протоиерей Григорий Дьяченко

А. Предварительные понятия о Литургии

Беседа № 1. О том, как Господь совершил Божественную литургию

I. Слово «литургия» греческое, по-русски значит: общественное дело или общественное священное служение.

Прежде Литургией называлось всякое общественное богослужение, состоящее из молитв, песнопений, чтения священного Писания и поучения; но с IV века принято Литургией называть собственно то богослужение, в котором совершается Таинство Причащения и приносится спасительная жертва за живых и умерших.

Самое же Таинство Причащения у первенствующих христиан называлось иногда вечерею, или таинственною вечерею, потому что оно получило начало свое от той Божественной вечери, которую Иисус Христос совершил пред Своими страданиями с учениками Своими; иногда – вечерею любви, потому что вместе с Таинством причащения или, лучше сказать, после него тогда устроялась вечеря, или ужин, для всех, а преимущественно для бедных; к этой вечери состоятельные христиане, движимые христианскою любовью, приносили хлеб, вино и масло; а иногда Евхаристией, или благодарением, потому что при совершении Таинства причащения воссылалось к Богу благодарение за все Его благодеяния, оказанные роду человеческому.

Этим последним именем, т. е. Евхаристией, Таинство причащения называется и у нас. Причина тому та, что и у нас совершение этого Таинства сопровождается молитвенными к Богу благодарениями за все Его к нам благодеяния.

Литургия у нас попросту называется обеднею, потому, во-первых, что во время ее совершения предлагается верующим духовная трапеза – Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа, а во-вторых потому, что совершение ее всегда бывает пред обедом. Благочестивые христиане стараются присутствовать при ее совершении натощак, а по совершении ее приступают уже к подкреплению себя пищею.

Сравнительно с другими церковными службами, Божественная литургия – самое важное богослужение. Она напоминает нам всю земную жизнь Иисуса Христа: Его рождение, торжественное явление миру, учение, установление Им Таинства причащения, Его страдания, смерть, Воскресение и вознесение на небо. Но что особенно дорого для нас это то, что во время совершения ее приносится Отцу небесному пречистое Тело и животворящая Кровь Сына Его как умилостивительная жертва за грехи наши, и затем это Тело и Кровь Сына Божия предлагаются нам как духовная пища и питие в оставление грехов и в жизнь вечную.

II. Что же касается до установления Литургии, то оно ведет свое начало от Самого Иисуса Христа. Это было на последней тайной Его вечери. Чтобы вам не затрудняться, братия в припоминании того, как совершена была эта вечеря, я нахожу не лишним изложить здесь, хотя вкратце, ее историю. В пятнадцатый день месяца Нисана (марта) по принятому у нас счислению – второго апреля, приступили ученики к Иисусу Христу и сказали Ему: где велишь нам приготовить Тебе пасху? Иисус подзывает к Себе двух учеников – Петра и Иоанна и говорит им: «Подите в город (Иерусалим); при входе вашем встретится с вами человек, несущий кувшин воды; вы последуйте за ним, и когда войдете в тот дом1, в который войдет он, то скажите хозяину дома: Учитель говорит тебе: время Мое близко; где комната, в которой бы Мне есть пасху с учениками Моими? И он покажет вам горницу большую, устланную, там и приготовьте». Апостолы Петр и Иоанн пошли, нашли, как сказал им Иисус, и приготовили все, что нужно было для пасхи. Пасхальная вечеря у евреев обыкновенно отправлялась так: сначала, воздав хвалу Богу, они пили общую чашу вина, смешанного с водою, и вкушали понемногу испеченного агнца с пресным хлебом и горькими травами; затем пели псалмы и произносили краткую молитву; потом во второй раз пили общую чашу и опять вкушали агнца, травы и хлеб, и это повторяли до четырех раз, при чем вменялось в обязанность приготовленного агнца съесть всего сполна, не оставляя ничего.

Но пасхальная последняя вечеря Иисуса Христа имела свои особенности. Она походила на праздничный ужин и состояла в возношении благодарения Богу, во вкушении общей чаши красного вина, растворенного водою, в снедении разных кушаний, приготовляемых в виде соуса из фиников, смокв, винограда и уксуса, в пении пасхальных гимнов и в разговорах о таких предметах, которые имели близкое отношение к празднику. Пасхального же агнца и опресноков на ней не было, так как обряд закалания и снедения пасхального агнца с опресноками и горькими травами в тот год, когда Иисус Христос совершал Свою тайную вечерю, иудеями совершен был в пятницу 16 под 17 марта, или, по-нашему, 3 под 4 апреля. Совершение подобного рода пасхи в установленные законом и древним преданием числа месяца у иудеев было в обычае, и синедрион этому не препятствовал2.

И вот, когда настал вечер (13 под 16 марта, или, по-нашему, 2 под 3 апреля), Иисус Христос пришел в приготовленную комнату со Своими учениками, где и возлег3 с ними за вечерю. Предание гласит, что ученики Иисуса Христа возлежали за вечерею в таком порядке: по правую сторону Спасителя первое место занимал Иоанн, а за ним возлежали: брат его Иаков младший, Симон, Иуда, Фаддей и Иуда Искариотский, а по левую сторону Спасителя на первом месте возлежал Петр, а за ним – Андрей, Филипп, Варфоломей, Фома и Матфей.

Затем Иисус Христос приступил к совершению самой вечери. «Очень желал Я, – так начал Он Свою пасхальную беседу с учениками, – есть с вами эту пасху прежде Моего страдания; ибо сказываю вам, что уже не буду есть ее, пока она в совершеннейшем виде не откроется в Царствии Божием». Потом взял Чашу и, воздав хвалу Богу, сказал: «Возьмите ее и разделите между собою!»

При этих словах ученики Иисуса Христа вспомнили, что у них еще не умыты ноги, и сильно были озабочены тем, чтобы умыть их, так как, по принятому в то время обычаю, пасхальная вечеря непременно должна быть отправляема с умовенными ногами. Умовение это обыкновенно совершалось особыми прислужниками, а у них на этот раз никакого прислужника не было; из учеников же Иисуса Христа никто не хотел принять на себя этой должности, так как каждый считал себя не хуже и не ниже другого. Таким образом, возник между ними спор о первенстве, который и продолжался несколько минут. Тогда Иисус Христос, чтобы положить конец этому неприятному для Него спору и чтобы научить Своих учеников смирению, встал со Своего места, снял с Себя верхнюю одежду, опоясался полотенцем, налил воды в умывальницу и начал у каждого из них умывать ноги и отирать полотенцем, которым был препоясан. Когда же очередь дошла до Петра, то он, по смирению своему, никак не хотел допустить Иисуса Христа до омовения ног своих. Ты не умоешь, говорил он, ног моих вовеки. Но Спаситель ответил ему: «Если не умою, то не будешь иметь части со Мною». 

По окончании умовения Иисус Христос опять надел одежду Свою и, снова возлегши за вечерю, сказал: «Знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом. И Я действительно ваш Учитель и Господь. А потому, если Я, Господь и Учитель, умыл вам ноги, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам».

После этого ученики приступили к употреблению предложенной им Иисусом Христом общей чаши вина и стали есть приготовленные кушанья. Но Иисус Христос продолжал Свою беседу. Присутствие Иуды предателя, а главное искусно скрываемая им измена и лицемерная дружба сильно возмущали Его святейшую душу, а поэтому и беседа Его теперь направлена была прямо к открытию предательского замысла. «Истинно говорю вам, – сказал Господь, – один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня». Ученики пришли в ужас от этих слов и стали глядеть друг на друга, недоумевая, кто бы мог быть между ними предателем. Потом, один за другим, они стали спрашивать своего Учителя: не я ли, Господи? Не я ли? Но Господь безмолвствовал и медлил открытием имени предателя; медлил для того, чтобы дать Иуде возможность одуматься и прийти в сознание страшной греховности того, что им задумано. В это время Петр дал знак Иоанну, который сидел около Спасителя, по правую Его сторону, чтобы он спросил: кто это, о ком Он говорит? И Иоанн прислонился к груди Спасителя и почти шепотом спросил Его: кто это, о ком говоришь Ты? Тот, отвечал Спаситель очень тихо, кому Я, обмакнув кусок, подам. И обмакнув кусок, подал его Иуде Искариотскому. Между тем Иуда сидел, как ни в чем не виновный, и, искусно затаив свою злобу, решился даже, подобно прочим ученикам, спросить Учителя: «Господи! не я ли?» «Да, ты», – тихо отвечал ему Господь. А за тем вслух всех сказал: «Что делаешь, делай скорее». Никто, кроме Иоанна, не понял этих слов. Так как у Иуды находился ящик с деньгами, то все думали, что Иисус этими словами приказывал ему или купить что-либо к празднику, или сделать какое либо подаяние нищим. Иуда же тотчас встал из за стола и вышел вон. После этого Иисус Христос взял в пречистые Свои руки хлеб (хлеб, конечно, был квасный, но не пресный) и, приподняв его вверх, произнес над ним благодарение Богу за все Его благодеяния, оказанные людям в сотворении их и промышлении о них, в особенности – в послании Его, Единородного Сына Божия, на землю для спасения их, – благословил лежавший хлеб, т. е. чрез благословение преложил его в Свое пречистое Тело, разломил, подал ученикам и сказал: «Приимите ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое во оставление грехов». Потом взял приготовленную Чашу с вином, растворил оную водою (как свидетельствует несомненное предание), благословил и, освятив, чрез благословение, в Свою пречистую Кровь, подал ученикам Своим и сказал: «Пийте от нее вси, сия есть Кровь Моя нового завета, которая за вас и за многих проливается во оставление грехов». И вкусили св. апостолы под видом хлеба и вина самого пречистого Тела и Крови Христовой. «Сие творите в Мое воспоминание» сказал Господь, совершив вечерю и приобщив св. апостолов. После пения псалмов все собрание встало и вышло на гору Елеонскую. Вот каким образом совершена была первая Божественная литургия, называемая в Св. Писании Тайною вечерею, в которой Сам Господь Иисус Христос был Первосвященником, Сам и жертвою, благоволив прежде видимого и всемирного заклания Своего на Кресте принести Себя в жертву невидимо и таинственно, под видом хлеба и вина. «Сам сый Себе предпожре», воспевает по этому Церковь в одной священной песни.

Вот откуда получила начало и освящение совершаемая теперь в каждом храме Литургия, за которой мы с тобою, слушатель, теперь молимся. Но и теперь, хотя священник совершает Литургию, но не он есть настоящий совершитель ее, а тот же Господь наш Иисус Христос. Священник есть не более, как смиренное орудие в руках Божиих, которым приносится Жертва. «Сподоби, Господи, принесенным Тебе быти мною грешным и недостойным рабом Твоим даром сим. Ты бо еси приносяй и приносимый, приемляй и раздаваемый, Христе Боже наш», – молится священник в одной молитве во время Литургии. «Веруйте, – говорит св. Иоанн Златоуст о Литургии, – что и ныне совершается та же вечеря, на которой Сам Господь наш Иисус Христос возлежал; ибо они ничем не отличаются одна от другой; нельзя сказать, что сию совершает человек, а ту Христос; напротив, и ту и другую совершает Сам Он». (Бес. 50, стр. 357, изд. Моск. 1839 г.).

После установления Таинства причащения Господь, не вставая еще со Своего места, беседовал с учениками Своими о любви, заповедуя им любить друг друга, и ясно высказал, что скоро Он должны разлучиться с ними, при чем обещал послать им Духа – Утешителя, а Петру предсказал, что он, прежде нежели дважды пропоет петух, три раза отречется от Него. Потом, когда уже настало время кончить вечерю, Господь и ученики Его встали со своих мест. Господь приветствовал учеников Своих миром, сказав им: «Мир Мой оставляю вам, мир Мой даю вам» и проч., а ученики пропели несколько псалмов (114–118). И затем как Господь, так и одиннадцать учеников Его отправились в Гефсиманский сад. (Тамб. еп. вед. 1883 г.).

III. Вот как совершена была Иисусом Христом тайная вечеря, или первая Литургия, от которой и наша Литургия получила свое начало.

Тайною, или таинственною, она названа, во 1-х, потому, что совершена была Иисусом Христом тайно от иудеев, искавших убить Его, а во 2-х, потому, что на ней установлено Таинство Причащения, которое сопровождалось молитвами, песнопениями, священнодействиями (умовение ног) и беседою Господа с учениками. (Сост. с доп. по указ. источн.).

Беседа № 2. О том, как совершалась Литургия при апостолах

I. По вознесении Иисуса Христа, апостолы свято исполняли данную им заповедь совершать Таинство Причащения, в Его воспоминание. Они со всем усердием и любовью совершали Божественную литургию. Они старались в образе совершения ее как можно вернее подражать своему Учителю, Иисусу Христу. А потом учили этому и преемников своих, пастырей Церкви.

II. Как совершалась тогда Божественная литургия, это приблизительно можно изобразить в следующих чертах4: христиане собирались в назначенный для богослужения дом (первоначально в Сионскую горницу, а впоследствии и в другие дома, в которых для богослужения преимущественно избирались так называемые столовые комнаты) и приносили с собою хлеб, вино и другие вещества, необходимые для Божественной литургии и для Вечери любви. В то время не было ни алтарей, ни престолов, какие теперь у нас: богослужение совершалось открыто, а вместо престола употреблялся обыкновенный стол.

Из принесенных хлебов выбирался для Евхаристии лучший и полагался на столе, на особенной тарелке (дискосе). Здесь же полагалась и чаша с вином, растворенным водою.

Пред началом Божественной литургии священнослужители облачались в священные одежды,5 возжигались светильники и совершалось воскурение фимиама. Вслед за тем начиналось пение псалмов, и это пение составляло начало Божественной литургии. (Из псалмов, вероятно, петы были те, которые читаются ныне у нас на часах).

После псалмов возносимы были общие молитвы (это, вероятно, то же, что и наши ектении), которые сопровождались пением: «Господи, помилуй». (Надобно заметить, что молитвы тогда читались не по книгам, как ныне, а изустно, и не были предварительно составляемы и изучаемы, но читались по вдохновению свыше: Сам Дух Св. влагал слова молитвы в уста священнослужителя).

После общих молитв читались приличные дню места из священных книг, сначала Ветхого Завета, а потом – Нового.

Затем предлагаемо было поучение, в котором большею частью объяснялось содержание прочитанного. После поучения молились об оглашенных, кающихся, бесноватых и готовящихся к Крещению. А когда эти молитвы оканчивались, то те и другие, приняв благословение от главного священнослужителя, уходили вон, и в церкви оставались одни только верующие.

Вслед за тем тотчас же повелевалось придверникам наблюдать, чтобы кто-либо из неверных не вошел в церковные двери; а верные, находящиеся во храме, давали взаимное целование.

После этого начиналось самое жертвоприношение: предстоятель, умыв руки, преподавал верующим мир и благодать Божию, внушал им вознестись умом и сердцем на небо и произносил продолжительную молитву, в которой благодарил Бога Отца за все Его благодеяния, а особенно за спасение рода человеческого чрез Иисуса Христа, при чем воспоминал крестные страдания Иисуса Христа, Его смерть, Воскресение и вознесение на небо, а также и тайную Его вечерю. Вслед за тем молился о ниспослании Св. Духа и благословлял св. Дары. И в этот момент хлеб пресуществлялся в Тело Христово, а вино – в Кровь Христову.

После этого священнослужитель поминал святых, молился за живых и умерших, а особенно – о властях и создателях св. храма.

Далее произносилась молитва Господня «Отче наш»; возвышались св. Дары при возгласе: «Святая святым!» и начиналось самое причащение этими св. Дарами: предстоятель, раздробив на части Тело Христово, одну из них употреблял сам, а прочие раздавал присутствующим. По употреблении же их, из чаши пили Кровь Христову.

После этого возносилась к Богу благодарственная молитва, и Литургия оканчивалась вечерею любви (т. е. общим обедом).

Где, может быть, спросите вы еще, совершалась тогда Литургия? Самым любимым местом совершения Божественной литургии была сначала та Сионская горница, в которой Господь Иисус Христос с учениками Своими совершал Тайную вечерю. С умножением же христиан Литургия стала совершаться и в других домах, где большой стол, покрытый белым полотном, служил вместо престола («О церковн. богослуж.» Беллюстина, стр. 284). По причине сильных гонений, каким стали подвергаться верующие от евреев и язычников вскоре после Вознесения Господня, нарочно определенных мест для совершения Божественной литургии не могло быть. Поэтому она еще при апостолах совершалась не только в домах, но и в темницах, на кораблях и в пустынях, словом – везде, где только можно было совершить ее, сначала, по примеру Господа, при наступлении вечера, а потом, по причине гонений, во всякое время дня и ночи.

По свидетельству книги Деяний апостольских, первые христиане так любили эту Божественную службу, что совершали ее каждый день и каждый же день причащались Тела и Крови Христовых. Так они свято помнили завещание Господа: «Сие творите в Мое воспоминание». День же воскресный был особенно нарочитым днем для причащения Христовых Таин. При таком частом причащении Тела и Крови и постоянном, так сказать, возобновлении своего общения со Христом, не удивительно, что они весьма живо сознавали и свою братскую любовь друг ко другу и не иначе называли друг друга, как брат и сестра. С благоговением всегда останавливаешься на том месте книги Деяний апостольских, где говорится, что «у верующих было одно сердце и одна душа, и никто ничего из имений своих не называл своим, но все у них было общее. Великая была благодать на всех. Не было между ними никого нуждающегося, ибо все, кто владел землями или домами, продавая их, приносили цену проданного к ногам апостолов и каждому давалось все, в чем кто имел нужду» (Деян. 4:32–35). Да, православные христиане, частое, с должным приготовлением, причащение Христовых Таин более всего возгревает в нас братскую любовь друг к другу и делает нас святыми.

Заключим настоящую беседу выводом нравственных для себя уроков. Все сказанное нами ясно доказывает, что Литургия наша не человеческого происхождения, но Божественного, и что сущность ее в течении более 18 веков сохранилась во всей своей целости. С сохранением же Литургии сохранилось и Таинство Причащения, в котором мы теснейшим образом соединяемся со Христом и становимся причастниками жизни вечной. А это такое благо, выше которого нет ничего.

Но каждое благо, конечно, должно быть принимаемо с живейшим чувством благодарности. Поэтому и мы более всего обязаны иметь в своей душе самые высокие чувства благодарности к Господу, как за то, что Он даровал нам, для нашего спасения, драгоценную Литургию Свою, так и за то, что Он послал нам таких великих мужей, которые привели ее в надлежащий состав и изложили письменно, а чрез это способствовали и сохранению ее в целости. А затем мы должны дорожить Литургией, должны чаще бывать при ее совершении, всячески удаляя от себя все препятствия к нехождению, особенно же мы должны преодолевать лень и невнимание.

Наконец, мы должны чаще приступать к св. Таинству Причащения, совершаемому во время Литургии, помня, что в этом Таинстве главное наше счастье. (Сост. с дополн. по указ. источн.).

Приложение к беседам № 1–2

А. Древнейшее описание Литургии в первой апологии Иустина мученика

«В так называемый день солнца, – говорит св. муч. Иустин, – бывает собрание всех, живущих по городам или селениям, в одно место, и читаются, сколько дозволяет время, записи апостолов и Писания пророков. Потом, когда чтец окончит чтение, предстоятель делает наставление словом и увещание подражать добрым примерам прочитанного. Затем все вместе встаем и воссылаем молитву, а когда... окончим молитву, приносятся хлеб и вино; предстоятель, сколько может, воссылает молитвы и благодарения (εὐχαριστῖας), а народ (ὁ λαός) возглашает аминь» (Apolog. 1, η. 67). Вторая половина приведенных слов несколько выше передается Иустином в таком варианте: «Затем предстоятелю братий приносятся хлеб и чаша смешения воды с вином, и он, взяв их, воссылает хвалу и славу Отцу всяческих именем Сына и Духа Святого и пространно (ἐπί πόλυ) совершает благодарение (τήν εὐχαριστῖαν) за дары, от Него нами полученные; по окончании им молитв и благодарения, весь присутствующий народ возглашает аминь" (Ibid., п. 65).

Не будет ошибочным заключение, что Иустин мученик разумеет в настоящем случае ту часть Литургии, которая из древности называется евхаристическою молитвою (Dionis. Areopag, Eccles. Hierarch. c. 7). Bo всех известных чинопоследованиях Литургии молитва эта начинается словами: »Благодарим Господа« и состоит, затем, из трех частей: а) подробного благодарения за неизреченные милости, явленные Богом в сотворении мира невидимого, видимого и человека, в промышлении о человеческом роде и, особенно в ниспослании на землю единородного Сына и искупление Им рода человеческого; б) воспоминания об установлении Евхаристии Иисусом Христом и призывание Святого Духа на предлежащие дары, и в) молитвы за Церковь, епископов и весь причт церковный, за царя, власти и воинство, за святых, от века Богу угодивших, и всех почивших, и проч. Эти три части в одних чинопоследованиях Литургии излагаются подробнее, а в других короче, но, по свидетельствам, идущим из глубочайшей древности, заключением их должно служить славословие Отцу, Сыну и Святому Духу во веки веков, на которое народ отвечает: »Аминь«. Так, Тертуллиан спрашивает часто посещающих сценические игры римлян, как могут они выражать одобрение (reddere testimonium) гладиатору устами, которыми произносят аминь при Евхаристии, или говорить εἰς αἰῶνας ἀπαἰῶνος (во веки веков) другому, кроме Бога и Христа (De spectacul., с. 15). Чинопоследование Литургии, изложенное в постановлениях апостольских, заканчивая евхаристическую молитву славословием: «Тебе всякая слава, благоговение, благодарение, честь и поклонение Отцу, и Сыну, и Святому Духу ныне, и присно и в нескончаемые веки веков», замечает: «καί πς ὁ λαός λεγέτω άμίν» (Мис. Обозр. 1897 r.).

Итак, Евхаристия в апостольский век была не внебогослужебным вкушением хлеба и вина, а богослужением, на котором она священнодействовалась как новозаветное бескровное Жертвоприношение.

Б. Вечери любви у древних христиан (агапы)

Совокупляя вместе все отрывочные известия, в которых упоминается о вечерях любви в первые времена Церкви, мы получаем следующие сведения об образе их совершения. В книге Деяний апостольских между прочим говорится о первенствующих христианах, что они «каждый день... преломляя по домам хлеб, принимали пищу в веселии» (2:46), и в другом месте (20:7,11), что «в первый же день недели, когда ученики собрались для преломления хлеба», Павел «беседовал с ними», и после воскрешения юноши, упавшего из окна и убившегося до смерти, «взойдя и преломив хлеб и вкусив, беседовал довольно даже до рассвета, и потом вышел». Из этих слов священного дееписателя можно заключить, что в самые первые времена христианства были двоякого рода вечери любви: такие, которые совершались в разных домах, следовательно – отдельными обществами верующих (по преимуществу в Иерусалиме), и такие, которые в известные дни, именно в воскресные, совершались всем собранием верующих. Яства для вечерей любви готовились или в том месте, где происходила вечеря, или же доставлялись туда в готовом виде богатыми. Они состояли из овощей, рыбы, мясных и мучных кушаний; вино тоже не исключалось. Все эти яства, преимущественно вино и хлеб, долженствовали быть предварительно освящены за богослужением. За столом господствовали умеренность, скромность и порядок. Епископы, пресвитеры и диаконы занимали высшие места и руководили всем. Вечеря открывалась и завершалась молитвою и омовением рук. Во время вечери пелись псалмы и другие песни, читались и толковались отрывки из священного Писания. Тут же верующие сообщали друг другу различные церковные известия, так что все постоянно могли знать, в каком положении находится Христианская Церковь. Кроме того, прочитывались послания епископов и других предстоятелей Церкви и деяния мучеников, чтобы укрепить себя в вере на случай гонения. При окончании вечери делался сбор для бедных, вдов, заключенных, потерпевших кораблекрушение. После всего расставались с уверениями в братской любви и с лобзаниями. Нужно заметить, что явные грешники и те, которые подвергались публичному покаянию, также оглашенные и все, еще не принадлежащие к Церкви, не допускались к вечерям любви.

Вечери любви, по крайней мере вначале, были очень распространены. Сами по себе они не в такой степени составляли необходимую принадлежность Евхаристии, чтобы не могли быть отпущены. Известно, что уже в первые века христианства были Церкви, в которых мы не видим и следов этих вечерей. Так, Иустин мученик, говоря о совершении Евхаристии и о богослужении у римских христиан своего времени, не упоминает об агапах. У св. Иринея о них тоже ничего не говорится. Причина этого главным образом заключается в том, что в Риме и ближайших к нему местах тайные собрания и ночные пиршества были запрещены, а по словам Плиния, общие вечери христиан были запрещены эдиктом императора Траяна. Вдали от центра государства могло быть, конечно, иначе, и вот почему мы находим упоминание о вечерях любви в других местах.

Из тех мест Св. Писания, где говорится о существовании подобных собраний в Иерусалиме, Коринфе и Троаде, видим, что в первые века христианства, именно в Иерусалиме, верующие собирались весьма часто и даже ежедневно для совершения Евхаристии и вечери любви. Так как это явление очень естественно объясняется состоянием первых общин, именно – немногочисленностью христиан, точно так же естественно и то, что этот обычай не был в общем употреблении, или, по крайней мере, употреблялся не долго. Потому мы скоро находим, что для празднования агап назначались собственно воскресные дни (Деян. 20:7,11), хотя из этого были исключения, и воскресные вечери в одних местах происходили реже, в других чаще.

При самом начале христианства, доколе Церковь Христова не получила еще определенного устройства, агапы предшествовали Евхаристии. К этому располагало сходство этих вечерей с Тайной вечерей Самого Господа, которую как в других отношениях, так и в этом брали за образец. Некоторые места Св. Писания, например, слова апостола Павла в 1 Посл. к Коринф., указывают на это (11:20–27).6 Позднее же, напротив того, вследствие различных причин, как в коринфской общине, так и во всей Восточной Церкви еще во времена апостольские агапы происходили после причащения св. Таин и потому обыкновенно после Евхаристии7. По окончании богослужения верующие оставались в храме для общей братской вечери... С течением времени, по этому самому, только вначале вечери стояли в связи с Евхаристией, позднее же совершенно отделились от нее. Только в Великий Четверг некоторые африканские общины совершали вечерю раньше причащения для живейшего воспоминания о тайной вечери Господа, положившей им начало. Что касается собственно времени, в которое происходили вечери любви, то так как время богослужения в первые века христианства, при стесненном положении Церкви, было не одинаково, посему и агапы не могли совершаться в определенное время. Вообще, можно принять за верное, что они происходили вечером и ночью; в позднейшие же времена, когда они совершались после утреннего богослужения, – в полдень или около этого времени. Но несомненно, что место, где происходили вечери любви, было то же самое, где совершалась и Евхаристия, т. е. Церкви, если христиане владели ими, или дома, в которых они собирались.

Особенный род священных вечерей представляют в первые времена христианства те вечери, которые совершались в память мучеников.

При ежегодном воспоминании тех дней, в которые мученики христиански претерпели геройскую смерть, верующие собирались на их могилах, а позднее в церквах, посвященных их имени, и по окончании богослужения устроялась общая вечеря, под руководством священников. Вечери сего рода известны были во втором веке и долго сохранялись в Православной Церкви. При погребении людей достаточных устроялись вечери погребальные: бедным предлагали пищу в церкви или около нее, прося чрез это их молитв за умершего и считая милостыню спасительною для усопшего.

Христианские братские вечери, известные под именем агап, издавна некоторые старались объяснить подобными же явлениями в жизни и богослужении иудеев и язычников. Так, Исаак, в знак мира и дружелюбия с оскорблявшими его Авимелехом и его союзниками, «сделал им пиршество, и они ели и пили и, встав рано утром, поклялись друг другу» (Быт. 26:30–31); «И заколол Иаков жертву на горе, и позвал родственников своих есть хлеб, они ели хлеб и пили», по восстановлении добрых родственных отношений с тестем его Лаваном и по взаимном уверении и клятве в искренности благожелательных чувств и намерений в отношении друг к другу (31:54). Так, завет, заключенный между Иеговою и израильским народом, сопровождался пиршеством: «ели и пыли» (Исх. 24:11). Этот обычай встречается и во времена царей (1Цар. 9:12–13); а по свидетельству Иосифа Флавия, общие трапезы продолжались даже и до времен христианских. Филон оставил нам даже подробное описание религиозных трапез ессеев, которые, с первого взгляда, имели большое сходство с христианскими агапами.

Точно так же в языческом богослужении был очень распространен обычай устроять в храмах после жертвоприношений из остатков общие трапезы. Персы, афиняне, аркадцы, навкратиты соединяли с общественным богослужением общие пиршества. У жителей острова Крита, лакедемонян и римлян, как известно, были общие трапезы.

Но христианские вечери любви ничего общего не имеют с ветхозаветными пиршествами, которые устроялись по тем или другим обстоятельствам, ни тем более пиршества языческие ни в каком отношении не могли быть первообразами для христианских вечерей любви.

Христианские вечери любви ближайшим образом явились в подражание тайной вечери Господа Иисуса Христа и суть не что иное, как живейшее ее воспроизведение для большего возбуждения в верующих тех чувств, которыми были проникнуты ученики Христовы в священные минуты последней прощальной беседы с ними возлюбленного их Учителя. Начало их коренится в самом духе христианства, которое возвещает людям одного Бога любви и один союз священной любви и братского единения. Уже употребление в христианстве слова ἀγάπη в смысле совершенно новом доказывает, что христианские братские вeчери представляли нечто особенное, существенно отличное от всех известных пиршеств. Кто не знает, каким пламенным воодушевлением к божественному проникнуты были первенствующие христиане и до какой степени вся их жизнь со всеми материальными ее отношениями была исполнена религиозно-христианского сознания? Удивительно ли, что вкушение пищи – один из тех видов житейских отношений – имело характер не простого, обыденного действия, а служило также, в известной мере, отображением целого христианского мировоззрения верующих? Как божественное, как бы снисходя с неба, проникало собою все земные отношения в жизни христиан, так и человеческое, земное, со своей стороны, проникнутое божественным, как бы одухотворялось им и являло собою как бы непрерывное, живое служение Богу.

К этому религиозному настроению первенствующих христиан присоединились и нравственные побуждения – братское общение и любовь. Любовь своею могущественною силою связывала всех в один кружок любящих братьев; все чувствовали себя соединенными в одном средоточии живого братства, воодушевленного и вдохновленного духом братской любви и единства. Никто не хотел иметь своей отдельной собственности, каждый, движимый духом христианской любви, делился своими средствами с другими. А где это чувство с большею полнотою могло выразиться, как не в общей братской трапезе? Таким образом, в первенствующей Церкви вечери любви существенно были связаны с церковною жизнью христиан, проникнутых духовным чувством единства и общности достояния каждого, – были, так сказать, только завершением их; а отсюда понятно, как могло принятие пищи и пития – дело материальное – так тесно соединиться с самым высоким, чисто духовным богослужением – Евхаристией.

Распространению вечерей любви могли немало способствовать самая необходимость и обстоятельства времени. Христиане, гонимые извне, должны были теснее соединиться между собою и в этом тесном общении искать опоры, утешения и ободрения. Религиозные собрания первенствующих христиан происходили в частных домах: устроению вечерей благоприятствовала самая малочисленность христиан. Было немало и других причин в первоначальном положении христиан, которые способствовали распространению этого обычая.

Но времена переменялись. С распространением христианства первоначальная жизнь христиан, имевшая семейный характер, более и более принимала обширные размеры жизни общественной, церковно-народной; поэтому первоначальные агапы должны были постепенно выйти из употребления сами собою. В конце третьего века начинают они праздноваться только в особенные дни, преимущественно в память мучеников, и именно как пиршества для бедных. Уничтожению вечерей любви много способствовали злоупотребления и беспорядки, примешавшиеся к ним.

Язычники по поводу такого непонятного для них учреждения, каковы были вечери любви, осыпали христиан злыми и нелепыми клеветами. Эти клеветы стали нам известны из защитительных речей христианских апологетов. Язычники называли вечери любви фиестовыми пиршествам 8 (по причине соединенной с ними и непонятной для язычников Евхаристии) и обвиняли христиан в том, будто они предавались самому грубому распутству. Как ни ложны были эти клеветы, все-таки агапы не были чужды некоторых злоупотреблений. Уже ап. Павел осуждает за эти злоупотребления коринфскую общину, именно – за разобщение богатых от бедных и их неумеренность (сн. 2Пет. 2:13; Иуд. 12). Конечно, хорошая сторона вечерей любви дол гое время одерживала верх, и все данные в первые три века, за немногими исключениями, говорят о том высоконравственном духе, которым были проникнуты христиане на вечерях любви, о том религиозном благоговеним, с которым относились к ним христиане, о том порядке, который господствовал на этих вечерях. В этом свидетель один из злейших врагов христианства, Юлиан, благоприятно отзывавшийся о вечерях любви, устроявшихся в его время.

Позже, с увеличением числа лиц, вступавших в христианскую общину, вечери любви постепенно утрачивали свой первоначальный характер во многих отношениях; появились и с течением времени усилились разного рода злоупотребления и беспорядки, против которых восставали уже Климент Александрийский, св. Григорий Назианзин, св. Златоуст, бл. Августин и другие. Собор Лаодикийский в половине IV века издал запрещение справлять агапы в церквах: «Не подобает в храмах Господних или в церквах совершати, так именуемые, трапезы любви, и в доме Божием ясти и возлежание творити», читаем мы в 28 пр. сего собора. Хотя несколько ранее этого собор Гангрский, в Пафлагонии, и принял агапы под свою защиту против евстафиан, но это произошло только «потому, что они, еретики, в своем гордом воздержании, считали агапы непозволительными и постились даже в воскресенье. По причине злоупотреблений вечери любви отменены были и в Миланс св. Амвросием. Скоро и в остальной Италии стали прекращать их. Бл. Августин советовал карфагенскому епископу Аврелию отменить их в Африке, но вместе советовал приняться за это дело с благоразумием. Третий собор Карфагенский (391 г.) запретил духовенству принимать участие в агапах и повелел, по возможности, удерживать от них и народ. Долгое время еще сохранялся в некоторых местах обычай справлять эти пиршества в церквах, и потому запрещение этого обычая было снова повторено на Констант. соборе в 692 году. Как трудно было совершенно отменить этот обычай и как к нему привык народ, можно заключить из того, что еще папа Евгений в 826 г. жаловался на беспорядки при агапах. Долее всего сохранились эти церковные празднества в Англии, Галлии и Германии. Григорий I позволял новообращенным англичанам, которые особенно любили религиозные торжества, совершать пиршества у церквей в праздничные дни. Точно так же первые проповедники германские допускали их преимущественно у бриттов и скоттов. В праздники Господские и в честь мучеников собирались они или в церкви, украшенной зелеными ветвями, или пред церковью под деревьями, или, наконец, в палатках, сплетенных из древесных ветвей; там закалывали животных и под звуки музыки и религиозных песен совершали праздничный пир. Подобные праздники происходили и в Галлии. Но здесь они так изменились, что почти преобразились в языческие вакханалии: в церквах затевалась пляска, происходили беспорядки и бесчинства всякого рода; даже, по древнеязыческому обычаю, закалали животных в жертву святым. Подобное извращение вечерей любви и смешение языческих обычаев с христианскими проявлялось и в Германии. Многие соборы, именно: собор Орлеанский в 533 г., собор Оксерский в 584 г. и соборы, собранные деятельностью Бонифация, особенно соборы в Литтихе 743 г. и германский собор около 746 г., – решительно восстали против злоупотреблений, вкравшихся в древние вечери любви. Однако ж, еще почти сто лет спустя, собор в Ахене принужден был возобновить запрещение собора Лаодикийского против агап, и все-таки, по местах, они продолжали сохраняться: так привык к ним простой народ в Германии и Франции.

У абиссинских христиан еще и теперь существуют вечери любви в связи с Таинством причащения. В других странах напрасно стали бы мы искать этого древнего учреждения, но нередко можно встречать различные обычаи, не столько церковные, сколько народные, в которых, так или иначе, сказывается память древних преданий. Думают, что обычай, сохранившийся в некоторых местах, по большим праздникам разбивать палатки вокруг церкви и продавать в них яства и питие, равно как предложение трапезы бедным, соединенное с омовением их ног, в Великий Четверг (как это делается в Риме, Австрии, Баварии и других местах), – суть остатки древних вечерей любви. Так же смотрят и на те пиршества, которые у греков я даже у русских устрояются богатыми для бедных по случаю погребения или по какому-нибудь другому случаю под открытым небом или в частных домах. Нечто похожее на агапы видно в пиршествах, совершающихся в известные дни у гернгутеров, в молельне, пред принятием св. Таин. У них, кроме того, есть особенные, так называемые, домашние вечери любви. (Сост. по «Прав. обозр.» 1870 г., 1-е полуг., стр. 940).

Беседа № 3. О совершении Божественной литургии в первые времена христианства

I. В первые два века после апостолов христианским богослужением не было усвояемо никаких особенных названий. Все церковное богослужение называлось «литургией»; это название употреблялось для обозначения чтения свящ. Писания, утренних и вечерних молитв и Таинства св. Причащения.

Собственно Таинство Причащения называлось вечерею, таинственною вечерею любви, Евхаристией (благодарением) Название ему «Божественной литургии» усвоено не раньше четвертого века. Вот несколько подробностей как совершалось оно.

II. a) В первые времена христианства все верные, составлявшие из себя Церковь, собирались в особую храмину, определенную для общих молитв и тайнодействия, и приносили с собою, смотря по своему достатку, хлеб и вино, для совершения Таинства Тела и Крови Христовых и для общей трапезы любви, в которой бедные довольствовались обильными приношениями богатых. Епископ иди пресвитер, иногда сам, а иногда чрез диаконов, то есть служителей Церкви, принимал эти приношения (просфоры по-гречески), и они полагаемы были в особом месте приготовления, что ныне жертвенник, который бывает в больших храмах отделен от алтаря. Там пресвитер избирал и приготовлял один хлеб собственно для Таинства, а дабы прочие приносители и приношение равномерно были приняты и представлены Христу, в молитве и тайнодействии, из каждого хлеба частица полагаема была к хлебу избранному для Таинства, в память приносителя, самый же хлеб оставался для трапезы любви. И теперь то же самое повторяет у жертвенника священник, приготовляя для священнодействия хлеб, называемый агнцем – именем, заимствованным от Агнца пасхального, и вынимая из прочих просфор части в честь и память Богоматери и всех святых и в жертву за живых и мертвых; это составляет первую часть обедни – проскомидию, иначе – приготовление.

