Что делать, если ребенок 6–7 лет огрызается? Ответ психолога

Что делать, если ребенок 6–7 лет огрызается? Ответ психолога

(3 голоса5.0 из 5)

Агрес­сив­ным пове­де­нием детей никого не уди­вишь, и, пожа­луй, глав­ная тому при­чина – агрес­сив­ная окру­жа­ю­щая среда ребенка, мир вокруг него. Как реа­ги­ро­вать, если шести-семи­летки огры­за­ются, отве­чает опыт­ный психолог.

Веду­щая радио­ка­нала «Теос» Эль­вира Чипенко в эфире пере­дачи «Фор­мула семьи» бесе­дует с пси­хо­ло­гом Юрием Пожидаевым.

Юрий, мно­гие роди­тели заме­чали, что ни с того ни сего ребе­нок начи­нает плохо себя вести, вред­ни­чать, сильно каприз­ни­чать, огры­заться, может быть, даже гово­рить какие-то не очень удоб­ные или пло­хие слова, ругаться.

beseda s rebenkom - Что делать, если ребенок 6–7 лет огрызается? Ответ психолога

И роди­тель не пони­мает, что про­ис­хо­дит с ребен­ком. Нужно ли нака­зы­вать, как пра­вильно посту­пать, чтобы это не вошло в при­вычку? Мамы и папы теря­ются, и я их очень хорошо пони­маю. И ещё вопрос: почему мы выбрали диа­па­зон именно 6–7 лет?

– Навер­ное, потому что это кри­зис 6–7 лет. Это не пер­вый кри­зис. Еще есть нуле­вой, когда ребе­нок рож­да­ется, для него это вообще стресс, он из утробы матери появ­ля­ется; потом кри­зис трех лет, а потом вот этот поздне-дошколь­ный и ран­ний школь­ный, так его назо­вем, этап, как раз 6–7 лет.

Понятно, что все дети раз­ные, у кого-то пораньше, у кого-то чуть-чуть попозже – и вот он начи­на­ется. Почему это про­ис­хо­дит? Дело в том, что это время ново­об­ра­зо­ва­ний, ребе­нок осва­и­вает новые нерв­ные связи, мозг (грубо назо­вем) созре­вает, и ребе­нок начи­нает себя чув­ство­вать по-другому.

И вдруг откуда ни возь­мись появ­ля­ются вот эти все­воз­мож­ные «пси­хо­ло­ги­че­ские ямы» у ребенка, на кото­рые роди­тели реа­ги­руют. И, есте­ственно, что они не готовы. Мы ко мно­гим вещам не готовы, но почему-то мы ждём, чтобы наши дети были такие, как мы хотим, у каж­дого из нас есть своя иде­аль­ная картина.

– Но ведь кон­кретно про этот кри­зис можно же что-то понять роди­телю, потому что жил себе ребе­нок, жил – счаст­ли­вый радост­ный, все хорошо. 

И тут: оп! – и начи­на­ются какие-то вред­ни­че­ства, капризы. Я пра­вильно поняла, что они не посте­пенно начинаются?

– В любом слу­чае есть пред­по­сылки. Дру­зья мои, вы тоже должны это пони­мать, потому что вы вос­пи­ты­ва­ете сво­его ребенка, и в вашем стиле, в стиле вос­пи­та­ния, в вашем под­ходе к вос­пи­та­нию есть какие-то опре­де­лен­ные особенности.

Вот семья – ну, напри­мер, там есть папа; нет папы; мама одна вос­пи­ты­вает или есть бабушка; а еще есть дедушка; а еще, напри­мер, есть стар­ший брат или млад­ший брат – и в зави­си­мо­сти от этого отли­ча­ется пове­де­ние ребенка.

Напри­мер, ребе­нок жил в деревне или не в деревне; ходит в сад или не ходит. Вы пред­став­ля­ете, из каких ком­по­нен­тов скла­ды­ва­ется жизнь ребенка, и поэтому рав­нять одного ребенка с дру­гим не надо, потому что ваш ребе­нок – это ваш ребе­нок. У него соб­ствен­ный почерк его жизни, соб­ствен­ный её рисунок.

