; из Новгорода посланы тогда священник и диакон, которые крестили многих Лопарей. В 1532 г. «приезжали в Новгород Лопляне с Мурмымскаго моря (Норвежскаго) с Колы реки, с Тутолеми просить о том же. Архиепископ Макарий послал священника и диакона, и они освятили церкви Благовещения и св. Николая, и крестили самих Лоплян за св. Носом (Норвежским)». Соф. Врем. 2, 359. 371. Львов. Лет. 3, 427.

81

Записки о Печенгском монастыре в Слов. Святых. стр. 203. Ист. Росс. Иер. 4, 579–581. См. Акт. Ист. т. 2. № 254. В грам. 1675 г. «На Паэс реке на устье храм страстотерпцев Христовых Бориса и Глеба, поставление строителя их старца Трифона».

82

Собр. Госуд. грам. 1, 436–438. Жалованные грамоты Лопи крещенной и некрещеной. В. К. Василия 1530 г. Ц. Ивана Вас. 1530. 1549.

83

Акт. Арх. Эксп. 1. № 288. 310.

84

Соф. Вр. 2, 377. 378. Грамота в древ. Вивл. 14, 149. В 1535 г. Священник Илия во второй раз отправился к Чуди с одинаковым поручением, именно в те места, где прежде не успел он быть. Соф. Вр. 2, 385. 386.

85

Грам. 1543 г. в Акт. Ист. 1. № 208. 1548 г. и Доп. к Акт. Ист. 1. № 44.

86

В 1460 г. крестился Крымский мурза Ждан, с именем Даниила, родоначальник Барановых. В 1506 г. крестился в Москве Кайдакул, сын Царя Казанского (Соф. Вр. 2, 275). В 1536 г. приняли христианство взятые в плен семейства татар, – всего 172 лица. (Соф. Вр. 2, 389. 393.). В Юридич. Акт., в 1518 г.,– Кн. Ахмешек и сын его Константин» (стр. 164–166. 418.).

87

Ник. Лет. 7, 73. 78. Первый храм в Свияжске по­строен был в честь Рожд. Пресв. Богородицы и Пр. Сергия.

88

Курбского Ист. Иоанна 29. Царст. кн. 273–276.

89

Соф. Вр. 2, 403.

90

Царст. Кн. 303. 314. 316. Соф. Вр. 2, 413–421. Степ. кн. 2, 261–264.

91

Степ. кн. 2, 265. 266., писанная «во время Ц. Иоанна Васильевича». Житие Иоанна Казанского-мученика в Минее М. Макария под 24 Января.

92

Цар. кн. 334. Ник. Лет. 7, 208. Об Эдигер-Симеоне Акт. Эксп. I. № 290. 292. 316., и примечания.

93

Степ. кн. 2, 267. Новг. Лет. 1555 г. у Карамзина 8. пр. 857.

94

Акт. Арх. Эксп. 1, 261. № 141. Волокол. сказание (ркп. № 134): «В л. 7063–1555. Февр. 3. в нед. Мыт. и Фар. Поставили первого архиепископа в Казань, Гуpия. В миру бысть послужилец Пеньковых Князей, а постриженик Иосифова мона­стыря. А игуменом был в Иосифовом мон. 9 лет без 3 месяцев, да оставив игуменство, пожил в Иосифове же 2 годы неполны; да потом в Селижарове у Троицы год на игуменстве был, из Селижарова – в архиепископы в Казань. Да с ним первые же два архимандрита: в Свияжский город – Герман. Прежде был в архимандритах на городке на Старице, полтретья году, да оставя архимандритство, в Иосифове жил более году без архимандритства; потом в Свияжский город; а постриженик Иосифова монастыря, Феодоров сын Полева, по прозвищу Садырев, а в иноцех Филофея. Другаго архимандрита в Казань, первой же в Казани, Варсонофием зовут, с Песноши игу­мен. А из Иосифова мон. старец Герасим Леньков, – послал К. В. на время с архиепископом; а туды ему давать оприченные и запас, а иное из монастыря имал, сколько чего надобно, слуг больше десятка, муки ржаной 60 четвертей, пшеничныя 10 четвертей, и толокна и крупы и мясо людем, меду 10 пуд, патоки, денег 10 руб., два мерина, 4 коровы, 2 козы с детьми». Чит. Ист. Акт. 1. № 103.

95

Акт. Apх. Эксп. 1. № 241. Ник. Лет. 7, 231. см. пр. 90.

96

Ник. Лет. 7, 284–288. Тогда же некоторые из Казан­ских новокрещенцев отосланы были в новгородские монастыри, с тем, чтобы игумены, снабдив их одеждою, пищею и дворами, смотрели за их верностию христианским обязанностям. Грам. в Новгор. от 11 Февр. 1556 г. в Ж. М. Н. Просв. 1844 г.

97

Ркп. житие св. Гурия и Варсонофия, опис. М. Гермогеном.

98

Ист. Иеp. 6, 63. 519.

99

Письмо в Продол древ. Вивл. 5, 211. В конце ска­зано, что список списан с собственноручного царского письма.

100

Ркп. житие Гурия и Варсонуфия о Варсонуфие: «бе бо навык писанию срацинску и Моамефова скверная предания добре ведый и языки многими умеяше глаголати» (вероятно, кроме татар­ского, узнал в Крыму греческий) «и стязаяся с неверными и укоряя их и препирая и ко крещению приводя.»

101

Выше пр. 94. Курбского Ист. Иоанна 121–123 Ист. Иер. 1, 97. 6, 54.

102

Ркп. послание М. Гермогена к П. Иову.

103

Повествование о чудесах Казанской иконы, нап. М. Гермогеном в 1594 г., у Востокова в Опис. муз. 706. 524.

104

См. в Журн. Министр. Народ. Просвещ. 1842 г. об астраханской епархии. Степ. кн. 2, 207. Никон. Лет. 7, 229–250. В 1. т. Ист. Акт. № 184. жалов. грам. Астрах. Троицк. мон. 1574 г., где говорится, что в Обители 25 братий, 20 детей и несколько слуг.

105

Христианство между Черкесами насаждено было во вре­мена Юстиниана, а частию и ранее. Рубруквис в ХIII в. видел на Кавказе христиан-туземцев (Библ. иностр. писат. о России стр. 149).

106

Comment. р. 68 cd: Siarcs. Барбаро в 1450 г. Интеpиано в 1502 г. говорили, что Черкесы исповедуют греческую веру, или, по выражению последнего, имеют священников греческого исповедания (Библ. Иностр. писат. о Рос. 56, 149). Об остатках памятников христианства на северной стороне Кавказа, – Кавказ, 1847 г. № 41.

107

Летоп. у Карамз. 8. пр. 416. Крещены – сын князя Сибока (пр. 76), Кудадек-Александр и сын кн. Темрюка Султанук-Михаил, оставшиеся у Царя для воспитания, сам князь Тутарик -Иван. См. о кн. Черкасских Родосл. Сборник. кн. Долгорукова, кн. 4, стр. 32. 40. Пять князей черкесских, оставшихся при Иоанне в России, стали родоначальниками Князей Черкасских (Ист. Акт. 2; 46, 52, 62; 4; 292, 359, 158–329).

108

Лет. Архив. 340. 349. «Приехал с Дону (сент. 1559) кн. Дм. Ив. Вишневецкий, а с ним Чюрак мурза черкасской, и бил челом от всех Черкас, чтоб их Государь пожаловал, дал бы им воеводу своего в Черкасы и велел бы их крестить всех.... Отпустил Царь (в феврале 1560 г.) в Черкасы воеводу своего кн. Д. Вишневецкаго, и с ним князей черкасских кн. Ивана Биашика да кн. Василья Сибока с братьею, и попов крестьянских; и велел их крестити по их обещанью... По челобитью кабардинских князей и по неправдам Шевкаловым, отпустил воеводу Ив. Сем. Черемисинова с товарищи на Шевкал и Тюмень, и с Иваном отпустил попы крестьянские крестити кабардинских Черкас». След. отправлены две миссии священников – одна при Вишневецком, другая при Черемисинове.

109

Вишневецкий в 1564 г. попался в руки Султана изменою; тот велел бросить его на колья; зацепясь ребром, Димитрий трое суток висел и трое суток славил Христа и проклинал Магомета. Пред казнию ему обещали жизнь и свободу за измену вере; он отвергнул. Маркевича Ист. Малор. 1, 47. 48. Коronа Рolska Niesieckiego 4, 544, 1743.

110

Поссевин. De reb. Моscov. р. 287.

111

Русск. Вивлиоф. Полевого, 361–362. Ркп. житие Свят. Ионы. См. Воздвиженского ист. обозр. рязан. иерар. 122. 123. Макарова Заметки о Землях рязан. в Чтен. Моск. Общ. Ист. 1846, № 1.

112

См. о Краковской Академии статью в Москвитянине 1845 г. № 8. Поссевин писал, что в Ольмоцкой семинарии воспитываются «некоторые из Русских». Supl. ad hist. docum. р. 39. Comment. р. 1.

113

У Востокова, в Опис. Муз. грамота князя Константина Острожского, коею жертвуется земля в Турове с тем, чтобы «школу держати» (первоначальную). Стр. 127.

114

Comm. de Moskov. р. 286.

115

Зубрицкого. Летоп. Львов. Братства, стр. 8.

116

По Львовской Русской Летоп. (Ист. Сборн. Погодина 3, 239.) в 1623 г. сгорели три православные церкви в пред­местии краковском. В Кракове, в самом костеле королевского замка, в куполе, остаётся несколько древних. славян. надписей над образами; по отзыку Кеппена, эти надписи относятся к началу 14 в. (Список Русск.Памятн. стр. 119.). В краковской церкви св. Креста, построенной в 1071 г. и возобновленной 1492 г., совершалось славянское богослужение, до нач. ХVI в. Зубрицкий 32–35.

117

Сахарова Обозрение Славянорусской Библиографии, Спб. 1849. № 1–44. Шафарик о древлеславянских Типографиях у южных Славян, Чтен. Мос. Общ. Ист. 1848. В южной митрополии в том же веке были ещё изданы: а) в Вильне Евангелие 1575 и Псалтирь 1576, Петром Тимофеевым, – Октоих 1582 г., Служебник 1583 г., Катихизис 1585., Сборник 1585, Псалтирь 1586 г.; б) в Заблудове близ Вильны у Гетмана Ходкевича Евангелие учительное 1569 г., Псалтирь 1570 г., Иваном Федоровым; в) во Львове Апостол 1574 диаконом Иваном Фед. (Ж. М. Народ. Просв. 1838 г. О типограф. в Галиции); г) в Остроге Псалтирь и Новый Завет 1580, Библия 1580. 1581, Хронология 1581. Книжка о единой истинной вере 1588 г. См. Строева, Опис. печат. Книг Толстова (М. 1829), Царского (М. 1836), Дополнение (М. 1841), Сахарова Обозр. Библиографии № 47–80. Самая первая книга славянской печати – Новый Завет на Чешском языке изд. 1475 г. Сахарова Русские древ. памятники, Спб. 1842.

118

«Книга, глаголимая польская псалтыре, преложена сруского на полски: нехай по ней хвалят Господа». Язык чаще русский, чем польский, но легко мог быть понимаем и поляком. О Четвероевангелии Бодянский в Ж. Мин. Нар. Просв. 1838. кн. 5. и Максимович в Киевлянине на 1840 г. стр. 251. Перевод Ветхого Завета с еврейского хранится во Львове (Максимович там же и Срезневский в Ж. Мин. Нар. Просв. 1843. февраль).

119

См. известие при Апостоле, изданном Скориною, у Карамз. 1, пp. 539. Довольно подробно описано издание Строевым (Опис. староп. книг гр. Толстова № 5–12. Москва, 1820 г. Опис. книг Царского № 5–9.). У Погодина книги Пророков, доселе остававшиеся неизвестными. Москвит. 1844 № 5. Посему вероятно, что найдутся и недостающие 2 книги Паралипоменон, Книга Ездры, Маккавейские. См. Сахарова Лет. Славянорус. книг, № 10. Спб. 1849.

120

К изданию Библии два предисловия: в первом – история перевода; оно издано Строевым в Описании староп. книг гр. Толстова – стр. 50–60. Второе предисловие: о пользе и святости книг Св. Писания, и силлабические стихи, написаны Герасимом Даниловичем Смотрицким, который в 1574 г. был подскарбием кн. Острожского и одним из жарких ревнителей православия. В 1587 г. напечатано его сочинение о римском календаре. Библия издана 1580 и 1581 г. См. Сахарова Летоп. Славянор. книг, № 65. 67. 78.

121

На чешском Библия напеч. в Праге 1555, 1556, 1561. на польском перев. Ивана Львовца в Кракове 1561, 1574 г.

122

Из 21 слова (а не 27, как показано в Словаре М. Евгения) по синодальной ркп. № 384 следующие слова названы словами «Григория инока и пресвитера» или «игумена Обители Пантократоровы»: 1. о св. Причащении – в воскресенье пред Рождеством Христовым; 2. о усопших; 3. о иноческом житии; 4. похвальное слово пр. Отцам, где упоминает о своём слове о иночестве; 5. похвальное слово 40 мученикам; 6. в Вел. Четверток на Часах о Иудеях и приносящих опресноки для Евхаристии; 7. в Вел. Пяток на часах; 8. на Рождество Иоанна Крестителя; 9. похвальное Ап. Петру и Павлу; 10. похвальное прор. Илии; 11. на Рождество Богоматери; 12. о мучении нового мучен. Иоанна; 13. похвальное М. Киприанy. «Григорием Архиепископом Российским» говорены: 1. в неделю Вербную; 2. на Вознесение Господне; 3. на Преображение Господне; 4. на Успение Богоматери; 5. на Усекновение главы Предтечевой; 6. на Воздвижение честного Креста; 7. похвальное Вмч. Димитрию; 8. похвальное Вмч. Георгию. Нет сомнения, что и первые 13 слов говорены в России: это видно по их составу и языку. Некоторые из слов Григория помещены в Четиих Минеях, в сборниках церк. слов, напр. у Румянцева по Опис. стр. 693. 700. 702 . 704. 705; у гр. Толстова по Опис. 358. 359. 167. У последнего ещё похвальн. слово Евфимию Патр. Терновскому. В Прологе мая 9 его же повеств. о сербском ц. Сте­фане Дечанском. По ркп. ещё известно слово о св. Параскевии Терновской.

123

В Слове о Причащении: «Подобная Иудеем страждут и иже опресноки жертве приносящия... Не слышаще учителя языком Павла вопиюща и глаголюща... в нощь, в нюже предашеся, взем хлеб. Не рече: опреснок… хлеб безквасное не наречется никогдаже, яко не вершено суще. Како убо кроме кваса брашно с водою хлеб наречется, мертвости носящи образ? Ибо в четвертыйнадесять месяца закалашеся овча к вечеру, егда и Владыка наш, жертву законную оставляя, на кресте пожреся»...

124

На Костницком Соборе были, кроме папы Иоанна, 3 патриарха, 29 кардиналов, 33 архиепископа, 160 епископов, 300 докторов богословия. С Григорием были на Соборе четыре епископа. Jagrbücher Joh. Lindeblatt. Königsb. 1823. Новгop. 4 Лет. 115. 116. 118.

125

Густин. Лет. 354. Koнисскогo Ист. Рус. 10. 11. Зубрицкий о Черв. Руси 285–320. Бандтке 2, 26. 31. О Витовте ниже пp. 373. Длугош р. 117–120. 140. Он при­нял латинство вместе с Ягайлою в 1385 г. Новгор. Летоп. Карамз. 5. пр. 182.

126

Акт. Зап. Poс. 1. № 42. Длугош: «Эта уния продолжалась самое короткое время. Греки и Русские, не бывшие при ея совсршении, смеялись над нею и с презрением отвергли ее». То же Стриковский р. 561. Вавила «поп св. Спаса от Столпа» – местечка самого близкого к Польше – по слуху о пышном приёме Исидора в Кракове вздумал было хвалить Исидора: но Холмляне выгнали его из прихода; почему «Легат Иси­дор» писал в его защиту в Холм (Письмо Исидора от 17 июля 1440 г. в Чтен. М. Общ. Ист. 1, 12–16). См. ниже пр. 165.

127

Литовское княжество XV в. состояло из нынешних губерний Виленской, Ковенской, Гродненской, Витебской, Минской, Могилевской, Смоленской, Черниговской, Киевской, Волын­ской и Подольской. Из них три последние скоро перешли к Польше, как и древнее Галичское княжество в 1387 г.

128

О Витовте и преемниках Собр. Вилен. грам. ч. 1. № 2–11. ч. 2. № 46–50. В Сборнике Муханова грам. Кор. Казимира: «штож нам христианство греческаго закону не рушити, налоги нам на их веру не чинити» и пр. стр. 100. 137. Конисского стр. 11. Зубрицкий 310340. Бадтке 2, 39–44. 55.