б) Потом священнодействующий, один или с помощью диакона, призывал верных к молитве и молился во услышание всех о благах временных и вечных; следовало пение псалмов, чтение книг пророческих и посланий апостольских. Тогда диаконы приносили из хранилища святое Евангелие на средину церкви, и из сего хождения образовался нынешний малый вход с Евангелием, знаменующий вместе и открытие проповеди Христовой, когда сам он явился после приготовительной проповеди последнего пред ним пророка, Иоанна Крестителя. Евангелию следовали толкование слова Божия и молитвы о кающихся и тех, которые только были еще оглашены первоначальным учением веры, но не просвещены крещением. Их удалением оканчивалась и оканчивается ныне вторая часть обедни, называемая литургией оглашенных.

в) Третье отделение – литургии верных – начиналась двумя краткими молитвами и третьею – безмолвною. Так и теперь, кроме того, что третья тайная молитва священнодействующего для предстоящих закрыта пением так называемой херувимской песни. В это время священнослужителям нужно было идти за приготовленными дарами в место их приготовления, чтобы принести оные на св. трапезу, где долженствовало совершиться тайнодействие, – и вот основание великого входа со святыми Дарами, который вы теперь видите в Православной Церкви с великолепием подобающим святыне, ибо это таинственное перенесение воспоминает также и вольное Шествие Спасителя на искупительное страдание. Теперь престол Христа

Царя становится вместе его крестным жертвенником и гробом живоносным, возвышенность алтаря представляет Голгофу. В древние времена это таинственное зрелище открыто было для всех верных, потому что все или почти все приступали к причащению святых Таин. По времени оно закрыто, преградою и завесою, от тех, которые сами признали себя недостойными быть причастниками. Впрочем, и доныне, как в первые века, в некоторых церквах палестинских престол остается открытым.

По освящении даров и приобщении пресвитеров и народа, возносились общие благодарения Богу за Его щедроты, и верные собирались на братолюбную трапезу в части храма, которой она и оставила свое название. Впоследствии, по вкравшимся злоупотреблениям, трапеза любви уничтожена, но память сей первобытной вечери или общественного обеда верных сохранилась в самом слове обедня. Так совершалось это служение в древности.

III. Некоторые подробности Литургии изменялись по местам и временам, но сущность ее – никогда; нам еще сохранилось несколько особых чиноположений Литургии времен апостольских, совершенно сходствующих между собою, за исключением некоторых молитв, которые произносимы были по особенному вдохновению великих священнодействователей. Литургия апостола Иакова, первого епископа иерусалимского, весьма продолжительная, и теперь еще поется в день его памяти в Иерусалиме. В четвертом столетии святый Василий Великий, архиепископ Кесарии, снисходя к немощи человеческой, сократил ее отчасти, и в таком порядке совершается она в воскресные дни великого поста и в некоторые другие праздники. Немного лет спустя, святый Иоанн Златоуст, архиепископ Царьграда, еще несколько сократил службу святого Василия, и обедня его осталась повседневною, ибо после сего великого иерарха никакая рука не дерзала и не дерзнет к ней прикоснуться, а совершенство молитв ее достигло высшей степени, какая только доступна человечеству.

Позднее в разряд богослужений вошла еще Литургия Преждеосвященных даров, составленная Григорием, римским папою, Двоесловом. Но это не есть Литургия в собственном значении слова. На ней лишь причащаются, но нет самого совершения Таинства тела и крови Христовой. Она возможна лишь тогда, когда ей предшествует Литургия Василия Великого или Иоанна Златоустого, и совершается лишь когда не положено совершать настоящую Литургию, именно – в некоторые известные дни великого поста. (Сост. с доп. по «Письм. о богослуж. правосл. церкви» А. Муравьева, изд. 1882 г.).

Беседа № 4. О значении священнодействий Божественной литургии

I. Совершаемый в Православной Церкви чин Божественной литургии в составе своих священнодействий знаменует земную жизнь Господа нашего Иисуса Христа и имеет целью возвести нас к спасительному воспоминанию о совершенном Им деле искупления рода человеческого. Всем нам, православные христиане, надлежит знать смысл и знаменование священнодействий Божественной литургии, могущих нас руководить к живому воспоминанию о Спасителе нашем. Выслушайте о сем, братия!

II. а) Литургия начинается совершением проскомидии, во время которой приготовляются св. Дары и которая совершается незримо для народа, в алтаре, при затворенных церковных дверях и при задернутой завесе. Для предстоящих в храме в это время читаются часы третий и шестой, состоящие из собрания псалмов и молитв. Проскомидия совершается не вслух всего народа, в алтаре, потому, что с ее совершением соединяется воспоминание о рождестве Иисуса Христа и первоначальной Его жизни, мало известной и открытой только немногим избранным. Сообразно с таким воспоминанием получают особое знаменование и все предметы и обряды при совершении проскомидии. Так, в это время жертвенник изображает Вифлеемскую пещеру, дискос – ясли; звездица – ту звезду, которая при рождении Спасителя явилась волхвам, – покровы над сосудами – пелены, коими повит был Божественный Младенец; каждение ладаном – дары волхвов.

б) Далее, во второй части Литургии, называемой литургиею оглашенных, особенно знаменательны в отношении к воспоминанию о Спасителе вход с Евангелием и самое чтение апостола и Евангелия. Вход с Евангелием означает явление Иисуса Христа на проповедь, начавшуюся после крещения Его во Иордане. Несомая пред Евангелием свеча изображает св. Иоанна Крестителя, который, по словам Самого Спасителя, был светильник горящий и светящий (Ин. 5:35), явившийся Предтечею Христовым для приготовления людей к принятию Его. При виде несомого на малом входе Евангелия мы, как бы пред лицом Самого Иисуса Христа, смиренно преклоняемся, припадая к Нему и воспевая песнь: «Приидите, поклонимся и припадем ко Христу! Спаси нас, Сыне Божий, воскресый из мертвых поющия Ти: аллилуия». Самое чтение апостола и Евангелия изображает проповедь Спасителя, пронесенную апостолами по всему миру. Посему слушать чтение это надлежит нам с таким же вниманием и благоговением, как бы мы видели и слышали Иисуса Христа. Возглашение пред чтением и после чтения Евангелия: «Слава Тебе, Господи, слава Тебе!» показывает, что для христиан не может быть более радостной вести, как весть о Спасителе и совершенном Им спасении нашем. Для большей сосредоточенности внимания к словам Христовым издревле существует благочестивый обычай при чтении Евангелия стоять с преклоненною головою.

в) Третья и важнейшая часть Литургии, называемая литургиею верных, после двух ектений начинается великим входом. Великий вход во время которого, при пении Херувимской песни, приготовляемые дары с жертвенника переносятся на престол для освящения, должен нам напоминать о торжественном входе Иисуса Христа в Иерусалим на вольные страдания. При воспоминании о сем событии, свидетельствующем о неизреченной любви к нам Господа, мы должны отложить всякое земное попечение и уподобиться херувимам, чтобы достойно прославить небесного Царя, снисшедшего к нам и за нас претерпевшего смерть. Значение великого входа особенно выразительно высказывается в св. песне, поемой при этом входе в великую субботу: «Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом, ничто же земное в себе да помышляет. Царь бо царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным». После великого входа и после возгласов, приготовляющих нас к достойному присутствованию при совершении Таинства святого Причащения, совершается самое это Таинство и бывает благословение и освящение св. Даров силою и действием Св. Духа, при чем хлеб и вино таинственно пресуществляются и прелагаются в истинное Тело и в истинную Кровь Христову. В эти страшные минуты, при пении: «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молимтися, Боже наш», и нам надлежит с преимущественным умилением сердечным возносить Господу Богу молитву о своем спасении, воспоминая спасительные для нас страдания Спасителя, Его смерть и погребение.

В конце Литургии воспоминаются Воскресение Спасителя и последние Его явления. Так, после причастного стиха отверстием Царских врат и явлением св. Даров народу изображается явление Иисуса Христа по воскресении. Последнее же явление св. Даров народу с возгласом: «всегда, ныне, и присно, и во веки веков», напоминает нам вознесение Иисуса Христа и обетование Его пребыть с верующими во все дни до скончания века. (См. «Воскр. беседы», изд. Общ-во. люб. дух. просв., 1891 г. № 5).

III. Братия-христиане! Почитайте священною христианскою обязанностью ходить в церковь к Божественной литургии, благоговейно выслушивайте ее. Во время священнодействия Литургии представляйте мысленно Иисуса Христа и в каждом действии ее замечайте спасительные события земной жизни Его.

Когда священник возгласит: «Благословенно Царство Отца и Сына и Святого Духа», почтите пришествие Иисуса Христа в мир и благоговейно поклонитесь Ему, прославляя Бога, Отца и Сына и Святого Духа.

Когда увидите шествие со святым Евангелием, вспомните Евангельскую проповедь Иисуса Христа и пребудьте верными последователями Его и исполнителями святой воли Его.

Когда, во время Херувимской песни, понесут св. Дары, преклоните главы и колена ваши пред Спасителем нашим Иисусом Христом, Который идет на вольное страдание за нас, и молитесь Ему, да помянет Он и нас во Царствии Своем.

Когда услышите возгласы священника: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, и пийте от нее вси, сие есть Кровь Моя», воспоминайте тогда Тайную вечерю Иисуса Христа; когда запоют: «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молимтися Боже наш», стойте благоговейно и молитесь, – в это время совершается на престоле святое и страшное Таинство, хлеб претворяется в Тело и вино – в Кровь Христову видимым благословением священника и невидимым наитием и действием Св. Духа.

Когда священник возгласит: святая святым, – повергнитесь пред алтарем, как пред святою горою Голгофою, и молитесь распятому Господу Иисусу Христу, положившему душу Свою за спасение наше.

Когда отверзнутся святые двери и увидим Божественные тайны, со страхом Божиим и верою поклонитесь воскресшему Христу; и когда паки увидите сии тайны, в последний раз являемые, тайно – зрите Господа Иисуса Христа возносящегося на небо и обетовавшего нам пребыть с нами невидимо всегда, ныне и присно и во веки веков.

Наконец, заключите Божественную литургию благодарением Богу во гласе духовного радования: «Да исполнятся уста наша хваления Твоего, Господи. Буди имя Господне благословенно отныне и до века». Аминь. (См. «Сеятель благоч.» прот. Нордова, т. I., изд. 1891 г.).

Так в чине Литургии последовательно изображается земная жизнь Господа нашего Иисуса Христа для возбуждения в верных воспоминания о Нем, как Он это Сам заповедал при установлении Евхаристии на Тайной вечери, сказав апостолам: «Сие творите в Мое воспоминание». Это воспоминание необходимо и животворно для нас. Возбуждая в нас чистый смысл к уразумению превосходящей разум любви Христовой, укореняя и утверждая в нас эту любовь (Еф. 3:18), воспоминание о Спасителе служит ближайшим спасительным средством к внутреннему соединению нашему со Христом. При каждом священнодействии Божественной литургии, предстоя пред святою Трапезою, хотя бы и не приступали к св. Причащению, мы можем участвовать в сем великом и страшном священнодействии молитвенным воспоминанием о Христе, с живою и сознательною верою в Него, и чрез то соделываемся причастниками божественной благодати Иисуса Христа, Который, как свидетельствует апостол, верою вселяется в сердцах наших (Еф. 3:17).

Беседа № 5. О трех чинах Божественной литургии

I. В прошедших беседах я говорил с вами, братия мои, о том, как совершалась Божественная литургия, или, по-нашему, обедня, в первые века христианства. И нам легко видеть теперь, что служение Божественной литургии и ныне совершается почти так же, как оно совершалось и во времена апостолов, непосредственных преемников Господа нашего Иисуса Христа, положившего начало и основание совершению этой божественной службы. Но легко видеть также и то, что нынешняя Литургия, сходная с древней Литургией в главных действиях, имеет и отличия. Поэтому сегодня я скажу вам подробнее о том, от кого и по каким причинам Божественная литургия получила тот вид, в каком совершается она ныне.

II. Главное различие древнейшей Литургии от нынешней то, что она в первые три столетия совершалась очень продолжительно. При той любви к божественной службе, какую имели к ней первые христиане, эта продолжительность не была обременительна для них. Каждый считал за счастье помолиться за ней и причаститься Божественных Таин. Но с течением времени, когда чистота нравов стала повреждаться и братская любовь между христианами стала оскудевать, многие из христиан, из-за житейских забот, стали скучать продолжительностью Литургии и стали уклоняться от нее. Сверхпродолжительности, Божественная литургия в каждой христианской стране или поместной Церкви совершалась не в одинаковом порядке, хотя и была, при едино мысленном исповедании веры Христовой, везде сходна в важнейших частях. Каждая поместная церковь держалась того порядка, в каком получила ее от первых насадителей христианства. Так, напр., Иерусалимская Церковь держалась такого порядка Литургии, в каком совершал ее св. апостол Иаков; в Александрийской Церкви совершалась литургия св. Марка; Римская Церковь держалась Литургии св. Климента. По обилию божественной благодати, какую проявлял Дух Святый между первыми христианами, особенно между пастырями Церкви, пастыри Церкви, по унаследованному от св. апостолов праву, не изменяя главного порядка Литургии, присоединяли к ней иногда свои молитвы и песнопения. С течением времени, особенно чрез три столетия после вознесения Господа, эти разности в Литургии еще более увеличились.

Кроме того, с течением времени, среди христиан стали появляться ереси, т. е. противные слову Божию понятия о христианской вере, и пастыри Церкви стали опасаться, чтобы и в Божественную литургию, с умыслом или без умысла, не вкрались какие-нибудь еретические мысли. Все это, т. е. и продолжительность Божественной литургии, и разности в совершении ее, и опасность, чтобы в нее не вкрались какие-либо еретические мысли, – заставляло пастырей Церкви озаботиться введением во всех церквах однообразного порядка Литургии, составить Литургию в сокращенном виде.

а) Св. Василий Великий, называемый св. Церковью за его богомудрые Писания и подвиги столпом Церкви, принял на себя труд изложения Божественной литургии. Но не прежде принялся он за это важное дело, как приготовив себя к тому усерднейшею молитвою к Богу. После шестидневной молитвы Сам Господь наш Иисус Христос явился ему чудесным образом и благословил его желание. Исполнившись Духа Божия и ревности, св. Василий Великий изложил весь порядок Литургии в сокращенном виде, присоединив к ней свои молитвы, строго держась того порядка и действий, в каком совершалась она от времен апостольских.

б) После св. Василия Великого св. Иоанн Златоуст (так названный Церковью за свои богомудрые Писания), чтобы пресечь христианам всякий предлог уклоняться от посещения божественной службы, Литургию св. Василия Великого еще более сократил. Но он сократил только некоторые молитвы св. Литургии, нисколько не касаясь того порядка, в каком составил ее св. Василий Великий. Св. Вселенские Соборы, по вниманию к великим заслугам святителей Василия Великого и Иоанна Златоустого, какие они оказали всей Церкви Христовой своими подвигами и учением, приняли их Литургии для введения во всех Церквах. После Василия Великого и Иоанна Златоустого в Божественной литургии, по требованию обстоятельств и для большего благолепия, допущены только некоторые изменения и дополнения, о которых при удобном случае, если будет нужно, скажу после. Ныне Литургия св. Василия Великого, как более продолжительная, совершается накануне Рождества Христова и Богоявления, а иногда и в эти праздники, в Новый год, т. е. в день памяти св. Василия Великого, и в Великий пост по воскресеньям, кроме Вербного воскресения, в Великий Четверг и в Великую Субботу. А Литургия св. Иоанна Златоустого совершается по субботам в Великий пост, в Вербное воскресенье и затем во все времена года, когда уставом положено совершать Литургию.

в) Кроме этих двух Литургий есть еще Литургия, называемая Литургией Преждеосвященных Даров, или Преждеосвященная обедня, совершаемая в среды и пятницы великого поста, а иногда и в другие дни поста – по уставу, также в первые три дня Страстной недели. Мы уже знаем, как древние христиане любили молиться за Божественной литургией. Самые первые христиане при апостолах молились за Литургией и причащались каждый день, позднее же хотя не каждый день, но непременно четыре раза в неделю: в воскресенье, среду, пятницу и субботу, и еще в дни, когда бывала память св. мучеников. Но так как Божественная литургия в самом совершении своем есть служба торжественная и радостная, а дни великого поста суть дни скорби и сетования о грехах, в которые неуместны торжество и радость; кроме того, как мы уже видели, в древности после Литургии предлагалась братская трапеза из приношений, оставшихся после совершения Литургии, а это еще более противоречило дням великого поста, как дням строгого воздержания во всякой пище и питии: то пастырями Церкви и соборами запрещено было совершать Литургию в Великий пост, исключая субботы и воскресенья, в которые бывает облегчение от поста. Но многим из христиан тяжело было во время поста целую неделю быть без причащения Христовых Таин. И вот, чтобы не нарушить поста, а вместе и удовлетворить благочестивому желанию христиан, с самых времен апостольских в Великий пост, по воскресеньям, пастыри Церкви при совершении Божественной литургии освящали несколько хлебов в Тело Христово, напояли их Кровию Христовою и хранили до среды и пятницы. Потом в среду и пятницу, по совершении вечерней службы, эти Преждеосвященные Дары раздробляли и раздавали верующим. Отсюда и получила начало так называемая Преждеосвященная литургия, или Преждеосвященная обедня. Точно таким же образом и ныне по воскресеньям в Великий пост приготовляются на среды и пятницы хлебы или агнцы освящаются в Тело Христово, напояются Кровию Христовою и полагаются на св. престоле для хранения. В среды и пятницы над этими преждеосвященными св. Дарами совершается служба, называемая Преждеосвященной Литургией. На этой Преждеосвященной литургии, как многим из вас известно, не бывает нового освящения св. Даров в Тело и Кровь Христову; а потому все священные действия, слова и молитвы, при которых бывает на других Литургиях освящение св. Даров в Тело и Кровь Христову, на этой Литургии опускаются. Поэтому она не есть настоящая Литургия, а только подобие ее.

В первые времена христианства Преждеосвященная литургия в каждой поместной Церкви совершалась тоже не в одинаковом порядке. Для устранения разностей, чрез 600 лет после Рождества Христова, св. Григорий Двоеслов, ознакомившись, как она совершалась в разных церквах, привел ее в однообразный порядок. Св. Вселенскими Соборами она была одобрена и введена для однообразного употребления во всех церквах. В таком порядке Преждеосвященная литургия от времен св. Григория Двоеслова совершается и до настоящего времени.

Таким образом, братия мои, теперь в Церкви Христовой совершаются три Литургии: Литургия св. Василия Великого, Литургия св. Иоанна Златоустого и Преждеосвященная св. Григория Двоеслова, и будут совершаться они в неизменном порядке до скончания века.

Все они имеют основанием своим одну Божественную литургию, основание которой положил Господь наш Иисус Христос со св. апостолами в горнице Сионской. (См. № 8 «Костр. Епарх. Ведом.» за 1888 г.).

III. В заключение сегодняшней беседы с вами, братия, укажу на следующее. Древние христиане так любили Божественную литургию, как вы слышали в теперешней беседе, что тяжким лишением считали для себя быть без Литургии даже одну неделю, и потому даже в Великий пост, в дни поста и покаяния, желали иметь хотя подобие ее, Какой упрек нашему нерадению и лености! Мы с тобою, слушатель, чем оправдаемся пред Богом, когда не четыре раза в неделю, а однажды в неделю св. Церковь просит и убеждает нас приходить к Божественной службе, а мы не слушаемся призыва Церкви, и два, иногда три, четыре воскресенья сряду не хотим сходить помолиться за Божественной литургией? И не каждое воскресенье теперь просит нас приступать к св. причащению св. Церковь, а просто только помолиться. Чем, говорю, мы оправдаемся пред Богом? На продолжительность службы грех жаловаться. О, братия мои! не нужно так связывать себя заботами житейскими. «Если мы, говорит св. Афанасий Великий, – в продолжение почти целой недели живем так, как бы сотворены только для этой земли, только для наслаждение земными радостями, то, по крайней мере, в воскресенье мы должны вспомнить, что сотворены еще для другого, несравненно лучшего, блаженнейшего мира», – что есть для нас другая, несравненно лучшая жизнь, к которой каждый из нас должны готовиться. «Каждый из нас в этот день, говорит тот же св. муж, непременно должен приходить в церковь, которая для нас есть как бы преддверие блаженного неба». Аминь (Сост. по указ. источн.).

Беседа № 6, в которой кратко изъясняется весь ход Божественной литургии 9

I. Войдя в храм Божий, мы заметим, что он разделен на две главные части: одна выше другой, отделена от нее и доступна только одним священнослужителям, которые совершают службу свою пред престолом и не в обыкновенных одеждах, а в священных ризах; что же все это значит?

Алтарь отделен от прочей церкви для того, что ты, как непосвященный, недостоин взирать на высокие Таинства, в нем совершаемые; потому он и возвышен над помостом. На жертвеннике стоящем по левую сторону, приготовляется Жертва, приносимая за грехи твои, а на престоле она совершается; потому и должен ты почитать его, как бы самый престол Божий; врата к нему ведущие, называются Царскими, как бы вход в Небесное Царствие, ибо ими входит и исходит к тебе Сам Господь наш Иисус Христос в образе жертвы; осеняются они и завесою для большей сокровенности Таинства, тебе недоступного.

Но оно доступнее священнослужителям для сего исключительно посвященным, архиерею или священникам, его совершающим, и диаконам, при нем служащим; все они облекаются на сие служение в особенные ризы, чтобы тем показать, каким образом, приступая к святыне, должно иметь светлую, чистую совесть и возвышаться духом до созерцания божественных предметов.

Ты же, хотя издали, мысленно последуй за ними и, видя сколь священно их служение пред Богом, почитай и люби их, как своих наставников в вере, как своих отцов духовных которые приемлют от тебя грехи твои и приносят за них жертву.

II. а) Прежде начала Божественной службы и во время приготовления к ней священнослужителей в алтаре положено чтение так называемых часов, т. е. возвышенных молитв на разные часы дня, собранных вместе, чтобы и тебя приготовить к благочестивому вниманию для предначинаемой Литургии. Когда читают ее часы пред Литургией, тогда во св. алтаре тайно совершается проскамидия, т. е. начало священнодействия, или приготовление Св. Даров. Что же означает проскомидия? Рождество Иисуса Христа, которое последовало тайно и уединенно, в Вифлеемском вертепе.

б) Обедня, или Литургия, начинается благословением Царства Пресвятой Троицы, «Отца и Сына и Святого Духа», Которых ты, как христианин православный, научился исповедовать при святом Крещении, для того чтобы достигнуть некогда сего Небесного Царствия обещанного нам Спасителем нашим, Господом Иисусом Христом.

Потом диакон произносит краткие молитвенные воззвания о благах временных и вечных, на которые хор поющих, от лица всего народа, отвечает благоговейно: «Господи, помилуй!» Так и ты, хотя не вслух, но втайне, на каждую сию молитву говори в твоем сердце: «Господи, помилуй» ибо ты должен, от всей глубины души твоей, молиться о свышнем мире и спасении души твоей, за все святые христианские Церкви, рассеянные по всему миру, за ту церковь, в которую ты сам входишь со страхом Божиим и благоговением, за святейший синод, собрание верховных пастырей русской Церкви, посвящающих и посылающих тебе духовных наставников, отцов твоих; за благочестивейшего Государя Императора, покровителя и защитника православной веры.

Ты должен также молиться о всяком граде и стране и верою в них живущих, о изобилии плодов земных для общего пропитания, о плавающих и путешествующих, страждущих, плененных, о избавлении всех от всякой скорби, гнева и нужды заступлением и благодатию Божиею, и, наконец, ты должен ежедневно и ежечасно предавать самого себя и всех твоих близких Христу Богу, при заступлении Пречистой Его Матери и всех святых, которые непрестанно молят Его о душах наших, как истинные заступники и ходатаи наши пред небесным престолом.

Таков возвышенный смысл первых молитвенных воззваний, произносимых диаконом пред Царскими вратами; будь к ним внимателен, ибо он за тебя их произносит: он научает тебя молиться Богу, когда ты, как младенец, не умеешь открыть уста свои; если же чего и не доразумеешь или недослышишь, говори только, в простоте твоего сердца, но с теплою верою: «Господи, помилуй, Господи, помилуй!» и молитва твоя дойдет к Богу, ибо Бог твой близ тебя, а Церковь Его есть нарочно устроенное Им сокровище, в которое Он приемлет молитвы, приносимые смотря по силам каждого.

Посреди сих первых молитв ты уже услышишь и краткое исповедание веры, которому тебя научали в катехизисе твои наставники духовные, совершающие теперь пред тобою божественную службу, и хор поющих за тебя возглашает сие исповедание: каким образом Единородный Сын Божий, будучи бессмертен, изволил для нашего спасения сделаться человеком, родившись от Пречистой Богородицы Девы Марии, и распялся за нас, чтобы смертью Своею попрать нашу смерть.

После сего открываются в первый раз пред тобою врата Царские, и ты видишь торжественное шествие священника и диакона со святым Евангелием дабы ты чрез это вспомнил, как некогда Сам Господь наш Иисус Христос явился в мир для проповеди того спасительного Евангелия, о котором и до тебя достигла благая весть. Посему, как некогда те, которые видели Самого Господа, и ты призываешься к Нему сими словами: «Приидите, поклонимся и припадем ко Христу; спаси нас, Сыне Божий, воскресший из мертвых, нас, поющих Тебе аллилуия», т. е. похвалу, или славу, и слава сия воздается в молитвах каждому из трех лиц Святыя Троицы для того, чтобы ты утвердился в сем основном учении христианской веры, без которого никто не может назваться христианином: «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас: слава Отцу и Сыну и Св. Духу».

Засим следует чтение апостольских посланий, которыми апостолы просветили мир, когда они обошли всю вселенную, чтобы научить ее истинной вере во Св. Троицу, Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святого.

Чтение божественных деяний Христа предлагается нам в слышание из Его Евангелия вслед за посланиями апостольскими, дабы мы научились подражать Ему и любить нашего Спасителя за Его к нам неизреченную любовь, как дети отца своего.

Тогда закрываются на время Царские врата, из которых к нам истекла благая весть Евангельская, и диакон возглашает опять молитвы к Богу отцов наших, чтобы, по великой Своей милости, помиловал нас; повторяя прежние прошения, он присоединяет к ним еще молитвы за усопших отцов и братьев наших, которых мы никогда не должны забывать дабы и нас воспоминали дети наши пред престолом Божиим. Он молится и о всех предстоящих в храме и ожидающих от Господа великих и богатых милостей, и хор ответствует за народ тройственным «Господи, помилуй», чтобы умножилась ревность молящихся усугублением сего воззвания к Господу, при каждой молитве. Пο благости Божией, ты – христианин православный и принадлежишь к числу верующих; но есть другие, которые еще находятся во тьме язычества, ибо еще не получили света Христова в Святом Крещении, подобно тебе. Есть некоторые, которые только готовятся принять Св. Крещение уже в зрелом возрасте, а не в младенчестве. Такие лица называются оглашенными, ибо до них достиг только глас истинной веры, но они еще не приняли ее в Таинстве Крещения, которое одно только может омыть нас от грехов и сделать нас истинными чадами Божиими на земле; посему они еще не могут присутствовать при совершении таинств церковных: к ним призываются одни только верные христиане, а некрещеные должны удаляться из церкви по гласу диакона: «Оглашенные, изыдите»; но, прежде за них молятся верные, дабы Господь помиловал их, и просветил словом истины, и соединил со Своею Церковью. И ты помолись об оглашенных усердно Богу, благодаря Его от всего сердца за то, что ты сам уже принадлежишь к числу спасаемых.

в) Ты слышал учение об ангелах благих, светлых, непрестанно предстоящих престолу Божиему, которые носят различные наименования, по степени их славы: архангелов, херувимов и серафимов. Теперь, когда приближается торжественное время совершения Таин Христовых, Церковь внушает тебе уподобиться сим блаженным духам, в благоговении к святыне. «Мы, которые в тайне образуем собою херувимов, воспевающих трисвятую песнь животворящей Троице, отложим ныне всякое попечение житейское, дабы поднять Царя всех Христа, невидимо носимого ангельскими чинами».

Во время пения этой священной песни священнослужители исходят из алтаря со священными сосудами, которые переносят с жертвенника на престол: священник несет Чашу, а диакон держит над головою, на блюде, или дискосе, священный хлеб, предназначенный для совершения жертвы и называемый посему агнцем ибо он изображает Христа, принесенного в жертву за грехи наши, и после освящения Даров послужит для причастия верных. Посему преклони благоговейно пред Св. Дарами голову, и так как священнослужители громко поминают во время сего шествия власти духовные и мирские и всех православных христиан, молись и ты внутренне, чтобы помянул тебя Господь в Царствии Своем.

После этого закрываются Царские врата и опускается завеса; это означает, что тайна, долженствующая совершиться в алтаре, уже недоступна не только тленным очам твоим, но и слабому разуму, и что только издали, с чистою верою, можно ей поклониться, не стараясь проникнуть в то, что свыше твоего разума, ибо божественное не вмещается в человеческом понятии.

Но дабы во время совершения Таин, тебе недоступных, назидать тебя молитвами, исходит из заключенного алтаря диакон, внушая исполнить твою молитву Господу; однако молитвы сии, сообразно с возвышенною минутою божественной службы, должны более относиться к благам вечным, нежели временным, и потому он молится: о провождении всякого дня свято, мирно и безгрешно; об ангеле мирном, верном хранителе душ и телес наших; о прощении и оставлении грехов наших; о всем добром и полезном для душ наших; о скончании прочего времени нашей жизни в мире и покаянии, и, наконец, о христианской кончине нашей жизни, безболезненной, непостыдной, мирной, и о добром ответе на страшном судилище Христове, ибо сие должно быть всегдашнею и единственною целью нашей жизни, которую мы все должны предавать Христу Богу.

После сих мирных прошений, на которые отвечает хор уже не обычными словами: «Господи, помилуй», а другими, прямо просительными: «Подай, Господи», диакон, услышав из уст священника желание мира всей Церкви, возбуждает всех верных христиан «возлюбить друг друга, дабы единомысленно исповедовать», и хор, в знак сего единомыслия, доканчивает слова его: «Отца и Сына и Св. Духа, Троицу единосущную и нераздельную».

За сим кратким исповеданием следует, по воззванию диакона, более пространное, под именем Символа, т. е. образца веры.

После пения Символа веры диакон возвращается в алтарь, чтобы служить священнику при совершении Таин, возбудив тебя прежде к доброму стоянию в церкви, со страхом и вниманием, для мирного приношения бескровной жертвы. Пастырская забота одушевляет и священника во глубине алтаря, когда он. пожелав тебе сперва духовных благ от каждого лица Св. Троицы («благодать Господа нашего Иисуса Христа, любовь Бога Отца и причастие Св. Духа»), внушает всем, чтобы обратили сердца свои только к небесному и достойно возблагодарили за то Бога. И хор поющих, как бы уверенный в твоем внутреннем расположении, за тебя ответствует: «Имамы (т. е. сердца наши) ко Господу» и «Достойно и праведно есть поклонятися Отцу и Сыну и Святому Духу, Троице единосущней и нераздельней».

Священник, вознося все выше и выше свои молитвы, громогласно напоминает тебе об ангелах, серафимах, «победную, т. е. торжественную, песнь поющих, вопиющих, взывающих и глаголющих» к Богу, и ты слышишь самую песнь сию: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф, т. е. Бог сил, исполнивший небо и землю славы Своея».

Теперь, поистине, стань со страхом и внемли; как будет приноситься за тебя жертва Христова во внутренности святилища! Ты слышал из божественного Евангелия и из учения духовных наставников, как Господь наш Иисус Христос в ту самую ночь, в которую Он был предан одним из учеников Своих в руки иудеев, чтобы пострадать за грехи наши, собрав Своих апостолов на тайную вечерю, взял пред ними хлеб, благословил его и, преломив, дал им вкушать, говоря: «Приимите и ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое во оставление грехов»; также подал им Чашу, говоря: «Пейте от нее все, сия есть Кровь Моя нового завета, за вас и за многих изливаемая, во оставление грехов». Эти дивные слова Спасителя нашего произносит в слух всех священник, стоящий пред престолом и указывающий на предложенные Святые Дары – хлеб и вино, чтобы напомнить тебе о вечери Христовой, к которой ты готовишься приступить.

Потом он поднимает их крестообразно с престола, как Жертву готовую принестись за весь мир, восклицая: «Твоя от Твоих, Тебе приносяще о всех и за вся!», и совершает сию Жертву призыванием на нее Духа Святого и благословением, силою коего освященный хлеб прелагается в истинное Тело Христово, за тебя пострадавшее на Кресте, а вино в чаше – в истинную Кровь Христову, за тебя пролитую со Креста. Он сам простирается на землю со страхом и благоговением пред сим величайшим Таинством; и ты также, помышляя о неизреченных к тебе щедротах Бога Спаса твоего, смиренно преклонись на землю во время пения «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молимтися. Боже наш», ибо это есть самая важная и торжественная минута из всей Литургии – совершение Таин!

После этого священник вспоминает всех живых и усопших, за которых принесена бескровная Жертва, начиная от святых, благоугодивших Богу, и наипаче (изрядно) о пресвятой, пречистой, преблагословенной, славной Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии, Которой воздают должную хвалу поющие лики, величая Ее «честнейшею херувим и славнейшею серафим», ибо Она истинно выше, по благодати, без сравнения, всех небесных ангельских сил и достойна па земле всякого ублажения, как родившая Спаса душ наших.

В молитве за живых воспоминает священник и о духовной власти, о святейшем Синоде, и просит Господа, «дабы все единым сердцем и едиными устами славили и воспевали всечестное и великолепное имя Отца и Сына и Св. Духа», и для сего желает всем: «Милостей великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа», ибо только по Его благодати может это исполниться.

Тогда опять выходит из заключенного алтаря диакон и возбуждает, «помянув все святое, опять обратиться к молитве, дабы Господь, приняв нашу жертву в Свой небесный жертвенник, ниспослал нам божественную благодать и дары Св. Духа»; он повторяет те же высокие прошения о духовных благах, которые ты уже слышал прежде совершения Таин. Священник, почитая всех молящихся уже достаточно приготовленными к принятию сих благ, взывает к Господу, «чтобы Он сподобил нас неосужденно сметь призывать Его, как небесного Бога и Отца, и глаголать к Нему сию молитву, которую некогда Сам Спаситель передал Своим апостолам, когда они просили Его научить молиться: "Отче наш!"

И ты научен был этой молитве прежде многих других молитв; ты знаешь ее наизусть и повторяешь ежедневно, утром и вечером; но хорошо ли ты вникнул в божественный смысл ее? Чувствуешь ли, как близок Бог христианский призывающим имя Его, ибо он не таков, как страшные боги язычников, для них недоступные и чуждые; нет, Он к тебе близок, ибо Он Отец твой, Который не пощадил для тебя Сына Своего Единородного и нисходит к единению с тобою в Своем Духе Святом, Которым тебя исполняет чрез Таинства церковные. Что может быть теснее сего союза? Тебе не страшно говорить с земным отцом твоим, – не чуждайся и небесного, говори Ему с сыновнею любовью и простотою сердца: «Отец наш, живущий на небесах, да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, как на небесах, так и на земли». Но когда же это все будет? Когда ты сам будешь исполнять волю Его, отказавшись от порочных влечений собственной воли; когда ты будешь освящать добродетелями жизнь свою, во имя Отца твоего небесного, Который примет тебя в Царствие Свое и, по благости Своей, изберет собственное твое сердце Своим жилищем и престолом, на коем воцарится в тебе.

Далее, чего ты просишь? Насущного хлеба. И не желай излишнего, помышляя о жизни вечной более, нежели временной; проси оставления грехов своих и поистине получишь, если заплатишь тем же оставлением должникам своим; и Господь тебя избавит от искушений и всех бед, ради твоего смирения.

После тайной молитвы над преклонившими главы, по гласу диакона, священник, задернув завесу, возглашает: «Святая святым», т. е. Святые Дары для всех святых людей, чтобы ты чувствовал, с каким благоговением и чистотою должно приступать к такой святыне; ты же, проникнутый своим недостоинством, повторяй мысленно вместе с хором: «Един Свят, Един Господь, Иисус Христос, во славу Бога Отца, аминь».

В это время священнослужители внутри алтаря приступают благоговейно к причащению святых и страшных Таин Христовых. Последуй и ты мысленно во внутрь святилища, как бы на самую вечерю Христову с Его учениками, и если ты сам готовишься к приобщению св. Таин, то, доколе еще есть время, – опущена завеса и закрыты врата Царские, отвергай сердцем все грехи твои, которые накануне исповедал в таинстве покаяния пред духовным своим отцом, сокрушайся о них и моли Господа дать тебе довольно твердости, чтобы не повторять их. С таким расположением душевным приступай к причащению Тела и Крови Христовых, когда, с открытием Царских врат, возгласит диакон: «Со страхом Божиим и верою приступите».

Но от тебя потребуется прежде причащения устное исповедание сей веры; внимай словам, какие будешь произносить вслед за священником пред чашею, пред лицем Христовым: «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир спасти грешников, из коих я первый. Еще верую, что сие есть самое пречистое Тело Твое и сия есть самая честная Кровь Твоя, и так молюсь Тебе: помилуй меня и прости мне все согрешения мои, вольные и невольные, словом или делом, ведением или неведением соделанные мною, и сподоби меня неосужденно причаститься пречистых Твоих Таин во оставление грехов и жизнь вечную».

Вспомни, что, умоляя Господа принять тебя причастником своей вечери, ты обещаешь Ему не открывать Таин Его врагам Его, не давать Ему лобзание, подобно предавшему Его Иуде, но как разбойник, уверовавший в Него на Кресте, исповедовать: «Помяни мя, Господи, во Царствии твоем», дабы не в осуждение было тебе сие причащение святых Таин, но во исцеление души и тела.

Тогда, осенив себя знамением креста и сложив крестообразно руки. дерзай приблизиться к спасительной чаше и принять тело Христово и вкусить бессмертного источника – Крови Его – во оставление грехов и в жизнь вечную, и опять с благоговением преклонись пред ними, когда священник, относя их с престола на жертвенник, в память вознесения на небеса Господа, покажет тебе еще однажды Св. Дары во вратах Царских и возгласит: «Всегда, ныне и присно и во веки веков», ибо ты точно, по словам поющего хора, «видел свет истинный, приял в себя Духа небесного, обрел веру истинную и поклоняешься нераздельной Троице, Которая спасла тебя», и потому моли Ее «исполнить уста твои хваления Господу, дабы ты мог весь день воспевать славу Его».