– Вы ска­зали, что есть пред­по­сылки. Какие?

– Пред­по­сылки сле­ду­ю­щие: как про­те­кала бере­мен­ность, может быть, есть какие-то родо­вые травмы, вообще как вы чув­ство­вали себя при бере­мен­но­сти – с самого начала можно начи­нать. Потом, напри­мер, вы пере­жили какой-то тяже­лый стресс, что-то в вашей семье произошло.

Может быть, ребе­нок начал ходить в дошколь­ное учре­жде­ние, и там поме­ня­лась вос­пи­та­тель­ница. Была хоро­шая, доб­рая, потом она ушла в декрет, и при­шла грымза, кото­рая невзлю­била вашего ребенка, потому что ваш ребе­нок слиш­ком умный и слиш­ком много задаёт вопро­сов; он, может, сим­па­тич­ный, или, наобо­рот, может быть, он слиш­ком угрю­мый, слиш­ком апа­тич­ный, и поэтому есть при­дирки от взрослых.

И, есте­ственно, что эти раз­ные обсто­я­тель­ства добав­ляют к пове­де­нию вашего ребенка какие-то нега­тив­ные сто­роны, кото­рые вы фик­си­ру­ете дома и ребе­нок потом их проявляет.

Чаще всего бывает так (моя жена это очень часто заме­чает), что мой ребе­нок дома – это один чело­век, но как только он выхо­дит за порог – такое ощу­ще­ние, как будто он пальто сни­мает, он совер­шенно дру­гой. Как будто его подменили.

Раз! – и он выклю­чился, он вышел за порог дома, и он уже не каприз­ни­чает, он идет в при­прыжку в школу, а до этого он ныл. Потому что дети нас порой умнее – они же знают, где можно нам нервы помо­тать, они знают, где и как можно себя повести.

Ребенку рутина ведь тоже надо­едает. Пони­ма­ете, одни и те же игрушки – а тут маме нервы можно выкру­тить и вообще войти в это поло­же­ние – это что-то новое. Плюс если ребенку чего-то хочется, или, наобо­рот, ему чего-то не хочется, и так далее.

А когда он при­хо­дит в кол­лек­тив, то там уже совер­шенно дру­гие законы, по кото­рым он живет, и он пони­мает, что, ори не ори – ты ничего не получишь.

– Мария напи­сала: «Что лучше: по попе дать или понять и про­стить? Дети разные».

– Она же сама отве­чает на это вопрос: все дети раз­ные. Кто-то рож­да­ется, напри­мер, с лидер­скими спо­соб­но­стями, а кто-то нет. Кто-то «шило в попе», а кто-то сидит на попе ровно, про­стите – и скла­ды­вает кубики. Они раз­ные, пони­ма­ете, и поэтому в зави­си­мо­сти от того, какой у вас ребе­нок, вы кор­рек­ти­ру­ете свой вос­пи­та­тель­ный процесс.

– Если ребе­нок начи­нает так себя вести, каприз­ни­чать, ему что-то не нра­вится, то, воз­можно, ему про­сто скучно, воз­можно, он не пони­мает, что с ним про­ис­хо­дит, какие в нем изменения? 

Что роди­телю в этом слу­чае делать? Роди­тель видит про­яв­ле­ние «пре­крас­ного харак­тера» у ребенка, он пони­мает, что это кри­зис воз­раста, или это из-за того, что ребенку скучно. Какие еще могут быть причины?

– Пер­вое, с чего мы должны все­гда начи­нать, дру­зья мои – это исклю­чить вся­кие физио­ло­ги­че­ские симп­томы. Напри­мер, ребе­нок каприз­ни­чает, и может быть, у него что-то болит. Может быть, у него там аппен­ди­цит, или может быть, у него печень болит; может быть, он столько съел слад­кого, что ему плохо.

