• Цвет полей:

• Цвет фона:


• Шрифт: Book Antiqua Arial Times
• Размер: 14pt 12pt 11pt 10pt
• Выравнивание: по левому краю по ширине
 
Карманные записки молодого священника — Антоний Скрынников Автор: Прочие авторы

Карманные записки молодого священника — Антоний Скрынников

(4 голоса: 5 из 5)

Эта книга раскрывает перед читателем уникальный опыт реального человека, живущего интересами и нуждами Церкви. Автор, молодой ставропольский священник Антоний Скрынников, кратко характеризует ситуации, с которыми ему довелось столкнуться в своем служении, всматривается в их смысл и отмечает памятной «зарубкой» то, что может быть полезным на будущее.

От издательства

Нет ничего нового под солнцем[1], — начертано в Книге Екклезиаста много веков назад. Мудрые слова, в правдивости которых убеждается каждый из нас ежедневно… Однако они не отменяют, а даже скорее укрепляют мысль о том, что опыт любого человека уникален, что у каждого из нас можно поучиться чему-то. Кто-то хорошо умеет обтачивать детали на станке, кто-то увлекательно рассказывает истории, кто-то рисует, а кто-то гениально скручивает кулечки для семечек — у всех людей есть какие-то свои таланты, большие или маленькие, но очень важные и нужные другим. Вот и у священника Антония Скрынникова тоже имеется дар — дар наблюдения и рассуждения, дар искренней заинтересованности во всем, что происходит вокруг. И книга, которую вы сейчас держите в руках, — лучшее тому подтверждение.

Отец Антоний — молодой священник из Ставрополя, ему нет даже тридцати лет. Однако он уже многое успел увидеть и пережить: за его плечами учеба в двух светских вузах, работа в ведущих СМИ Северо-Кавказского региона, выезды по редакционным заданиям в Чечню, Ингушетию, Дагестан, в Северную и Южную Осетии, Абхазию… Он является настоятелем воинского храма во имя святого благоверного князя Димитрия Донского в Ставрополе, несет послушание руководителя епархиальной пресс-службы, преподает в духовной семинарии, возглавляет общественную организацию «Северо-Кавказский правозащитный центр», которая занимается оказанием юридической и психологической помощи людям, пострадавшим от деятельности тоталитарных сект…

Помимо этого, отец Антоний находит время и для своего блога в «Живом Журнале». И блог этот действительно живой, постоянно обновляющийся. Собственно говоря, именно короткие, регулярно публикуемые заметки из ЖЖ и стали основой для этой книги. Их отличает простота и вместе с тем — очень личная интонация. В этих «карманных записках» нет ничего назидательного и морализаторского, нет ничего мертвящего и давящего — только горячее, трепетное отношение ко всему, что видят глаза и чувствует сердце, ко всему, что происходит в Церкви, в мире, в собственной душе.

Эта небольшая книжечка священника Антония Скрынникова может стать добрым собеседником для своих читателей — для совсем молодых пастырей, недавно возведенных в священный сан, для воспитанников духовных школ, для обычных прихожан православных храмов, которым небезразлично то, что происходит вокруг. Мы надеемся, что книга «Карманные записки молодого священника» будет интересной многим людям, потому что хотя и нет ничего нового под солнцем, но опыт человека, живущего в XXI веке интересами и нуждами Церкви, человека с неравнодушным сердцем — бесценен. Ведь за актуальными вопросами нашей общей жизни всегда стоят вопросы вечные и усваиваемые именно путем опыта.

Доброго чтения!

Часть первая. О себе и Церкви

«Прими залог сей»

Меня рукоположили недавно — три года назад. За это время моя жизнь сильно переменилась — и в духовном, и даже просто в бытовом плане. Это не значит, что я стал жить лучше: моя зарплата журналиста была в 2–3 раза больше, чем сейчас. Это значит, что теперь я, как священник, не имею права жить, как раньше. Английский писатель Гилберт Честертон[2] верно заметил: «Самым сильным доводом против христианства являются сами христиане». Но в большей степени эти слова относятся к духовенству. Именно по священнослужителям светское общество судит всю Церковь. Поступив однажды неосторожно, необдуманно, мы можем бросить тень на всю двухтысячелетнюю историю христианства. Именно твой недостойный поступок может отвратить человека от Церкви. И исполнятся страшные евангельские слова: а кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской[3].

Время перед рукоположением — особенное. Ты понимаешь, что пройдет еще несколько дней — и твоя жизнь круто изменится. Сегодня ты исповедуешься сам и сам просишь совета у священника. А уже завтра совета будут просить у тебя. Каждому ставленнику запоминается какой-то свой особенный момент службы во время хиротонии. Для меня таким моментом стали слова рукополагавшего меня архиепископа Элистинского и Калмыцкого Зосимы[4]: «Прими залог сей и сохрани его цел и невредим до последнего твоего издыхания, о немже имаши истязан быти во второе и страшное пришествие великого Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа»[5]. Это очень серьезные слова — они делят твою жизнь на до и после. Тебе дают в руки тело Христа — самое ценное, что есть в жизни христианина. Ты получаешь право совершать Божественную литургию и приобщать к святыне других христиан.

После рукоположения меня часто спрашивали, что именно я испытывал в момент хиротонии. И первое время мне было стыдно ответить, что… ничего. Нет, конечно, я волновался, осознавал нереальность происходящего в этот момент. Но в то же время, почитав перед рукоположением воспоминания разных священников об их необычных впечатлениях, мне было стыдно сказать, что у меня все прошло «обычно». Потом я понял, что этого не стоит стыдиться. Главное, что ты годами шел к своей хиротонии, готовился к ней и через апостольское преемство своего архиерея ее получил.

Первые дни и недели — это время привыкания к внешним атрибутам священства. Ты получаешь возможность касаться престола, тебя называют отцом, целуют руку. И для меня важно было понять, что, каждый раз прикасаясь к престолу, ты должен сохранять к нему такое же трепетное отношение, как до рукоположения. Когда тебе целуют руку, ты должен помнить, что целуют ее не тебе, не за твои ничтожные заслуги — целуют руку, благословляющую людей именем Христа. Бывает горько видеть, как молодые священники небрежно, поспешно благословляют прихожан, брезгуют давать поцеловать руку, возлагая ее на голову людей, которые порой намного старше их. Относиться к благословению нужно так же искренне и тепло, как к крестному знамению, которым мы себя осеняем. Конечно, благословение не является обязательным условием для спасения души. Но тем не менее традиция испрашивать благословения очень древняя и правильная.

Беседуя с прихожанами, нужно четко осознавать, что твое слово начинают воспринимать как призыв к действию, задают массу разных вопросов, на которые ты не всегда можешь ответить. Потому важно иметь пример для подражания, опытного духовника, который сможет аккуратно и тактично унять твой юношеский пыл и направить тебя по правильному пути.

Первые службы и первые искушения

Первые службы — это всегда страшно. Ты стоишь у престола, смотришь в служебник и пытаешься разобраться, что же там написано. Ты не знаешь никаких возгласов, читаешь молитвы с ошибками, заходишь не в те двери, кадишь потухшим углем…

Я был диаконом совсем недолго — одну неделю. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — потому что у меня нет вокальных данных. Плохо — потому что у меня нет и уже не будет опыта диаконского служения. Мне пришлось гораздо труднее: диакон не служит сам, рядом с ним всегда священник, у которого можно узнать о порядке службы, попросить совета. Став священником, мне сразу пришлось служить одному.

Гораздо легче, если у тебя есть опыт клиросного послушания: ты знаешь порядок того или иного богослужения, его особенности. Я же, будучи много лет иподиаконом, знал досконально, когда нужно подать трикирии, вынести жезл, забрать мантию, подать кадило, но эти знания для меня оказались практически бесполезны на приходе. Так случилось, что сразу после рукоположения в священники я, отслужив одну-единственную службу вместе с настоятелем, был вынужден подменить заболевшего священника. Мне нужно было самому возглавить всенощную и литургию.

Первую свою самостоятельную службу я не забуду никогда. Это было похоже на кошмар. Я позвонил своему другу по семинарии и под его чутким руководством превратил служебник в тетрадь первоклассника. На каждой странице — на полях, между строчек и везде, где еще нашлось свободное место, — были расписаны мои подробные действия. Но все равно прокола избежать не удалось. Выйдя на полиелей, я с ужасом вспомнил, что не заложил Евангелие. На решение проблемы было несколько секунд. Идти в алтарь, чтобы посмотреть календарь и попытаться заложить Евангелие, потратив время и затянув богослужение? Или открыть Священную Книгу наугад и прочитать первый попавшийся отрывок?.. Я выбрал последнее.

Литургия прошла более чинно, хотя и длилась гораздо дольше. Потом была проповедь. На службе присутствовало около пятнадцати человек, но мое волнение все равно было колоссальным — гораздо большим, чем во время университетских лекций перед аудиторией в несколько сотен человек. Разговаривая со студентами, ты привыкаешь к вольному стилю беседы, можешь пройтись по аудитории, облокотиться на кафедру, пошутить, вступить в дискуссию. А на амвоне ты вынужден стоять на одном месте и произносить не просто слова теоретических выкладок, но слова, которые должны быть подкреплены церковной, духовной практикой. И прежде всего — твоей жизнью. Нельзя призывать прихожан к тому, чего ты сам не выполняешь и не собираешься выполнять.

А еще мне вспоминается одно искушение. Первые недели меня неотступно терзали мысли, действительно ли я совершил Божественную литургию, все ли правильно сделал? Пресуществились ли просфора и вино в тело и Кровь Христовы?..

Первая исповедь

В Греции есть обычай допускать к исповеди только опытных священников, которых благословил на это архиерей. В России же другая ситуация. Наша страна больше Греции и по территории, и по населению, а большинство православных приходов у нас в лучшем случае — одноштатные. Греческий опыт в России применить невозможно.

Когда ты исповедуешь в первый раз, тебя обуревают мысли, что сказать человеку, как его поддержать. Но позднее я осознал, что исповедь — не беседа со священником. Батюшка не должен обязательно говорить что-то на исповеди. Он обязан слушать, обязан понять, искренне ли кается человек, обязан вместе с ним молиться и сопереживать. Лишь в каких-то определенных случаях священник может дать совет: например, если человек исповедуется впервые.

Некоторые прихожане, увидев в храме нового священника, изо всех сил стремятся исповедоваться у него: он менее строг, первое время не дает епитимий, а главное, ему не стыдно признаваться в повторяющихся грехах. Новый священник пока не знает, что ты каешься в этом грехе на протяжении последних пяти, десяти, двадцати (нужное подчеркнуть) лет…

Священник — не ходячая энциклопедия, в которой можно узнать ответы во всех случаях жизни. Безусловно, он должен быть грамотным, но знать абсолютно все он не обязан. И молодому батюшке нужно уметь преодолеть страхи и на сложный вопрос ответить: «Простите, я не знаю». Приснопамятный Митрополит Антоний Сурожский говорил об исповеди: «А иногда честный священник должен сказать: „я всей душой болел с тобой во время твоей исповеди, но сказать тебе на нее ничего не могу. Я буду молиться о тебе, но совета дать не могу“». И это очень правильно. Не нужно городить от себя, вспоминая лишь прочитанную в книгах сухую теорию.

Если у тебя нет детей, то не нужно рассказывать о том, как правильно их воспитывать. Лучше посоветовать маме или папе качественную литературу по этому вопросу или познакомить их со священником, у которого есть педагогический, родительский опыт. В «Настольной книге священнослужителя» говорится, что «мирской поп да не постригает монаха», так как он не сможет дать того, чего не имеет сам. Не надо говорить того, что не пропитано, не прочувствовано собственным жизненным опытом.

Иногда на исповеди возникает ощущение, что некоторые прихожане играют с тобой в прятки. Кажется, что они не поняли всю важность таинства покаяния, не услышали слова предысповедальных молитв: «Аще ли что скрыеши от мене, сугуб грех имаши». Вместо искреннего раскаяния можно услышать слова о «нарушении пятой заповеди»[6] или даже какого-то из правил святых апостолов. Блуд и воровство называют «невоздержанием», каются в грехах родственников, соседей, в убийстве царской семьи, но только не в своих прегрешениях.

Вот что интересно: гораздо искреннее исповедуются представители малых народов. Возможно, потому, что они пришли к вере, осознавая свой путь, трудясь над собой. И подошли они к крещальной купели потому, что искали Бога, а не потому, что принятие православной веры воспринималось как обязательный ритуал и традиция.

Я не знаю

Еще со времен учебы в университете я знаю, что в научном мире есть несколько правил хорошего тона. И одно из них звучит так: нужно уметь признавать, что вы чего-то не знаете, а в разговоре о сложных и спорных вещах нужно произносить формулу «возможно, я не прав». Это очень хорошие правила, которым почему-то не всегда учат в семинариях.

Молодые священники, такие же, как и я, считают зазорным сказать прихожанину, что они чего-то не знают. Якобы это подорвет их пастырский авторитет. Я считаю (возможно, я и не прав!), что ничего страшного не произойдет.

Недавно ко мне подошла мать троих детей и спросила, как правильно их воспитывать. Я бы мог ей отвечать, судорожно вспоминая, что читал на эту тему, а потом дать дежурные советы: «Водите детей в храм», «Читайте им Священное Писание», «Показывайте благочестивый пример личной жизни». Но зачем? Это и так понятно… Поэтому я честно ответил, что у меня пока, к сожалению, нет детей и подсказать что-то толковое не могу. Но тут же порекомендовал многодетного священника, с кем мать троих детей сможет обсудить свои вопросы. Такой подход я считаю правильным. Ведь как можно давать советы по воспитанию, не имея опыта в этом?

О словоблудии и покаянии

В последнее время у меня появилось ощущение, что люди разучились по-настоящему, искренне исповедоваться. Многие сейчас приходят на исповедь и отдают священнику бумажку, на которой перечислены грехи. И, «смиренно» стоя у аналоя, ждут разрешительной молитвы. Но это неправильно. Исповедь всегда должна быть переживанием, осознанием своих грехов, покаянием, желанием изменить ум. Вместо этого — листики с банальным словоблудием типа такого: «Я, недостойная раба Божия, каюсь Господу Богу во всех своих согрешениях от младенческих лет и прошу милостивого Бога простить мои согрешения, вольные и невольные, яже делом и словом, мыслию, ведением и неведением…».

Искреннее всех исповедуются в большинстве своем представители малых народов, для которых христианство — осознанный выбор, а не традиция.

«Дай» и «прости»

Все чаще во время исповеди приходится слышать слово «дай» — люди просят у Бога здоровья, счастья, благополучия. И вроде бы в этом ничего нет плохого, но такое ощущение, что есть. Потребительское отношение к Господу проникло даже сюда. А ведь на исповеди нужно, наверное, употреблять не глагол «дай», а совершенно другой: «Прости».

Во время таинства покаяния нужно не только констатировать факт греха, прочитав вслух длинный список проступков, похожий на список продуктов, которые необходимо купить. Цель исповеди — перемена ума. Только искреннее покаяние поможет нашей душе. Если мы от всего сердца просим прощения за те прегрешения, о которых помним, то можем надеяться, что Господь простит и те наши грехи, о которых мы забыли.

Самое поразительное, что, получив просимое, человек часто забывает поблагодарить Бога. Хотя в этом нет ничего удивительного, ведь еще в Евангелии мы читали о том, что Христос исцелил десять прокаженных, которые были обречены на одиночество, муки и смерть. Какова была благодарность исцеленных? Лишь один сказал «спасибо».

Еще один евангельский пример. Человек, от рождения инвалид, тридцать восемь лет лежит в грязи у источника. Он никому не нужен, никому не интересно, чем и как он живет. По логике вещей, до конца жизни расслабленный должен целовать ноги Спасителя, исцелившего его, быть ему преданным учеником. Но все происходит иначе, даже страшнее. В благодарность исцеленный бьет Христа по лицу, когда тот находится под стражей. Предание донесло до нас имя этого глупца — Иар.