129

О Львове см. в Ж. М. Нар. Просв. ч. 19. статью: Типографии во Львове. Летопись Львовского Братства, в Ж. М. Нар. Просв. 1849. апр. и май. Стр. 4. 5. 8. 10. 11. О Вильне, Вилен. грам. ч. 2. № 17. 42. В грамоте Батория показаны пять виленских братств: Панское, состоявшее из панов, бурмистров и рядцев; Купецкое – из купцов; Кожемяцкое – из сапожников, Кушнерское – из шапочников; Росское – по госпиталю, основанному дворянином Росским (Опис. Муз. 113). О попечителях пр. 28.

130

Сильвестр Коссов в Патерике. Письмо М. Иосифа к Патриарху у Конисского. В Москве говорили более худого о Литве, чем было на деле. Иоанн искал случая – воевать с Литвою. Так показывают и летоп. Густ. 308 и ход дела. О М. Иосифе говорили худо в Москве потому, что он для пользы паствы не действовал по видам Москвы: с другими бывало и хуже от Москвы в подобных случаях (§ 3). Иначе ревность его к Церкви известна (§ 3). Стебельский (Zywoty SS. Т. 3. р. 135) прямо говорит, что Иосиф в это время был болен и не делал никаких нововведений в вере. В сане архимандрита Слуцкого, Иосиф был на востоке и с любовию изучал обыкновения восточной церкви (Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 115). Тем не менее литовским послам говорили в глаза, что и Россия и Литва знают, как виленский бискуп и его духовенство гнали православие, что это делалось не тайно, а открыто, – невольно перекрещивали жен и детей, чего прежде не бывало; Король поставил множество костелов в Полоцке и в других русских городах (Акт. Зап. Рос. 1, 205. 207, 235). Елена в политической переписке писала к отцу, что она не терпит притеснения в вере (Акт. Эксп. 1, № 138). Но тайно извещала, что виленский бискуп и литовские паны унижали пред нею православие и посылали к Папе просить, чтобы он требо­вал обращение её к папизму (Акт. Зап. Рос. 1, 303 305). Сам Александр сознавался, что Папа сильно домогался, чтобы Король «привел жену к послуженству римскаго костела» (к папизму), и что, хотя отступил он потом от сего требования, но взамен настаивал, чтобы Елена приняла флорентийскую унию. Сам сознавался, что по местам запрещено было строить русские храмы, но что теперь (1501 г.) это отменено (Сборник Муханова № 74. Акт. Зап. Рос. 1, 201. 348.). В Догелевом Собр. грам. (cod. diplom. VI, 271.), Папа Юлий в грам. 1505 г. 18 мар. пишет, что П. Александр обязал Кн. Александра непременно обратить Елену в папизм; но он – Юлий -запрещает употреблять насилие. Грам. П. Александра Виленскому бискупу от 1 июл. 1501 г. на меч против Русинов, Татар и Армян у Догеля 6, 1101. В литовской метрике написано множество жалоб Русских на этого бискупа Адалберта – Войтеха. – Оружие Иоанна заставило и Папу и всех панов перемениться во многом. В Акт. Зап. Рос. 1. № 204 грамота витебским жителям 1503 г.: «Если кто из Литовцев или Ляхов витебских крещен был в Русскую веру и из eго роду остаются в живых и теперь: то тех не тревожить и ни в чем не нарушать христианскаго права». Другие грамоты у Муханова № 83–85, в Акт. Зап. Рос. 1. № 313, в Малке 1845 г., грамота войту Шамбору о Бельском храме.

131

Акт. Зап. Р. Т. 2. № 29. 30. 51. 54. 65. Грамота 1511 г. дана на основании привиллегий, дарованных Витовтом, Казимиром и Александром. См. ещё там же № 70. 77. 109. 112. М. Иона 2, по словам Коссова, «весьма набожный». Езуит Кулеш пишет: «при нем схизма (православие) подняла голову; не только простые, но и некоторые из благородных заразились ею. Начальником был Константин, Кн. Острожский, славный по делам ратным и по победе над Москвою под Крапивною». Wiara pravosl. р. 192.

132

Библиотека иностр. Писателей о России Т. 1. 20.

133

Дополн. к иностр. акт. № 50–57. Акт. Зап. Рос. 1. № 193. 197. 198. 201.

134

Вилен. грам. Ч. 1. № 17. 27. Ч. 2. № 17. Герберштейн: «в Литовском княжестве три римские епископии – виленская, киевская и самогитская». Он же о Вильне: «в ней гораздо больше русских храмов чем римских». По грам. 1506 г. видим в Вильне Троицкий монастырь и 12 церквей (Акт. Зап. Рос. 1. № 284.), а Одерборн около 1570 г. показывал 30 церквей (р. 39). Гнезненский архиепископ в 1514 г. писал: «Между Красноруссами польские короли основали митрополию, семь кафедральных церквей и много приходских церквей». Так как архиепископ принимает Красную Россию в обширном смысле, включая в ней и литовскую Россию (Иностр. Акт. 1. 121): то в числе 8 римских кафедр его включаются и три Герберштейновы. То же показывает летопись Львовского митрополичьего костела, относя основание сего костела к 1414 г. (О Соф. coб. 35.). Впрочем киевские бискупы долго имели в своей епархии не более семи приходских церквей (Песецкий Кoronа Polska). Без сомнения, то же было и в некоторых других: известны западные ериsсори иn раrlibus infidelium.

135

Тышкевичи, обыкновенно, погребались в Виленском Троицком монастыре, а Иван Тышкевич погребен в Киев­ской Лавре. О Петре Тышкевиче, репротест 1619 г. «в греческой религии и сам родился». Гробы Сапег в православной Трокской церкви. Екатерина, дочь канцлера Caпеги, в 1500 г. была монахинею в православном Виленском монастыре (Стебельский 2, 234). Сапега, передавший тайную переписку Елены Иоанну, без сомнения, был православный (Акт. Зап. Рос. 1. 303–305). Послу Иоанна говорили в Вильне: «Много на его милости дворе княжат и панят грецкаго закона» (Сборн. Муханова стр. 106.). Литовская Рада от 27 янв. 1507 г. писала к М. Иосифу: ваша милость, как то духовные наши, маете здесе нас, как поданных господарских, присягами утвердить» (Акт. Зап. Рос. 2, 7.) След. в составе Литовской Рады были и православные. См. Акт. Зап. Рос. Т. 2. пр. 64. В Киевских и Холмском синодиках записаны потомки Ольгердовичей: а) Димитрия Корибута – кнзья Збаражские (из них Алексей был холмским епископом); Вышневецкие, Порыцкие, Воронецкие и Трубецкие; б) потомки Владимира – князья Слуцкие, Копыльские и Бельские; в) Андрея – кн. Полоцкие, Лукомские и Полубенские; г) потомки Симсона-Лугвеня – кн. Мстиславские, Пинские-Ярославичи (пр. 373); д) Бориса-Бутава – кн. Корецкие; там же аа) потомки Кейстута – кн. Крошинские (пр. 128); бб) потомки Феодора Любартовича – кн. Сангушки, Кобринские (из них Сильвестр был холмским епископом), Коширские и Ковельские; вв) потомки Евнутия Гедиминовича – кн. Заславские, гг) потомки Миндовга – кн. Ольшанские, благотворители Лавры, и Ольшанские-Дубровицкие (пp. 379. Акт. Зап. Рос. 1. № 72.), Ольгимунды, благотворители Лавры (из них Нестор был холмским епископом), дд) потомки Наримунда – кн. Рожинские, Стародубские. Там же князья Бабичи, Буйницкие, Глинские, Горские, Друцкие, Жилинские, Коркондиновы, Кротинские, Кулинские, Масальские, Огинские (строители многих монастырей, – Вилен. грам. 2. 214–218. 129), Одинцевичи, Острожские, Пузины, Путивльские, Путятичи, Ратские, Соколинские, Соломерецкие (из них Богдан был строителем монастырей), Трабские, Холмские, Чарторыжские (Длугош: Кн. Иван Чарторыжский – по обряду и роду Русский, р. 283), Четвертинские, (Максимовича Киевлянин на 1840 г. 131–231. Суша у Павлищева; в Сев. Пчеле 1844, № 288, 289. Долгорукова Родосл. сборн. 3, 68–71. Опис. Румянц. Муз. 575–581. Кальнофойского Тератургима стр. 59–65. Киев, 1638.) По документам, указанным в Ист. Унии Бантыш-Каменского, по документам Румянцева Музея (стр. 111–114. 117–130. 137. 177. 575–581. 809), по Виленским Актам (1 № 3. 4. 7. 10–15. 19–22. 37. 43. 46. 60. 62. 66. Ч. 2. № 42–58.), по Минским грам. (Минск. грам. № 43. 44. 63. 65. 69. 73. 81. 83. 125–127. 138.), по Актам Зап. России (1. № 4–10. 13. 17–20. 28. 30. 46. 59. 56 и 72. 76. 78. 82. 84. 87. 85. 125. 126. 190. 191. 214. 227. 163. 224 Т. 2. № 82), кроме помянутых фамилий, оказываются православными следующие: 1. Князья: Видинские, Головчинские, Любецкие, Сенские, Цеперские. 2. Дворяне: Андреевичи, Баки, Боговитины, Бокеи, (пр. 138) Болобаны, Борейки, Бялозоры, Верещаки, Воины, Воловичи (пp. 138), Волоткевичи, Волчки, Вяжевичи, Гарабурды, Гарусовичи, Гилиничи, Глезны, Глебо­вичи, Гораины, Горностаи, Гревзы, Гурки, Гулевичи, Деревинские, Долматы, Дорогостайские, Дробышевы, Ельцы, Есканы, Жаскевичи, Заберезенские, Загоровские, Зеновичи, Илиговские, Калиновичи, Карповичи, Кирыки, Кирдеи, Кисели, Кышки (пр.134), Копецы, Копциовичи, Корсаки, Коханы, Кошки, Крицкие, Крупки, Крушинские, Курцевичи, Лабонские, Ласки, Ласоты, Лишинские, Ложки, Малаховские, Маскевичи, Мележки, Микуличи, Мишковы, Немировичи, Обуховичи, Олизаровичи, Рагозы, Ротомские, Росские (пр. 122), Павловичи, Пачкевичи, Пацы, Пацеи, Протасовичи, Саковичи, Свирские, Семашки, Скипоры, Скумины, Солтаны, Стеткевичи, Стретовичи, Судимунтовичи, Сурины, Суши, Тризны, Укольские, Унековские, Уровецкие, Халецкие, Хлебовичи, Ходкевичи, Хребтовичи, Чаплеи (пр. 138), Чаплицы, Чолганские, Шамборы, Шимкевичи, (пр. 123), Юрковичи, Ючновичи, Якубовичи и пр. и пр. У Максимовича в Киевлян. на 1841 г. список 9 фамилиям, принадлежавшим Луцкому братству. См. Ист. Патриаршего периода § 15. 16. 17. 19.

136

См. выше пр. 130.

137

Виленские грамоты кн. Сигизмунда и Казимира не утверждались ни одним бискупом. Грамоты кн. Александра скреплял один виленский бискуп. А грамоты 1547 и 1548 г. уже скреплялись бискупами виленским, киевским, луцким и медницким. То же видно по Акт. Зап. Рос.

138

Привиллегии: 1563 и 1568 г. в Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 32. И у Конисского Prawa 16–23. Привиллегия 1569 г. у Ригельмана 4, 96. 97. На основании равенства прав папистов с православными М. Иона в 1568 г. просил Короля, дабы дозволено было православным епископам, наравне с бискупами, заседать в Королевской Раде, как заседал дотоле Митрополит: но на Гродненском Сейме отвечали, что это дело откладывается до другого времени (Акт. Зап. Рос. Т. 3. 145).

139

Поссевин Ер. ad Papam р. 280. cd. Slarz. Курбский: «Они (иезуиты) хитрыми внушениями едва не всех переучили в малом возрасте и, отлучив от православия, перекрестили, как напр. деток кн. Крошинскаго; потому многие отцы опять отобрали у них детей своих». Опасение Курбского за кн. Юрия Ивановича Чарторыжского, которогo он не советовал вдове матери отдавать в школу иезуитов, к несчастию, оправдалось (Максимовича Киевлянин на 1840, стр. 239, 240.). Впрочем о Вильне Гваньини в 1575 г. говорит то же, что Герберштейн. Грамота Батория о передаче православных монастырей и церквей иезуитам Полоцким в 3 Т. Акт. Зап. Рос. Зубрицкого летоп. Львов. Братства, стр. 12–14.

140

Изд. в Остроге 1588 г. (Строева Опис. кн. Толстова и Царского № 26). Содержание книжки следующее. 1-е отдел. о единой истинной вере и Церкви; 2-е отд. об исхождении Св. Духа от единого Отца; отд. 3-е, о первенстве римского епископа; 4-е, об опресноках, о посте субботнем, о литургии вел. поста, о безженстве священства, об очистилище; 5-е отд. о храме и почитании св. икон. Список в Биб. М. Дух. Акад. и Румянцева (№ 295). В 1588 г. в Остроге изд. исповедание о исхождении Святого Духа. Против того же папизма изданы в Остроге послания К. Патр. Иеремии а) в Вильну ко всем христианам, б) его же и Алекс. П. Сильвестра к К. Острожскому; в) к К. Митр. Онисифору и к епископам, от 23 янв. 1583 г.; г) Экзарха Дионисия к Туров. еп. Кириллу. Изд. в Остроге 1584. Предмет посланий – запрещение принимать новый римский календарь.

141

Письмо 2 к Козьме Мамоничу стр. 264. Другие письма против иезуитов к кн. Чарторыжской, 276; второе и третье письма к кн. Острожскому, 281–285; первое к Мамоничу, 261, к Седларю, 288. История Флорентийского Собора 294–302. В 1585 г. в Вильне издан Сборник: П. Геннадия диалог о вере, Дамаскина прение второе с Магометанином, Иоан. Златоустого о терпении. Переводчик в предисловии к Диалогу называет Максима Грека своим учителем и говорит, что от него он узнал о Геннадие. Это без сомнения К. Курбский. См. Медведева о книгах, кто их сложил?

142

Иоанн Гус и его последователи, в Москвитянине 1845 г.

143

Первый проповедник лютеранства в Литве был ок. 1539 г. Аврам Кулева – Литвин. В том же году Остророги и Гурки приняли Лютеранство в Польше. На быковском собрании 1560 г. избраны были два проповедника Вертан и Николай Житный для распространения Кальвинизма в Червоной Руси, ими основаны были кирхи в Перемышле и Яжелбицах. По Литве первые кирхи Кальвинистов построены были Кн. Радзивилом в Вильне, Клецке, Несвиже, Девельтове, Орше, Иве, Шилянах, Кейданах, Биржах. Вообще Кальвинизм был сильнее в Литве и Польше, чем Лютеранство. Friese Beyträge z. Reformations geschichte in Polen u. Litwa. Лукашевич Ист. Гельвет. церквей в Литве, изд. в Чт. Общ. Ист. 1847. № 8.

144

Венгерский (Slavonia reformata, Amstelodami 1679) говорит, что в 1552 г. «прибыли из глубины России в Витебск Феодосий, Артемий и Фома», но восстанием против св. икон возбудили против себя негодование народа и прогнаны были в Литву, а Фома впоследствии был кальвинистским пастором в Полоцке. Лукашевич, основываясь на этом известии, признаёт этих проповедников первыми основателями реформы в Литве. Но кроме того, что Косой не был Кальвинистом, а ещё менее Артемий, Косой убежал из Москвы не ранее 1555 г. и ещё позже того ушёл из Соловецкого заточения Артемий (см. прим. 218, 219, 225). Лукашевич сам говорит, что первым основателем реформы в Литве был Литвин Кулева (пp. 143) – и в то время, как Косой прибыл в Литву, реформа уже кипела в Литве.

145

Сам Социн был в Польше в 1551 и 1558 г. Бландрата, второй Социн, был другом Стефана Батория, когда тот был Седмиградским Князем (Энциклоп. Лекси., о Бландрате). Неизвестный сочинитель ответов Лютеранам (Ркп. Моск. Дух. Акад. № 177) говорит: «По сожжении же Михаила Сервета восташа наследницы Серветовы, иконоборцы же, Георгиус Бландрата, Павел Альшатус (Alsatius), Лелиус Социнус, Францышек Давидович (Davidis), нецыи министрове в седмиградстей земли». Будный нашёл себе покровителя в кальвинисте Кн. Радзивиле, которому посвящал свои книги. В Луцке Будный жил в доме дворянина Кышки; сотрудниками его в сочинении и издании социнианских книг были Матвей Кавечинский и кальвинский пастор Лаврентий Крышковский (Энциклоп. Лекс. о Будном). Неизвестный сочинитель ответов Лютеранам говорит: «и в Литве тогда ж воста Будный, а (в) Люблине Чехович (прежде того виленский кальвинский пастор). Сии ж иконоборцы и сами меж собою, по многым словесем, разгласишася. Ибо Чехович с своим собором Люблинским Буднаго от себе отрину и проклятию и шатанови предаде. Будный же Чеховича зовет Люблинским папежем и декретов его не приемлет».