Кстати, чрез­мер­ное упо­треб­ле­ние слад­кого очень вли­яет на детей, и дети ста­но­вятся порой неуправ­ля­е­мыми и очень подвиж­ными, потому что слад­кого сей­час дети едят очень много.

К сожа­ле­нию, роди­тели не все­гда дове­ряют своим детям, ну, болит – пере­бо­лит. «Ты только сей­час пры­гал, а сей­час у тебя забо­лело». Так вот, здесь нужно понять: болит или не болит, и поэтому нужен врач, и поэтому опять же нужно знать сво­его ребенка, нужно пони­мать сво­его ребенка.

И мы должны с вами прийти к тому, что в 6–7 лет ребе­нок уже пони­мает себя. Он уже вос­при­ни­мает себя, и здесь с ним нужно стро­ить меж­лич­ност­ные отношения.

Когда вы с ним раз­го­ва­ри­ва­ете, когда он заяв­ляет о своей сво­боде, и вы учи­ты­ва­ете сте­пень его сво­боды, и вы уже с ним раз­го­ва­ри­ва­ете как с лич­но­стью, то и выстра­и­вайте с ним посте­пенно взрос­лые отношения.

Это малень­кий семи­лет­ний малы­шок, у кото­рого есть лич­ность, у кото­рого есть гра­ницы этой лич­но­сти, и вы их ува­жа­ете. Вы выстра­и­ва­ете это, и тогда вы будете узна­вать сво­его ребенка: как он думает, что он думает, и так далее.

Если у ребенка 6–7 лет его экран­ное время 5–6 часов – это кош­мар. И вы смот­рите на ребенка и видите, что он у вас рас­фо­ку­си­ро­ван­ный, он у вас каприз­ный. Что будет, если вы начи­на­ете наста­и­вать: «Давай выучим сти­хо­тво­ре­ние» – а его тянет в план­шет, ему хочется еще?

Ребе­нок зали­пает, он, напри­мер, вклю­ча­ется в какой-то игро­вой про­цесс. У него какая-то игра, он там что-то строит, допу­стим, дом и это доми­ни­рует. А вы тут при­шли со сво­ими уро­ками. Какую реак­цию вы полу­чите? Вот эту нор­маль­ную реак­цию: «Делать ничего не хочу!»

Когда я говорю, что вы ребенка должны знать – это зна­чит, вы должны знать, чем зани­ма­ется ребе­нок, и самое основ­ное, чему мы должны его научить – это осо­знан­но­сти и дисциплине. 

Вообще-то дис­ци­плина у всех, конечно, раз­ная. Потому что сле­пое под­чи­не­ние – это не дис­ци­плина, это дик­та­тура. Это когда вы пода­вили волю ребенка, и когда он под стра­хом «смерт­ной казни» боится вас, поэтому он всё делает.

Он заправ­ляет кро­вать, он скла­ды­вает книжки, он учит какие-то уроки, потому что боится полу­чить плохую оценку, потому что вы рас­стра­и­ва­е­тесь из-за тройки или будете его бить, и он это не впи­ты­вает, но это учит на автомате.

–Так зна­чит, устра­няем физи­че­ские симп­томы, заме­чаем такие вещи, как вы ска­зали: сколько ребе­нок про­во­дит в гад­же­тах, какое у него экран­ное время. Но ведь это тоже физи­че­ские симптомы?

– По поводу вли­я­ния. Дело в том, что есте­ственно, если ребе­нок пере­смот­рел что-то, если ребе­нок переел чего-то, если у него нару­шен режим, то вы будете полу­чать соот­вет­ству­ю­щее пове­де­ние, вы должны это понимать.

Потому что, если ребе­нок у вас ест только слад­кое – это не только зубы будут пор­титься, вы пони­ма­ете, что это инсу­ли­но­вая зави­си­мость, и сахар даёт опре­де­лен­ное поведение.