С тех пор прошло две тысячи лет, но люди все так же неблагодарны. Недавно пришла в храм молодая женщина и рассказала историю. Некоторое время назад у нее появились новообразования на коже. Она ходила по врачам, но никто не брался сказать, что это и откуда взялось. Кто-то посоветовал ей облиться святой водой — новообразования запеклись и исчезли. Вот оно — чудо. Как вы думаете, изменилась ли жизнь этой женщины после такого явного знамения? Поблагодарила ли она Бога, стала ли ходить в храм? Выяснилось, что нет. И теперь она снова пришла в церковь, потому что болезнь вернулась.

Богатства несметные

В представлениях многих невоцерковленных людей священники — люди зажиточные. Образ сформирован при помощи таких атрибутов, как обязательная иномарка, золотой крест и огромный живот — «аналой», как шутят сами батюшки. Иногда этот миф, активно поддерживаемый СМИ, приносит свои печальные плоды. На моей памяти пострадали два знакомых священника — их жестоко избили на улице и ограбили в поисках несметных богатств.

Все представления о зажиточности духовенства разбиваются очень легко, если посмотреть на священников, которые живут и служат в глубинке. Иномарка плавно сменяется на «шестерку», золотой крест местами облез… При этом не обязательно ехать на приходы Чечни или Ингушетии. Подобные примеры есть в изобилии в Центральной России.

В Русской Православной Церкви — свыше двадцати тысяч священников, которые служат в десятках стран мира. Мне всегда хочется спросить критиков: неужели вам удалось повидать их всех, чтобы оценить объем их живота и стоимость их автомобиля? Даже если посмотреть только на меня, то выяснится: я среднего веса и у меня нет даже старых советских «жигулей». Хотя отчасти скептики правы: в Церкви много полных священников. Две главные причины этому — посты и ненормированный «рабочий день».

Основная постная еда на столе среднестатистических священника и мирянина — картошка, макароны и хлеб. Думаю, вы сами в состоянии подсчитать, насколько калорийны эти продукты. При этом любой диетолог скажет: чтобы похудеть, есть нужно часто, но понемножку. А теперь представьте: священник совершает за неделю несколько литургий. Он уходит на службу рано утром, после богослужения у него — молебен, панихида, беседы с прихожанами… В лучшем случае он сядет за стол в 3–4 часа после полудня. И естественно, батюшке будет уже не до маленьких порций, потому что неизвестно, когда ему снова удастся перекусить. Если же день священника перенасыщен требами и встречами, то зачастую полноценно обедать ему приходится поздним вечером или даже ночью.

Если говорить о дорогих машинах, то в чем тут, собственно, проблема? Если священник построил храм, организовал воскресную школу, сделал и делает многое для людей, то почему он не может ездить на иномарке? Церковь не проповедует нищету как обязательное условие для спасения. Кроме того, во множестве случаев иномарка — это оправданный выбор.

Еще недавно в Ставропольскую епархию, например, входило шесть регионов страны, в том числе Чечня и Ингушетия. Для того чтобы передвигаться по этой территории, особенно в 90-е годы, когда все дороги были распаханы гусеницами танков, хороший джип был категорически необходим, не являлся роскошью. Там, где в тебя могут в любой момент выстрелить или попытаться взять в заложники, хорошая машина — гарантия безопасности.

Или другой пример. У моего знакомого священника есть очень состоятельный спонсор, который подарил батюшке дорогую «Ауди». В это время батюшка заканчивал строительство храма, но не хватало средств на колокольню. Он продал подаренную машину — колокольня была возведена. Через некоторое время об этом узнал спонсор и снова подарил настоятелю дорогую иномарку, при этом сказав: «Батюшка, если вам нужны деньги на колокольню, возьмите их у меня. Я дарю вам машину в знак уважения, а не в качестве неприкосновенного запаса, который можно продать в трудные годы»… Что оставалось делать священнику? Написать краской на двери машины телефон спонсора, чтобы все злопыхатели смогли позвонить и проверить?

Конечно, встречаются и перегибы. Покойный Патриарх Алексий II[7] не раз делал выговоры священникам, у которых храм находился в запущенном состоянии, зато было несколько иномарок… Но говорить о том, что подобное носит массовый характер в Церкви, — нельзя.

Тяжелые деньги

Зарплаты у священников, как правило, очень разные. На величину «оклада» влияет сразу несколько пунктов. Во-первых — епархия. Понятно, что зарплата батюшки из Санкт-Санкт-Петербурга будет на порядок выше, чем у батюшки в Майкопе. Во-вторых, играет роль и статус священника, то есть то, настоятель ли он или второй, третий (иногда и двадцатый) клирик на приходе. Настоятель получает ту зарплату, которую сам себе назначит. Штатному священнику приходится довольствоваться тем, что ему дадут. В-третьих, важен вопрос треб. В каких-то приходах фиксированная оплата (что само по себе неправильно — имею в виду слово «фиксированная») или пожертвование идет через свечную лавку, деньги уходят в общую храмовую кассу. В других приходах требные пожертвования остаются священнику.

Если говорить обо мне, то я — ни в коем случае не жалуясь — скажу, что получал больше, работая журналистом. А став священником, получил один ценный совет от собрата, касающийся совершения треб. Те деньги, которые мы получаем за освящение квартир, как правило, неоправданно большие. Поэтому любое пожертвование я воспринимаю как обязанность молиться за людей пожертвовавших, поминать их на литургии.

В последнее время у меня появилось такое правило: совершая таинство Крещения, освящая что-либо, я обязательно говорю проповедь и предлагаю людям вместе выпить чаю в свободное время. Особенно хорошо подобное предложение встречают после крещения детей: родители приглашают меня в гости, задают вопросы, и таким образом удается провести хороший миссионерский вечер.

Самые «тяжелые деньги» — деньги за отпевания. Порой их не хочется брать, ведь ты не можешь прийти, помахать кадилом, вычитать положенные молитвы и уйти — ты должен что-то сказать матери, жене, мужу, родственникам усопшего, стоящим у гроба. Часто сделать это бывает очень сложно, потому что не хочется говорить банальностей или произносить сложные предложения с цитатами из святых отцов. В минуты расставания с дорогим человеком скорбящим людям необходимо что-то, произнесенное от чистого сердца, необходимо искреннее соучастие. Я никогда не считал, что слезы священника во время богослужения являются слабостью. Скорее наоборот — если мы способны так глубоко почувствовать горе незнакомых нам людей, то наше сердце еще живо, мы не превратились еще в требоисполнителей…

Отпевание, наверное, самая полезная треба для души священника. Видение смерти разных людей, разного пола и возраста, не может не дать пищу для размышлений, напоминания о том, что когда-нибудь на месте умершего буду и я, и моя супруга, и мои родители. С чем придем мы к Богу, что предоставим ему на суд?

Однажды во время отпевания мужчины к нему, простите за грубую подробность, смердящему трупу, подошла супруга, поцеловала его в губы и произнесла простые и правильные слова: «Спи спокойно, мой любимый, мы скоро снова увидимся с тобой и будем вместе». Дай Бог такой веры каждому батюшке!

Контрасты

Жизнь священника всегда полна впечатлениями, эмоциями, переживаниями. Бывают дни, когда утром тебе приходится сталкиваться с человеческим счастьем, а ближе к вечеру — наоборот, с горем.

Вот ты венчаешь красивую пару. Влюбленные молятся о своем счастье. Ты смотришь на жениха и невесту, радуешься вместе с ними. Ты говоришь им теплые слова, желаешь взаимной мудрости и помощи Божией. Они еще не знают, что семейная жизнь — это не только улыбки, поцелуи и юбилеи. Еще не вполне догадываются о том, что слово «брак» происходит не от слова «брать», как полагают некоторые псевдофилологи. Брак — это значит отдавать: отдавать свои чувства, свою жизнь, самого себя — другому, ради него.

Потом ты идешь на соборование больного или умирающего человека. Здесь радости уже меньше. Почти нет. Но есть надежда на Бога. Соборуя, ты объясняешь смысл таинства, сопереживаешь больному, стремишься утешить. Иногда беседа с человеком после соборования затягивается на час или два: хворающие люди, заточенные в четыре стены, всегда чувствуют недостаток внимания и общения. Особенно пенсионеры — когда они были молоды и красивы, то нужны были друзьям и родственникам. Сейчас — так происходит не всегда, но очень часто — от них ждут только одного: скорой смерти, чтобы можно было спокойно продать оставшиеся квартиру, дом, дачу. Ну и чтобы кончилась череда врачей, капельниц, страданий… Разговорился с пожилой женщиной, которая в советское время умудрялась работать на четырех работах, дабы обеспечить достойную жизнь единственной дочери. Девочка выросла, получила хорошее платное образование. И вот однажды мама предложила дочке сходить вместе в кино. Плача, эта женщина рассказывала мне, с каким презрением единственная отрада окинула взглядом одежду матери и сквозь зубы процедила: «С тобой? В таком виде? Никогда…».

Общение с больными — тяжелое, но благодатное служение. Например, раньше мне редко приходилось бывать в больнице. Теперь я вынужден чуть ли не каждый день видеть горе и смерть людей — служу в больничном храме. На днях крестил умирающую женщину, беседовал со старушкой, у которой нет обеих почек… Это не дает тебе забыть, что ты смертный, что священный сан не спасет тебя от болезни, смерти, не гарантирует спасения.

Чуть позже у тебя отпевание, а значит, ты перемещаешься в здание морга или тесную комнату квартиры, набитую множеством людей с горящими свечами в руках. Плач и скорбь родственников и друзей. О радости страшно даже думать — тут ей нет места. Христиане сегодня не воспринимают смерть как начало другой, лучшей жизни. И вот ты скорбишь вместе с ними, пытаешься сказать слово, которое не всегда слышат.

Такие контрасты у священника — почти каждый день. И ему приходится все пропускать через свое сердце. Нельзя утешить человека, если скорбь твоя — напускная. Нельзя улыбаться молодоженам и не радоваться за них искренне. А если такое возможно, то возможно только в жизни несчастного священника.

Диспут с атеисткой

Помню, когда я учился в университете, у нас была преподавательница экономики — женщина бальзаковского возраста и ярая атеистка. А я уже давно ходил в храм и даже отрастил небольшую бородку.

И вот как-то мы стояли с одногруппниками и ждали начала занятия. Мимо проходила эта преподавательница. Внезапно она остановилась возле меня, пристально посмотрела и громко спросила: «А ты, часом, не поп?». Меня это покоробило: во-первых, это было бесцеремонно, а во-вторых, слово «поп» в наше время звучит резковато. Но я ответил: «Нет, не поп. Но хожу в Церковь, верующий, даже создал православный молодежный клуб при университете». Что тут с экономичкой стало! Она покраснела, стала кричать на весь коридор, что попы — мракобесы, веками дурят народ, что религия — опиум для народа, и тому подобные вещи. И вдруг произнесла фразу о том, что ученые давно доказали, что Бога — нет. Хотя всем известно, что современная европейская наука родилась благодаря Церкви, демифологизировавшей природные явления… В тот момент я понял, что пришла моя очередь говорить, и предложил преподавательнице перечислить ученых — атеистов и верующих: мне было интересно, какой ряд у нее получится с той и другой стороны. Точно знал, что среди атеистов не могло быть Ломоносова[8], Лейбница[9], Декарта[10], Ньютона[11], Коперника[12], Лотмана[13], Бехтеревой[14]… Но в ответ услышал только то, что доказательства «отсутствия Бога» были приведены в газете «Комсомольская правда». Ну что я мог на это сказать, если кандидат наук принимает за научный источник публикацию в «Комсомолке»?

Самое смешное, что позже я устроился работать журналистом в «Комсомольскую правду».

Как я пришел в Церковь

Мое крещение и приход к вере произошли несколько спонтанно. Для неверующего человека все, о чем я расскажу, может показаться случайным стечением обстоятельств. Для меня же это, несомненно, промысел Божий.

К сожалению, в нашей семье не было по-настоящему верующего человека. Не было даже бабушки, которая по законам жанра есть почти у каждого. Крещены же, конечно, были почти все — и у меня даже остались впечатления от ежегодного посещения кладбища, а потом церкви (или наоборот).

Моя мама — учитель, и в нашем доме всегда была очень большая библиотека. Среди множества полезной и нужной литературы пряталось некоторое количество протестантских и сектантских книжек, щедро раздаваемых на улицах в 90-е годы. Были несколько вариантов Библии, учебники Муна, что-то еще… Когда мне становилось страшно или приходили мысли о смерти, я брал эти книги, читал, и вроде становилось легче.

Однажды, когда мне было шестнадцать лет, мы собрались вместе с двоюродным братом пойти погулять. Он в то время начал ходить в храм, и я приехал за ним в церковь, попав на службу. Простояв пять минут и ничего не поняв, вышел посидеть на лавочке.

Калмыцкая епархия очень маленькая. У нас не было никаких «ритуалов», свойственных большим митрополиям. Чтобы поговорить с архиереем, не обязательно было идти к нему на прием. Его встречали прогуливающимся по улице, беседующим на лавочке с прихожанами, читающим книгу в саду. Так получилось и на этот раз.

Мимо меня проходил владыка Зосима[15] — тогда я не знал еще, кто он такой. Так вот, он подошел ко мне, спросил, как меня зовут, сколько мне лет, где учусь. Узнав, что я не крещен, владыка удивился и сказал: «Я возьму тебя к себе в иподиаконы. Приходи завтра, тебя покрестят, будешь мне помогать». От неожиданного предложения я лишь кивнул головой. На следующий день покрестился, и на вечерней службе мне определили быть жезлоносцем.

Общая исповедь

Не понимаю я смысла общих исповедей. Мне кажется, это некая попытка человека спрятать свои грехи. Когда священник называет их по списку, а толпа кричит: «Грешен», то создается ощущение отсутствия покаяния, стыда. Одно дело — признаться на индивидуальной исповеди, что ты украл, другое — крикнуть это в едином порыве, заглушая друг друга.

До V века общая исповедь была нормой жизни. Но только проходила она по-другому: каждый желающий выходил на амвон и каялся перед общиной в своих грехах. Многие ли готовы сделать так в наше время?

Я уже писал раньше, что люди разучились исповедоваться. Они готовы говорить обо всем, кроме своей души. Например, может подойти женщина и начать рассказывать, что на ней есть страшный грех. Оказывается же, что накануне она, примерно так, съела ложку пюре, а потом узнала, что там было растительное масло. Это же насколько нужно очерстветь, исказить смысл покаяния, чтобы капля растительного масла могла повергнуть в уныние?!

Есть фантастическая готовность покаяться во всем чем угодно. И никогда не услышишь раскаяния в неверии своих детей, в незнании веры, учения Церкви.

Вера сантехника

Недавно в алтаре нужно было посмотреть котел отопления. Что с ним было — не знаю, но пригласили разобраться прихожанина-сантехника. Мне надо было провести его в святая святых храма и показать «проблемную зону».

Подойдя к двери алтаря, сантехник стал снимать обувь. Несмотря на мои уговоры не делать этого, на слова о том, что в алтарь все заходят обутыми, он меня не послушал и сказал, что в святое место в ботинках не зайдет. Потом долго кланялся престолу и молился. В конце концов стал разбирать котел, я же вышел. Зашел через десять минут и услышал, что сантехник… с кем-то разговаривает. Я прислушался и услышал удивительные слова: «Господи, родненький, помоги мне. Куда же я без тебя со своим умом, не оставь меня, без тебя мне не справиться».

Это был разговор реального человека с реальным Богом. Человек разговаривал с Господом, зная, что он здесь, рядом. Это был разговор любящего сына с любящим отцом. И стало страшно, как быстро мы, священники, привыкаем к святости алтаря, и даже порой поклон там сделать бывает лень. Дай, Господи, нам всем такую же веру, как вера сантехника…

Кстати, у коптов есть благочестивая традиция: когда они подходят к причастию, то разуваются.

Вход — только для…

Почему-то нет среди христиан дружбы. Дружат отдельные люди: Таня с Колей, Даша с Машей. А вот найти по-настоящему дружный приход, где все друг друга знают и друг о друге заботятся, очень непросто.