146

См. письмо К. Курбского к Кн. Острожскому, стр. 281. 286. Мнения Мотовилы частию сходны с мнениями Франциска Давидича (пp. 145), который, быв совращен в социнианство Бландратою, впоследствии составил свою секту и учил, что Сын Божий явится Ходатаем мира только при кончине веков. Стефан Лован, земский судья в Мозыре на р. Припяти, которого в 1591 г. вызывали на суд «за эпикурейские мнения», был вероятно слушателем Мотовилы (Позыв на суд в Чтен. Общ. Ист. М. 1846. № 1.).

147

Циховский прибавляет о Русских: «Одобрением своим приохочивали разноверцев». Смысл этих слов тот, что Русские для своих выгод мирились с диссидентами, во вред папизму. У Лукашевича стр. 5. 6.

148

Лукашевич стр. 8–17.

149

Нарамовский Facies rer. Sarmat. 1, 282. Бандтке 2, 168. Сл. Акт. Зап. Р. Т. 3. № 31.

150

Курбский: «так, господин мой, и я грешный и последний в христианском обществе не требую толкований Филиппа Меланхтона, Мартина Лютepа и учеников его Цвинглия, Кальвина и прочих. Они еще при его жизни разошлись с ним в нечистых своих догматах, как непостоянные, движимые непостоянным духом («яко неуставничные oт неуставичняго духа движеми»)… Почему называл я его (Лютера) лжепророком? Потому, что он презрел не только всех, от века угодивших, Святых, но не принимает и многих из ветхозаветных книг, и некоторых из Апостольских писаний». Письмо к Чаплию стр. 267–271. См. ещё письма: к Бокею стр. 272–275, второе к Кн. Острожскому 253–255, к Пану Воловичу 287. 288.

151

Письмо к Марку Сырогозину 256–259. С сею целию отправил он родственника своего Михаила Оболонского в Краковскую Академию и приглашал Сырогозина к себе. «Исках помощи себе, семо и овамо обращахся, и никакоже обретох... Аще ли Бог тебя принесет до нас: то бы аз сел со иным баккаляром за книгу Павловых эпистолий, беседованных от Хризостома, а ваша бы милость сел за другую, или Григория Богослова или Василия Великого». К Марку препровождал он «орацию едину Григория Богослова, а другое слово – В. Василия – нашего переводу». К Мамоничам обещал прибыть «с тремя свидетелями, Дионисием Ареопагитом, Иоанном Златоустом и Иоанном Дамаскиным». Семену Седларю посылал Златоустову беседу из толкований на посл. А. Павла. Пана Бокея убеждал читать «писания великих наших Учителей».

152

Он перевёл на польско-русский язык Богословие, Диалектику и книгу о ересях, также несколько слов – Дамаскина. Этот перевод Курбского у Румянцева № 193. Здесь ещё к Диалектике Дамаскина присоединена Диалектика Иоан. Спангенберга. К Чаплию писал он (271), что, хотя часть сочинений Дамаскина давно переведена, но перевод до того испорчен небрежными писцами, что трудно понимать его.

153

Самым верным источником сведений о Флорентийской унии, с её тайными намерениями и мерами, и с внешним хо­дом, служит Vera historia unionis non veræ, Syropuli, ed. Halae – 1660. Сиponyл сам был на Соборе, даже принимал соединение, но потом бросил. Акты Флорент. Собора, поме­щаемые в западных коллекциях Соборов, составлены весьма недобросовестно; тут выдуманы целые речи. Русские сочинения: Путешествие Симеона Суздальского (изд. Сахаровым в Путе­шествиях по Св. земле. Ч. 2. Сиб. 1839), Путешествие Исидора на Собор (изд. в 6 Ч. Древ. Вивл.), Повесть об осмом Соборе (в Соф. Врем. 2, 18–34), – передают почти только числа заседаний, но довольно говорят об Исидоре. Достаточно Руднев, в истор. Разсужд. о ересях и расколах Р. Ц. 254–278. (М. 1838 г.). Подробно и отчётливо – История Флорентийского Собора, М. 1847.

154

Syropuli р. 27. 45. О родстве Палеолога с Василием прим. 3. Ватиканское известие об унии (Слав. рук. № 12) называет Исидора Словаком; это, вероятно, по его знанию славян. языка.

155

О после Императора грамота В.К. Василия в Ист. Акт. № 47. Галеры Папы за Императором и духовенством прибыли в конце сентября 1437 г. и тогда же отправились на Собор. Syrop. р. 67. А Исидор прибыл в Москву ещё на Пасхе 1437 г. и в сент. того же года уже поднялся из Москвы.

156

«Веси ли, отче, яко Отцы святии о осмом Соборе составляющих проклятию предаша»? Вероятно, Князь разумеет восьмые Соборы латинские, бывшие в Константинополе.

157

Симеон стр. 87–100. Из Москвы Исидор выехал сент. 8, 1437 г. (стр. 89. слч. Грамоту свят. Ионы в 1 т. Ист. Акт. № 66.). В Новгороде он был 9 октяб.; во Пскове с 6 декабря, пробыв в последнем 7 недель (Псков. Лет. 72. Новгор. 1 Лет. 112.).

158

В продолжение 16 заседаний, с 8 окт. по 10 января 1439 г. встречаются только два или три неважные замечания. За что же было (Карамзину) называть его красноречивым?

159

Об этом запрещении говорит не только Сиропул, но и сочинитель латинских актов Собора (в конце 23 заседания). После того были только два заседания, последнее 24 марта.

160

Руднев стр. 264–268 и прим. 254–262. Ватиканское известие о флорен. yнии говорит, что Русские не хотели подписать акта соединения во Флоренции и вынуждены были бежать, но за ними послана была погоня; некоторых поймали и били жестоко.

161

Соф. Врем. 2, 31. 113. Никон. Лет. 5, 153. Булла Евгения Исидору: «Почтенному брату Исидору, Митрополиту Киевскому и всей России, Легату апостольскаго престола в областях Литвы, Ливонии и России, и в городах, округах, местечках Польши, которыя признаются подведомыми тебе по праву Митрополита». Ист. Акт. 1 № 121.

162

Соф. Врем. 2. 33. 42.

163

Новг. 1 Лет. 113. Симеон 109–112. Соф. Врем. 2, 34. Псков. Лет. 73. 74. По Псковской Лет. Исидор прибыл в Литву 1 октяб. 6949–1440 г. и янв. 18 прислал во Псков архим. Григория. Весной 6949–1441 г. прибыл из Литвы в Москву «на вербицу» (9 апреля); в следующем 1442 г. убежал в Тверь, а оттуда на средокрестной неделе в Литву к Казимиру. По Степ. кн. 2, 75. пробыл он в Чудовском заключении всю весну и лето, и след. в Твери сидел он осень и зиму до крестопоклонной недели. Итак из Твери отпущен он в вел. пост 1443 г. И след. Исидор пробыл под стражею всего целый год.

164

Симеон: «поехал в Литву к Казимиру в новый городец, и пребыв тамо, пойде к Риму». В 1452 г. Исидор уже из Рима отправился в Царьград, чтобы действовать там в пользу унии, но и там посажен был в тюрьму (Соф. Врем. 2. 44.).

165

Густин. Лет. 356. Слч. выше прим. 8. 126. В 1451 г. св. Иона убедил Волынского епископа, поставленного Исидором, отречься от Исидора и торжественно осудить унию его (Карам. 5. пp. 34. Ист. Акт. 1, № 200.). В Киеве кн. Олелько, находясь под влиянием Польши, 1441 г. грамотою утверждал за Исидором доходы митрополичьей кафедры (Ист. Акт. № 259.). По удалении Исидора, он спрашивал констант. Патриарха, кого признавать Митрополитом? Григорий Мамма-унит (Патриарх с 1445 г.) писал, что Греция приняла унию, и Исидор – один законный Пастырь (Рассужд. о раск. русск. 273. пр. 208.). Если Александр обращался за разрешением к Патриарху, то тем самым показывал, что он не хочет принадлежать Папе. Судьба Маммы и решение Казимира прекратили сомнение о лице Митрополита. Свят. Иона писал киевскому Кня­зю убеждение охранять православие в Литве (Ист. Акт. № 52. 47.).

166

Акт. Эксп. 1, 58. Соф. Врем. 2, 40–43. О даре чудес в св. Ионе, кроме жизнеоп. (Четь-Минея, мар. 31). Пp. Иосиф Волок. В письме к Ивану Ивановичу: «и тогда был на Москве преосв. Митр. Иона, Киевский и всея Руси, иже бяше чудотворец». То же Соф. Вp. 2, 340.

167

Акт. Эксп. 1. № 80.

168

Ист. Акт. 1. № 65. стр. 118.

169

Ист. Акт. 1. № 272.

170

Ист. Акт. 1. № 45. 63. 65. 66.

171

Ист. Акт. 1. № 62. 65. 273. 275.

172

Соф. Врем. 2, 110. 115–119. Новгородцы в договоре с Казимиром говорили: «А у нас тебе, честный Король, веры греческие православные нашей не отъимати... А римских церрквей не ставити... ни по всей земли новгородской».

173

Кранц, Vandalиа р. 397. Raynaldi, Аnnal. Ессlesiast. ad аn. 14701471.

174

Псков. Лет. стр. 125–127. Карамзин 6, 38–46.

175

Переписка Пап XVI в. Грамота 1518 г.

176

Акт. Иностр. Архив. № 123–129.

177

См. в Москвитянине 1842 г. № 11 статью о Максиме Греке.

178

Повесть о начале Печерского монастыря, взятая из рукописей М. 1831.

179

Иностр. Акт. № 130–133.

180

Иностр. Акт. № 140. 141. 144.

181

Приём Антония описан в особом известии, нап. в Древ. Русс. Вивлиоф. т. 6, 71–107. Более любопытного в современ. записке у Б. Каменского в Ист. Унии 15–25 и у Карамз. т. 9. пр. 624–635. Антоний довольно подробно говорит о своём посольстве в Записках о Московии – De Моscoviа Comment. Т. 2. р. 305–310. ed. Starsevscy. Ин­струкция П. Григория Поссевину в 1. т. Иностр. Актов № 212. Здесь грамота Папы к Ц. Иоанну № 252 и другие бумаги № 213–251. В дополнениях к Иностр. Актам изд. его бумаги 1581–1582 г. Suppl. Petrop. 1849.

182

Сведения о ереси в посланиях Архиеп. Геннадия к М. Зосиме (т. 1. Акт. Эксп. № 380.), к суздал. еп. Нифонту (изд. в Чтен. Общ. Ист. 1747 г.), к Ростов. Архиеп. Иоасафу (изд. в Чтен. Общ. Ист. 1847 г.), особенно в Просветителе Иосифа Волок. Подробное исследование у Руднева в Ист. ересей и расколов стр. 92–171. (М. 1838.).

183

Послание Геннадия к Зосиме ст. 479. Просветитель Иосифа. К. Михаил прибыл из Киева в Новгород осенью, нояб. 8 д., 1470 г., пробыл здесь 4 мес. и 8 дней, и узнав о смерти брата, Киевск. Кн. Симеона († 1471 г.), поспешил в Киев (Новгород. 2. Лет. 141. Псков. Лет. 110. и у Карамз. 6. пр. 30.). Он прибыл в Новгород, выпрошенный у Короля Новгородцами (Псков. Лет.), прежде того, как Новгородцы отправили к Казимиру посольство о своей подчиненности власти Короля (Соф. Врем. 2, 114.). Жиды на юге жили свободно между Русскими (Волынск. Лет. 220.). Но в северо-восточных городах не терпели их.

184

Геннадий там же. У пр. Иосифа поименовано более 80 человек светского и духовного звания, и притом сказано, что были и другие. Предисл. к Просвет.

185

Посл. к Зосиме стр. 479. Грамоты В. Князя и М. Геронтия к Геннадию в 1 т. Истор. Акт. № 285. Соф. Врем. 2, 233. Успех Геннадия зависел и от того, что в 1488 г. Дьяк Феодор Курицын ездил в Венгрию послом; оттуда он в 1489 г. (у Карамз. 6. прим. 273.) привёз с собою повесть о Дракуле Волошском, вероятно, им же переведённую (Востокова Опис. Музея 512.). Он же перевёл апокрифиче­ское послание Лаодикийцам (Руднева Ист. пр. 93.). Эта на­клонность к странным сочинениям показывает в Курицыне такого человека, какой нужен для слушателя проповедей алхимиста Схарии. Тех же мыслей были Курицыны Иван Волк и Василий. См. ниже прим. 205.

186

Геннадий в письме к Архиеп. Иоасафу и в посл. М. Зосиме стр. 479–481. Соф. Врем. 2, 234.

187

Послание Зосиме стр. 470–481. «А сталася та беда с тех мест, как Курицын из угорския земли приехал; a отселе еретицы сбежали на Москву... Протопоп Алексей, да Истома, да Сверчек, да поп Денис приходили к Курицыну, да иные еретицы; да он-то у них и печальник» (заступник) См. выше прим. 185.

188

Выписка у Карамзина 6. прим. 364.

189

Зосима требовал от Геннадия «епископскаго исповедания веры», т.е. обращения верности сану и Митрополиту, какое давалось при посвящении в епископа; предлогом выставлено было то, что будто верность Новгорода В. Князю и Ми­трополиту была тогда в подозрении.

190

Послание к Зосиме в Акт. Эксп. 1. № 380. В Библиотеке гpaфa Толстова (2, 254.) послание о том же к Собору.

191

Просветитель Иосифа.

192

Вскоре после смерти Геронтия, Алексей умер лютою смертию, у дьяка Истомы прогнило чрево; Дионисий мучим был духом и умер скоропостижно. Просвет. Иосифа.

193

На Соборе присутствовали с Митрополитом Тихон Архиеп. Ростовский, Епископы: Нифонт суздальский, Симеон рязанский, Вассиан тверский, Прохор сарский, Филофей пермский, множество архимандритов и игуменов. Соф. Вp. 2, 237. 351. 352).

194

В новгородской пасхалии против последнего года седьмой тысячи лет было написано: зде страх, зде скорбь… в сие летo чаем и всемирное Твое пришествие. Это видел Геннадий и заметил в миротворном круге. То же в Соф. Врем. 2, 63. Относительно того же мнения, кроме свидетельств, указанных у Руднева (Ист. ересей стр. 103. 104. прим. 106. 107.), можно привесть слова из Епифаниева жития св. Стефана: «И прежде сего издавна в Перми не было грамоты... Ныне же на исходе седьмой тысячи, точию за 120 лет до скончания веку, грамоты замышляти»? Так говорили в Москве о труде св. Стефана.

195

Предисловие Иосифа к Просветителю.

196

Иосиф в предисловии к Просветителю и в письме к Еп. Нифонту. Последнее изд. в Чтен. Общ. Ист. 1847. № 1.

197

Ркп. жизнеоп. Иосифа. Иосиф: «И Кн. В. молвил: Яз де ведал ересь их; да и сказал ми, которую держал Олексей Протопоп и которую держал Феодор Курицын; а Иван де Максимов и сноху у меня мою в жидовство свел». Чтен. Общ. Ист. 1847. № 1.

198

Предисловие к Просветителю содержит историю ереси до 1490 г., говорит о Соборе 1490 г., о нечестии Зосимы. На том останавливается историческая часть, за которою следуют обличения ереси в 14 Словах, 15 Слово продолжает историю еретиков до Собора 1504 г.; оно начинается так: «многа словеса прежде рекохом о новгородских еретицех. Ныне же нужно вменихом и о сем рещи». След. и самые слова Иосифа показывают, что сочинение его писано по частям. Последнее подтверждается и тем, что три слова о иконопочитании 5–7 препровождены были при письме к некоему иноку. Письмо изд. в Чтен. Общ. Ист. 1847 г.

199

Письмо к Нифонту.

200

Отреч. грам. в Древ. Вивл. 14, 230. Соф. Вр. 2, 247. Hoвг. 4 Лет. 164. Зосиму не поминали после того в неделю Православия, как поминали московских иерархов. Древ. Вивл. ч. 6.

201

Иосиф в 15 слове; в 1489 г. Курицын ездил послом в Литву (Соф. Вр. 2, 247.); в 1490 г. он принимал (Кар. 6. пр. 345. 350.) в Москве императорских послов и передавал ответы В. Князю.