В последний раз исходит диакон после приобщения страшных Христовых Таин и, испросив у Господа течение всего дня мирное, святое и безгрешное, напоминает, чтобы мы предали самих себя и друг друга Христу Богу, а священник посреди церкви читает отпустительную молитву для мирного исшествия из храма. Став потом в Царских вратах, в последний раз благословляет он народ и, возгласив славу Богу, подает всем утешительное упование, что «Христос, истинный Бог наш, ради молитв Пречистой Своей Матери и всех святых, помилует и спасет нас, как благий и человеколюбец».

III. Таков, братия мои, в общих чертах состав Божественной литургии, полный глубокого смысла и высокого назидания для христиан. В последующих беседах мы подробнее изучим ее, дабы нам с полным, по возможности, разумением, с верою, любовью, благоговением и страхом Божиим присутствовать на этой священной службе. (Сост. с нек-ми. дополн. по Письмам о богослужении Муравьева).

Приложение к беседе № 6. Мнение св. отцов Церкви о стоящих неблагочинно за Божественной литургией

Невнимательность, крайняя небрежность при совершении величайшего из Таинств Православной Церкви – не новость в наше время. Дурные христиане, все уничижающие и позорящие в христианстве, бывали и прежде. Разумеется, они не могли не вызывать самых строгих обличений от учителей Церкви, так ревностно заботившихся, чтобы все святое совершалось свято как со стороны совершающих святое, так и со стороны присутствующих при этом, словом – со всех сторон свято. Представляем вам, братия мои, один или два образчика подобных обличений с тем, чтобы вы, по прочтении их, строго допросили свою совесть, не падают ли они и на вас, хотя какой-нибудь стороной.

Вот что говорил святой Анастасий Синаит:10 «В церкви Божией мы не хотим и одного часа постоять перед Богом как должно. Если чтение Евангелия бывает несколько продолжительнее, мы негодуем на то и бессмысленно блуждаем глазами. Если священник произносимые им молитвы несколько более продолжит, мы скучаем и бываем невнимательны. Если тот, кто приносит бескровную Жертву, несколько медленнее совершает это божественное дело, мы зеваем и дремлем. Скорее хотим освободиться от молитвы, чем от судебного дела.

Велико несчастье наше! Наше думают не о том, с какой чистотой и с каким покаянием должно приступать к священной трапезе, а о том, в какие надо облечься одежды. Иные, пришедши в церковь, не стоят спокойно ни одного часа, занимаясь пустыми разговорами и внимая больше негодным рассказам, чем молитвам. Они нисколько не стараются о том, чтобы покаянием очистить свою совесть от нечистот греховных, а, нося с собою бремя грехов, рассматривают лица и красоту женщин и таким образом совсем забывают, что храм Божий есть дом молитвы.

Разве не видишь, как Иуда, недостойно и с коварною мыслию принявший Божественное Тело, тотчас подпал осуждению и дал пространнейшее место диаволу? Потому что сказано, что, когда он принял хлеб, тотчас вошел в него сатана. Скажи же, с какою совестью ты приступаешь к Тайнам? С каким расположением? Что думаешь ты, имеющий обвиняющую совесть? Если имеешь загрязненные руки, то смеешь ли коснуться царских одежд? Что говорю – царских?! Ты своих одежд не трогаешь нечистыми руками, но прежде очистишь их и умоешь и уже тогда надеваешь свои одежды. А Христу не воздаешь и той чести, какую воздаешь ничтожным одеждам. Потому что не довольно того, чтобы прийти в церковь Божию, поклониться св. иконам и облобызать Крест: очищение состоит не в омовении рук водою, но в омовении нечистот греховных, в исповедании, слезах, сокрушении и смирении сердечном.

Но, может быть, скажет кто-нибудь, не имею в готовности слез, чтобы оплакивать себя. А по какой причине? По той, что не трудишься, не возобновляешь в памяти своей страшного дня суда. Если же не можешь плакать, то, по крайней мере, скорби, отжени смех, отложи высокомерие и предстань Господу со страхом; обрати очи долу и исповедуйся Ему с сокрушенным и смиренным сердцем. Разве не знаешь, с каким почтением предстоят земному царю? С трепетом устремляют на него глаза, подходят к нему безмолвно, без непристойного движения, без развлечения, но тихо и со страхом. А мы едва ли иначе поступаем в церкви, как в театре, смеясь, пустословя, не думая вовсе о том, что находимся в церкви.

«Слышите, что возглашает диакон: »Станем добре, станем со страхом; вонмем, – святое возношение в мире приносити«. Итак, заключим помышление, свяжем язык; как на крыльях вознесем ум и сердце горе; взойдем на небо; горе имеем умы и сердца; горе – к Богу – вознесем душевные очи, пройдем небо, пройдем ангелов, пройдем херувимов, достигнем самого престола Божия, самые пречистые нозе Господни облобызаем, оросим слезами и будем молиться о милосердии к нам; это возвещает нам и об этом молится священник, когда говорит: горе имеем сердца. Что же мы отвечаем на это? Имамы ко Господу. Что говоришь, что делаешь, человек? Священник приносит за тебя Господу Жертву бескровную, а ты нерадишь; священник заботится о тебе и, стоя пред жертвенником, как пред страшным судилищем, молит Господа, чтобы Он ниспослал тебе с неба благодать Духа Святого, а ты нисколько не думаешь о своем спасении. Ум твой привязан к тленному и смертному, занят деньгами, торговлей, удовольствиями, тяжбой, а говоришь: горе имею сердце. Нет, ты имеешь не горе обращенное сердце, а долу – к суетному и тому, что угодно диаволу. Удали же от себя этот дурной и пустой обычай. Соедини свою молитву с молитвой священника. Много может молитва праведного споспешествуема».

Беседа № 7. О том, как сохранять непрерывное благоговение, присутствуя при Божественной литургии

I. Весь чин Божественной литургии направлен к тому, чтобы мы, присутствуя при совершении ее, непрестанно питали благоговение и утверждались в благочестии. Все в ней напоминает о жизни и делах Иисуса Христа – от Его рождения до вознесения на небо. Будьте внимательны, братия, к тому, что видите и что слышите; внимайте не внешним только действиям, но и духовному знаменованию их, – и вы не будете оставаться равнодушными к высоким, умилительным и поразительным действиям, изображаемым в Литургии.

II. а) Когда совершается проскомидия, приготовляется вещество Евхаристии и приносятся части за живых и умерших, – исполни каждый долг святой любви к ближним, помяни пред Богом твоих родителей, благодетелей и родных, живых и умерших, и всех православных христиан. Это наилучшее приготовление души к служению Богу: поминая пред Богом ближних, живых и умерших, мы питаем в себе любовь к ближним и к Богу, расширяем и согреваем эту любовь, и так делаем добро и ближним и себе, – ближним, потому что молим и умилостивляем за них человеколюбца Бога, – себе, потому что, делая добро другим, исполняем свой долг и собираем благо для своей души.

При этом, вспомнив о том, что на жертвеннике изображается рождение Христа Спасителя в вертепе Вифлеемском, размысли и подивись благоговейно несказанному таинству, – как Безначальный начинается, Бесплотный воплощается, Творец приемлет образ твари, Безмерный вмещается в меру младенчества и Невместимый полагается в яслях. Помысли, какое чудо! Вечный и живущий от вечности во славе, во свете неприступном, начинает жить между человеками и долго остается в неизвестности, как сын Мариин, как сын тектонов.

Читаемые между тем часы также не должны быть оставляемы без внимательного слушания: умилительные псалмы и молитвы возносят ум и сердце к горнему и приготовляют их к созерцанию Таин, изображаемых последующими действиями Литургии.

б) Когда священник возглашает: «Благословенно Царство Отца, и Сына, и Святаго Духа», и ты будь свободен от всех земных помыслов и забот, чтобы чистым умом и сердцем прославлять Царство Святыя Троицы, и все твои мысли и чувства обращай к тому, что будет слышать твой слух, что будут видеть твои очи и к чему может восходить твой дух по лествице видимых священнодействий.

в) Слышишь возглашение: «Миром (в мире) Господу помолимся; »О свышнем мире и спасении душ наших Господу помолимся, О мире всего мира, благостоянии святых Божиих церквей, и соединении всех, Господу помолимся«, и другие прошения. Не пропускай без внимания и без сердечного участия ни одного прошения. Помни, что мы, как христиане, все составляем одно семейство, или одно тело, которого глава – Христос. Высшие и низшие члены общества суть члены того же тела, подчиненные той же Главе. Потому все должны молиться друг за друга, и все за всех. Как всех должны мы любить и всем искренно желать благопотребных благ для жизни настоящей и будущей, так о всех мы должны и молиться Богу, усердно испрашивая у Него милости всем и каждому по нужде его. Так заповедал апостол: »Итак, прежде всего, прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех, начальствующих; дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте: ибо это хорошо и угодно Спасителю нашему Богу« (1Тим. 2:1–3).

г) Малый вход, или шествие с Евангелием, изображает исшествие Спасителя на проповедь и хождение Его по градам и весям. Посему, видя шествие с Евангелием, вспомни и размысли, как Вездеприсущий и Всенаполняющий, облекшись в естество человеческое, путешествовал с проповедью по разным странам Галилеи, Самарии и Иудеи, испытывая все немощи и нужды человеческого естества, кроме греха; утомлялся от пути, жаждал, алкал, не имел где главу приклонить – и в то же время повсюду разливал свет спасительного учения, повсюду чудесно благодетельствовал, как Сам говорил ученикам Иоанна Крестителя: »Пойдите, скажите Иоанну, что вы видели и слышали: слепые прозревают, хромые, ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат, мертвые воскресают" (Лк. 7:22).

д) "Премудрость, прости!« – возглашает диакон, внушая тебе внимание и благоговение к совершающемуся. Лик поет: придите, поклонимся и припадем ко Христу. И ты поклоняйся Христу Спасителю и взывай из глубины души: »Спаси ны, Сыне Божий!« Созерцай Его духом как присущего тебе, как видящего все твои немощи, как знающего все твои нужды и опасности, настоящие и будущие.

е) Когда слышишь воспеваемую ангельскую песнь: «Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный», – и ты, уподобляясь ангелам небесным, весь возносись благоговением горе и прославляй Бога Отца и Сына и Святого Духа, – Отца, святого и праведного в Своих определениях, – Сына, сокрушившего державу смерти и ада и отворившего врата в Царствие Небесное, и Духа, совершающего твое спасение и дарующего тебе жизнь и бессмертие. Моли Бога Вседержителя, да дарует и тебе вместе с горними ликами всегда славить Его и воспевать Ему трисвятую песнь и помилует тебя по великой Своей милости.

ж) Когда поют прокимен пред чтением апостола, молись Богу, да сподобит тебя с любовью достойно послушать благовестие святых апостолов Своих. Читающего из апостола слушай, как самого апостола, возвещающего тебе путь спасения.

з) Слушая Евангелие, представляй как бы ты слышал Самого Господа, благовествующего тебе о спасении. Христос пред лицем Своим послал апостолов, и Сам учил; потому и тебе предложено было прежде учение апостола, а потом слышишь благовествующего Господа. Слушай и принимай каждое слово, как изливающееся из уст Самого Господа Спасителя.

и) Когда после Евангелия снова возглашаются разные прошения – и ты опять не пропускай ни одного прошения без внимания и участия души твоей, но с умилением моли и проси Господа о всем, о чем умоляет Его Церковь. Давай свободу душе твоей расширяться в любви к ближним и к Богу и в благоговейном молитвенном дерзновении пред Ним, по вере в беспредельные заслуги и ходатайство Христа Спасителя.

к) Когда слышишь диакона, возглашающего: «Елицы оглашеннии, изыдите», – вспомни, к кому относилось это воззвание? К тем, кои приготовлялись ко крещению, и к тем, кои за какие-нибудь тяжкие грехи находились в состоянии покаяния и не были допускаемы к причащению Святых Таин. Войди в себя и помысли пред лицем вездеприсущего Бога, не принадлежишь ли и ты к числу последних по грехам твоим, которые открыты пред Всеведущим? Не говорит ли тебе твоя совесть, что ты недостоин быть причастником великих Божественных Таин, а потому только по снисхождению Церкви ты остаешься теперь при совершении этих святых и страшных Таин. Сознавая свое недостоинство, тем усерднее молись, брат мой, Господу об отпущении грехов твоих и о твоем спасении и полагай искреннее и твердое намерение отныне жить достойно твоего звания во Христе, – чисто и свято.

л) Великий вход, или перенесение приготовленных даров с жертвенника на престол, изображает шествие Святейшего Иисуса Христа на вольное страдание, яко непорочной Жертвы на заклание, между тем как более двенадцати легионов ангелов готовы были служить Ему, как своему Царю и Богу. Царь царствующих и Господь господствующих приходит заклатися: вообрази и ты Христа Спасителя уничиженного, влекомого среди поношений и оскорблений всякого рода от Гефсимании первосвященникам Анне и Каиафе, от сих к Пилату, наконец, осужденного на смерть и под бременем Креста шествующего на Голгофу. Неизобразимое и непостижимое зрелище представляется здесь очам верующих: сонмы херувимов, невидимо окружая, со страхом и трепетом сопровождают и славословят Царя и Бога своего; а Богочеловек, яко агнец незлобивый, ведется на заклание за грехи мира, приводится на место казни, и руки нечестивых пригвождают Его ко Кресту! Внимай херувимской песни. Тайна уничижения Христова тебе открыта, – и ты, присоединясь к херувимам, прославляй Царя славы, господствующего вместе с Отцем и Святым Духом, воспевай Ему: «Аллилуиа!» и, преклонив главу пред переносимыми дарами, умом и сердцем взывай: «Помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем. Помяни мя, Владыко, егда приидеши во Царствии Твоем. Помяни мя, Святый, егда приидеши во Царствии Твоем».

м) Исповедание веры слушай каждый раз с обновленным вниманием и благоговением, ибо в сей вере – основание твоей духовной жизни, живоносный свет для ума и сердца; без сей веры человек блуждает во мраке неведения и заблуждений. По исповедании спасительной веры моли Бога: «Утверди мя, Господи, во истинной сей вере, юже исповедах, и даждь ми, вся дольная возненавидевши, горе к Тебе имети сердце, и достойно хвалити всесвятое имя Твое, Отца, и Сына, и Святого Духа».

н) Слышишь возглашение священнодействующего: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и причастие Святого Духа буди со всеми вами»; – и ты открывай душу твою пред Богом, устремляя к Нему все свои мысли, чувствования и желания, да будешь достоин даров Божиих и пребудешь причастником их теперь и после.

о) Горе имеем сердца, взывает священник, благодарим Господа! Победную песнь поюще, вопиюще... – и ты возноси свой ум и сердце горе, благодари Бога за все великие и несказанные благодеяния Его, за то, что Он по благодати Своей создал мир сей и тебя из небытия привел в бытие, украсил образом Своим, падшего восставил, послав в мир Единородного Сына Своего, просветил светом Своего учения и даровал тебе спасительные Таинства. Покланяйся Отцу и Сыну и Святому Духу, Троице единосущней и нераздельней.

п) Когда возглашает иерей: «Примите, ядите, сие есть Тело Мое... Пийте от нее вси, сие есть кровь Моя…», слушай глас его, как глас Самого Господа, говорящего и призывающего всех к этой святейшей и спасительной трапезе. Веруй несомненно, что, как тогда, на последней вечери, Господь Сам преподал ученикам Своим истинное Тело Свое и истинную Кровь Свою, так и теперь, на святом престоле, Сам же чрез служителя Своего уготовляет и предлагает всем в спасительную пищу истинное Тело Свое и истинную Кровь Свою.

р) Когда слышишь: «Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся», – повергнись благоговейно пред Богом Отцем, прославляй Его беспредельное величие, благодари за все благодеяния, проси и моли Его о всем и за все. В это время все твои молитвы удобнее вознесутся к престолу всевышнего Бога, ибо в алтаре совершается теперь страшное Таинство, приносится Богу великая Жертва, Тело и Кровь Христа Спасителя, и за всех и ради всего. Нет другой высшей, совершеннейшей и более угодной Богу жертвы, как эта святейшая бескровная Жертва, действующая силою единой жертвы, принесенной Единородным Сыном Божиим в Нем Самом на жертвеннике крестном. Изливай всю твою душу пред сею великою Жертвою. Прославляй Бога и благодари Его за все, что ни получил ты от Него в себе и в других, – проси у Него прощения и очищения всех твоих грехов, ради сей чистейшей и благоугодной Ему жертвы, – проси всех благ, необходимых тебе на пути сей жизни для достижения жизни вечной, – моли милосердого Отца небесного и за всех твоих родных и ближних, живых и умерших, и за всех православных. К сему призывает тебя святая Церковь, когда оглашает твой слух торжественною и умилительную песнею: «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молимтися. Боже наш".

с) Когда воспевают: «Достойно есть яко воистину блажити Тя Богородицу...» и ты прославляй преблаженную и пренепорочную Матерь Христа Бога нашего; моли Ее, да ходатайствует Она о тебе пред престолом Царя и Бога нашего, вместе со всеми святыми.

т) По возгласу священнодействующего: «И сподоби нас, Владыко, со дерзновением неосужденно смети призывати Тебе, небеснаго Бога Отца...» и ты, как усыновленный Богу Отцу чрез Единородного Сына Его, Спасителя мира молись Ему, с сыновним дерзновением, как научил нас молиться Сын Божий, Иисус Христос. Предлежащая на престоле Жертва, Самим Христом принесенная Богу за живых и умерших, приближает нас к Богу и дает дерзновение с детскою преданностью и упованием молить Его как всеблагого и чадолюбивого Отца и Подателя всех даров благих. Он, по ходатайству Сына Своего, дарует блага всем просящим у Него, ибо Его есть царство и сила и слава.

у) Слышишь: «Святая святым, – един свят, един Господь, Иисус Христос»: помни, что «По примеру призвавшего вас Святого» и мы должны быть святы во всем житии. «Ибо написано: будьте святы потому что Я свят» (1Петр. 1:15–16), сколько доступно сие немощи естества нашего.

ф) Когда отверзаются Царские врата, видишь Святые Дары и слышишь: «Со страхом Божиим и верою приступите»; – со страхом и верою поклонись и ты Святым Дарам, как Самому Христу Спасителю, умершему за нас, в третий день воскресшему и явившемуся ученикам Своим, и прославь Царя Христа: «Благословен грядый во имя Господне: Бог Господь и явися нам!» – Если не приступаешь к святому причащению, то осуди внутренне свое недостоинство, не допускающее тебя к святейшим тайнам Тела и Крови Господней, и прославь беспредельную благость Христа Спасителя, всегда призывающего всех к Его Божественной трапезе.

х) Опять видишь Святые Дары, с престола переносимые на жертвенник и являемые в Царских вратах: в этом перенесении св. Таин является тебе образ вознесения Христа Спасителя на небо. Созерцая это, устремляй взор души твоей на небо к вознесшемуся Господу и моли Его: «Вознесыйся на небеса Христе Боже наш, вознеси ум наш, еже оставивши нам плотские мудрования и земные попечения, Твоим всегда внимати и последовати спасительным повелениям. Исполни уста наши хваления Твоего, яко да поем славу Твою; утверди нас во Твоей святыни, вся дни поучатися правде Твоей, аллилуиа!»

ц) Приняв после сего отпустительное молитвенное благословение, благодари Господа и Бога Иисуса Христа за то, что Он удостоил тебя присутствовать при сем богослужении, видеть образы Его служения спасению рода человеческого, Его страданий, смерти, воскресения и вознесения, участвовать верою и молитвами в великом и страшном жертвоприношении и возносить к Богу Отцу молитвы, славословия, благодарения, умилостивления за живых и умерших. Выходя из храма, вручай Богу твою душу и тело, мысли и слова, намерения и дела, входы и исходы, жизнь и конец дней твоих; полагай твердое намерение в этот день и в последующее время всегда питать в душе благоговейные мысли и желания, какие имел ты, стоя пред бескровною Жертвою, и моли Бога и Господа Иисуса, чтобы Сам Он благодатию Духа Своего содействовал тебе в благом намерении и Сам руководил и укреплял тебя в исполнении Своих заповедей, во вся дни твоей жизни.

III. Кто со вниманием и святою ревностью изучит знаменование тайнодействий Божественной литургии и с благоговением будет присутствовать при совершении ее, тот будет находить здесь неисчерпаемый источник назидания, духовного просвещения, освящения, утешения и радости.

И кто не может получить здесь назидание?

Праведник здесь учится высшей праведности и усовершается в святой жизни, возвышаясь в благочестии и добродетели совокупными молитвами Церкви и причастием святейшей трапезы Тела и Крови Господней.

Грешник возбуждается к покаянию и сокрушению о своих грехах, имея пред собою бескровную Жертву, приносимую в умилостивление Отца небесного и, уповая на могущество умилостивительной Жертвы, укрепляется в надежде на получение отпущения грехов.

Богатый, сознай здесь ничтожество своего богатства пред величием даров благодати.

Бедный, не унывай в своей бедности, но утешайся верою и упованием на благость Отца небесного; ибо видишь, что Он, благий и всещедрый, не удаляет тебя от Своей вечери, не преграждает доступа к приобщению величайших Даров, с которыми никакие земные сокровища равняться не могут.

Велемудрый, смирись здесь пред высотою непостижимого Таинства и пред величием Того, Кто невидимо чрез Своего служителя тайно действует и всем приходящим к Нему подает Божественную спасительную пищу, – Кто гордым противится, а смиренным дает благодать.

Нищий духом и смиренный, возносись твоим умом и сердцем горе, по сей дивной лествице священнодействий, и утверди душу на высоте пламенной любви к Богу и ревности к соблюдению заповедей Его, питаясь небесною манною Тела и Крови Господней.

Истинно, здесь, в Божественной литургии, ниспадает с небес чудная манна, хлеб ангельский, имеющий всякую сладость духовную. Кто алчет и жаждет духом, приходи, ешь и пей, к удовлетворению твоего голода, к утолению жажды. Уготовал Христос чудную трапезу среди пустыни сей ветхой земли и всех призывает к ней, всем достойно приходящим дарует спасительное насыщение и жизнь вечную.

Слава и честь, благодарение и поклонение Ему, милосердому Спасителю и Богу нашему, с превечным и благим Отцем и Святым Животворящим Духом, ныне, и присно и во веки веков! Аминь. (Сост. по «Бесед. о св. Таинствах» Евсевия, архиеп. Могилевск.).

Приложение к беседе № 7. Благоговейные размышления христиан при слушании Божественной литургии, вызываемые теми или другими ее священнодействиями, песнопениями и молитвами 11

Во время благовеста к Литургии. Господи, даруй слуху моему отраду и веселие, тех, коим прощены преступления закона Твоего, – чьи грехи покрыты милосердием Твоим! Возврати мне радость спасения Твоего, да, по великой милости Твоей, с упованием на благость Твою пойду в дом Твой и с благоговением воздам поклонение Тебе во святом храме Твоем. О, сколь вожделенны жилища Твои, Господи сил! алтари Твои, Царю и Боже мой! Лучше быть у порога дома Твоего, нежели в чертогах нечестия: один день, во дворах Твоих лучше других тысячи! Блаженны радующиеся, когда говорят им: пойдем в дом Господень! Блаженны одного просящие у Господа, взыскующие только того, чтобы пребывать в доме Твоем, Боже, во все дни жизни своей, совершать благолепие его! Блаженны пребывающие в доме Твоем, непрестанно хвалящие Тебя, Господи!

Пред входом в церковь. Оставьте меня, превратные желания сердца моего, отстаньте от меня, помыслы лукавые: душа моя отрекается от вас, гнушается вами! Дух мой томится, порывается к Богу моему! Господи! вопреки врагам души моей, яви мне милость Твою, устрой спасение мое! Люблю я обитель дома Твоего и место селения славы Твоей, Боже! Восхитительна для души, вожделенна для сердца красота святыни Твоей. Исповедаю Тебя, Господи, среди сонма верующих; восхвалю имя Твое в церкви Твоей, принесу Тебе жертву славословия моего, воздам Тебе обет души моей.

По входе в церковь, ставши на избранном месте. Боже, милостив буди мне грешному! Боже, очисти грехи мои и помилуй меня! Создатель мой, спаси меня, создание Твое, ради имени Твоего!

Во время каждения пред Литургией. Да вознесется молитва наша, как курение фимиама, пред лице Твое, Боже! Приими ее как жертву благовонную! Сокруши сердце наше истинным покаянием; отврати лице Твое от грехов наших; дай нам чистыми устами произносить имя Твое, Отче небесный! Отверзи их, да возвестят хвалу Твою, и соделай нас благоприятною Тебе жертвою Иисусом Христом.

Благословенно Царство12 .... Благословенно Твое, Триединый Боже, благодатное Царство, св. Церковь Твоя, избранный Тобою род, люди взятые в удел Твой, призванные из тьмы в чудный свет Твоего познания, чтобы возвещать совершенства Твои, исполнять закон Твой, хранить уставы Твои! Благословенно Твое о них, Вседержитель, промышление и домостроительство! Благословен Ты, Отче милосердия и всякого утешения, исхитивший нас из власти тьмы и поставивший в Царство возлюбленного Сына Твоего! Даруй нам благодать поступать достойно сего Царства, просвети очи сердца нашего Духом Святым, которого Ты излил на нас, чтобы мы узнали, – в чем состоит надежда призвания нашего и как богато наследие Твое для святых! Удостой нас, Триединый Боже, прославлять Тебя, Отца и Сына и Святого Духа, во веки веков. Аминь.

Миром Господу помолимся.... Приникни с высоты Своей святой, управь сердце наше в мир и любовь Твою, Господи! Яви нам милость Твою и приими наши молитвы, прошения, моления и благодарения! О свышнем мире.... Ты, Господи, наш мир, пришедший в мир сей удовлетворить правосудию Божию за грехи наши, примирить Собою все земное и небесное! Благослови нас миром Твоим и спаси нас спасением Твоим!

О мире всего мира.... Изреки мир Твой, Боже, на все пределы земли, распространи, утверди и возвысь благодатное Твое Царство – Церковь Твою, собери в недра ее всех, именующихся именем Твоим, да приидут к свету ее все народы мира сего, да поклонятся ей и познают, что Ты возлюбил ее вечною любовью!

О святем храме сем. Благоволи, Господи, к сему святому месту, и поддержи промыслом Твоим храм сей до скончания мира. покрой благодатью Твоею устроивших его, украсивших благолепие святынь Твоих, благослови их земным и небесным Твоим благословениями освяти Твоею благодатью всех, поклоняющихся во святом храме сем.

О святейшем Синоде... Умудри данных нам Тобою пастырей благодатью Твоею, распаляй их сердце ревностью к обращению на путь истины заблудших, к наставлению верующих, совершению святых и к созиданию Церкви Твоей.

О благочестивейшем Государе... Препоясуй силою Твоею царствующего над нами, по Твоему благоволению, Государя императора, ниспошли ему все, чего желает сердце его, во славу пресвятого имени Твоего, даруй ему суд и правду Твою, соделай его предметом благословения врученных его державе народов и продли лета его в мире и благоденствии.

О наследнике его... Осеняй благословением благости Твоей и весь августейший дом царя нашего, излей милость Твою на посылаемых от него правителей, руководи Твоим законом начальствующих и все власти наши, укрепи и соделай непреоборимым и запечатленное Твоим именем воинство наше!

О пособити... Возвысь десницу царя нашего, наведи страх Твой на врагов его, да сокрушит их оружие его, даруй ему и нам глубокий и безмятежный мир.

О царствующем граде... Да будут очи благоволения Твоего на отечестве нашем, охраняй промыслом Твоим град сей и жилища наши, благослови нас и семейства наши, даруй успех делам рук наших и не оставляй нас, уповающих на имя Твое!

О благорастворении воздуха... Продли к нам милосердие Твое, не преставай миловать нас, посылай благовременно дожди, даруй времена плодородные и мирные и подавай нам пищу, необходимую к продолжению временного бытия нашего, исполняя сердца наши веселием!

О плавающих... Сам будь все для всех! Восполняй наши нужды, сопровождай Твоим помыслом плавающих, сопутствуй путешествующим, исцеляй больных, врачуй недугующих и страждущих, изведи на свободу пленных и спаси всех нас, какими знаешь судьбами.

О избавитися нам... Не наказывай нас во гневе Твоем, избавь нас от междоусобиц и нашествия врагов, от наводнений и пожаров, от глада, от моровой язвы и от всякого общественного бедствия, так как мы уповаем на Тебя; но преимущественно сохрани нас от порабощения греху и от всякого злого дела!

Пресвятую, пречистую... Но мы осквернены грехами; посему и молитвы наши нечисты, безжизненны, недостойны Твоего внимания, Господи! В сем сознании приносим человеколюбию Твоему приятные Тебе моления о нас Пренепорочной и Пресвятой Владычицы нашей, Матери Твоей, Спасителю! Услышь ходатайство Ее о нас с молитвами всех святых Твоих! Помилуй нас их заступлениями, прияв в руки милосердия Твоего жизнь и надежду нашу, ниспошли нам благодать жить и умереть для славы пресвятого Твоего имени!

Яко подобает... Ибо Ты один достоин вечной славы и благоговейного поклонения! Даждь славу имени Твоему; удостой и нас прославлять Тебя, Отца и Сына и Святого Духа, во веки веков.

Во время пения 1-го антифона.13 Человеколюбивый, беспредельный в милости Боже наш! Благословенна слава Твоя на месте сем! Восхитительна для души, вожделенна для сердца красота святыни Твоей! Приникни Твоим благоволением на храм сей и на поклоняющихся Тебе посреди благолепия его! Будь близок к нам когда мы призываем Тебя; продли милость Свою к уповающим на имя Твое, да веселятся и утешаются все ищущие Тебя, да воздают Тебе славу и честь, да воздают славу имени Твоему.

Яко Твоя держава... Ибо Ты все содержишь силою всемогущества Твоего, и всех милуешь по благости Твоей! Царство Твое превыше всякого начальства и власти; Тебе единому принадлежит беспредельная слава, Отцу и Сыну и Святому Духу, во веки веков. Аминь.

Во время пения 2-го антифона. Хвалите имя Господне, хвалите Его рабы Господни, стоящие в доме Господнем, во дворех дома Бога нашего! Служите Господу со страхом и радуйтесь пред Ним с трепетом; благовествуйте со дня на день спасения Его, поклоняйтесь подножию Его, пойте Ему и превозносите славное имя Его; слава и величие пред лицем Его; сила и красота во святилище Его! Блаженны знающие имя Твое, Боже, ходящие во свете лица Твоего! Блаженны боящиеся Господа, прилепившиеся к заповедям Его!

Яко благ и человеколюбец.... Слава неистощимой благости и человеколюбию Твоему, Боже наш! Слава Тебе, Отцу и Сыну и Святому Духу, во веки веков. Аминь.

Во время входа с Евангелием. Господи Иисусе Христе, Боже наш, приявший на Себя немощное естество наше, чтобы озарить светом истинного Боговедения род человеческий, объятый тьмою греховною! Агнец Божий, указанный Твоим Предтечею, приявший на Себя грехи всего мира! С изумлением взирали на шествие Твое ангелы Твои, когда Ты, проповедуя покаяние, призывал людей в благодатное Царствие Твое! Слава и благодарение неисповедимому Твоему человеколюбию; слава дивному Твоему о нас смотрению; слава Тебе, просветившему нас Евангелием Твоим! Что принесем Тебе за неисчетные Твои благодеяния? Что воздадим Господу за все, что Он сделал для нас? Приидите, поклонимся и падаем пред лицем Его; ибо Он благ, ибо милость Его вечна!

Во время пения Трисвятого. Кто, как Ты, всличествен святостью, Боже, досточтимый, непостижимый в величии Своем, дивный во святых Своих, в которых обитаешь, как в храмах Своих! Серафимы и херувимы, тысячи тысяч ангелов служат Тебе, тьмы тем воинств небесных предстоят Тебе! И при всем том, по неисследимому милосердию Твоему, Ты и нас бренных влечешь к Себе узами любви Своей, и нас грешных удостоил приносить Тебе жертву славословия, – превозносить имя Твое! Даруй же нам благодать неосужденно произносить его, ниспосли нам дух умиления, сокруши сердце наше покаянием, очисти, омый, освяти нас Твоими Таинствами; приими от уст наших трисвятое сие пение и помилуй нас вечною Твоею милостью!

Пред чтением апостольских Писаний. Боже, оградивший нас словом жизни, которое проповедали апостолы Твои, движимые Духом Святым! Устроением Твоего промысла, животворные слова их и нам возвещают мир, благовествуя радость спасения о имени Твоем! Ниспошли же нам духа премудрости и разума к уразумению истин, проповедуемых Твоими апостолами, и просвети очи сердца нашего к живому познанию того, в чем состоит надежда призывания Твоего и как богато славное наследие Твое для святых, да славим Тебя с ними во веки веков. Аминь.

Во время каждения пред чтением Евангелия. Христе Спасителю! истреби смертоносную силу царствующей во мне греховности животворным благоуханием открытого Тобою Боговедения; даруй нам живое познание истин его, чтобы мы, пребывая в любви Твоей, соблюдали заповеди Твои! Да обымет и проникнет нас сила слова Твоего ко спасению нашему и да распространится благоухание познания Твоего до последних пределов мира сего!

Пред чтением Евангелия. Ты, Спасителю, наш Свет, пришедший в мир просветить нас истинным Богопознанием! Вразуми нас принимать наставления Твои, иметь Тебя Бога разумов в уме и сердце нашем, вникать в слова Твои, усвоить себе откровения Твои! Да ходим во свете Твоем; да любовь наша к Тебе более и более возрастает в познании Тебя и во всяком благом чувстве; да будет плодом дел наших святость, а целью временной жизни нашей – жизнь вечная; да прославляем Тебя со безначальным Твоим Отцем и с присносущным Тебе Духом Святым во веки веков! Аминь.

По окончании Евангельского чтения. Слава Тебе, Господи, слава Тебе! Слава домостроительству Твоему, слава промышлению Твоему о спасении нашем! Даруй нам благодать – отныне со страхом провождать время странствования нашего на земле, умереть для греха и ходить в обновленной жизни! Не допускай нас осуетиться помышлениями своими, чтобы мы не погибли от превратности ума нашего, но, возрастая в познании Твоем, явились чистыми и оправданными в день пришествия Твоего Аминь.

Рцем вси... Умилосердись над нами, Господи, яви нам милость Твою и спасение Твое дай нам!

Господи Вседержителю... Надежда отцов наших! сила, крепость и убежище наше! устрой Твоим промыслом, чтобы мы всегда были Твоим народом, чтобы как настоящие, так и все будущие роды наши на Тебя единого возлагали надежду свою и хранили заповеди Твои.

Помилуй нас, Боже... Милосердый, медленный на гнев, прощающий беззакония Боже наш! загладь ради Самого Себя преступления наши, омой нечистоты наши и помилуй нас ради святого имени Твоего!

О благочестивейшем... Огради благочестивейшего Государя нашего оружием благоволения Твоего, соделай скипетр Царствия его скипетром правоты и истины, сокруши врагов его, порази ненавидящих его, покори под власть его народы, желающие браней, и даруй ему успех во всех начинаниях и делах его, во славу пресвятого имени Твоего!

О супруге его... Сохрани в цветущем здравии и весь августейший дом царя нашего, продли семя Его в роды родов, утверди престол его милостью и правдою и сотвори непоколебимым до скончания мира!

О святейшем... Благодетельствуй Церкви Твоей, облеки пастырей и священников наших в правду Твою, излей на них Дух Твой и да не отступит от них благодать Твоя!

О всем их христолюбивом... Благослови Твоим осенением воинство Твое, даруй ему непреоборимые силы, да идет пред ним ангел Твой, покоряющий врагов отечества нашего!

О братиях наших... Спаси, Господи, и помилуй удостоенных Тобою благодати священства, воздевающих к Тебе руки свои и приносящих Тебе молитвы и моления свои; помяни всех служащих во святых обителях Твоих и подвизающихся в иноческом сане братий наших.

О блаженных и приснопамятных... Вспомни, по милости Твоей, уснувших сном смерти в уповании достигнуть воскресения в жизнь вечную патриархов, епископов, священников Твоих, царей и цариц, царствовавших во славу пресвятого имени Твоего, праотцев, родителей, братий, сродников наших и всех, скончавшихся в спасительной вере в Тебя! Очисти их Твоею благодатью от всякого греховного осквернения и водвори в тех вожделенных обителях, в которых нет ни болезни, ни скорби, ни слез, ни стонов, но присносущный свет Твой исполняет избранных Твоих вечным блаженством и неизреченным весельем.

О плодоносящих... Помяни, Господи, благодетельствующих храму сему к устроению его благолепия и совершаемого в нем служения Тебе; награди их за земные их блага небесными, за тленные – нетленными. Помяни труждающихся здесь, молящихся Тебе, славословящих Тебя и возносящих хвалу имени Твоему; причисли их к сонму поющих новую песнь пред престолом Твоим; помяни и всех нас, стоящих здесь пред лицем Твоим, ожидающих от Тебя милости, помяни и не присутствующих здесь по причинам достойным уважения и помилуй их и нас по великой Твоей милости!

Яко милостив... Ибо, по беспредельной Твоей благости, Тебе свойственно миловать и любить род человеческий, а наше блаженство в том, чтобы благодарить Тебя за неисчетные благодеяния Твои, воздавать Тебе всякую честь и благоговейное поклонение и славословить Тебя, Отца и Сына и Святого Духа, во веки веков. Аминь.

Во время ектении об оглашенных. Не хотящий смерти грешника, но желающий, чтобы все люди спаслись! Озари светом Евангелия Твоего всех, объятых тьмою неверия, ересей и расколов, преимущественно сознавших уже свои заблуждения и обратившихся к Церкви Твоей. Укажи им путь оправдания Твоего, наставь их на истину Твою, возроди их к упованию живому, к наследию нетленному, на небесах соблюдаемому, введи их в святую Церковь Твою и дай им наследие со всеми святыми! – Но достоин ли я сам стоять на месте сем с верными рабами Твоими, Господи? Вникая в совесть мою, сознаю, что хотя я просвещен Твоим боговедением, вкусил Даров небесных и соделался причастником Духа Святого и силы будущего века, но провождаю жизнь столь греховную, как будто не имею понятия о самых начатках учения Евангельского; ибо, по ожесточению во грехах, я уподобился земле, произращающей терние и волчцы, достойной проклятия и сожжения! О, помилуй еще и пощади меня, Боже благости! Омый меня слезами покаяния и соедини со святою Твоею Церковью: да со всеми помилованными Тобою и я прославлю святое имя Твое, Отца и Сына и Святого Духа, во веки веков. Аминь.