Вот читаешь книги по истории Церкви и удивляешься тому, как раньше жили христиане: реальная взаимопомощь, общая трапеза после службы. А сейчас каждый сам по себе. Как было бы хорошо, если б священник перед богослужением по воскресеньям обращался к народу и рассказывал, что произошло нового в жизни общины: например, у Оксаны родился мальчик, Виктор Иванович находится в больнице, а Тамара Ивановна уехала в паломничество, — чтобы приход знал беды и радости своих сопричастников по общему делу — литургии.

Как-то один мой знакомый батюшка объявил после службы, что такого-то числа состоится приходское собрание, где будет обсуждаться жизнь прихода на ближайший год. Пригласил всех, кто считает себя прихожанами храма. На службе стояло больше 250 человек, на собрание пришли 40. Что с остальными 210? Они не считают себя частью общины, прихожанами? Конечно, кто-то не смог по объективным причинам, но большинству, скорее всего, было просто безразлично…

Бывает и совсем иначе: вместо того чтобы облегчить человеку приход в Церковь, в общину, мы сами его затрудняем. Объявления в храмах наподобие таких: «Без платка в храм не входить», «Женщинам в брюках вход запрещен», «Вход только для священнослужителей и работников храма» (возле единственного туалета на церковной территории; сам видел!) — просто убивают. Человек приходит к Богу, а мы говорим ему, что Господу не угодны штаны или непокрытая голова… Да, несомненно, в храме есть своя культура поведения, но навязывать ее нецерковным людям просто преступно — они пойдут в секту, где их примут даже… в трусах.

Страшно, что мы сами создаем себе гетто, куда вход — только для избранных и строго по билетам. Даже в обычный туалет.

На Литургию — как бомжи

Задумался о внешнем виде наших прихожан. Знаю молодых людей, которые успешны в работе, занимают высокие должности, ходят на работу в костюме и галстуке. В воскресенье же на литургию являются одетыми, как бомжи: на них старые джинсы, свитер и т. п. Спрашивал, почему нельзя приходить в храм так же красиво одетым, как на работу? Ответили: принимают за сектантов. Это наша большая беда. Мы привыкли — это уже въелось в подкорку, — что идут молиться в пиджачке и рубашечке лишь «свидетели Иеговы». Мы привыкли и смирились с тем, что улица — это территория проповеди сектантов. Мы отдали им больницы, школы, тюрьмы и добровольно загнали себя в пределы храмовой ограды. Может быть, мы и Священное Писание станем считать их книгой?! Любой сектант читает Библию каждый день, большинство же православных его «почитают»: иногда целуют крышку Евангелия на всенощной — ставят его дома в красный угол, и все! Но этого мало: Писание надо не только почитать или читать — надо жить по нему, чтобы не превратиться в героя «Книги Илая»[16].

Благочестивый вандализм

У русского человека особое отношение к святыне. Русскому мало просто смотреть на нее, прикасаться к ней — хочется проявить, я бы сказал, благочестивый вандализм, то есть взять частичку святыни на память. Именно с этим связан нездоровый обычай забирать землю с могил святых и подвижников. Правда, что с ней делать дальше, никто толком не знает. Святую воду можно пить, просфору употреблять в пищу, маслом помазываться. А землю, как правило, кладут в святой уголок, где она благополучно и лежит годами неизвестно для чего.

Монахи из Троице-Сергиевой лавры рассказывали, что когда рака у преподобного Сергия была деревянной, ее приходилось менять несколько раз в год — благочестивые миряне-паломники, прикладываясь к ней, старались на «память» отщепить кусочек. И ведь получалось! Потом раку изготовили из стекла и металла — проблема решилась. Но возникла другая, в прямом смысле слова связанная со стенами лавры. Не один раз приходилось выслушивать восторженные отзывы паломников, которым удалось отковырять кусочек монастырской ограды — «на молитвенную память».

Однако наивно думать, что так поступают только миряне. В 2005 году, еще студентом, я побывал на Святой земле. Наша делегация, состоящая в том числе и из духовенства, прибыла к Мамврийскому дубу в Хевроне. Сам дуб, как известно, уже давно высох, но все равно огорожен металлической решеткой, на которой только на одном языке была сделана предостерегающая надпись, что касаться дуба строжайше запрещено. Догадались — на каком языке? Правильно, на нашем родном. И вот гид, рассказав историю дуба, отлучился буквально на пару минут с просьбой подождать его на месте. Как только он скрылся с глаз, большинство батюшек, ретиво перепрыгнув через ограду, стали обламывать дубовые ветки и кору, пряча добычу в рукава ряс и карманы подрясников…

Тьфу!

В последнее десятилетие на церковных прилавках обреталось огромное количество псевдоцерковной макулатуры: книги о конце света, втором Пришествии, о вреде компьютера, Интернета, ИНН, новых паспортов. Святейший Патриарх Кирилл ситуацию несколько изменил — теперь правящие архиереи не могут самостоятельно благословлять выпуск книг, эти функции передали Издательскому Совету, где псевдоправославные тексты попросту отсеиваются (впрочем, архипастырское благословение на подобных книгах нередко оказывалось ложным). И сразу стало меньше книг «местного производства», которые писались «внутриепархиально» и так же распространялись. Как правило, это издания, повествующие о местных «чудесах», обильно приправленные благочестивыми, но бессмысленными комментариями.

Вспоминается такая история. Однажды к ныне покойному Митрополиту Питириму (Нечаеву)[17] пришел на прием священник и попросил благословения на издание книги, которую и оставил владыке. Митрополит Питирим книгу прочитал: в ней все было очень примитивно и идеально: солнышко светило, птички пели, все ходили крестным ходом. Владыка прямо на обложке оставил свой отзыв: «Тьфу! Митрополит Питирим».

Самое благодатное

Никогда не понимал стремления некоторых прихожан обязательно передать записочки на Афон, Святую землю, в египетские монастыри. В этом есть некий магизм: человек думает, что служба на Афоне более благодатная. Неправда! Божественная литургия везде одна и та же. Нет никакой разницы между евхаристическим каноном в какой-нибудь глухой деревеньке Калужской области и в монастырях Греции. А получается, что вместо того чтобы поддержать родной храм или монастырь, люди передают записки и платят приличные суммы, то ли чтобы потешить гордость, то ли для самоуспокоения: мол, и за меня молятся в известных обителях…

Исключение, на мой взгляд, — послать записку в тот монастырь, который вам чем-то дорог, который вы посещали, в котором служит знакомый вам священник.

Верба вместо Христа

Давал крест прихожанам на вербное воскресенье. Людей было много.

После в алтаре поделился мыслью с собратьями-священниками, что не вижу для себя особого смысла брать вербу домой. В ответ пошутили, что интеллигенция всегда была далека от народа.

Нет, я не считаю, что нести освященную вербочку домой — плохо. Я просто не вижу в этом функционального смысла. Поставить ее в уголок с иконами? Да, можно — а зачем? Молиться на нее нет смысла, скушать ее нельзя (правда, шутят о неистребимом желании верующего человека что-нибудь освятить и съесть)… Пусть напоминает о храме и богослужении? Но об этом нам говорит и наличие икон в доме.

Решил найти объяснение вопроса «для чего мы освящаем вербу?» — не нашел ни одного прямого ответа. Все пишут, откуда пошла эта традиция, какое евангельское событие мы вспоминаем, какую молитву читаем. Но зачем — об этом не смог прочитать. Зато часто встречались советы набивать вербой подушечку, которую потом кладут в гроб под голову усопшему… Но в принципе, когда человек умер, ему можно подложить под голову даже кирпич — ничего не изменится, если он жил без Христа. Понравился мне лишь один совет, эстетический: украшать вербами дом или квартиру.

Освящение верб давно стало доходным бизнесом цыган и предпринимателей. В этом году мне пришлось впервые увидеть в храме упакованные вербы с ценником и штрих-кодом.

Все эти мысли возникли не на пустом месте. Когда я давал прихожанам целовать крест, прямо за мной стоял другой священник — он раздавал желающим вербы. И в какой-то момент мимо меня танком прошла бабуля, расталкивая прихожан, даже не думая приложиться ко кресту. Подумав, что она просто забыла об этом, я ей его протянул. Но получил такой ответ: «Зачем мне ваш крест? Я вербу пришла освятить!».

Страшно, когда верба заменяет Христа. Весь день в храм шли люди с веточками. Люди эти не были на всенощном бдении, на литургии. Им не нужно было причастие — им нужна была верба… Так пушистая веточка может играть в Церкви отрицательную роль. Она выступает в роли «успокоительного» для души «захожанина». Вроде и в храме побыл, и водой его окропили, и веточку освященную дали. Все у него хорошо — можно еще годик в храм не ходить.

В древней Церкви было такое понятие, как «сокрытие веры», когда вновь пришедшим людям рассказывали о сути веры по частям — по мере их подготовки и возможности воспринять информацию, знание. Кажется, есть смысл вернуться к этой практике сейчас. Хочется, чтобы люди в первую очередь знали Евангелие, а только потом — традиции христианских праздников.

По данным опросов ВЦИОМ, подавляющее большинство опрошенных — 75–80 % — заявляет о православии как о своей вере. Это хорошо: значит, мы имеем моральное право в интересах большинства и на правах большинства идти на телевидение, в школы и в армию. Но с другой стороны, мы должны трезво понимать, что из тех же 80 % все знают, что такое святая вода, когда нужно освящать куличи и вербы, но лишь несколько процентов смогут внятно рассказать о Христе и таинствах Церкви.

У традиции вербного воскресенья есть один положительный смысл, о котором редко задумываются люди. Верба может стать символом проповеди. Увидев в руках у верующего освященную веточку, кто-то, возможно, задумается о Церкви. Кто-то вспомнит, что давно не был на исповеди, кто-то пойдет в храм. Наверное, ради этого и стоит взять вербу домой.

Фарисеи среди нас

Как-то в разговоре с одним умудренным опытом священником услышал от него фразу, что зачастую главными врагами Церкви являются сами попы. Своей ленью, стремлением к роскоши, фарисейством мы отталкиваем людей от Христа. Тогда мне его слова показались странными. Однако чем больше общаешься с собратьями-священниками, тем острее понимаешь, что доля правды в этом есть. Нет, я не говорю, что все священники плохие. Уверен, что большинство как раз являются честными тружениками. Но есть и наемники. Именно по поступкам последних судят о Церкви — а не по поступкам священников, достойно совершающих свое служение.

Сегодня долго беседовал с женщиной. Живет одна, есть сыночек — родила его в гражданском браке. Несколько лет назад решила женщина эта сына покрестить. Пришла в храм, обратилась с просьбой к настоятелю. Батюшка отказался совершить таинство, мотивируя это тем, что мальчик появился на свете в блуде, а значит, не может быть крещен. А мать отлучил от причастия, не объяснив даже сути этого своего действия. Вот каким надо быть человеком, чтобы так поступить?! Кто дал этому священнику право судить о том, кто достоин крещения, а кто — нет? Просветитель Руси князь Владимир был рожден вне христианского брака, к примеру… Ребенка окрестил тайно в том же храме другой священник. Мальчик потом долго не хотел ходить в храм — каждый раз на предложение мамы пойти на службу он отвечал, что Бог его не любит, раз в первый раз его не захотели покрестить.

Лимон в благодарность

У меня — радость. Освятил две квартиры на днях, пообщался с жильцами. Мне дали один лимон. Фрукт то есть. Помню, как однажды мне дали за освящение дома десять тысяч рублей, а радости не было. Была благодарность, смущение. А здесь совсем другое — дали лимон, напоили чаем от чистого сердца. И радости гораздо больше.

«Мелкие» грехи

Я солидарен с мнением, что деление грехов на смертельные и не очень — условно. Любой грех страшен и ведет к смерти души — особенно если в нем не каяться. И если один человек всю жизнь убивал и не каялся, а другой «только» воровал и тоже не каялся, то погибнут оба. Хотя с точки зрения Уголовного кодекса степень их вины — разная.

Как иногда может очерстветь душа человека! Пришла на исповедь женщина. Вначале перечисляла множество «мелких» грехов: обида, зависть и т. п. Как бы между слов проскользнула у нее и фраза: «Давно не ходила в храм». Спросил ее: насколько давно — месяц-два? Ответила: «Лет двадцать». Вот это да! С этого и надо было начинать! В этом и причина всех остальных грехов. Пришлось заставить людей постоять в очереди, пока с этой женщиной обстоятельно говорил…

Стыдно

На днях у меня было плохое настроение: сидел и думал, как же тяжело жить на свете. А потом причащал в больнице перед операцией женщину, у которой три огромные опухоли в голове. Врачи ничего хорошего не обещают, а у нее — трое детей… Потом пришла в храм молодая девушка, у которой через несколько дней роды. Доктора говорят, может умереть… Потом узнал о своем старом знакомом, который погибает от дезоморфина — у него практически гниет все тело. После этого как-то стыдно думать о том, что у меня есть проблемы — у меня их вовсе нет, если сравнивать с чужими бедами.

Недавно вошел на территорию храма в рясе и с крестом. На паперти сидел человек характерного вида — он обратился ко мне: «Брат, помоги мне, чем можешь». Я сначала возмутился в душе такому обращению к себе, а потом снова стало стыдно. Христос мыл Своим ученикам ноги — а я возношу себя выше некуда…

Радоница, или «Мамочка пить хочет»…

Радоница — хороший день, чтобы провести социологический срез веры нашего народа. В минувшую Радоницу я ходил по кладбищу очень долго, часов десять: день был рабочий, поэтому люди тянулись и утром, и вечером, кто до работы, кто после. Меня многие с удивлением спрашивали, что я делаю на кладбище. Парадокс: люди знают, что в Радоницу нужно идти на кладбище, а вот для чего — не представляют. В большинстве случаев все происходило, как на пасху: на погосте пили, ели, курили, дрались, цыгане топтались по могилам, сгребали конфеты и печенье…

Очень много было традиционных стопочек на могилках. Просил людей не ставить алкоголь — не спорили, убирали. Но не обошлось и без любителей поспорить. Пьяный мужик отказался убирать «стопарик» на том основании, что покойный любил выпить. Интересно, а если бы усопший был наркоманом? Его друзья воткнули бы в могилу шприц?

Одна женщина на мой вопрос, почему могила мокрая, ответила, что вылила на холмик стакан минералки. Снова спросил: зачем? Ответила: жарко, вдруг мамочка пить хочет…

Задело

Эту историю рассказал мне знакомый священник — и задело за живое.

Пришла в храм женщина с вопросом, как можно отпеть ее некрещеного сына, погибшего много лет назад. Батюшка вначале чуть осерчал, спросил, почему же не крестили парня, пока жив был. Выяснилось следующее. Женщина эта и ее трое детей, которых она растила одна, — беженцы, приехали в Ставропольский край из Узбекистана. После переезда решила покрестить своих деток, но за троих у нее попросили большую для нее сумму денег. Их не было в семье. Бесплатно крестить отказались. Через неделю утонул сынишка…

На самом деле, кто отказал матери в бесплатном крещении детей — священник или свечница, не столь важно. Даже если разговор произошел в свечной лавке, значит там знали, что их не накажут…

Самое же удивительное, как рассказал мне знакомый батюшка, в той женщине не было ни тени осуждения или озлобленности, только грусть.

Библия: читать или почитать?

В воскресенье говорил проповедь на тему христианской миссии. Основной смысл такой: все прихожане должны быть миссионерами. Неправильно думать, что свидетельствовать миру о творце есть обязанность одних священников. Ведь слова Христа «идти, учить и крестить»[18] относятся не только к апостолам или священнослужителям. Это призыв Бога к каждому верующему человеку.

На мой взгляд, страшной ошибкой и бедой нашей Церкви в последние годы стала «потеря» Библии. Мы проиграли сражение с сектантами за эту Книгу. Позор, что человек с Библией в руках воспринимается как сектант.