– А что, если физи­че­ских симп­то­мов нет – допу­стим, иде­аль­ная семья, ребе­нок не поль­зу­ется гад­же­тами больше 20 минут в день, у него ничего не болит, он чув­ствует себя пре­красно, но вот он каприз­ни­чает и вредничает

– Вто­рой момент, почему дети начи­нают каприз­ни­чать и вред­ни­чать – это эмо­ци­о­наль­ное состо­я­ние семьи. Это зави­сит от вас – от того, как вы себя чув­ству­ете, потому что роди­тели зара­жают своих детей своим бес­по­кой­ством, своим неуем­ным эмо­ци­о­наль­ным поведением.

Вы при­хо­дите, и ребе­нок без вас не делает домаш­нее зада­ние. Или он только пошел в школу, у него пло­хой почерк, напри­мер. Когда у ребенка что-то вообще не полу­ча­ется –этот период очень сложный.

До этого они как-то там играли, лепили, а теперь у них тет­радки, теперь у них книжки, теперь у них какие-то уроки нача­лись, еще что-либо – и это тоже опре­де­лен­ная пере­стройка. Осо­бенно тяжело школь­ни­кам, кото­рые пошли в пер­вый класс: 30 чело­век, какая-то незна­ко­мая учи­тель­ница, нужно сидеть на уро­ках, а на пере­ме­нах все орут, и все остальное.

Когда пер­вого сен­тября пошел в школу мой млад­ший сын, то, воз­вра­тясь, он ска­зал, что в этот дур­дом больше не пой­дёт. Он посмот­рел на всё это и понял, что это не его стезя, он так и сразу и ска­зал. Удо­воль­ствия от школы онне испы­ты­вает, потому что это куча кри­ча­щих, ору­щих детей, чего-то требующих.

Он сей­час в тре­тьем классе, но не очень любит ходить в школу, поэтому он будет сидеть дома. Боль­шие кол­лек­тивы – это не его, потому что ему для душе­ного ком­форта нужно, чтобы было два-три человека.

Вам нужно при­слу­ши­ваться, с чем ребе­нок при­хо­дит – он при­но­сит вам то состо­я­ние, в кото­рое он вошел, и нужно его считывать.

И вы пони­ма­ете: ребенку сей­час плохо, он при­шел из школы – может быть, он забе­рется к вам на коленки, вы его возь­мете на руки, и он с вами поси­дит пять минут – он осты­нет, потому что он так устал, он так эмо­ци­о­нально накалился.

А ведь дело-то в том, что ведь в школе нужно не только при­вы­кать к окру­же­нию, нужно ещё читать, нужно смот­реть на доску, нужно пере­пи­сы­вать домаш­нее зада­ние, кон­цен­тра­ция вни­ма­ния ужас­ная. Это очень боль­шой стресс.

Что обычно – как у взрос­лого, так и у ребенка – что нам при­но­сит радость? Нам при­но­сит радость завер­шен­ный про­цесс. То есть ребе­нок в какую-то то игрушку играет, и ему нужно это как-то закончить.

Но у всех этот про­цесс завер­ше­ния очень раз­ный, но у каж­дого этот про­цесс дол­жен быть завер­шён, и когда про­цесс завер­шён, то чело­век полу­чает от этого удо­вле­тво­ре­ние. А когда про­цесс не завер­шён – как невы­учен­ное сти­хо­тво­ре­ние, не доде­лан­ное домаш­нее зада­ние, то удо­вле­тво­ре­ние не наступает.

Должно быть удо­вле­тво­ре­ние тем про­цес­сом, кото­рый ребе­нок делает, это какой-то про­дукт, кото­рый он дол­жен про­из­ве­сти, это очень важно. Это пер­вый момент.

Вто­рой момент – это осмыс­ле­ние, потому что, если он учит что-то, то он дол­жен это понять.

У меня на при­ёме была заслу­жен­ный педа­гог, она очень часто пуб­ли­ко­ва­лась в «Учи­тель­ской газете», и я у нее спро­сил: почему дети не читают, и как вы дела­ете так, что у вас дети читают?