202

В 1501 г. перевед. сочинение Николая де Лиры: «На иудейское безверие», а в 1503 г. обличение Самуила учителя Иудеям.

203

Послание к Андрон. Архимандр. Митрофану (изд. в Чтен. Общ. Ист. 1847.). Слова Князя о Курицыне в разговоре с Иосифом (прим. 185.) показывают, что во время разговора, т.е. 1503 г., Курицына не было уже в живых.

204

Отречение Геннадия изд. в 1. т. Акт. Археогр. с означением июня 1504 г.; в ркп. Толстова показано 26 июня 1504 г. В Соф. Вр. отречение Геннадия показано годом раньше Со­бора: но только потому, что там год начинается с сентября.

205

Если взять во внимание суровость века, дозволявшую самые ужасные казни за преступления, менее важные даже для гражданского порядка: то нельзя было винить Иосифа. Иосиф в 16 Слове защищает решение В. Князя: «Аще ли кто речет: се суть градстии законы, а не св. Отец писание: то да увесть о градских законех, яко подобни суть пророческим и апостольским и св. Отец писанием». Это уже слишком много! Основание тут другое. В том нет сомнения, что Геннадию подали мысль о строгости против еретиков слухи об испанской Инквизиции. Иосиф убеждает просить у Бога разрешения, как поступать в сем затруднительном случае. Это показывает, что и Иосиф чувствовал затруднение в своём положении; а вместе даёт видеть, что слово писано во время самого Собора. В Волоколамской минее за октябрь (№ 20) замечено: «по благословению игумена был в кельи у Василья Курицына»; в минее за декабрь и январь (№ 21): «чел ее по благословению игумена Иосифа и старца Михаила Безсонина первый грешник пред Богом Васюк Курицын, прислан в св. монастырь к вел. чудотворцу Иосифу на смиренье». Сожжены были в клетке: дьяк Иван Волк Курицын, Димитрий Коноплев, Иван Максимов; Некрасу Рукавому отрезали язык, потом в Новгороде сожгли как его, так архимандр. Кассиана, брата его Ивана Самочерного, Григория Квашню, Димитрия Пустослова. Ник. Лет. 6, 132.

206

Древн. Вивлиоф. 6.

207

Зиновий в 53 Сл. Посл. Максима Грека, изд. в Скрыжали 1656 г. Сам Иосиф писал к В. К. Ивану Васил. о еретике Кленове, сосланном в Волоколамский монастырь, жалуясь, что Кленов не посажен в тюрьму (в ркп. Толстова 2, 28). Он же в 1511 г. снова просил письмом В. К. Ивана В. подвергнуть оставшихся еретиков казни (в ркп. Толстова 2, 68); писал и другим о том же самом (в Древ. Вивлиоф. 16, 423. 424.). Это вызвало строгое письменное осуждение мыслям Иосифа со стороны заволжских иноков (там же). Иосиф отвечал Посланием (ркп. М. Дух. Акад. № 171.).

208

В послании к бывому рост. Еписк. Иоасафу Геннадий пишет: «Хотя они мудрствуют по-жидовски, но покрыты укоризною проклятия, изреченнаго против еретиков, розумею, Маркиона и Мессалиян. Спроси, и каждый говорит: я православный христианин; и в лихом деле своем заперся. Нет, в них не одно иудейство; а оно смешано с Мессалиянскою ересью... Что ни есть мессалиянских ересей, то все мудрствуют; только то жидовским десятословием людей прельщают». Кроме десятословия Геннадий здесь же указывает, как на признак иудейства, только на то, что еретики следовали пасхалии иудейской, считая с Иудеями до Р. Христова 3760 лет, а до времени Геннадия 5944 года. Посл. в Чтен. Общ. 1847 г.

209

В Просветителе Иосифа только два Слова 2-е и 3-е направлены против Иудеев; прочие же или не имеют отношения к иудейству, или по крайней мере столько же говорят против иудейства, сколько против христианской ереси.

210

Сие изложение помещено в Истории Собора 1491 г. Соф. Вр. 2, 351. 352. Современность его сему Собору под­тверждается и тем, что Зосима называется здесь «святейшим митрополитом», а всё повествование заключается словом: аминь. См. подробнее о значении ереси в Истор. Ересей стр. 110–142.

211

См. пр. 208.

212

Иосиф в посл. к Митрофану; выше пp. 185.

213

Довольно подробное изложение обличений Иосифа см. в Ист. Ересей стран. 145–170.

214

См. ниже прим. 320. О Соборе против Башкина в описи Царск. Архива: «Соборные подлинные, за митрополичьею рукою, 62 и 63 г. (1554. 1555.) Матфея Башкина, Артема бывшаго Троицкаго игумена и иных». Там же 1, 349. В Волоколам. ркп. (№ 134): «Л. 7061 (1553) м. июня явился еретик Матфей Башкин, да иные, и осудил их Государь Ц. правосл. Кн. В. Иоанн В. да Преосв. Митр. Макарий со всем св. Собором в лето 7063 (1553.) дек.; а в заточение их разослали, Матфея Башкина, привезли его во Иосифов дек. 22 в пяток, привез Герман архимандрит. В л. 7063. (1555) иные явились еретики, два чернца с Белаозера, а привез их старец Александр, Ивановский человек Умнаго». Эти иные были Феодосий Косой и товарищ его Игнатий (пр. 219.).

215

Учение Башкина а) в посл. Ц. Ивана Вас. к Максиму Греку о ереси Башкина (Ист. Акт. Т. 1. № 161. стр. 297); б) в соборной грамоте об Артемие (Акт. Арх. Эксп. 1, 250. 253.).

216

Акт. Арх. Эксп. Т. I. стр. 250–254. Курбский приписывает обвинения Артемия гневу Царя и слабости некоторых епископов. Упрёк отчасти справедливый: и Феодорита тогда же обвиняли, но после сам же М. Макарий оправдал его. Курбский говорит, что «Феодорит и Иоасаф славные в преподобстве» обличали в неправде Нектария, главного наветника на Артемия (Ист. Иоанна 135.). В деяниях Собора свидетельства Иоасафа Белобаева об Артемие заслужили внимание Собора. Впрочем и Артемий не совсем прав.

217

«Да и на старцев за-волжских (Башкин) говорит, что его злобы не хулили, а утверждали его в том». Ник. Лет. 7, 204.

218

Ист. Иоанна 134, По Лет. Ник. 7, 204. Башкин назвал единомышленниками своими Ивана и Григория Борисовых, Исайю Белобаева монаха соловецкого. По актам Собо­ра вместе с Артемием подвергались допросу инок Иона и священник Иоанникий, как ученики его (Ак. Э. 1, 250–254)» По записке о Соборе против Башкина (Чт. Общ. Ист. 1847. № 3.), когда призван был к допросу Исаак (а не Исаия) Белобаев из соловецкого монастыря и оказывался «нечто от церковных законов развращающим» (след. не вполне уличили его в мыслях Башкина): то Кассиан, епископ рязанский, защищавший и других обвиняемых, особенно защищал Исаака Белобаева, «старца своего», т.е. наставника по иночеству. Это было в 1554 г. Кассиан хулил тогда книгу пр. Иосифа волок. против новгор. еретиков: но Собор признал её «светилом православию». У Кассиана отнялись тогда рука, нога и язык, и он оставил кафедру. Записка далее говорит, будто Кассиан и после того говорил: «более согрешаем Богу, Христа нарицающе Вседержителя». По актам Кассиан был в числе судивших об Артемие (А. Э. 1, 250.). А Курбский говорит, что «некоторые Епископы», зная строгую жизнь Артемия, не соглашались осудить Артемия. По всей вероятности, Кассиан был в числе этих епископов.

219

См. обличения Зиновия против Феодосия Косого. Что дело Феодосия рассматриваемо было на Соборе 1555 г., – это показывают жалобы крылошан на епископов русских за то, что они «поймали самого того Косаго и Василиана и Игнатия и Порфирия и прежде их Артемия». По описи Царского Архива видно, что в сем Архиве хранилось дело о Феодосие. (Акт. Арх. 1, 353.). То же говорит и заметка Волокол. ркп. (См. прим. 214.). Курбский в письме своём к Чаплию писал, что он не просил Чаплия толковать ему Св. Писания, зная, что сам Чаплий «напоен учением от истиннаго самочинника», который, обещавшись хранить чистоту и нестяжа­ние, снова обратился нa широкий путь страстей; «поселился он в вашем доме как змей ядовитый». Далее, говоря о несогласии еретиков, Курбский пишет: «сим (оступившим от Лютера) последуя ныне пан Феодосий (Косой) и пан Игнатий не так ради учений, яко зацных (почтенных) для своих паней и согласуют им» (Лютеру и др.). Наконец говорит: «ваша милость и учитель твой пан Игнатий не только по-грецки, але и по-латыне, сподеваюсь (думаю) ни мало не умеет». Письмо писано в 1575 г.

220

Востокова Опис. Муз. стр. 206. Зиновий жил в новгородской области и, как известно, описывал жития святых. В ркп. Минее сентябрской помещено его похвальн. слово св. Кн. Михаилу Черниг. и бояр. Феодору (Ркп. Сергиевой Лавры).

221

Поссевин домогался, чтобы Царь выгнал Лютеран из Москвы и позволил быть костелу в Москве. Ему отвечали: «в Русском Государстве живут люди разных вер, с своими обычаями, но с условием не прельщать Русских в свою веру». Костел подвели под обычай, нетерпимый в Москве, и хотя Царь обещал было свободу латинству, но обещание осталось только обещанием (известие о Поссевине стр. 98. 102.).

222

Известие бывшего в Москве Немца в письме 1566 г. (у Карамз. 9. пр. 166.) говорит, что будто Царь за оскорбление одного Немца в деле веры наложил на Митрополита (тогда был Афанасий) денежный штраф до 60,000 р. Если не всё известие, то последняя часть его – чистая басня.

223

См. в Москвитянине за 1843 г. статью Снегирева: О начале и распространении лютеранских и реформатских церквей в Москве.

224

И. Грозный отличает Рокиту от лютеранских про­поведников. – По другим известиям, на Краковском сейме 1571 г. Рокита подписался: Senior Confessionis Boheinicæ in majori Роlоnиа (Camerarii hist. do Fratrum orthod. Eccles. in Bohemia). Он же принимал дьятельное участие в соединении своего общества с реформатским в Польше (Friese, Beytrage z. Reformations-Gesch. 2. Th. I. B. S. 238. 244. 245.).

225

Oderbornii, Vita Johannis Basilidis lib. 1. p. 205. Praefai. Starzevsky ad 2. T. Johannis Lasitzky Theologia Моsсоvitиса 1582. Spiræ. Москвитянин за 1843 г. ч. VI. стр. 455. 456.

226

Oderborn. р. 204.

227

Кельх 343. «Иоанн.... ударил его (пастора) хлыстом по голове и сказал: «ступай к чорту с своим Лютером». Ещё строже поступил Грозный с пастором Фомою. Фома, убежавший из Москвы вместе с Феодосием, с званием реформатского пастора проповедывал реформатство в Полоцке; но в февр. 1563 г. Царь Иоанн, взяв Полоцк, приказал поймать Фому, вывел на Двину и, ударив палкою в голову, пустил под лёд. Аndr. Wengerscii Slavonia Reformata (Ainstelod. 1679.) p. 140. 262–264.

228

Гваньини стр. 300. Яков Улфельд: «Как они горды, можешь видеть из того, что все, что ни сказали бы они, считают верным и непреложным; мало того – они отнюдь не терпят противоречий в разсуждениях; без всякаго порядка, необдуманно выливают все, бросаются туда и сюда, как попадет на мысль, и не удостоивают выслушать другаго, перебивают слова» р. 17. Если и две трети доли было таких, – и того довольно.

229

Ркп. сказание Волокол. Б. № 666. у Румянцева № 39.

230

Истор. Акт. Т. 1. № 105.

231

Внизу грамоты поручителей 1565 г. написано: «а которые князья и дети боярские в сей записи написаны, а у записи рук их нет, а те князи и дети боярские, став пред дьяконом... сказали: что оне Ивана Петрова ручали, а у записи рук их нет, потому что оне грамоте не умеют». Собр. Госуд. Грам. 1, № 184. Такая же заметка внизу грамоты о литовской войне 1566 г. Собр. Госуд. Грам. Т. 1. № 556.

232

Сродник Михаила Матв. Лыкова пробыл несколько лет за границею для наук и возвратился с знанием немецкого языка и многого полезного (Курбский); а брат его Иван, быв пленен лифляндскими Рыцарями, удивил их знанием латинск. языка. Кельх 235. Таков же был Дмитрий толмач.

233

Стоглава гл. 25. 26. Здесь же: «О ставленниках хотящих в диаконы и попы ставитись, а грамате мало умеют… они ответ чинят: «мы де учимся у своих отцев или мастеров, а инде-де нам учиться негде: сколько отцы наши и мас­теры умеют, по том и нас учат». Впрочем желания Собора простирались слишком не далеко: «Таже бы учили своих учеников чести и пети и писати, сколько сами умеют». Вот и весь круг учения! А где знание веры? Где знание правил жизни духовной? Где знание Истории Церкви, её обрядов, её благочиния? Не говорим о прочем. Иоанн Кобенцель, бывший в Москве в 1576 г.: «во всей Московии нет школ и других способов к изучению наук (разумеется систематическое образование), кроме того, что учатся в Обителях, а потому из тысячи едва один найдется, кто бы умел читать или писать» (Do legat. ad Моskov. р. 15. ed. Starzevecy). Думаем, едва ли и на две тысячи приходился один умеющий писать.

234

Кн. Курбский в предисл. к перев. Дамаскина; у Востокова стр. 537.

235

Одерборн: «Школы у них при храмах; здесь юноша лет 30 учит детей первым началам; буквы весьма сходны с древними греческими; катихизации нет». р. 39. 40. ed. Stars. Кобенцель в прим. 177. Англичанин, бывший в Москве при ц. Алексее Mиx. пишет: «в 1560 г. заведена была в Москве первая типография, и в то же время основано было училище для преподавания латинскаго языка: но оно вскоре было уничтожено». Маяк 1843 г. февраль.

236

По проискам Ганзы и Ливонского Ордена, опасавших­ся просвещения России, набранные для России, до 130 человек, посажены в любекскую тюрьму; многие вырвались и разбежались, кто куда мог; немногие чрез 4 года пришли в Москву: но тогда открылось, что Шлитт, принимавший на себя по­ручение Царя, действовал, как агент Папы и Императора. Иностр. Акт. Т. 1. № 130. 131. Карамз. 8. пр. 206. 207. Поссевин также предлагал Царю средства к образованию, именно – послать молодых Русских в Рим: но Царь отказался от предложения (De reb. Moskov. р. 285. Древ. Вивл. 6, 97. 101.); из восточного римского училища вышли те самые, которые впоследствии были первыми деятелями при введении унии на юге России (Allatii de consens. Eccl. Orient. et occid. р. 985. 988. Бантыш-Каменский, Ист. Унии стр. 31.).

237

См. выше прим. 233. О богатстве Отеческих сочинений, каким владела теперь Церковь, свидетельствуют и рукописи, дошедшие до нас, и сочинения Иосифа Волоколамского, Нила Сорского и др.

238

Послание в Степ. Кн. 2, 205. 206. Здесь же Вассиановы два слова: одно на рождение Иоанна IV, другое похвальное В. К. Василию, Степ. Кн. 2, 206. 214. Послания Фотия и Ионы в 1. т. Ист. Акт.

239

У Востокова в Опис. Муз. стр. 252. 253. У него же не изд. посл. М. Фотия стр. 43. 273.

240

Нила Сорского Предание ученикам своим или устав напеч. в Ист. Росс. Иер. Письма остаются в ркп.

241

При св. Ионе распространилось на севере употребление Печерского Патерика, чему содействовали и власть Святителя в Киеве и родство Киевского Князя Александра с В. К. Василием.

242

Он описал в Новгороде и Москве жития пр. Варлаама Хутын., К. Ольги, Саввы Вишерского, Новгор. Архиеп. Евфимия и Моисея, Пр. Кирилла Белоезер., Сергия Радонежского (частию сократив, частию дополнив Епифаниево описание), М. Алексия; Слово на перенесение мощей москов. святителей. Соф. Врем. 2, 136. 137. 343. о его службах § 29.

243

Ок. 1450 г. опис. житие пр. Димитрия Прилуцкого со слов ученика его. Житие в ркп. Толстова 2. 225; 3, 76. Замечательны также жизнеописания а) К. Феодора Яросл., сочин. неизвестным в 1465 г.; б) Пр. Дионисия Глушицкого, пис. неизвестным со слов учеников его; в) Пр. Ефрема Перекопского, пис. учеником Игум. Романом ок. 1530 г.; г) Пр. Александра Свирского, опис. Игум. Продионом в 1545 г.