Библия православного почти всегда — в идеальном состоянии. На книге нет ни пылинки, ни помарочки — она стоит в красном углу, и все члены семьи ее «почитают». Экземпляры сектантов всегда растрепаны: в них множество закладок, страницы исчирканы разноцветными карандашами. Это говорит о главном: такую Библию читают, изучают, по ней проповедуют.

Похоже, трагические страницы нашей истории нас ничему не учат. Вот отрывок из воспоминаний Владимира Марцинковского[19]:

«Вернувшись однажды вечером домой, я нашел у себя на столе письмо, спешно вызывающее меня в Тулу для чтения лекции. Нужно было ехать в тот же вечер, так как зал был снят на завтра.

Я поспешил на Курский вокзал. У кассы стола длинная очередь. Ко мне подошел какой-то господин, предлагая перекупить у него билет (оказавшийся ему ненужным). Я отнесся к нему с недоверием, опасаясь за действительность билета, но все же взял его, и хорошо сделал — ибо, как потом выяснилось, в тот день на Тулу больше билетов не продавали.

Ехать было очень неудобно. Пришлось стоять на площадке с выбитым окном. Был мороз, дул резкий ветер. Предстояло часов семь пути, и притом ночью. От усталости и желая укрыться от ветра, я опустился на пол (место мое было как раз у открытого окна) и сел между солдатских сапог, так как вся площадка была забита красногвардейцами.

Каждый из них по очереди придерживал у разбитого окна большой грубый мешок для защиты от холодного ветра. Один из солдат похвалялся грабежами и убийствами, в которых он участвовал в дни революции. Я не выдержал, встал из своего уголка и спросил рассказчика: „разве Христос в Евангелии учил так делать?“.

— А нешто мы его читали? Мы только крышку Евангелия целовали… А что в ем писано, того не знаем.

Поистине, „гибель народу без слова Божия“».

С верой — легче

Никогда не плакал на исповеди. А сегодня не сдержался — исповедовал смертельно больную молодую женщину, которой осталось жить несколько дней.

Насколько все же верующему человеку легче умирать! Не могу сказать, что она была полностью спокойной, но совершенно очевидно, что готова встретиться с реальностью после смерти…

Жена — только воцерковленная?

У меня есть друг-священник, который служит в Ростовской епархии. Недавно мне пришлось быть свидетелем его беседы со взрослым сыном. Речь шла о вопросах семейной жизни, хотя парень еще не женат и даже девушки у него нет. Папа-священник авторитетно и жестко заявил, чтобы сын выбирал в подруги только православную девицу. А если та в храм ходить не будет, то незачем ее и домой приводить…

Когда я об этом услышал, мне стало как-то не по себе. Появилось ощущение, что батюшка не уверен в своем сыне, в его воспитании — словно боится, что девушка сможет сбить его с пути. Если так рассуждать, требовать, чтобы верующие выходили замуж или женились только на верующих (воцерковленных!), то что же будет с остальными? Кто их обратит в веру?.. Если девушка не ходит в церковь, это не говорит о том, что она атеистка. Просто никто ее еще не научил, как надо верить и зачем ходить в храм.

Три маленьких чуда

Однажды наши епархиальные сестры милосердия отправились дежурить в больницу — это постоянное мероприятие, воскресное. Как правило, они ходят по палатам, разносят святую воду, просфоры, принимают записочки о здравии…

В тот день, о котором я хочу рассказать, сестры «случайно» зашли туда, куда раньше не заходили, и нашли в палате еле живую старушку, которую жестоко избил собственный сын-алкоголик. Пообщавшись с ней, они обещали привести к ней священника на следующий день.

Выйдя из больницы, сестры «случайно» встретили меня, рассказали про эту старушку и попросили причастить ее. Встреча и правда произошла случайно — служба давно закончилась, я по всем параметрам должен был быть дома, но задержался…

Так как состояние бабушки было очень тяжелым, решил идти причащать сразу. Увидел жуткое зрелище. Так, как избил ее родной сын, не бьют даже мужиков. Лежит вся черная, глаза опухли, посинели, ничего не видит. Подошел к ней, взял за руку, сказал, что пришел причастить. Старушечка стала плакать, целовать мне руки. Давно так тяжело мне не давалась молитва — слезы душили. Как родной сын может так поступить с матерью?..

Пока молился, твердо решил, что, как только выйду из палаты, позвоню в полицию, если врачи сами не сообщили… Попрощались со старушечкой, вышел и стал искать дежурную медсестру. И тут в коридоре «случайно» увидел идущего навстречу полицейского. Хотя тот следовал в другую палату, но согласился зайти и к бабуленьке, чтобы все выяснить.

Имя: для «всех» и для «своих»?

Наречение имени — это всегда проявление власти одного человека над другим. Еще на заре истории человечества Господь дал эту власть Адаму, когда призвал его дать имена всем животным в раю.

Когда в семье рождается малыш, перед родителями встает трудный выбор, как его назвать. Иногда это вызывает ожесточенные споры между родственниками — у каждого есть свои предпочтения, свои предложения.

Есть несколько равнозначных традиций выбора имени. Самый распространенный — давать младенцу имя того святого, память которого празднуется в день рождения малыша или в день его крещения. Конечно, при этом нужно проявлять здравомыслие. Если в церковном календаре в интересующие дни указаны лишь сложновыговариваемые имена ветхозаветных праведников, то не будет греха, если вы посмотрите на день вперед или назад.

Можно без смущения назвать ребенка в честь того святого, которого особо почитаете вы или ваша семья.

К сожалению, у русских людей с выбором имени связано много суеверий. Часто говорят, что детей нельзя называть именами умерших родственников, чтобы новорожденные вскоре не умерли. Конечно, это глупость. Рано или поздно мы все отойдем в мир иной — и это не зависит от имени. Час смерти каждого из нас определяет Сам Господь, а никак не умершие предки.

Другое суеверие гласит, что у ребенка должно быть два имени. Одно — тайное, которое известно лишь близким родственникам, другое — публичное. Сторонники подобного утверждают, что в этом случае на человека нельзя навести порчу, так как его известное имя не является подлинным. И в подтверждение этой теории всегда следует ссылка на апостола Павла, который до чуда, произошедшего с ним по дороге в дамаск, был Савлом. На самом деле навести порчу на кого бы то ни было нельзя, если человек верует во Христа. Бог всегда сильнее всех бормочущих заклинателей, вместе взятых. Апостол же Павел, изменив свое имя, хотел скрыть свое еврейское происхождение.

Святитель Тихон

Россия всегда была страной преподобных — большинство святых были прославлены в этом чине. Лишь начиная с 1917 года Россия стала страной мучеников.

Скоро праздник святителя Тихона, Патриарха Московского[20]. Тогда же — день памяти апостола и евангелиста Иоанна Богослова[21]. Они оба находились при жизни в смертельной опасности — и оба умерли своей смертью.

Когда читаешь материалы поместного Собора[22], избиравшего Патриарха, диву даешься: почти вся академическая профессура была против восстановления патриаршества, все крестьяне и простолюдины — за.

Нет ничего красивее, на мой взгляд, чем слова священномученика Илариона (Троицкого)[23], которые он произнес на Соборе. Это образец красноречия настоящего проповедника… Жаль, что в наших семинариях на гомилетике требуют учить все что угодно наизусть, кроме этой непревзойденной речи: «Зовут Москву сердцем России. Но где же в Москве бьется русское сердце? На бирже? В торговых рядах?

На Кузнецком мосту? Оно бьется, конечно, в Кремле… В Успенском соборе… Святотатственная рука нечестивого Петра свела первосвятителя российского с его векового места в Успенском соборе. И когда под звон московских колоколов пойдет Святейший Патриарх на свое историческое священное место в Успенском соборе, будет тогда великая радость на земле и на небе».

Пожар веры

Есть «фастфуд» — быстрое питание. Я предлагаю ввести по аналогии термин «религиозный фастфуд».

Если у меня спросить, как спасти свою душу, то я не скажу: делай так, только это — единственный путь. У меня нет точного рецепта, в отличие от секты. Там все просто: прими Иисуса в сердце, ходи на собрания, проповедуй и жертвуй десятину — все, ты спасен. Легче в какой-то мере и буддистам, которые не знают таких понятий, как личностный Бог, каноны и догматы. Они религиозно всеядны. Помню, к нам в Элисту привозили чудотворную икону. Собралось огромное количество паломников, которые часами стояли в очереди к ней. Там же ждали и буддийские ламы, которые, поцеловав образ, шли на помазание, ставили свечи.

Я знаю, что нужно регулярно причащаться, жить по Писанию. Но это не единственный путь — у каждого он может быть своим. Мы помним святых, которые не были даже крещены — вернее, крестились своей кровью. Мы знаем святых, которые ни разу не причастились за свою жизнь, не были ни разу в храме и, несмотря на это, исповедовав Христа Богом, взошли на небо.

Известный римский лицедей и мим Генесий по приказу императора Диоклетиана в 268 году выставлял в цирке на посмешище таинство Крещения. Какое чудесное действие оказала на мима даже пародия на это таинство, мы видим из его жития: покаявшись, Генесий крестился и вместе с другими христианами «был первым усечен главою».

Христианин всегда должен идти против потока. Нас призывают к толерантности и либеральности, а это убивает нашу страну. Будем помнить, что Христос не был толерантен. Если ему что-то не нравилось, он брал в руки бич. Он не думал, что о нем скажут, называя грешников «гробами окрашенными» и «лицемерами».

Преподобный Александр[24], первоначальник обители неусыпающих, узнав, что в соседнем городе есть языческий храм, пошел и поджег его. Когда на пожар сбежался народ, святой стал проповедовать.

Я не призываю к насилию и поджогам — это призыв к пожару веры своего сердца.

Быль

Пригласили отпевать покойника. Батюшка приехал, приготовился и начал отпевать. Правда, обратил внимание на то, что покойник не в гробу, а на кровати лежит, но что ж, хоть так, а отпевать надо.

Дойдя до момента, где надо поминать покойного, обратился он тихонько к родственникам:

— Как имя усопшего?

Тут покойник открыл глаза и произнес:

— Сергий!

Опомнившись от шока, священник стал стыдить родственников и сказал, что человек хоть и тяжело болен, но еще живой, а посему его нужно соборовать. Родственники сказали, что, мол, они в церковных делах несведущи, как батюшка скажет, так пусть и будет. Священник начал соборование.

Через несколько минут, воспользовавшись паузой, одна из родственниц прошептала ему на ухо:

— Вы так все хорошо делаете, может, заодно его и покрестим?

Притча о современных христианах

Стояло засушливое лето, и фермеры, жители небольшого поселка, были обеспокоены тем, что будет с их урожаем. В один воскресный день после службы они обратились к своему священнику за советом.

— Отец, мы должны что-то делать, или мы потеряем урожай!

— Все, что от вас требуется, — это молиться с абсолютной верой. Молитва без веры — это не молитва. Она должна исходить из сердца, — ответил священник.

Всю следующую неделю фермеры собирались дважды на день и молились, чтобы Бог послал им дождь. В воскресенье они пришли к священнику.

— Ничего не получается, отец! Мы каждый день собираемся вместе и молимся, а дождя все нет и нет.

— Вы действительно молитесь с верой? — спросил их священник.

Они стали уверять его, что это так. Но священник возразил:

— Я знаю, вы молитесь без веры, потому что ни один из вас, идя сюда, не захватил с собой зонтик!

Поповское

Часто общаюсь с сельскими священниками и слышу от них одну и ту же фразу: село вымирает. Люди почти не ходят в храм, в частности молодежь. Может, я, конечно, и наивен, так как никогда не служил в селе, но мне кажется, что если в храме нет молодежи, то виновато не село, а сам священник — не смог «зажечь», не воспользовался шансом вовлечь молодых людей в ритм приходской жизни.

У себя в храме я часто вижу людей, которые приходят не к Богу, а к подсвечнику. Иногда ставят они много свечей, иногда эти свечи очень дороги. Воск сгорает, потолок коптится, а сердце остается таким же глухим… И я понимаю, что это моя вина. Значит, я не смог этим людям показать красоту и силу православия.

Смертный час

Чаще всего священнику приходится, к сожалению, совершать Чин отпевания. «К сожалению»— не потому, что смерть — это что-то ужасное. Нет, для верующего человека смерть не является безусловным злом. Несмотря на то что мы ее боимся и хотим жить, в перспективе мы знаем и верим, что Бог же не есть <Бог> мертвых, но живых, ибо у Него все живы[25]. «К сожалению» — потому, что смерть для нынешних христиан — это всегда безвозвратное, отчаянное горе. Иногда, совершив отпевание, ты понимаешь: собравшиеся люди не верят, что у умершего есть душа. Их отчаяние, поведение при проводах близкого в последний путь, при молитве таково, что невольно понимаешь: отпевание в данном случае лишь дань традиции, а не что-то реально переживаемое с верой во Христа. А ведь апостол Павел, чье послание читается во время этого Чина, предупреждает нас: Не хочу же оставить вас, братия, в неведении об умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды[26].

Когда знакомишься с историей ранней Церкви, то с удивлением понимаешь: смерть для первых христиан не имела никакого значения и воспринималась как что-то естественное и даже желанное, если можно было пострадать за Христа. Если посмотреть на историю гонений в римской империи, то станет понятно: желая отвратить людей от Господа, государство сделало свою ставку на самое важное для человека — его жизнь. Психологически рассчитано верно: устроим гонения, казни, человек испугается и отречется от веры. Но тут, может быть впервые в истории, власть имущие столкнулись с удивительной проблемой. Вместо испуга христиане проявляли воодушевление, сами шли на смерть, признавая и исповедуя Христа Богом. Главной трудностью для ранней Церкви стал не массовый отказ от Господа, а массовое стремление христиан отдать свою жизнь за него. Первые епископы Церкви были вынуждены увещевать свою паству прекратить «нарываться» на мученичество. Встречаются интересные упоминания о том, что одна община христиан поздравляла другую с мученической смертью ее членов, понимая, что теперь у них появились свои заступники и ходатаи перед Богом.

Сегодня у нас не принято говорить о смерти, чтобы не испортить настроение родным, друзьям и коллегам. Современное общество, давно отошедшее в массе от Бога, наложило негласное табу даже на упоминание о конечности жизни. В некоторых кантонах Швейцарии похоронным автобусам запрещено появляться на улицах в дневные часы, чтобы мысли о смерти не смущали граждан. И даже современный христианин зачастую забывает, что нужно непрестанно готовиться к страшному суду: Итак бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет[27].

Конечно, человеку хочется получить образование, сделать карьеру, создать семью. Но как бы мы ни старались уйти от смерти, рано или поздно она придет к нам. И все, что мы копили и собирали, может оказаться таким же ненужным, как уличный мусор. В худшем случае мы уподобимся евангельскому богачу, думавшему только о земном… Безумный! В эту ночь душу твою заберут от тебя. Кому достанется все то, что ты накопил?[28]

Рождественское чудо

Каждому христианину, который регулярно посещает храм, дороги памятные для него церковные моменты. Кто-то особо запоминает первую пасхальную службу, кто-то — паломническую поездку по святым местам, кто-то — встречу с духоносным старцем. В моей жизни таких памятных событий было несколько, но самым главным, запавшим в душу, без сомнения, является рождество 2013 года в маленьком храме-вагончике во имя святого Димитрия донского в пустом военном городке.

Службу начали по обычаю в одиннадцать часов вечера. Людей набился полный храм, стояли плотно, даже совершить крестное знамение было непросто. Все шло своим чередом, пока в двенадцать ночи не сломался генератор, дававший свет и тепло. В первые минуты в храме царила растерянность. Что делать, где найти электрика в пустом городке за чертой города в полночь? Нигде. Но и просто прервать богослужение и лишиться радости рождения Богомладенца мы тоже не могли. Достали фонарики, зажгли дополнительные лампады, свечи — служба продолжилась. И вскоре я понял, что случай с генератором — это Промысл Божий. Никогда ни на одном богослужении мне не приходилось испытывать такого молитвенного подъема. Реально возникло ощущение, что мы молимся в той самой вифлеемской пещере, где родился Спаситель, ведь в ней тоже не было света и отопления… Мы явно чувствовали сопричастность молитве первых христиан, которые в годы гонений молились в катакомбах — подземных кладбищах, освещая свои собрания светильниками и большими свечами…

О недостойных пастырях

Среди вопросов, которые наиболее часто задают проповедникам и миссионерам, самым распространенным является вопрос о поведении того или иного клирика, монаха или работника храма. Жалуются на старушек, которые, по слову апостола Павла, ищут повода[29], священнослужителей, разъезжающих на дорогих автомобилях, впадающих в пьянство или в блуд.