Она вела рус­ский и лите­ра­туру у стар­ше­класс­ни­ков в мате­ма­ти­че­ской школе в цен­тре Москвы. И она мне ска­зала: я так им пре­по­даю про­из­ве­де­ние, так рас­ска­зы­ваю, чтобы оно отве­чало на все вопросы их жизни. Допу­стим, вот «Война и мир» – зада­вайте мне любые вопросы, я скажу, где об этом напи­сано. Пре­да­тель­ство: том 2, стра­ница 26.

Сло­вом, нужно быть очень ком­пе­тент­ным, и это заво­ра­жи­вает. И чело­век так пре­под­но­сит пред­мет, так пре­под­но­сит про­из­ве­де­ние, он кон­тек­сту­а­ли­зи­рует это про­из­ве­де­ние – и это очень здорово.

А еще она пре­по­да­вала путем вызова. Она гово­рит, мол, поэму Блока «Две­на­дцать» никто не выучит, я готова с вами поспо­рить. И нахо­дится уче­ник, один, кото­рый гово­рит: я выучу, давайте поспо­рим! Он гово­рит: вот, если я выучу, то вы должны будете в боль­шую пере­мену всем ска­зать, что «Спар­так» чемпион.

Он выиг­рал, и она всем ска­зала, кого видела на боль­шой пере­мене, что «Спар­так» чем­пион. Фразы «тебе это в жизни при­го­дится» – это не рабо­тает, оно для вас не рабо­тало, и оно сей­час не работает.

Воз­раст 6–7 лет – это какие-то навыки прак­ти­че­ские, кото­рые надо выра­ба­ты­вать. Я, напри­мер, сво­ему сыну говорю: так, ты чита­ешь плохо, давай вывески читать, куда едет поезд – давай, читай!

И сей­час я смотрю, где был он ни про­ез­жал, ни про­хо­дил – он это читает, и это очень здо­рово. Я говорю: вот видишь, как тебе при­кольно, ты теперь пони­ма­ешь, куда какой авто­бус едет, какой номер!

Инте­ресно, когда вот эти зна­ния ста­но­вятся жиз­нен­ными, и вы нахо­дите прак­ти­че­ское при­ме­не­ние тех зна­ний, кото­рые ребе­нок впи­ты­вает, и в реаль­ной жизни они будут для него вполне естественными.

– Татьяна напи­сала про нака­за­ние, что нака­зы­вать можно, только не физи­че­ски, и ребе­нок дол­жен учиться пони­мать, что, если сде­ла­ешь, как про­сят – полу­чишь бонус; не сде­ла­ешь – полу­чишь послед­ствия, и это тебе не понравится. 

С одной сто­роны, я пони­маю, что гово­рит Татьяна, и про нака­за­ние в целом согласна. С дру­гой сто­роны, «сде­ла­ешь, как про­сят, полу­чишь бонус» – дур­ная прак­тика, в этой уста­новке нет воли.

– Вы здесь закла­ды­ва­ете опре­де­лен­ную стра­те­гию, потому что ребе­нок будет только за бонус делать хоро­шее.  А нужно выстра­и­вать отно­ше­ния. Ребе­нок это дол­жен сде­лать, потому что он вас любит, потому что ему дороги отно­ше­ния с вами.

Если я хочу сде­лать маме при­ят­ное, то к этому и надо приходить.

Есте­ственно, что это такой туго­плав­кий про­цесс, доста­точно тяже­лый, не так про­сто вот это вос­пи­тать. Но если вы дой­дете до таких отно­ше­ний – это зна­чит, что ваши дети, когда вырас­тут, вас не бро­сят. Это зна­чит, что ваши дети будут о вас забо­титься; это зна­чит, что с вашими детьми, когда они будут уже взрос­лыми, у вас будут очень хоро­шие отношения.

Рабо­тайте на пер­спек­тиву, думайте о том, что вы вос­пи­ты­ва­ете ребенка, чтобы он вошел в эту жизнь, и на буду­щие отно­ше­ния работайте.

Ведь самое-то основ­ное, чему мы должны научить ребенка – это постро­е­нию взаимоотношений.