244

В житии Сергия о Сергии: «не взыска царствующаго града, ни Св. Горы, или Иерусалима, якоже аз окаянный и лишенный разума, у люте мне! ползая семо и овамо и преплавая сюду и овамо и от места на место преходя». Епифаний, без сомнения, был в Афоне: там Пахомий нашёл его жизнеописание Сергия, начатое на 9-м году по смерти Сергия, но сообщенное другим не ранее 90 лет после того, – и след. в 1418 г. Об отношениях своих к свят. Стефану: «некогда спирахся с тобою о некоих приключениих, или о слове стере, или о коемждом стисе, или о строце.... Аз раб твой помню лишшую, юже име ко мне, любовь, еюже многажды ся и прослези». То, чтó говорит Епифаний о Пермской Церкви, оставшейся без Пастыря после Исаакия, удалившегося от гонений в 1416 г., (Пр. 69. 71.), показывает, что Житие Стефана и Плач о нём Перми писаны также ок. 1418 г.

245

Он описывал (1547–49) жития Евфросина Псковского, К. Всеволода, Нифонта Новг., Исидора Юрьевского, Саввы Крыпецкого, Арсения Коневского.

246

Поучения М. Фотия известны по ркп. Нoвгор. Соф. Библ. № 594. Здесь 10 поучений, – между прочим: 1) о достоинстве священства, 2) на праздник Благовещения, 3) на день Сретения Господня; 4) поучение в неделю мясопустную; 5) поучение во время бездождия, о покорности Богу; 6) в неделю блудного, о наказаниях правосудного Бога; 7) о различных угрозах Божиих и о трезвении, нужном для священников; 8) слово о воссиявших отцах – Антоние и Феодосие; 9 и 10) поучения Печерской Обители. Из сих поучений 1. 2. 9. и 10 изданы в 1 т. Дополн. к Истор. Акт. № 180–184. В ярослав­ском списке, с которого напечатаны поучения, помещены – поучение в неделю православия, о посте; поучение во время моровой язвы. В Минее М. Макария под 31 Дек. написано «книга Фотия Митр., а под 31 июля 9 посланий».

247

Яков Улфельд, бывший в Москве при Грозном Царе, р. II. ed. Starzevscy.

248

Герберштейн de reb. Moscov. p. 30. Гваньини p. 19. Избавились ли на деле от ересей? Нет. Опыты – ересь Жидовствующих, ересь Башкина, Косого.

249

В Волокол. ркп. № 407. и у Толстова (2, 341): а) поучение князем, коли пойдут на войну; б) поучение князем не слушающим матери; в) поучение от Митрополита Князю Цареву ; г) послание егда хощеши кому послати, вельможам, или ко властным людем; д) послание от Митрополита, чтоб отца духовнаго слушали; е) послание (имя-рек) Митрополита всея Руси о утешении жене о муже умершем; ж) послание датися священноиноку, егда поставят его отца духовнаго и пр. Впрочем, кажется, если не все, то многие из этих поучений первоначально писаны были для известных лиц и по известным случаям, но уже впоследствии обращены были в общие формы частных поучений, так что неизвестны стали ни имена сочинителей их, ни имена тех, для которых они писаны. По ркп. видим, что и наставления М. Фотия уже обращали в общие формы поучений (См. Допол. к 1 т. Ист. Акт. Прим. стр. 15.).

250

Гораздо чернее описал своё время Стоглавник, гл. 41–44. Между прочим пересчитывает он множество книг суеверных, ходивших в народе: Рафли, Шестокрыл, Воронограй, Остромий, Зодей, Альманах, Звездочет, Аристотель, Аристотелевы Врата (См. у Карамз. 9. пр. 830). В 16 гл. говорится, что каноны, псалмы, стихиры читали подвое и потрое в одно и то же время, разделяя по частям. О суевериях и беспутстве язычества чит. ещё послание Игум. Памфила (Чтен. Моск. Общ. Ист. 1846 г. № 4.).

251

Подробный обзор жизни и сочинений пр. Максима, с показанием свидетельств, нап. в Москвитянине 1842 г. Здесь не будем повторять ни свидетельств, ни подробностей.

252

Курбский в своём переводе сочинений св. Дамаскина у Востокова в Опис. муз. стр. 243.

253

Перевод книги Есфири с еврейского в Библ. Моск. Дух. Академии, по ркп. XV или XVI века; другие списки в Волокол. Библ. (№ 388.), у Румянцева по Опис. Востокова стр. 35. О Псалтири Строев в Указателе материалов Истории §. 67.

254

См. Словарь Писат. дух. чина 2, 38.

255

Соф. Вр. 2, 391. 392. Брунон, Епископ Вюрцбургский, племянник Имп. Конрада II, умер в 1045 г. В его толковании собраны толкования бл. Августина, св. Григория Двоеслова, бл. Иеронима, Кассиодора, Беды, и толкования самого Брунона. В предисловии говорится, кто такой Брунон, как исправлял он Псалтирь и как полезен труд его; показывается, что труд Брунона – не новый, что ещё Ориген, Иероним и Августин занимались тем же, но их труды испорчены и забыты невежеством. За Псалтирью следуют: а) известие о переводчиках; б) статья о способах толковать Св. Писание; в) выписка «из книги Исидора Испаленскаго» -счисление лет. Наконец – посвящение перевода Архиеп. Макарию; здесь переводчик, между прочим, говорит словами Никиты Ираклийского: «велие неудобство есть, егда Божеств. Писание от языка во ин прелагается». Перевод окончен в дек. 7044 г. Он хранится в Библиотеке Сергиевой Лавры между ркп. в л. № 6.

256

У Востокова в Опис. муз. стр. 242.

257

Здесь ещё можем выставить образец. В Венской Библиотеке сохраняется Громовник, конца XVI века, и именно – Серб­ский (Ж. М. нар. просв. 1844 май, 75).

258

См. у Востокова Опис. муз. Слова св. Кирилла на стр. 227. 231. 234. 700. с именем Златоустого, – на стр. 620 с именем св. Василия Кесарийского.

259

См. у Востокова в Опис. муз. стр. 228 «Слово свя­тых Апостол и св. Отец о посте Филипове» стр. 230. 328. 511–513. 549.

260

Что Сказание Мелетия и Слово Феодорита о кре­сте не принадлежат Мелетию и блаж. Феодориту, это надобно отнесть к числу решенных дел: ни того, ни другого нет ни в одной греческой рукописи, ни на Востоке, ни на Западе; это дознано по справке со всеми известными каталогами греческих рукописей. По самому складу своему, это – статьи русские или болгарские; по всей вероятности, они вышли из мастерской иконописца. -Иконописец имел нужду в правиле, как писать молящуюся и благословляющую руку. Где взять правило? Ему пришло на память сказание житий о Мелетие; он стал разбирать это сказание и, как понял его, так и написал себе в руководство Сказание Мелетия; к счастию его, ему не много пришлось переменять в сказании о Мелетие, чтобы составить «Сказание Мелетия». Поелику же о обличении Мелетия арианам перстосложением повествует Феодорит, о чём узнали также из житий: то книжный иконописец, сообразно с тем, как понял сказание о Мелетие, написал Слово св. Феодорита, како благоловити и креститися. Это несчастное Слово впоследствии подвергалось пытке. Сперва к концу его, по той мысли, с какою дьяк написал в Стоглав правило о перстосложении, прибавили проклятие; потом поставили это проклятие, для большей важности, в начале Слова. Таким образом составились трёх родов списки мнимого Слова Феодоритова, разные и по самому содержанию. Образцы см. в кн. Истина Св. Соловецкой Обители (Спб. 1844) стр. 87–94.

261

В слове 7 против Новгород. еретиков.

262

См. Памятники Москов. Древностей, Снегирева. Соф. Bp. 2, 350. В Новгороде и его предместиях, за исключением загородных монастырей, в конце XV в., было 89 церквей, а всех 161. (Современная записка у Востокова в Опис. муз. 41. 42). Во Пскове и его предместиях в 1563 г. сгорело монастырских и городских церквей 52 (Псков. л. 201.) и осталось 8.; след., всего было 60 церквей.

263

Соф. Врем. 2, 134. 136. 141–144. 201. 343. Лет. Львова 39. 44. 65. 70. Летоп. продолж. Нестора стр. 284.

264

Лет. у Карам. 5. пр. 370. Соф. Bp. 2, 63. Алтарь похвалы Богоматери впоследствии перенесён в главный купол Собора. О Новодевичьем монаст. Арханг. Лет. 212. 238., о Покров. Соб. Лет. у Карам. 8. пр. 587. Чит. Снегирева Памятники Моск. Древностей.

265

В 1522 г. во Пскове в один день поставили народом храм Покрова Богоматери; духовенство служило молебны, «и оттоле нача легчае быти поветрие и помале преста». Соф. Вр. 2, 357. To же было в Новгороде в 1533. Соф. Вр. 2, 373.

266

Описание церквей новгор. XV в. у Востокова в Опис. муз. стр. 41. 42.

267

Новг. л. стр. 185. Кобенцель «мой пристав Димитрий никогда не принимался за пищу, прежде чем выслушает Литургию». р. 15.

268

Соборный приговор об учреждении поповских старост в Москве в 1 т. Акт. Арх. 3. 1, 229. Царский На­каз – там же стр. 226. Объяснение в Стоглавнике гл. 16. «А вкупе бы псалмов и псалтыри не говорили и канонов бы вдруг не конархали (?) и не говорили по два вместе, занеже то в нашем православии великое безчинство ввелося».

269

Другие подобные: а) сказание о священной воде на утрии Богоявления, с историческими сведениями о водосвящениях, б) сказание о венце Спасове и Богородицыне имени, и пр.

270

Сказание живущим во гресех неотступно, а каноны всякими и молитвами преподобных молящимся по вся дни, чающим спасения получити. Другое сочинение: Словеса аки от лица пресв. Богородицы к лихоимцем и скверным и всякия злобы исполненным, а каноны всякими различными песньми угожати чающим.

271

Максим написал и надпись для амвона, устроенного Акакием. Потом писал: какия речи рекл бы убо Содетелю всех епископ тверский Акакий, сожжену бывшу соборному храму – в 1537 г. Затем писал: ответ в кратце к Св. Собору, о нихже оклеветан бываю, – напеч. в Мосвитянине 1849. ч. 6. 84–90.

272

Первое и третие послание изд. в 1. т. Ист. Акт. № 22. 35. Второе остаётся в синодальном Сборнике посланий пастырских № 502., и в ркп. Румянцева муз. № 252. (по опис. Востокова стр. 512). О нём, как увидим ниже, говорил М. Макарий.

273

Из XV в. и до нас дошло довольно служебных миней. В библ. Толстова минеи за октябрь 2, 317., декабрь 2, 319–321., февраль 2, 322., май 2, 10., июнь 1, 280. 2, 324., июль и август 2, 330. В Моск. Успенском Соборе за январь, февраль, апрель, июнь, июль, ноябрь и декабрь. В Соловецкой Обители за июнь и декабрь № 518. 518. У Румянцева за январь 1441 г. и сентябрь. № 273. 274. Миней XVI в. ещё более. Впрочем и в XVI в. не каждый храм, даже и не каждая Обитель имели их. По описи 1551 г. Корельскому Николаевскому монастырю, построенному знаменитою посадницею – Марфою, показаны а) «книги старыя» (вероятно XV в.): «Евангелие и Апостол, два Псалтыри с следованием, и одна без следования, воскресные каноны на 8 гласов (собственно октоих Дамаскина?), октоих первого гласа, две Общие Минеи, Трефологий, Служебник, Шестоднев». След., служебных Миней и даже Триодей не было в Обители до игум. Ефрема, а на его имя дана грамота в 1542 г. б) Книги, прибывшие при игум. Ефреме и строителе Киприане: три Евангелия и Апостол, Паримейник, Псалтырь, два октоиха 8 гласов, Триодь постная и Триодь цветная, служебные Минеи за 8 месяцев, Ирмологий, Богородичники 8 гласов, три Часослова, два Служебника, общая Минея, Канонник, Устав, Требник». След. и тогда ещё не доставало Миней на 4 месяца, Ист. Акт т. 1.

274

У Востокова (Опис. муз. № 438. 440). Триодь пис. ок. 1440 г., где помещены Синаксари Каллиста, столько известные по бедности содержания. Впрочем здесь они написаны ещё на конце Триоди.

275

В «исповедании веры», писанном при Ц. Иване Васильевиче, изд. в Церк. Ист. М. Платона.

276

В Отвечательном Слове о исправлении книг, изд. в Ист. М. Платона.

277

В пример тому Максим выставляет: переводчики вместо ψιλὸς читали ὐψιλὸς , и перевели высокий вместо простой. Вместо ἐκκλεῖσαι, вытолкать, отлучить, читали Ἐκκλησίας и перевели Церква; вместо εὐ γὰρ δου, не пели, – читали εὐ γὰρ εδου , не виделиПлатона стр. 528–333).

278

«Прение М. Даниила с Максимом, или «судный список».

279

Соловецкие раскольники пишут: «в книге блаж. Максима Грека в гл. 5 в слове ответном к Николаю Латинянину: и в Духа Св. Господа истиннаго и животворящаго. И паки в той же книге Максима Грека в гл. 1-й». Чудное тупоумие! Символ ли веры предлагает Максим? Сами же говорят, что 5 глава – Слово ответное Николаю Латинянину. А что такое 1-я глава? Не сказали. Скажем за них: 1-я глава, какую только они могли иметь в виду, есть «исповедание веры» Максима. Итак опять Символ ли веры общий? Да и если они решатся принять слова Максима за слова Символа; то недоумение отуманит их: как читать Символ, следуя Максиму? Так ли, как в 1 Слове Максима, – или так, как в 5 Слове его? Истинно младенцы, только не во Христе! Напротив известно, что в 1531 г. Максима допрашивали: «в здешних наших книгах написано: и в Духа Святаго истиннаго, и ты Максим истиннаго загладил для чего?... Михаил сказал: говорил ему Максим, что у них того в греческих книгах нет, и он потому загладил».

280

«Истины показание», слово 45.

281

См. у Маттея греческое толкование Символа, напечатанное с Синодальной рукописи, Matthaei Lectiones Моsquenses Р. 2. р 53.

282

Подробное известие о пр. Максиме см. в Москвитянине 1842 ч. 6. стр. 45–96.

283

Так пишет пр. Максим в своём «исповедании ве­ры» (Ист. М. Платона стр. 300 и сл.). Враги воспользовались тем, что Грек, не ознакомившийся с тонкостями славянского языка, никак не мог понять разности между седе и седел еси, и настаивал, что там и здесь то же прошедшее время. Из этого недоразумения грамматического составили такое догматическое учение Максима: «Максим инок Святогорец говорил и писал о Христе, яко седение Христово одесную Отца мимошедшее и минувшее». В таком виде записали, и ещё не раз, судебный ответ Максима. Исповедание Максима говорит, что он понял, наконец, своё недоразумение: но этого уже не хотели записать.

284

Прение М. Даниила с Максимом греком в Чт. Общ. Ист. 1847. № 7.

285

«Судный список по делу о Максиме. Максим писал в защиту исправления книг: а) Исповедание православныя веры, напеч. в 2 ч. Истории М. Платона, стр. 280–306; б) Послание к М. Даниилу, изд. в Жур. Мин. Нар. Просв. 1834; в) Словцо отвечательно о книжном исправлении, изд. во 2 части Ист. М. Платона, стр. 327–339; г) Слово отвещательное о исправлении книг, там же, стр. 306–326; д) Ответ Собору ок. 1539 г. и послание М. Иоасафу в 1541 г. То и другое напеч. в Москвитянине 1842.

286

В Мюнхенской Библиотеке Иноческий Требник XVI в., но русский по письму (Ж. М. Нар. Просв. 1844, Май, стр. 80).

287

Первый Сборник в Биб. р. Толстова по опис. 1, 134. 135. Два других в Библиотеке Москов. Успенского Собора, по опис. Снегирева стр. 44–48. Оглавление Миней, составленное иноком Евфимием, издано Ундольским, в Чтен. Общ. Ист. 1847, № 4.

288

Напр. в житии Паисия 10 июня о Пр. Иезекииле, явившемся Паисию: «и скверными мысльми подвизаше того ум на вожделение обещанных благ». Надлежало написать «сокровенными».

289

«А и где буде погрешил от своего неразумия, от тех странских древних пословиц; иди будет где посреди тех святых книг написано ложное и отреченое слово св. Отцы, а мы того не возмогохом исправити и отставити, и о том от Господа Бога прошу прощения».