Что можно ответить людям? Как объяснить, что Церковь — это не свод канонов и не каменное строение в стиле барокко, но прежде всего — мы с вами, живые люди со своими слабостями и пороками? И в этом нет ничего удивительного. Храмы и монастыри всегда были местом особого притяжения людей болящих, телесно и душевно. Ведь Сам Господь говорит, что не здоровые нуждаются во враче, а больные[30].

Пастырь, совершающий грех, — тоже больной человек, который, к сожалению, не исправив свою жизнь, решил взять на себя крест пастырского служения.

Если мы говорим о Церкви как о живом организме, то должны помнить, что во все времена находились священники и епископы, которые впадали в ересь, раскалывали Церковь, нарушали монашеские обеты. Мало того, само Священное Писание дает нам страшный пример предательства и отступления от Бога одного из апостолов — иуды. И может быть, прав был протодиакон Андрей Кураев, сказавший в одном из интервью: «Число подлецов в рясах во всех веках стабильно, и это число евангельское: каждый двенадцатый»[31].

К сожалению, критикуя того или иного клирика, неверующие или невоцерковленные люди часто путают и смешивают два понятия — веру и служителя веры. Каким бы негодяем ни оказался священник, мы верим и знаем, что таинства, совершенные им, имеют силу вне зависимости от личных качеств пастыря. История знает талантливых врачей, которые были циниками, взяточниками, блудниками, но вне зависимости от этого они спасли не одну человеческую жизнь.

Каждый критик Церкви должен помнить, что недостойное поведение священника — это его личный грех, его падение, не затрагивающее сути веры. Мы все прекрасно знаем, насколько процветает коррупция в высших учебных заведениях, но при этом мне ни разу не приходилось слышать, чтобы после очередного увольнения за взятку того или иного сотрудника вуза кто-то начинал сомневаться в науке как таковой.

При этом мы всегда должны помнить, что не все, что кажется нам очевидным, является таковым. Лишь один Господь является Сердцеведцем каждого человека. Яркий пример тому — преподобный Виталий Александрийский[32]. Достигнув шестидесяти лет, святой взял на себя трудный подвиг молитвы за всех блудниц Александрии. Кроме того, он продолжал каждый день трудиться, отдавая заработанные деньги этим несчастным женщинам. Приходя в публичные дома, он покупал на ночь девушку и просил ее провести хотя бы эту ночь без греха, укладывал ее спать и слезно молился за ее душу до утра. Его поведение вскоре стало известно окружающим — многие стали его осуждать и оскорблять, на что святой лишь усиливал свои молитвы. И только после смерти инока блудницы, которых ему удалось увести с пути погибели, рассказали о его подвиге.

Другой пример — равноапостольный царь Константин[33]. Когда ему принесли жалобы и подметные письма[34] на священство и епископов, участвовавших в первом вселенском Соборе[35], император сжег бумаги, даже не читая их. Объясняя свой поступок, он заметил: «Если бы я собственными глазами увидел согрешающего епископа, или священника, или инока, то покрыл бы такого своей одеждой, чтобы никто не видел его греха».

Господь видит грехи каждого из нас, и каждому из нас он всегда дает шанс покаяться, как бы глубоко мы ни пали. Архимандрит Тихон (Шевкунов) в своей книге «„Несвятые святые“ и другие рассказы» приводит интересный рассказ о нерадивых монахах-пьяницах, которых большевики хотели заставить попрать крест и Евангелие, а затем отпустить на все четыре стороны. Вперед вышел игумен с испитым лицом и сказал: «Ну что же, братия, жили как свиньи, так хоть умрем как христиане». И ни один из монахов-пьяниц не сдвинулся с места. В тот же день все они были зарублены шашками.

Отечество земное и небесное

Когда я был совсем еще юношей и учился в школе, то искренне полагал, что самое важное в жизни человека — это патриотизм и любовь к родине. Через какое-то время после прихода в храм я стал невольно переоценивать это свое убеждение. Нет, не перестал я любить родину, которая дарована мне творцом, не забыл и слова святого Митрополита Филарета Московского[36]: «Худой гражданин земного отечества и небесного отечества недостоин». Но стал понимать, что в жизни христианина высшая любовь — это любовь к Богу. И предназначение государства — служить Церкви, помогая ей в проповеди Христовой, а не наоборот. Общаясь с людьми разных возрастов и убеждений, иногда приходится сталкиваться с христианами, которые пришли в Церковь лишь потому, что считают ее единственной силой, которая может спасти страну. С одной стороны, это кажется верным. Ведь каждый священнослужитель непрестанно говорит о вреде пьянства, наркомании, пытается отговаривать женщин от абортов. С другой стороны, нужно помнить, что главная задача Церкви — спасение человеческой души, воссоединение падшего человека с творцом.

Прекрасный пример того, что сакральное — выше земного, — жизнь преподобного максима исповедника[37]. Занимая важный пост при дворе Константинопольского императора Ираклия[38], он увидел, что правительство перед лицом арабской угрозы начало сближение с восточными нехалкидонскими церквями[39], приняв компромиссную христологию (монофелитство), и потому удалился от мира и постригся в монахи. Он не стал оправдывать деятельность императора спасением государства, прекрасно понимая, что чистота веры и догматов выше национальных границ.

Отречение от Бога

Как-то меня пригласили освятить офис одной риелтерской фирмы. Компания была крупной для своей сферы: коллектив — около тридцати человек, солидный офис, дорогой кабинет руководителя. Немного смущало обилие восточных статуэток, стеклянных пирамидок и прочих фэншуевских штучек. Пришлось долго объяснять сотрудникам, что христиане считают свою веру единственно правильной. И если мы называем себя христианами, то должны оставаться индивидуалистами и однолюбами, отказываясь от суеверий, колдовства, астрологии и прочих модных, но духовно опасных штучек.

После освящения рассказал о важности регулярного причастия — на том и расстались. С директором фирмы сложились в целом неплохие отношения, позже освятил ему квартиру, в которой тоже обнаружился склад оккультной литературы и подсобных предметов практического назначения. Опять спорил, доказывал, что нельзя служить двум господам — ходить в храм и призывать на помощь бесов. Валентин, так назовем нашего героя, надо мной посмеивался, продолжая считать, что это мои «профессиональные» привычки не дают мне понять, что использует он вовсе не оккультизм, а достижения современной науки.

Через некоторое время связь с Валентином как-то сама собой оборвалась, он стал реже заходить в храм, потом и вовсе пропал. А через полгода раздался его звонок — с просьбой заново освятить офис. Хотя никаких правил, как часто нужно освящать дом или здание, нет, я почувствовал, что что-то случилось. Отслужив литургию, приехал к Валентину. От былой уверенности не осталось и следа. За последний месяц у его фирмы не было ни одного заказа, а из огромного коллектива осталось всего два человека: ушедшие сотрудники, как выяснилось, регулярно обманывали директора, а теперь создали свою компанию, использовав полученные профессиональные навыки и информационную базу. Положение Валентина было настолько плачевным, что у него не было возможности хоть как-то меня отблагодарить, хотя никакой суммы я никогда не оговариваю, оставляя решение за человеком.

Когда мой знакомый стал рассказывать мне свою историю краха и банкротства, то упомянул о важной детали, которая является ключом к ней. После первого освящения Валентин решил «усилить эффект» и пригласил в офис биоэнергетика, «доктора биоэнергетических наук». И первое, что сказал этот «доктор»: бизнес может быть более успешным, но в помещении есть вещи, блокирующие удачу. Этими «вещами» оказались четыре маленькие наклеечки с изображением распятия, которые наклеиваются на стены при освящении. Биоэнергетик потребовал их снять, что и было сделано. После окончания рассказа мне пришлось сказать Валентину, может быть, нелицеприятную, но правдивую вещь. Если ты сам отказался от Бога и позвал в гости сатаниста, который заставил тебя надругаться над святыней, то спрашивать — почему все так плохо? — не имеет смысла. Офис я все же освятил, но строго предупредил Валентина, что если он еще раз надумает воспользоваться силами тьмы, то все может закончиться гораздо печальнее.

Несовпадение возможностей и сложности

Когда я общаюсь сегодня с воспитанниками семинарии, где преподаю, у меня иногда возникает ощущение, что возможности современных студентов и сложность духовного образования не всегда совпадают.

С детства у меня есть хобби: я люблю рассматривать фотографии, на которых изображены люди — пусть и незнакомые. Смотрю на их взгляд, улыбку, положение рук и пытаюсь понять, кем они были, чем занимались, о чем думали в момент фотографирования. Конечно, все приходящие мне на ум ответы — всего лишь предположение. Когда я смотрю на фотографии выпускников семинарий недавнего советского прошлого, первое, что бросается в глаза, — это серьезность и собранность. Невооруженным глазом видно, что все учащиеся — уже взрослые люди, после армии и университета. Но самое главное, что отличало их от нынешних семинаристов, — определенная жертвенность выбора. Поступая учиться в семинарию в 1970–1980-е годы, человек прекрасно знал, что с этого момента нет пути назад. В царской России семинаристы получали прекрасное образование, не уступавшее светскому, а порой и превосходившее его, могли устроиться на любую, в том числе дипломатическую, службу[40]. Поступая в советскую семинарию, нужно было быть готовым, что за тобой будет приглядывать КГБ, начнутся проблемы с работой и учебой у твоих ближайших родственников, с дипломом семинарии тебя не возьмут на работу ни в одно советское светское учреждение…

Сейчас большинство поступающих в семинарию — школьники. Еще вчера новоиспеченный семинарист сидел за школьной партой, а сегодня ему приходится изучать экзегетику нового завета, катехизис и другие сложные богословские предметы. Сегодняшний семинарист мыслит иначе, чем раньше. Он прекрасно знает, что, окончив семинарию и получив сан, не пропадет. Даже в самой захудалой деревеньке есть бабушки, которые вне зависимости от его пастырских усилий и личных качеств пустят батюшку жить к себе на квартиру, принесут замороженную уточку и десяток яиц, опустят часть своей нищенской пенсии в кружку для пожертвований…

Почему мы стесняемся?

Давно подметил, что мы, православные христиане, почему-то часто стесняемся своей веры. Нам бывает стыдно перекреститься в заведениях общепита, в общественном транспорте.

Когда я работал журналистом — еще до рукоположения, — мне часто приходилось бывать в республиках Кавказа. И нигде я не видел, чтобы кто-то там стеснялся своей веры. Безусловный лидер, на мой взгляд, — Дагестан. Когда наступало время намаза, Махачкала замирала. Водители, пассажиры маршруток, продавцы оставляли свои дела, расстилали коврики и молились. И это было прекрасно. Они никого не стеснялись, им не было разницы, что подумают о них христиане, буддисты, кришнаиты и т. д.

Стесняться своей веры — безусловный грех. В Священном Писании прямо сказано: Ибо кто постыдится Меня и Моих слов, того Сын Человеческий постыдится, когда приидет во славе Своей и Отца и святых Ангелов[41]. По этим словам, мы призваны не только не стесняться, но и быть активными проповедниками, исполняя завет Господа нашего Иисуса Христа: Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века[42].

Первые христиане горели верой Христовой, желали поделиться ею со своими ближними. Апостол Павел проповедовал везде, где только можно: и по дорогам, и в синагогах, и в городах. Если бы апостолы стеснялись своей веры, то вряд ли римская империя стала бы христианским государством, а многие народы и континенты вовсе не узнали бы о Христе.

Ненациональный обычай

Слава Богу, в последнее время священноначалие стало требовать от священников остановки бесконечного конвейера массовых крещений. Кому-то может показаться прекрасным, когда в наших храмах еженедельно крестятся десятки людей. Посмотрев на это, можно подумать, что наконец-то русский народ проснулся и решил снова стать народом-богоносцем, а не народом-обрядоносцем, по выражению приснопамятного протоиерея Глеба Каледы[43]. Но правда далека от идеала — все данные социологических опросов подтверждают это.

Редко, очень редко удается услышать здравый ответ от взрослого человека, который собирается креститься. Чаще на вопрос о том, что побудило прийти к крещальной купели, можно услышать много интересного: «Я — русский, а значит, должен быть крещеным», «Так принято», «Близкие настаивают» и т. д. Думаю, не стоит объяснять, что нельзя подходить к таинству вступления в Церковь по национальным мотивам. Да, безусловно, русский народ всегда был крещеным. Но креститься нужно лишь в том случае, если мы осознаем всю глубину и величину принятого решения; если мы готовы изменять свою жизнь, исполнять заповеди, жить, как учит нас Христос в Евангелии. Сакральное всегда было выше земного — звание христианина выше национальной принадлежности, о чем говорит нам святой апостол Павел: нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос[44].

Страсти по чудесам

Наблюдая за религиозными веяниями последних лет, невольно начинаешь думать о некоем феномене, который можно назвать так — «страсти по чудесам». Ищут чудеса все, и главное — во всем, забывая при этом о главном чуде — воплощении Бога. Из Священного Писания нам известен один из апостолов — Фома, который не поверил ни словам Спасителя о воскресении, ни собратьям-апостолам, которые утверждали, что видели воскресшего Христа. Фома хотел убедиться в этом лично. Вроде бы благочестивое желание, но в ответ он услышал в некотором смысле обличительные слова: ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие[45].

Зачастую верующие готовы при первых слухах, что в город приехал старец или проповедник, бросив все свои дела, бежать за советом, уподобляясь сектантам.

Если мы обратимся к специалистам-сектоведам, они нам подтвердят, что цель любой секты — отключение критического мышления у человека, чтобы он мог поверить во все что угодно. В нашем случае ситуация совсем иная. Мы сами, отключив это самое критическое мышление, бежим исповедовать свои грехи, жертвовать продукты, деньги очередному «чудотворцу». И как больно бывает видеть людей, зачастую образованных и культурных, в очереди за порцией чуда.

Удивляет неуемная жажда чуда, но не такого, как, например, превращение вина и хлеба в тело и Кровь Господни за Божественной литургией, а более упрощенного, которое можно «потрогать руками». В свое время протестантизм как явление протеста против вседозволенности Рима и произвольной догматизации всех решений папы имел свои положительные черты, выражавшиеся в более рациональном подходе к вере. Как часто нашим верующим соотечественникам не хватает этого отношения! Очень нужно, чтобы они поняли: благодать, сходящая на священников во время хиротонии, — одна и та же, молитва в одном алтаре не может быть благодатнее другой молитвы, а настоящие старцы, подобно почившему архимандриту Иоанну (Крестьянкину)[46], не устраивают гастролей по всей России…

Дерзновение Закхея

Одним из моих любимых мест в Священном Писании является описание встречи Господа и мытаря Закхея[47].

Христос проходит через город Иерихон. Как всегда, вокруг него толпы людей, слухи о его чудесах опережают его появление. В Иерихоне живет «начальник мытарей и человек богатый» по имени Закхей. Услышав о Господе, он бросил все свои дела и побежал просто посмотреть на него. Но Закхей был малого роста, не мог рассмотреть Христа из-за чужих спин, потому взобрался на дерево. Господь увидел мытаря на смоковнице и предупредил его о скором Своем визите в дом Закхея. Мытарь, не ожидавший такого, готовится к встрече, но многие люди осуждают Христа за общение с Закхеем, грешником. Спаситель на все обвинения отвечает: Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее[48].