Потому что, как вы выстра­и­ва­ете со своим ребен­ком отно­ше­ния, так он будет выстра­и­вать отно­ше­ния со сво­ими дру­зьями, со сво­ими близ­кими, в даль­ней­шем с женой, или с мужем своим.

И тогда это будет креп­кий брак, и его дети будут тоже вос­пи­таны пра­вильно – настро­ены на долгосрочное.

Вы хотите, чтобы в дан­ный момент ребе­нок послу­шался, вы берете ремень, он орёт, вы его швы­ря­ете – он пуга­ется, он замол­кает. Вы вроде достигли эффекта. Ну да, сей­час да. Но это же потом про­тив вас сра­бо­тает, вы должны это понимать.

– Бывают и такие моменты отча­я­ния, когда ты не хочешь уже ничего объ­яс­нять, ты про­сто хочешь, чтобы ребе­нок сде­лал пра­вильно, а он посто­янно делает вопреки, или посто­янно обна­ру­жи­вает какие-то капризы, и всё такое. 

Я пони­маю роди­те­лей: по попе – быст­рый вари­ант. Но где тогда найти вот эти силы садиться и разговаривать?

– Это как лекар­ство, кото­рое имеет нако­пи­тель­ный эффект. Время должно пройти. Если ты посте­пенно выстра­и­ва­ешь отно­ше­ния, это накап­ли­ва­ется, сразу достичь жела­е­мого резуль­тата невоз­можно. И отно­ше­ния, пози­тив­ные отно­ше­ния с ребен­ком, вос­ста­нав­ли­ва­ются и вос­пи­ты­ва­ются в про­цессе опре­де­лен­ного времени.

Когда у вас нет сил, ребе­нок каприз­ни­чает, орёт – вы сядьте и сидите с ним, мол­чите, ничего не делайте, ничего не гово­рите. Он же не будет орать два часа, три часа, он успо­ко­ится в любом случае.

Но, по край­ней мере, вы не нане­сете ему ника­кой травмы: ни пси­хо­ло­ги­че­ской, ни эмо­ци­о­наль­ной, и вы потом не будете жалеть о своем пове­де­нии, так как в порыве эмо­ций вы можете много чего сде­лать, вы можете ребенка трав­ми­ро­вать, так толк­нуть, что мало не пока­жется, потому что вы взъере­пе­ни­лись, потому что вы вышли из-под контроля.

Когда ребенку обидно, мы начи­наем быстро делать какой-то ана­лиз. Эту обиду как-то нужно ниве­ли­ро­вать. Пер­вое: мы должны его успо­ко­ить, потом мы должны вер­нуться и ска­зать: «В сле­ду­ю­щий раз так, так и так, дого­во­ри­лись с тобой, ты понял меня?»

– Я поняла: навер­ное, мы спе­шим сами решить вопросы, и не даём детям про­жить вот эти чув­ства: обиду, злость, гнев. 

А они имеют право, во-пер­вых, на них, как любые лич­но­сти; а во-вто­рых, все дети раз­ные и все люди раз­ные, но детям навер­няка нужно больше вре­мени, чтобы понять, что про­ис­хо­дит, чтобы отре­флек­си­ро­вать, что я сей­час злюсь, я сей­час обижен. 

– И вот как раз в 6–7 лет они начи­нают рефлек­си­ро­вать, осо­зна­вать и пони­мать. Пред­став­ля­ешь, ты при­шла домой, спе­шила, хотела поесть, встав­ля­ешь ключ в замок – а дверь в дом не откры­ва­ется, не пово­ра­чи­ва­ется, ты и так, и так, ты не можешь это открыть, и ты не пони­ма­ешь, что про­ис­хо­дит. Какое у тебя настроение?

Вот то же самое про­ис­хо­дит в этом воз­расте с ребён­ком. Ведь, когда ребе­нок начи­нает пытаться рефлек­си­ро­вать, ему нужен взрос­лый, кото­рый его про­ве­дет, кото­рый ему поможет.