Во время 1-й молитвы верных. Благодарю долготерпение Твое, Благость вечная, по которому, ожидая моего покаяния, чтобы умилосердиться надо мною и помиловать меня, Ты не изверг еще меня праведным судом Своим вне Церкви Твоей; но, призывая меня Твоею благодатью плакать и сетовать о грехах моих, дозволил еще мне стоять в сонме верующих пред Лицем Твоим. Не допускай же меня впредь жить по упорству лукавого сердца моего, порочить своею жизнью Церковь Твою; но дай мне благодать исправить нравы свои, поступать по Твоим заповедям, оставить порочные пути мои, обратиться к Тебе всем сердцем! да всеми силами души и тела моего прославляю Тебя и воздаю подобающую Тебе честь и поклонение, Отцу и Сыну и Святому Духу, во веки веков. Аминь.

Во время 2-й молитвы верующих. Уповая на милость Твою и надеясь на благоутробие Твое, от всея души призываем Тебя и молим благость Твою, Боже наш! Отверзи ухо Твое и услышь воздыхания наши; даруй нам всем сердцем нашим искать Тебя, пока можно найти, призывать Тебя, пока Ты близок к нам, и неосужденно произносить святое имя Твое! Очисти души и тела наши от всякого греховного осквернения, удержи нас от поползновения и беззакония, от участия в бесплодных делах тьмы, да, охраняемые Твоею благодатию и освятившись ею по духу и телу, прославляем охраняющую нас державу Твою, Отче, Сыне, и Душе Святый, во веки веков. Аминь.

Во время Херувимской песни. Многомилостивый, долготерпеливый, Христе Спасителю, до конца возлюбивший сущих Своих! Даруй нам благодать умертвить в себе всякую похоть злую, отложить гнев, лицемерие, злобу, зависть, суетные заботы земные и всякое пристрастие к миру и благам его. Распали сердце наше хотя в сей час херувимскою к Тебе любовью и удостой нас вперить в Тебя весь ум и все помышление свое хотя в настоящее мгновение, при сем священнодействии Церкви Твоей, образующем торжественное Твое в Иерусалим шествие, когда Ты произвольно предал Себя на страдание за наши преступления, подвергся лютейшим мучениям за наши беззакония. О, Святейший всех святых, причтенный к беззаконникам, принявший на Себя наши немощи и подъявший наши болезни! Ты, предав Себя на заклание, будучи мучим, не отверзал уст Своих, не отвращал лица Своего от заплевания и поруганий; но, предав хребет Свой бичеваниям и ланиты Свои заушениям, как агнец безгласный пред стригущим его, вознес на Крест прегрешения наши с Телом Своим, совершил из Себя огнем любви Своей к нам всесожжение во умилостивление к нам вечного правосудия и принес Себя в очистительную Жертву ходатайствующую о нашем спасении! А я, нечестивый, не помышляя о беспредельной любви Твоей, в течение всей жизни моей делал зло к огорчению Твоему, Господи, раздражал Тебя моими поступками, бесславил имя Твое грехами своими! О, Спасителю мой! не воспоминай моих беззаконий, прости мне вины мои, дай мне благодать всем сердцем прилепляться к Тебе, хранить завет Твой, соблюдать повеления Твои, ходить по стезям Твоим, не уклоняться к помышлению злому, не допускать соблазнов к сердцу своему, провести остаток жизни моей по воле Твоей, и удостой меня прославлять во всю вечность милосердие Твое!

Во время входа со святыми Дарами. Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем! По великой милости Твоей вспомни меня, Спасителю, ради благости Твоей! Вспомни меня ради имени Твоего и прости мне прегрешения мои!

Яко да Царя... Боже спасения нашего, восседающий на херувимах, невидимо носимый ангельскими силами, как древле возносили воины на щитах царей – победителей! Приими благодарение за любвеобильное Твое снисхождение, по которому Ты, подвергшись мучительной смерти, благоволил принять служение Иосифа Аримафейского, который, снявши с Крестного древа пречистое тело Твое и обвив его с благовониями чистою плащаницею, положил в новом гробе своем, иссеченном в камени. Приими с благоволением и сие служение Церкви Твоей, подъемлющей образы Тела и Крови Твоей, образуя тем положение Твое во гробе, и исхити нас из рабства греховного, как Ты, нисшедши с душою Твоею во ад, извел из плена его души праведных, от века ожидавших пришествия Твоего, – да с ними и со всеми святыми славим Тебя в небесном Царствии Твоем. Аминь.

Исполним молитву нашу... Умилосердись над рабами Твоими, Господи! даруй нам благодать служить Тебе всем сердцем, да взыдет молитва наша пред лице Твое, Боже наш!

О предложенных... Приими, Господи, словесное сие служение на святой и духовный Твой жертвенник как приятное духовное благовоние, и помяни и принесших сии Дары, и тех, кем, от кого и за кого они принесены.

Дне всего совершенна... Даруй нам благодать сохранить себя в день сей от всякого греха и провести настоящий день в мире, чистоте и святости.

Ангела мирна... Повели, Господи, ангелам Твоим охранять нас, наставлять на пути Твоего оправдания и содействовать нам в достижении вечного нашего назначения.

Прощения и оставления... Прости лукавство и греховные помыслы сердца нашего, сними с нас вины наши, не воспоминай беззаконий наших и очисти нас от явных и тайных, от известных и неведомых нам проступков наших.

Добрых и полезных... Ниспошл и нам благодатную силу Твою к преспеянию в вере, любви и надежде на благость Твою, Боже! Даруй нам все необходимое к душевной пользе и к приобретению Царствия Небесного.

Прочее время живота нашего... Проникни нас страхом Твоим, переплавь внутренность и сердце наше по воле Твоей и даруй нам благодать провести остаток жизни нашей в покаянии и соблюдении заповедей Твоих.

Христианския кончины... Близок конец наш: время жизни исчезает, как сновидение, как свет! Посли нам кончину жизни мирну, непостыдну и пощади нас, Судия всеведущий! когда воссядешь судить весь мир, воззри тогда на нас милостивым оком, умилосердись над нами и избавь нас от огня вечного.

Пресвятую, пречистую... Преклони Спасителя на милость к прибегающим к Тебе, Пренепорочная Матерь! Молись усердно со всеми святыми, чтобы мы обрели милость в день пришествия Христова и ходатайством Твоих молитв получили оправдание, по беспредельному милосердию и благости Сына Твоего и Бога, Коему, со безначальным Его Отцем и Всесвятым Духом, да будет слава и поклонение во веки веков. Аминь.

Возлюбим друг друга... Очисти, Господи, души наши к братолюбию нелицемерному, чтобы мы любили друг друга усердно, от чистого сердца; чтобы мы, снисходя друг другу со всяким смиренномудрием и великодушием, старались соблюдать единство духа в союзе мира; чтобы мы, пребывая в единодушии, возлюбили Тебя, Боже наш, всем сердцем и всею душою! Возлюблю Тебя, Господи, крепость моя! Ты – твердыня моя, непреоборимая защита моя, Избавителю мой, Боже мой!

Двери, двери! Премудростию вонмем!.. Ты, Христе Спасителю, мысленная дверь, которою входя и исходя овцы Твоего стада находят душеспасительные пажити. Ты открыл нам домостроительство тайны, сокрытой от вечности; Тобою введены мы в познание истинного Боговедения! Проникни ум и сердце наше спасительными истинами Твоего откровения и оживотвори нас им в жизнь вечную.

По пропетии Символа веры. Укорени, утверди и укрепи нас, Боже, в вере Твоей, соделай нас непоколебимыми в ее исповедании до конца жизни; не допускай нас бесславить веру нашу греховными делами, чтобы не быть нам осужденными в день пришествия Твоего, но получить плод веры вечное спасение!

Станем добре... Очи мои устремлены во спасение Твое, Господи! Душа моя, как жаждущая земля пред Тобою! Даруй мне, Спасителю, со страхом и чистою совестью, всецелым вниманием, всею душою и сердцем участвовать в совершении предстоящего Таинства Твоего, в мир приносить Тебе сие святое возношение, жертву славословия.

Горе имеем сердца! Восхити сердце наше любовью к Тебе, Боже мой, даруй мне благодать привести в омерзение все сладости, красоты и удовольствия греховного мира, враждебные любви Твоей, и возлюбить Тебя, Бога моего, всем сердцем, всею душею и всем помышлением моим.

Благодарим Господа!.. Поистине достойно и праведно покланяться Тебе, Отцу и Сыну и Святому Духу, воспевать и славословить Тебя, самосущий, непостижимый, неисследимый, Триединый Боже, Создатель всех тварей, видимых и невидимых! Достойно и праведно благодарить Тебя за бесчисленные, явные и недоведомые, благодеяния, излиянные на нас Твоею благостью и милосердием, преимущественно же за дар способности и соизволения прославлять всесвятое имя Твое, за сию бескровную Жертву, которую Ты благоволишь принимать от нас, растленных и оскверненных бесчисленными грехами, тогда как ни херувимы, ни серафимы, ни архангелы, ни ангелы, ни все небесные силы не довлеют превозносить Тебя вполне сообразно с величием всемогущества, благости и святости Твоей, и только, в изумлении от созерцаемых в Тебе беспредельных совершенств неумолкающим славословием восхваляют Тебя.

Поюще, вопиюще... Свят, свят, свят Ты, Господи Вседержителю! И мы, грешные, исповедуем всем сердцем и, хотя нечистыми и оскверненными устами, приносим Тебе трисвятое сие пение сил небесных. Небо и земля полны величества славы Твоей, благость и правосудие – основание престола Твоего, милость и истина пред лицем Твоим! Все дела Твои совершенны, все пути Твои праведны, и нет меры величию святости Твоей! Слава и благодарение Тебе, Триединый Боже! Слава Тебе, Отче небесный, пославший в мир Единородного Сына Твоего, чтобы мы получили вечную жизнь чрез Него! Слава Тебе, Премудрость и Слово Отца небесного, показавший над нами богатство благости Твоей, искупив нас драгоценною Твоею Кровию от проклятия греховного и плена адского! Слава Тебе, Душе Святый, запечатлевший нас Твоею благодатию в залог наследия Царствия Небесного! Осанна в вышних! Спасение Бога нашего!

Благословен грядый! Гряди и спаси нас, Христе Спасителю! Искупи нас от вечной смерти, избавь от руки преисподней, облеки нас в одежду оправдания Твоего, даруй нам пищу и питие в жизнь вечную!

Приимите, ядите... Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир спасти грешников, из которых я первый.

Пийте от нея вси... Сын Божий! соделай меня участником тайной Твоей вечери, ибо я не открою тайны Твоей врагам Твоим, не стану изменнически лобызать Тебя, как Иуда, но, подобно разбойнику, исповедаю Тебя: помяни меня, Господи, во Царствии Твоем!

Твоя от Твоих... Тебя поем, Тебя благословим, Тебя благодарим, Господи, и молимся Тебе, Боже наш! Нет во всем мире жертвы, вполне достойной Тебя, Отче небесный, кроме Жертвы Единородного Сына Твоего! Соверши и приими сию жертву во удовлетворение за грехи наши! Нет, кроме Тебя, Спасителя, Сыне Божий! Ты один – вечное умилостивление за грехи наши и за грехи всего мира! Яви нам благодать Свою и спаси нас ради имени Твоего Господи, Душе Святый, освящающий нас! ради крестных страданий и смерти Спасителя нашего очисти нас от грехов наших, омой нечистоты наши и освяти нас Твоею благодатно! Боже Отче, Сыне и Душе Святый, помилуй нас; ради благости Твоей даруй нам получить милость и благодать со всеми святыми, благоугодившими Тебе от начала мира.

Изрядно о Пресвятей... Радуйся, Благодатная, благословенная в женах, честнейшая херувимов и без всякого сравнения славнейшая серафимов! Упование христиан, надежда безнадежных! сохрани нас под кровом Твоим! Моли Сына Твоего и Бога, да помилует еще нас и спасет нас неисследимыми судьбами Своими.

Христе Спасителю! приими молитвы о нас пренепорочной Твоей Матери и всех святых Твоих и пощади еще нас Твоим милосердием! Не оставляй нас от Тебя единого ожидающих милости, руководи нас Твоею благодатию и введи нас в Царствие Твое!

Не лишай милости Своей и уснувших сном смерти в надежде воскресения в жизнь вечную сродников наших, ближних наших и всех веровавших в Тебя, но водвори их в обителях блаженства, озаряемых присносущным светом лица Твоего! Призирай благоволением Твоим на страну нашу, на храм сей, который Ты запечатлел именем Твоим, благослови наши семейства, труды и занятия наши, – благослови нас во всем, что проходит чрез руки наши! Будь близок ко всем, призывающим Тебя, привлеки к Себе Своею благодатию и уклонившихся от стезей Твоих в стропотные пути своеволия! Да убоятся они суда Твоего ко благу своему и обратятся на путь спасения.

Во-первых, помяни, Господи... Помяни, Господи, по великой Твоей милости, святейший правительствующий Синод, святейших патриархов, митрополитов, архиепископов и епископов, поставленных Твоим промыслом пасти Церковь Твою. Соделай их достойными Тебя, неукоризненными делателями, верно преподающими слово истины Твоей. Распространи пределы Церкви Твоей, которую Ты, приобретя драгоценною Твоею Кровью, обручил Себе вечною любовью; утверди и охраняй ее от всех вражеских козней и наветов! Приведи в познание истины Твоей весь род человеческий, да притекут ко свету Церкви Твоей и те народы, которые не познали ее, да перейдут в недра ее и ополчавшиеся против нее, – да все, созданные Тобою по образу и по подобию Твоему, соединятся с Тобою союзом вечным, нескончаемым; да соделается весь мир благодатным Царством Твоим, Христе Спасителю!

И даждь нам единеми усты... Даруй нам, Господи, одно сердце и одну душу, чтобы все мы ходили одним путем Твоим, чтобы мы были единодушны и единомысленны; чтобы каждый из нас заботился друг о друге, да единодушно, как бы одними устами и одним сердцем, прославляем пресвятое и великолепое имя Твое, Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

И да будут милости... Господи, даруй нам мир Твой во всех отношениях; наставь нас соблюдать единство духа в союзе мира, распаляй сердца наши любовью к Тебе и освящай души наши Твоею благодатью.

Вся святые помянувше... Покажи, Спасителю, над нами богатство благости Твоей, как над сосудами милосердия Твоего, обнови нас Твоею благодатью, чтобы мы старались прославлять Тебя в духе и в теле нашем, ходили во обновленной жизни, поступали по духу и жизни верою в Тебя, предавшего Себя за нас! Соблюди нас непреткновенными на путях Твоих, истреби в нас враждебные Тебе плотские помышления, освободи от смерти греховной, соделай нас совершенными во всей полноте, исполненными плодов правды Твоей, поставь нас пред славою Твоею, чтобы мы имели дерзновение в день суда Твоего, и введи нас в жизнь вечную, да славим Тебя во веки веков. Аминь.

И сподоби нас, Владыко... Отче наши, по усыновлению нашему Тебе крестными страданиями Спасителя нашего, – Иже еси на небесех, исполняя ангелов и духов праведных неизреченным ощущением Своего к ним благоволение! Да святится имя Твое в нас Твоею благодатию, прославлением Твоего имени нашей жизнью, сохранением душ и телес наших в Твоей святости! Да приидет Царствие Твое, да управляет умом, сердцем и всеми членами тела нашего благодать Твоя, да распространяется на земле благодатное Царство Твое – Церковь Твоя! Да будет изображенная в Твоем законе воля Твоя в наших мыслях, желаниях и действиях, чтобы, яко на небеси святые ангелы Твои, и мы на земли с такою же ревностью исполняли святую волю Твою, предавая себя во всех обстоятельствах жизни нашей воле Твоей! Хлеб наш насущный – преестественную пишу Тела и Крови Твоей, все необходимое к душевному нашему спасению и к поддержанию бытия нашего на земле даждь нам днесь: дай столько, сколько нужно в настоящий день к подкреплению сил наших! И остави, прости нам неоплатные долги наша, – бесчисленные наши прегрешения, которыми мы оскорбили благость Твою, прости их в той мере, в какой мы сами прощаем оскорбивших нас, якоже и мы оставляем должникам нашим! И не введи, не допускай нас впасть во искушение, превосходящее силы наши, подвергнуться соблазнам, бедствием, гонениям, по которым бы мы уклонились от веры и соблюдения заповедей Твоих; но избави нас от всего лукаваго, – от порабощения греху, от козней вечного врага нашего спасения и – мира сего, во зле лежащего, от общественных бедствий, от внезапной смерти и вечного осуждения!

Яко Твое есть Царство... Ибо Ты царствуешь над всем, все содержишь всемогущею Твоею силою: Тебе единому от всех тварей да воздается слава, Отцу и Сыну и Святому Духу, во веки веков. Аминь.

Главы ваша Господеви приклоните... Христе Спасителю, призвавший нас, по Своей милости, званием святым во Царствие Твое, Поручитель завета нашего со Отцем небесным! Даруй нам благодать распять плоть нашу со страстьми и похотьми, всецело обратиться от мертвых дел к творению заповедей Твоих, с терпением пройти предлежащее нам поприще настоящей жизни, подвизаться добрым подвигом веры, успевать в благочестии и любви Твоей, да возвеличится в нас всесвятое имя Твое, жизнью ли то, или смертью нашей, и удостой нас превозносить благодать Твою во веки веков.

Святая святым!.. Ты един, Иисусе Христе, на всю вечность свят недосягаемою ни для какой твари святостью! А я – грешник, помрачивший в себе благолепие Твоего образа, по которому создан, – оскорбивший Тебя бесчисленными грехами, недостойный и очей своих возвести на небо! Велики преступления мои пред Тобою, грехи мои вопиют против меня, Боже мой! Боюсь суда Твоего, трепещу правосудия Твоего! Но не таю беззаконий моих, открываю пред Тобою грехи, мною содеянные, сознаю вины мои, сокрушаюсь, что оскорбил Твою благость, исповедаюсь пред Тобою в моих преступлениях, веруя от всего сердца, что Ты человеколюбив и милостив, Спасителю мой, – наказуешь с состраданием и милуешь кающегося с пламенною любовью! В сем уповании умоляю благость Твою, Господи: изведи меня из тины греховной, чтобы мне не погрязнуть в преисподней! Не входи со мною в суд, не обличай моих помыслов, не воспоминай слов, не обнаруживай дел моих. Нo внемли стенанием души моей и пощади еще меня, творение Твое, пощади меня заблудшего, как пастырь овцу потерянную, исхити меня от волка, даруй мне слезу умиления, приими меня кающегося, восстанови по благости Твоей, поставь как агнца на пажити овец Твоих, истреби во мне – сладостью тела и крови Твоей – жгучую горесть зла греховного, проникшего весь состав мой, и помилуй меня, когда приидешь со всеми ангелами воздать всем, смотря по деяниям. Аминь.

Со страхом Божиим и верою... Се Спаситель мой грядет – и правда моя, и спасение мое с Ним! Ты Бог мой, нет мне блага кроме Тебя! Жажду спасения Твоего, жажду Тебя, Боже мой! Ибо если Ты помилуешь меня, кто обвинит? если Ты оправдаешь меня, кто осудит? Вселись же в сердце мое, Боже мой, вселись в него живою верою и спаси меня по милости Твоей! Да не постыдит меня надежда моя на Тебя!

Всегда, ныне и присно... Вознесыйся на небеса, Боже наш, буди превознесен выше небес! Да будет по всей земле слава Твоя, да узнает всякая плоть, что Ты един Спаситель, да обратятся к Тебе все народы! Да от восток солнца до запад всеми народами прославляется имя Твое, и да во всяком месте совершается приношение сей бескровной Жертвы!

Прости приимше... Благодарим Тебя, Господи, за несчетные благодеяния Твои, обильно излиянные в нас, преимущественно же за словесную службу сию, которую Ты удостоил нас приносить Тебе, Отче небесный! Благодарим Тебя, Спасителю, за неистощимую любовь, по которой Ты питаешь нас нетленною пищею Тела и Крови Твоей! Душе Святый! даруй нам благодать с таким томлением жаждать освящение сим пресвятым Таинством, с каким алчущие желают хлеба, а жаждущие воды! Дай нам до последнего издыхания достойно принимать сию святыню для напутствия в жизнь вечную, для доброго ответа на страшном судилище, в последний день мира сего!

Ибо Ты един, Боже наш, искупление, оправдание, освящение и спасение наше, и Тебе славу воссылаем, безначальному Отцу, собезначальному Сыну и все оживотворяющему Духу Святому, во веки веков. Аминь.

Благословение Господне на вас... Благословенно славное имя Твое, Боже наш! Благословение Тебе, искупившему, освящающему и спасающему нас! Благословение, честь, благодарение, слава, премудрость, крепость и держава Тебе, Богу нашему! Да изрекают уста наши непрестанно хвалу Твою! Господи, да веселятся все любящие Тебя; да радуются все, ищущие тебя; да благословит всякая плоть имя святое Твое! Все народы да поклонятся пред лицем Твоим и прославят имя Твое, Господи! Буди милосерд к нам, Боже наш, и благословляй нас, Боже, Боже наш, благословляй нас, Боже! Да будет над нами благословение Твое!

После отпуста. Триединый Боже, неистощимый в благости Своей, сохраняющий милость Свою в тысячи родов! В Твоей руке душа всего живущего и дух всякой плоти человеческой, – в Твоей руке жизнь, дыхание и все пути мои; пред Тобою все желания мои и вздох мой не сокрыт от Тебя. Очи Твои видят все шаги мои; малейшие движения мысли моей открыты пред взором Твоим. Приими нынешнее посильное моление мое и услышь воздыхание души моей: Тебе предаю веру и надежду мою, жизнь и все пути мои; Тебе предаю душу и тело мое, каждый удар сердца моего и последнее мгновение жизни моей. Не оставляй меня собственному произволу моему на путях моих, чтобы грехи мои не отвратили лица Твоего и не отступила от меня милость Твоя. Веди меня Твоим Промыслом, будь мне помощником в добрых делах, наставляй Твоею благодатью во всех начинаниях, да сопровождает меня на всяком месте страх Твой, чтобы я не согрешил пред Тобою. Не попусти вечному губителю проникнуть в душу мою, чтобы не уклонилось сердце мое к помышлению злому и к забвению заповедей Твоих, чтобы грехи мои не поработили меня страстям и члены тела моего не сделались орудиями беззакония. Но прилепи сердце мое к слову Твоему, Господи; вразуми меня размышлять о повелениях Твоих, утешаться уставами Твоими. Ниспосли мне твердость в добрых предположениях, укрепи Твоею силою в исполнении заповедей Твоих; даруй мне благодать не любить мира сего, ни того, что в нем враждебно любви Твоей; углуби в душе моей память того, что мир и похоть прейдут, чтобы я возмог одержать решительную победу над врагом души моей, умереть для греха, всем сердцем служить Тебе среди искушений мира, ходить в обновленной жизни, поступать пред Тобою со всею чистотою совести. Не оставляй меня среди искушений, будь заступником и убежищем моим в напастях, преклоняй ко мне слух Твой в часы скорби и утешай меня Твоим утешением. Твори со мною в настоящей жизни все, что Тебе угодно, только не отнимай от меня милости Твоей. Здесь, в настоящей жизни, карай меня за грехи мои, только не предавай меня вечному осуждению. Всем сердцем моим желаю быть Твоим, Боже мой! Осуществи сие желание Твоею силою. Даруй мне благодать всегда видеть Тебя пред собою, не забывать, что Ты одесную меня, чтобы я не уклонился от путей Твоих, не поколебался в надежде моей на Тебя, но чтобы благословлял имя Твое во всякое время, чтобы хвала Твоя непрестанно была во устах моих, да единым Тобою хвалится душа моя, да превозношу Тебя, Отца и Сына и Святого Духа, во веки веков. Аминь. (Из Сочин. Анатолия, архиеп. Могилевск.)

Б. О первой части Литургии – проскомидии

Беседа № 1. О чтении священником, желающим совершить Литургию, так называемых «входных молитв»

I. Кто из вас, братия, приходит рано в храм Божий, тот вероятно замечал, что священник пред началом Литургии встает вместе с диаконом, если и тот служит с приготовлением, пред Царскими вратами и начинает совершать так называемые входные молитвы. Поучительный для нас смысл имеют эти молитвы, потому и считаю нужным в нынешней беседе поговорить с вами о них.

II. После обычного начала: «Благословен Бог наш», священник или за него диакон читает молитвы: «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе», «Царю небесный», т. е. молитву Св. Духу, Трисвятое, т. е. «Святый Боже», «Пресвятая Троице, помилуй нас», «Слава и ныне» и «Отче наш». После молитвы «Отче наш» священник читает следующие три стиха: «Помилуй нас, Господи, помилуй нас всякого бо ответа недоумеюще»; потом другой стих: «Господи, помилуй нас, на Тя бо уповахом»; далее стих: «Милосердия двери отверзи нам, благословенная Богородице», и пр. Прочитавши все эти стихи, священник кладет земной поклон пред образом Спасителя, говоря: «Пречистому Твоему образу покланяемся, благий, просяще прощения прегрешений наших, Христе Боже» и, прочитавши весь тропарь, целует св. образ. После сего обращается к иконе Божией Матери и, также делая пред нею земной поклон, читает стих: «Милосердия сущи источник, милости сподоби нас, Богородице». Прочитав этот стих, священник целует и образ Божией Матери.

Вы, может быть, спросите: «Что значит это поклонение и целование св. икон?» Этим поклонением и целованием священник выражает свое благоговение и любовь ко храму Божию и исполняет древний обычай христианский, по которому христиане, придя в храм Божий, как в жилище Самого Господа, повергались на землю пред дверьми храма, целовали даже стены и порог храма. Даже сами цари не стыдились показывать в этом пример. Так, по рассказу одного историка, греческий император Феодосий каждый раз, идя в храм, лишь только переступал порог храма, произносил следующие слова из псалтири: «Прильпе земли душа моя, живи мя по словеси Твоему». (Изъясн. лит. Дмитр.). Поучительная для всех нас любовь ко храму Божию! Да послужит этот пример в назидание тем, которые входят во храм Божий рассеянно, с разговорами и смехом, или, проходя мимо храма, не хотят снять шапки и перекреститься!..

Поклонившись св. иконам, священник с диаконом преклоняют главу пред Царскими вратами. Священник читает молитву: «Господи! ниспошли руку Твою с высоты святаго жилища Твоею, и укрепи мя в предлежащую службу Твою: да неосужденно предстану страшному престолу Твоему, и бескровное священнодействие совершу, яко Твоя есть сила во веки веков, аминь». Этой-то собственно молитвой он и испрашивает благословения и помощи Божией на предстоящее служение. Необходима теперь эта молитва для священника: к великому и страшному священнодействию приступает он!

Сотворив молитву, священник и диакон обращаются к предстоящему в храме народу и кланяются на обе стороны, испрашивая себе прощения у всех предстоящих во храме во всех содеянных ими вольных и невольных прегрешениях. И это примирение также необходимо, ибо он готовится приносить великую Жертву примирения Бога с человеком.

Когда в это время вы видите, братия мои» священника с диаконом, преклоняющего свою главу пред Господом и обращающегося к вам с поклоном, пусть каждый из вас помолится Господу от всего сердца, чтобы он ниспослал им Свою благодатную силу и укрепил их для предстоящего великого служения; от всей души каждый из вас прости содеянные ими вольные и невольные согрешения, чтобы они могли незазорно помолиться за вас пред Господом. Ведь они за вас и для вас готовятся совершать великую службу. Поклонившись предстоящим, священник и диакон идут во св. алтарь и, целуя в знак любви и благоговения к св. алтарю дверь, которою входят в оный, читают молитву: «Вниду в дом Твой, поклонюся ко храму святому Твоему в страсе Твоем, Господи! настави мя правдою Твоею!..» Вошедши во св. алтарь, священник преклоняется пред св. престолом, целует лежащее на нем св. Евангелие, как бы Самого Христа Спасителя, св. престол, – как седалище Самого Господа, как бы еще испрашивая у Него благословения на предстоящее служение. После сего оба, т. е. священник и диакон, облачаются в священные одежды. (См. «Костр. еп. вед.», 1888 г, № 15).

III. Вот, братия мои, какими молитвами священник с диаконом предваряют вход в св. алтарь, готовясь совершить святую Литургию. И сколько поучительного для нас заключают в себе эти молитвы! «Вниду в дом Твой, поклонюся ко храму святому Твоему в страсе Твоем, Господи! настави мя правдою Твоею, враг моих ради, исправи пред Тобою путь мой», молится священник входя в алтарь. Советую каждому из вас, братия мои, знать и читать эту молитву при входе в храм. Пусть эта молитва служит для вас постоянным напоминанием, что вы входите не в простой дом, а в дом Божий, где необходимо иметь благоговение и страх, чтобы не подвергнуться строгому осуждению небесного Судии: «Како вшел еси семо, не имеяй одеяния брачна?» – «Как ты вошел в селение Моей славы без почтения, без благоговения, без кротости и чистоты душевной, которая столь прилична святому месту Моему, в котором должен ты предстоять с верою и страхом и поклоняться с серафимами Моему непорочному Агнцу, на престоле священнодействуемому и на небесах во славе царствующему со Мною?» («Изъясы. лит.» Дмитр. § 53, стр. 47). Аминь. (Сост. по указ. источн.).

Беседа № 2. О веществе, необходимом для совершения Божественной литургии

I. Между многими веществами, находящимися в природе, Господь наш Иисус Христос благоволил употребить для Таинства Тела и Крови обыкновенный хлеб и виноградное вино. Эти вещества много раз были предуказанны еще в Ветхом Завете. Так, напр., – Мелхиседек, царь Салимский и священник Бога Вышнего, встретил с хлебом и вином Авраама, возвращавшегося с победы над врагами, и тем предызобразил, еще за несколько десятков веков, вечного Царя и священника Господа Иисуса Христа, принесшего на тайной вечери в жертву Богу Отцу хлеб и вино. В книге притчей Соломоновых говорится: «Премудрость созда себе дом... и раствори в чаше своей вино, и уготова свою трапезу. Посла своя рабы с высоким проповеданием, глаголющы: иже есть безумен, да уклонится комне, и требующим ума рече: приимите, ядите мой хлеб и пийте вино, еже растворых вам». Толкуя эти слова, св. Киприан говорит: «Здесь Дух Святый показует образ Господня жертвоприношения, закланную Жертву, хлеб и вино, воспоминая и алтарь и посланников (св. апостолов)». (Св. Киприана послание 63-е к Цецилиану. «Изъясн. Литургии» Дмитрев.). Хлеб и вино для Таинства Тела и Крови Своей Господь употребил потому, что Он, как говорит св. Иоанн Дамаскин, «Знает человеческую немощь, которая многого с неудовольствием отвращается, что не утверждено обыкновенным употреблением. Итак, Бог, по обычному Своему снисхождению, чрез обыкновенное по естеству совершает вышеестественное. поелику люди обыкновенно в пищу употребляют хлеб, а в питие воду и вино, (то) Бог с сими веществами соединил Свое Божество, сделав их Своим Телом и Кровью, чтобы чрез обыкновенное и естественное мы участвовали в сверхъестественном». («Точн. излож веры» кн. 4, гл. 13). Поэтому и святая Церковь, всегда верная заповеди Божественного Основателя Таинства, от самых времен апостольских употребляет для Таинства Тела и Крови Христовой хлеб и вино.

II. Правилами Церкви требуется, чтобы хлеб для совершения Литургии был изготовляем из лучшей пшеничной муки, был квасный, то есть вскисший, потому что на таком хлебе Господь совершил тайную вечерю; был замешан на воде, а не на молоке или чем другом, был хорошо испечен, не пересолен, свежий, а не черствый, заплесневевший, не был помазан также молоком или яйцами (Учит изв. при служебнике).

Правилами Церкви требуется также, чтобы вино для совершения Литургии было непременно виноградное красное как потому, что на таком вине Господь совершил Тайную вечерю с апостолами, так и потому, что оно лучше всего представляет для наших глаз вид Крови Христовой. Вино окисшее, превратившееся в уксус, не должно быть употребляемо для служения Литургии. Не должны быть также употребляемы вместо вина виноградного соки разных плодов: яблок, груш, малины и проч. (Учит. изв. при служебнике).

Хлеб, назначенный для Таинства Тела Христова, называется просфорою. Просфора по-русски значит принесение, приносимый дар. Так назван этот хлеб потому, что древние христиане каждый раз для совершения Литургии приносили его с собою. Приносили также с собою и вино, елей, ладан и свечи. Все эти приношения назывались тогда просфорою, т. е. принесением, приносимым даром. Но теперь словом просфора называется только один хлеб, употребляемый для совершения Таинства св. Причащения. Из множества принесенных хлебов в древнее время священнодействующий выбирал лучший для совершения Таинства. То же самое он делал и из приношений вина, то есть лучшее употреблял для совершения Таинства. Затем остальные приношения хлебов и вина употреблялись после Литургии для трапезы братолюбия или вечери, также на содержание клира и бедных. С течением времени обычай принимать приносимые просфоры или хлебы домашнего приготовления для Таинства прекратился, как потому, что прекратились вечери любви, так и потому, что стало оскудевать усердие христиан к этим приношениям. А потому Церковь стала изготовлять просфоры на свои средства. По тем же причинам Церковь стала и вино для служения Литургии приготовлять также на свои средства, хотя не отвергает и ныне приношение вина для Таинства от частных лиц.

Вследствие обычая древних христиан приносить хлеб для Таинства каждый раз с собою, число просфор для служения Литургии в древности не было ограничено, хотя для совершения Таинства Церковь признавала, как и ныне признает, необходимым только один хлеб. В память же чудесного насыщения Христом Спасителем пятью хлебами пяти тысяч человек, число просфор для служения Литургии ныне правилами церковными предписано употреблять пять: одну для совершения Таинства, а прочие для изъятия из них частиц.

Как вы всегда можете видеть, братия мои, просфоры для служения Литургии приготовляются всегда двусоставные, в виде двух круглых хлебцев, сложенных вместе. В первые времена христианства они приготовлялись в виде обыкновенного домашнего хлеба. Двусоставными же ныне принято изготовлять их потому, что просфора своим двусоставным видом изображает два естества в Иисусе Христе – Божеское и человеческое.

«Но зачем,– спросите вы, – на просфорах изображается крест и около него надпись: Ис. Хс. Ни ка?» Это установлено вот почему: крест со словами Ис. Хс. изображается на просфоре потому, что просфора при служении Литургии изображает пречистое Тело Христово, страдавшее и распятое за нас на Кресте; а слова: Ни ка т. е., по-русски «Побеждай», на просфоре изображаются в память виденного св. равноапостольным царем Константином Креста с надписью: «Сим побеждай». Видел этот Крест с надписью св. Константин тогда, когда шел на войну против Максентия, и этим знамением Креста, изображенным на щитах и знаменах своего войска, он действительно победил врага. В настоящее время для нас эта сокращенная надпись на кресте Ис. Хс. Ни ка имеет такой смысл: «Именем Господа Иисуса Христа, распятого на Кресте, побеждай врагов спасения» (См. «Толк. на Литургию» прот. В. Нечаева, ныне Виссариона, еписк. Костромского, сн. «Костр. Еп. Вед.» 1888 г. № 11).

III. Братия мои! Древние христиане никогда не шли в храм с пустыми руками: хлеб и вино для Таинства они приносили каждый раз с собою; приносили также с собою елей, ладан и свечи и всегда были усердны во всех этих приношениях. Поучимся же у древних христиан усердию к приношениям во святую церковь, в чем бы эти приношения ни состояли: в свечах ли, ладане, или елее, или другом чем. Прекрасно делают те из вас, которые, идя в храм несут туда свою трудовую копейку, покупают и ставят пред св. образами свечи и жертвуют деньгами на нужды храма Божия. Прекрасно также поступают и те из вас, которые ежегодно привозят или приносят в церковь начатки от своих трудов: ржи, овса, пшеницы, ячменя, льна, шерсти и проч. Этими приношениями вы подлинно подражаете первенствующим христианам. Доколе не оскудеют эти приношения ваши, до тех пор всегда будет поддерживаться благолепие и храма Божия и Божественной службы, церковно-приходская благотворительность и Церковь Божия не будет нуждаться. Аминь. (Сост. по указ. источн.).

Беседа № 3, в которой дается понятие о проскомидии и о приготовлении хлеба и вина для Таинства на проскомидии

I. Божественная литургия, за которой вы молитесь, братия мои, состоит из трех частей, о чем уже вы слышали. Первая часть ее называется проскамидией и совершается священником тайно на жертвеннике, – в то время, когда читаются на клиросе часы. Но в древности она совершалась не в начале Литургии, как ныне, а по выходе оглашенных из храма, – пред самым перенесением Даров с жертвенника на престол.

Вторая часть Литургии называется литургиею оглашенных потому что к слушанию ее допускались в древности и оглашенные, т. е. лица, готовящиеся к св. Крещению и наставляемые к принятию его истинами веры, что и называлось в древности оглашением. За этой Литургией молились также бесноватые и грешники, отлученные за грехи от св. причащения. Она начинается с возгласа священника: «Благословенно Царство» и оканчивается словами диакона: «Елицы оглашеннии изыдите», после которых в древности оглашенные, бесноватые и кающиеся выходили вон.

Третья часть Литургии называется литургиею верных, потому что к слушанию ее допускались в древности только одни верные, т. е. христиане, просвещенные св. Крещением и готовящиеся ко св. Причащению. Допускались также некоторые из кающихся грешников, которые показывали в себе плоды исправления, но ко св. Причащению еще не допускались и назывались купностоящими. Эта часть Литургии начинается после слов диакона: «Елицы оглашеннии изыдите», ектениею «Елицы вернии паки и паки миром Господу помолимся» и продолжается до конца. Ныне все эти части Литургии составляют одну службу – Литургию, называемою нами «Обедней».

По порядку службы начну в сегодняшней беседе говорить с вами о первой части Литургии – проскомидии.

II. Проскомидия – слово греческое; по-русски оно значит принесение. Так названа эта часть Литургии от обыкновения древних христиан приносить в церковь хлеб и вино, елей, свечи, ладан для совершения Литургии. По той же причине и хлеб для совершения Литургии называется ныне просфора, что значит приношение.

а) Облачившись в священные одежды, о которых мы уже беседовали с вами, священник и диакон в знак чистоты и непорочности своей пред Богом умывают руки свои и приступают к жертвеннику для совершения проскомидии. Священник поклоняется трижды пред жертвенником и, исповедуя страдания Господа и те благодеяния, которые мы получили чрез Его страдания, говорит: «Искупил ны еси от клятвы законныя честною Твоею Kpовию, нa Кресте пригвоздився и копием прободся, бессмертие источил еси человеком, Спасе наш, слава Тебе".