Какие выводы мы можем сделать из этой евангельской истории? Во-первых, Господь разрушает представление о том, что некоторые люди недостойны общения и спасения. Для всего цивилизованного мира того времени это было нонсенсом. Во многих культурах были люди, отверженные обществом. В израильском обществе это были самаряне, которых иудеи считали идолопоклонниками, мытари (как Закхей), которые собирали налоги для римской империи и брали больше, чем положено, больные проказой, которым было запрещено близко подходить к городам. А Господь Своим поступком показал, что для него все эти условности не имеют значения. И результат не заставил себя ждать: мытарь говорит то, о чем не задумывался и час назад: Господи! Половину имения моего я отдам нищим, и, если кого чем обидел, воздам вчетверо[49].

Во-вторых, пример Закхея — это пример благочестивого, разумного дерзновения. Осознавая себя великим грешником, он тем не менее идет навстречу Господу. А ведь часто мы стесняемся идти в храм, на исповедь, поддаваясь искушению, считая, что хуже нас нет никого и уж мы-то недостойны прощения.

В замечательной книге английского писателя Клайва Льюиса[50] «Письма Баламута» старый бес учит молодого, как отвадить человека от Церкви, от храма. Нужно внушить человеку, что тот — великий грешник, а в храме все — святые. Можно поступить и наоборот — внушить, что в храм ходят лишь грешники, а праведникам в том нет нужды.

Часть вторая. О Себе и о мире

Традиции Кавказа

До рукоположения я работал журналистом на Кавказе и понял, насколько важно знать культуру и религиозные традиции тех народов, с которыми ты контактируешь. От этого иногда может зависеть даже твоя жизнь.

Однажды наше издательство решило послать на «покорение» Ингушетии молодую неопытную девчонку-корреспондента. Не зная обычаев, она надела короткую юбку, накрасила губы и отправилась в путь. На ее счастье, вся поездка прошла практически без эксцессов, но, возвращаясь домой, она совершила глупость. В Назрани наша корреспондентка попросила водителя остановиться на местном рынке, закурила, выйдя из машины, и неспешным шагом направилась к мясным рядам, где ничтоже сумняшеся спросила: «Почем свининка?». Она поняла, что делает что-то не так, только когда в нее полетели булыжники, — местные джигиты решили, что заезжая барышня их нагло провоцирует. Ведь только ленивый не знает, что на Кавказе женщины, как правило, не носят коротких юбок и не курят. И редко кто там употребляет в пищу свинину.

Я далек от идеализации кавказских республик и их жителей, но они достойны уважения за то, что стремятся сохранять, соблюдать свои традиции.

Смертельный астрал

Пришли в храм три парня, последователи Карлоса Кастанеды, рассказали жуткую историю.

Они собирались в подвале, где некий гуру учил их выходить в астрал. Сначала научил видеть во сне свои руки, затем они стали встречаться во сне. По рассказу ребят, они ложились спать каждый у себя дома, а после того как засыпали, встречались «где-то» и разговаривали. Наутро созванивались и могли пересказать друг другу то, о чем говорили. Были в восторге: парням казалось, что это открывало перед ними невероятные горизонты.

Но потом началось страшное. Засыпая, ребята встречались, и начиналась игра. Причем против их воли — запускали игру не они. Появлялся некий замок, где жил «зверь». Парни выбирали себе оружие — любое, от бластера до автомата Калашникова, а «зверь» начинал на них охоту. Его тоже можно было убить.

Сначала это было интересно, но потом случилось непредвиденное. «Зверь» поймал Толика, и тот выбыл из игры. Наутро друзья узнали, что Толик умер во сне. Утром его обнаружила мать.

Русская изба и мшелоимство

В советских учебниках, журналах и прочей макулатуре писали, что население нашей страны в царское время было глупым, забитым и, главное, голодным. Но если прочитать исследование С. И. Беликовой «Русская изба»[51], на многое в дореволюционной России начинаешь смотреть иначе.

Когда я читал эту книгу, меня особенно поразили подробности того, как крестьяне вырезали коньки на крышу дома. Кроме того, вырезались и украшения на окна и двери. А самое главное: занимала эта работа до полугода! Ни за что не поверю, что голодный и нищий человек будет тратить шесть месяцев на такое трудоемкое дело! Лучше уж найти дополнительный заработок, если семья голодает. Заниматься украшением дома может только сытый человек, который уже переделал все необходимое.

Русская изба — отдельный мир, где глубоким смыслом наполнены даже вещи, кажущиеся несущественными: «В избе должно быть просторно, там нет места лишним вещам. Предки наши приобретение ненужных вещей считали грехом, именовали мшелоимством. Зато все нужное по мере сил и умения — украшено. Не лишними, однако, считаются игрушки. Но как же они психологически точно выверены, вот именно нужные ребенку! Это уменьшенные орудия труда — по росту или миниатюры (вот только игрушки ли это или учебные пособия?) или истинные произведения искусств, вызывающие у ребенка нежность или восхищение, — все эти коньки, матрешки, медведи, птички, укрепляющие и так немалую связь детской души с творческой нежностью отца, бабки или деда, старшего брата или крестной. Разве можно сравнить воспитательную ценность незамысловатой свистульки (свистящей) с покупной бездарностью фабричной игрушечной гитары — безголосой и бессмысленной?».

Школьники

Однажды попросили меня поговорить со школьниками пятого класса. А у меня всегда просьбы пообщаться с детьми с первого по восьмой класс вызывают ступор. Ну не знаю я, о чем им рассказать так, чтобы они поняли. Студенты, которым я много лет читаю лекции, меня понимают: им можно сказать слова «троичность», «матрица», «конфессия». В школе же надо постоянно помнить, что перед тобой — дети, изменять слова на более понятные. Когда передо мной аудитория в двести пятьдесят человек, задающая порой провокационные вопросы, чувствую себя отлично. А с пятиклассниками волнуюсь…

Но в школу я все же пошел. Удивил один мальчик, просто сразил наповал. Встал и спросил: «Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к теории креационизма?».

Афганистан

На мой взгляд, война в Афганистане была ошибкой советского правительства. Отправить своих солдат воевать в чужую, незнакомую страну из-за политических амбиций — это авантюра. Авантюра, которая обошлась нам дорогой ценой — ценой жизни русских мальчишек.

Совершенно недопустимо шельмовать солдат, прошедших горнило войны в Афганистане. Они верили в идеалы, воевали с бандитами, оказывали помощь местному населению. Они поступили так, как поступали всегда русские воины: пошли и выполнили свой воинский долг до конца. Они — настоящие герои.

Когда я работал журналистом, мне не раз приходилось записывать интервью с теми, кто прошел Афганистан. Это люди удивительной силы воли и бодрости духа, многие из которых уверены: не будь этой войны, армия развалилась бы еще раньше. Именно офицеры и солдаты, воевавшие в Афгане, делились своим опытом с новобранцами в военных действиях на Кавказе и в Приднестровье в 1990-е годы.

Настоящий мужик

Когда работал журналистом в «Комсомолке», мне приходилось писать на разные темы. Как-то просматривал фотографии, сделанные и собранные за восемь лет корреспондентского труда, и нашел несколько снимков настоящего русского мужика. Это воин, солдат, прошедший Афганистан, — Вячеслав Климов.

Конечно, через Афган прошли тысячи людей, но его случай уникальный. Попал на войну мальчишкой — пошел добровольцем под удивленные вопросы окружающих: «Зачем?». Он выполнил свой долг до конца: когда его колонна попала в засаду, он под шквальным огнем разминировал дорогу. Тогда был тяжело ранен в голову. Пролежал без сознания в госпитале больше десяти дней, но выжил всем смертям назло и… потерял зрение. Однако не сломался! Не спился, не покончил жизнь самоубийством. Поступил как настоящий русский мужик. Научился играть на гитаре, женился, у него родилась дочь. Занимается спортом.

Вот о ком нужно рассказывать в школах и награждать звездой героя.

Страна джедаев

Когда-то пришлось брать интервью у руководителя территориального комитета по статистике. Он рассказал интересную историю о прошлой переписи населения. В аэропорту был установлен специальный передвижной пункт, чтобы переписывать граждан, находящихся в пути. В какой-то момент специалисты по статистике заметили, что там стали массово заявлять о своей национальности цыгане. Вскоре выяснилось, что «переписаться» подходят одни и те же. Им так приказал барон: дескать, хочет, чтобы казалось, что цыган в стране больше, чтобы с ними считались… Гордо говорили о своей национальности нацмены — даже проверяли, правильно ли переписчик заносил это в опросный лист.

…И лишь русские на вопрос о национальности начинали хихикать, называли себя джедаями, троллями и прочим отребьем. Вот почему русский народ не ценит свою национальность?

День святого Валентина, или профессиональный подход к делу

Из года в год печально слышать, как накануне «Дня святого Валентина» православные журналисты и некоторые священнослужители снова и снова ругают его. Да, строго говоря, это не наш праздник, не православный. Но точно так же неправославными праздниками являются новый год, 23 февраля и 9 мая, однако большинство верующих их празднуют.

Когда в интернете появилась новость, что власти Белгородской области не рекомендуют отмечать этот праздник в муниципальных учреждениях города, она вызвала бурю положительных эмоций в православно-активном интернет-секторе. У меня же такое решение вызвало сожаление. Невольно возникло ощущение, что некоторые православные христиане забывают, что мы уже давно живем не в царской России и что использование власть предержащих в подобных ситуациях нас не красит.

Всегда гораздо легче что-то обругать и запретить, сложнее предложить что-то взамен. С днем влюбленных сделать это гораздо проще, чем с 8 марта, например. И название у праздника — вполне христианское, и есть повод поговорить о настоящей любви.

Мы можем ругать этот праздник каждый февраль, но ведь уже давно пора понять, что нам его не победить. Православные СМИ читает меньшинство наших сограждан. Люди, как правило, открывают «Аргументы и факты», «Комсомольскую правду», «Известия» или выходят на «Ленту.ру». И если там из года в год рассказывают о Дне святого Валентина, публикуют хвалебные отзывы и советы влюбленных артистов, политиков, шоуменов, то нам явно пора начать менять тактику. Есть такое выражение: «Не можешь подавить восстание, возглавь его».

Желание запретить что-то может быть оправдано, если речь идет о безопасности людей. Здесь апелляция к власти имеет место. Совершенно понятно требование запретить отмечать хэллоуин, во время празднования которого десятки кладбищ в стране подвергаются варварским разрушениям. Или прекратить выступления шарлатана Кашпировского, чьи представления, по мнению директора Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени Сербского Татьяны Дмитриевной, могут нанести вред здоровью зрителей.

На мой взгляд, причина наших страхов по поводу разных праздников в том, что мы не можем предложить молодежи — или, вернее, не всегда хотим — что-то более интересное, более стоящее. Все чаще мы обращаемся к государственной власти, требуя вмешаться там, где делать этого совершенно не стоит. Мы постепенно привыкаем к этой волшебной палочке, все чаще поддаемся искушению нашу бездарность или лень компенсировать силой власти.

Когда я работал журналистом в «Комсомольской правде», ко мне однажды обратились активисты одной околоправославной патриотической организации с просьбой написать статью о проведенных акциях. Как оказалось, акции эти проводились возле кинотеатров города, в которых шел показ, увы, не без нашей помощи нашумевшего фильма «Легион»[52]. Я отказался, потому что считал и считаю, что подобные выступления не просто глупы, но вредны. Дотоле неизвестное никому кино в считанные дни стало невероятно популярным. Люди шли на него, чтобы узнать, против чего опять протестуют «эти странные православные». Если бы мы просто не обратили внимания на этот фильм, то он провалился бы в прокате. Если помните, так было и с «Кодом да Винчи»[53] — картина стала собирать кассы после того, как в ряде центральных регионов по требованию правящих архиереев фильм был запрещен. В век информационных технологий такие действия — бессмысленны. Любой запрещенный фильм будет тут же скачан из Сети, любой запрещенный праздник немедленно отпразднуют дома, в подъезде или на улице. Если мы не изменим подход, то мы ничего не достигнем. Если кому-то из православных не нравится формат и наполнение праздника — кто мешает придумать свой? Если не нравится фильм — кто мешает снять лучше? Если не нравится сайт — нужно создать другой. Вот это — профессиональный подход к делу.

Терроризм не остановишь математикой

В 2005 году, после нападения боевиков на Нальчик, в городе собрали круглый стол, чтобы поговорить о проблеме терроризма. Там присутствовали директора школ, учителя, православное и мусульманское духовенство, журналисты. Было сказано много нужных слов, сошлись во мнении, что террористы не имеют национальности и принесены в наш мир аистами. Но суть не в этом.

Самое главное произошло в конце заседания, когда поднялась заслуженная учительница математики и сказала: «Хочу попросить у вас всех прощения. В том, что произошло, виновата и лично я». Ее слова вызвали недоумение, но она продолжила: «Среди бандитов был мой ученик. Да, он знал математику, я научила его считать и вычислять, у него была твердая пятерка по предмету. Но эти знания не помешали ему взять в руки снайперскую винтовку и пойти убивать ни в чем не повинных людей».

Очень хорошие и правильные слова. Мы можем научить детей каким угодно наукам, но это будет бесполезно, если они не будут знать свою исконную культуру, если с детства не будут знать, что их предки гордились смелостью и жертвенностью, а не убийствами беззащитных людей.

Из жизни сект

Когда я только начинал заниматься изучением сект, читать лекции было очень трудно. Мне задавали много сложных вопросов, в том числе и о Русской Православной Церкви. А когда я говорил, что многие секты работают на западную разведку, это воспринималось в лучшем случае с недоверием, а в худшем — как шутка. И это несмотря на то, что совершенно точно доказаны связи с иностранной разведкой сайентологов и мормонов. Последних не один раз выдворяли из России за шпионаж.

Как-то мне посчастливилось познакомиться с православным диаконом, который ранее, еще не будучи не только диаконом, но и православным, возглавлял сектантский библейский институт в одной из кавказских республик. Он обрисовал интересную схему, по которой работали западные сектанты в России. Суть ее в следующем: в республику Северного Кавказа приезжает американская миссия проповедников. Они знакомятся с жизнью населения, прихожанами, проповедуют. Войдя в доверие, говорят общине, что очень хотят молиться за своих братьев и такую чудесную страну, как Россия: «У вас в стране миллионы наркоманов, зеков, инвалидов, низкий уровень жизни. Мы, ваши американские братья, хотим помочь не только гуманитарной помощью, но и братской молитвой. Все ваши беды от злых духов. А чтобы молиться, мы должны знать, какие духи действуют на территории вашего региона». Для этого местным сектантам давалась топографическая карта и предлагалось нанести все учреждения, где «обитают» злые духи. «Вот есть у вас здание ФСБ? Это же бывшие чекисты, они уничтожали духовенство, там обитают духи злобы. А есть у вас воинские части? Там дедовщина, а значит, дух противоречия, гнева. А есть у вас больницы и поликлиники? Там дух болезни и уныния». Естественно, в обведенных кружках наименование здания не писалось. Таким образом составлялись подробнейшие карты городов с перечнем всех стратегических объектов. Несколько раз чекисты при досмотре перехватывали такие карты, но ничего доказать не могли. Сектанты разводили руками и цинично говорили: «Простите, но мы не виноваты, что размещение духов злобы совпало с вашими административными зданиями».

Гроб для сына

Когда я работал журналистом, мне часто приходилось писать на тему наркомании и алкоголизма.

Однажды, собирая материалы для статьи, я познакомился с женщиной, единственный сын которой был наркоманом. В течение нескольких лет она билась за него. Возила по клиникам, запирала дома, вытаскивала полумертвым из подвалов, варочных, из милиции. Но все было бесполезно. Восстановив силы, единственный сын снова уходил, а мать снова его искала, не зная, найдет ли. С годами эта женщина потеряла смысл жизни, надежду и все, что имела. Ее сын заразился целым букетом тяжелых болезней, буквально заживо гнил. И единственной мечтой матери стала его смерть. Она молилась и ждала, когда закончится нечеловеческое существование — и сына, и ее собственное.