Ребе­нок не смо­жет сде­лать пра­виль­ные выводы, когда он этого не пони­мает, вроде он делает что-то, он пыта­ется, а он этого не понимает.

Какая реак­ция? Есте­ственно, каприз, есте­ственно, будут эмо­ции, и вы услы­шите «я не хочу, я не буду». И мы тут на белом коне с крас­ным зна­ме­нем въе­хали успо­ка­и­вать его. Ну да, мы же взрос­лые, мы же силь­ные, мы же такие нор­маль­ные, мы можем кри­ком – и я тоже могу.

– Сооб­ще­ние от Алек­сея: «Вос­пи­та­тель­ный про­цесс важен с рож­де­ния, и ника­ких потворств капри­зам, это важно. Про­сто нужно самим взрос­лым усво­ить, что капризы раз­ви­вают они сами, потвор­ствуя им, а потом наказывают. 

Чем страшны капризы: тем, что их слу­шают только роди­тели. Но дру­гие люди капризы слу­шать не будут, это может детей сло­мать, поэтому ника­ких капризов».

– Отча­сти вы правы, отча­сти я не согла­сен с вами. Что такое каприз? Тоже очень важно понять. Если ребе­нок пла­чет, эмо­ци­о­нально не согла­ша­ется, не хочет что-то делать – то это его язык, это он не согла­сен с вами, и он имеет право выра­зить его несогласие.

Когда он пла­чет и не хочет, напри­мер, сей­час делать «домашку» или сей­час идти мыться, или идти с вами куда-то, и так далее, он выра­жает свое несо­гла­сие с вами. Вы, конечно, как взрос­лый чело­век ведете себя по-дру­гому, вы можете с чем-то не соглашаться.

– От Ольги: «Дочь 8 лет, в момент исте­рики гово­рит, что ее никто не любит. Я говорю, что я точно ее люблю, но она сомневается».

– Дело в том, что нужно понять, в чем про­яв­ля­ется ваша любовь, и это пер­вый момент. Вто­рой момент. Вы должны спро­сить у дочери: а как ты пой­мешь, что я тебя люблю? 8 лет – все-таки девочка большая.

Я тебя люблю – это когда что? Это когда я тебе яблоко поку­паю, или это когда я тебе сказку читаю, или еще что-либо? 

Может быть, вы стали очень заня­той; может быть, вы ей когда-то читали сказки, когда-то вы с ней бол­тали перед сном; может быть, вы ее больше обнимали.

Давно ли она это начала гово­рить, или недавно начала гово­рить, как поме­нялся ваш рису­нок жизни?

Может быть очень много фак­то­ров, кото­рые на это повли­яли. Но в любом слу­чае нужно понять, как вы про­яв­ля­ете любовь, и что она счи­тает про­яв­ле­нием любви.

– Отлич­ный вопрос от Анны: «Сын 2 года 7 меся­цев, он любит играть с две­рями, откры­вать и закры­вать, а, выйдя на улицу из дома, он начи­нает играть с две­рями мага­зи­нов, да и в целом на улице ведет себя хуже, чем дома. 

Сам по себе очень актив­ный, мало сидит на месте. Пер­вое время мы вос­пи­ты­вали  мето­дами пси­хо­ло­гии, а потом я поняла, что не пони­маю, как вос­пи­ты­вать, потому что он всё делает наперекор. 

Что делать? И если ребе­нок не хочет идти в сад, его не вести? Важна ли дисциплина?»

– Дис­ци­плина все­гда нужна и важна, но это такая посте­пен­ная дис­ци­плина. Вообще неко­то­рые дети так осва­и­вают мир, то есть ребе­нок играет в игрушку до тех пор, пока он ее не освоит.

Тоже самое здесь. Двери – отлич­ное заня­тие. Что можно с две­рями сде­лать? Может, при­ду­мать какую-то игру, и ребе­нок дол­жен это осво­ить. Ему нра­вится про­цесс – сде­лайте его мак­си­мально без­опас­ным, пусть он поиг­рает в эти двери, ничего в этом страш­ного нет.

Я думаю, что, когда ребе­нок дома не доиг­рал, он будет играть везде, и поэтому ему это инте­ресно. Как объ­яс­нить этот инте­рес, не знаю – может быть, у него игру­шек недо­ста­точно. Или ему про­сто инте­ресно, как рабо­тает дверь, про­сто это нор­маль­ный ребе­нок, это очень хорошо, что он подвиж­ный, что он так развивается.

– А что насчет того, что делает всё наперекор?

– Я не думаю, что он делает напе­ре­кор. Я думаю, что вы огра­ни­чи­ва­ете, по всей види­мо­сти, его сво­боду, и вас это пугает. Может быть, у вас был такой нега­тив­ный опыт, вы там что-то при­ще­мили, или подоб­ное, и вас это пугает. Вы его огра­ни­чи­ва­ете, а когда ребе­нок это не освоил, и вот вы это убрали из доз­во­лен­ного, и ему посто­янно этого хочется.

– Я читала исто­рию, там еще меньше был малыш, и мама резко соби­рала его в поли­кли­нику, они опаз­ды­вали. И вот он схва­тил исполь­зо­ван­ные ват­ные палочки и не отда­вал ни в какую, до истерики. 

При­шлось к педи­атру в каби­нет вот так в кулачке с этими палоч­ками зайти. Маме стыдно было, а педи­атр гово­рит: да всё нор­мально, наиг­ра­ется, выбро­сит всё.

– Вы должны это пони­мать, потому что для вас это ват­ная палочка, а для него это вол­шеб­ная палочка. Вы должны пони­мать, что ребе­нок мир вос­при­ни­мает совер­шенно по-дру­гому, чем вы. Поэтому для него эти двери могут быть две­рями в какое-то королевство.

– Еще есть сооб­ще­ние от Алек­сея: «Читайте Биб­лию, а не пси­хо­ло­гию. Биб­лия изме­нила тысячи и мил­ли­оны, а пси­хо­ло­гия, тем более пси­хи­ат­рия – никого». Откуда ста­ти­стика – я не знаю. 

– Спа­сибо вам за Биб­лию. Конечно, Биб­лия меняет созна­ние, но я скажу, что не Биб­лия меняет, а я думаю, что Дух Свя­той, Бог меняет, и все-таки, это было бого­вдох­но­вен­ное слово, кото­рое меняет нас.

Дело в том, что вы должны пони­мать, что, если мы гово­рим про пси­хи­ат­рию, то есть орга­ни­че­ские пора­же­ния голов­ного мозга, и там уже без таб­ле­то­чек никуда не денешься – напри­мер, шизо­фре­ния, или, напри­мер, оли­го­фре­ния, деби­лизм и так далее.

Но все-таки давайте мы будем очень трезво оце­ни­вать то, что про­ис­хо­дит с людьми.

Это травма голов­ного мозга и так далее и тому подоб­ное – или, напри­мер аутизм, – и поэтому есть опре­де­лен­ные раз­делы пси­хи­ат­рии и пси­хо­ло­гии, кото­рые учат, как рабо­тать с этими детьми, или как выстра­и­вать отно­ше­ния с этими детьми, напри­мер, с дау­нами и так далее.

Поэтому я бы хотел, чтобы вы в такой центр пошли, посмот­рели на этих деток, на этих людей, и я думаю, что тогда всё у вас будет вос­при­нято в нуж­ном русле.

– Наде­емся, что наши советы помо­гут вам вос­пи­ты­вать детей, не осо­бенно строго их нака­зы­вать, как мы сего­дня акцен­ти­ро­вали на этом вни­ма­ние. Верим, что всё у вас будет хорошо, и вы пере­жи­вете все кри­зисы и капризы.

Соб. инф.
Пря­мой эфир пере­дачи на радио «Теос»

Комментировать

*

Размер шрифта: A- 15 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: A T G
Текст:
Боковая панель:
Сбросить настройки