Затем священник, воспоминая спасительную заповедь Господа совершать священнодействие бескровной Жертвы в Его воспоминание, берет левою рукою просфору, а правою копие и, делая им изображение креста над печатью просфоры, говорит: »В воспоминание Господа и Спаса нашего Иисуса Христа" (трижды).

Потом режет просфору с правой стороны печати, со словами: «Яко овча на заколение ведеся», – с левой, со словами: «И яко агнец непорочен, прямо стригущего его безгласен, тако не отверзает уст своих», сверху печати, со словами: «Во смирении его суд его взятся», снизу, со словами: «Род же его кто исповесть». И таким образом обрезанную середину вынимает из просфоры, со словами: «Яко вземлется от земли живот его» и кладет на дискосе.

Считаю совершенно необходимым остановиться здесь, чтобы объяснить значение этих слов.

Крестная смерть Спасителя нашего не была событием неожиданным, непредвиденным; нет, – Господь Бог задолго открыл о ней Своим избранным, а они предсказывали о ней прочим людям и даже предсказания свои (пророчества) записали в священные книги. Так, напр., царь и пророк Давид, в двадцать первом псалме, так точно предсказал обстоятельства крестной смерти Господа Иисуса, как будто был очевидцем их (ст. 2, 3, 8, 9, 16, 17, 18, 19). Между прочими, Крестная смерть Богочеловека была открыта и пророку Исаии (он жил за семьсот лет до Иисуса Христа), и вот его пророчество о ней (гл. 53):

"Как овца веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих. От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? Ибо Он отторгнут от земли живых; за преступление народа Моего претерпел казнь" (ст. 7–9).14

Воспоминанием этого пророчества и начинается принесение Жертвы бескровной. Некоторые слова из этого пророчества и произносит иерей, когда отделяет часть из просфоры для этой Жертвы. А так как, на основании этого пророчества, св. Иоанн Предтеча назвал Господа Иисуса Агнцем: «вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира», – то и часть просфоры, предназначаемая быть Телом Господа Иисуса в очищение грехов всего мира, получила название агнца.

Поставивши на дискос15 отделенную середину просфоры, иерей, с оборотной стороны печати, разрезает ее крестовидно на четыре равные части и говорит: «Жрется (приносится в жертву) агнец Божий, вземляй грех мира, за мирский живот и спасение».

Затем от пророчества он переходит к самому событию и касаясь копием правой стороны агнца, говорит: «Один из воинов копьем пронзил ему ребра, и вдруг истекла кровь и вода. И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его» (Ин. 19:34–35). Вместе с тем в Чашу (по-гречески Потир) вливается вино, растворенное водой В воспоминание того, что из пронзенного ребра Христова истекла кровь и вода.

б) И вот главное сделано: вещество для совершения Таинства приготовлено. Но еще не все. Кровь, пролитая Спасителем, была Жертвой спасения и примирения с Богом всего мира, и вот, прежде всего воспоминаются те, которые уже вполне воспользовались плодами этой Жертвы – святые прославленные. Они – сколько свидетели, собственным опытом уже дознавшие, что принесла роду человеческому Крестная смерть Богочеловека, столько же и непрестанные молитвенники за тех, которые еще не воспользовались плодами этой Жертвы. Но они не воспоминаются только, а, так сказать, ставятся лицом к лицу с Агнцем, взявшим на Себя грехи мира. Именно: с именами их из следующих просфор вынимаются (вырезываются) части и полагаются тут же на дискосе. Точно также с именами тех, которые еще не воспользовались плодами крестной смерти, но или еще воинствуют здесь на земле (живые), или хотя и переселились отсюда (умершие), но еще ничем не заявили того, что наследовали вечное блаженство, вынимаются части из других просфор и полагаются тут же, перед агнцем, с тем различием, однако же, что прославленные – по сторонам агнца, как участники уже его торжества и славы, а воинствующие внизу, как просящие себе прощения и милосердия за пролитую Кровь и за Кровь, которая имеет принестись теперь в жертву. Чтобы представить это нагляднее, я сделаю изображение того, как эти части располагаются на дискосе. При нем будут понятнее подробности о следующих просфорах и частях, вынимаемых из них.

И вот таким порядком делает это иерей:

Берет вторую просфору и, воспоминая Пресвятую Богородицу, вынимает из просфоры частицу, которую кладет со стороны св. хлеба, посреди со словами из псалма: «Предста царица одесную тебе» и пр. (Пс. 44). Эта просфора так и называется Богородичною.

Потом берет третью просфору и, воспоминая Предтечу и Крестителя Иоанна, вынимает из просфоры первую частицу, кладет ее с другой стороны хлеба, начиная первый чин (ряд). Далее, воспоминая пророков Моисея, Аарона, Илию, Елисея, Давида, Иессея, св. трех отроков (Ананию, Азарию Мисаила), Даниила пророка и всех святых пророков, берет еще частицу и кладет дальше. Воспоминая апостолов Петра и Павла и прочих апостолов, берет третью частицу, кладет ее дальше второй и таким образом оканчивает первый чин.

Потом, воспоминая святителей Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого, Афанасия и Кирилла, Николая Мирликийского, Петра, Алексия, Иону и Филиппа Московских, Никиту, епископа Новгородского, Леонтия, епископа Ростовского, и прочих святителей берет четвертую частицу, кладет ее рядом с первой, начиная второй чин. Воспоминая св. первомученика Стефана, великих мучеников: Дмитрия, Георгия, Феодора Тирона, Феодора Стратилата и всех святых мучеников, и мучениц: Феклу, Варвару, Кириакию, Евфимию, Параскеву, Екатерину и всех св. мучениц, берет пятую частицу, кладет ее второй во втором ряду. Затем, воспоминая преподобных Антония, Евфимия, Савву, Онуфрия, Афанасия Афонского, Антония и Феодосия Печерских, Сергия Радонежского, Варлаама Хутынского и всех преподобных отцов, и преподобных матерей: Пелагею, Феодосию, Анастасию, Евпраксию, Февронию, Феодулию, Евфросинию, Марию Египетскую и всех преподобных матерей, берет шестую частицу, полагает ее на третьем месте во втором ряду и таким образом заканчивает второй чин.

После того, воспоминая чудотворцев и бессребренников Косму и Дамиана, Кира и Иоанна, Пантелеймона и Ермолая и всех бессребренников, берет седьмую частицу, кладет ее на первом месте в третьем ряду, начиная третий чин. Воспоминая св. и праведных богоотец Иоакима и Аниу (и дневного святого) и всех святых, берет осьмую частицу и кладет ее на втором месте в третьем ряду. Наконец воспоминая Иоанна Златоустого (или Василия Великого, если поется его Литургия), берет девятую частицу, кладет ее на третьем месте в третьем ряду. Просфора, из которой таким образом вынуто девять частей, называется девятичиновною.

Потом берет четвертую просфору и молится, чтобы Господь помянул всякое епископство православных, св. пр. Синод и св. православных патриархов (и местного преосвященного), честное пресвитерство, во Христе диаконство, весь священнический чин, и всех, которые призваны в общение с Господом Иисусом. Вместе с этим берет частицу и кладет ее с нижней стороны хлеба. Затем поминает императора, супругу его (и весь императорский дом – поименно), – вынимает часть и полагает ее рядом с первою. После того поминает живых и с каждым именем вынимает частицу, приговаривая: «Помяни, Господи» (такого-то) и кладет все частицы по ряду.

Наконец, взявши пятую просфору, говорит: «О памяти и оставлении грехов св. патриархов православных и благочестивых царей и благочестивых цариц, блаженных, создателей св. храма сего» при чем вынимает части. После того поминает всех и других по имени; на каждое имя вынимает частицу со словами: «Помяни, Господи (такого-то)». И заключает молением, чтобы человеколюбивый Господь помянул всех, которые скончались с надеждой воскресения, вечной жизни и общения с Ним, – всех православных отцов и братьев наших. Наконец прибавляет: «Господи! помяни и мое недостоинство и прости мне всякое согрешение, вольное и невольное», – и вынимает частицу.

После этого, каждый православный может подавать просфору для вынимания части: «О спасении и оставлении грехов рабов Божиих», – живых, кого угодно (о здравии); «О памяти и оставлении грехов рабов Божиих», – скончавшихся, кого угодно (за упокой). Когда все это будет кончено, иерей, взявши губку, собирает на дискосе частицы внизу св. Хлеба, чтобы они лежали плотно и ни одна не выпала.

в) Заканчивается проскомидия следующим образом: после окончания вынимания частиц из просфор диакон приносит кадило, священник благословляет его, моля Господа Иисуса Христа, чтобы Он принял это кадило, как воню духовного благоухания, в пренебесный Свой жертвенник и возниспослал благодать пресвятого Духа. Берет звездицу; окаживает ее и ставит над хлебом со словами: «И звезда пришла и остановилась над местом, где был Младенец» («И пришедше звезда ста верху идеже бе отроча») (Мф. 11:9). Берет покровец 16 , окаживает его и покрывает им весь дискос со словами псалма: «Господь воцарися, в лепоту облечеся» и пр. (Пс. 92 – весь). Берет другой покровец, окаживает его и покрывает Потир (Чашу) говоря: «Христе! Твое могущество покрывает небеса и славы Твоей полна земля». Берет большой покров, так называемый воздух, окаживает его и покрывает, молясь, чтобы Господь покрыл нас покровом Своего могущества, отринул от нас всякого врага и супостата, соделал мирною нашу жизнь, помиловал нас и весь мир и спас наши души, по Своему милосердию и человеколюбию. Потом берет кадило и окаживает предложение, т. е. жертвенник с приготовленными святыми дарами, говоря трижды: «Благословен Бог наш сице благоволивый, слава Тебе», а диакон за каждый раз прибавляет: «Всегда, ныне и присно, и во веки веков, аминь». И с благоговением поклоняются оба трижды. После чего диакон, взявши кадило, говорит: «Помолимся Господу о предложенных святых Дарах». Священник читает молитву предложения:


Боже, Боже наш, небесный Хлеб пищу всему миру, Господа нашего и Бога Иисуса Христа, пославый Спаса Избавителя и Благодетеля, благословяща и освящающа нас, Сам благослови предложение сие, и приими в пренебесный Твой жертвенник. Помяни, яко благ и человеколюбец, принесших и ихже ради принесоша: и нас неосуждены сохрани во священнодействии божественных Твоих Таин. Яко святися и прославися пречестное и великолепое Имя Твое, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков, аминь. Боже, Боже наш! Ты, пославший в пищу всему миру небесный хлеб – Господа нашего и Бога Иисуса Христа Спасителя, Избавителя, Благодетеля, благословляющего и освящающего нас, Сам благослови это предложение и приими его в пренебесный Свой жертвенник. Помяни, как милосердый и человеколюбивый, принесших (эти дары) и тех, за которых они принесли, и нас сохрани неосужденными в священнодействии божественных Твоих Таин. Потому что, свято и преславно пречестное и величественное имя Твое, Отца и Сына и Святого Духа, теперь и всегда, и в вечные веки. Аминь.

И тут же, у жертвенника, делает отпуст, говоря: «Слава Тебе, Христе Боже, упование наше, слава Тебе». Диакон: «Слава и ныне, Господи помилуй (трижды), – «благослови». Священник делает обыкновенный отпуст, воспоминая в заключение того святителя (Иоанна Златоустого или Василия Великого), чья Литургия будет совершаться.

После отпуска, диакон окаживает св. предложение и потом весь алтарь, читая про себя пасхальную песнь «Христе! во гробе Ты был плотию, в аде с душею как Бог, в раю с разбойником и на престоле с Отцем и Духом, исполняя все, неописанный». За этой песнью псалом пятидесятый, читая который диакон окаживает весь храм.

Так, начало великому и чудному служению положено. Агнец для жертвоприношения приготовлен. Молитва и вера с одной стороны, всеосвящающая благодать Духа Святаго – с другой, совершат эту жертву. Но из всего хода проскомидии видно, что она имеет такое же отношение к Литургии, какое пророчество в отношении к событию. С первых слов, которые читает священник, приступая к жертвеннику (тропарь вел. пятка) и до последней (пасхальной) песни, которую читает диакон, она предызображает крестную смерть Богочеловека, положение во гроб, состояние Его до минуты славного воскресения.

Литургия будет осуществлением всего этого. Но этого мало: Литургия представит нам и совершение всего дела спасения. Мы услышим и песнь о воплощении Бога-Слова и проповедь Христову; увидим как то, что предшествовало смерти крестной, так и то, что последовало за нею. Словом, Литургия – вся земная жизнь Господа Спасителя нашего, до славного Его вознесения. (Сост. с доп. по кн. «Письма о церковном богослужении» И. И. Беллюстина, стр. 30–38).

Приложение к беседе № 3

А. Два чуда с просфорою

I. В 1198 году в Новгороде было изумительное происшествие: один набожный новгородец каждый день посещал храм Божий и, с благоговением принимая антидор или просфору, с благоговением их вкушал. Раз нес он богородичную просфору в дом и, по немощи, заснул на дороге. Псы, почуяв хлеб, подошли и хотели похитить просфору, но отскакивали прочь, отражаемые какою-то силою. Это было в виду людей. Когда доложили об этом блаженному Мартирию, архиепископу новгородскому, он приказал на месте происшествия основать храм в честь Богородицы. Супруга князя Ярослава Владимировича Елена приняла на себя построить храм и женскую обитель, и в следующем году освящен монастырский храм Рождества Богородицы. (См. кн. «Русские святые, чтимые всею Церковью или местно» Филарета, архиеп. Черниговского. С-Пб. 1882 г. Ч. I, стр. 187).

II. В житии преподобного Зосимы, Соловецкого чудотворца, есть такой рассказ: однажды преподобный дал в благословение от своего священнослужения просфору каким-то приезжим купцам; на пути из церкви они ее обронили. Проходит случайно инок Макарий и видит: над просфорою стоит пес и всячески пытается схватить ее зубами, но каждый раз от св. хлеба исходит огонь и опаляет пса. Макарий подходит ближе – огня не стало видно. Осенив себя крестным знамением, инок берет просфору и относит ее к св. старцу (См. Житие препод. Зосимы соловецк.).

Такова святыня просфоры, полученной от алтаря Господня. И, слава Богу, любят и благоговейно чтут эту святыню православные русские люди, со всем усердием и сердечною верою приносят они на проскомидию просфоры о здравии и о упокоении близких своих, с благоговением потом вкушают от сих священных хлебов во здравие души и тела.

Б. Историческая справка о том, от кого не принимались приношения на проскомидии в древности

1) Оглашенные не могли участвовать в приношениях для Св. Даров, равным образом и другие разряды их; за них даже не позволялось молиться при совершении страшных Таин, если они умирали, находясь в оглашении. Беседа 3-я св. Иоанна Златоуста на послание к Филипийцам так говорит о том: «Оглашенные не удостаиваются сего утешения, но лишены всякого такого пособия (т. е. нельзя творить поминовение), кроме одного: за них можно подавать милостыню, ибо это угодно Богу, чтобы мы помогали друг другу, это доставляет им некоторую отраду». Далее, говоря о плаче за умерших, Златоуст продолжает: «Плачь о неверных, о тех, которые умирают без крещения и миропомазания Они вне царского чертога с обвиненными и осужденными: оглашенный чужд верному. Первый не имеет ничего общего с последним».

2) Кроме них, приношения не принимались от людей, враждующих между собою, по 93 пр. IV Карфагенского собора. Об этом говорит и Златоуст (Беседа на Мф. 331, 338, р. п.): «Слово Божие повелевает оставить дар, поспешить примириться с оскорбленным братом и согласиться с соперником. Трапеза Господня не допускает к себе враждующих друг против друга. Да слышат это непослушные; ибо и они приносят дар и жертву, т. е. молитву и милостыню, а что это так, видно из слов пророка: »Кто приносит в жертву хвалу тот чтит Меня« (Пс. 49:23), и еще: »Принеси в жертву Богу хвалу« (Пс. 49:14), и в другом месте: »Воздеяние рук моих" (140:2).

3) Если кто из верных был обличен в каком-либо тяжком преступлении, как, напр., в воровстве, распутстве, грабительстве или похищении чужого, в несправедливости, притеснении и т.п. пороках, то приношения от него уже не принимались. Об этом, между прочим, Златоуст говорит следующее (Беседа на Мф. стр. 413, т. 3,р. п.): «Послушайте вы, обращающие в благотворение убийство! Это милостыня иудеев или, лучше, диавола; есть и теперь люди, которые, грабя ближнего, думают загладить весь свой грех тем, что из награбленного имения уделяют несколько бедным; о них-то пророк говорит: »Алтарь мой слезами омочисте«. Нет! Зачем ты оскорбляешь Владыку, принося ему нечистое? Христос не хочет питаться плодами любостяжания, Он не приемлет такой пищи. Лучше истаивать Ему от тебя гладом (в бедных членах Своих), чем кормиться такою пищею. Первое дело жестокости, а последнее жестокости и поругания: лучше ничего не давать, чем давать чужое».

4) Равным образом Церковь не принимала приношений от лиц, способствовавших распространению языческого суеверия. Так, Амвросий писал к императору Валентиниану, что Церковь не будет принимать его приношений, потому что он создал жертвенник для языческих капищ. (Письмо 30 к Валент. «Правосл. обозр.» 1861 г. И-ИV, стр. 498).

При принятии приношений говорились имена принесших дары для того, чтобы вознести о них молитву к Богу. В беседе 18 на Деян. ап. Златоуст указывает на такой обычай, говоря, что епископ должен сказывать бедным имя приносящего, чтобы они за него помолились (347 стр., р. п.).

В. Историческая справка о времени совершения проскомидии в древности

Приношение верными даров (или проскомидия) совершались по выходе оглашенных из храма, т. е. по окончании литургии оглашенных, а не в начале ее, как теперь. На это указывают нам два факта: один, случившийся во время совершения Литургии Василием Великим, и другой, бывший в обители св. Саввы.

Император Валент, арианин, решился раз присутствовать при совершении Литургии св. Василием. По рассказу Григория Богослова, император вошел в храм в праздник Богоявления Господня, в то время, когда стройное пение псалмов раздавалось во храме, подобно волнам грома. Народа было множество, но строгий порядок был везде – в алтаре и пред алтарем; видно было более ангельское благолепие, чем человеческое. Впереди всех, подобно Самуилу, стоял Василий пред Богом. Когда же надобно было царю принести дары к божественной трапезе и, по обычаю, никто их не касался (не зная, примет ли их Василий), не смея нарушить порядка, тогда обнаружилась его немощь (H. E. Thedor., lib. IV, с. 19, р. 286). Это показывает, что Валент хотел принести дары после того как выслушал общую для всех часть Литургии – литургию оглашенных.

В обители св. Саввы, составленной из монахов различных национальностей, каждому позволялось совершать псалмопение на своем языке, читать Евангелие и прочее последование богослужения, но вменялось всем в обязанность приходить к грекам во время божественного приношения Даров и вместе с ними приобщаться их. («Христ. чт.» 1833г., стр. 151).

Что проскомидия следовала после литургии оглашенных, об этом еще свидетельствует надписание в нашем служебнике молитвы после великого входа: «молитва проскомидии по постановлении даров на святой трапезе» (82 стр.).

Г. Свод святоотеческих мнений о проскомидии

«Господь наш Иисус Христос, ежедневно приносимый в жертву за живот и спасение мира, как был распят на лобном месте, так жрется и от иерея во святом предложении, жрется копием, чтобы мы не забыли пречистых ребр, которые во время святого крестного страдания прободены были копьем... Знаменовать просфору копием преподал Великий Василий. Проскомисуя хлеб и полагая его на дискосе, мы говорим таким образом: «Яко овча на заколение ведеся». Как пресущественный Бог, восприяв плоть от Девы, во единой Ипостаси явился совершенным Богом и совершенным человеком, во всем подобным нам, кроме греха, – так и новое тело, как бы из некоего чрева, и от кровей и от плоти девственного тела, то есть – из целого хлеба иссекается посредством некоего орудия, которое, как мы сказали, называют копием, и, таким образом быв изъято из среды его, самоипостасно освящается. Священник, приготовив вместе с Телом и имеющую совершиться, в соответственное время страдания чрез наитие животворящего Духа, Кровь Господню, оставляет их в предложении, после того как произнесет молитву, как бы в Вифлееме, где родился Христос, а вместе с тем и как бы в Назарете или в Капернауме. Словом сказать, предложение совмещает в себе тридцать лет жизни Спасителя, протекшие до Крещения».17

«В предложении священник сперва приносит хлеб, а потом совершает соединение в Чаше. Потом священник приносит Богу и частицы, одну в честь Матери Господа, другие за святых, иные за живых и почивших верных. Какую силу имеют частицы? Приносимые частицы доставляют великую пользу, поелику служат вместо лиц тех, за кого приносятся, и составляют жертву, приносимую за них Богу, что и выражает священник, говоря: приими, Господи, жертву сию. Итак, частицы, приносимые за святых, служат во славу и честь их, а приносимые за верных – почившим служат в отпущение грехов и единение божественной благодати, а живым, если только они благоустрояют свою жизнь покаянием, – в освобождение от бед, в отпущение грехов».18

Блаженный Симеон Фессалоникийский не обозначает, какой имеют вид вырезываемые за проскомидией частицы из просфор. Но слова его «О возвышаемом святом хлебе панагии» можно относить и к просфорам в проскомидии. Он говорит здесь: «Из предлежащего хлеба изъемлется трехсторонняя частица, изображающая всеми своими сторонами Троицу и единство Ее: числами углов и сторон – Троицу, а единым средоточием вверху – единство. Иссеченную таким образом, по преданию, неписано перешедшему от древних отцов, частицу мы приносим единому в Троице Богу нашему».19

«Совершив таким образом проскомидию, иерей приносит Богу кадило. Покадив сначала звездицу, полагает ее над хлебом, говоря: »И пришедши звезда, ста вверху, идеже бе Отроча«, изображая то, что совершалось по рождестве (Спасителя); потом, взяв покров дискоса, который вместе с другими покровами знаменует пелены, говорит: »Господь воцарися, в лепоту облечеся« и т. д. Полагает покров и на Чашу, возглашая при сем (слова), указующие также на воплощение Господа: »Покры небеса добродетель Твоя и хвалы Твоея исполнь (вся) земля«. Затем, наконец, иерей полагает воздух, покадив в предложении Дары, как посвященные Богу и принесенные Ему, читает молитву предложения и призывает Бога Отца, пославшего к нам Сына Своего – небесный Хлеб, благосповыть предложенные Дары, принять их в пренебесный жертвенник, помянуть и принесших и тех, за коих принесли их, и сохранить священнодействующих неосужденными во время священнодействия. Совершив затем отпуст, иерей кадит предложение».20

Д. На чем основывается обычай, или, сказать вернее, правило Православной Церкви изображать святых, а также и живых и умерших на проскомидии посредством частиц, из хлебов или просфор за них вынимаемых, полагаемых на дискосе и потом опускаемых в чашу для погружения в Кровь Христову?

1. Само собою, разумеется, что первою причиною, или основанием, для этого правила было установление Господа нашего Иисуса Христа, заповедавшего совершать святейшее Таинство Тела Его на хлебе и под видом хлеба. Предлагая св. агнец на Литургии, изъятый из хлеба, первенствующие христиане, а еще всего вероятнее, что сами св. апостолы, весьма последовательно могли прийти к мысли, что таким же порядком можно изображать под видом хлеба и прочих членов Царства Христова, живых и умерших, тем более что с тех же первых времен христианства, как известно, образовался обычай именно приносить хлебы на гробы мучеников «в честь и память» для совершения бескровной Жертвы и для разделения их между ними «на ту же память» на Вечерях любви. К тому же с самых первых времен нужно было так или иначе поставить эти хлебы по отношению к бескровной Жертве и Самому Господу, в особенности в виду того, что хлебов стали приносить много, а для Литургии требовался только один хлеб. И вот, чтобы дать значение и прочим хлебам, начали вынимать из них части «за принесших и ихже ради принесоша» (молитва проскомидии) и полагать их вокруг агнца и т д.

Сюда же надобно отнести и то обстоятельство, что Сам Спаситель в св. Евангелии называет Себя хлебом, сшедшим с небес, откуда, между прочим, образовался обычай полагать св. артос в церквах как наглядное изображение сорокадневного пребывания Христа с учениками на земле от Пасхи до Вознесения Господня. Если же таким образом артос – хлеб изображал Иисуса Христа, то отчего же было не прийти к мысли об изображении тем же способом, посредством хлеба или частиц из него, и всех верующих во имя Его, о коих Он Сам говорит: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино" (Ин. 17:21)?

2. Но, с другой стороны, мы знаем также, что, почитая справедливо ветхозаветные события и учреждения сенью грядущих благ, св. апостолы, а потом их преемники, пастыри и учители Церкви, многое и многое учреждали в Церкви христианской под влиянием этих событий и учреждений, как это мы видим в устройстве церковной иерархии, расположении храмов и т .п. И Сам Спаситель, Господь наш учит, что Он не пришел разорить закон, но исполнить, возлагая, само собою, те же обязанности и на всех Своих апостолов и их преемников как представителей Его власти и учения на земле. Потому мы, не обинуясь, полагаем, что на положение частиц во имя святых, а также живых и умерших, в смысле обозначения этими частицами тех и других, около св. агнца на Литургии, несомненно, должен был иметь влияние известный обычай ветхозаветной Церкви полагать хлебы предложения в скинии свидения. Ибо за кого и для чего полагались там эти хлебы? Они полагались от сынов израилевых пред Господом (Лев. 24:8) в числе двенадцати, по шести хлебов, на два положения (там же, ст. 6), в качестве символических знаков, изображающих собою двенадцать колен народа Божия, чтобы под видом этих хлебов сыны Израилевы постоянно находились пред Господом или, сказать вернее, пред ковчегом завета, где Господь, так сказать, видимо обитал с народом Своим и откуда давал суды и определения Свои ему. Совершенно то же самое делается теперь и на Божественной литургии, где частицы изображают пред Господом лиц, за коих они изъяты, для преклонения Его на милость, «молитвами святых», к этим лицам во имя бескровной Жертвы «Агнца Божия, вземлюща грех мира и Пречиста Христа». Замечательно, что хлебов предложения, по закону Моисееву, никто не мог есть кроме священников, как об этом прямо говорится в книге Левит: «Они будут (хлебы эти) принадлежать Аарону и сынам его, которые будут есть их на святом месте; ибо это великая святыня из жертв Господних: это постановление вечное» (гл. 24:9). Так точно и частицы, изымаемые на нашей Литургии, не могут быть потребляемы никем другим, кроме священнослужителей, после погружения их в кровь Христову. И этим еще более подтверждается, что как изъятие этих частиц, так и положение их у св. агнца во всех почти отношениях заимствовано от хлебов предложения, которые потому справедливо можно назвать не только предтечами наших частиц, но и наглядным, самым точным и совершеннейшим образцом для них. (См. об этом «Руководство для сельских пастырей», №№ 52 и 53, 1885 г., декабрь, стр. 565–567).

Беседа № 4. О часах пред Литургией

I. Во время проскомидии на клиросе читают часы – третий и шестой.

Общий состав всех часов одинаков. За троекратным: «Приидите поклонимся Цареви нашему Богу», следуют три псалма, для каждого часа особенные; с окончанием их: «Слава и ныне», аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа, слава Тебе, Боже (трижды), Господи помилуй (трижды), тропарь, «Слава», другой тропарь, «и ныне» богородичен и тут же один или несколько стихов из псалмов и трисвятое. По возгласе священника: кондак, Господи помилуй (сорок); молитва: «Иже на всякое время», и молитва, для каждого часа особенная.

II. а) На часе третьем читаются псалмы: шестнадцатый, двадцать четвертый и пятидесятый.

б) На шестом часе читаются псалмы пятьдесят третий, пятьдесят четвертый и девяностый.

Говоря о богослужении современников своих, живших в монастырях, святый Иоанн Златоустый указывал, что они «С великим согласием и мелодическою стройностью поют пророческие гимны. Ни гусли, пи свирель, ни иное какое-либо музыкальное орудие не издает такого звука, какой можно слышать в глубокой тишине и в пустыне, когда поют сии святые люди... Поют они и песни Давидовы, исторгающие обильные потоки слез... совершают они третий и шестой час».

Β. О второй части Литургии – о литургии оглашенных

Беседа № 1. О приготовлении священнослужителей к совершению литургии оглашенных

I. С настоящей беседы я начну с вами, братия мои, объяснение 2-й части Литургии, называемой литургией оглашенных и начинающейся возгласом священника: «Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа».

II. а) При начале ее обыкновенно бывает звон во все колокола. Это для того, чтобы дать знать и тем христианам, которых нет в церкви, что теперь собственно начинается великая божественная служба, и чтобы каждый, кого нет в церкви, по крайней мере дома мог, во время совершения Литургии, помолиться Богу.

б) Замечательно и приготовление священнослужащих, священника и диакона, пред началом Литургии. Вставши вкупе пред св., престолом, они, наперед умыв руки в церковной умывальнице, поклоняются пред ним трижды и потом творят молитву Св. Духу: «Царю Небесный, Утешителю, Душе истины», в которой просят Духа Святого, чтобы Он, небесный Утешитель, пришел и вселился в них и очистил их от всякой скверны и тем соделал достойными совершителями божественной службы. Священник при этом, в знак особенного молитвенного настроения, творит эту молитву, воздевши руки вверх. Если когда, то именно пред самым началом божественной службы более всего необходима священнику молитва Духу Святому, потому что теперь священник готовится быть не только посредником и ходатаем пред Богом за предстоящий народ, но и совершителем величайшей Жертвы.

в) Затем, с воздеянием же рук, священник читает с диаконом ангельскую песнь: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение». Этою песнею в первый раз воспели ангелы родившегося Богомладенца, Христа Спасителя. Произносятся же эти слова при начале Литургии потому, что Божественная литургия есть как бы в действиях история земной жизни Христа Спасителя. Оттого, по порядку событий земной жизни Христа Спасителя, при начале Литургии и вспоминается рождение Господа. Но рождение Его было почти безвестно для людей, только вифлеемские пастухи узнали о нем от ангелов. Поэтому и священник с диаконом в алтаре произносят ангельскую песнь не вслух народа, а про себя. Произнесши дважды ангельскую песнь, священник и диакон молят также Господа, чтобы Он отверз уста их, т. е. научил, наставил их хвалить Его.

г) После сего диакон испрашивает себе молитвенного содействия у священника и, получивши от него благословение и ставши на амвон, возглашает: «Благослови, владыко»! Этими словами от имени всего предстоящего народа диакон просит у священника благословения на предстоящий молитвенный труд. Называет он здесь священника владыкою, как предстоятеля богослужения, имеющего духовную власть священнодействовать, учительствовать, вязать и решить, и руководить верующих ко спасению. (См. «Костр. еп. вед.» № 1888 г.).

III. Таково, братия, приготовление священнослужителей к совершению литургии оглашенных. Уже по одному этому видно, как важно священнодействие Божественной литургии и с каким благоговением нужно присутствовать при совершении ее. (Сост. по указ. источн.).

Приложение к беседе № 1. Значение умовения рук пред Литургией

Прежде чем иерей и диакон начали одеваться в священные одежды, они были умыты. Но теперь опять делают то же. Св. Кирилл Иерусалимский в пятом тайноводственном поучении пишет: «Вы видели диакона подающего умыться иерею и другим пресвитерам, окружающим жертвенник Божий; но подавал он воду отнюдь не для омытия телесной скверны. Да не будет; ибо мы с плотскою скверною не ходим в церковь. Но умовение рук знаменует, что вам должно очистить себя от всех грехов и беззаконий. Ибо как руки суть образ действия, то умывающие их изображают свою чистоту и непорочность деяний. Не слышал ли блаженного Давида, который таинственно открывает тоже самое: »Умыю в неповинных руце мои и обыду жертвенник Твой, Господи«? Итак, умывать руки, значит быть неповинным осуждению за грехи. Св. Герман говорит: «Умовение рук внушает иереям, что к святой трапезе мы должны приступать с чистою совестью, умом и помыслом (это руки душ наших), со страхом, кротостью и сердечным расположением». (См. «Hов. скриж.» стр. 147).

Беседа № 2. О благословении Божием, преподаваемом чрез священника

«Благослови владыко!»

I. Так диакон от лица всех христиан говорит, обращаясь к священнику. Не сам диакон благословляет, а священника просит благословить.

II. Что же это, слушатели, значит, что у нас, особенно в церкви, за службами Бога благословляет и Божие благословение преподает преимущественно священник?

Почему благословение священника особенно свято пред Богом, благоприятно и для нас особенно благодатно, спасительно?

Благословляя, т. е. прославляя Бога и преподавая благословение Божие, т. е. благодатные дары Его милосердия и любви к роду человеческому, священник посредствует между Богом и благословляемыми. Но как же он посредствует? – Посредник у нас один – Иисус Хриcтoc: «Ибо един Бог, един и посредник между Богом и чаповеками, человек Христос Иисус» (1Тим.2:5). Между Богом Святым, живущим во свете неприступном, и людьми грешными, живущими во тьме и сени смертной, не может быть иного посредника, кроме Богочеловека, Иисуса Христа. Да, только один Иисус Христос мог нас искупить, и «искупил ны от клятвы законныя, и даде нам благословение». Без Него мы никогда, во веки веков, не благословляли бы Бога, а следовательно не получали бы от Бога себе благословения: без Него мы, по слепоте своей, не могли бы и, по грехам своим, не посмели бы Бога благословлять, о Боге радоваться. Только Он, как Сын Божий, мог сказать нам и сказал, что есть Бог, сказал и, как Сам Бог, показал Собою Бога, показал и доказал, что Бог всеведущ, всемогущ, свят, праведен, милостив, человеколюбив, показал нам Бога Своим учением, Своими делами, особенно же Своими страданиями, смертью и воскресением; показал, доказал, уверил, убедил нас, что есть Бог, есть Правда вечная и Любовь беспредельная, и таким образом нас успокоил, примирил с Богом, так что мы с дерзновением можем Бога благословлять, от души о Боге радоваться. Итак, благословляя Бога со священником и получая благословение от Бога чрез священника, мы этим показываем свою веру в Иисуса Христа, нашего Ходатая к Богу, нашего Посредника, Искупителя, Примирителя, Которого звания священник собою представляет, Которого и имя самое сложением перстов руки своей изображает. Священник представляет Иисуса Христа, не то что напоминает только собою Его или повторяет слова Его и действия, нет, а действует, говорит с такою властью и силою, какую имеет только один Иисус Христос, Ходатай Бога и человеков.

Иисус Христос всегда с нами, так что мы ничего без Него не можем делать; особенно же, преимущественно же Он с нами, когда мы приносим Богу наши общие и согласные моления, прошения, благодарения, так что если нас соберется для того хоть только двое или трое, Христос посреди нас. Вот это-то особенное, преимущественное присутствие Иисуса Христа с нами и представляет собою священник. Христиане служат, молятся Богу со священником, значит, посреди их Христос, посредствующий и ходатайствующий о них пред Богом. Священник благословляет, значит тут Христова благодать особенная, сугубая. Когда ты один благословляешь Бога, молишься, осеняя себя знамением крестным, – ты действуешь, пользуешься тем орудием, которым Иисус Христос заслужил нам доступ, дерзновения к Богу и приобрел право на благословение Божие; но когда священник Бога благословляет, молится и, осеняя рукою крестообразно, преподает благословение Божие, – это все равно, что Иисус Христос Сам устами священника молится и благословляет Бога, посредствуя и ходатайствуя о нас пред Богом, и Сам рукою священника преподает благословение от Бога.

Как же это Его благословение священник имеет право преподавать? Как же это он имеет право представлять собою Иисуса Христа? – Иисус Христос Сам Духом Своим Святым, чрез архиерейское рукоположение, дает священнику это преимущество, чтобы он представлял Его, чтобы говорил и действовал Его властью и силою. Сначала Иисус Христос это преимущество дал Своим апостолам, апостолы передали своим преемникам, и так в нашей Церкви преемственно родятся от Духа Святого духовные лица с властью и силою Христовою. Таким образом, благословение священника, по данной ему власти и силе Христовой, не есть изъявление его собственного благожелания или соизволения, но даяние Божией благодати, или Божие разрешение, и потому всегда свято и законно то, что благословлено священником, какими бы устами он ни благословлял и какою бы рукою ни преподавал благословение.

III. Итак, вот что значит это, что у нас, православных, особенно за службами церковными, благословляет Бога и благословение Божие преподает преимущественно священник: священник преимущественно представляет собою Иисуса Христа. Вот почему благословение священника особенно свято пред Богом, благоприятно Ему, и особенно благодатно, спасительно для нас: в благословениях, исходящих из уст священника, слышится Богу Отцу голос возлюбленного Его Сына, и благословляющею Его рукою преподает благословение Божие Тот, о Ком «благословляются вся племена земные" (Быт. 12:3).

Слушатели христиане! Будьте внимательны к священнику, к его благословению, и не в церкви только, но и везде, и всегда. Благодать священства неотъемлема от священника, она с ним на всяком месте, во всякое время. Невнимание, неуважение, непочтение ваше к священнику, смотрите, чтобы не отнеслось к Богу, Которого он благословляет, и к Иисусу Христу, Которого он собою представляет!.. Аминь. (Сост. по «Полн. собр поуч.» прот. Р. Путятина, изд. 22-е, 1893 г.).

Приложение к беседе № 2. О значении слов «Благослови, владыко»

Когда диакон начинает производить какое-нибудь новое и таинственное дело, всегда приходит к священнику и просит от него на то дело благословения, показывая чрез это свое смирение пред священником: ибо тот и другой исполняют дело и служение Божие, при котором особенно необходимо смирение и покорность низшего высшему. (Нов. скриж.).

Беседа № 3 на слова «Благословенно Царство Отца и Сына и Святаго Духа»

I. В ответ на слова диакона: «Благослови, владыко», священник отвечает: «Благословенно Царство Отца и Сына и Св. Духа». Так начинается у нас Божественная литургия.

При начатии Литургии, мы, слушатели, благословляем, т. е. прославляем, Бога; и при начатии всех других наших дел, – и духовных, божественных, и житейских, человеческих, тоже благословляем Бога. Что это значит, что все начинаем мы с благословения Божия, т. е. с прославления Божия?

Этим показываем, что мы делаем или должны все делать в славу Божию, делать для того, чтобы Бога прославить, чтобы сказать, показать, что Бог есть, что Он Отец, Сын и Св. Дух, Творец, Вседержитель, Да, когда мы с благословения Божия дело начинаем, то это значит, что мы делаем его в славу Божию, в прославление Божие.

Как же это можно все делать в славу Божию? Как в славу Божию делать дела житейские, мирские, человеческие? Как есть и пить в славу Божию? – Когда мы что делаем с мыслию о Боге, хваля и благословляя Его, – тогда мы все и житейское, человеческое делаем во славу Божию (1Кор. 10:31). Да, кто Богу служит, молится, или другое что божественное делает, но в мыслях имеет себя, свои выгоды, величаясь своими способностями и достоинствами, ожидая себе наград и вознаграждений, – тот ведь делает не в славу Божию, хотя, по-видимому, и славит Бога, а на себя; если же работаем, трудимся для своего здоровья, если пьем и едим, или иное что для своей пользы делаем, но в мыслях имеем Бога, относя все к Нему, благодаря за все Его, – мы делаем в славу Божию, хотя, по-видимому, делаем для себя.

II. Почему же мы должны все делать, все начинать с благословения Божия, в славу Божию?

а) Во-первых, потому, что не иначе, как чрез это мы получаем благословение от Бога. Да, Бог подает нам Свое благословение, помощь, очищение, освящение, когда мы благословляем Его, когда мы делаем в славу Его, с мыслию о Нем. Именно оживешь, обновишься, светом озаришься, когда вспомнишь, что есть Бог, когда перекрестишься, подумаешь, скажешь: во имя Отца и Сына и Святого Духа. И не нам только, благословляющим

Его, подает Он Свое благословение, но очищает и освящает и все то, чем мы в славу Его пользуемся, что с мыслию о Нем употребляем; таким образом наше ястие и питие, и одеяние, и жительство Божиим благословением очищаются, освящаются, обновляются, улучшаются. И потому-то кто с благословения Божия все начинает, тот и делает все чисто, свято, успешно; тому и служит все в пользу, во благо; тот и с небольшими средствами, и чрез малое делание многого достигает и немногим достоянием бывает доволен...

б) Во-вторых, – и это главное, мы потому все должны начинать с благословения Божия, делать в славу Божию, что мы сотворены для славы Божией, созданы для этого. И все существующее сотворено для славы Божией (Прит. 16:4), небо и земля, и все неразумные, бессловесные существа сотворены для славы Божией, т. е., так сотворены, устроены, что своим существованием и устройством поведают славу Божию, как бы говорят, что Бог есть, что Он всемогущ, благ, премудр, говорят другим, сами того не сознавая, радуют других, сами того не чувствуя. А мы, разумные и словесные существа, сотворены славить Бога с сознанием, устами говорить и петь, сердцем утешаться и радоваться, что Бог есть, что Он благ, премудр, всемогущ. Да, знать Бога, славить Его – это существенная потребность нашей души, это жизнь нашей жизни. «Сия есть жизнь вечная, да знают Тебя единого истинного Бога и посланного Тобою Иисуса Христа" (Ии. 17:3).

Так вот почему мы все начинаем с благословения Божия, все делаем во славу Божию: мы сотворены для славы Божией, мы созданы так, что мы тогда только и будем существами разумными, блаженными, когда Бога будем славить. Божие благословение нам необходимо; но для чего собственно необходимо оно? Для чего нам всякая помощь, всякая благодать от Бога, для чего здравие и спасение, для чего всякое радование и во всем благое поспешение? – Все для того одного, чтобы мы с дерзновением могли славить Бога; чтобы от всего сердца могли радоваться тому, что Бог есть; чтобы от всей души могли говорить: слава Тебе, Боже, слава Тебе, Боже, слава Тебе, Боже!

III. Итак, ничего, слушатели, не будем делать не благословясь, а будем все начинать с благословения Божия, – тогда если что у нас выйдет не так хорошо, или сделается не по-нашему, все же мы хорошее дело сделаем, – то, что, по крайней мере, Бога благословим, вспомним.

О, вразуми, Господи, тех из нас, которые, принимаясь за дела, никогда не благословляют Тебя, и не молятся, и не крестятся, вразуми их, что без благословения Твоего, без молитвы к Тебе нельзя нам жить и действовать чисто, свято, благочестиво, благополучно, и что в будущей жизни мы тем только и будем вечно веселиться и радоваться, что будем благословлять, вечно благословлять Твое Царство, Отца и Сына и Св. Духа. Аминь. (Сост. по «Полн. собр. поучен.» прот. Р. Путятина, изд. 22-е).

Приложение к беседе № 3. О значении возгласа: «Благословенно Царство», о начертании Евангелием поверх антиминса креста и о том, почему в этом возгласе раздельно упоминаются три лица Пресвятыя Троицы

Начинается литургия оглашенных, как замечено выше, возгласом священника, который, произнося слова: «Благословенно Царство Отца и Сына и Св. Духа...», обыкновенно начертывает Евангелием поверх антиминса знамение креста.

1. Возглас священника – «Благословенно Царство Отца и Сына и Св. Духа...» служит для предстоящих возбуждением, напоминанием о том, что все они, как сыны благодатного Царствия Божия, должны всегда благословлять, т. е. славословить и благодарить Триединого Бога, устрояющего спасение наше.

2. А начертывая при сем Евангелием знамение креста, показывает, что священнодействие Литургии имеет совершаться в воспоминание крестной смерти за нас Сына Божия и что смерть сия возвещается нам в Евангелии.21

3. Замечательно при этом, что в возгласе, начинающем Литургию, упоминаются раздельно все три лица Св. Троицы, Отца и Сына и Св. Духа, тогда как на утреннем возгласе нет такового раздельного упоминания лиц, а говорится только вообще о Св. Троице, именно так: «Слава Святей и Единосущней и Животворящей и Нераздельней Троице...»; на вечернем же возгласе говорится просто: «Благословен Бог наш...». Что же значит таковое различие в возгласах священника?

В возгласе в начале вечерни не упоминается о Св. Троице для того, чтобы означить тем первоначальное ведение о Боге в роде человеческом, когда знали только, что Бог един. Возглас в начале утрени показывает, что познание о Боге во времена подзаконные, сообразно воспоминаемым на утрени большею частью ветхозаветным прообразованиями пророчествам, стало уже более и более проясняться, и начало открываться учение о Св. Троице, хотя еще не в ясном и не в полном виде. А возглас, начинающий Литургию, показывает, что, с воспоминаемым тогда пришествием на землю Сына Божия, открылось совершенное ясное познание о Боге, открылась самая высочайшая тайна Пресвятой и Единосущной Троицы, в особенных Лицах Отца и Сына и Святого Духа.22

Беседа № 4. О пении антифонов на Литургии

I. Ныне побеседуем, братия, об антифонах на Литургии.

II. а) После великой ектении следует псалом: «Благослови, душе моя, Господа...» (Пс. 102) и потом малая ектения: «Паки и паки мирам Господу помолимся». Этот псалом называется здесь первым антифоном. При пении его благовременно воспоминать Сретение Господне.

При Сретении Симеон Богоприимец благословлял Бога (Лк. 2,28) и Анна пророчица возвещала Господа всем чающим избавления (Лк. 2, 38): и в антифоне слышим слова: «Благослови, душе моя, Господа… избавляющего от истления живот твой». Этот псалом (как и другой, 145: «Хвали, душе моя, Господа», поемый на 2-м антифоне), носит название «изобразительных», потому что ими изображаются плоды пришествия на землю Сына Божия, воспеваем великую милость Божию, очищающую все беззакония наши, хранящую нас во все дни жизни нашей и устрояющую все к нашему благу.

Во время первого антифона иерей молит Господа, Которого могущество невыразимо и величие непостижимо, Которого милость неизмерима и человеколюбие неописано, «чтоб Он, по Своему милосердию, призрел (обратил внимание) на них, служащих Ему, и на всех молящихся во храме и всем даровал щедрые Свои милости и богатые Свои дары».

б) После первой малой ектении следует второй антифон – псалом «Хвали, душе моя, Господа...» (Пс. 145) и песнопение «Единородный Сыне и Слове Божий, безсмертен сый, и изволивый спасения нашего ради воплотитися от Святыя Богородыцы и Приснодевы Марии, непреложно вочеловечивыйся, распныйся же, Христе Боже смертию смерть поправый, един сый Святыя Троицы, спрославляемый Отцу и Святому Духу, спаси нас». Эта песнь составлена и предана Церкви императором греческим Юстинианом в VI веке. (См. Начерт. церк. истории от библ. времен до ХVIII в. отд. I, стр. 327). В этой песни мы обращаемся к Самому Спасителю, прославляя Его благодатное смотрение о нас.

Между тем священник молится, чтобы Господь «спас людей Своих и благословил Свое достояние; чтобы Он сохранил целость Своей Церкви; освятил любящих благолепие Его дома (храма); и их вознаградил божественным Своим могуществом, и не оставил всех, на Него надеющихся». В это время воспоминается Крещение Господне. Именно: в начале песнопения, при словах «Единородный Сыне», воспоминается, как из отверстых небес слышан был голос: «Сей есть Сын Мой возлюбленный» (Мф. 3:17). В конце песнопения поются слова: «Един сый Святыя Троицы». Словами этими воспоминается Богоявление трех лиц Святыя Троицы во время Крещения.

в) Диакон опять читает малую ектению, по окончании которой следует третий антифон, или блаженны.

Во время земной жизни Своей, после Крещения, Иисус Христос из Иудеи удалился в Галилею и начал проповедовать Свое Евангелие о Царствии Божием (Мк. 1:14). И в Литургии, после «Единородный Сыне», при отверстии Царских врат начинается пение: «Во Царствии Твоем», называемое третьим антифоном.

Иисус Христос, вскоре после начала Евангелия Своего, преподал учение о блаженствах пред избранными тогда апостолами (Мф. 5:1–12). В Литургии поются самые изречения о блаженствах: «Блажени нищие духом… Блажени плачущии... Блажени кротцыи... алчущии... милостивии...» В это время священнослужитель молится о том, чтобы Господь услышал наши общие молитвы и даровал нам познание истины и жизнь вечную.

К концу пения третьего антифона совершается малый вход, о котором подробно сказано будет ниже.

III. В дальнейших беседах наших мы остановим ваше, благочестивые слушатели, внимание на изъяснении глубокосодержательной песни «Единородный Сыне» на учении Господа о блаженствах, т. е. на заповедях Его, исполняя которые можно получить вечное блаженство, а затем перейдем к изъяснению малого входа. Теперь же возблагодарим Господа за все Его бесчисленные благодеяния к нам, грешным и недостойным рабам Его, за Его превосходящую наш ум любовь к нам, которая побудила Его воплотиться для нашего спасения, принести нам свет боговедения и указать нам путь спасения. (Свящ. Г. Дьяченко).

Беседа № 5. О священной песни «Единородный Сыне»

I. Беседу нашу с вами, братия, в прошедший раз мы кончили на следующей священной песни: «Единородный Сыне и Слове Божый, безсмертен сый и изволивый, спасения нашего ради, воплотитися от святыя Богородицы и Приснодевы Марии, непреложно вочеловечивыйся, распныйся же, Христе Боже смертию смерть поправый, един сый Святыя Троицы, спрославляемый Отцу и Святому Духу, спаси нас".

Эту священную песнь Христу сложил в 6 столетии благочестивый греческий император Юстиниан для отражения еретических мыслей, распространявшихся тогда об Иисусе Христе, будто соединение в Иисусе Христе Божеского естества с человеческим было призрачное, а не действительное, будто, стало быть, Он не был настоящим человеком, а только казался человеком, и, значит, и страдание, и смерть Его за нас были призрачные, а не действительные. С тех пор и стали петь на Литургии песнь: «Единородный Сыне», чтобы молящиеся во время Литургии, слыша постоянно эту священную песнь, тверже усвоили себе православное учение об Иисусе Христе.

II. Думаю, братия мои, что и вы можете многому научиться о нашем Спасителе из этой священной песни, если будете понимать ее, как следует. Итак, объясню вам эту священную песнь.

«Единородный Сыне и Слове Божий»: второе Лицо Св. Троицы именуется Сыном Божиим Единородным потому что Он рожден прежде всех веков от предвечного Отца, из недр Божества, един из единого единственно и единообразно23 во всей полноте бесконечных Его совершенств, и потому Он есть «Сияние славы и образ ипостаси Его» (Евр. 1:3. Ин. 1:1). Он нарицается Словом; это выражает непостижимый образ бесстрастного Его рождения. «Как слово мое от души моей рождается, так и Сын от Отца родился», говорит св. Златоуст.24 «Сие Слово есть внутренний глагол Божий и предвечная всегда в недрах безначального Отца присущая мысль, которою сотворены все вещи25; Слово, которое рождает Он предвечно, в Самом Себе, есть совершенный отпечаток истины»26. «Безсмертен Сый и изволивый» и проч. Он, будучи по существу бессмертен, Сый со Отцем, и не исходя из Его недр, по предвечному совету Триипостасного Божества, благоволил, чтоб спасти людей, принять на Себя плоть человеческую от чистых кровей непорочныя и Святыя Девы Марии, которую, как Матерь Бога Слова, должно чтить и величать Богородицею, а не Христородицею. Она, зачав плотию Бога во чреве, без семени мужеска, и в зачатии Его и рождении пребыла и всегда есть нетленна в чистоте Своего девства. «Чиста прежде рождества и в рождестве, и по рождестве воистину», ублажает Церковь.27

«Непреложно вочеловечивыйся»: Сын Божий, неизменяемый в Самом Себе, благоволив воплотиться и принять образ человека, хотя тем и присвоил Себе естество чуждое, но чрез то не изменился в Божественной Своей сущности и не утратил ничего из нее. Божество пребывает в Нем непоколебимо и не унижается человечеством. «Не изменил то, чем бысть; не преложен есть: но чем не бысть, восприял», богомудрствует св. Григорий Богослов.28

«Распныйся же, Христе Боже, смертию смерть поправый». Хотя Он был распят на Кресте, но смертию Своею умертвил вечную, духовную смерть, тяготевшую над всеми людьми. Ибо род человеческий за преступление закона осужден был на вечное отлучение от славы Божией (вси согрешиша, илишени суть славы Божией), или, что то же, подвергся вечной смерта: но Спаситель, излиянною на Кресте Кровию Своею, омыв грехи всего мира, свободил нас от осуждения, исходатайствовав оправдание и наследие вечной жизни: разрушил смерть, возсияв нам, по слову апостола, жизнь и нетление (2Тим 1:10).

«Единый Сый Св. Троицы, спрославляемый Отцу и Св. Духу». Сын Божий, второе равносущное и сопрестольное Лице Св. Троицы, соцарствует и прославляется вместе со Отцем и Св. Духом, как Сам Он в молитве Своей к превечному Отцу исповедует: «Прославь Меня, Ты, Отче, у Тебе Самого славою, которую Я имел у Тебе прежде бытия мира; потому что возлюбил Меня прежде основания мира" (Ин. 17:5,24).

«Спаси нас». Этим прошением заключается стих, который весь относится к лицу Сына Божия, и Его прославляя, молит о спасении нашем: «Единородный Сыне спаси нас» (См. «Историч., догматич. и таинств. изъяснения на Божеств. литургию» Ив. Дмитревского, ст. 140–142).

III. Вот, братия, что означает священная песнь «Единородный Сыне», которую вы постоянно слышите во время Божественной литургии. Не велика эта песнь, но в ней, можно сказать, содержится почти все учение о Господе Иисусе Христе. Премудро поступила Св. Церковь, когда установила петь эту песнь на Литургии, во время которой приносится, в воспоминание Голгофской Жертвы, евхаристическая бескровная Жертва в пречистых Тайнах Тела и Крови Христовых для нашего спасения.

Внимай сему, христианин, и с радостью спеши слушать эту Божественную службу, чтобы, освободившись от всех забот и сует житейских, ум и сердце свое посвятить твоему любвеобильному Спасителю. Аминь. (Сост. по указ. источн.).

Беседа № 6. О девяти заповедях блаженства

I. На Литургии в будни читаются, а в праздники поются «блаженны», т. е. девять заповедей блаженства. Объясним их, дабы нам сознательно относиться к столь великому и спасительному учению, без последования которому мы не можем надеяться получить вечное блаженство. Вот почему, братия, эти заповеди блаженства установлено петь или читать на каждой Божественной литургии.

II. 1) «Блажени нищии духом, яко тех есть Царствие Небесное». Нищие, или бедные, духом – это смиренные люди, чувствующие свое недостоинство пред Богом и бессилие в деле спасения. «Поелику Адам пал от гордости, возмечтав быть Богом, то Иисус Христос восставляет нас посредством смирения, полагая его как бы основанием» (Блаж. Феофилакт, «Благовестн.», ч. 1, стр. 92). Нищете духовной принадлежит Царство, возвещаемое Христом, со всеми благами его и неоскудеваемым богатством благодати. Какое это было радостное благовестие нищим (Ис. 61:1), и как оно противоположно мечтательным представлениям иудеев о земном могуществе царства Мессии!

2) «Блажени плачущии, яко тии утешатся», «плачущие, т. е. о грехах, а не о чем-либо житейском, притом не о своих только грехах, но и о грехах ближних» (там же). Но чтобы эта глубокая печаль плачущих не простиралась до отчаяния, им обещано утешение благодатное, состоящее в прощении грехов и мире совести. Это и есть то утешение, которое подает облагодатствованным душам Утешитель Дух Святый (Ин. 14:16, 26); оно служит уделом их не только в настоящей жизни, но и в будущей: здесь они утешаются надеждою получить прощение грехов, а там будут непрестанно радоваться, получив жизнь вечную (бл. Феофилакт «Благовести.», ч. 1, стр. 92).

3) «Блажени кротцыи, яко тии наследят землю». Терпеливое перенесение скорбей, неизбежных в жизни, тихое и незлобивое обхождение со всеми, чуждое гневливости, вообще – такое расположение духа, чтобы не раздражать никого и не раздражаться ничем, – вот те свойства, которые приобретают последователям Евангелия не только благословение Божие в жизни временной, мир и благоденствие (Пс. 36:11), но и приводят их к наследию земли живых (Пс. 26:13), «земли рая» (выражение св. Ефрема Сирина. Твор. его, М. 1858 г., ч. 1, стр. 16), т. е. вечного блаженства.

4) «Блажени алчущии и жаждущии правды, яко тии насытятся». С томительным чувством голода и жажды, требующим удовлетворения, здесь сравнивается сильное желание духовного блага, а именно – всякой добродетели, которая должна быть вожделенна христианину, как пища и питие, особенно же той правды Божией (Рим. 3:22), которая состоит в оправдании человека пред Богом – посредством благодати и веры в Иисуса Христа. И как насыщение телесное, прекращая чувство голода и жажды, восстановляет и укрепляет силы, так насыщение духовное вносит мир и покой в душу помилованного грешника и делает его способным к добру. Впрочем, совершенное насыщение людей праведных последует в жизни будущей, когда они, просвещенные светом солнца правды (Мф. 13,43. Мал. 4:2), омытые и убеленные Кровию Агнца (Апок. 7:14), наследуют Царство Небесное.

5) «Блажени милостивии, яко тии помиловани будут». По замечанию св. Иоанна Златоустого «различные бывают виды милосердия, и заповедь эта обширна» (Беседы на Еванг. От Матф. ч. I, стр. 275): она обнимает не одни телесные нужды удрученных бедствиями, но и духовные. Добрый совет ближнему, утешение несчастного, молитва за него, прощение обид, – все это дела милосердия духовного; они столь же ценны в очах Божиих, как и вещественная помощь нуждающемуся от своих стяжаний. Милостивые «получают милость и здесь – от людей» (блаж. Феофилакт, Благовестн., ч. I, стр. 94), и там в день праведного воздаяния на страшном суде, Господь помилует их и примет в Свое вечное Царство (Мф. 25:34–40).

6) «Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят». Чистота сердца, о которой говорит Господь, не состоит только в простосердечии, правдивости и искренности, но также в устранении от всякого незаконного желания, от всякого чрезмерного пристрастия к земным предметам и в непрестанном памятовании о Боге. Чистые, по толкованию св. И. Златоуста, люди те, которые «приобрели всецелую добродетель и не сознают за собою никакого лукавства; видение же здесь разумеется такое, какое только возможно для человека» (св. Иоан. Злат. Беседы на Еванг. от Матф., ч. I, стр. 276).

Достигнув «очищения и освящения сердца причастием совершенного и Божия Духа» (св. Ефрем Сир. Твор. eго, М. 1859 г., ч. 3, стр. 514), они узрят Бога – и «в собственной лепоте своей» (св. Афанасий Александр. Творен. св. отцов, М. 1854 г., т. 22, стр. 478), как свободные от всякого страстного влечения, и в божественном откровении, потому что, по выражению блаж. Феофилакта, «как зеркало тогда отражает образы, когда чисто, так может созерцать Бога и разуметь Писание только чистая душа» (Благовестн. ч. I, стр. 94). Но, подобно другим блаженствам, начинающимся на земле и завершающимся на небе, лицезрение Бога, усвояемое чистым, за пределами земного мира будет еще полнее и яснее в непосредственном созерцании лицом к лицу (1Кор. 13:12. Фил. 3:12).

7) «Блажени миротворцы, якотии сынове Божии нарекутся». Последователи Христовы, пребывающие, по выражению св. Исидора Пелусиота, «в мире с самими собою и не воздвигающие мятежа, но прекращающие внутреннюю брань тем, что тело покоряют духу» («Твор. св. отц.», M. 1860 г., т. 36, стр. 86), водворяют мир и в других, живущих в раздоре и с самими собою, и друг с другом. Поступая со всеми дружелюбно и не подавая причины к несогласию, они примиряют враждующих, утишают распри и раздоры. И хотя все верующие, по благодати искупления, называются чадами Божиими (Ин. 1:12. Рим. 8:16. Гал. 4:5–6), но это наименование и соответственная ему степень блаженства особенно принадлежит миротворцам, уподобляющимся Сыну Божию, Который пришел на землю «примирить с Собою все, умиротворив чрез него, Кровью Креста Его, и земное и небесное» (Кол. 1:20). (Св. Иоан. Злат. Беседы на Еванг. Мф., ч. 1, стр. 277; св. Исидор Пелусиот. Твор. св. отц., т. 36, стр. 87. Бл. Феофил. Благов., ч. 1, стр. 95).

8) «Блажени изгнани правды ради, яко тех есть Царство Небесное». В этих словах Господь открыл будущую судьбу Своих последователей. Он возвестил им не славу и богатство, не приобретение и удовольствие, но – вопреки мечтательным ожиданиям иудеев славного царства Мессии – бедность, бесславие, преследование, изгнание. Они будут гонимы за правду, т. е., по объяснению св. отца, за добродетель и благочестие (св. Иоанн Злат. Беседы на Еванг. от Мф., ч. 1, стр. 277), а посему им заповеданы постоянство и твердость в добродетели, мужество и терпение среди соблазнов и опасностей, угрожающих вере. За потерю земных выгод и покоя они будут вознаграждены в Небесном Царстве наследием нетленным, нескверным, неувядаемым (1Петр. 1:4).

9) Наконец Господь, обращая речь к апостолам, показал, что терпеть поношение особенно свойственно учителям: «Блажени есте, егда поносят вам и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще Мене ради, – пронесут имя ваше, яко зло, Сына человеческого ради, радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех: тако бо изгнаша пророки, еже (беша) прежде вас». Не всякий поносимый достигает этой высокой степени блаженства, но «только тот, кто терпит поношение для Христа и ложно» (Блаж. Феофилакт. Благовестн., ч. 1, стр. 95). Это злословие, переносимое за Христа в смирении духа, приобретает подвижнику великую награду на небесах – «сугубое возмездие, и одно увенчивает его за самое дело, а другое – за клевету». (Преп. Нил Синайский. Твор. св. отц., М. 1858 г., т. 31, Стр. 107).

В противоположность этим блаженствам, принадлежащим истинным ученикам Евангелия, Господь возвестил горе людям горделивым и тщеславным, поставляющим богатство и чувственные удовольствия исключительным предметом своих, желаний, целью всей своей деятельности. (См. кн «Евангельская история о Боге-Слове» прот. П. Матвеевского, СПб. 1890 г, стр. 325–329).

III. Собрание молящихся слезно повторяет, вслед за чтецом или певцом, эти слова Спасителя, возвестившие, кому можно ждать и надеяться на вечную жизнь в будущем веке, кто суть истинные наследники и соучастники Небесного Царства. (Сост. по указ. источн.).

Беседа №7. О малом входе

I. Побеседуем теперь, братия, о малом входе, бывающем во время Божественной литургии после третьего антифона, – о том, как он совершается и что он означает.

II. В то время, когда поются на клиросах сладкие для истинного христианина изречения Спасителя о блаженствах, священник тайно в алтаре читает молитву, в которой просит Господа исполнить прошения рабов Своих, подавая нам в настоящем веке познание Своей истины, а в будущем веке – живот вечный. Тут отверзаются Царские двери. Священник и диакон перед св. престолом делают три поклона. Потом священник, взяв с престола св. Евангелие, подает его диакону, и оба они вместе идут от правой стороны престола позади его и, предшествуемые свечами, выходят из алтаря северными дверями. Став пред Царскими дверями, они преклоняют свои главы. Диакон возглашает: «Господу помолимся», и в то время, когда на клиросе поют: «Господи помилуй», священник за себя и диакона тайно молится Богу о том, чтобы с их входом Господь устроил вход св. ангелов, которые бы вместе с ними служили Ему и прославляли Его благость.

А диакон, став с Евангелием перед священником и показывая правою рукою в алтарь, говорит священнику: «Благослови, владыко, святый вход»; священник, благословляя, говорит: «Благословен вход святых Твоих всегда, ныне и присно и во векги веков», – и целует св. Евангелие. Затем диакон, став посреди Царских дверей и показывая в поднятых руках св. Евангелие, громко возглашает: «Премудрость прости», – и входит вместе со священником в алтарь, в котором полагает Евангелие на св. престоле. На клиросе же в это время поют: «Приидите, поклонымся и припадем ко Христу: спаси ны, Сыне Божий, воскресый из мертвых (в праздники же Богородичные – молитвами Богородицы, в будни и праздники святым – во святых дивен сый) поющия Tи: аллилуия» (т. е. хвала Богу).

Вот, братия, как совершается малый вход. Малым входом он называется в отличие от другого, великого входа, который бывает во время пения Херувимской песни.

а) Как и почему получил свое начало малый вход во время Божественной Литургии? В древности, когда христиане терпели гонения от язычников, св. Евангелие, во избежание нападения от язычников, хранилось не на престоле, а в особой, устроенной при храме, сосудохранительнице, и, когда наступало время читать на Литургии Евангелие, оно износилось оттуда диаконами, предшествуемыми свещеносцами, в среду молящихся и полагалось на престоле. В последствии времени, когда уже гонения на христиан прекратились и св. Евангелие более не скрывалось, а всегда полагалось на престоле, малый вход, т. е. вынос Евангелия, не только не был отменен, но стал сопровождаться еще более торжественными обрядами, какие мы видим и ныне, ибо Св. Церковь придала ему глубокий и поучительный для молящихся смысл.

б) Что же означает малый вход во время Божественной литургии? Он означает явление Господа нашего Иисуса Христа, после тридцатилетнего Его возраста от рождения, на проповедание Евангелия народу и на служение роду человеческому. Я уже говорил вам, братия, что Божественная литургия есть живая, изображаемая в действиях священнослужителей, повесть о земной жизни и делах Спасителя. Спаситель же после Своего рождения от св. Девы Марии до 30 лет пребывал в неизвестности; а когда исполнилось Ему 30 лет, тогда Он начал проповедовать о Царствии Божием и учить народ о том, как нужно людям жить и что делать для того, чтобы быть достойными вступить в Царство Божие. Вот это-то явление Спасителя на проповедь и означает малый вход. Оттого и все, что совершается пред этим входом и во время его, – все, что говорится или поется в это время, напоминает нам о вступлении Спасителя на проповедь Евангелия и на служение Его роду человеческому. Так, Царские двери до малого входа остаются закрытыми, и открывается лишь одна завеса, в знак того, что хотя и совершилось рождение Спасителя, о чем воспоминалось на проскомидии, но из людей немногие знали Его, а еще меньше людей познало в Нем Бога Спасителя. В свящ. песни «Единородный Сыне» молящиеся слышат как бы первую весть о том, Кто есть родившийся от Девы Марии Иисус Христос, для чего Он родился и пришел на землю. Во время пения третьего антифона, или «блажен» мы слышим и ту проповедь о Царствии Божием, с которою Спаситель в первый раз обратился к людям, и о тех блаженствах, которые Он обещает людям, вступившим в это новое Царство. При этом св. Церковь молит Господа, чтобы Он вспомнил и о нас, когда придет в Царство Свое. Выносимое св. Евангелие есть образ Самого Спасителя, грядущего в мир проповедовать Евангелие Царствия Божия. Предносимая св. Евангелию свеча означает свет божественного учения Спасителя, Который Сам есть истинный Свет, просвещающий всякого человека. Глубокий, поучительный смысл, братия мои, имеют при этом слова, громко произносимые диаконом: «Премудрость, прости» (т. е. будьте просты сердцем, или простосердечны); эти слова, произносимые всегда пред чтением св. Евангелия, так же как и других свящ. книг, означают то, что в этой святой книге содержится не только мудрость, но и премудрость, т. е. высшая, Божия мудрость, и потому, чтобы слушать или понять то, что содержится в этой книге, надо быть простым, т. е. евангельскому учению надобно внимать и верить просто, от искреннего сердца, нелицемерно. Впрочем, в понятие слова – «прости» входит и следующее: встаньте со своих мест, стойте прямо, с благоговением и страхом Божиим. Пением свящ. песни «Приидите поклонимся и припадем ко Христу» св. Церковь призывает молящихся поклониться и припасть к стопам явившегося Господа с молитвою: «Спаси нас, Сын Божий, поющих Тебе аллилуия». Видите ли, братия, как неложно обещание Спасителя нашего: «Где соберутся двое или трое во имя Мое, – сказал Он однажды Своим ученикам, там и Я посреди их». Вот теперь мы собрались в храм для молитвы Господу и для прославления Его, стало быть, собрались во имя Его – и Господь с нами; Он присутствует посреди нас невидимо; видимым же образом пришествия к нам служит Его св. Евангелие, с которым священнослужащие входят в св. алтарь во время Божественной литургии. Без сомнения, Господь с нами всегда, во время каждой службы; но во время Божественной литургии – особенно, так как она, по Его завещанию, установлена в воспоминание о Нем, в воспоминание о Его жизни и страданиях на земле. Помните это, братия мои!

Приидите же и поклонимся Христу, чаще приходите в храм Божий, особенно же к Божественной литургии; чаще припадайте невидимо присутствующему среди вас Христу с молитвою о своих нуждах, озлоблениях и огорчениях; припадайте, как дети к Отцу своему, с простотою в сердце; с верою и надеждою на Его милосердие молите Его: «Спаси нас, Сыне Божий, славословящих святое имя Твое». (См. «Костр. еп. вед."1889 г., № 17).

III. Таково высокое, таинственное значение малого входа в Литургии: в нем верующие должны видеть – и действительно очами веры видят – невидимо шествующего в мир для спасения мира Христа Господа. Посему не напрасно священник пред открытием сего молится, да Господь Бог, уставивый на небесех чины и воинства ангел и архагел в служение Своея славы, сотворит со входом нашим входу святых ангелов быти, сослужащих нам, и сославословящих благость Его. Тогда храм подлинно ничем от неба не разнится: здесь присутствует Сам Господь в сонме Своих ангелов, которые действительно вместе с нами служат Ему и прославляют хвалами и песнями духовными Его благость неизреченную.

Не напрасно также святые и богоносные отцы, учредители чина богослужебного, в одной из церковных своих песней написали: «Во храме стояще, на небеси стояти мним». Они не хотели и не могли, по свойству своему, нас обманывать: они знали, что еще задолго прежде их пророк сказал Духом Святым, яко «Господь во святом храме Своем» (Пс. 10:4), и не могли не верить сказанному. Не жалко ли после сего и не прискорбно ли видеть, что многие из нас не приходят к сему времени в храм Божий или, если и приходят, то пропускают его, по привычной своей рассеянности и равнодушию, без должного внимания к совершаемому в нем и без благоговейного поклонения Христу грядущему? Глашатай духовный с Евангелием в руках, исходя из алтаря, вслух всех взывает: «Господу помолимся!» А эти люди не только не молятся, но или, блуждая глазами и мыслями сюду и сюду и не находя для себя предмета достойного, погружаются в бесчувствие сумасбродное, или, вступив в приятный разговор с близ их стоящим соседом своим, до того забываются, что иногда и задняя своя обращают к алтарю Господню (Иез. 8:16) и от громкого говора и грубого смеха не удерживаются. Священнослужители и певцы целым хором троекратно возглашают: «Приидите, поклонимся и припадем ко Христу!» А они, как будто ничего не видя и не слыша, продолжают стоять неподвижно и бесчувственно, как статуи бездушные. Смотря на них, невольно подумаешь, что выя их железная, хребет медяный и сердце каменное. (См. «Собр. Слов» Арсения, митр. Киевского).

О, возлюбленные! Не подражайте таковым: эти люди, продолжая называться христианами, чужды христианства, ибо вместо Христа Бога самим себе и своим страстям и похотям поклоняются. Вы же, как послушные чада Церкви, внимательные к гласу своей матери, всякий раз, как увидите священнослужителей, из алтаря на среду церкви исходящих, и как услышите с одной стороны диакона, призывающего к молитве, а с другой – священнослужителей и певцов, возглашающих: «Приидите, поклонимся, и припадем ко Христу, – со страхом и трепетом, в сокрушении сердечном преклоняйте главы и колена свои пред Христом Богом нашим, и милосердый Господь сотворит милость Свою с вами и воздаст вам благая Своя, ибо »Близок Господь к сокрушенным сердцем, и смиренных духом спасет« (Пс. 33:19). Аминь (Сост. по указ. источн.).

Приложение к беседе № 7

А. Заметка о значении целования св. Евангелия и икон на Царских дверях во время малого входа

Целование иереем сначала Евангелия и потом, при самом входе в алтарь, Царских дверей также имеет свое великое значение: целование есть знамение примирения. Своим целованием иерей и выражает, что мы вечным Словом Божиим – Иисусом Христом, примирились с Богом Отцем, и Он отверз нам вход в Небесное Царство.

Б. Заметка о том, почему к блаженствам присоединяются во время малого входа тропари преимущественно из 3 и 6 песни канона

Тропари присоединяются к блаженствам для того, чтобы показать, что учение Спасителя о блаженствах действительно исполнилось и оправдалось в жизни угодников Божиих, изображенной в тех тропарях. Почему читаются тропари именно третьей и шестой песни канона – причина этому следующая: известно, что третья песнь канона, имеет основанием молитву св. Анны, матери пророка Самуила, изображает состояние Церкви, прежде неплодной, а ныне веселящейся о чадах своих, – почему тропари третьей песни и положено читать с тою целью, чтобы выразить тем, что до явления Спасителя на проповедь, знаменуемого малым входом, Церковь была неплодною, а с пришествием Его начала приносить обильные плоды. Шестая же песнь, заимствующая содержание свое из песни Ионы пророка, прообразовавшего собою тридневное воскресение Спасителя, показывает каким образом совершилось плодоносие Церкви, и вместе содержит моление, да избавимся и мы, подобно Ионе пророку, от всех волн и опасностей житейского моря.

Беседа № 8. О тропарях и кондаках по малом входе, о пении трисвятой песни и приготовлении верующих к пению ее

I. В прошедшей беседе я объяснял вам, братия мои, что означает во время обедни вход в алтарь со св. Евангелием, названный малым в отличие от великого входа, который бывает со Св. Дарами во время Херувимской песни. Именно я говорил вам, что изнесение из алтаря св. Евангелия означает исшествие Господа Иисуса Христа на проповедь; что по этому самому и читаются на малом входе те блаженства, которыми Иисус Христос начал Свою проповедь людям; что по этому самому и на клиросе поется песнь: «Приидите, поклонимся и припадем ко Христу», чтобы мы поклонились в это время св. Евангелию, как бы Самому Господу Иисусу Христу, явившемуся нам.

II. Теперь продолжу свое объяснение Божественной литургии и скажу вам о пении тропарей и кондаков на малом входе, о пении Трисвятой песни, или песни «Святый Боже».

а) По входе в алтарь со св. Евангелием поются или читаются так называемые тропари и кондаки, или, иначе сказать, краткие песнопения в честь Господа Иисуса Христа, Божией Матери и святых. Когда поются и читаются тропари и кондаки в честь Господа Иисуса Христа, то они составляют дополнение к песни «Приидите, поклонимся». А когда поются и читаются тропари и кондаки в честь Божией Матери и святых, то этим Церковь напоминает нам, что мы должны поклоняться не только Самому Господу Иисусу Христу, но и Его св. угодникам, чтя в них силу и благодать Самого Господа Иисуса Христа, потому что все святые достигли своей святости и близости к Богу не иначе, как силою Господа Иисуса Христа, их укрепляющего.

б) Далее поется трисвятая песнь, называемая ангельскою: «Святый Боже, святый Крепкий, святый Безсмертный, помилуй нас». Для чего поется эта песнь? Для того чтобы мы знали, что во время Литургии вместе с нами соединяются и ангелы, которые со священником невидимо окружают престол Божий и предстоят пред Господом. Объясню вам сначала смысл этой песни. Почему песнь «Святый Боже» называется трисвятою? Потому, что в ней трижды употребляется слово «святый». А трижды слово «святый» употребляется в ней потому, что она поется в честь Св. Троицы. Слова «святый Боже» относятся к Богу Отцу. Бог Отец называется Богом, потому что Он есть исконное начало Божества: от Него предвечно рождается Сын Божий и исходит Дух Святый. Слова «святый Крепкий» относятся к Богу Сыну. «Крепким», или сильным, Он называется потому, что все в мире сотворено чрез Него и все Им держится. Слова «святый Безсмертный» относятся к Богу Духу Святому. Дух Святый называется «безсмертным» потому, что Он есть источник жизни для всего сотворенного, особенно же источник благодатной жизни и бессмертие для всех людей. Слово святый прибавлено к каждому лицу Пресвятыя Троицы потому, что все три Лица Св. Троицы – и Бог Отец ,и Бог Сын, и Бог Дух Святый – имеют одинаковую святость, одинаковую честь и достоинство: нет между ними ни первого, ни последнего; но все три Лица равны между Собою, и каждое Лицо Св. Троицы одинаково должно назвать Богом святым, крепким и бессмертным. Почему ко всем трем Лицам Св. Троицы вместе сказано «помилуй нас», а не «помилуйте нас», как бы следовало по-видимому? Потому, что Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святый есть в существе Своем один триединый Бог, во Св. Троице покланяемый.

Теперь, братия мои, скажу вам о происхождении этой песни и о том, как она поется во время Литургии. Песнь «Святый Боже» названа ангельскою потому, что ее переняли, или заимствовали, люди от ангелов, которые, окружая престол Божий на небе, постоянно воспевают эту песнь. А заимствована эта песнь и внесена в состав Литургии в 6-м столетии после Рождества Христова – и вот по какому случаю. В городе Константинополе и соседних с ним землях было страшное землетрясение, от которого разрушались храмы, стены и дома. По случаю этого землетрясения, царь и патриарх, при бесчисленном стечении народа, стали совершать на площади общественное моление с крестным ходом для отвращения гнева Божия. Во время этого моления, в глазах всего народа, один отрок вдруг невидимою силою поднят был на небо. Немного времени спустя, отрок этот снова невидимою силою, к большему изумлению народа, поставлен был невредимым на прежнее место. И вот этот-то отрок поведал, что когда он был на небе, то слышал, как ангелы воспевали чудную песнь Богу: «Святый Боже, святый Крепкий, святый Бессмертный». Услышав это, и весь народ тотчас воспел эту ангельскую песнь с прибавлением слов «помилуй нас». – И землетрясение тотчас прекратилось. С этого времени эта песнь вошла не только в состав Божественной литургии, но стала употребляться и во всех повседневных наших молитвах. Даже по смерти нашей, когда провожают бездыханное наше тело в могилу, положено петь эту песнь.

в) В церкви во время Литургии не иначе поется эта песнь, как с особенным приготовлением. И оно необходимо для нас: грешные мы люди, нечистые у нас уста. Пророк Исаия удостоился видеть однажды Господа, сидящего во храме или над храмом на величественном престоле. Пред престолом были серафимы, из которых каждый имел по шести крыл: двумя они закрывали лица свои, двумя прикрывали ноги и двумя летали и взывали друг другу: «Свят, свят, свят Господь Саваоф! Вся земля полна славы Его». Все здание храма колебалось от славословия ангелов. Исаия смутился, увидев вдруг Бога Вседержителя, окруженного серафимами. Он желал было и сам принять участие в ангельском пении, но не осмелился на это, помыслив, что его нечистые уста недостойны воспевать хвалу Богу вместе с безгрешными и чистейшими серафимами. Он только мог проговорить: «Жалкий я человек! Стою на краю погибели. Уста мои недостойны, и живу я среди людей с нечистыми устами». Тогда Господь повелел одному из серафимов очистить Исаию прикосновением к устам его горящего угля, чтобы он мог славословить Господа. Подобное сознание недостоинства и нечистоты и мы, братия, должны испытывать при пении ангельской песни пред св. престолом Божиим, на котором невидимо присутствует Сам Господь, окружаемый небесными силами и готовящийся в пречистых Тайнах принести Себя в жертву за спасение наше. И мы более, чем Исаия, должны сказать: «Жалкие мы существа, что уста наши слишком нечисты, чтобы воспевать Господа вместе с чистейшими бесплотными силами», – и более чем Исаия, мы нуждаемся в очищении благодатью Божиею для воспевания Трисвятой песни. Поэтому-то священник, как ходатай пред Богом за молящийся народ, тотчас по входе в алтарь с св. Евангелием, от лица всего народа тайно читает молитву пред престолом, в которой молит Господа, чтобы Он, воспеваемый от серафимов и от всей небесной силы покланяемый, сподобивший нас предстать пред славою Его святого жертвенника, не только принял от уст нас, грешных, Трисвятую песнь, но и простил нам всякое согрешение вольное и невольное, подобно Исаии, освятил наши души и тела и чрез то соделал достойными прославлять Его, Святейшего, Трисвятою песнью.

При окончании молитвы диакон напоминает священнику о наступлении времени трисвятой песни и просит на это благословения от священника: «Благослови, владыко, время трисвятого», говорит он Священник благословляет диакона, возглашая вслух последние заключительные слова своей тайной молитвы: «Яко свят еси Боже наш, и Тебе славу возсылаем Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне и присно»; окончание возгласа: «И во веки веков» он предоставляет возгласить диакону. (А когда священник служит один, то слова «И во веки веков» договаривает сам). Диакон выходит из алтаря Царскими вратами, и, прежде чем скажет эти слова, обратившись к иконе Спасителя, говорит: «Господи, спаси благочестивыя и услыши ны», и потом уже, когда на клиросе снова пропоют эти слова, обратившись к народу, доканчивает возглас священника: «И во веки веков», в то же время давая орарем знак к начатию трисвятой песни. И вот уже, после всех этих приготовлений, и поется ангельская песнь «Святый Боже, святый Крепкий, святый Безсмертный, помилуй нас». Слова диакона: «Господи, спаси благочестивыя и услыши ны», вставленные пред окончанием возгласа священника, служат окончательным приготовлением молящихся к пению трисвятой песни и выражают краткое содержание всей тайной молитвы священника, читаемой пред началом трисвятой песни. Как в молитве священник просит Господа, чтобы Он призрел на нас, грешных, дерзающих воспевать Ему трисвятую песнь, и принял ее от нас, так и диакон словами: «Господи, спаси благочестивыя и услыши ны» – просит Господа, чтобы Он спас благочестивых, т. е. не осудил, не погубил их, дерзающих воспеть Ему трисвятую песнь, но милостивно услышал их пение. (См. Костр. еп. вед. 1889 г. № 8).

III. О, братия-христиане! Какую чистоту ума и сердца должны иметь мы, чтобы быть участниками в божественной службе и славословить Бога! Судите же сами, как недостойны этого бывают те из нас, которые во время этой службы стоят небрежно, рассеянно или занимаются разговорами! Аминь. (Сост. по указ. источн.).

Приложение к беседе № 8. Свод святоотеческих объяснений о пении Трисвятого

«По окончании антифонов поется трисвятая песнь, возвещая божественную Ипостась Сына, равно как и Самого Отца, и животворящего Духа. Различая свойства лиц Пресвятые Троицы, относят слова святый Боже – к Отцу, святый Крепкий – к свойству ипостаси Сына и Слова, а святый Безсмертный – обращают к ипостаси единосущного и животворящего Духа»29. «Святый Боже, – Боже, то есть Отче; святый крепкий, – то есть, Сыне и Слове: ибо Он связал крепкого (Мф. 12:29), восставшего на нас, т. е. диавола; святый бессмертный, т. е. Душе Святый, животворящий, помилуй нас"30. Таким образом в Трисвятой песни слова «святый Боже» разумеем об Отце; однако ж не Ему одному приписываем имя Божества, но исповедаем Богом и Сына и Святого Духа Слова «святый Крепкий"относим к Сыну; однако же не отнимаем крепости у Отца и Св. Духа. Слова «святый Бессмертный» относим к Духу Святому, однако ж не представляем, чтобы Отец и Сын не имели бессмертия».31

«Слова этой трисвятой песни вкратце произносил еще Давид: «Возжада, говорит он, душа моя к Богу крепкому, живому» (Пс. 41:3). А с другой стороны, чем отличается от воспеваемого нами «Трисвятого» изглаголанная Исаиею серафимская песнь, совокупляющая три раза «Свят» при одном имени Господа (Ис. 6:3)?32 Называется же эта песнь трисвятою по троичному числу лиц, поелику троекратно «святый» прилагается к каждому из трех лиц единого Божества, ибо каждое из них есть и святое, и крепкое, и бессмертное существо и естество трех – одно. Этими краткими словами хорошо выражается мысль великого богослова, говорящего так: помыслю об одном, и осияваюсь тремя; стану разделять три, и вознесусь к одному».33 «Представь, в какие посвящен тайны ты, посвященный в них, с кем вместе ты возносишь таинственную песнь, с кем взываешь трисвятое. Научи находящихся вне, что ты ликовал вместе с серафимами, что ты принадлежишь к высшему сонму, что ты причислен к лику ангелов, что ты беседовал с Господом, что ты обращался со Христом».34

Беседа № 9. На слова: «Господи, спаси благочестивыя, и услыши ны»

I. При так называемом малом входе, как только священнослужащие войдут в алтарь, к св. престолу, диакон, приняв благословение от священнодействующего и став пред иконою Спасителя, на правой стороне Царских врат, громогласно восклицает: «Господи, спаси благочестивыя и услыши ны".

II. Кто эти благочестивые, которых св. Церковь просит спасти? Кого вы, слушатели, в мыслях имеете при этом возглашении диакона? Если вы бывали за служением архиерейским, то, без сомнения, знаете, кто эти благочестивые, потому что тогда они подробно и поименно исчисляются. Именно, эти благочестивые суть: Благочестивейший Государь Император и вся Его Высочайшая Фамилия, Святейший Синод и архиереи, синклит, военачальники, градоначальники, христолюбивое воинство, а потом и все православные христиане.

Люди должностные, видите, как попечительна о вас св. Церковь, как дорого ценит она ваши обязанности! Лишь только священнослужащие войдут в святой алтарь, чтоб молиться там пред св. престолом о спасении всех, то после царей и архиереев они молится об вас, о вашем спасении. Таким образом, можно сказать, первая молитва Церкви пред св. престолом за вас.

Значит, ваши должности, ваши обязанности, каковы бы ни были, нимало не удаляют вас от Царства Небесного, немало не препятствуют вашему вечному спасению, – и вы наряду с другими, наряду с подвижниками благочестия, наряду с постниками и воздержниками спасетесь.

Таким образом, и для вас ваше вечное спасение должно быть вашим первым делом, первою вашею заботою. Невнимание и равнодушие ко спасению ни в ком не извинительны: никакое звание не избавляет христианина от его христианских обязанностей. Всякое звание пред Богом хорошо, свято, когда мы в нем свято пребываем; и никакое звание не избавит нас от ответственности за небрежение о спасении, потому что во всяком звании спастись можно, и, следовательно, спасаться должно.

III. Итак, не забывайте, что св. Церковь за вас молится; веруйте в эту простую, но утешительную для вас истину, веруйте, – без вашей веры в св. Церковь и молитва Церкви за вас мало принесет пользы вам. Но, не забывая и веруя, что св. Церковь за вас молится, не забывайте ваших обязанностей, не пренебрегайте вашими должностями; веруйте, что Господь поручил вам ваши должности, возложил на вас ваши обязанности для вашего вечного спасения. Вы спасетесь, если будете верно исполнять ваши дела по службе; вы исполните дела ваши верно, если будете стараться о том, ибо св. Церковь своими молитвами за вас поможет вам. Аминь. (Из «Полн. собр. поучен.», прот. Р. Путятина, изд. 22-е).

Беседа № 10. О чтении Апостола

I. Из прошедшей беседы моей вы, братия, узнали о пении во время Литургии Трисвятой песни. Я говорил вам, что эта песнь называется «Трисвятою» потому, что в ней воспевается святость трех лиц св. Троицы. Я говорил вам также, что люди чудесным образом научились этой песни от ангелов, почему она и называется еще ангельскою песнью и почему св. Церковь научает нас петь и слушать эту песнь с особенным благоговением и приготовлением, испрашивая нам у Господа очищение от грехов. Теперь, продолжая объяснение вам о Божественной литургии, я скажу о чтении апостола.

II. Надобно вам заметить, братия, что древние христиане, собираясь в церковь на молитву, посвящали много времени на чтение священных книг. Читали они и книги Ветхого Завета, и книги Нового Завета. Так же было у них и во время Божественной литургии. Но с течением времени христиане стали тяготиться продолжительностью службы церковной, а потому св. отцами и положено было читать во время Литургии только книги Нового Завета, т. е. апостол и Евангелие. Апостол – это такая священная книга, в которой находится, во-первых, книга «Деяний апостольских», повествующая о жизни св. апостолов и о распространении ими веры Христовой после вознесения Иисуса Христа на небо, и, во-вторых, послания (или письма) св. апостолов к христианам основанных ими Церквей, разъясняющие истины Евангельского учения. А Евангелием называется книга, в которой содержатся четыре повествования о жизни и учении Спасителя, написанные свв. апостолами: Матфеем, Марком, Лукою и Иоанном. Из этих-то священных книг и читаются на Литургии краткие чтения, называемые апостолом и Евангелием. Полагая чтение апостола прежде чтения Евангелия, св. Церковь тем внушает нам, что Евангельское учение должно быть понимаемо нами так, как изъясняли его св. апостолы. На каждой Литургии Церковь в своем уставе положила читать свои особые чтения из апостола и Евангелия, свой особый апостол, свое особое Евангелие. Есть апостолы и Евангелия, читаемые па Литургиях воскресных, – в каждое воскресенье свои особые, такие особые апостолы и Евангелия читаются в каждый из двунадесятых праздников, в праздники Богородичные, дни, посвященные памяти пророков, апостолов, святителей, мучеников, священномучеников, мучениц, преподобных и т. д. и даже на каждый день недели. В чтениях из апостола и Евангелия говорится или что-либо о воспоминаемом в известный день событии, или что-либо имеющее отношение к воспоминаемым св. Церковью угодникам Божиим. Так, напр., в праздник Введения во храм Пресвятыя Богородицы в чтении из апостола вы слышите повествование св. ап. Павла об устройстве ветхозаветного Храма или скинии (Евр. 9:17), – прообразе Богоматери, а в Евангельском чтении повествуется о том, как одна жена, слушая учение Иисуса Христа, воскликнула: «Блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, от которых Ты питался» (Лк. 11:27–28). В день святителя Николая чудотворца и дни памяти святителей апостол читается о том, чтобы каждый христианин повиновался и покорялся своим духовным наставникам – пастырям Церкви и молился о них, ибо они неусыпио пекутся о душах христианских, как обязанные дать отчет за них Богу (Евр. 13:17–21), а в Евангельском чтении вы слышите ясное указание на добродетели святителя Николая – смирение, кротость и нищету, которыми он стяжал блаженство праведников (Лк. 6:17–23). В день памяти святых мучеников в чтении из «апостола» указывается на свойства той великой любви к Богу, которая укрепляла мучеников в их подвигах: «Кто нас разлучит от любви Божией? – говорит как бы от лица всех мучеников св. ап. Павел. – Скорбь ли, теснота ли? Или гонения, или голод, или нагота, или опасность, или меч?» (Рим. 8:29–36). В Евангельском же чтении в эти дни читается пророческое предсказание Спасителя о всех Его последователях: «Предадут вас, – говорил Он Своим ученикам, – в судилища и на собраниях своих будут бить вас... И будете ненавидимы всеми за Мое имя. Но претерпевший до конца спасется» (Мф. 10:16–22). Так, братия, стройно и согласно устроено св. Церковью все к нашему назиданию и научению!

Объясню вам теперь порядок, в котором происходит на Божественной литургии чтение апостола.

По окончании пения трисвятой песни священник и диакон отходят к горнему месту (или высокому месту). Это место за св. престолом, у задней, восточной стороны алтаря. В тех храмах, где служит архиерей, на этом месте устрояется на возвышении кафедра или, по-нашему, седалище для архиерея, на котором он и садится во время чтения апостола и стоит во время чтения Евангелия. В духовном смысле горнее место означает небесный престол Самого Иисуса Христа, с которого Оп невидимо преподает молящимся Свое благословение. Поэтому священник, отходя после Трисвятой песни к горнему месту, и говорит, обращаясь к Самому Иисусу Христу: «Благословен еси на престоле славы Царствия Твоего, седяй на херувимех, всегда, ныне и присно и во веки веков». Стояние священника около этого горнего места обозначает то, что священник есть ближайший служитель и споспешник Самого Иисуса Христа, облеченный Его властью, и действует в Церкви от Его имени.

Перед самым чтением апостола диакон возглашает: «Вонмем», т. е. будем внимать том, что будет читано; священник же возглашает: «Мир всем», т. е. пусть будет в душе всякое спокойствие, не возмущаемое никакими заботами или земными помыслами, дабы учение апостольское легче вошло в нашу душу и глубже напечатлелось в ней.

Чтец, вышедший на средину церкви для чтения апостола, на это возглашение священника отвечает: «И духови твоему», т. е. да будет мир и в душе твоей.

После этого диакон снова возглашает: «Премудрость», т. е. в предстоящем чтении из апостола содержится высшая мудрость, требующая глубокого внимания; а чтец говорит прокимен, т. е. стих, взятый большею частью из псалтири и заключающий в себе указание на смысл воспоминаемых в известный день; праздничных событий или памяти святых. Напр., в праздники Богородичные говорится прокимен песнь Богородицы: «Величит душа Моя Господа», в праздники святым: «Дивен Бог во святых Своих" или: "Возвеселится праведник о Господе" и т. д.

Когда прокимен пропоют на клиросах три раза, тогда диакон снова возглашает: «Премудрость», и чтец, вогласивши из какого послания апостольского будет он читать, читает самый апостол, при чем начало чтение снова предваряется возгласом диакона: «Вонмем». По окончании чтения апостола, во время коего совершается каждение, священник приветствует чтеца словами: «Мир ти», на которые чтец отвечает: «И духови твоему». Затем тотчас же начинается приготовление молящихся к слушанию св. Евангелия. (См. «Костр. еп. вед.», 1889 г., № 9).

III. В заключение объясним некоторые символические действия, употребляемые при чтении апостола:

1) Предшествует чтение апостола чтению Евангелия в означение собственно того, что апостолов предварительно посылал Спаситель приготовлять народ к проповеди Евангельской – «Послал их, – сказано, – по два пред лицем Своим» (Лк. 10:1; Мф. 10:5–8), и что чрез их посредство, их преемниками, приводимся мы в благодатное Царство Христово.

2) Отшествием священника к горнему месту и потом седением близ него знаменуется, что Иисус Христос, проповедуя на земли, в то же время по Божеству Своему пребывает на небе одесную Бога Отца, а оттуда в лице священника, как бы призирает на Свою Церковь.

3) А каждением всего храма выражается та мысль, что благодать св. Духа, разлившись чрез проповедь Евангельскую во все концы мира, благоухала сердца человеков вонею разума Христова (2Кор. 2:14–15).

4) При чтении апостола диакон и народ предстоят, а епископ и пресвитеры, как принявшие апостольскую власть учить, священнодействовать и управлять, сидят. При чтении же Евангелия все стоят, открыв и преклонив главы, в знак особенного благоговения и послушания Иисусу Христу, Который есть один Глава Церкви. (Сост. с дополн. по указан. источн.).

Беседа № 11. О чтении Евангелия

I. Вслед за чтением апостола начинается приготовление к чтению Евангелия. Приготовление это начинается протяжным пением троекратного аллилуия. «Аллилуия» – еврейское слово и означает: «Хвалите Бога». Пением этого слова, как в Ветхом, так и в Новом Завете издавна оканчивалось пение псалмов, как ныне оканчиваются многие церковные песни. Весьма прилично пение этого слова возглашается во время Литургии, пред той минутой, когда молящиеся готовятся в образе св. Евангелия, износимого из алтаря, узреть Самого Господа Иисуса Христа и услышать Его Божественный голос в св. Евангелии. Как подданные обыкновенно громкими восклицаниями всегда встречают своего царя, к ним приближающегося и готового обрадовать их милостивым царским словом, так и мы теперь приветствуем громогласным «Аллилуия» Иисуса Христа, Царя нашего, пред той самой минутой, когда Он, прежде принесения Себя в жертву в пречистых Тайнах, с высоты Своего престола предстанет пред иами и изречет Свое Божественное слово.

II. Во время пения «аллилуия» по уставу совершается каждение, хотя обыкновенно оно начинается ранее, еще во время чтения апостола. Это каждение совершается для того, чтобы Господь, грядущий к молящимся в образе св. Евангелия, принял от них радостное приветствие, как благоухание кадила, и чтобы благодать Духа Святого, означаемая теперь веянием дыма кадильного озарила сердца молящихся к уразумению читаемого Евангелия. Сообразно этому священному действию, священник читает тайно молитву, чтобы Господь озарил сердца молящихся светом Своего богоразумия и отверз мысленные очи их к уразумению Евангельской проповеди. Необходима, братия, для нас теперь и эта молитва; ибо для того, чтобы слово Божие было живо и действенно в сердцах наших, нужна особенная благодать Божия, которая бы озарила и согрела их, подобно тому как земля тогда только произращает семя, когда бывает согрета и освещена лучами солнечными.

Пред самым чтением Евангелия диакон испрашивает у священника благословение своему благовествованию, говоря: «Благослови владыко, благовестителя святаго славного и всехвальнаго апостола и евангелиста такаго-то»; священник благословляет его словами: «Бог молитвами святого славного и всехвального апостола и евангелиста такого-то да даст тебе Глагол благовествующему силою многою, во исполнение Евангелия возлюбленного Сына Своею Господа нашего Иисуса Христа», т. е. Бог по молитвам такого-то Евангелиста да вложит в твои благовествующие уста слово, облеченное силою свыше, чтобы слушающие твое чтение исполняли Евангельские наставления возлюбленного Сына Его, Господа нашего Иисуса Христа.

После этого диакон выходит со св. Евангелием из алтаря, в преднесении свечи, означающей свет Евангельского учения, и полагает его на аналое, перед которым ставится свеча.

Священник же, став в Царских вратах и обращаясь к народу, говорит: «Премудрость, прости, услышим святаго Евангелия»; и благословляя народ, прибавляет: «Мир всем», т. е. пред вами Божия мудрость; с сердечною простотою и нелицемерно слушайте чтение св. Евангелия. Народ устами певцов ответствует: «И духови твоему». Таким образом, священнослужитель и народ верующий взаимно преподают и приемлют в сердца свои мир Божий, столько потребный для приятия и укоренения в нас благовестия Христова: ибо и человеческое слово в полном своем виде и объеме не может войти в душу неумиротворенную и встревоженную, а тем более слово Божие, по самому свойству своему, от нее отличающееся, и потому естественно нелегко в нее входящее.

Не подумайте, впрочем, возлюбленные о Господе чада и братия, чтобы все это было не больше, как только обрядовою обстановкою, придуманною только для того, чтобы разнообразными действиями, взаимно сменяющимися, придать богослужению вид большей торжественности и в то же время занять воображение и поддержать внимание. О, нет, нет. Чиноположение православного богослужения, и особенно Литургии, как несомненное произведение самих апостолов и мужей апостольских, или, по духу своему, весьма близких к ним, и потому Церковью к лику святых причисленных, во всецелом и неповрежденном виде, без всяких изменений, до нас дошедшее, чуждо подобных прикрас искусственных, да и не имеет в них нужды, будучи само в себе и благолепно, и величественно, и занимательно, и привлекательно для имеющих очи видеть и сердце разуметь. Но все, что ни есть в нем, до малейших подробностей, все это принято, или допущено в него вследствие необходимости, основанной на духовной нашей потребности.

Такого же именно происхождения и свойства и предуготовительные к чтению апостола и Евангелия слова и действия, вошедшие в состав Литургии: в них главная и господствуюшая мысль есть та, что благовестие Христово, при всей внутренней своей силе и беспримерном достоинстве, может быть, по обыкновенной немощи человеческой и по случайным причинам, бессильно и бесплодно и в устах самого благовестника, и в сердцах слушающих его, – что оно не раз было таковым даже и в то время, когда исходило непосредственно из уст Самого Христа Спасителя и Его апостолов, так что Он о наибольшей части Своих слушателей сказал некогда: «Сбывается над ными пророчество Исаиино, которое говорит: слухом услышите – и не уразумеете; и глазами смотреть будете – и не увидите, ибо огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули,, да не увидят глазами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их» (Мф. 13:14–15); и потом вообще заметил: «Всякому слушающему слово о Царствии и не разумеющему, приходит лукавый, и похищает посеянное в сердце его» (ст. 19). Этого мало: сами апостолы, хотя всегда, кажется, усердно и внимательно слушали своего небесного Учителя, нередко оказывались непонимающими или превратно понимающими слово Его. Сколько, например, раз Он предсказывал им о Своей Крестной смерти и тридневном воскресении; и однако же они поняли это не прежде, как уже по совершении события, подвергшись до того времени тяжким искушениям и едва не отпадению от веры.

III. В предупреждение сего-то именно несчастия, и с нами тем более возможного, чем менее мы похожи на апостолов, св. Церковь так осторожно и заботливо и приступает к воспроизведению Евангельского благовествования чрез своих служителей, признавая тем открыто, что без благодатной помощи свыше оно не может быть плодоносно; а эта помощь, как известно, подается только усердно просящим, благоговейно и благочестно – всегда и везде, а тем более во храме при слушании слова Божия, – ведущим себя и во всем строго внимательным к себе (Лк. 11:9. Ин. 9:31). И для того Церковь как будущего благовестника, так и всех нас, его слушателей, ограждает и напутствует и благословением, и молитвою, и напоминанием, и подтверждением, и умиротворением души, и возбуждением сердца. Коль скоро все мы будем послушны гласу матери нашей Церкви и верно исполним ее увещания, то и слово благовестника будет произнесено действительно силою многою и нами будет верно услышано и твердо принято, «принесет много плода» в нас и чрез нас (Ин. 12:24): ибо в таком случае Сам Господь отверзет нам, как и апостолам, по Своем воскресении, «Отверз Он ум к уразумению Писаный» (Лк. 24:45), или – как Лидии порфиропродательнице «отверзе сердце ее внимать тому что говорил Павел» апостол (Деян. 16:14). Аминь. (Сост. с дополн. по «Собр. слов, бесед и речей» Арсения, митр. Киевск., ч. IV, изд. 1874 г.).

Приложение к беседам №№ 10 и 11 Свод святоотеческих объяснений о чтении Апостола и Евангелия

«После Трисвятой песни читается книга апостольская и диакон говорит: «Вонмем», т. е. послушаем, станем внимать все».35

«Диакон, от лица всех, стоит и, громко восклицая, говорит: «Вонмем», и это неоднократно. Этот глас, который он произносит, есть общий глас Церкви».36 «Священник благословляет народ, говоря: мир всем, т. е. будьте в мире друг с другом, предстоя божественной трапезе».37

«Читается, в связи с чтениями из Ветхого и Нового Завета, так называемый прокимен, который по справедливости назван так, потому что он предлежит образам новозаветной благодати; он указывает на откровение пророческое и предуказание пришествия Христа Бога. Вслед за сим выступает ап. Павел, как некий началовождь, и предлагает народу свое учение, или, точнее, предлагает чтение Деяний и посланий апостольских. Он (Иисус Христос) сказал им (апостолам): «Идите за Мною и Я сделаю вас ловцами человеков» (Мф. 4:19).38

«Чтец, вышедши, наперед говорит, чья книга, какого именно апостола, а потом и произносит его изречения, дабы вы лучше заметили их и знали не только содержание, но и причину написания, и то, кто сказал это».39

«В день Креста мы читаем все относящееся ко Кресту; а в Великую Субботу опять о том, что Господь наш был предан, распят, умер по плоти, погребен. Почему же Деяния апостольские мы читаем не после Пятидесятницы, когда они происходили и начались? Почему Деяния апостольские мы читаем не в те самые дни и не в то время, в которое они совершались, но предупреждаем это время? Не тотчас после того, как воскрес Христос, апостолы стали совершать чудеса, но сорок дней Он пребывал с ними на земле, по прошествии сорока дней восшел к Отцу на небеса; прошли еще десять дней, и уже по исполнении Пятидесятницы послан был Дух Святый; тогда они и начали творить чудеса.

Остается решить вопрос: почему Деяния апостольские читаются в Пятидесятницу? Если бы апостолы тогда начали совершать знамения, то есть по воскресении Господа, то тогда и следовало бы читать эту книгу: как относящееся ко Кресту мы читаем в день Креста, равным образом относящееся к воскресению – в день воскресения, и в каждый праздник читаем относящееся к этому празднику. Так следовало бы о чудесах апостольских читать во дни апостольских знамений. Почему же мы не тогда читаем о них, но тотчас после Креста и воскресения? Тотчас после Креста мы возвещаем воскресение Христово, а доказательством воскресения служат знамения апостольские; знамения же апостольские излагаются в этой книге Деяний. Таким образом, чем особенно подтверждается истина воскресения Господня, то отцы установил и читать тотчас после Креста и живоносного воскресения. И то, что именем Его совершались знамения, было лучшим и яснейшим доказательством (воскресения), нежели явление Самого Воскресшего. Слышать слова ап. Петра: “Во имя Иисуса Христа встань и ходи” (Деян. 3:6), значило не меньше, как и видеть Самого Воскресшего. Народ, услышав Петра, сказавшего хромому: “Во имя Иисуса Христа встань и ходи”, уверовал во Христа в числе трех тысяч, а потом в числе пяти тысяч мужей. Увидев знамение, и враги уверовали».40

«Чрез чтение Деяний или посланий апостольских открывается призвание апостолов и назначение их».41

«Бывает чтение апостольских (писаний). Во время чтения их сидят архиереи и священники, но без диаконов, так как и они (иереи) имеют благодать апостольскую».42

«Премудрость – слово Божие. Прости, услышим святого Евангелия, то есть да возносим сердца наши вместе с попечениями над всем земным и да уразумеем откровение благ».43 «Вслед за возглашением мира, священным уставом Святой Церкви постановлено быть божественному чтению святого Евангелия».44 «Веруя в премудрость и слово Божие, все вопием: “Слава Тебе, Господи”. Потом опять Дух, чрез человека взывает: “Вонмем” – внимайте, т. е. слушайте Его.45

«Диакон, взяв пречистое Евангелие, восходит с сим божественным законоположением на амвон, раскрывает законоположение (Евангелие) и возвещает его народу».46

Четыре Евангелия соответствуют четырем главным ветрам: восточному, западному, южному и северному. Иначе: четыре Евангелия соответствуют четверовидным животным (которые были видены пророком Иезекиилем 1:10), на которых почивает Бог всяческих. Первое животное подобное льву, второе подобное тельцу, третье, – имеющее лицо человеческое, четвертое подобное летящему орлу. Сим животным соответствуют и Евангелие. Орел – это Евангелие от Иоанна, которое возвещает о владычественном и славном рождении Сына Божия от Отца, говоря: «В начале было Слово, все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть». Телец – это Евангелие от Луки, которое, представляя отличительные свойства священнического служения, начинает повествование со священника Захарии, говоря: «Как уже многие начали составлять повествования» и т. д. Матфей возвещает о рождении Господа по человечеству, говоря: книга родства Иисуса Христа и т. д. Это Евангелие человекообразно. Марк, изображаемый со львом, начинает от пророческого духа, говоря: «Начало Евангелия Иисуса Христа, как написано у пророков».47

О пользе чтения или слушания божественных Писаний (Евангелия и апостола) св. отцы и учителя Церкви так говорят: «Божественные Писания, подлинно, подобны лугу. Как на лугу цветы хотя различны, но все прекрасны, и каждый из них привлекает к себе глаза зрителя, точно то же можно видеть и в божественных Писаниях. Ибо и блаженный Давид привлекает к себе ум наш, и апостольское слово, и Владыка их Иисус».48

«Кто будет постоянно приходить сюда (во храм), тому, хотя бы он не читал дома, а внимал только тому, что здесь говорится, достаточно и одного года, чтобы приобрести великую опытность (в Писании)».49

«Прошу и умоляю, – продолжает св. Иоанн Златоуст, – старайтесь не о том только, чтобы приходить в церковь, но чтобы отходить и домой, получив какое-нибудь врачевство против своих страстей, чтобы от Писаний заимствовать соответственные врачевства. Например, предается ли кто гневу? Пусть внимает чтению Писаний и непременно найдет (врачевство) в поучениях, когда говорится: устремление ярости его падение ему (Сир. 1:22), и муж ярый не благообразен (Притч. 11:25), и тому подобное и еще: муж язычен не исправится (Пс. 139:12). Также Иисус Христос (говорит): «Гневающийся на брата своего напрасно» (Мф. 5:22). Одержим ли кто сребролюбием? Пусть послушает. Иисус Христос говорит: «Не можете Богу работать и мамоне» (Мф. 6:24), и апостол Павел: «Корень всех зол есть сребролюбие» (1Тим. 6:10), и пророк Давид: «Когда богатство умножается, не прилагайте сердца» (Пс. 61:11) и много тому подобного. Гордится ли кто? Пусть послушает: Бог гордым противится (Иак. 5:5), и начало греха – гордыня (Сирах. 10:15). Вообще, – ибо невозможно перечислить всего, – пусть каждый избирает из божественных Писаний врачевство для своих ран, если не все вдруг, то часть сегодня, часть завтра и таким образом очистит все. И касательно покаяния и исповедания грехов, и милостыни, и кротости, и целомудрия, и касательно всего найдешь (там) много примеров. «А все что писано было прежде, написано нам в наставление», – говорит апостол (Рим. 15:4). Если же в них все говорится для нашего наставления, то станем внимать им, как следует внимать».50

Беседа № 12, изъясняющая ектению об усопших

I. После чтения Евангелия бывает сугубая ектения, которою св. Церковь внушает нам прилежно молиться, по братской любви друг к другу, обо всех наших ближних, живых и умерших.

Если бывает приношение о усопших, говорится в церковной книге, называемой «Служебником», т. е. когда служится Литургия по усопшим, то после ектении «Рцем вси» бывает и ектения об усопших и тайная молитва за них. Побеседуем и об этой ектении.

Нигде, братии мои, так живо не чувствуется та святая истина, что смерть наша телесная не есть уничтожение, а только видоизменение нашего бытия, что умершие наши так же живы пред очами Божиими, как и мы, и составляют с нами одну Церковь Христову, – нигде, говорю я, так живо не чувствуется все это, как в храме Божием во время молитвы за усопших, особенно во время Божественной литургии, когда мы и умершие отцы и братия наши, под видом вынутых за нас и за них частиц, предстоим пред лежащим на престоле Агнцем Божиим.

После смерти нет покаяния – это правда. Но по милости Господа Иисуса Христа и после смерти не окончательно потеряна для нас надежда переменить худую свою участь на лучшую. Господь наш Иисус Христос, силою Божества Своего разрушивший ад и освободивший оттуда узников, и теперь еще имеет, по слову Божию, «ключи ада и смерти» (Апок. 1:18), следовательно и теперь может отверзать затворы адовы и выводить оттуда души умерших не ради их заслуг или дел, а ради милостыни и молитв за них родных и знакомых, особенно молитв св. Церкви, соединенных с принесением Его, Спасителя нашего, бескровной Жертвы. Нигде так живо не чувствуется эта святая и отрадная для нашего сердца истина, как в храме Божием, во время Литургии, во время молитвы за умерших. Велика сила любви! Истинная любовь никогда не прекращается. Она так крепка, что и смерть не в состоянии прекратить ее, Она способна проникнуть даже за пределы гроба и там оказывать свое благодетельное действие. Но нигде так живо не выражается эта благодатная сила любви, как в храме Божием, во время молитв св. Церкви за умерших. Св. Макарий Египетский имел благочестивый обычай совершать молитвы за усопших и желал узнать, служат ли они в пользу их. Однажды он предложил вопрос сухому человеческому черепу, валявшемуся поверх земли: чувствуют ли умершие когда-нибудь какое-либо утешение? – «Когда ты, отвечал череп, совершаешь молитвы за умерших, то мы чувствуем некое малое утешение» («О необходим. церк. пом. усопших» лист 54-й). Так ответил череп язычника. А что сказать о душе христианина, умершего с верою и упованием на милосердие Божие, когда вместе с Церковью молятся за него любящие сердца родных и знакомых?

II. Рассмотрим, братия мои, ектению и тайную молитву за усопших, которые св. Церковь, наученная Духом Святым, от времен апостольских, из любви и сострадания к умершим, по вере в силу бескровной Жертвы, приносит во время Литургии.

а) «Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей, молимтися (т. е. молимся Тебе), услыши и помилуй». Говоря это, как бы так говорит Церковь: «Потому мы, Господи, и обращаемся к Тебе за милостью, что знаем, что милость Твоя велика, бесконечна».

«Еще молимся о упокоении душ усопших рабов Божиих таких-то, и о еже проститься им всякому их прегрешению вольному же и невольному». Заметим последние слова, братия мои. Не нужно пренебрегать и невольными прегрешениями, потому что и они требуют очищения, потому что ничто скверное и нечистое не войдет в Царствие Божие.

«Яко да Господь Бог наш учинит души их, идеже праведнии упокояются»; т. е. помолимся, чтобы Господь вселил души поминаемых усопших там, где упокоеваются праведные, т. е. в Царстве Небесном.

На каждое из этих прошений на клиросе поют «Господи, помилуй» трижды, в знак усиленного прошения милости.

«Милости Божия, Царства Небесного, и оставления грехов их у Христа безсмертнаго Царя и Бога нашего просим»; т. е., будем просить умершим нашим у Христа, бессмертного Царя и Бога нашего, милости Божией, Царства Небесного и оставления грехов. На клиросе поют: «Подай, Господи», т. е. подай им, Господи, то, чего просим – милость, Царство Небесное и оставление грехов.

б) Пока сказывается эта ектения, священник тайно молится за умерших Господу Иисусу Христу, победителю смерти и ада. Скажу вам эту умилительную молитву за усопших по-русски: «Боже духов и всякой плоти, победивший смерть и уничтоживший власть диавола, и даровавший жизнь Твоему миру! Сам, Господи, упокой души скончавшихся рабов Твоих (таких-то) в месте света, блаженства и покоя, где нет никаких мук, скорби и душевных страданий. Как благий и человеколюбивый Бог, прости им всякое прегрешение, содеянное ими словом, или делом, или мыслию; потому что нет человека, который бы, живя на земле, не согрешил, – один Ты без греха, правосудие Твое – правосудие вечное, и слово Твое – истина». Оканчивая молитву эту, священник возглашает: «Яко (т. е. потому что) Ты еси воскресение и живот (т. е. жизнь) и покой усопших рабов Твоих (таких-то), Христе Боже наш, и Тебе славу возсылаем, со безначальным Твоим Отцем, и Пресвятым и благим и животворящим Твоим Духом., ныне и присно и во веки веков». (См. Костр. еп. вед. 1888 г.).

III. Таковы, братия мои, ектения и молитва за усопших, совершаемые Церковию во время Божественной литургии.

Особенно будем молиться о тех несчастных братьях наших, которых внезапно постиг час смерти, которые не успели приготовиться к нему и отошли в вечность без благодатных напутствований св. Церкви.

Также будем со всем усердием молиться о православных воинах наших, за веру и отечество на брани убиенных, так как они кровью своею запечатлели любовь и верность свою к богохранимому православному отечеству нашему. Забыв все родное и любезное сердцу, они памятовали единственно долг свой к Церкви, престолу и отечеству, и чувство этого священного долга заглушало в них все другие стремления и привязанности. Итак, будем молиться со всем усердием об убиенных на брани воинах православных, если хотим принести пользу душам их.

Но и для нас самих, братия, душеполезно поминать усопших. Они напоминают нам о воскресении тела и располагают нас к душеспасительному размышлению о смерти. Христианин, мысленно взирая на несметные груды племен, друг на друга положенных, усматривает и себе место назначенное, и признавая себя смертным, научается жить добродетельно. Итак, кто бы ты ни был, брат мой, когда слышишь во время Литургии молитву Церкви за усопших, по христианской любви к ним, присоедини к молитве Церкви и свою за них молитву, и особенно помолись за них во время Божественной литургии. Нигде наши умершие отцы и братия наши не имеют такого близкого общения с нами, нигде так не утешаются нашими молитвами, как в храме Божием, во время Божественной литургии. Не взирай на то, что поминаемый Церковью усопший – тебе чужой и незнакомый. Все равно он брат твой о Христе и одинаково нуждается в твоей молитве, как и все твои умершие, родные и знакомые. Аминь. (Сост. с дополн. по указ. источн.).

Приложение к беседе № 12. Свод святоотеческих свидетельств о молитвах за умерших (против иномыслящих)

Местом нападок протестантов и наших штундистов на Литургию св. Златоуста служат молитвы за умерших. Реформаты отвергают их на том основании, что судьба людей по смерти не может будто бы подлежать более никакому изменению и улучшению.

Православная же Церковь, веря в великую пользу молитв за умерших,51 с раннего времени установила это поминовение, как доказывают это свидетельства отцов Церкви и древние Литургии.

Протестанты обыкновенно учат, что усвоение верою заслуг Иисуса Христа каждым верующим в последний смертный час избавляет его от излишней услуги. Вполне соглашаясь с тем, что усвоение верою заслуг Иисуса Христа, совершенное с покаянным сердцем, есть необходимое условие для спасения души, мы должны прибавить, что оно не есть единственное условие для достижения полного блаженства. Для этого необходима непреклонная борьба веры против нашей греховной природы, которая не всегда оканчивается в сей жизни; поэтому для достижения полного блаженства необходима в том случае молитва за умершего, помогающая делу спасения человека. Реформаты же, отвергнув законное употребление молитв за умерших из одной только оппозиции западному Риму в его учении о чистилище, тем самым отняли всякую надежду у отшедших душ на пути их постепенного освящения и живых лишили тех утешений, какие они могли бы почерпать из молитвенного излияния своих сердец. На том основании они и в Литургии Златоуста считают этот пункт нововведением решительно отвергают его. Но св. Иоанн Златоуст в том случае следовал вере древней Церкви в пользу молитв за умерших и в своей Литургии изложил то, что имели Литургии Иакова и Апостольских постановлений как древнейшие.

1) К тому же вся Церковь признавала великую пользу молитв за умерших и свою веру засвидетельствовала Писаниями св. отцов.

Так, Дионисий Ареопагит в «Церковной иерархии» пишет: «Священник со смирением должен молить благодать Божию, да отпустит усопшему грехи, происшедшие от человеческой немощи и вселить его в стране живых, на месте, где нет ни болезни, печали и воздыхания».52

Тертуллиан в книге «De corna militis» говорит: «Мы творим приношения за усопших каждодневно в тот день, в который они скончались»53. Он же в другом месте говорит об обычае, существовавшем в его время: «Всякая жена молит о душе усопшего своего мужа; просит ему прохлады и соединения с ним в первый день Воскресения, творит приношения ежегодно в день его кончины54, равным образом и каждый муж молится о душе своей жены и творит по ней то же». Ориген в толковании на книгу Иова говорит так: «Мы творим память о святых и родителях, и друзьях наших, в вере преставившихся, радуясь как о прохладе их, так и себе прося благочестивой кончины в вере».55

Арновий, вооружаясь против язычников, разрушавших церкви, между прочим указывает на то, что у них молятся верховному Богу, просят у Него мир всем, живущим и умершим.56 Св. Кирилл в своем тайноводственном поучении, изъясняя слушателям литургию верных, говорит: «Мы молимся за всех, преставившихся между нами, считая приносимую молитву высочайшим пособием для душ, за которые она приносится во время совершения на алтаре святого и страшного сего Таинства».57

Епифаний, опровергая африан, издевавшихся над постановлением Церкви молиться за усопших, на все это отвечает так: «Что касается до поминовения усопших, то, что может быть сего полезнее и благовременнее? Предстоящие этим совершенно бывают уверены, что усопшие живы, что они не уничтожились, но еще существуют и живут пред Богом. Кроме того, чрез такое учение благочестия о своих собратьях, имеют о них добрые надежды, как об отшедших странниках. Впрочем, приносимые за усопших молитвы приносят и им самим пользу, хотя и не изглаждают всех их грехов. Они полезны, потому что мы, во время нашей земной жизни, большею частью претыкаемся волею или неволею. Таким образом, чрез то означается большее совершенство».58 В этом рассуждении Епифания выражены все основания, по которым Церковь молится за усопших.

Св. Амвросий, говоря о смерти Императора Феодосия, обращается к Богу и молит его даровать усопшему покой: «Дай, Господи, рабу твоему Феодосию совершенный покой, покой, который Тобою дарован святым Твоим».59 Блаженный Августин пишет: «Молись за умерших, чтобы и они, когда будут в блаженной жизни, молились о тебе».60

2) Кроме свидетельств святоотеческой письменности о существовании в древней Церкви молитв за умерших, и древние Литургии, воплотившие в себе всю совокупность идей христианина, всю веру его, представляют нам также ясные доказательства того. Так в Литургии Апостольских постановлений говорится: «Еще приносим Тебе и за всех, чьи имена Сам Ты знаешь».61

В греческой Литургии Иакова читаем: «Помяни Господи... православных, которых мы помянули и которых не помянули, от праведного Авеля до нынешнего дня, упокой их там, в стране живых, в Царстве Твоем».62

В Сирской говорится: «Господи, Боже духов и всякой плоти, помяни всех, отшедших из сей жизни в православной вере, даруй упокоение их душам, телам и духам, избавив их от будущего вечного осуждения и сделав их достойными радости в недрах Авраама».63

В Марковой находится следующее место: «Душам отцов и братий наших, которые прежде упокоившись, даруй покой, Господи Боже наш».64

В Литургии Василия Великого читаем: «Помяни всех прежде усопших о надежде воскресения жизни вечныя, о покое и оставлении душ на месте светлом, где нет ни печали, ни воздыхания, упокой, Боже наш, и покой их, идеже пресещает свет лица Твоего».65 В Литургии Златоуста повторяется то же самое. Таким образом молитвы Церкви за умерших, подтвержденные свидетельствами св. отцов и древними Литургиями, вне всяких сомнений, и отвержение их протестантами ые имеет за собою разумных оснований, так как оно выходит из ненависти их к римскому учению о чистилище, что, само собою разумеется, не может иметь важности и значения при решении такого вопроса.

Беседа № 13. О ектении об оглашенных

I. За ектенией об усопших следует ектения об оглашенных, в которой верные молятся о них, «Да Господь помилует их, огласит их словом истины, открыет им Евангелие правды». После этого моления оглашенные должны были исходить из храма по гласу священнослужащего: «Оглашеннии изыдите», потому что они, как непосвященные еще в Таинства христианские и несопричисленные к избранному стаду Христову, были недостойны присутствовать при совершении величайшего и непостижимого Таинства бескровной Жертвы.

К сказанному мы добавим, что на возгласе после ектении об оглашенных при словах: «Да и тии с нами славят» развертывается весь антиминс. Что же означает это раскрытие антиминса, на котором изображено положение Господа во гробе после снятия Его со Креста? Раскрытие на престоле антиминса, на котором изображено положение Господа во гробе, означает, что начинается время совершения Таинства и сошествия Всесвятого Духа на Божественные Дары, а вместе с сим приближается время распятия, крестных страданий и погребения Иисуса Христа (что изображается на великом входе).

II. Здесь, быть может, некоторые спросят нас, – не излишни ли в настоящее время моления об оглашенных и повеление исходить им из храма, когда их нет между нами, так как все мы уже окрещены от младенчества, все мы веруем во Христа и нарицаемся именем Его. Так, братия! Всех нас, лишь только произошли мы на свет, любвеобильная и нежная мать наша – св. Церковь приняла в свои объятия, облекла в чистую, светлую ризу духовную и нарекла дражайшим именем нашего Божественного Искупителя. Но достойно ли носим мы это высокое имя?

а) Исполняем ли мы великие обеты, данные нами при св. крещении? Тогда, братия, вступив в завет со Христом, мы обязались веровать в Него и сочетаться, т. е. соединиться с Ним, следовать Ему. Но где наша вера, которую мы обещали Ему? Часто и, к сожалению, очень часто православные христиане исповедуют Христа своего только устами и «устами своими почитают Его, сердце же их далеко отстоит от Него» (Ис. 29:13). Есть и такие из них, которые позволяют гордому уму своему враждовать с верой православной, которые с равнодушием и даже сомнением взирают на совершение Божественных Таинств и с неуважением отзываются о душеспасительных наставлениях пастырей своих духовных. При св. Крещении мы обязались подражать своему Подвигоположнику и Вождю. Но есть ли в бедной душе нашей такие черты, которые бы сходствовали с чертами Его божественного образа и которые приближали бы нас к Нему и соединяли с Ним? Напрасно стали бы мы искать в себе нечто подобное Его смирению, кротости, благосердию и терпению. Не действует на нас кроткое увещание Его: «Возмите иго Мое на себя и научитес от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мф. 11:29), и глубоко скорбит св. Церковь, не видя в нас того, чего ожидала, когда впервые возложила на нас крест; возложила же она на нас крест для того, чтобы мы, непрестанно представляя себе искупительные заслуги Спасителя мира, памятовали также всегда свой долг в отношении к Нему и Его святейшую заповедь: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною" (Мф. 16:24).

б) Наконец, братия, при св. Крещении мы обязались отречься от сатаны, от всех дел его и служения ему. Но исполняется ли нами и этот св. обет?

Нет, по крайней мере, далеко не так, как он должен быть исполняем. Конечно, никто из нас не считает себя не только явно, но и пред собственною совестью служителем духа тьмы, но между тем как часто этот древний враг рода человеческого по своему произволу и без всякого со стороны нашей противодействия располагает нашими наклонностями, находя двери душ и сердец наших без всякого охранения и совершенно для него доступными! Значит, и обет отречения от сатаны не исполняется нами, как должно. Чем же, братия, многие верные отличаются от оглашенных, которым только преподаются правила и истины веры православной? Где наши благие дела, которые оправдывали бы веру нашу? А »вера без дел, – по слову св. апостола Иакова, – мертва есть« (Иак. 2:17). Кто же теперь скажет, что излишне возглашение священнослужащего: »Оглашеннии изыдите«? Нет, братия, чем вопрошать с сомнением, почему в настоящее время оглашенные изгоняются из храма; когда их нет между нами, можно бы вместо и прежде того предложить вопрос: почему не изгоняются из храма те, которые недостойно присутствуют в нем, когда таких много? Никто да не искушает холодным неверием или сомнением таинств, обрядов и уставов Православной нашей Церкви! Во время молитв об оглашенных, следующих после чтения Евангелия, каждый из нас со страхом должен представлять себе то, что когда Евангелие будет проповедано во всем мире, тогда придет конец, и тогда Господь »пошлет ангелов Своих« (Мф. 24:31) разлучить нечестивых от праведных, как диаконы отлучают ныне оглашенных от верных. Потому-то при возглашении: »Оглашеннии изыдите« каждый да возносит из глубины сердца моление ко Господу, чтобы Он, Правосудный, в день последнего страшного суда Своего не отлучил нас от сонма благословенных и не изгнал навеки из Царствия Своего. В это время Божественной литургии будем также, братия, представлять себе и то, что мало одного звания христианина, чтобы достойно присутствовать при священнодействии бескровной Жертвы, – мало быть только званым на божественную трапезу, потому что хотя много званых, но мало избранных (Мф. 22:14), – надобно явиться к ней в приличном одеянии души, чтобы не прогневить Царя небесного своим недостойным присутствием пред Ним и не услышать от Него грозного приговора: »Друг! Как ты вошел сюда, не в брачной одежде? Возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов« (Мф. 29:12–13). Будем же, братия, приуготовлять себя достойным образом к тому пиршеству, которое Царь небесный приуготовляет всем нам и на которое всех нас призывает! (См. «Кратк. бесед. о Божеств. литург.» свящ. В. Разумовского, изд. 1857 г.).

III. Это спасительное напоминание св. Церкви, служа окончанием литургии оглашенных, будет заключением и настоящей беседы нашей. Аминь. (Сост. с дополн. по указ. источн.)

Приложение 1-е к беседе № 13. Необходимость и важность и в настоящее время чтения ектении об оглашенных в наших православных храмах

Православная Церковь в лице своих пастырей не руководится ныне по отношению к вступающим на путь веры Христовой всею строгостью древнехристианской огласительной дисциплины, и это обстоятельство нередко заставляет человека, желающего быть сознательным участником церковного богослужения, ставить вопрос, насколько благопотребна в наше время и применима к современному строю церковной жизни читаемая в православных храмах за Божественной литургией ектения об оглашенных. Нет теперь, строго говоря, в нашей Церкви того особого разряда верующих в Господа Иисуса Христа, которому можно было бы усвоить древнее название оглашенных (οἱ κατηχουμένου) в полном значении этого слова: зачем же и ныне предлагаются нам за богослужением древние молитвы о них, зачем и теперь в чинопоследовании Литургии удерживается повеление оглашенным выйти из храма: «Елицы оглашеннии изыдите»?

Не по одному благоговейному уважению к священной христианской древности хранит Православная Церковь наша в целости и неприкосновенности это изначальное установление св. отцов. Восточные христиане приносят ныне ту же самую бескровную Жертву, какую приносили и первенствующие христиане; поэтому те же самые славословия и молитвы возносятся в их храмах за Божественной литургией, какими оглашались церкви и во времена св. Василия Великого. В этом отношении, что совершалось древними христианами, то совершается и у нас; какую веру они этим исповедовали, такую и мытщимся сохранить; какое благоговейное уважение к неизреченным благам милости Божественной, являемой человеку в святейших Таинствах, они имели, такое и мы желаем воспитать и укоренить в себе, храня их установления.

1) Во времена св. Иустина мученика, кто убеждался в истинности Евангельского учения и давал обещание жить согласно с ним, тех христианские пастыри учили, «чтобы они с молитвою и постом просили от Бога отпущения прежним своим грехам». И сами верные постились и молились вместе с ними и за них.66 И до тех пор, пока эти оглашаемые не омылись еще «водою во имя Отца всех и Владыки Бога, и Спасителя нашего Иисуса Христа, и Духа Святаго»67, древнехристианская Церковь строго отличала их от прочих чад своих, не делала причастниками страшных Христовых Тайн и удаляла от принесения бескровной Жертвы св. Тела и Крови Господа и Спасителя своего.68 Безмолвием христианские пастыри поддерживали в оглашенных благоговение к Таинствам и молчанием чтили столь святые и божественные вещи.69 И чем благоговейнее оные утаивались, тем пламеннее должны были возжелать их не приобщенные им,70 отложив леность и поспешив к уразумению.71 Только одни еретики этого времени не знали никакого различия между приступающими к вере и верными. «У них неизвестно, – говорит Тертуллиан со свойственною ему резкостью, – кто верный, кто оглашенный: все равно слушают, равно молятся. Даже если бы нечаянно пришли к ним язычники, и тогда будут бросать святое псам и бисер, хотя и не истинным, свиньям».72

Так было в первые века христианства, когда Церковь Божия возрастила силою веры и любви христиан в количестве чад своих; и то, что было тогда, должно быть и ныне, – вера Христова продолжает распространяться на земле и утверждаться в христианской любви и молитве. Поэтому, хотя нет теперь в наших храмах особого разряда верующих с древним названием оглашаемых, то все же есть у нас такие лица, которые нуждаются в церковной молитве о себе по содержанию древних молитв об оглашенных. Может их не быть среди той или иной церковной общины, но нельзя сказать, чтобы их совсем не было во вселенской Церкви Христовой. Не у нас – в другом месте они есть: одна христианская община не составляет всей Церкви Божией и сама, напротив, входит в последнюю только потому, что участвует своею любовью в ее жизни, нерушимо храня ее веру, приемля ее священные установления и молясь вместе с нею. В виду этого, мы нарушили бы законы церковной жизни и братской любви друг к другу, если бы на том основании, что среди нас нет оглашаемых, исключили древнюю ектению о них из богослужебного употребления в своем храме или усомнились в ее благопотребности для нас.

2) В разных местностях земного шара много иноверцев обращается к христианскому Богу и ищет спасения в Православной Церкви. Прежде чем назваться христианами, эти люди должны удовлетворить известным требованиям как относительно знания Евангельской истины, так и осносительно твердой решимости оставить прежнюю греховную жизнь свою и облечься в нового человека, созданного в правде и преподобии истины. Православные пастыри наставляют их в этом, и сама Церковь приходит к ним со своею помощью на трудном пути духовного совершенствования: она разрешает им посещать свои свящ. храмы – эти лучшие училища неповрежденной веры и благочестия. Но как бы ни было облечено для человека обращение к Господу Иисусу Христу, как бы ни было горячо его собственное рвение к познанию истины, никто не может назвать Бога Отцом своим, если это не будет дано ему свыше. Поэтому искренняя и усердная молитва в свящ. храмах – местах особенного присутствия Божия на земле – необходима для приступающих к вере: имеющая сама по себе мало достоинства и цены в глазах Божиих, как молитва людей, пребывающих еще во грехах, она споспешествуется здесь молитвами всех верных. Вот почему к оглашенным обращается ныне в своих храмах Православная Церковь с воззванием о молитве за самих себя, вот почему и мы призываемся молиться о них.

3) К истинной вере Христовой, содержимой Православною Церковью, приступают ныне также многие из инославных христиан. Достаточно бывает для них познать всю ложность своих всроисповедных мнений и горячо пожелать воссоединиться с истинною Церковью Божией, чтобы спасительная дверь ее открылась для них в св. Таинствах. Но пока они только стремятся к этому, они еще не чада св. Церкви и также нуждаются, как и обращающиеся из иноверия, в том, чтобы Господь открыл им Евангелие правды Своей, огласил их словом истины и присоединил к святой Своей Соборной и Апостольской Церкви. К собственным молитвам их об этом мы присоединяем свои молитвы в то время, когда читается в храме за Литургией древняя ектения об оглашенных.

4) Кроме этих двух разрядов лиц, приступающих к вере, есть в нашей Церкви еще оглашенные, и число их весьма велико. Это – дети православных родителей, обмолитвованные священником, получившие христианское имя, но еще не сподобившиеся христианского Крещения. Не христиане они, но и к нехристианам причислить их нельзя, потому что они носят уже христианское имя и освящены церковным благословением. Беспомощны они сами для себя, и темна будущая судьба их; поэтому нужна сугубая наша молитва за них, чтобы Господь спас, заступил и помиловал их Своею благодатию, чтобы Он удостоил их быть оглашенными словом истины и открыл им Евангелие правды Своей. Они сподобляются Крещения в малолетстве своем по вере восприемников; но последние только ручаются пред св. Церковью в том, что восприемлемые чада их, когда придут в возраст, исполнят все требуемое от них именем православных христиан и со своей стороны будут достойны тех благ, которых уже сподоблены по милости Божественной. Исключим ли мы этих близких нам лиц из своих молитв пред принесением бескровной Жертвы за всех живых и умерших? А когда же и молиться в это время о них не крещенных еще, если не при чтении ектении об оглашенных?

Всех указанных лиц Православная Церковь не делает и ныне, как в древние времена своего существования, участниками святейшей Евхаристии до тех пор, пока не примет в число верных своих. Этим она исповедует глубочайшее свое благоговение к св. таинству причащения и словами: «Елицы оглашении изыдите» побуждает своих оглашенных поспешить с очищением себя от всякой порочности и нравственной нечистоты, чтобы скорее сподобиться неизреченных благ милости Божественной, даруемых людям ради Голгофской Жертвы Сына Божия.

После всего сказанного можно ли не признать вполне уместным чтение ектении об оглашенных в наших храмах? Не только для вступающих на спасительный путь веры в Господа Иисуса Христа она благопотребна, но и для нас самих поучительна. Если св. Церковь удаляет от участия в священнотаинственнейшей Литургии готовящихся ко святому Крещению, как не освободившихся еще от грехов своих, то на каком основании мы стоим дерзновенно у престола Божия, когда на нем восседает Сам Царь царствующих и Господь господствующих? В чувстве глубочайшего смирения и покаяния пред Богом, подавляя в себе мысли нечистые, движения страстные и похотливые, злобу и зависть и другие порочные наклонности сердца, должны мы внимать словам «Елицы оглашеннии изыдите» и высоко ценить милость Божию, являемую нам в св. Таинствах и допускающую нас до участия в принесении бескровной Жертвы Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа. (См. «Руков. для сел. пастырей», 1893 г., № 16).

Приложение 2-е к беседе № 13 Оглашаемые

Готовившиеся ко крещению, т. е. оглашенные, делились на несколько классов.

1. В ряду постоянных классов – первый класс был «слушающие». Сюда принадлежали те оглашенные, которые только что предъявили желание креститься Свое название они получили от того, что во время богослужения им позволялось слушать чтение св. Писания, а вместе с тем и поучения, которые в древности нераздельны были с чтением Евангелия. Это право у них было общим с кающимися второго разряда, которые также назывались «слушающими», – с иудеями, еретиками и язычниками. Но они не могли присутствовать при всех молитвах, даже тех, которые приносимы были за прочих оглашенных, за бесноватых и кающихся. Пред накалом этих молитв, как скоро диакон провозглашал: «Да никто от слушающих, да никто от неверных!», они должны были удаляться из храма, как свидетельствуют «Апостольские постановления». Что им не позволялось даже слушать молитв за оглашенных высших классов, эго видно из правила Григория Неокесарийского, который говорит: «Слушание бывает внутри врат в притворе, где грешник должен стоять до моления об оглашенных и тогда уходить».

2. Из класса «слушающих» оглашенный переходил в класс «коленопреклонениых», или «ниц простертых». В этом классе готовящимся в крещению в древности преимущественно присвояемо было название оглашенных, насколько это можно видеть из 14-го правила Никейского 1-го Вселенского Собора, где говорится: «Относительно оглашенных и отпадших угодно святому и великому Собору, чтобы они три года токмо были слушающими Писания, а потом молились с оглашенными». Потому-то воззвания диакона: «Оглашении изыдите!», можно думать, собственно относились к ним. Главное их отличие от оглашенных первого разряда состояло в том, что они имели право выслушивать молитву, произносимую при Литургии собственно за них, и которая, вместе с молитвою за бесноватых и кающихся, следовала тотчас же за чтением Евангелия и за Его учением. «Подобает, во-первых, говорит 19-е правило собора Лаодикийского, на беседах епископских особо творить молитву за оглашенных, а по исшествии оглашенных быть молитве о кающихся. Когда же они придут под руку и отыдут, тогда совершали молитвы верных три.

Оставаться же при этой молитве оглашенным первого класса, как мы видели, не было позволено. Таким образом, оглашенные рассматриваемого нами класса оставались при богослужении несколько долее, нежели оглашенные «слушающие». Свое название они получили потому, что после выслушивания чтения св. Писания и поучений они, вместе с молитвою за них, становились на колени и, приклонивши голову, слушали молитву, которую читал над ними епископ или пресвитер, в таком положении принимали от него благословение, отсюда и молитва, которую читал епископ над коленопреклоненным, обыкновенно называлась «молитвою возложения руки».

3. Наконец, оглашаемый переходил на высшую ступень. В этом классе оглашенные назывались неодинаково. У писателей Восточной Церкви они назывались «крещаемыми» и «просвещаемыми» («βαπτιζόμβνοι") ("φωτιζόμενοι»). Первое название мы встречаем в «Апостольских постановлениях», – второе встречается у Кирилла Иерусалимского в его огласительных поучениях. Отсюда и молитва, которая читалась за этих оглашенных, в «Апостольских постановлениях» называется «молитвою за готовящихся к Крещению и просвещению». Западные же церковные писатели обыкновенно называют их иначе, – «просящие» («competentes») или «избранные» («electi»). Первое из этих названий имеет начало в том, что некоторые из оглашенных, по особенной ревности к христианской вере, сами просили крещения и признаваемы были достойными оного. «Поелику мы просим Таинства Крещения, говорит блаженный Августин, то отселе и называемся просящими». «Просящими называются те из оглашенных, говорит Исидор Севильский (ум. 636 г.), которые, после наставления в вере, спешат к принятию благодати Христовой». «Избранными же, как говорится в «Новой скрижали», тех некогда именовали, которые, производя все катехизические, или огласительные испытания и показав о себе истинного благочестия доказательства, отделялись от прочих оглашенных, по рассуждении священноначальников, достойными почитались Крещения и оное рано или поздно окончательно принимали».

Несмотря на то, что эти оглашенные стояли несравненно выше собратий и более приближались к верным, они также подлежали удалению из храма пред совершением Литургии верных. Но прежде чем они оставляли храм, Церковь возносила за них особые молитвы соответствующего их назначению содержания.73 После этого они преклоняли головы и принимали благословение от епископа или пресвитера, который при этом должен был читать над ними еще особую молитву. Эти-то особые молитвы, читающиеся над оглашенными – избранные и сохранившиеся до настоящего времени, служат самым неоспоримым доказательством самостоятелыюго существования этого класса. Нужно заметить как особенность отличающую оглашенных этого класса от других и то, что они выходили из храма после всех оглашенных других классов, так как молитвы, возносимые собственно за них, произносились уже по выходе последних. (См. об этом подробнее в кн. «История чинопослед. Крещения и Миропомазания». А. Алмазова, Казань, 1884 г., стр. 80–84).

Приложение 3-е к беседе № 13 Нравоучительное изъяснение возглашения «Елицы оглашении изыдите»

Что касается до возглашения «Елицы оглашении изыдите», то ныне и между самими христианами есть много таких, которых бы или в числе оглашенных, или кающихся считать надлежало, которые по тому возглашению должны бы выходить вон из церкви; к числу их принадлежат нераскаянные грешники, непримиримые враги, дерзающие издеваться над святынею веры и т. п. И в Литургии св. апостолов74 возглашаемо было к самим верным: да никто на кого (то есть, никто в сердце своем да не питает на кого из братии своей гнева и мщения, но все обиды и оскорбления каждый да простит и примирится, целуя обидевшего святым лобзанием во Христе, в знамение чего оно и установлено Церковью); «Да никто в лицемерии дa никто из верных!» (никто из самых верных, с явно кающимися из церкви выходить долженствующий, не дерзнет остаться во храме). Слыша такое возглашение, все должны помышлять о своем недостоинстве, умиляться душою, и втайне сердца просить Бога об отпущении грехов своих с твердым намерением исправиться в них, дабы не подпасть страшному осуждению: «Бросьте его во тьму внешнюю!» Для возбуждения таких чувствований и умиления в сердцах предстоящих и возглашаются диаконом слова «Елицы оглашении изыдите!» Св. И. Златоуст всех недостойных изгоняет от присутствия при совершении Таинств таким божественным воплем75: «Да никто из недостойных ясти (божественную Трапезу), да никто из немогущих зрети небесную Кровь, изливаемую во оставление грехов! да никто недостойный живыя Жертвы! да никто неведущий Таинств веры! да никто не могущий прикасатися оскверненными устами к страшным Таинствам (пребыти дерзнет!) Аще имееши на врага гнев, изрини гнев, уврачуй язву, разреши вражду, да приимеши врачевание от трапезы».

* * *

1

По преданию, этот дом принадлежал Иосифу Аримафейскому (См. «Жизнь И. Христа» проф. Скворцова).

2

См. Странн.1881 г., апр. Кн., стр. 609 и 610.

3

Возлёг – это значит: сел в полулежащем положении. Так в древности садились за стол во время обедов. Стол становился посреди комнаты, устланной войлоками и коврами, а около стола приготавливались места для возлежания или сидение, которые и назывались ложами. Обедающие, опираясь на ложе левою рукою, правою брали пищу.

4

Руководством при составлении этого очерка служили: а) «Изъяснен. Литург.» Дмитриевского, б) «Истор. обзор песноп.» Филарета и др. соч.

5

Известно, например, что ап. Иоанн Богослов употреблял при богослужении – золотой венец, вроде нашей митры. Такое же увясло употреблял и ап. Иаков, первый епископ Иерусалимский. От сего последнего остались и, впоследствии подарены были Константинопольскому патриарху Игнатию Феодосием, патриархом Иерусалимским: Подир – верхняя одежда ветхозаветного первосвященника, с отверстием для головы, без рукавов и со звонцами, похожая на наш саккос и нарамник, или омофор. Сама Матерь Божия собственными руками устроила омофор и подарила его св. Лазарю, воскрешенному Христом, когда тот был епископом на острове Кипре. Апостолом Павлом оставлена была в Троаде та самая фелонь, в которой он священнодействовал («Изъяснен. Литург.» Дмитриевск. 43).

6

Блаж. Августин утвержд., что в Коринфе Евхаристия совершалась post coenam sive convivium, что и было там причиною беспорядков и злоупотреблений. Он же думает, что именно ап. Павел отменил этот обычай совершения Евхаристии после вечерни в то время когда пришел в Коринф сам по обещанию своему, с целью устроить тамошние дела (Ep. 118 ad Иаn., с 6–7. Катанский. «Очерк истор. литург. Прав. Церкви»),

7

О совершении вечери любви после Евхаристии свидетельствуют: Киприан Карфагенский,Тертуллиан, Василий Великий, Златоуст, блаж. Иероним, блаж. Феодорит и др. О том же свидетельствует Златоуст (Бес. Ha 1 посл. к Kop. Т. 2, стр. 101) рано сделавшийся господствующим обычай причащаться св. Таин натощак. По мнению Бунзена, это произошло в 65г. по P. X. (Катанский. «Очерк ист. лит. Правосл. Церкви»).

8

Фиест – Θυέστης – мифологическая личность, считающаяся между потомками Тантала. О нем говорят, что ему был предложен за трапезою собственный его убитый сын от враждовавшего против него брата Атрея (Гамера Илиада, 2, 106. Эсхил. 1253. Эврип. Ор. 1608).

9

После этой беседы, изъясняющей вкратце весь ход Божественной литургии, другие беседы, изъясняющие все части её, сделаются более понятными. Το же должно сказать и по отношению к ранее помещенному нами общему обзору всенощного бдения. Вообще, при распределении литургического материала мы руководились, помимо других соображений, педагогическими интересами. Свящ. Гр. Дьяченко.

10

Из слова «О божественной Вечери». Анастасий Синаит – ученик Иоанна Лествичника и, после брата его, игумен горы Синайской. Он жил в первой половине VII в. и оставил после себя много писаний. Преимущественно ратовал он против противников Халкидонского Собора.

11

Чтение этих прекрасных, вылившихся из верующего сердца, благоговейных размышлений и воздыханий души, в высокой степени полезно, как для понимания внутреннего смысла литургии, так и для настроения сердца христианина к достойному слушанию божественной службы. Это приложение не дает знаний теоретических, но дает истинную духовную пищу сердцу, что в воспитательном отношении весьма важно. Г. Дьяченко.

12

Первоначальные слова песнопений и произносимых вслух священнодействующими изречений отмечаются здесь жирным шрифтам для обозначение соответствующего каждому из них предлагаемого размышления.

13

Об антифонах Литургии в свое время будет сделано объяснение.

14

Господь приготовлял людей к этой страшной очистительной смерти Богочеловека не только пророчествами, но и некоторыми особенными знаменательными событиями. Так, агнец пасхальный, которого должны были съесть евреи пред выходом из Египта, заключал в Себе подобие Агнца Божия и крестной Его смерти. Вот одна черта этого подобия. Так как в эту ночь ангел должен был истребить всех первенцев египетских, то, что бы вместе с тем не погибли и первенцы евреев, им заповедано было перемазать кровью этого агнца свои входы. Таким образом, кровь жертвенного агнца была средством спасения для евреев. Так и кровь агнца непорочного, Господа нашего Иисуса Христа – спасение людей. Эти особенные, знаменательные события называются прообразованиями, т. е. предварительными образами и подобиями того, как обещанный Спаситель мира должен был принести Самого Себя в жертву за грехи людей.

15

Дискос, с греческого, сосуд на котором подается пища, блюдо; здесь он служит напоминанием пещеры, в которую было положено Тело Господа Иисуса по снятии Его со Креста.

16

Двумя малыми покровцами покрываются дискос и потир; они напоминают пелены, которыми было обвито тело Господа Иисуса; на дискосе ставится звездица – два соединенные полуобручика, соответственно для того, чтобы покровец не плотно прилегал к агнцу и частицам и не сронил как-либо их.

17

Отрывок из слова св. Софрония, патриарха Иерусалимск. «О божественном священнодействии», по издан. 1855 г. СП б., стр. 273–276.

18

Блаженного Симеона, архиеписк. Фессалон., «Толкование о божественном храме». Гл. 102, по изд. 1857 г. СП б., стр. 56.

19

Блаженного Симеона, архиеп. Фессалон., «Разговор о св. священнодействиях», гл. 322, по изд. 1836 г. СП б., стр. 512.

20

Блаженного Симеона, архиетт. Фессалон., «Разговор о священнодействиях» гл. 63–64. По изд. 1856 г СП б. стр. 129–131.

21

Изъясн. на Литург. Дмитриевского, ч. 2, § 25, примеч. 2, стр. 32.

22

Нов. скриж. ч. 2, гл. 7, § 2.

23

Св. Григор. Богослов в слове 36, о Сыне, стр. 147. Российск. изд. 1798 года.

24

Св. Златоуст. беседа 18, том 5, изд. 1612 года, в Этоне.

25

Пс. 32, ст. 6; Пс. 148, ст. 5; Ин. гл. 1, ст. 3; Кол. гл. 1, ст. 16. – Сын Божий, кроме вышеозначенных причин, называется Словом еще потому 1) что в нем познаем волю Отца превечного (Ин. гл. 4, ст. 34; гл. 5, ст. 30; гл. 6, ст. 38), которую открыл Он, быв во плоти (Ин. 1:18), как пророк (Втор. 18:18) и ангел завета (Мал: 3:1), 2) потому, что обетование послания Его на землю Мессиею предречено было живым спофам, или гласом прародителям нашим после падения их. (Быт. 3:15), и 3) потому, что с того времени до самого воплощения Он во образе человека беседовал с ветхозаветными патриархами и пророками, в таинственных видениях и откровениях, потому что начало Его человечества находилось в людях от самых первых прародителей (Быт. 3:15); см. «Записки на кн. Бытие», митрополита Филарета стр. 288).

26

Боссюет, разговор 2, ст. 6, «О всеобщей истории».

27

Девственность Божией Матери Церковь изображает на иконах Её тремя звездами на челе и на обоих раменах.

28

Св. Григор. Богосл. СЛОВО 39.

29

Св. Софрония «О божеств. священнодействии». По изд. 1855 г. СПб., стр. 281.

30

Св. Германа «Послед. излож. церк. служб». По изд. 1855 г. СПб., стр. 381.

31

Св. Иоанна Дамаск «Точное излож правосл. веры». Кн. 3, гл. 10, по изд. 1844 г. Москва, стр. 161.

32

Отрывок из слова св Софрония, патр. Иерус. «О божестгв. Священнод.». По изд. 1855 г. СПб., стр. 281.

33

Св. Германа, патр. Констант., «Послед. излож. церк. службы». По изд. 1855 г. СПб., стр. 382.

34

Св. Иоанна Злат. «Беседа на слова Рим.» XII, 20. «Беседы на разн. места свящ Писания» 1862 г. СП б. т. П, стр. 402.

35

Св. Германа «Послед. излож. церков. служб». По изд. 1855 г. СПб., стр. 384.

36

Св. Иоанна Злат. на «Деяния апостолов>, бес. 19. По изд. 1856 г. СПб. ч. I, стр 355.

37

в. Софрония «О божеств. священнод.». По изд. 1855 г СП б., стр. 282–283.

38

Там же, стр. 283–284.

39

Св. Иоанна Злат. на Посл. к Евреям, бес. 8. По изд. 1859 г. СП б., стр. 155–156.

40

Св. Иоан. Злат. на надп. Деян. апост. бес. 5. По изд. 1862 г. СПб. II, стр. 340–346.

41

Св. Германа, патр. Констант. «Послед. излож. церков. служб». По изд. 1855 г. СП б., стр. 384.

42

Блажен. Симеона, архиеп Фессалон.: «Толкование о божеств. храме». По изд. 1857 г. СП б., стр. 30.

43

Св. Германа, патр. Констант. «Послед. излож. церк. служб», стр. 385.

44

Препод. Максима Исповедника Тайноводство. Гл. ХIII. По изд. 1855 г. СП б., стр. 326.

45

Св. Германа, патр. Конст. «Посл. излож. церк. служб». По изд. 1855 г., стр. 386.

46

Св. Софрония, патр. Исрус. «О божествен. священнод.». По изд. 1855 г., стр. 284.

47

Св. Германа, патр. Конст: «Послед. излож. церков. служб». По изд. 1855 г. СП б., стр. 386–388.

48

Св. Иоанна Злат.: беседа на слова: «Жатва убо многа». По изд 1862 г. СП б., стр. 82.

49

Св. Иоанна Злат. на Ев. от Иоанна, бес. 58. По изд. 1855 г. СП б, стр. 298.

50

Св. Иоанна Злат. на Деян. апостол., бес. 29. По изд. 1857 г. СПб. ч. II, стр. 27–28.

52

Церк. иерарх. кн. 6 § 4.

53

De corna milicis c. 4 p. 181.

54

O един. гл. 10 увещан. к целомудр. гл. 11.

55

Кн. 3. т. 1. стр. 437.

56

Кн. 4 р. 181.

57

Огласит. Тайноводства 5. ч. 5.

58

Ерес. 65. Адриан. ч. 5. Ветр. 3 ч. стр. 205.

59

Т. V. ор. р. 122.

60

Sevm. Ad. Fratr. In Eremmo Commcmor XLIV, t X.

61

Lib. VIII c. XII p. 128.

62

Вып. 1 стр. 184.

63

Вып. 2, стр. 36.

64

Renaciot 1.1, р. 145.

65

Goar Evchol. 145 р. и 62,3 л.

66

См. 2 апологию св. Иустина мученика.

67

Там же.

68

См. подробное описание чина литургии в Постановлениях апостольских II, 57; VIII, 6–11.

69

Св. Василия Великого о Духе Святом, гл. 27.

70

Блаж. Августина беседа 26 на Иоанна.

71

Его же беседа на 109 псалом.

72

Tertull. De praescript. Advers. Haeretic., c. XLI.

73

Служебник Литург. преждеосвящ. Изд. М. 1842 г., лист 143, об. – 144.

74

Чиноположен. апостольск. кн. 8, гл. 12.

75

Св. И.Златоуст в «Беседе на притчу о блудном сыне».


Комментарии для сайта Cackle