Самым счастливым мигом в жизни этой женщины, по ее словам, стал тот, когда она продала остатки мебели, чтобы купить гроб сыну…

Короткие мысли

Православные христиане очень сильно отличаются от сектантов. Иногда, правда, это вызывает сожаление: в большинстве случаев православные более инертны, им сложнее объяснить, почему каждый христианин должен быть миссионером. Сектант же проповедует везде: дома, на улице, в школе, больнице… Он не знает таких слов, как «стыдно», «неудобно», «не то место». Конечно, эти мои слова вовсе не означают, что православным нужно быть такими же агрессивными, как сектанты, «доставать» людей везде и всюду. Но чуть более активными христианами нам быть не помешает.

Мы привыкли думать, что Крещение Руси состоялось в 988 году. Но ведь по сути это было лишь единичное крещение большого количества людей. На самом деле Крещение Руси — непрерывный процесс, который продолжается и сейчас. И нам нужны новые равноапостольные князи Владимиры, чтобы по-настоящему воцерковить нацию…

Сколько?

Плохо, когда Церковь воспринимается как магазин религиозных услуг. Когда в храм приходит человек с просьбой освятить дом, машину, квартиру и первым делом спрашивает: «Сколько это стоит?». Людей не интересует, для чего нужно таинство, — их волнует другое: «Сколько?». Много раз приходилось сталкиваться с ситуацией, когда просили освятить квартиру, чтобы не было пожара, машину — чтобы не произошло аварии. Но ведь Церковь — не страховая компания…

Несколько лет назад произошел интересный случай. Одна спортивная команда не успела надлежащим образом подготовиться к соревнованиям, и ее участники нашли «выход» из сложившейся ситуации: заказали молебен. На соревнованиях команда проиграла, спортсмены же выражали недовольство: почему это молебен им не помог?!

Как-то ко мне подошла девочка лет семи и спросила, есть ли у нас в храме воскресная школа. Узнав, что школа есть, она спросила у меня (как вы думаете, что?): «А сколько стоит обучение в вашей школе?»…

Не понимаю

Не понимаю, зачем ставить памятники на могилах, да еще иногда чудовищных размеров?

Моя дальняя родственница, у которой погиб сын, решила поставить ему памятник и даже взяла под это дело кредит. Я в недоумении: не лучше ли тогда взять кредит, если уж очень хочется, и помочь деньгами нуждающимся в память о своем чаде? Ему уже все равно, что стоит на его могиле, а душа находится у Бога и нуждается в молитвах…

Примерно такие же ощущения у меня вызывают поминки, когда вся родня собирается, чтобы поесть и выпить. Может, я не прав, но мне кажется более правильным приглашать за поминальный стол людей малоимущих.

«Дорогие» молитвы

Ходили мы с матушкой однажды в ювелирный магазин, чтобы купить крестик в подарок. Там в одной из витрин я увидел подарочный молитвослов — в обрамлении из драгоценных камней. Стоил он, конечно, очень дорого. И подумалось вдруг, что надо быть очень странным христианином, чтобы купить такой дорогущий молитвослов и каждый день каяться в грехах сребролюбия, жадности, стяжательства… Не хотел бы я себе такого подарка.

Успех

Успех. Короткое и простое вроде бы слово. Но начинаешь искать его смысл и определение — попадаешь в удивительную ситуацию. Каждый трактует это понятие по-разному, придавая ему свой, субъективный, смысл. Для кого-то успех — это высокое положение в обществе, значительная прибыль в бизнесе, хорошая карьера. Для других успех — это ежедневное безмолвие в нищей монашеской келье, работа с беспризорными детьми, милосердие к ближним. И то и другое, без сомнения, — успех. Только не каждый успех можно назвать положительным.

Церковь всегда спокойно относилась к богатству, успешности и земному положению своих прихожан. Нигде в Священном Писании мы не встречаем призыва раздать все в обязательном порядке, чтобы спасти свою душу. Да, есть призывы Христа к отдельным людям пожертвовать свое состояние на благо близких. Да, действительно, богатому человеку сложнее спастись. Но труднее — не значит невозможно. Именно поэтому Церковь никогда не говорит о нищете как об обязательном факторе для спасения души.

Множество прославленных святых были императорами, царями, князьями, купцами, а значит, людьми небедными и успешными. Но богатство и власть не остановили их, когда нужно было исповедовать Христа ценой жизни.

Современное общество извратило понятие богатства. А вот известный филолог Василий Ирзабеков[54], например, считает, что богатый — это прежде всего тот, в ком есть Бог.

В рассказе Ивана Бунина[55] «Птицы небесные» нищий, которому студент предлагает деньги, говорит: «Беден только бес, на нем креста нет».

Если Господь дает нам в земной жизни богатство или другие возможности, то он ждет от нас, чтобы мы, как евангельский добрый раб[56], приумножили данные нам богатства, таланты, возможности на благо своих ближних.

Потомки Каина

Совершенно непонятно, зачем в наших больницах женщин на сохранении и женщин, готовящихся к аборту, определяют в одну палату? Просто какой-то бред. На днях разговорился у храма с девушкой, у которой от этого было предобморочное состояние. Она изо всех сил старается спасти жизнь своему малышу, лежит на сохранении. А рядом — женщины, которые описывают свои ощущения во время «чистки», так это называется. А выбил мою собеседницу из колеи разговор одной «временно беременной» с врачом. Врач оказался верующим, пытался отговорить от аборта, объяснял, что ребеночек здоров, что у него уже бьется сердечко. А она ему в ответ: «Ну и что? Бьется и бьется, скоро перебьется».

Просто непостижимо. Внутри нее — маленький родной человечек, беззащитный, надеющийся, что мама его защитит. Она же с холодным цинизмом уже приговорила его к смерти…

Ошибка политтехнологов

Если бы современных политтехнологов, психологов, аналитиков и прочий гуманитарный контингент отправили бы в I век после рождества Христова, то они бы, посмотрев на ранних христиан, вынесли единый вердикт: у христианства нет шансов. Действительно, оно должно было исчезнуть или выродиться в малочисленную секту — против горстки людей были брошены колоссальные силы: римская армия, римские законы, римский Колизей, ненависть жрецов и иудеев. По мысли экспертов того времени, гонения должны были спровоцировать отток верующих людей из только начинающейся формироваться Церкви. Но произошло иначе.

История сохранила случаи, когда во время казни христиан из толпы язычников выходило еще большее количество людей, которые объявляли себя христианами. И тоже просили себя убить, насмехаясь над «здравым смыслом», «логикой» и — самой смертью. Именно эта жертвенность, как позже напишет русский историк Василий Болотов[57], покорила древних славян. До знакомства с христианской верой они не могли понять, как можно умирать за одного Бога, когда вокруг так много равноценных божков. Древний славянин не видел большого смысла умирать за свою веру, ведь если все боги одинаково могущественны, то перед смертельной угрозой можно просто поменять своего начальника, стать духовным вассалом иного господина.

Но христианство выжило, несмотря на прогнозы, и смогло покорить империю. Ошибка римских политтехнологов была в том, что они исключили из своих расчетов один-единственный пункт — волю Бога. Они считали так, а Господь — иначе.

Иногда становится страшно, когда видишь, что творится в стране. Сколько абортов, убийств, наплыв мигрантов и прочее, прочее, прочее… И многие эксперты, в том числе — православные, дают России от двадцати до пятидесяти лет жизни. Может, так и случится. Смысл создания мира и существования Церкви явно не в том, чтобы Россия существовала всегда. Священное Писание говорит нам о спасении души, о ценностях, которые выше государственных и национальных предпочтений. Но, как человек русский, я все же больше люблю свою страну. И поэтому, когда мне становится грустно, я вспоминаю, что кроме экспертов есть Бог.

Деньги в Священном Писании

Сколько существует человечество, столько существуют и деньги. Не всегда они имели вид известных нам бумажных купюр или металлических монет. В древности люди использовали в качестве разменной монеты шкуры животных, золотые изделия, оружие и даже… таких же, как они сами, людей.

Если мы откроем Священное Писание, то увидим множество притч, где упоминаются денежные средства. Монеты, ходившие в среде евреев, были золотые, серебряные и медные. Названия их (об этом можно узнать из Библии): талант, мина, драхма, динарий, ассарий, кодрант, лепта.

Наверное, самое известное и цитируемое место Писания, посвященное деньгам, — это ответ Христа фарисеям, которые спросили Его: как Тебе кажется? Позволительно ли давать подать кесарю, или нет?[58] лукавство вопроса заключалось в том, что если бы Спаситель ответил утвердительно, фарисеи обвинили бы его перед народом в поддержке римских оккупантов, а если отрицательно, донесли бы на него властям как на мятежника. Иисус ответил очень мудро и просто, для начала попросив римскую монету, динарий, на которой было отчеканено изображение императора, кесаря: итак отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу[59].

Люди, далекие от Церкви, считают, что деньги — это что-то грязное, недостойное того, чтобы вносить их в храм. И в подтверждение приводят пример, когда Христос изгоняет торговцев из храма, переворачивает их столы с деньгами: И, войдя в храм, начал выгонять продающих в нем и покупающих, говоря им: написано: дом Мой есть дом молитвы, а вы сделали его вертепом разбойников[60]. Но прежде чем начать обличать Церковь и свечные лавки, давайте разберемся, что же сделал Господь.

Традиционное израильское общество делилось на четыре группы: фарисеев, саддукеев, ессеев[61] и зелотов. Последние были закрытым сообществом террористов — они регулярно поднимали восстание против римской власти. Последнее их восстание закончилось очень печально: римский император Тит[62] осадил Иерусалим и полностью его разрушил.

Чтобы заниматься подрывной деятельностью, нужны материальные ресурсы. И зелоты зарабатывали на свою деятельность средства, продавая жертвенных животных в иерусалимском храме. Именно поэтому Господь и говорил, что его дом стал вертепом разбойников. Выгоняя торговцев, он выгонял именно разбойников, а не продающих.

Отношение Христа к деньгам всегда было спокойным. Он не осуждает людей богатых, но при этом всегда призывает проявлять любовь к ближнему и приобретать себе друзей богатством неправедным[63]. Что это значит? Как объяснял позднее святитель Иоанн Златоуст, все богатство, какое есть у человека, является неправедным: будь то честно заработанные деньги или полученное наследство. Без воли Божией деньги бы нам не достались, поэтому, раздавая их нищим и нуждающимся, мы приобретаем себе ходатаев за нашу душу перед Господом.

Говорят, когда хоронили известного полководца Александра македонского[64], руки его были видны из гроба. Он сам так распорядился — для того, чтоб все видели: завоевав весь мир, он не смог ничего взять из этой жизни.

Мигранты

Нам все время пытаются внушить, что России не обойтись без мигрантов. Это ложь.

Часто говорят, что русские не хотят работать на низкооплачиваемой работе, поэтому государство вынуждено привлекать иностранцев. Другими словами, вместо того, чтобы повысить заработную плату и трудоустроить коренное население, власть впускает в страну миллионы безработных и безграмотных рабочих, создающих проблемы. Отсутствие внятной миграционной политики в стране ведет к созданию национальных ОПГ, переделу сферы торговли, росту наркомании. Статистика, опубликованная министерством внутренних дел, свидетельствует, что иностранными гражданами, прибывшими в РФ для работы по найму, в 2012 году совершено убийств и покушений на убийство на 25 % больше, чем в 2011-м. Преступлений, связанных с умышленным причинением тяжкого вреда здоровью, — на 20 %. Связанных с незаконным оборотом наркотиков — на 15 %. На мой взгляд, было бы целесообразнее потратить выделяемые на борьбу с мигрантами-преступниками средства на укрепление границы. Введение визового режима с большинством стран СНГ жизненно необходимо.

То, что в России уже очень много мигрантов, — это факт. И с ними, безусловно, нужно работать. Именно поэтому в Ставропольской епархии открыты курсы русского языка для приезжих. Но в то же время странно, что, привлекая иностранцев, работая над их адаптацией, мы забываем о своих соотечественниках, оставшихся за рубежом. Уже несколько лет Митрополит Ставропольский Кирилл[65] говорит о желании сотен семей семиреченских казаков[66] перебраться на ПМЖ в восточные районы Ставрополья. Но переселить сотни человек только силами епархии невозможно. Нужна помощь государства, которой, к сожалению, пока нет.

История одного освящения

Соседи попросили меня освятить квартиру их близких знакомых. Дали им «подробную инструкцию», в числе прочего сказали, что все члены семьи должны держать зажженные свечи…

Пришел я к этим знакомым, начал облачаться, и тут начался интересный диалог с хозяйкой:

— Батюшка, скажите, собаке надо держать свечу?

— Какой собаке?

— Ну, нам сказали, что все должны держать зажженные свечи. А у нас живет песик.

— Понятно. А как вы хотите заставить собаку держать свечу?

— Не знаю, хотели у вас спросить. Может, я сразу две свечи буду держать, за себя и за нее?

Русская классика и политкорректность

В последнее время в СМИ обсуждается вопрос о том, в какой пропорции необходимо в республиках, входящих в состав российской федерации, изучать национальную культуру и русскую классику.

На мой взгляд, знакомство с творчеством русских классиков необходимо всем вне зависимости от национальности. А вот должны ли знакомиться с творчеством, к примеру, местных республиканских писателей жители Калининграда, — вопрос спорный.

Переводы национальных произведений на русский язык, безусловно, нужны, — но в том количестве, который диктуется спросом. Переводить «чтобы было» или ради политкорректности не следует. Напротив, адаптация русской классики к языкам малых народов необходима и жизненно важна. Знание культуры и традиций русского народа, народа государствообразующего, — это залог мирной жизни и спокойного существования государства.

Важно также, чтобы переводом занимались профессионалы, которые не будут корректировать творчество в угоду местной культурной элите. Рассказывают, что в 1970-х годах, когда переводили поэму Лермонтова «Демон» на грузинский язык, поэта «подправили», написав в одной из строк «бежали робкие армяне» (в оригинале — «робкие грузины»).

В защиту йоги

Начиная с 90-х годов у наших соотечественников большую популярность стали приобретать курсы йоги. При этом разнообразие этих курсов и их названий поражает воображение. Мне как-то попалось интервью одного мастера восточных единоборств, который на вопрос журналистки о йоге ернически заметил, что у него иногда возникает мысль, что родоначальником йоги является не индия, а Россия, так как количество названий техник превышает индийские.

Самая главная ошибка, связанная с йогой, такая: дело в том, что ни один человек — не только в России, но и по всему миру — не может заниматься йогой, если он не этнический индус. И дело не в сложности техники, а в ее смысле. В классическом понимании йогой может заниматься лишь тот, кто исповедует индуизм, то есть тот, кто родился в индии и принадлежит к одной из каст. Индуизм является, наверное, одной из самых немиссионерских религий — она утверждает, что если ты родился христианином или мусульманином, то это твоя карма, которую нужно исполнить до конца, и, принимая индуизм, ты лишь ухудшишь ее.

Поэтому, когда вы соберетесь пойти «позаниматься» йогой, помните: в лучшем случае вам предложат гимнастику, в худшем — пародию на ведическую традицию.

Слово о русскости

На мой взгляд, государству, чтобы подчеркнуть идентичность всех народов, проживающих в России, необходимо возвращаться к термину «русский». Совершенно непонятно, почему это слово стало вызывать негатив. Почему люди боятся заявить вслух, что они русские? Потому что либеральные правозащитники тут же назовут их шовинистами или ксенофобами. И мне грустно и обидно, что слово «русский» стало изгоем. Однажды в энциклопедии мне попалась статья о выдающихся поэтах. При этом Абай Кунанбаев[67] был назван великим казахским, а не казахстанским поэтом, Гете[68] — великим немецким, а не германским поэтом, и лишь русские поэты были названы российскими. Почему?

Я думаю, здравомыслящий человек, живущий в России, не обидится, если его назовут русским. Обратите внимание на название нашей Церкви — Русская Православная. А ведь она объединяет не только славян: есть верующие китайцы, калмыки, буряты, татары и представители других национальностей. При этом у них не возникает мысли требовать создания многочисленных автономных Церквей с национальным названием.