290

Напp. сочинения пр. Иосифа против Новгород. еретиков помещены под 9 сент., и они же под 31 июля; слова Григория Семивлаха под 31 июля, и по частям под разными числами.

291

Четь-Минеи Чудова монастыря, писанные 1600 г., уже разнятся от Миней Макариевых (Снегирева Памятники 147). Сборник М. Иоасафа: «Писал с разных списков, тщася обрести правый. И обретох в списках онех многа неисправлена. И елика возможна моему худому разуму, сия исправлях, да имущии разум больше нас, тии исправят». Истop.Опис. Сергиевой Лавры 139. 140. (М. 1842).

292

Стоглава гл. 27. 28.

293

Послесловие первопечатного Апостола 1564. М.

294

Вероятно, ещё В. К. Василию Максим грек подавал мысль о заведении типографии в Москве: не даром же хвалил он Венецианского типографа Альда Мануччи.

295

Послесловие Апостола: «Начаша изъискивати мастерства печатных книг в лето 61 осьмыя тысящи.... Царь повеле устроити дом от своея царския казны, идеже печатному делу строитися, и нещадно даяше от своих царских сокровищ делателем Николая Чудотворца Гостунскаго дьякону Ивану Феодорову, да Петру Тимофееву Мстиславцу, на составление печатному делу, и пр. О Гансе см. в Историч. Сборн. (т. 4. М. 1810) статью Снегирева. Сочинитель сказания о воображении книг (Опис. книг Царского М. 1836 г.) гово­рит: «глаголют, яко от самех Фряг то учение прияста (Иван Федоров и Мстиславец) повествуется от неких, яко преже их нецыи, или будет и они сами, малыми некими и неискусными начертанми печатоваху книги, последи же совершение». О Гансе Король писал: «удостой его, как можно скорее, отпуска и благосклонного ответа». И просьба конечно было исполнена. В 1556 г. отыскан был в Новгороде рез­чик букв Васюк Никифоров мастером печатных книг Марушею Нефедьевым» (Дополн. к Ист. Акт. Т. 1, 148).

296

Послесловие: «повеле (Царь) состивити – в Москве штамбу, сиречь дело печатных книг, ко очищению и ко исправлению ненаученых и неискусных в разуме книгописцев».

297

По списку Апостола XVI века, хранящемуся в Библиотеке Мос. Дух. Акад. читаем Иоан. 2. ст. 16. но от мира есть; ст. 17. и мир преходит. А в печатном допущена прибавка: сей, сего. По ркп. ст. 8. и свете истиныи се (ηδη) сияет. А в печатном: сей сияет.

298

Послесловие Апостола, изд. в Львове 1573 г., где диакон Иоанн говорит: «Не туне начах поведати вам, но презельнаго ради озлобления – от многих начальник и священноначальник и учитель, которые на нас зависти ради многия, ереси умышляли, хотячи благое в зло претворити... ниже граматическия хитрости навыкше, ниже духовнаго разума исполнени бывше, но туне и всуе слово зло пронесоша». Диакон и Тимофеев напечатали много книг на юге; Библия Острожская издана первым (выше пр. 117 и след.). Об участи моск. типографского дома Флетчер у Карамз. 9. пр. 91., Москвитянин (1844 сентября стр. 256.) извещает, что отыскиваются следы Евангелия, напечатанного в Москве при Ц. Иоанне. У Сахарова (Обозр. Библиографии, № 46. 63.) указание на Московское Евангелие в Тянинском издании Евангелия. Часовник у Строева в Опис. Стар. книг М. 1841 стр. 243. Из описи книг Кирилов. мон. видно, что знаменитый Сильвестр пользовался греческою псалтырью (Ундольского опись книгам степенных монастырей, № 732). Но в 1568 г. Сильвестра уже не было в Москве.

299

Соф. Вр. 2, 202. 224. «Свидетельства (письменнаго) никоего не приношаху, но глаголаху: солнце праведное Христос на ада наступи и смерть связа и души свободи, и того ради, рече, исходят на Пасху, то же прообразуют на утрени». Что при этом имели в виду и какой-то обычай, это видно из другого случая. В 1667 г., в Вел. субботу, в ходу с плащаницею, вокруг церкви пошли было по обычаю против солнца. Но Дионисий, архимандрит Никольского монастыря, остановил, и на тот раз перекричал других. Положим, что для хождения в самый день Пасхи это и прилично, как выражение восхождения великого Солнца – Христа. Но как это идёт к другим дням? Шуметь же из того – ещё менее прилично.

300

Церков. Ист. 1, 335.

301

Неизданное послание М. Фотия. Подробнее чит. в Ист. ересей и раск. Руднева стр. 191–216.

302

П. Иоаким (в Духов. Увете) указывает на греч. Цветную Триодь 6852­1344 г. и, по свидетельству Максима Грека, принадлежавшую М. Фотию. В ней, в Вел. субботу, после кафизмы, после «блаженны непорочнии», после тропарей – «Ангельский собор», написано: аллилуия, аллилуия, алли­луия, слава Тебе, Боже. По его же указанию, в древнем Греч. Требнике, после тропарей «Святых лик», написано то же самое.

303

По списку жития в Библиотеке М. Дух. Акад. Евфросин удалился в пустыню в 1425 г. Исидор с 6 дек. 1437 г. пробыл во Пскове 7 недель, а наместник его оставил Псков не прежде 1443 г. (пр. 145. 151–153.). О хронологических и исторических ошибках Василия см. Историю ересей, Руднева, стр. 194. 195.

304

Известно, что Римская Церковь, со времени Григория Великого или Двоеслова, приняла за правило петь аллилуия в Пасху, в славу Воскресшего, тогда как Греческая Церковь никогда не принимала сего правила. Так и в Соборном уложении П. Филарета обыкновение петь аллилуия в Пасху поставлено между латинскими обычаями (Соловец. ркп. № 1907–1911.). Относительно Сербии известно, что в 1308 г. Папа Климент V а) писал к Урошу, королю сербскому, чтобы он содержал в чести епископа сауцинского, б) предлагал в письме римское исповедание веры, какое Урош должен был произнесть; при чём писал: «по настоятельному твоему прошению, мы посылаем к тебе достопочтенных братьев наших Эгидия, патриарха градинскаго, и любезных сыновей из Ордена проповедников, Артемизия из ордена Миноритов… для выполнения всего.... и ты не преминешь украсить свое славное имя исповеданием католической веры»; в) к самому Эгидию писал между прочим, что совершение Литургии на квасном хлебе до времени можно терпеть в Сербии; г) наконец дал дозволение признать побочного сына Урошева законным сыном, коль скоро Урош выполнит предложения Папы (Иностр. Акт. т. 2, № 8–13.). В 1364 г. Людовик, король венгерский, послал Иеронимлян в Банат обращать Славян к Папе, и в 1365 и 1366 г. принуждал Болгаров к тому же ору­жием. Добровский Glagolitica, 2 изд. Ганки.

305

Послание Димитрия в ркп. Гр. Толстова, пo oпиc. 1, 116. 2, 254. Синод. ркп. № 446. Тот же Димитрий писал к Геннадию из Рима о белом клобуке. В ркп. называют его то Димитрием Греком, то Димитрием Старым. Но Греком назвали его с тем только, чтобы придать важность посланиям его. А он просто был Димитрий Герасимов толмач, учился в Литве, знал язык латинский, был при посольствах у короля датского, шведского, в Пруссии, Вене и Риме. Но был и легковерен (Pauli lovii de Logatione р. 6, 9.). Димитрий писал к Геннадию: Велел ми еси, Господине, отписати к себе о трегубном ал ил уия. Высмотрев в книгах, ино, Господине, того и сдеся в книгах не списано, как говорити, трегубно ли, двугубно ли. – Нo мне сл. помнить, что и у нас о том спор бывал меж великих людей; и они обоя одинако судили. Занеж трегубное ал ил уиа, а четвертое: слава Тебе, Боже, полнет Триипостаснаго Божества единосущнаго; а сугубое ал ил уиа полнет в деестесте едино Божество. Ино как ни молвит человек мыслию, так добро. Ал ил уиа же толкуется – ал прииде, ил явися, уиа Бог, пойте, хвалите живаго Господа Бога. Ино толкуется ал ил уиа: хвалите Богу, хвалите Господа, или Сущаго хвалите. Якоже и Давид ал ил уия, вепияше, глаголя: Бог наш де приидет, Бог наш не премолчит.

306

Беседы к глаголемому старообрядцу стр. 122. 123. История ересей, Руднева, стр. 198. 199. В Синод. Библ.(в ркп. № 466) хранится обличительное послание неизвестного из Пскова к Афанасию, иноку и ктитору Николаевской обители. Здесь писатель с глубоким смирением обличает Афанасия за послание в псковские соборы об удвоении аллилуии.

307

И скучно, и стыдно, а надобно показать, как объяснял Василий сугубую аллилуия. Пусть известные люди видят и судят, кто их учитель? «Напиши сице, говорит будто бы Матерь Божия Василию: Да воскреснет Бог и разъидутся враги Его. Воскресни, Господи, да не крепится человек. Воскресни, Боже, суди земли. И сему плотскому Божественному воскресению не имут веры жестокосердии Жидове, и о сем блазнятся Еллини, и сего ради Латинове безверием недугуют (Латинове не верят воскресению: – новость!...). Не видят тайны сея искомыя (аллилуии) чтó есть запечатлено от них сущее Богом: и того ради гнев Божий, воспаленная ярость Его не отвращашеся от них, и до конца на изгубление самогласию оных богоненавистников (Да, совершенная правда: страшный гнев Божий на Жидов и Латинов за то именно, что они не понимают тайны, открытой о. Василию!). И сего ради да двоится воистину правоверными божественная аллилуия. Первое дважды да глаголется в православие Отцу: аллилуия, аллилуия, слава Тебе, Боже. И сия тайна: воскресе, воскресе в Божестве и человечестве, и слава Ему (Нет, кто говорит, что воскресло Божество, тот не славит, а хулит Божество.). Яко Отец Вседержитель есть Бог неотступен Божеством Своим единочада Слова Сына Своего Христа, и Христос неотступный вочеловечения Св. Духа, Божества Отца (Чтó это? Дух Св. вочеловечился? Какова тайна!). Идеже бо Отец, ту и Сын, Слово неразлучно в лоне Ему есть, и идеже Сын, Слово Божие, ту и существо Св. Духа, Бога вочеловечение (Существо Св. Духа в вочеловечении Божества? Ересь за ересью!). И се есть совершен Отец и всынение Духа (??), един в Троице славится и удвоением божественной аллилуии познавается и славится (Понимаете ли тайну? Скажете: это еретик и еретик бестолковый! – Нет, – проповедник тайны! Послушайте ещё, – тайна далеко не вся.). И паки второе глаголется дважды божественная аллилуия, дважды глаголется в славу Единочадаго, ради Слова Божия. Аллилуия, слава Тебе, Боже, то же есть: воскресе, воскресе Христос, Сын Божий, подобен Богу Отцу (Если только подобен Отцу, то такую славу воздавал и Арий.). И слава Ему, яко неразлучен есть с Ним Божеством и человечеством (Сын неразлучен от Отца по Божеству – так! Но неразлучен по человечеству – нелепость!). И воплощения ради Св. Духа Сын Божий наречется (Дух Св. воплотился! Ради воплощения Св. Духа Сын Божий называется Сыном Божиим! Это чистый гностицизм! Откуда такая мудрость у Василия?). А воскресения ради Бог совершен познавается и славится. И сими не разлучно уравнися и прославися Пресвятый Дух. И сего ради един Сын в Пресвятей Троице истинен благословится удвоением божественныя аллилуиа, яко Бог и человек (Конец второй статьи, а смысла мало). Третицею же паки дважды глаголется божественное аллилуия. Глаголется же в православие Св. Духу, яко да не работен будет Отцу и Сынови Пресвятый Дух: понеже и Св. Дух Бог есть, и Того непреложное вочеловечение и всынение Христос (Опять Дух Св. вочеловечившийся! Опять Христос Сын Божий по вочеловечению Духа Св.! Разве не то ли разумеется: и Духом вочеловечившийся Сын Божий?). И единочадо есть Слово без истления Отцу. Таже бо глаголется: аллилуия, аллилуия, слава тебе, Боже: сиречь воскpeсе, воскресе слава Ему, яко не разлучное действовсынение Св. Духа (?). Христос воскресе, воскресе Бог (глупая ересь!) и человек; и того ради равная слава Св. Духу, якоже слава Отцу и Сыну. И того делма с тем Св. Дух Бог совершен познавается един в Троице неразлучным Ему вочело­вечением (??) и удвоением божественной Ему аллилуии познавается и славится во двою естеству Бог и человек. А идеже бо аще троится божественное аллилуиа, ту есть прилагаемый чуждый бог языческий. Затем упомянув снова о Жидах, прибавляет: и тем мерзцы быша Богу латинское безверие. – Вот всё учение толкователя сугубой аллилуии! Есть, чему научиться! Есть, кого принять за наставника исключительного! Странно: Стоглав знал и осуждал людей, которые в то время бродили по улицам растрёпанные и говорили: мне явилась св. Пятница, а мне явилась св. Анастасия. Знал и осуждал таких людей Стоглав, – а чтó ж такое Вaсилий? Василий рассказывает сновидение, которое самая снисхо­дительная любовь не иначе может назвать, как жалким бредом, а осмотрительная правда не должна бы оставить без судебного расследования. И однако Стоглав не только благосклонно выслушивает бессмысленный бред, но, чтó ещё оскорбительнее для здравого смысла, основывает на бессмысленном бреде постановление для Церкви. М. Макарий не мог скрепить сво­им согласием такой бестолковой главы Стоглава. На это решиться мог только о. Василий.

308

В Соловецкой Библ. две Псалтыри самого св. Филиппа и одна духовника его старца Шамина № 711. 713. 1146. Здесь же с таким же правилом об аллилуии ркп. XV века под № 721 и 755, ркп. ХVI века под № 714–720, 721–754. 756–764. Чит. книгу: «Истина Соловецкой Обители против Челобитной» стр. 98. 209–211. (Спб. 1844.).

309

Герберштейн, бывший в Москве в 1526 г., пишет: «Каждый раз, как знаменуются (Русские) знамением креста, – то делают это правою рукою, именно сперва кладут её на чело, потом на грудь, потом на правую сторону, и наконец на левую, делая вид креста; притом несколько ударяют рукою. Если кто водит руку иначе, то не считают за единоверца, а за чужого; так помню, что и я, когда, не зная сего обряда, иначе водил рукою, был назван таким именем и подвергся осуждению». р. 29. ed. 1841. To же Гваньини р. 19.

310

В Соборной Грамоте 1554 г. о Артемии говорится: По словам Ионы, бывшего Троицкого Игумена, Артемий гово­рил: «Преже ден сего на челе своем знамение клали, а нынече произволением своим большие на себе кресты кладут, да и на Соборе де о том крестном знамении слово было, да не доспели ничего. Про Собор Артемий сказал, чтó он говорил». Акт. Арх. Эксп. Т. 1 № 239, стр. 252. Артемий справедлив в отзыве о древнем ограждении чела крестом. См. свидетельства Отцов – в первом периоде. Понятно, что спор происходил жаркий, когда непременно хотели оправдать ту важность своего обыкновения, какую усвоили ему по утвердившемуся временем обычаю; а между тем самая глубокая древность не оправдывала собою сего обычая. Справедливость требовала только сказать о нравственном неприличии бесстыдного махания рукою. Если нужно было оградить обыкновение своего времени от нареканий своеволия: укажи на пример древней Русской Церкви, последовавшей обыкновению Греческой, и – довольно.

311

М. Филарета Беседы к глаголемому старообрядцу стр. 93. 94. Статья Стоглава (часть 31-й гл.) говорит: аще ли кто двема персты не благословляет, якоже и Христос, или не воображает двема персты крестнаго знамения: да будете проклят, Отцы рекоша.

312

Сами Поморяне ссылались нa Никифора Панагиота, жившего в л. 6724–1256 (Поморск. Отв. свид. 5.): но, по обыкновению, лгали на него, как и на других. Игнатий, Епископ Олонецкий, видел свидетельство Панагиота в ладожской великой минее под 6 декаб. (Христ. Чтен. 1834 г. ч. 4. стр. 70). В синодальном списке велик. Миней за август м. на л. 597 слова Панагиота приведены Макарием так: «И чему, не яко же мы крестимся, прообразующе истиннаго креста тремя персты, на главе и на сердце и на правом плече и на левом, в силу его облачимся, вы же (Латиняне) творите крест двумя персты на земли?» и пр.

313

Домострой Свящ. Сильвестра, изд. во Времен. Моск. Общ. Ист. стр. 19. М. 1849.

314

Так разосланы были некоторые из постановлений, записанных в Стоглаве; напр. приговор о поповских старостах (Акт. Ист. 1. № 321), приговор о старостах московских (там же № 322), приговор об иконописании (прим. 316), приговор о запрещении духовенству приобретать имения (Акт. Эксп. 1. № 227), приговор по жалобам новгородских старост (№ 229). Статьям 30, 49 и 521 о нетрезвой жизни духовных лиц, статье 32 о клятве, ст. 92–96 – о волхвовании, ст. 40 о браде соотвуетствует выписка Андрею Берсеневу, данная в 1552 г. (Ист. Акт. 1. 251. 252).

315

См. выше прим. 310. В Румянцевом Сборнике (№ 377) «Ответ М. Макария о церковных имениях». Это – 75 гл. Стоглава. Но в Сборнике помещены в Ответе устав Владимира и ярлык хана Узбека, – а в Стоглавнике нет ни того, ни другого. Подробнее о сочинителе Стоглавника в Москвитянине. 1845 г. № 12. – в ст. Несколько слов о книге Стоглав».

316

Соф. Врем. 2, 294. 295. 308. 309. 311. У Карамзина т. 8. прим. 383. 387.

317

Стоглава гл. 43. По записке о Соборе 1553 (Волок. ркп. р. 404) М. Макарий говорил Царю, что вследствие прежнего соборного определения в Москве «над всеми иконники уставлены четыре старосты иконники, а велено им над всеми иконники смотреть, чтобы писали по образу и по подобию; а которые писали не право, и тех отставили, а новым иконникам велели учитись у добрых мастеров».

318

Духовное завещание пр. Иосифа гл. 10. С Греком Феофаном Андрей писал иконы в Благовещенском придворном храме; а с благоч. иноком Даниилом в Владимирском храме, в Андрониевом монастыре и в Сергиевой Лавре (Соф. вр. 2, 438. 443. у Карамз. 5. пр. 254. о 1405 г.).В ркп. Словаре Русских Святых Андрей и Даниил поставлены между Святыми.

319

См. Снегирева. Памятники Моск. древности. Тетр. 4. Стр. 36. 37. 64.

320

Соборное деяние о Висковатом в Волокал. ркп. № 404. Здесь после предварительного известия о случае Собора, помещены: 1) список Ивана Мих. Висковатого – исповедь; 2) допрос Митрополита дьяку о сообщниках в мнениях, которых Bисковатый не показал; 3) ответ М. Макария против списка Bисковатогo; 4) покаяние Висковатого, с дополнительным объяснением Митрополита; 5) епитимия Висковатому. В 1. т. Акт. Арх. Эксп. № 238. помещены покаяние Висковатого без дополнения и епитимии ему, а кроме того, оправдания Сильвестра и Симеона. В Чтен. Моск. Общ. Ист. 1847. № 3. помещены в полном виде все статьи, исключая исповеди.

321

Исповедь Висковатого. «И я о том во весь народ кричал, а в том виноват, что народ смущал». Епитимия Висковатому: «О тех честных иконах сомнение имел и вопил и возмущал народ православных хрестьян, в соблазн и поношение многим». Записка Висковатого: «Иже по человеческо­му смотрению образы Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и Пречистыя Его Матери и св. Угодников образы сняли, и в то место поставили своя мудрования, толкующе от приточь... Вельми ужасался и убоялся льсти и всякого злокознства (а лучше было бы бояться интриг и крючкотворства). Занеже Башкин с Артемьем советовал, а Артемий с Сильвестром. А поп Семен Башкину отец духовный, а учал было (Симеон) поговаривати, их дела хвалити». Дело о Башкине началось в июле 1553 г., а о Висковатом в конце окт. 1553 и окончено в янв. 1554 г. Священник Симеон окончил жизнь в Волокол. монастыре. Там хранится (№ 98.) «Служебник Симеоновской протопопа московскаго, духовника Государскаго, в иноцех Симона, родом Псковитина, верою же и любовию и добрыми делы украшена, паче же милостынею славна и дивна бывша паче всех, постриженника преч. Обители Иосифова монастыря при игумене Евфимии худом; а дан по душе его на свидетельство.... помянути священноинока Симона». Подпись руки игум. Евфимия (1575–1581 г.).

322

Сомнительными Висковатый выставлял кроме помянутых притчей, следующие изображения: О ветхом образовании, т.е. изображение Бога Отца в виде Ветхого денми. 2. «Троецкое деяние» – явление трёх Ангелов Аврааму; Ангелы с крыльями; Около лиц св. Троицы изображение творения мира 3.) «о Адамовом сотворении», причём Сын Божий в виде Ангела. 4) «почи Бог от всех дел своих». 5) Совет превечный:- «Бог Саваоф возседящий на херувимах; Крест стоит в лоне Отца, Бог Саваоф изливает из сосуда на Христа стоящего в Херувимех на крыльях»,– символ святого крещения и чаши страдания; два багряные крыла – ум и слово Христа Иисуса; Дух Св. в виде голубя. Висковатый волновался особенно из-за того, что тело Иисуса Христа на кресте изображено закрытым крылами, руки сжатыми, а не простертыми. Латыне так говорят, что «закрыто было тело Господа нашего Иисуса Христа на кресте крилы, а слыхал есми у Матия у Ляха» (я не Пяха, как напечатано). Это переводчик оставленный в Москве в 1489 г. Карамз. 6 пр. 2871. 6) Другое изображение Спасителя, по словам Висковатого, представляло Христа Иисуса в виде небесного Ангела сидящим на кресте, в броне и с мечем в руке. М. Макарий объяснял, что облечение в броню означает облечение в правду и суд для поражения диавола и еретиков. «Иисус Христос млад», потому что являлся в неодинаковом виде. Об этом изображении говорили и Крылошане Зиновию (Истины показание, сл. 55.) 7) Упоминается ещё символическое изображение Давида. Крылошане говорили, что оно представляло Иисуса Христа в виде Богоотца Давида с венцом, с омофором на раменах, с одной рукою простёртою вверх и с мечем в другой. Но в тетрадях Крылошан Давид наз­ван был Богом Отцом. 8) В средней палате царской «образ», а вернее картина, на потолке: Спаситель на Херувимах, по правую сторону дверь с надписью четырёх добродетелей, по левую дверь с надписью четырёх пороков, внизу между дверьми диавол, над ним жизнь в виде жены с светильником в правой и с копьем в левой руке, выше того Ангел – дух страха Божия. За дверью дальше на правой стороне земля, море, Ангел – дух благочестия, над водою твердь с солнцем, Ангел – дух благоумия держит солнце. По левую сторону Ангел – Господь с зерцалом и мечем, благословляющий начало нового года. И ещё несколько символических изображений. Висковатый отзывался об этом: «написан образ Спасов да тутоже близко него написана жонка спустя рукава кабы пляшет». Замечательно, что по словам самого Сильвестра, символические изображения приняли на себя писать псковские иконописцы. Псков и Новгород находились в постоянных связях с западом по торговле; Псковские купцы имели свой монастырь в Риге на так называемой руской улице (Russische Strasse). По этим связям весьма вероятно, что символические изображения заняты были у запада.

323

Соборное деяние в Волокол. РКП. № 164. Окружная грамота М. Макария в 1 т. Акт. Археогр. Эксп. № 213. Последняя с ошибками писца. Рязанский Епископ назван Иосифом, а он был Иона; имя Кн. Александра пропущено, тогда как в деянии определенно сказано: «12 тех, – тем пети и праздновати повсюду».

324

Грамота в Акт. Арх. Эксп. Т. 1. № 219. в ркп. Гр. Толстова 1, 286. Летоп. У Карамз. Т. 6. пр. 629. под год. 1475, Псковская Лет. 199. «Того ж лет. (1561) на 7 недели по велнце дни в четверг, как во Пскове ходят на скудельницы, в тo время после обеда погоре и пр.» В Волокол. уставе игум. Евфимия 1575–1589 (№ 193.) сказано, что близ монастыря в Божием доме погребались «умершие нужною смертию» и неизвестные по имени, и отпевались все в четверг седьмой недели по Пасхе. Подробное исследование г. Снегирева о скудельницах или убогих домах в Трудах Общ. Истор. и Древн. Росс. ч. 3. стр. 235 М. 1826.

325

Разрешительная молитва в нынешний состав свой приведена в 13 веке, Германом Еписк. Амафунтским (Goar Еvchol. р. 542.). Но она долго не была известна России. Известны разрешительные грамоты а) М. Ионы св. (Волок. ркп.); б) пр. Максима, присланная Киев. М-ту Симеону; в) Иерус. Патр. Иоакима В. К. Василию ок. 1462 г. Истор. Акт. 1. № 72.). О про­чем Маяк за 1645 г. № 8.

326

De Russorum Relig. Р. 39.

327

Вот какие книги показывает игум. Арсений в Дубенском монастыре: «монастырских книг: Евангелие и Апостол, и Триоди две, Октоих два, и Псалтыри две, и Устав, Служебник два, Миней месяца (служебных) четыре, збранные правила святых Апостол, богородичники два, Евангелие учительное, Сборник». Сам Арсений пожертвовал Обители: «Евангелиа два, Охтанк два: Миней месячных восемь, Служебник, Студит» (Востокова Опис. муз. стр. 189.). След. прежде Арсения не было в монастыре служебных миней на целые 8 месяцев. Так было 1539–1550 г. Слуцкий Архим. Иосиф, впоследствии Митропо­лит, в отчёте своём 1494 г. пишет, что прежде него в слуцком монастыре были: «Миней двенадцать, Триоди две, Евангелиа два тетры, Апостол тетр, и другой опракос». Устав им приобретён: «Устав, Потребник два, Служебника три, Псалтырь, Часословец» (Акт. Зап. Р. Т. 1. № 115.).

328

Предисловие Гедеона Болобана Еп. Галицкого к Стрятинскому Требнику, изд. 1606 г. «И прежде убо множае десяти лет синоду сущу в Берестьи... многое от них (епископов) изъискание и смотрение о великом разногласии действий церков­ных бысть» См. Москвитянин. 1844. г. № 8.

329

Иван Фабр: Moscovitarum Religio Ferdinando Hispanoruin Principi, ed. Starz. Об исповеди то же Герберштейн р. 28. и Гваньини р. 21. Первый о посте: «Некоторые принимают пищу в субботу и воскресенье, а в прочие дни не ядят ничего. Иные принимают пищу в субботу, воскресенье, вторник и четверг; а в другие три также воздерживаются; большая часть довольствуются в сии последние только куском хлеба с квасом». Герберштейн прибавляет: «В прочие посты (кроме Великаго) не так строго постятся». р. 29. О том же то же Англичане, бывшие в Москве в 1553 г., которые при­бавляют: «за неделю до Четыредесятницы едят только молочное, от чего и называется масляный пост; знакомые навещают друг друга, и целуются в знак взаимной любви и христианскаго примирения; потому что в этот пост почти все приобщаются Св. Таин» (Журнал Министер. Народ. Просвещ. 1838 г. ч. 12. стр. 62.). О том же и о набожности Кобенцель De legatione Моsсоv. р. 14–16. 0дерборн: «С такою набожностию поражают грудь свою, что возбуждают сострадание в предстоящем... Если чело справедливо называется дверию души, то не знаю, где найдутся еще люди, которые более благоговейно чтили бы Бога». р. 38.

330

Судебник 1549 г. ст. 91. «А которая вдовица питается не от церкви Божией, а живет своим домом, ино то суд не святительский... А торговым людем городским в монастырех не жити... А на монастырех жити нищим, которые питаются милостынею от церкви Божией».

331

De Reb. Моscov. Comm. р. 12. 18.

332

Rer. Mosc. Comm. р. 34. Гваньини прибавляет о холопах: «При смерти часто отпускают их на волю. Но они, привыкши к рабской доле, за деньги продают себя в рабство другим господам». р. 24.

333

Дополн. к Ист. Акт. 1. № 213. и 246.

334

Благовещенский Свящ. Сильвестр в послании к сыну – светскому чиновнику: «Работных своих всех свободих и наделих; а ины окупих из работы и на свободу попущах. И все те работные наши свободны и добрыми домами живут, якоже видиши. Видел сея, чадо мое; многих пустошных сирот, и работных и убогих, мужеска пола и женска, и в Новгороде и зде в Москве, вскормив и вспоив, до совершенна возраста; научих, хто чево достоин, многих грамоте, и писати и пети; иных иконнаго письма, иных книжнаго рукоделия, овех сребренова мастерства и иных всяких многих рукоделий, а иных всякими многими торговли научих торговать. А мати твоя многие девицы и вдовы пустошные и убогие воспитала в добре наказании, изучила рукоделью и всякому домашнему обиходу и наделив за муж давала».

335

Герберштейн Rer. Moscov. р. 36. Законы В. К. Василия Иван. ibid. р. 37.

336

Дополнение к Судебнику – Указ 1559 г.: «В кото­рый день живет панихида большая, Митрополит у Государя за столом, и Государь пред ним стоит, – и в тот день смертною и торговою казнию вам в своем приказе казнити не велити никого». Ист. Акт. 1. 266.

337

Яков Улфельд: «Эти люди так привыкли лгат, так мало любят правду, что им не льзя верить ни в чем; обещания свои ставят ни во чтó; не считают за низость обманывать, лгать и красть». р. 7. Впрочем в обращении с иностранцами многое было следствием недоверчивости и нерасположения к иностранцам.

338

См. послание М. Макария против содомства, разврата и пьянства, изд. в Львов. Лет. 3. 146–166.

339

Макарий в послании к войску в Свияжск. «Нецыи в вас, страх Божий отвергше.... бритву накладающе на брады свои, женам угодие творяще.... Аще ли предь учнуть бороды брити или усы подстригати... и тем всем быти от благочестиваго Царя в великой oпале, а от нашего смирения и от всего священнаго Собора в отлучении». Никон. л. 7, 110–113. В сем наставлении видна и здоровая мысль: точно, бритье бороды как волокитство – худое дело. Не так говорит об этом Стоглав.

340

Соф. Врем. 1, 445.

341

В одной из ркп. Синод. Библ. говорится: «И были у него (у Иоанна) мучительныя орудия сковрады, пещи, бичевании жестокая, ногти острыя, клещи разжженныя – терзания ради телес человеческих, игол за ногти вонзания, резания по составам, претрения вервии на полы». Карамз. 9. пр. 321. Положим, что для испорченного времени нужна была жестокость наказаний. Но самое разнообразие мук и пыток показывает изобретательную лютость. Пусть Курбский иногда пристрастен, а иногда изменяет истине, по неимению средств видеть вблизи истину. Но синодики Белооозерские (у Устрялова), Сергиевой Лавры (в Истор. Опис. Лавры 76), Богоявленский (у Толстого 1, 286), Печерский (у Востокова, 583), к сожалению, слишком много говорят за Курбского и против Грозного Иоанна. Недавно ещё найден Свияжский Синодик Грозного с именами опальных его и с значительными различиями от Кирилловского (Север. Пчела, 1847, № 50). Здесь между прочим написано: «Княгиню иноку Евдокею, иноку Марию, иноку Александру». А над именами замечено: «удьльная, потоплены в горах Шексны реки, повелением Царя Иоанна». Кн. Евдокия – двоюродная тётка Иоанна Грозного, Александра – невеста его, Мария – жена К. Владимира.

342

Новгор. 3. Лет. 261. По счёту летописи выходит, что число утопленных простиралось по крайней мере до 35,000« – По словам Таубе и Крузе, убито 27,000. Сам Иоанн за­писал в белозерском синодике: «Помяни Господи души рабов Своих 1505 человек Новгородцев». Но каких? убитых ли в порыве гнева, или утопленных? Курбский 123. Карамз. 9. пp. 288–293.

343

Курбский 141. 144. В синодике Псковичи записаны не раз; общее число показано 700. У Устрялова 95. 33. О бл. Николае Таубе и Крузе и старинный кондак на гробнице.

344

Летоп. Данилевича 236. Соф. Врем. 1. 447.

345

Ист. Акт. 1. № 64. Ист. Псков. Княжества стр. 27.

346

Соф. Врем. 2, 91. Львов. лет. о 1464 год.

347

Псков. лет. 103–106.

348

Акт. Арх. Э. т. 1. № 383. Собор говорил: «забыв страх Божий, многие держали наложниц, именуемых полупопадьями», Новг. лет. Стр. 144.

349

Образцы их в Актах Юрид. стр. 415–417.

350

Жалоба Георгия Собору – в Библиотеке Моск. Духов. Акад. и в Библиотеке Румянцева. Рассуждения Иосифа и определение Собора 1503 г. помещены в гл. 77–81 Стоглава.

351

Одерборн: «Если кто начинает говорить, что Папа не одобряет брачной жизни священников: то воспламеняются негодованием» и проч. р. 39. ed. Starz.

352

Ркп. краткое житие пр. Пафнутия, описанное со слов видевших жизнь Пафнутия; пространное жизнеописание, принадлежащее Вассиану ростовскому.

353

См. в Словаре Святых.

354

Грамота в Ист. Иераpx. 2, 386–389. Год грамоты не показан в грамоте, но она не могла быть дана прежде 1458 г., когда начал управлять новгородскою паствою святитель Иона, давший грамоту вместе с посадником по определению совета (веча).

355

М. Спиридон в житии Пр. Зосимы и Савватия.

356

Грамота М. Фотия в 1. т. Ист. Акт. № 257.

357

Ркп. житие, опис. неизвестным по запискам очевидцев и по преданию, помещ. в Мин. М. Макария, под 10 янв.

358

Ркп. житие Пр. Саввы, опис. Пахомием, в Минее М. Макария под 1 окт.

359

См. в Ист. Иерар. 5, 212–240.

360

Акт. Аpx. Эксп. 1. № 161. грамота 1515 г.

361

Истины Показание, слово 45.

362

Первое путешествие Англичан в Россию в Ж. М. нар. просвещ. 1838, стр. 63.

363

См. Словарь Святых Рос. Церкви. Спб. 1836. Странность увеличивается тем, что с 1420 г. до 1500 г. построено на севере до 60 монастырей, а с 1500 до 1588 г. воздвигнуто более 65 монастырей. Ист. Иеp. т. 6.

364

Герберштейн: «Они (монахи) имеют строжайшие уставы и правила, которые впрочем мало по малу слабеют и за­бываются».

365

Ц. Иоанн IV. в посл. игум. Косме резко говорит о порче, внесённой боярами в Обители. Но Иоанн пишет посла­ние своё под влиянием, как очевидно, сильного негодования. Впрочем ослабление строгости в богатых Обителях обнаруживают и их уставы. Тогда как в бедных Обителях иноки вели жизнь истинно-страдальческую, уставом Тихвинского монастыря, во все субботы и воскресенья Великого поста, предлагалась инокам икра, а в воскресенье 1-й нед. жареная лососина, или просоленная семга. Даже по уставу Сергиева монастыря, в суб­боту 1-й недели предлагали икру, а в воскресенье 1-й нед., в субботы 5-й и 6-й нед. – рыбу. (Допол. Ист. Акт. 1 № 135.).

366

Соф. Вр. 2, 363.

367

Ист. Акт. 1. Акт. Эксп. 1. № 322. Соф. Вр. 3, 321.

368

Соф. Вр. 2, 363. Перечислив Обители, принявшие общежитие, говорит: «а окрестным граду зде число не положено». Далее показывает, что не приняли общежития монастыри Николаев в Перовском конце и Рождественский на Поле. Тоже летоп. у Востокова стр. 361. слч. Соф. Вр. 2, 391.

369

Соф. Врем. 2, 364. «И черницам вдасть монастыри, монастырь на десятине (Рождественский), мон. Петровский, Ильинской (Мокрый), Спасской (на веренде), на воцкой дорозе (Богоявленский), на Сокольнице (Николаев), Богословский, на вятке (на лятке?), на Скиятине (Введенский); а преже бо сего в тех монастырех жили игумены и черницы». Все эти монастыри основаны в монгольский период. Грамота М. Фотия в Акт. Эксп. 1. № 369.

370

В 1. т. Акт. Ист. № 292. Сия уставная грамота дана игумену Духова монастыря; но сей монастырь в 1537 г. уже не упоминается в числе не имевших общежития, след. устав принят между 1526–1536 г. На то же указывает Соф. Вр. 2, 391.

371

У Востокова в Опис. муз. стр. 780.

372

Акт. Арх. Эк. т. 1.

373

Историч. Известие о Сергиевой Лавре стр. 147–149 (М. 1842.). Тем же уважением пользовались мон. Кириллов, Ферапонтов и Спасокаменный (Дoп. в Ист. Акт. 1. № 210.).

374

Ркп. житие Пр. Нила, опис. неизвестным в 1595 г.

375

Житие Пр. Никандра, опис. неизвестным. в 1665 г.

376

Пролог 7 апр. житие его в ркп. Степен. Кн. 2, 205. 206.

377

В Оятском упраздненном монастыре, отстоявшем от Свирского за 5 вёрст, покоятся пр. Игнатий, Леонид, Дионисий, Феодор, Ферапонт, Корнилий и Афанасий – ученики пр. Александра, а в Никифоровой пустыни покоятся мощи пp. Никифора, также ученика его. Ист. Иерар. т. 4. стр. 128. 6, 999.

378

Духовное завещание его в 1. т. Ист. Акт. № 135. Кн. Курбский уже называет пр. Александра святым; житие его описанное игум. Иродионом в 1545 г., чрез 12 лет после его кончины, в рк. Толстова 2. 112. и в Минее М. Макария под 30 Августа.

379

Житие св. Михаила описал 1537 г. боярин Михаил по воле Архиеп. Макария: так замечено в летописи. В ркп. житии св. Михаила, помещенном и в Минее М. Макария под 11 Января, жизнеописатель говорит, что при В. К. Елене и малолетнем Иоанне послан он был в Новгород собирать войско против Татар и что тогда, пришед к Архиеп. Мака­рию, получил от него поручение описать жизнь св. Михаила по старым запискам. Клопский монастырь основан в 1412.г. (Новгород. лет. 3. и 4 лет.). Житие бл. Исидора в ркп. у Востокова. Опис. муз. 212. 600. 675. в Минее М. Макария под 14 мая. где и похв. слово ему.

380

Словарь Святых Рос. Ц.

381

У Востокова, в Суздальском помяннике один «юродивый» Стефан и одна «юродивая» Мария. (Опис. муз. 584.). Иоанн во втором предложении своём Собору жалуется, что «лживые пророки, мужики и жонки, и девки и старыя бабы» бегают из села в село, нагие и босые, с распущенными волосами, трясутся и бьются и кричат: «св. Анастасия и св. Матинца велят им» и проч.

382

Степ. Кн. у Карамз. 8. пр. 147. у Востокова в Опис. муз. 526. 719. Псковская летоп. «в л. 7096 (1588) проявися блаж. Василий нагий Московский и быша от мощей его многия исцеления». Coбp. Лет. 4, 320.

383

Словарь Святых стр. 134. О Иакове Боров. Словарь Святых, стр. 127.

384

Новые Обители – Вознесенская с 1506 г., Крестовоздвиженская прежде 1575 г., Красногорская Гадячская с 1484 г. О Николаевской Пустынской Акт. Зап. Рос. 1. № 93. 151. 223.

385

Густ. Летоп. 358. М. Евгений о Печерской Лавре 20. 21.

386

Собр. Вил. Грам. 2. № 6. Издатели ошиблись, назвав грамоту, данную anno Domini millesimo quingentesimo quarto desimo, грамотою Кор. Сигизмунда III, данною будто бы в 1590 г., и, конечно, уже Константину Константиновичу кн. Острожскому. К сожалению, грамота худо сохранилась; между прочим сказано в ней: «благосклонно принимаем справедливыя и умныя просьбы… о построении из камня помянутых церквей Св. Троицы на холме поселения, что идет к воротам дороги на мединки... где был древний (храм) с монастырем того же имени... построенный из дерева, и другой Св. Николая, именуемаго великим». Монастырь Троицкий основан ок. 1400 г. (Там же стр. 14. 89. Акт. Зап. Р. Т. 2. № 125.). Ви­ленский Георгиевский мон. известен по грамоте 1524 г. (Акт. Зап. Р. Т. 2. № 126.).

387

Витовт в грамоте пишет... «Мы В. Кн. Витовт, нареченный в св. крещении Александр, по просьбе и желанию Великой Княгини нашей Ульяны, дали Трокскому нашему монастырю Рождества Пречистой излучину Тройскаго озера, что у большой дороги.... К тому прибавили мы пустошь, землю и сеножит» и пр. (Собр. Вилен. Грам. 2, № 55.). Юлиания была из рода князей Ольшанских, вдова князя Карачевского (Заруцкий, который впрочем ошибается в годе брака её с Витовтом стр. 252). Там же в Собр. Вилен. Грам. грамоты Трокскому мон.: а) Кн. Феодора Ивановича Ярославича; б) пана Ивана Андреевича 1554 г. О других там же № 50–54. Кн. Ярославичи-Пинские происходили от Ярослава Феодора сына Лугвениева (выше пр. 135. Акт. Зап. Рос. № 163. 190. 191. 214. 227. и пр. 8. 25. Музей Румянцева стр. 178. 802. 580.).

388

Три весьма древние – Туровский Борисоглебский, Новогродский Лаврашевский, Гродненский Борисоглебский. Затем Минский Вознесенский, с 1490 г., Слуцкий Троицкий, прежде 1489 г. (Акт. Зап. Рос., 1. № 94. Ист. Акт. 1, 525), Слуцкий Ильинский прежде 1515 г., Кобринский Спасский прежде 1512 г. (Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 79.). В 16 веке устроены Николаевский на р. Морочь, существовавший уже в 1539 г. (Библ. Обществ. Ист. № 27.), Грозовский Богословский 1585 г., Грозовский Николаевский, Друйский Благовещенский, Новодворский, Купятицкий, Пинский Лещ. Пинский св. Варвары девичий прежде 1580 г., Браславский на оз. Неспише прежде 1581 г. Ист. Иерархии о многих зап. монаст. ничего не знает. См. Вилен. грам. 2, 124. Грамоты в Ист. унии стр. 70. 94. 99. 113, 114. 129. 165. 190. 195. 199. 202. 217. 219. 268. 286. 299. 311. 422. Ист. Акт. 1. 525. Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 118. 129.

389

Самые древние – Аврамиев, Смядынь Борисоглебский. Смоленские общежительные Троицкий и Спасский прежде 1506 г. (Акт. Зап. Рос. 1, 370.), Св. Духа прежде 1509 г. (Акт. Ист. 1, 525.), Св. Арханг. Михаила прежде 1486 г. (Акт. Зап. Рос. 1. № 84.), Колочский с 1415 г. Черенский Троицкий основанный Еп. Мисаилом ок. 1470 г. (Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 101). Рославский Спасский прежде 1560, Смоленский Николаевский прежде 1609 г. (Акт. Ист. 1, 518. 174. 293. Ист. Иер.).

390

Грамотою 20 Янв. 1582 г. отданы была Иезуитам в Полоцке православные полоцкие монастыри: «св. Спаса на р. Полоте, св. Иоанна Предтечи на острове р. Двины под замком (основанный кн. Андреем Ольгердовичем †1399 г. Акт. Зап. Рос. Т. 1, № 27.), св. Михаила Городецкий (основанный прежде 1509 г. Акт. Ист. 1, 525.) св. Петра в полоцком замке (основанный Кн. Михаилом †1385 г. Акт. Зап. Рос. 1, 27.); мон. воскресения Господа нашего, в замке, иначе называвшийся Мотенецким, мон. Козмы и Дамиана, мон. св. Николая на Лучне (основ. еп. Симеоном в 13 в.). См. грамоту у Стебельского Zyw. ss. Еvрlиrоs. и Par. 2. 158. Акт. Зап. Рос. Т. 3. № 137, 143. Эти монастыри упоминаются и в жалобе полочан 1544 г. (Акт. Зап. Рос. Т. 2. № 234.), из которой видно, что Предтечевым, Михайловским и Воскресенским завведывали Архимандриты; Петровым и Никольским – Игумены. Далее известны Витебские монастыри: Предтечев девичий прежде 1553 г. (Акт. Зап. Рос. 3. № 12.), Марков и Невельский Троицкий 16 века. Онуфриев общежительный в 15 вер. от Мстиславля основ. кн. Симеоном Лугвенем (†1399 г.), Мстиславский пустынный св. Богородицы прежде 1499 г. (Акт. Зап. Рос. 1. № 43. 82. 177. 215. 217. стр. 570. «Владыце Полоцкому того игумена Пустынскаго не судити». Слч. Ист. Акт. 5, 368, Ист. Унии 165. 166. 190. 216. 328. 334. 350. 423.). Мстиславский Николаевский нагорный прежде 1507 г. Могилевский Спасский преж­де 1578 г. (Акт. Зап. Рос. 3. № 94. 88. 152. ).

391

В владимиро-брестской древние монастыри – Св. Гора или Загоровский Богородичный, Апостольский, Михайлов. Затем Корецкий Воскресенский ок. 1450 г. Во Владимире Св. Спаса прежде 1500 г. и Св. Креста (Киев. Памят. 2, 26. 52.). Михайлов в г. Гуще (Синбирский Сборн. 172.); Дрогичинский Троицкий прежде 1563 г., Заблудовский Успенский Ходкевичей с 1567 г., Брестский Симеоновский, Дрогичинский Преображенский и Ясногородский Троицкий (Ист. Унии 99. 191. 281–283. 300.). В луцко-острожской епархии – Спасский Красносельский известный уже в 1429 г. (Акт. Зап. Рос. 1. № 34. 84.), Жидичинский Николаевский преж. 1480 г. (Супрасль. Лет. 14. Акт. Зап. Рос. 1, 370; 2, 31.), Дерманский Троицкий, в 1538 г. называвшийся уже Лаврою, Дубенский Крестный, Дубенский Преображенский с 1517 г. (см. выше прим. 326. Маяк 1815 т. 23. Востокова муз. 122. Опис. ркп. Толстов 2, 160. 172. 231. Опис. книг его же № 71. 80.). Нересовницкий Богородичный прежде 1490 г., Заславский Троицкий де­вичий прежде 1556 г., Луцкий Пречистой Девы (Акт. Зап. Рос. 1. № 212. Киевлянин на 1840 г. стр. 238. 252. на 1841 г. Стр. 53. 54. 63., Киевск. Памят. 2, 4.), Овручские Богородичный и Иоакимоанновский прежде 1499 г. (Акт. Зап. Рос. 1. № 140; 2. № 170.).

392

Вo львовской древние мон. Данилов, Георгиев, опустошенный в 1340 г. и потом возобновленный для православия, Верхратский в Жоховском уезде, Синеводский в Стрыйском уезде. Затем Головчинский Преображенский прежде 1555 г. Уневский Успенский, основанный ок. 1460 г. и ещё прежде того Онуфриев. (См. выше § 3. пр. 22) и Зубрицкого Летопись Львовского братства, стр. 14. В грамоте 1407 г. перемышльской кафедре упоминаются «монастырь Гручевич, Николаев близ Перемышля, Св. Спаса, мон. Сосаннин, Смольница, Лавров Св. Онуфрия». – И затем прибавлено: «и все другие монастыри, находящиеся под управлением Владыки» (Зубрицкий Ист. Черв. P. прибав. Д. стр. 67. 77. 106.). Из сих Лавров находился в Самборском округе, а Спасский – близ самого Самбора и упом. в грам. 1422 г. (Акт. Зап. Рос. 1. № 48.). В холмской епархии – Рождественский кафедральный, Св. Спаса, за 10 вер. от Холма, Червенский (Павлищев в Север. Пчеле 1844 г. № 229. Строева Опис. кн. Толстова № 27. 59. 71. 80. 105. Его же Опис. староп. книг (М. 1841 г.). № 18. 44. (Ист. Унии 57. 113. 301.)).

393

Дерманский и Клинецкий Помянники в Маяке 1844, т. 23. Острожская старина.

394

О роде и времени сей княжны см. соображения Максимовича в Kиевлянине за 1840 г. стр. 147. 239. 247. 248. Кончину её относим ко времени близкому к 1550 г. на основании замечания Пересопицкого Евангелия, писанного в 1557–1561. Послесловие говорит, что Евангелие писано «накладом (иждивением) благоверной и христолюбивой княгини (супруги) Козмы Ивановича Заславского Прасковьи, иначе Натальи Юрьевны, урожденной княжны Ольшанской, при благовер. и христолюб. князе Иоанне Феодоровиче Чарторыйском, зяте её милости» и пр. Здесь уже не помянута Юлиания Юрьевна, по надписи Кольнефойского, Дубровская княжна Гольшанская. Княязь Юрий Дубровицкий – отец Анастасии и Юлиании, в 1503 г. сражавшийся с Татарами, был одним из блоготворителей Печерской Лавры. О кн. Феодоре Васильевиче Острожском см. Киевлянин за 1840 г. стр. 83, 146. Зубрицкого о Червонной Руси стр. 279. 300–309. 319. 320.

395

Татары делали нападения на юг в 1416, 1442. 1452. 1457. 1473. 1479. 1482. 1486. 1491. 1496–97. Супрасл. лет. 138. 139. 140. 144. Псковск. лет. 111. 160. Густин. лет. 354–361.

396

Киев. Лет. по Супрасл. сп. 145. 146.

Требуется опытный backend-программист по совместительству