Нужно понять, что русский — это не набор генов. Это, прежде всего, вера, патриотизм, особое мироощущение. Мы можем вспомнить африканские корни Пушкина. Но ведь с малых лет мы гордимся им и называем его русским. Трудно перечислить всех людей, которые были русскими по духу, но не по происхождению. Достаточно упомянуть поэта Лермонтова, составителя словаря русского языка Даля[69], графа Келлера[70], генерала Ренненкампфа[71], генерал-адъютанта Гусейна Хана нахичеванского[72]. Можно и не ходить так далеко, а просто назвать имя Виктора Цоя, на творчестве которого выросло не одно поколение…

Термин же «советский человек» нежизнеспособен. Его внедрение в язык — это попытка лишить людей их национальности, истории, унифицировать всех под коммунистический стандарт. Эта затея держалась на штыках советской власти, но как только эта власть рухнула, все тут же вспомнили о своей национальности…

Примечания

[1] Еккл. 1:9.

[2] Гилберт Кит Честертон (1874–1936) — английский христианский писатель и журналист. Принадлежал к Католической Церкви. Автор почти 80 книг рассказов, эссе, статей. Честертон получил широкую известность благодаря циклу новелл об отце Брауне, священнике, расследующем запутанные преступления. На слуху и такие произведения английского писателя, как «Человек, который был Четвергом», «Шар и Крест», «Перелетный кабак» и др.

[3] Мф. 18:6.

[4] Архиепископ Элистинский и Калмыцкий Зосима (Остапенко; род. 1950), рукополагавший автора книги, по решению Священного Синода от 26 декабря 2012 г. в связи с образованием Махачкалинской епархии получил титул «Владикавказский и Аланский».

[5] Эти слова рукополагающий архиерей говорит каждому ставленнику во время иерейской хиротонии.

[6] Пятая заповедь гласит: Почитай отца твоего и матерь твою, как повелел тебе Господь, Бог твой, чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на той земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе (Втор. 5:16).

[7] Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (Ридигер; 1929–2008) возглавлял Русскую Православную Церковь с 1990 по 2008 г.

[8] Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765) — знаменитый на весь мир первый русский ученый-естествоиспытатель. Он был физиком, химиком, астрономом, приборостроителем, географом, металлургом, геологом, поэтом, художником, историком. Ломоносов ратовал за развитие отечественного просвещения, науки и экономики. Разработал проект Московского классического университета, впоследствии названного в его честь.

[9] Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646–1716) — немецкий философ, логик, математик, механик, физик, юрист, историк, дипломат, изобретатель и языковед. Независимо от ньютона создал математический анализ, науку комбинаторику, заложил основы математической логики.

[10] Рене Декарт (1596–1650) — французский философ, математик, механик, физик и физиолог, создатель аналитической геометрии и современной алгебраической символики, автор метода радикального сомнения в философии, механицизма в физике, предтеча рефлексологии.

[11] Исаак Ньютон (1643–1727) — английский физик, математик, механик и астроном, один из создателей классической физики. Открыл закон всемирного тяготения и три закона механики, ставшие основой классической механики. Разработал многие математические и физические теории.

[12] Николай Коперник (1473–1543) — польский астроном, математик, механик, экономист. Наиболее известен как автор гелиоцентрической системы мира, которая положила начало первой научной революции.

[13] Юрий Михайлович Лотман (1922–1993) — советский литературовед и культуролог, многое сделавший для развития науки семиотики, исследующей свойства знаков и знаковых систем естественных и искусственных языков.

[14] Наталья Петровна Бехтерева (1924–2008) — советский и российский нейрофизиолог, доктор медицинских наук, профессор. Являлась научным руководителем Института мозга человека РАН. Создательница научной школы.

[15] Автор имеет в виду архиепископа Элистинского и Калмыцкого Зосиму (Остапенко) (см. сноску 3).

[16] Фильм «Книга Илая» вышел в прокат в 2009 г., в России — в 2010-м. Этот постапокалиптический триллер с элементами драмы повествует о человеке по имени Илай, который, уцелев после ядерной катастрофы, остается единственным, кто знает наизусть всю Библию.

[17] Митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим (Нечаев; 1926–2003) с 1963 по 1994 г. возглавлял Издательский отдел Московской Патриархии, был главным редактором «Журнала Московской Патриархии». В 2001 г. организовал в МИИТ (московском государственном институте путей сообщения) первую среди технических вузов кафедру теологии.

[18] См.: Мф. 28:19.

[19] Владимир Филимонович Марцинковский (1884–1971) — российский христианский публицист, богослов, проповедник. Руководитель Российского студенческого христианского движения (РСХД). Автор книг «Крещение взрослых и православие», «Смысл жизни», «Записки верующего».

[20] Святитель Тихон, Патриарх Московский (в миру Василий Иванович Белавин; 1865–1925), — с 21 ноября (4 декабря по новому стилю) 1917 г. Патриарх Московский и всея России, первый после восстановления патриаршества в России. Канонизирован Русской Православной Церковью в лике святителей в 1989 г., в день памяти святого Иоанна Богослова. Стоит во главе Собора новомучеников и исповедников российских. Память святителя Тихона совершается 7 апреля по новому стилю.

[21] Апостол и евангелист Иоанн Богослов — один из двенадцати апостолов, автор Евангелия от Иоанна, Книги откровения (Апокалипсиса) и трех посланий, вошедших в новый завет. Память его совершается 9 октября по новому стилю.

[22] Поместный Собор Православной Российской Церкви 1917–1918 гг. — первый с конца XVII в. Поместный Собор, открывшийся 15 (28) августа 1917 г. в Успенском соборе московского Кремля. Важнейшим его решением было восстановление 28 октября 1917 г. патриаршества, положившее конец Синодальному периоду в истории Русской Церкви.

[23] Священномученик Иларион, архиепископ Верейский (в миру Владимир Алексеевич Троицкий; 1886–1929), — выдающийся русский богослов, духовный писатель. Видный деятель русской Церкви 1920-х гг. Ближайший помощник святителя Тихона, Патриарха Московского (†1925). Был заключенным Соловецкого лагеря особого назначения (Слон). Скончался владыка в тюремной больнице во время этапа в Южную Азию. В 1999 г. прославлен в лике святых Русской Православной Церковью. День памяти священномученика Илариона — 28 декабря по новому стилю.

[24] Преподобный Александр, первоначальник обители неусыпающих († ок. 430), — бывший военный родом из Азии, получивший образование в Константинополе. Принял постриг в одной из пустынных обителей близ Антиохии, получил благословение на пустынножительство. Затем преподобный был призван на проповедь язычникам — именно к этому времени относится упоминаемое автором событие. Через некоторое время преподобный Александр поселился невдалеке от реки Евфрат, где вокруг него возник монастырь из четырехсот монахов. В обители по замыслу игумена было устроено ни днем, ни ночью не прекращающееся славословие Господу. Монастырь с таким же уставом был устроен преподобным через 20 лет и в Константинополе. Дни памяти святого — 8 марта и 16 июля по новому стилю.

[25] Лк. 20:38.

[26] 1Фес. 4:13.

[27] Мф. 24:42.

[28] Ср.: Лк. 12:20.

[29] Ср.: 2Кор. 11:12.

[30] Ср.: Мк. 2:17.

[31] Кураев А., протодиак. Церковь в мире людей [ответы на вопросы]. М.: изд-во Сретенского монастыря, 2006.

[32] Преподобный Виталий Александрийский жил в VII в. Память его совершается в русской Православной Церкви 5 мая по новому стилю.

[33] Равноапостольный царь Константин (272–337), также известен как император Константин I великий. Первый правитель Римской империи, который сделал христианство государственной религией, перенес столицу в Византию — выстроил Константинополь. В русской Православной Церкви почитается как святой — вместе со своей матерью, царицей Еленой. Память их совершается 3 июня по новому стилю.

[34] Подметные письма — анонимные, тайные доносы, угрозы.

[35] Первый Вселенский Собор состоялся в 325 г. в городе Никея, потому его еще часто называют первым Никейским Собором. Этот Собор был созван императором Константином для того, чтобы поставить точку в споре между Александрийским епископом Александром и Арием, который отрицал единосущность Христа Богу отцу. На Первом Вселенском Соборе были определены и установлены догматы христианства.

[36] Митрополит Московский и Коломенский Филарет (Дроздов; 1782–1867) — один из выдающихся архипастырей Русской Православной Церкви, прославленный в лике святых как святитель в 1994 г. Крупный богослов, блестящий проповедник, академик императорской академии наук. Главный труд его жизни — перевод на русский язык Библии. Широко известен его ответ на стихотворение А.С. Пушкина «Дар напрасный, дар случайный…» (1828).

[37] Преподобный Максим Исповедник (589–662) — христианский монах, богослов и философ. Создатель и защитник христологической доктрины диофелитства — учения о двух волях во Христе. Память его в Русской Православной Церкви совершается 3 февраля и 26 августа по новому стилю.

[38] Император Ираклий I (575–641) управлял Византией в 610–641 гг.

[39] Восточные (древневосточные) нехалкидонские Церкви — это Восточные Церкви, которые признают постановления и определения трех первых Вселенских Соборов. Постановления Четвертого, Халкидонского, и всех последующих Соборов эти церкви уже не признают. К восточным (ориентальным) нехалкидонским Церквям относятся: Армянская Апостольская Церковь, Коптская Православная Церковь и некоторые другие. К семье древних восточных Церквей также относят Ассирийскую Церковь востока, которая не признает и постановления третьего Вселенского Собора.

[40] Подробнее об этом можно прочитать здесь: Сушко А.В. Духовные семинарии в России (до 1917 г.) // вопросы истории. 1996. № 11–12.

[41] Лк. 9:26.

[42] Мф. 28:19-20.

[43] Протоиерей Глеб Каледа (1921–1994) — один из известных священников Русской Православной Церкви; церковный писатель, миссионер; доктор геолого-минералогических наук, профессор. Стал одним из первых московских пастырей, работавших в тюрьмах, первым настоятелем храма при Бутырской тюрьме, духовно окормлял заключенных.

[44] Кол. 3:11.

[45] Ин. 20:29.

[46] Архимандрит Иоанн (Крестьянкин, 1910–2006) — около сорока лет был насельником Псково-Печерского монастыря. Один из наиболее почитаемых старцев Русской Православной Церкви в XX в.

[47] См.: Лк. 19:1-10.

[48] Лк. 19:10.

[49] Лк. 19:8.

[50] Клайв Стейплз Льюис (1898–1963) — английский и ирландский писатель, ученый и богослов. Известен своими работами по средневековой литературе и христианской апологетике, а также художественными произведениями в жанре фэнтези. Самые известные его книги объединены под общим названием «Хроники Нарнии».

[51] Доклад С. И. Беликовой «Русская изба (попытка понимания философии русской самобытности)» был прочитан на Съезде русской православной общественности летом 1986 г.

[52] Фильм «Легион» вышел на экраны в 2010 г. Сюжет его вкратце таков. Бог окончательно разуверился в человечестве и послал легион Ангелов стереть Свое творение с лица земли. На защиту людей встал лишь Архангел Михаил, который по собственной воле спустился на землю. Выход ленты сопровождался активной рекламной кампанией, однако зрительский рейтинг кинофильма остался невысоким.

[53] Скандальный фильм «Код да Винчи», снятый по сюжету не менее скандальной книги Дэна Брауна в 2006 г., якобы раскрывает общественности «тайны темных дел» Католической Церкви. Триллер изобилует выдумками, нелепицами и нестыковками как исторического, так и современного плана.

[54] Василий Давидович Ирзабеков (Фазиль Давуд оглы Ирзабеков) — известный публицист и филолог. Родом из Азербайджана, принял крещение в 1995 г. Основатель московского Православного центра во имя святителя Луки (Войно-Ясенецкого).

[55] Иван Алексеевич Бунин (1870–1953) — русский писатель, поэт, первый русский лауреат нобелевской премии по литературе (1933). В 1920 г. вместе с белыми эмигрировал из России во францию. Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.

[56] См.: Мф. 25:14-30.

[57] Василий Васильевич Болотов (1854–1900) — русский историк Православной Церкви. Преподавал древнюю церковную историю в Санкт-петербургской духовной Академии (одним из его трудов, до сей поры авторитетным, являются многотомные «Лекции по истории Древней Церкви»). Был членом-корреспондентом императорской Академии наук.

[58] Мф. 22:17.

[59] Мф. 22:21.

[60] Лк. 19:45-46.

[61] Фарисеи, саддукеи и ессеи — три религиозных течения, существовавшие в иудаизме рубежа старой и новой эр. Отличались друг от друга они по степени строгости следования букве религиозного закона. Фарисеи были самой многочисленной группой, возводившей все предписания в культ. Саддукеи являлись малочисленной партией, приближенной, в отличие от фарисеев — скрытых оппозиционеров, к римской власти. Ессеев же принято называть сектой — они жили в пустынных местностях, считая, что лучшая жертва Богу — праведность и добрые дела, и отвергая частную собственность, войну и торговлю.

[62] Тит Флавий Веспасиан (39–81), в отличие от отца, своего полного тезки (Веспасиана), вошел в историю под именем Тит. Римский император из династии Флавиев, правивший в 79–81 гг. При жизни своего отца Веспасиана Тит проявил себя как покоритель Иерусалима в ходе Иудейской войны (66–71). Иудейская война была вызвана притеснениями власти и спровоцирована зелотским восстанием против этих притеснений.

[63] Ср.: Лк. 16:9.

[64] Александр Македонский (356–323 гг. до н. э.) — полководец, создатель мировой державы, распавшейся после его смерти. Также его называют Александром Великим. Взойдя на престол в возрасте двадцати лет в Древней Македонии, он за семь лет полностью завоевал персидскую империю, затем начал покорение Индии, но по настоянию солдат, утомленных долгим походом, отступил. В возрасте тридцати трех лет Александр македонский скончался в вавилоне от тяжелой болезни.

[65] Митрополит Ставропольский и Невинномысский Кирилл (покровский) — назначен в марте 2011 г. на Ставропольскую кафедру. Является председателем Синодального отдела по взаимодействию с казачеством.

[66] Семиреченские казаки — группа казаков, проживающая в Семиречье, на юго-востоке современного Казахстана и в северной Киргизии (в российской империи — Семиреченская область). Современные семиреченские казаки — потомки казаков войска, образованного в 1867 г. из двух полковых округов Сибирского казачьего войска.

[67] Абай Кунанбаев (1845–1905) — казахский поэт, философ, композитор, просветитель, общественный деятель, основоположник казахской письменной литературы и ее первый классик, реформатор культуры в духе сближения с русской и европейской культурой на основе просвещенного либерального ислама.

[68] Иоганн Вольфганг фон Гете (1749–1832) — немецкий поэт, государственный деятель, мыслитель и естествоиспытатель. Известен в России такими произведениями, как повесть «Страдания юного Вертера», поэма «Фауст».

[69] Владимир Иванович Даль (1801–1872) — русский ученый, писатель и лексикограф, составитель «Толкового словаря живого великорусского языка».

[70] Граф Федор Эдуардович Келлер (1850–1904) — генерал-лейтенант, герой Русско-японской войны. Погиб во время японской кампании, по своей воле оказавшись на наиболее обстреливаемом участке вместе со своим войском.

[71] Павел Карлович фон Ренненкампф (1854–1918) — русский военный деятель конца XIX — начала XX в.; происходил из немецкого рода. Участник китайского похода Русской армии, Русско-японской войны и Первой мировой войны. Расстрелян большевиками в 1918 г.

[72] Гусейн Хан Нахичеванский (1863–1919) — русский генерал от кавалерии, генерал-адъютант. Происходил из владетельной ханской фамилии Нахичеванских Эриванской губернии. Командовал элитными кавалерийскими частями и был единственным за всю историю генерал-адъютантом — мусульманином в Русской императорской армии. Кавалер пятнадцати российских и девяти иностранных государственных наград. После отречения святого царя-страстотерпца Николая II от престола отказался присягать Временному правительству. Предположительно, расстрелян большевиками в январе 1919 г.

Авторы
Самое популярное (читателей)
Обновления на почту

Введите Ваш email-адрес: